Продолжение.
Начало Ландаун и Дар вечной молодости и Ландаун и Аттестат человеческой зрелости

На этот раз события разворачиваются на всем возможном пространстве и времени - от степей Бурятии до столицы Атлантиды, от современной телестудии до стоянок кочевых родов русов. Чем тюрки отличаются от славян. а техника атлантов от техники ориан? Поможет ли кактус Владимиру Путину увидеть Гюльчетай, а водопад - очистить душу Дианы? Удастся ли нашим героям разрешить вопросы, стоящие перед ними и всем человечеством на протяжении тысяч лет? Надежда есть.
Степь

Арнольд Ландаун, сержант 31-го инженерного батальона 13-й механизированной бригады, проснулся от истошного крика дневального: 
- Рота, подъем! Тревога!
«Что-то случилось серьезное!» - подумал он, поспешно одеваясь и поглядывая, как
поднимается его отделение.
Все, даже новобранцы, укладывались в норматив и, на ходу застегивая воротнички,
становились в ротный строй. Только Кулем Автохтонов запутался в простыне, долго с ней боролся и почти победил, но она все-таки ухитрилась в последний момент подлезть под брючный ремень и теперь тащилась за его угловатой фигурой как павлиний хвост. «За что мне это наказание?» - подумал Арнольд, наступая на
простыню и не глядя забрасывая ее на второй этаж кроватей.
Батальон погрузили на «бэхи» - боевые машины пехоты – и срочно выбросили к государственной границе с Монголией. Мимо мелькали серо-желтые бурятские сопки – без снега, с редкими былинками. «Бурятия и Монголия – близнецы-братья, ну или сестры! – вспомнил Арнольд рассказы отца, который проходил военную
службу еще в советские времена в Улан-Баторе. – А вот то, что нам дозиметры
выдали, очень настораживает».

Читать полностью

Продолжение.
Начало см. Ландаун и Дар вечной молодости

Удар серебряной ложкой по лбу отправляет Ландауна в далекое прошлое, где он проходит обучение у жрецов Гипербореи. А в это время Гюльчетай и Лариса открывают Владимиру Путину и народу России тайны здоровья и гармоничного устройства общества. Читать

Наблюдая за революцией в России, Ландаун раскрывает секрет Гипербореи и находит дорогу к вечной молодости, возвращает богиням любовь, а попутно дает отповедь каналу ТНТ.

Ландаун смотрел на YouTub записи послевыборных митингов, слушал возбужденные, хоть и малосвязные речи ораторов. Видел сияющие глаза школьников, для которых это было все в первый раз и уж куда круче, чем первый бал Наташи Ростовой. Они же не знали, что 20 лет назад их родители также «хотели перемен» гораздо больше, чем уроков в школе... Читать

Незваный гость
Утро обещало быть забавным. Ландаун расположился на скамейке, наблюдая, как озорное Солнце с юмором поднимается из-за горизонта, забравшись под юбку торжественно-стройной ели и выбравшись из ее роскошных одежд где-то в районе подмышки. Аист в задумчивости стоял в пруду, поджав одну ногу и изредка пробуя ей воду, словно проверяя температуру перед купанием. Лягушки откровенно ржали над оставшейся с носом птицей, впрочем, вполне готовые при любом ее шаге уважительно сорваться со своих кочек и булькнуться в воду. Собака деловито занималась археологическими раскопками в надежде найти следы великих пиршеств былых времен. Причем вид у нее был такой, что она защитит диссертацию от любого на нее покусившегося. Любой покусившийся прятался тут же под кустом и делал вид, что умывает хитрую рыжую морду. 
«К гостям!» - отметил Ландаун и пошел отпирать калитку.
Открывая дверь, он коротко бросил: «Привет!» падающему мимо него человеку в шляпе, видимо хотевшему толкнуть дверь, но в последний момент ее перед собой не обнаружившему.
- Тьфу ты, блин! Никак не привыкну к твоим фокусам! – выплевывая пыль, поднялся с земли Ильдар Генрихович Хоботуллин, преподаватель философии в Приволжском федеральном университете. Он поднял с груды опавших листьев шляпу, купленную на конгрессе в Вене и обмахнул ею некогда глаженные, что теперь уже неважно, брюки.
- Ура! Дядя Ильдар приехал! – выпалила проносившаяся мимо младшенькая Матрена и исчезла в зарослях малины.
Огромный рыжий кот Барсик с соответствующей его размерам наглостью терся о ноги гостя, требуя ласки, но при попытке погладить зверюгу - в философский зад ревниво уперлась рогами любимица семьи молочная коза Машка. 
- Эх, хорошо тут у тебя! – произнес распятый вниманием хозяйской живности Ильдар Генрихович.
- Дядя Ильдар, давай шляпу подержу, а то у тебя рук не хватает! – радостно воскликнул подоспевший Велимир, средний сын Ландаунов.
- По делам приехал? – обнял друга хозяин.
- Душой отдохнуть!
- Велимир, топи баню! – отдал указание Ландаун и пригласил гостя в дом. - Гюльчетай к твоему приезду плюшек напекла.
- Откуда вы все знаете, что я приеду? – спросил Хоботуллин, поднимаясь на порог, и при попытке толкнуть дверь опять не нашел ее и загрохотал на пол. – Тьфу ты, блин!
Гюльчетай, придерживая дверь и убирая в сторону блюдечко с чаем, смущенно произнесла:
- Ну что ж вы, городские, все такие неловкие?
А Ландаун ответил на поставленный вопрос:
- Барсик умывался!
Ландаун не любил оставлять вопросы без ответов.



Секрет вечной молодости
Банька удалась на славу. Душистый пар бил в потолок, мягкие веники порхали, как крылья, прохлада пруда возвращала свежесть, лягушки старались успеть напеться перед закатом. Вид голого философа всегда наводит на размышления: дряблые мышцы интеллектуала, впалая грудь кабинетного работника и растущий живот любителя крахмально-белковой пищи резко контрастировали с обликом легендарного Пифагора, олимпийского чемпиона и искателя гармонии души и тела. 
- При чем тут Пифагор? – поморщился Хоботуллин.
А Ландаун без лишних слов поддал в каменку ковш кипятка, и облако пара… приняло облик древнего философа и геометра, который приветливо махнул рукой россиянам:
- Хайре!
- Привет! – перевел Ландаун.
- Я понимаю! – откликнулся Хоботуллин и буддийским жестом сложенных ладоней приветствовал эллина. – Хайре!



Пифагор взял из рук Ландауна веник и жестом указал Хоботуллину на полок. Тот послушно лег, а Пифагор весело заметил:
- Все-таки лучше русской бани в мире нет! Наши эллинские, а впоследствии римские бани – это все-таки больше клубы по интересам, оздоровительный эффект от них невелик. Финские бани слишком сухие, жар большой, а нет давления пара на кожу. 
Тут встрял Ландаун:
- Паром, как известно, осуществляется технологическая возгонка многих масел, например, пихтового масла. Горячий пар буквально выдавливает его из хвои. То же самое происходит и с кожей человека. Только вместо масел из неё раскалённым паром возгоняются аминокислотные и белковые токсины.
- Тут я с вами согласен! – ответил Хоботуллин сквозь зубы, прикрывая руками пылающие от жара уши. - Современные исследования показали, что почки справляются с токсинами всего на 65-70%, не более. Остальные продукты распада накапливаются в жировой клетчатке под кожей и частично в коже рядом с потовыми железами. Получается, что потоотделение в бане (баня по-татарски «мунча») является тем самым клапаном, который спасает человека от интоксикации и, как следствие, от физической смерти.
- Вон ты куда хватанул! – рассмеялся Пифагор. – И то верно: баня была одной из составляющих гиперборейского секрета вечной молодости. Собственно, секрета никакого не было, гиперборейцы раздавали эти знания всем народам, только многие народы не сумели их понять и сохранить. Вот турецкие бани - и тепло есть, и пар, но этот пар слишком мокрый и холодный. Настоящий пар должен быть прозрачным, невидимым. Пар как облако - это уже название, а не пар. И что самое главное, ни в финских саунах, ни в турецких банях не используются веники – а без них настоящее очищение невозможно. 
- Направленное локальное высокое давление горячего пара на кожу – это лучшее средство для выведения грязи из организма, - заметил Ландаун. - Да еще и массаж – особенно от пихтового веника. 
- Запах пихты, березы, дуба и различных трав – это же такая модная ныне ароматерапия! – добавил Хоботуллин. – А контраст температур при холодном купании тренирует сосуды.
- В свое время апостол Андрей Первозванный пришел в ужас, когда попал в русскую баню, - рассмеялся Пифагор. – Он писал потом Петру, что русские близки к христианству, так как в их среде развито самоистязание.
- Андрей был прав, но не во всем, - заметил Ландаун. – Русские, конечно, близки к истинному первоначальному христианству, не исковерканному влиянием Павла и последующих ревизионистов. Но баня была для них не самоистязанием, а средством очищения души.
- Ты хотел сказать – тела? – поправил Хоботуллин.
- Нет, души! - уперся Ландаун. - Ведь известно, что химические вещества могут управлять поведением человека. Выделяющийся адреналин вызывает агрессивность, алкоголь – развязность. Некоторые глисты, обитающие в мышах, даже выделяют особый секрет, который убирает у мышей страх кошки, а глист, попав в кошку, начинает новый этап своего развития. Также и токсины в теле человека управляют его поведением, и только чистое от токсинов тело начинает по-настоящему слушаться своей души. Так что очень хорошо, что мы сохранили эту древнюю традицию в относительной неприкосновенности. Миру еще понадобится не финский и не римский, а наш русский стандарт.
- Не говори при мне «русский стандарт»! – помрачнел Хоботуллин.
- А что такое?
Русский стандарт
За чаем городской гость поведал удивительно смешную и совершенно стандартную в России историю.
- Помнишь тот вечер, когда ты, я и Колун пили чай у меня на кухне?
- 13 мая 2005 года, - вспомнил Ландаун. - Наши тогда канадцам проиграли. Ты еще сказал: «Видеть этого не хочу!»
- Вот с тех пор больше и не видел. Телевизор крякнул.
- Телевизор – это утка такая? – уточнил едва различимый на свету Пифагор.
- Нет. Телевизор – это неуклюжий прибор для замены ясновидения, - пояснил Хоботуллин. – А «крякнул» - это жаргонное выражение, обозначает «сломался», «умер». Пошел я за новым телевизором, денег, естественно, свободных не было, взял в кредит…
- Все смешней и смешней! – отметил Ландаун.
- В банке «Русский стандарт».
- Среди смайликов в Интернете есть такой «Ржу-ни-магу». Считай, что я поставил «Ржу-ни-магу» дважды.
- Помутнение мозгов. Сам не понимаю, как это вышло. Думал, хозяин его – все-таки наш, татарстанский.
- А банк – это банька для мужчин? – осторожно поинтересовался Пифагор.
- Банки сегодня – это как ростовщики в ваше время, - пояснил Ландаун.
- За долги могут продать в рабство? Очень неосторожно брать деньги под процент, - покачал умудренной головой Пифагор.
- Банк «Русский стандарт» словно в издевку над русскими славится самыми кабальными ставками ссудного процента, зверскими условиями договоров и методами выбивания процентов. А главарь этого законного брендформирования мультимиллиардер Рустам Тарико кроме своих сексуальных похождений прославился еще тем, что отсудил детей у бывшей жены и добился, чтобы она выплачивала ему алименты.
- И у этого сребролюбца и чреслоугодника вы решились взять в долг? – ошарашено взглянул Пифагор на университетского преподавателя философии.
Тот только развел руками.
- И чем дело кончилось? – поинтересовался Ландаун.
- А дело не кончилось! – вздохнул Хоботуллин. – Мало того, что вместо четырех тысяч рублей я за год выплатил восемь… - он замялся, стараясь подобрать цензурные слова для выражения переполнявших чувств и эмоций.
- Ну и?! – хором торопили его заинтригованные Ландаун и Пифагор.
- Дело в том, что проценты капают непрерывно. Я получил последнее извещение о платеже и все заплатил, клянусь честью! Но пока я шел эти три квартала, мне успело накапать еще 1 рубль 43 копейки.
- Мелочь! – хмыкнул Ландаун.
- Мелочь! – согласился Хоботуллин. – А через пять лет мне пришел счет на 3 тысячи 700 рублей вместе со штрафами и пенями и процентами на штрафы и пени.
- Да пошли они в анальное отверстие со своими штрафами! – вскричал разгневанный Пифагор, выпадая из космической гармонии.
- Вот и я так сказал милой девушке, которая повадилась звонить мне по ночам. После этого она стала звонить еще и моим родственникам, соседям, моему заведующему кафедрой и ректору университета.
- В суд надо тащить этих беспредельщиков! – стукнул по столу кулаком наивный прямодушный эллин, на что Ландаун только усмехнулся.
- Я пошел к адвокату, - сказал Хоботуллин. – Он мне сказал, что сам влип в такую же историю и пытался судиться…
- И?!
- С тех пор в подобных делах он берется выступать только на стороне банков.



- Ребята, вы переплюнули наше рабовладельческое общество! У вас вообще правды не найти! – угрюмо сказал Пифагор.
- А вчера мне пришел новый счет, теперь уже на 4 тысячи 800 рублей. Я заплатил, - признался Хоботуллин, - и поехал к тебе в поисках душевного равновесия.
- Я тебе помогу найти душевное равновесие, - ответил Ландаун. – В Коране сказано, что будут гореть в аду пожиратель роста (ростовщик), кормящий его (то есть ты, заемщик), свидетели и писец. То есть, кроме того, что ты им за этот телевизор заплатил три раза, работал на них, считай, полгода, да еще тебе гореть в аду… - Ландаун достал калькулятор, - 9 лет и 3 месяца.
- Вот утешил так утешил! – почесал затылок Хоботуллин. – А если бы я был православным?
- А какая разница? – заявил Пифагор. - Ты же не думаешь, Ильдар Генрихович, что Бог для каждой новой религии создает новые ад и рай! Законы одни и те же для всех.
- А если бы я не отдал кредит?
- Тогда бы ты слово нарушил, имя свое обесчестил, - Ландаун снова обратился к калькулятору. – 103 года 6 месяцев в аду, а если упорствовать в грехе – полное распыление души.
- А если бы я поднял восстание и объявил ростовщичество вне закона, а все документы на все кредиты конфисковал как улики?
Ландаун с Пифагором переглянулись. Ландаун набрал на клавиатуре новый набор данных – на экране калькулятора замигали цифры ØØØØØØØØ. 
- Это невероятно! – воскликнул Пифагор.
- По законам Вселенной хорошие дела не компенсируют плохих, - пояснил Хоботуллину Ландаун, - сначала очищаешься в аду от грехов, потом набираешься сил в раю для новых дел. Но тебе все простится… Я не понимаю…
- Кажется, я понял, - сказал Пифагор. – Ростовщичество – не просто паразитизм и зло, сегодня оно представляет угрозу самому существованию планеты. Именно предприниматели - должники ростовщиков – разрушают природу, человека и саму планету в тщетной попытке отдать безумные проценты.
- Тот, кто спасет мир, все равно, что его сотворит! – догадался Хоботуллин. – А творец по определению безгрешен.
В повисшей тишине раздался голос Ландауна:
- Надо выработать план восстания…
Теория гегемонии
Гюльчетай с Матреной играли в крестики-нолики, а Велимир уткнулся в ноутбук, но при слове «восстание» они дружно посмотрели на философов.
- Но не будем же мы толкать людей на бунт, на улицы, под дубинки ОМОНа и пули провокаторов-снайперов! – сказал Пифагор.
- Мне вспоминается теория гегемонии, разработанная лидером компартии Италии Антонио Грамши, - сказал Хоботуллин. - Суть в том, что любой режим не может существовать, если не поддерживается, хотя бы пассивно, большинством населения. Когда эта поддержка теряется, режим рушится.
Ландаун заинтересовался:
- То есть населению совершенно не обязательно выходить на баррикады или поддерживать оппозицию? Населению достаточно просто отвергнуть этот режим «в умах»?
- Как и вследствие чего после этого режим погибнет – не суть важно, - подхватил идею Пифагор. - Так организм, лишенный иммунитета, может погибнуть от любой первой попавшейся инфекции. Может от оспы, а может и от простого насморка.
А Хоботуллин продолжал:
- Выводы Грамши были подтверждены в 1980-х годах данными моделирования социальных процессов. Допустим, полицейский преследует правонарушителя. Если толпа помогает полицейскому, то он справится с правонарушителем один. Если толпа индифферентна…
- Тут, пожалуй, не меньше десятка полицейских нужно, - прикинул Ландаун.
- А если толпа на стороне правонарушителя? Нет, она не выступает против полицейских, а просто дезориентирует, смыкает ряды за бегущим. Сколько полицейских понадобится?
Ландаун обратился к калькулятору. На экране загорелась надпись: «Никогда не поймают».
- Точно больше ста! – сказал Ландаун.



- А теперь, оцените, друзья, революционную цену смены общественных настроений! – торжественно произнес Хоботуллин.
- То есть наша задача, чтобы народ в умах отверг банковский кредит, - подвел итог Пифагор. – Никто не берет в долг, ростовщики разоряются и идут заниматься производительным трудом.
- Дворниками! – добавил Ландаун.
- Водителями! – присовокупил Хоботуллин. 
- Матросами! Комбайнерами! Продавцами! Фрезеровщиками! – друзья явно поймали вдохновение в этом процессе перечисления и были готовы огласить весь классификатор профессий. – Сталеварами! Машинистами! Крановщиками! Лесорубами! Учителями…
Тут Ландаун споткнулся:
- Нет, учителями нельзя! Чему они хорошему детей научить могут?
- И врачами не стоит! И политиками! И журналистами, писателями, режиссерами! А еще в полицию их нельзя пускать! И на таможню! В армию ни за что не брать! Вот в дворники в самый раз! – вернулись они к тому, с чего начали.
- Это все частности! – остановил друзей Пифагор. – Делать что конкретно будем?
Преображение России
- Надо, чтобы все знали о том, что банки - это ростовщики, а кредиты - это рабство. И обходили их стороной, - сказал Хоботуллин.
- Но все газеты, журналы и каналы телевидения принадлежат банкирам или в долгу у банкиров. Вряд ли они станут говорить правду, - вздохнул Ландаун.
- А сарафанное радио? - предложила Гюльчетай, ставившая на стол печенье и мед.
- А Интернет? - отвлекся от ноутбука Велимир.
- Вот видите, - улыбнулся Пифагор. - Мы еще не придумали, как разносить информацию, а правда сама находит свои пути.
-  Верно! - обрадовался Ландаун. - Надо вместе с информацией передавать новую модель поведения. Надо каждому на своем месте перестать быть пассивным потребителем информации. Получил сведения о чем-то хорошем, созидательном, добром - расскажи другим. Дошла до тебя информация о злом и разрушительном - останови ее, не распространяй дальше...
- А еще лучше - преобразуй, - подхватил Хоботуллин, - разоблачи, вскрой причины зла, дай способ преодоления и в таком виде распространяй уже светлые вести.
- Не ввязывайся в спор с демагогами, задача которых утопить светлые вести в потоке мутных словопрений, - продолжил наученный горьким опытом софистики Пифагор. - Их надо просто  игнорировать, как слон Моську. Если ты несешь свет, свети тем, кому свет нужен.
- Человек своей мыслью усиливает все, на что обращает внимание, - сказал Ландаун. – Так пусть каждый человек станет фильтром, который усиливает светлые мысли и ослабляет плохие. Информационное пространство страны очистится - и мы оглянемся вокруг, увидев удивительный новый мир, в котором правит Правда.
- Вот уж удивительный будет мир! - воскликнул Хоботуллин. - Если товар рекламируют - его точно никто не возьмет. Ведь стоимость рекламы включается в цену товара - зачем же своими деньгами оплачивать лапшу на собственных ушах?
- Политики вещают с миллионов экранов, а их даже не слушают, потому что мнение какого-нибудь пасечника Иванова-Петрова-Сидорова ценнее, ведь он прожил праведную жизнь.
- Банки теряют функции кредита, который народ демонстративно игнорирует, а становятся бухгалтерией для взаиморасчетов предприятий. Реальной ценностью становятся не деньги, а произведенный продукт.
- Женщины становятся счастливыми и хотят рожать больше детей, - снова вступила в мужской разговор Гюльчетай.
- Это почему? - удивились философы.
- Потому что мужчин, которые нацелены на добро, правду и созидание, женщины сильнее любят и хотят иметь от них детей, - улыбнулась хозяйка. 
- И на этом все! - заметил Пифагор. - Как только женщины отвратятся от блестящих безделушек и обратят свой взор на мужчин - наступит эра любви и совместного творения...
- И радости для всех от созерцания его! - закончил мысль Ландаун.
- И на страну, в которой царят совет да любовь, все страны мира посмотрят с уважением. Все народы будут стремиться у себя создать такую же жизнь, - сказал Хоботуллин.
-  Россия станет духовным лидером  и учителем планеты, как когда-то наша общая прародина Гиперборея, - добавил Пифагор.
Все замолчали. Образ прекрасного будущего увлек даже рыжего кота Барсика, который наклонив набок голову с удивлением вглядывался в контуры нового мира. Но все понимали, что на пути к этому новому миру надо будет проявить немалую стойкость и мужество.
- В этой войне нам не помогут армия и флот, - тихо сказал Ландаун. - Это война народная.
- Священная! - так же тихо сказал Пифагор. - Это война за свои святыни, за Правду, за саму Жизнь на Земле-матушке. За Святую Русь!
Замерли в едином строю  обрусевший немец, онемеченный образованием татарин и древний прозрачный грек, а над ними реял объединяющий силы Добра и Света в любом пространстве и любом времени извечный Русский (то есть Светлый) Дух.

Ландауна приняли в брачное агентство "Ищу тебя" оператором 386-го компьютера. И подумалось ему: "Что же это все объявления такие обычные - рост, вес, размер зарплаты. Как же люди найдут друг друга, если все объявления одинаковые? Надо их приукрасить!!"

И вот что у него получилось.

(все объявления реальные, для тех, кто заинтересовался - адрес и телефон прилагаются)

Читать далее...

Ландаун бился с огромным стадом кристаллических драконов, и драконы
одолевали. На каждый удар они отвечали тремя, а из осколков каждого
рассыпавшегося дракона тут же возникало два новых.

- Милый! – донесся издалека голос жены.

- Слушаю! – ответил Ландаун, бегая по всему полю последним уцелевшим юнитом.

- Я картошку пожарила, а хлеба нет. Ты не сходишь?

- А больше некого послать? – драконы загнали беднягу-юнита в угол и дышали огнем прямо в ухо.

- Дети в школе. Сегодня же суббота.

Дракон изрыгнул дым и пламя и спалил несчастного юнита, опрометчиво доверившего свою жизнь бестолковому главнокомандующему.

- Хорошо, что сохранился перед битвой! – в сердцах пробурчал Ландаун, выходя из игры.

- Что? – жена явно выпала из контекста.

- Я говорю, хорошо. А что ты мне сказала?

Вооруженный полуметровым списком покупок, Ландаун пошел за хлебом. На
втором этаже черный кот, зашипев, спрыгнул с подоконника и опрометью
бросился за мусоропровод. Ландаун проводил черного вестника взглядом и
постарался так рассчитать траекторию движения, чтобы не пересечь его
путь. Но пяткой, видимо, где-то зацепил, так что выполнить такое
простое действие, как «сходить в магазин», без приключений не удалось.
На первом этаже две молоденькие девушки курили, взгромоздившись на
подоконник, а третья – самая младшая и светловолосая - вертела в руках
зажигалку, отказавшуюся выдавать предусмотренное конструкцией пламя.

- У вас закурить огонька не найдется? – в растерянности спросила девушка Ландауна.

А у Ландауна всегда в глазах загорается огонек, когда он видит курящих девушек, и на этот раз он дал прикурить:

- Девушка, милая, ну вы же знаете, что курить вредно!

- Знаю.

- А почему курите?

- Все курят, - выдала девушка стандартный ответ.

- Кто все? Мама ваша курит?

- Курит.

- А бабушка?

- Тоже курила, пока не умерла.

- А от чего она умерла?

- От рака губы.

- И вас это ни в чем не убедило?

- А в чем это должно меня убедить?

Две оставшиеся девушки – явно постарше и поразвязней – начали
неторопливый спуск с подоконника на пол. «Как Чужие!» - вспомнил
Ландаун сцену из фильма Джеймса Камерона, и сердце его дрогнуло. Но он
продолжал:

- Ну, в том, что табачный дым отравляет организм, вызывает различные
заболевания, - девушки обступили его со всех сторон не хуже обученных
агентов Абвера, - не только рак, но и сердечно-сосудистые заболевания.
– Ландаун пятился, пока не уперся спиной в стену. - Каждая сигарета
сокращает жизнь на 15 минут. Неужели вам не жалко своей жизни?

- А что тебе ее жизнь, дядя? – начала речь чернявая девушка, выдыхая
дым Ландауну в ухо, как давешний дракон. – Ты ей отец, что ли? Может,
она и не хочет дольше жить?

- Почему не хочет? – сопротивлялся Ландаун.

- А потому, - начала вторая девушка с пирсингом на брови. - Зачем ей
мучиться жить древней старухой? Лучше пожить в свое удовольствие и
умереть молодой. – Ландауну показалось, что вместе с дымом из ее рта
вырвалось пламя.

«Я проиграл. Нужно срочно перезагружаться!» - мелькнуло в мозгу. На
мониторе сознания вспыхнул вопрос: «Are you sure?» - «Yes! Yes! Yes!» -
лихорадочно, задыхаясь от дыма,  кликал Ландаун мысленной мышкой… и
вдруг оказался дома за компьютером, окруженный всего лишь игрушечными
кристальными драконами, изрыгавшими смешное и совсем не страшное
нарисованное пламя.

«Уф! – Ландаун вытер со лба пот и задумался. – Как же это я
опростоволосился перед совсем молоденькими пигалицами? Я, умудренный
опытом софист и диалектик! Чего же я не учел?»

Он вышел из игры и набрал в строке поиска запрос «Курение девушек». То,
что нашел Ландаун, его потрясло. Он-то привык считать, что курильщики
осознают пагубность своего пристрастия и, по крайней мере, своих детей
стараются уберечь от собственного дурного примера, хотя и безуспешно.
Во всяком случае, именно так поступали все его знакомые
курильщики-мужчины. Но, видимо, Ландаун сильно отстал от жизни и был не
в курсе событий, потому что в «Девичьей курилке» милые создания
прекрасного пола и детородного возраста дружно убеждали друг друга, что
курить полезно, современно, красиво, и на полном серьезе решали, когда
начинать приучать своих дочерей к курению. Одна горе-мамаша бравировала
тем, что подарила дочери блок сигарет на… восьмилетие. «Ну, не куклы же
ей дарить! – восклицала она, - Это инфантильно!»

- Еклмн! – только и смог сказать Ландаун. Он понял, что столкнулся с
драконом настоящим, безжалостным и хитрым, который сидит у девушек
сразу под прической.

- Милый! – донесся издалека голос жены.

- Да! – ответил Ландаун. – Я схожу за хлебом!

- А как ты догадался? - удивилась жена.

 - Ну, ты же картошку пожарила, а дети в школе.

- А-а! – и жена всучила ему предусмотрительно заготовленный список.

У Ландауна было три этажа, чтобы тщательно подготовиться ко второму
раунду разговора. «Человеческому организму, - напряженно размышлял он,
- табачный дым не нужен. Если бы был нужен, Бог бы создал человека с
сигаретой в зубах. Более того, физическая зависимость от курения не так
велика, ведь курильщик не просыпается ночью каждый час, чтобы покурить,
но днем он дымит без перерыва. Значит, все дело в сознании!»

В сознании каждого курильщика сидит некая сущность, информационный
вирус, назовем его Дракон Курения, DragonSmoke.exe. И для него важна
даже не сама сигарета, а чтобы человек всегда помнил о сигарете и
боялся остаться без сигареты. Страх – вот чем питается Дракон!»

Научный подход требовал доказать существование этого вируса, этого
Дракона. Но как раз это получилось у Ландауна очень просто. Каждый
курильщик хоть раз в жизни предложил закурить некурящему. Зачем? Какую
выгоду он имеет от этого сам? Никакой.  Но Дракон Курения получает
очевидную выгоду роста числа от него зависящих. Вот и доказательство!
От лица человека говорил Дракон.

Он не сильный – этот дымный Дракон, этот DragonSmoke, но он ловко занял
место. Дракон Курения контролирует информационные потоки в мозгу
курильщика, выдает свои мысли и желания за мысли и желания самого
человека, тщательно оберегая свое существование. Ландаун вспомнил, что
ему ни разу не удалось кого-нибудь из знакомых курильщиков в чем-либо
убедить. Их убеждения раз и навсегда застыли в одном положении,
фиксируя их в курящем состоянии.

«Иначе и быть не могло, - подумал Ландаун, - если бы курильщик был
способен к развитию, Дракон Курения был бы в опасности, рано или поздно
человек бы вырвался из-под его власти. Значит, надо провести Дракона,
начать разговор с такой темы, которая девушкам важна, а Дракона Курения
будто бы не касается».

Кот на подоконнике на этот раз не зашипел и вообще оказался белым. Он
не стал убегать, а только томно потянулся на подоконнике. «Хороший
знак!» – отметил Ландаун. Курильщицы тоже оказались на месте, но на
этот раз все они мрачно и сосредоточенно щелкали зажигалкой, а
обратилась к Ландауну самая старшая, чернявая:

- Огоньку не найдется?

- Найдется, - ответил Ландаун и достал… огниво – настоящее, с трутом и
кресалом. Девушки обалдели от такой конструкции, а когда она еще и
произвела на свет огонь, посмотрели на Ландауна с нескрываемым
восхищением – почти как на волшебника. И, разумеется, предложили ему,
как самое дорогое, ядовитые сушеные листья, завернутые в бумагу.
Ландаун не стал отказываться, но как фокусник спрятал сигарету между
пальцами, как будто ее и не было, а внимание девушек отвлек вопросом:

- А вы знаете, чем люди любят?

- Мужчины любят глазами! – ответила чернявая девушка.

- А женщины – ушами, - добавила вторая, с пирсингом.

- Сердцем, - серьезно сказала младшая со светлыми волосами.

- А вот и нет! – улыбнулся Ландаун. – То есть все вы правы, но не
совсем. Возьмем, к примеру…девушку, такую красивую как вы… И вот она
встречает своего молодого человека. Она видит его глазами. Так ведь?

- Так.

- А что потом происходит?

- Здороваются, обнимаются, - рассмеялась светловолосая.

- Сначала, - Ландаун поднял палец, привлекая всеобщее внимание, -
сначала она его узнает. Не просто узнает – что это такой-то, такой-то.
А вспоминает все свои чувства к нему, все встречи и обиды, комплименты
и ссоры. Вспоминает свое желание ему нравиться, и ждет – заметит ли он
новую прическу, которую она сделала для него? Так ведь?

- Так.

- А где вся эта информация хранится?

- В мозге, - хмыкнула та, что с пирсингом.

- Конечно! Сигнал от глаз передается по нейронам мозга, замыкаются
контакты, вся сеть начинает работать, гипофиз и гипоталамус выбрасывают
гормоны счастья и удовольствия. Глаза сияют, щечки краснеют. Так ведь
все бывает?

- Похоже. То есть человек любит мозгом? – уточнила чернявая.

- Любовь захватывает всего человека, это как компьютерная игра – она
берет под управление все возможности системы. Играете в «Контр-страйк»?

- Мы больше в «Симсов», - призналась младшая.

- Это детали. Но образ для узнавания любимого хранится в мозге, в памяти.

- На жестком диске.

- Верно, - улыбнулся Ландаун. – А теперь я вам расскажу страшную
сказку. Однажды на жестком диске завелся вирус, Касперский его не брал,
Nod32 вообще признавал за своего. А из-за этого вируса все программы
начинали тормозить, то один сбой, то другой. И не только программы, а
даже сбойные блоки начали на винчестере появляться. Уже и Windows
виснуть начала. Увидит любимого девушка, а узнает медленно. Это уже не
«Ах!», а «А-а». Не все нейроны включаются, а половина спит, а некоторые
даже разрушились, гипофиз-гипоталамус и половины прежней радости не
выделяют.

- А что произошло-то? – недоумевали девушки. – Она заболела, что ли?

- Да, заболела, - подтвердил Ландаун. – Курение делает ломкими и узкими
кровеносные сосуды, они перестают снабжать кислородом нейроны, нейроны
погибают. Если на этом нейроне записана простая информация типа 2×2=4,
то у нее имеются копии, их можно восстановить. А такое всеохватывающее
чувство, как любовь, куда скопируешь? Места нет. Любовь целиком
человека занимает. Это как с жестким диском - какой-нибудь тетрис любое
повреждение переживет, а Windows обязательно выйдет из строя.

Ландаун оценивал обстановку. Дракон Курения  уже обнаружил, что его
провели и пришел в ярость. Старшие девушки помрачнели, только младшая
еще недоумевала, что происходит. Времени оставалось мало. Ланлаун
заговорил быстрее:

- Курение убивает любовь, медленно (кстати, не так уж медленно), но
верно. И это чувствуют мужчины. К курению просто знакомой девушки
относятся отрицательно 42% мужчин, к курению подруги уже вдвое больше -
84%, против курения жены - 99,9% мужчин. Мужчинам нужна любовь (хоть
они это и скрывают), поэтому если мужчина любит девушку, он будет
против ее курения, а если собирается жениться - обязательно потребует
(или намекнет, если очень скромный), что пора бросить курить, - Ландаун
напрямую адресовал свою речь светловолосой, которая единственная еще
его слушала.

- А мужчинам, значит, курить можно? – Дракон уже привел чернявую девушку в состояние белого каления.

- В отношении курения мужчин все то же самое, - категорично сказал
Ландаун. - Среди курильщиков больше одиноких, как среди мужчин, так и
среди женщин. Им труднее завязывать прочные отношения: девушка смотрит
на него влюбленными глазами, о любви говорит, а он ждет, когда все это
кончится, потому, что ему курить хочется.

- Да среди некурящих тоже полно одиноких!

- Это потому что курящие их бросили! – парировал Ландаун, он понимал,
что это не совсем правда и не вся правда, но у перепалки свои законы,
законы не логики, а энергетики.

- Значит, все беды в мире от курения? – кричала девушка.

- От курения людей погибло больше, чем от всех войн вместе взятых! – рычал Ландаун.

- А наркомания?

- Да все наркоманы начинали с курения!

Ландаун и чернявая девушка как два быка уперлись друг в друга лбами.

- Что здесь происходит?

Огромный верзила взял за шиворот и растащил разошедшихся спорщиков:

- Вы тут все обалдели, что ли?

- Он, - вырывалась девушка из рук верзилы, пытаясь при этом еще и
лягнуть Ландауна, - он говорил… что если ты куришь… то ты не можешь
меня… любить!

- А какое ему до этого дело? – парень отпустил девушку, и ее нога все-таки достигла цели.

- Я не совсем это имел  в виду, – морщась от боли, проговорил Ландаун.

Верзила припер Ландауна к стенке, опять живо напомнив утреннее
сражение. Ландаун лихорадочно вызывал внутренний монитор, требуя
перезагрузки, но система тормозила, почему-то сосредоточив основные
ресурсы в мочевом пузыре. Однако чернявая девушка не дала верзиле
начать выяснение отношений, а развернула парня к себе:

- Так он правду говорит? Ты меня не любишь?

Оторопев от такого поворота, парень пробасил:

- А любовь-то тебе зачем? – и тут же понял, что сморозил глупость, за
которую придется отвечать, и чтобы взять паузу, полез за сигаретами.

В мозгу Ландауна наконец вспыхнула долгожданная надпись: «Are you
sure?». - «Yes!», - ответил он и оказался дома перед компьютером.

«Что ж, я второй раз за утро потерпел поражение, - думал он. – Дракон,
может, и не очень умен, но… многоголов. Бьет сразу со всех сторон».
Ландаун вышел на кухню, где жена, не подозревавшая о его глобальной
борьбе с Драконом, мирно жарила картошку.

- Соседка из 117-й заходила, - сообщила жена. – Ну, дочка у которой маленькая.

- Да-да.

- Ты ругал ее, что курила во время беременности, помнишь?

- Помню.

- Такой ужас рассказывала! Хвасталась, что если дочка плачет, то она
пьет пиво и кормит ее грудью. Ребенок всю ночь не просыпается. С такой
гордостью говорит. И я ее не смогла ни в чем убедить.

- Похоже, - заключил Ландаун, - что в некоторых случаях не только
медицина бессильна, но и философия. Ладно, - обреченно сказал он, -
давай схожу за хлебом.

- Но в этот раз уж купи! – сказала вдруг жена.

- Почему ты это сказала?  - удивился Ландаун.

- Да просто почему-то подумалось.

Кот на подоконнике теперь был ярко-рыжим. Ландаун погладил некурящее
животное, ведущее здоровый образ жизни, хотя и питающееся на помойке.
Коту понравилось, и он увязался за Ландауном.

Девушки, теперь еще и с парнем, ожесточенно щелкали всеми имеющимися
зажигалками. «Не везет им сегодня», - отметил Ландаун и прошел мимо
вместе с сопровождающим его котом.

- Какой симпатяга! – услышал он голос светловолосой молоденькой девушки.

Видимо, она еще не так пристрастилась к курению и способна была даже до
первой утренней сигареты замечать рыжие чудеса окружающего мира.
Ландаун обернулся, глаза их встретились, Девушка прижимала кота тем же
вечным женским движением, каким мадонны на всех картинах прижимают
ребенка. А кот просто млел от ее энергетики и пытался приобнять лапой.
Ландаун улыбнулся, а девушка сказала:

- Я хочу бросить курить, - и сама удивилась своим словам.

«А чего же здесь удивительного? – думал Ландаун, улыбаясь все шире. –
Ведь душа живет вне времени, в вечности. Для нее наш разговор не в
будущем и не в прошлом, а во всегда. Значит, я все-таки достучался до
души, а кот подстроил так, чтобы мы встретились глазами. Похоже, это не
простой кот. – Кот подмигнул Ландауну, и того осенило. - Это же ее
ангел-хранитель! А девочка тоже не так проста!»

- И мы хотим бросить! – подошли к Ландауну чернявая девушка и ее
парень. Глаза у девушки были заплаканные, но в них читалась решимость.
Девушка с пирсингом подошла молча и встала в общий строй.

- Друзья мои, - Ландаун улыбнулся так, что луч Солнца пробился сквозь
хмурые тучи, отражаясь на лицах молодежи новой надеждой. – Друзья мои,
- повторил он с воодушевлением, - бросать курить… неправильно. - И
добавил, рассеивая возникшее недоумение. – Бросают любимую работу,
иногда любимую девушку, полярные экспедиции бросают имущество в трудных
условиях – но всегда бросают что-то дорогое, важное, ценное. Курение –
это цепи рабства, которые не представляют из себя никакой ценности.
Смешно же будет, если заключенный, совершивший побег из тюрьмы, начнет
вспоминать и оплакивать свои уютные брошенные кандалы. Нет, курение не
бросают, от него освобождаются. Вы теперь свободны! Уже! Сейчас! Не
когда-то потом, а в этот самый момент! Радуйтесь, пойте, танцуйте!

Молодежи такой призыв пришелся по душе. И они принялись веселиться и
дурачиться. Проходящая мимо старушка испуганно прижалась к стенке, но
светловолосая девушка улыбнулась ей так искренне, что она перестала
бояться и растерянно улыбнулась в ответ.

А кот послал Ландауну мысль: «Ты все-таки прищучил Дракона Курения!
Когда «бросают» курить, Дракон всегда создает ощущение приносимой
жертвы, трудности усилий. И вся эта мысленная борьба только подпитывает
его, и он всегда возвращается. А если освободиться от него легко и с
радостью – это его конец!»

«Я тоже так думаю!» - мысленно ответил Ландаун.

- Стойте! – вдруг сказала светловолосая.

Все остановились.

- А что делают люди, когда освобождаются из рабства? – спросила девушка.

- Веселятся и радуются! – рассмеялись все.

- Они помогают освободиться другим! – сказала светловолосая, а кот снова подмигнул Ландауну.

- Это точно! – поддержал парень.

«А помогая другим, - подумал Ландаун, - донося до них правду, они еще и
меняют свое информационное поле, не дают разбившемуся Дракону Курения
восстать из мертвых». Но он не сказал этого ребятам – просто каждому
овощу свое время, сейчас главное – поддержать порыв.

- Пойдемте в школу! – предложила девушка с пирсингом, -  и всем расскажем!

- Вы пойдете с нами? – повернулась светловолосая к Ландауну. – Ну, пойдемте!

«Опять семья без хлеба останется!» - весело подумал Ландаун и кивнул головой:

- Конечно, я пойду с вами! Я хочу еще на вас полюбоваться!

Они с криками и визгом (ну куда ж без него!) бросились из подъезда, а
кот, умываясь на подоконнике, думал: «Малышка права. Мысли окружающих
влияют на нас. Чтобы освободиться от курения, надо, чтобы все
окружающие перестали считать вас курильщиками. Для этого надо открыто
объявить о решении вести здоровую жизнь и открыто пропагандировать при
каждом удобном случае ее преимущества - вот сегодня настроение с утра
хорошее, и одышки не было, и цветы изумительно пахнут. И тогда у
окружающих не возникнет даже мысли позвать покурить (а Дракон курения
обязательно будет толкать их на провокации). Но самое главное –
освободившись от Дракона, малышка начнет слышать меня, своего ангела. А
тогда... О! тогда начнется совсем другая жизнь!»

Кот улыбнулся и медленно растворился в воздухе.



- Мария Ивановна! – обратилась чернявая девушка к своей бывшей классной руководительнице.

- А, Наташа! Здравствуй!

- Я хотела вам сказать, что вы были правы!

- В чем?

- Когда говорили нам о вреде курения. Когда гоняли нас из подворотен, отбирали сигареты.

- Но мне так и не удалось избавить вас от той привычки.

- Удалось, Мария Ивановна! Вы просто сами никогда не курили и не нашли самое важное слово. Правда, Максим?

- Какое слово? – спросила учительница.

- Два важных слова! – поправил Максим свою девушку.

- Свобода! – сказала девушка.

- И Любовь! – добавил юноша.

- Так вы больше не курите?

- Нет. И мы пришли, чтобы рассказать об этом теперешним школьникам.

- Я так рада за вас. И я… отменю урок, расскажите об том прямо сейчас.

Мария Ивановна заметила Ландауна и спросила:

- А вы кто?

- Да я просто за хлебом пошел…

---

См. также

Ф.Углов Письмо курящей девушке

Аллен Карр  Легкий способ бросить курить

---

Друзья, на этот раз мне нужна ваша помощь. Мне было легко написать "Трезвость Ландауна", я всего лишь следовал стопам профессора Жданова, но в "Ландаун дает прикурить" я вышел на новый, неизведанный путь. Я хотел найти аргумент, который сам по себе стал бы методом решения проблемы. Я хотел создать образ,который обозначит путь. И мне важно знать - удалось мне это или не удалось? Убеждают ли эти аргументы, увлекает ли этот образ? Подействует ли он на курильщиков?
Ваше мнение мне важно еще и потому, что буквально через неделю-другую мне предстоит выступить по этой теме перед молодежной аудиторией - мы с сыном хотим сделать Макдональдс, где он работает, свободным от курения. И надо "попасть" с первого раза.

Так что с нетерпением жду ваших отзывов.

	Убедят любого
	Убедят только некурящих
	Убедят, если привлечь внимание дулом пистолета
	А почему об этом раньше никто не догадался?
	Меня эта тема не интересует

 
Ландаун устроился на полставки в редакцию журнала «Весёлый депутат» и сразу же получил задание – взять интервью у большой шишки в Комитете по делам и безделью, у самого Аскольда Ежикова. Пока Ландаун зашнуровывал ботинки и снаряжал диктофон, шишка Ежиков дал дуба, однако такие мелочи редко останавливают настоящих журналистов. За бутылку Ландаун взял в соседней поликлинике справку о своей смерти и вскоре уже стоял перед дверью с табличкой «Тот Свет».
 
Читать далее...
 
Песня "Поле" (сл. и муз. Суфия Михайлова)
Другие песни Суфии

Сообразим на троих

Однажды Хрюн, Крыс и Ландаун вздумали сообразить на троих.
- О чём будем соображать? - спросил поросёнок. - Ландаун, задай тему. Ты же человек, поэтому самый сообразительный.
- Возьмём само выражение "сообразить на троих". Таких выражений в русском языке тьма-тьмущая: "принять на нос (на грудь, на рыло)", "поддать", "тяпнуть",
"квасить", "бражничать", "пировать". А вот новенькое, интеллектуальное: "повысить самооценку". Откуда столько эвфемизмов, как будто речь идёт о чём-то постыдном?
- А я знаю, - сказал Крыс (крысы живут
недолго, поэтому он был в компании самый молодой и непосредственный). - Эвфемизмов много, потому что люди на самом деле стыдятся того, что они делают.
- А почему? - спросил Хрюн, которому стыд был от природы не свойственен.
- Назовите хоть одно хорошее дело, сделанное по пьянке.
- Э-э… - переглянулись Хрюн и Ландаун...

Читать далее...

Похождения Ландауна на территории сообщества Стихи о женщине, любви и близости. несколько раз ставили его на грань дуэли, но закончились обретением новых друзей.
И только женщина (как и положено в сказке) могла по достоинству вознаградить его за риск и опасности -

Елена Околот
Это просто Я...
12-10-2009 17:35 (ссылка)
Re: Любомила или Детская любовь
Нет слов...

Читайте
Из "Сказки о Царевне, которая должна жить в раю"
Любомила или Детская Любовь,
Любомила. Посоветуй мне, Любовь!