Чтобы понять, что происходит, не обязательно заходить на сайт Навального о коррупции: http://rospil.info/ или смотреть фильм «Настоящий Путин»: http://www.youtube.com/watch?v=AYLJeG-YmXw

Черт его знает, факты ли это. Но вот сопоставить общедоступные исторические факты и сделать выводы может каждый.

Итак, небольшая подборка фактов:

[ Читать далее... → ]

НАВАЖДЕНИЕ. Автор и исполнитель стихов - ваш покорный слуга




Для написания комментария МНЕ нажать на кнопку

[ Текст стихотворения → ]

Частушки-нихренушки.


[ Читать далее... → ]

публикую ссылку на мои произведения, статьи -
там, в основном:
О ценности Демократии для Личности
и
О ценности Личности для Общества
http://www.proza.ru/avtor/ayureva
Рад, что вы есть!

Пройдите по ссылке и узнаете. Это опять тот самый зловредный сайт.

http://www.vedomosti.ru/tnews/news/2010/11/29/1559

Не успела появиться на свет Божий новая демократическая структура − коалиция «За Россию без коррупции и произвола» − и вот уже в ней разногласия. Трое из четверых отцов-основателей, Немцов, Рыжков и Милов, потребовали отправить в отставку первого зама главы администрации президента Суркова. Четвертый, Касьянов, не присоединился к этому требованию, считая, что оно слишком мелкое.
Ну никак демократам не удается добиться единства!

Ради «Свобода»:
Михаил Соколов: С нами сидит оппозиционный политик, Владимир Рыжков, один из лидеров либеральной будущей партии. Как вы оцениваете их деятельность? Они требуют, трое из четырех лидеров, требуют отставки первого заместителя главы администрации президента Владислава Юрьевича Суркова, требуют отставки у президента Дмитрия Медведева. Михаил Касьянов посчитал, что это мелковато, надо сразу менять режим, а требовать отставки каких-то чиновников…

Владимир Рыжков: Это не значит, что он сторонник Суркова или лучше к нему относится, он просто считает, что бить надо еще выше.

Михаил Соколов: Бить выше не по хвостам, а по головам режима. Как вы считаете, Станислав, все-таки следует оппозиционерам требовать отставки конкретных высокопоставленных чиновников?

Станислав Белковский: Думаю, что нет. Потому что отставка Суркова сама по себе, хотя будет иметь благотворные последствия для политической системы, потому что уйдет в отставку один из самых циничных и наглых представителей нынешнего режима, один из самых одиозных его функционеров. Но в то же время отставка Суркова сама по себе ничего не решает…
Но если вдруг она состоится - это будет большим благом, я согласен. Потому что она будет означать очередной шаг на пути перестройки режима, то есть на пути его самосознания неэффективности и на пути отбрасывания наиболее одиозных ступеней этой ракеты.

Владимир Рыжков: Я не согласен. Я считаю, что правильно персонифицировать проблему. Потому что когда мы говорим – власть, Кремль, они там за стенкой всякие творят черные дела – это, по-моему, бьет мимо цели. Для людей, когда они сталкиваются с произволом, с коррупцией, с нарушением их прав, очень важно назвать пофамильно – кто. Конкретно Владислав Юрьевич Сурков стоял за приручением Государственной думы, он лично все это исполнял. Контролем за региональными местными выборами, где были массовые фальсификации, приписки. За законом о партиях и зачисткой партийной системы. За созданием таких одиозных организаций, как движение "Наши", "Молодая гвардия "Единой России" и так далее. Он лично выступал с речами про наших и ненаших, про врагов и так далее. То есть он лично десятки и сотни раз был ассоциирован с удушением свобод, демократии, с преследованием оппозиции в нашей стране.
Поэтому нам кажется, что после того, как эта кампания ненависти привела к массовым нападениям, я хочу сказать, что в этом году было 31 нападение и убийство журналистов, ни одно из которых не доведено до суда. Он был во многом идеологом и вдохновителем этой кампании ненависти и преследований. И нам кажется очень важным во всеуслышание сказать: есть человек, его фамилия Сурков.
Он, не только он один, разумеется, я считаю, что основную ответственность несет Путин, в этом смысле прав Михаил Касьянов, но и Сурков не последний человек. Я хочу напомнить, что он первый зам главы администрации президента. Это одна из высших десяти, может быть пяти высшей должностей Российской Федерации. Мы считаем, что персонифицировать зло обязательно нужно. И не потому, что нам тактически выгодно или помогает политической борьбе, потому что общество лучше понимает, когда зло названо конкретным именем…Это очень важно, когда называются вещи своими именами. Люди, как мне кажется, должны понять, что нет вообще власти, есть нормальные люди, есть плохие люди. И если называть персонально плохих людей, на мой взгляд, мы быстрее изменим ситуацию в стране к лучшему. Вот была наша логика.

Михаил Соколов: А можно я выступлю адвокатом дьявола? Нет, не адвокатом Суркова, а человеком, который скажет: уберут Суркова, и случится беда. Придет человек не с такими утонченными методами работы, не через Радзиховского и Шевченко, а как раз люди с дубинами, и они перестанут стесняться, будут встречать вас у подъездов.

Владимир Рыжков: Убежден – невозможно. Потому что все опросы фиксируют, что на первых местах озлобления, недовольства людей - это беспредел милиции, беспредел прокуратуры, беспредел судейских органов, уровень криминализации, насилия. Посмотрите, как всколыхнула страну история в станице Кущевской, когда выяснилось, что годами милиция, бандиты, депутаты, все вместе терроризировали местное население. Что, после этого еще большего бандита назначить? Невозможно. На мой взгляд, движение возможно только в одну сторону – это нормализация. Я даже не скажу демократизации, либерализации, тьфу на эти слова, нормализации страны.

Комментарий:
По-моему, Владимир Рыжков прав. Надо называть конкретные имена. Имена чиновников, совершающих подлости, имена милицейских начальников, отдающих незаконные приказы и «крышующих» бандитов, имена судей, выносящих неправосудные приговоры… Страна должна знать своих «героев».

В этом смысле очень полезна инициатива тех (к сожалению, это не граждане России), кто назвал имена шестидесяти российских чиновников, так или иначе замешанных в деле Магнитского. Ну да, по ним нет судебного решения, но ведь и следствие нормальное не ведется. Так что пусть хотя бы поприсутствуют в списке подозреваемых.

Касьянов полагает, что направлять стрелы в адрес Суркова мелковато, надо целить выше. Ну и цельте выше. Одно другому не мешает.


Персональный сайт Олега Мороза - http://www.olegmoroz.ru/

Портал «Уроки девяностых» - http://www.ru-90.ru/

Лично я, как и, надеюсь, многие «солидаристы» рады тому, что Эдуард Лимонов может появляться на публике под собственным знаменем, а не под флагом «Солидарности». Не скажу, что я отношусь к нему плохо ,скорее наоборот. Я считаю его очень смелым человеком , но его явное фашистское прошлое и странное настоящее всегда меня настораживало. Я до сих пор не понимаю его цели и задачи, когда он выходит на демократические марши, и какую Свободу на проведение демонстраций он отстаивает. Если он поддерживает идеи Демократии – замечательно, но если он отстаивает право проведения собраний фашистов - лично я против. Когда наконец Эдуард Лимонов раскроет свои цели и задачи ?Надеюсь, в программе будущей партии «Другая Россия» мы это увидим. В пследние годы мы слышали разные идеи Лимонова . На «Эхо Москвы» он рассуждает о Демократии, в журнале GQ романтично тоскует о временах бравых, стильных скинхедов , а на своем сайте рисует свастики и размышляет о рабочем классе. Только скажите, при чем здесь «Солидарность»?

На мой взгляд «Солидарности» нужны более последовательные люди, которые своими действиями и идеями будут готовить будущую предвыборную демократическую программу, которая так необходима движению. Очевидны положительные перемены, которые все больше приближают его к людям, к насущным проблемам, и такую тенденцию необходимо продолжать. Но неизменным должен быть путь к созданию по-настоящему европейской демократической партии, которая должна обладать стойким иммунитетом к идеям тоталитаризма и повторению ошибок прошлого. Общественность в своей массе устала от перемен и так боится революций, которые так пагубно отразились на нашей стране, но я уверен, что она готова поддержать здравую демократическую альтернативу существующей системе. Отсутствие внятной альтернативы обрекает на поражение оппозиции на митингах ,главным лозунгом которых является отставка правительства и отказ от проводимого им курса.

Необходимо отказаться от радикализма и идей, которые уводят движение от демократических целей, задач и путей развития. Необходимо оперативно реагировать на действия, направленные против целостности организации и на выпады, которые подвергают критике и сомнению идейную составляющую»Солидарности». Нужны жесткие меры по противодействию идеям авторитаризма и вождизма, средневековых предрассудков и клерикализма, фашизма в разных обличиях, ксенофобии, наступлению на права человека .

Работа с молодежью должна стать одной из основных задач движения «Солидарность». Привлечение интеллигенции, студентов, создание молодежных объединений на базе крупнейших образовательных учреждений, участие в молодежных пикетах , митингах, а также в городских спортивных и творческих мероприятиях . Привлечение членов «Антифа» и других формальных и неформальных молодежных объединений в политическую и гражданскую деятельность «Солидарности». Также необходимо работать с молодыми семьями, родительскими организациями, которые сегодня буквально оккупированы псевдо-церковными организациями мракобесов. Одной из основных задач является поддержка и защита пенсионеров и инвалидов. Сотрудничество с правозащитными организациями, взаимодействие с иностранными консульствами и политиками принесет шанс и поддержку на пути к демократизации и дальнейшему построению правого государства

Движение «Солидарность» уже доказало свою состоятельность. Оно набирает общественный вес, осваивает различные формы работы с населением, учится отстаивать интересы сограждан. И этот курс обходимо всемерно развивать.

@ Дмитрий Веденин

Радио «Свобода»

19.05.2010 14:27
14 лет назад, летом 1996 года, в России состоялись вторые президентские выборы. Как и в 1991-м, выиграл их Борис Ельцин. О значении этих выборов в истории России спорят публицисты Олег Мороз и Михаил Шевелев.



Михаил Шевелев: Тема нашей сегодняшней беседы, как мне кажется, – одна из самых интересных, потому что выборы 1996 года стоят в ряду тех событий, которые историки называют развилками − моментами, когда развитие страны могло пойти по одному пути, а могло − по другому. Когда развилка пройдена, она становится точкой невозврата. Мне кажется, что выборы 1996 года стали такой точкой невозврата для еще одной попытки перевести Россию на демократические рельсы. До этого такой кардинальной точкой невозврата была реформа 1861 года. Что роднит эти два события − это трусость и жадность отечественной элиты. И в том, и другом случае элита понимала, что силовой путь решения проблем невозможен, но вместо честного реформирования выбирала путь обмана и мистификации. Недореформа 1861-го через пятьдесят лет привела страну к революции. Последствия того, что началось в 1996-ом мы уже наблюдаем и еще будем наблюдать.

Олег Мороз: Ну, я не стал бы возвращаться так далеко вглубь истории, в 1861 год. Я представляю себе все совершенно иначе. Я обратился бы к августу 1991 года. Это была первая попытка реставрации коммунистического режима, возвращения его к полной силе, поскольку было ясно, что этот режим терпит крах. Вторая попытка реванша была в октябре 1993-го, хотя более смазанная: там не было такой явной коммунистической окраски, но явная реваншистско-коммунистическая струя и тогда чувствовалась. Хотя бы потому, что во главе путча стоял Руцкой, который призывал "назад в СССР", стояли генералы Макашов, Ачалов, стоял неистовый коммунист-революционер Анпилов и другие. И третьей попыткой коммунистов были как раз выборы 1996 года. Это попытка едва не увенчалась успехом. Еще в начале года, после победы коммунистов на думских выборах, почти все были уверены, что и триумф на президентских выборах у коммунистов в кармане, что президентом станет Зюганов и т.д. Вот этого, слава Богу, не произошло. Вектор демократического развития, заложенный Горбачевым, Ельциным и их соратниками, сохранился. Так что, о какой точке невозврата вы говорите, я совершенно не понимаю. При этом я хочу подчеркнуть, что победа Ельцина на выборах не означала торжества демократии, еще раз скажу: речь шла лишь о сохранении демократического вектора развития. Одновременно она означала, что теперь коммунисты лишены реальной возможности снова претендовать на власть. И вот уже 14 лет мы наблюдаем, что у них действительно не возникает таких возможностей и они более не предпринимают таких попыток. Хотя… Если нынешняя власть будет себя вести так, как она себя сейчас ведет, я не исключаю, что такие возможности снова возникнут…
Так что дату 3 июля − дату победного для Ельцина второго тура выборов 1996 года − надо бы отмечать как праздник.

Михаил Шевелев: Никак не могу ее праздновать. По ряду обстоятельств. Первое − это то, что в печальном для России 2000 году и позднее не произошло ничего такого, что не было бы заложено в 1996-м. То, что мы имеем сейчас, начиная с 2000 года, − это прямые и логичные последствия того, что было заложено в 1996-м. Если говорить о коммунистах и коммунистической идеологии, то мне не кажется, что мы тогда имели дело с коммунистической идеологией. Зюганов и его окружение это люди без особых взглядов, которые боролись за власть и собственность. Так же, как и их оппоненты, которые называли себя демократами, боролись за власть и собственность. В общем-то это нормальная борьба, не предосудительная, вопрос только в методах. А вот попытка путем обмана населения сохранить власть в 1996 году и дискредитация самой идеи демократии и такого важнейшего демократического института, как выборы, − именно она и аукнулась потом и второй чеченской войной и приходом преемника, а не избранием следующего президента. А дальше все уже развивалось логично.

Олег Мороз: А в чем заключался обман населения?

Михаил Шевелев: Обман населения заключался в том, что впервые был применен тот административный ресурс, который мы сейчас так осуждаем. Это был сговор крупного бизнеса и власти, это было манипулирование общественным мнением, это была бесчестная игра. Я не говорю о прямых фальсификациях.

Олег Мороз: Никакой суд никаких серьезных фальсификаций не обнаружил. Мнение о том, что выборы 1996 года были ужасными выборами, каких никогда нигде на свете не бывало, − это такой фундаментальный миф. Он основан на том, что все, почти все, были уверены, что Ельцин не в состоянии без фальсификаций, без подтасовок, без использования мощного административного ресурса выиграть выборы. Человек был болен, без конца курсировал между Кремлем, дачей и ЦКБ, плохо выглядел, плохо говорил, рейтинг у него был почти нулевой (три процента − в пределах статистической ошибки). Почти все были уверены, что он вообще не пойдет на выборы, советовали ему не ходить, а уж если пойдет, это будет хороший подарок коммунистам, потому что тогда уж точно все за них проголосуют.
Этого не случилось. Была очень серьезная, очень драматичная борьба за то, чтобы поднять его рейтинг, вернуть ему популярность, но это была борьба в общем-то в пределах допустимых правил, в рамках обычной избирательной кампании. Подъем ельцинского рейтинга в течение предвыборных месяцев был хорошо отслежен. Все было совершенно прозрачно. Была даже зафиксирована дата, когда рейтинг Ельцин опередил рейтинг Зюганова. В общем-то и изначально-то разрыв между ними был не слишком велик − на уровне шести процентов, но по опросам, проведенным рядом социологических служб в конце апреля − начале мая (дата публикации − 12 мая), вперед вышел Ельцин и более не уступал Зюганову первенства. В первом туре все предсказывали победу Ельцина, с небольшим разрывом − в два-три процента. Так оно и произошло: в первом туре Ельцин набрал на три процента больше, чем Зюганов. Во втором туре разрыв увеличился до 13 процентов, примерно так и предсказывалось. Любой социолог вам скажет: при массовой фальсификации такого не бывает, такого не может быть, потому что не может быть никогда.
Так что никакого особого, из ряда вон выходящего обмана не было. Было, конечно, то, что всегда бывает на российских выборах, причем со всех сторон: использование административного ресурса, превышение денежных трат (которые по тогдашним центризбиркомовским правилам были смехотворно малы)…
Так что распространенное утверждение, будто на самом деле победил Зюганов, победил честно, а у него отняли победу, − это миф. Но этот миф так хорошо отстроен и так он укоренился, что считается непререкаемой истиной.

Михаил Шевелев: Я не говорил, что выборы выиграл Зюганов. Я говорю о том, как выиграл Ельцин.
Рейтинг Ельцина вдруг начал расти? Не велик секрет, как это произошло. Авторами избирательной пропагандистской программы Ельцина были два человека − покойный ныне Всеволод Михайлович Вильчек и здравствующий ныне Игорь Малашенко. Они разработали программу популяризации Ельцина по телевидению после того, как произошел сговор всех ведущих телеканалов и остальных средств массовой информации, профинансированный крупным бизнесом. Это было решающим фактором. Это была отлично продуманная, целеустремленная и хорошо профинансированная кампания. Вот отсюда и возник этот рейтинг, поддержанный впоследствии фальсификациями.
Залоговые аукционы - вот важнейшая тема в разговоре о выборах 1996-го. Именно на них была куплена поддержка крупного бизнеса, и этими деньгами были заткнуты дыры в бюджете, выплачены зарплаты и пособия, на эти деньги велась пропагандистская кампания одного из кандидатов. В равных условиях эти кандидаты не были. Близко один к другому не стоял.

Олег Мороз: Я что-то не понимаю…На залоговых аукционах так называемые олигархи − они тогда так еще не назывались − заплатили деньги, а не получили, дивиденды от своих покупок они стали получать позже. Какое отношение залоговые аукционы, проведенные осенью 1995 года, имеют к выборам 1996 года? Все вали в одну кучу − и выборы плохие, и аукционы плохие… Может, мы все-таки отойдем от залоговых аукционов − я понимаю, тема необычайно интересная, но обсосанная до предела, − и вернемся к выборам?
Вы говорите − "сговор всех телеканалов, всех газет", всех финансистов в пользу Ельцина. Это ваша произвольная оценка. Международные наблюдатели зафиксировали некоторое превышение "ельцинского" телеэфира и газетных площадей над "зюгановскими". И это было единственное замечание, которое они сделали. При этом оговорились, что в общем-то это обычное дело: глава государства, даже в демократических странах, как правило, имеет преимущество в освещении своей кампании, с этим ничего не поделаешь. Сами коммунисты оценивали соотношение телевизионного времени и освещения в газетах того и другого кандидата как 60:40 в пользу Ельцина. Тоже не Бог весть какое убойное преимущество.
И дело не ограничилось одной телепропагандой. Ельцина побудили полностью изменить стиль поведения, объехать всю страну, провести десятки встреч с людьми.
Теперь насчет "бедных" коммунистов, у которых финансовые возможности были несопоставимо ниже, чем у Ельцина. Неужели вы думаете, что богатые люди не финансировали и их? Неужели вы думаете, что у них не было достаточных источников финансирования?

Михаил Шевелев: Вы хотите уравнять Ельцина с Зюгановым? В чем? В источниках финансирования? Или в моральных качествах? Ельцин был действующая власть. Это человек, на котором лежала ответственность за сохранение демократии в России. Не за собственную победу на выборах, а за сохранение демократии в России.

Олег Мороз: Демократии в России тогда не было − был вектор демократического развития.

Михаил Шевелев: Отлично, за сохранение демократического вектора. Но это была его главная ответственность. Зюганов не брал на себя эту ответственность, она на нем не лежала. И он не есть предмет разговора. А Ельцин был − действующая власть, прошедшая уже, между прочим, через выборы. И я считаю, что на Ельцине лежит ответственность за дискредитацию демократических институтов в России.

Олег Мороз: Я пытаюсь уловить вашу логику и не могу. Мы с вами где живем − на небесах, где порхают ангелы, или на грешной земле? Каким образом сохранить демократический вектор, если не выиграть выборы у коммунистов? Отдать Зюганову выборы, чтобы ответственность за демократический вектор уже на нем лежала? Да он со товарищи вам такие векторы устроит, что мало не покажется! Объясните мне, пожалуйста: вы хотели бы, чтобы выборы выиграли коммунисты, а Ельцин сохранил какую-то абстрактную демократическую девственную невинность и чистоту?

Михаил Шевелев: Вот это очень хороший вопрос, который встречается каждый раз в этих дискуссиях. Демократия − это не то, КТО победил, демократия − это КАК победил…
И это единственное определение, другого нет. Демократия − это процедура. Как только вы берете на вооружение лозунг "Цель оправдывает средства", демократия заканчивается.

Олег Мороз: По-моему, мы уходим в теоретические дебри. Мы ведь с вами не на семинаре для первокурсников философского факультета.

Михаил Шевелев: Не важно, кто победил бы на тех выборах.

Олег Мороз: А мне важно. От этого зависела судьба России.

Михаил Шевелев: Судьба России зависела от того, были ли эти выборы выборами, или это был первый случай фарса, подтасовки и обмана населения, после которого все остальные стали неизбежны.

Олег Мороз: Но мы уже вроде бы обсудили и разобрались в этом: никакого особенного обмана и подтасовки не было. Зачем еще раз возвращаться к этому?

Михаил Шевелев: Я остаюсь при своем убеждении, что это был первый случай тотальной дискредитации самой идеи выборов. Все произошедшее потом абсолютно логично из этого вытекает. После этого люди соответствующим образом отреагировали и на выдвижение преемника, и на вторую чеченскую войну, и на многое другое – а именно, с глубочайшей апатией и цинизмом.

Олег Мороз: Это совершенно разные истории. Тут нет никакой связи.

Михаил Шевелев: Есть связь. То, что происходит сейчас - это продолжение того, что случилось в 1996 году. Если бы в 1996-м удалось сохранить доверие к демократическим институтам, не было бы того, что происходит теперь.

Олег Мороз: Откуда такой странный и неожиданный вывод? Вроде бы про "теперь" мы вообще не говорили. Это совершенно произвольная точка зрения − связывать неизвестно по какому критерию "теперь" и "тогда". Исторический материализм любил этим заниматься.

Михаил Шевелев: Существует простая логика исторического развития: когда действующая власть и симпатизирующая ей часть общества обманывают всех остальных, им не стоит потом удивляться, что все остальные равнодушно смотрят, как у них отнимают то, что им представляется ценным. Называют ли они себя демократами или коммунистами, значения не имеет, равно как и то, чем они свой обман оправдывают.

Олег Мороз: Связывать выборы 1996 годы с происходящим сейчас − я не вижу тут никакой логики.

Комментарий:
В 1996 году перед президентскими выборами всем здравомыслящим, демократически настроенным людям было ясно: какие бы претензии ни были к Ельцину, необходимо сделать все, чтобы победил именно он, а не Зюганов. Победа коммунистов, возвращение их к власти - это катастрофа для России, очередная катастрофа, которую она вряд ли переживет.

И Ельцин, больной Ельцин, перенесший за год пять инфарктов, победил. Зюганов сразу же поздравил его с победой. Коммунисты заявили, что оспаривать результаты выборов они не будут - нарушения были незначительными. Международные наблюдатели оценили выборы как лучшие, какие им приходилось видеть в России.

Однако спустя годы коммунистический вождь вдруг решил, что тогда, в 1996-м, победил именно он, что победу у него украли. Стал повсюду уверять, что он не встречал ни одного человека, который голосовал бы за Ельцина, что все было фальсифицировано.

Путинская власть охотно поддержала эту вдруг возникшую версию: выборы 1996 года были совершенно жуткими, абсолютно жульническими: ну не мог больной Ельцин выиграть эти выборы. Для путинистов это было очень удобно: вот вы говорите, что сейчас выборы какие-то не такие, не выборы, а пародия на них, - но вы посмотрите, что делалось в ельцинские времена! Особенно на это нажимал главный путинский «идеолог» г-н Сурков.

Самое странное, однако, что с недавних пор выборы 1996 года стали хаять и некоторые люди, называющие себя демократами: дескать, все-таки что-то там было такое нечистое, а демократию надо делать абсолютно чистыми, стерильно чистыми руками. А поскольку что-то такое все-таки там было нечисто, стало быть, с тех выборов и начался закат демократии в России, который в конце концов и привел к 2000 году, к Путину.

Когда их спрашиваешь: вы что, хотели бы, чтобы в 1996-м победил Зюганов? - они отвечают как-то невнятно: неважно, кто тогда победил - беда в том, что в тот момент проиграла демократия. Ничего себе - неважно, кто победил!

И в чем же проиграла демократия? Ну как же, говорят, что-то там было такое нечистое… А демократия - она должна быть абсолютно чистой!

И так - по замкнутому кругу.

Подробно о выборах 1996 года – см. мою книгу «1996: как Зюганов не стал президентом» (sps.ru) и второе издание - «Красные больше не вернутся» (olegmoroz.ru).

Персональный сайт Олега Мороза - http://www.olegmoroz.ru/