Это спонтанный пост ("Не могу молчать!"). Десять минут назад дочитала очередной рассказ из этой новой (всего 5-ой по счёту!) книги (М., 2008, 604 стр.), и не могу прийти в себя от впечатления и недоумения. И даже потрясения. А начала читать книгу 2 недели назад. И сразу же стала предвкушать, как напишу о произведениях из неё: и поотдельности, и несколько раз. Я почти с первых страниц поняла, что и это — настоящий писатель! (Из современных; в дальнейшем НП.) И вдруг решила их (НП) коллекционировать. За последние 2 дня мне 2 раза сказали, что мне не дано понимать жанр фэнтези, п. ч. это не дано женщинам по умолчанию. Так же, как и коллекционирование. Якобы коллекционерами (настоящими коллекционерами) могут быть только мужчины...
Кто-то назвал прозу Евгения Шкловского мерцающей, даже, кажется, мягко мерцающей. Очень подходит, по-моему, это определение. Я у него читала и предыдущую книгу "Фата-моргана", которая тоже очень понравилась. Его невозможно читать быстро (да и не хочется), как многих современных. Наоборот, хочется часто делать паузы, чтобы перевести дыхание. А после каждого рассказа (в "Аквариуме" 1 повесть про археологов "Нелюбимые дети" и 45 маленьких рассказов) — вообще отложить на время книгу. Настолько впечатление почти от каждого не пускает к немедленному чтению следующего. Но самое странное, что никаких событий почти ни в каких рассказах не происходит! Но этого почему-то очень ждёшь, и в сильном напряжении, причём, что вот-вот сейчас... И — ничего! Но, несмотря на это, описание состояния обычного человека так затягивает в его мир! Нет, всё же его герои не совсем обычные, они чаще — многие — из тех, у кого богатая внутренняя жизнь, естественно, невидная родным, близким и коллегам и дезориентирующая их, которая превращает даже их быт и восприятие окружающего мира в события, глубокие по чувствам и ещё чему-то сокровенному, как будто у них сама душа имеет свою особую жизнь. 

Рассказ "Закон" выбивается из "мерцания", хотя именно к мерцанию и призывает... [ Читать далее... → ]

«Дорогая бабушка, возьми меня пожалуйста жить к себе. Я буду тебя всегда слушаться, буду мыть посуду, хату белить, картошку копать», - в этом месте на лист бумаги капнула капля воды, потом другая…

Писавшая эти строки девочка лет десяти, черненькая и худенькая, как галчонок,
поспешно вытерла слезы ладошкой

- А то опять разревусь и ничего не напишу, - шмыгнув носом, она продолжила, -
Дома мне плохо, папа с мамой ругаются. И в школе меня дразнят. А учителя, - тут девочка судорожно вздохнула,- Они кричат на меня, а я боюсь, когда на меня кричат. Я тогда вообще ничего ответить не могу, а я почти всегда знаю уроки. Мне так хочется, чтобы меня любили. Одна ты меня любишь. Забери меня, родненькая бабуленька, отсюда.-

Тут Таша внезапно улыбнулась, уж слишком её письмо напоминало письмо Ваньки Жукова из рассказа Чехова « Ванька». В школе его недавно изучали.
Только вот в отличие от Ваньки девочка знала точный адрес, но всё не решалось отправить его, боясь расстроить бабушку.
[ Читать далее... → ]

Стихотворение СТРОКИ КОРАНА
написано в соответствии
с русским переводом КОРАНА,
под редакцией академика Крачковского

Не давно я узнал один секрет
Тот что скрывался миллионы лет
Он говорит о тех кто каждый день
Нас убивает свет сминая в тень
Они срезали жизни как траву
Ломая судьбы сел и городов
И превращали в грязь и в муки мглу
Любую жажду счастья и любовь.

Но я открою вам простой секрет
Который неизвестен никому
И может быть в глазах возникнет свет
Про то, что нужно мне или ему.

Основой тут является пептид - начало компонента тведрых стен
Неазваньем гликаен и странный вид . он фторхинолон блокировать хотел
Но в большинстве своем одна всегда судбьа -она подобна дому из песка
Блокировать создание белка и репарацию нарушить ДНК
Но фторхинол на синтез Атф желает синтезировать белок
Мутации в системе SOS-ответ приводят к смерти этот зла поток
Но точка сборки в окислении была
Железно серный кластер бьет фермент
. и без дыхания в страданьи умерла
Та кто бессмертна миллионы лет
Мишень конечно будет гуанин он жертва окисления порой,
а с коплиментной парой цитозин
Мешает выплыть в мутагенный ток.

Я это все к чему?
Не зная этот мир, мы новость видим только в доме 2.
И пусть наука соткана из дыр
Но в ней намного больше волшебства

я форма отраженная в реальности
платоновская истинная суть
в бескрайней этой иррациональности
меня увидеть сможешь лишь чуть чуть.

я электрон что выстроил железо
химически обычный как металл
в структуре фонаря быть может вам полезен
но только в вечности планировать устал

мой возраст равен возрасту вселенной
хотя возник я только лишь вчера
вне времени стремится бесполезно
мне излучать давно уже пора

с орбиты на орбиту пробираясь
стремлюсь в мгновенье сущность отразить
я мира тень и миром я питаюсь
и для меня вертеться значит быть

и все неважно, зеркало иль пепел
фонарь иль солнце
дождь или гроза
все это видимость, иллюзия, обманка
одна лишь правда - это только я.

куда не взглянешь кварки и протоны
куда не кинешь взгляд лишь волны и лучи
и в пустоте что будет нашим домом
мы вечности создали кирпичи.

тогда неважно право или лево
тогда неважно взад или вперед
но знаю я пространства королева
как бесконечность всех к себе нас ждет

Это одна из лучших книг писателя и жанра фэнтези. Но прочитавшие её говорят, что это фантастика, хотя и не научная. Наверное, философская (там аналогии с буддизмом — "надрелигиозным философским учением"). За этот роман (М., 2007, 380 с.) автор получил премию "Хьюго" (она присуждается за НФ). Кстати, у этого автора 6 премий "Хьюго"! Все герои — боги (так думаешь почти до конца). Но они произошли от людей, выживших после гибели Земли, полной и окончательной. Они переселились на другую планету и обустраивают её. Их реинкарнации имеют особенность. Предыдущая инкарнация тоже продолжает жить, но это уже другой бог, хотя в нём осталась и часть того, кто сейчас уже проживает своё следующее воплощение.
ГГ Сиддхартха, он же Майтрейя, он же Просветлённый, он же Будда, он же... (у него много имён, но сам он зовёт себя просто Сэм) чуть ли не один противостоит всем "врагам народа", мешающим обустроить под жильё новую планету. Описание его борьбы занимает бОльшую часть книги. И борьба эта нечеловеческая, как и вся их жизнь там. Например, когда он начал душить одного бога, тот ему сказал, что он — его предыдущее воплощение, поэтому он душит самого себя. И, убив его, он убьёт и себя: "Я — это ты!" Но это лишь ненадолго приостановило процесс: Сиддхартха-Сэм всё-таки додушил врага до конца. А вообще, все они приходились всем родственниками, причём одновременно всеми сразу. В качестве наказания за грехи эти боги оказываются заключены в разные другие сущности. Когда С-Сэм (дальше — С-С) набирал себе группу поддержки, он их освобождал. Так, один наказанный был вечным огнём в щели между плитами стены. Он его освободил, но тот попросил опять его сделать огнём, чтобы ещё раз увидеть силу С-Са. С-С опять превратил его в огонь, а когда тот попросил опять вернуть ему свободу, С-С не сразу это сделал, а ещё раз взял с него клятву быть с ним заодно в борьбе за строительство нужного строя. Но и перед первым возвращением ему свободы они тоже долго тогровались.
В общем, там сплошные аллегории: есть и герой, которого надо трактовать как Иисуса Христа. Но по сути ничего нового в их жизни не было. На новой планете они проходили тот же путь, что и люди земли когда-то. Изобрели велосипед, другие полезные вещи. Построили 7 буддистских святынь... Я надеялась, что тперь они будут молиться человеку. Но не угадала — опять богу... Развивали ремёсла и искусства, постоили художественные галереи...
Кроме богов, которые в конце оказались людьми, там были и разные их меньшие братья, тоже чудные, конечно. Например, призрачные кошки Канибуррхи... В общем, потрясающая книга для очень больших поклонников фэнтези. В интернете несколько сот отзывов на книги этого писателя, и все — только восторженные и очень восторженные!

ОЧЕНЬ рекомедную! Вчера была онлайн-встреча с Алексеем Ивановым ("Географ глобус пропил", по которому уже, кстати, снимается фильм "Географ"; "Золото бунта", "Сердце Пармы"...). Мне и встреча, и особенно сам писатель, так сильно понравились, что обязательно буду смотреть теперь там все. Ведущая, правда, не очень профессиональна, но это ничего: молодая, ещё научится. Главное, добрая и воспитанная. А это уже немало в наше время. Иванов же вообще оказался на редкость и приятным человеком, и очень интересной творческой личностью. Кстати, он тоже считает, что "искусство цели не имеет. Это просто способ существования творца". Жаль. что встреча с ним длилась только 35 минут.  Вопросы ему на этот сайт люди набросали заранее (мне об этих встречах почему-то приходили сообщения на почту, я думала, что всем тоже приходит). Но чтобы там задать вопрос, требуется или авторизоваться, или зарегистрироваться. У меня ни на то, ни на другое ума не хватило, хотя вопросы к Иванову были: всё время пишут, что "некорректный логин" и другое, хотя писала только приличные слова. Люди добрые и умные, научите делать это корректно, пожалуйста! Пообещали сделать запись этой встречи с Ивановым там же (http://imhonet.ru/ownprice/event/ivanov/?gclid=CKSZ3YmLjLACFUSIDgodGixroA). Но пока ещё её нет.
А 21 мая была онлайн-встреча с Захаром Прилепиным (кстати, он и про свой "Тотальный Диктант" по русскому языку рассказывал, который писали в нескольких областях; его результаты есть в интернете). Эту запись (а эта встреча была почему-то больше часа) уже сделали: http://imhonet.ru/ownprice/event/prilepin/ Но она мне совсем не понравилась. И Прилепин тоже. Но смотреть было всё равно интересно, и даже весело (именно смотреть). Есть мнение, что человек на публике — это не совсем тот же человек, что не на публике. Это и так, и не всегда так. Не сомневаюсь, что Иванов был предельно естественным. И думаю, что ему публика — до лампочки (в хорошем смысле; и пардон, конечно, но не подберу другого слова): он просто со всеми такой необыкновенно интеллигентный. Интересно бы его посмотреть в другой среде... 
Встречи они планируют не только с писателями, но и с другими известными людьми.

Это роман-гротеск и роман-предупреждение о том, что страх страха -- самый страшный из всех страхов. И что прав русский мужик, который лишь тогда перекрЕстится, когда гром уже грянет. П. ч. всю жизнь бояться неизвестно чего и ежедневно ждать грома, как интеллигенция, ещё хуже. Сценариста Свиридова дольше других проверяли на границе в Крым. А на его "почему" сказали, что потому, что он есть в каком-то, им неизвестном, списке. Вернувшись, он стал ко всем приставать с целью найти ещё таких. И, естественно, нашёл. Таких же паникёров. И "список" стал расти... А тут и "Гугл в помощь"! Члены списка сами себя зарегистрировали в Инете, затем познакомились в реале, а в поисках причин (то ли это список национальной элиты, то ли врагов народа) сдружились... "Жизнь в списке" стала похожа на "Дом-2" и "Окна". Те, кто не в списке, тоже поделились на борцов за них и наоборот. Интересно про разницу в отношениях к тревожной неизвестности у мужчин и у женщин (очень похоже на потрясающий х/ф "Прогулка по эшафоту"). А паника гл. героя -- на схождение с ума математика Нэша из х/ф "Игры разума".

Мне книга понравилась. Ну очень смешная дурничка (хотя далеко не всё смешное в ней остроумно)! Но это если со стороны смотреть. Если же примерить эту ситуацию на себя, то совсем не смешно, а страшно. Это пародия на совковую психологию и на тех, для кого любой маразм сверху -- "всё божья роса". Ещё книга про то, как выбирают на фестивалях "лучшие" фильмы. Много ФИО реальных живых режиссёров, писателей, журналистов, новых русских. Написана вполне нормально, хотя местами довольно цинично и глумливо. [ Читать далее... → ]

Этим летом исполняется 75 лет с тех пор как Геббельс устроил печально известную[ читать дальше → ]

Больше всего я люблю читать исторические книги (куда и мемуарную л-ру можно отнести). А их тематика обязательно включает и религиозные вопросы, и национальные... С. Алексеева я бы отнесла больше к приключенческой л-ре. И фантастика, наверное, у него хорошая. Но чисто исторические его книги мне очень нравятся. Особенно фактографией (хотя и с художественностью у него всё нормально).
Повесть "Слово" -- о спасении (и собирании) старых религиозных неканонических книг, которые остались в дальних старообрядческих скитах. Герои -- специалисты, но перед ними по тем скитам прошёлся "чёрный" копатель и очень навредил. После него обитатели тех глухих мест стали такими осторожными, что не допускали к себе даже старых знакомых -- собирателей этих книг. И, чтобы как-то поправить положение, решили послать туда молодую ж-ну с "мужем" (коллегой), понимая, что с "бабой" старообрядцы могут вообще не разговаривать.
Так как они не симпатизировали друг другу, им было трудновато играть роль супругов ("муж" был подчинённым в этой командировке). Мудрые старики почувствовали фальш в их отношениях. Жизнь, быт, отношения между людьми в скитах остались как в Древней Руси (много интересного). Но эта сюжетная линия не главная, но небезынтересная тоже.
Мне больше всего понравились страницы про насильственное крещение Руси: как поступали со старыми богами наши предки. Они их топили, а те, деревянные, тонуть, конечно, не хотели. Поэтому к ним привязывали камни и топили снова. Жгли их на кострах. Странно. Может, это делали отдельные отморозки? Ведь противились крещению очень сильно. Новгородцы пошли в реку только после того, как не только пообещали сжечь Новгород, но и начали это делать, поджигая на окраинах и уничтожив несколько домов...
Казалось бы, переходя (тем более, насильно!) в православие, они (мы) должны были попросить прощение у старых богов и поблагодарить их за всю предыдущую помощь... Может, поэтому и несём сейчас "русский крест" (как предатели своей веры)...
Пишет Алексеев очень хорошо. Хотя фантастику его не читала и про поиск разных кладов (Янтарную комнату, библиотеку Грозного и т. д.) только полистала. Читать можно и нужно (если хочешь ведать...).
Роман "Аз бога ведаю" -- про 10 век, Русь перед выбором: оставаться язычниками или перейти к единобожию. Роман "Покаяние пророков" тоже очень понравился (про самое актуальное в Древней Руси и сейчас).

Роман (С-П, 2008, 850 стр.) об освоении пустынного острова Гонконг в середине ХIХ века с целью сделать его центром торговли всех цивилизованных стран со всей Азией. И колонией Британии, конечно. Много восточной "экзотики" (если это можно назвать экзотикой), например, как девочек с 6 лет полтора десятка лет мучают пеленанием стоп, чтобы потом они могли не стыдясь жить с "нормальными" ногами, а не с "большими", как у простолюдинов. О торговле опиумом до закона о запрете продажи его и после. О том, как ожидали этот закона и заранее готовились к нему. Т. е. о зарождении контрабанды. О том, кто на самом деле правил Китаем...
Интересно о европейцах глазами китайцев. Например, мать объясняет маленькому ребёнку, что белые — дикий народ, и главным её аргументом было тО, что у белых мужчине можно иметь только одну жену. Это, конечно, ненормально и даже противоестественно. Значит, европейцам ещё очень далеко в развитии до китайцев.
О жестоких мордобоях, называемых боксом (но это уже среди европейцев): был известен случай, когда бой состоял из 99 раундов, но чаще укладывались в 50. Есть и любовь (и вообще об отношениях между М. и Ж.), а также о женской мудрости, поневоле научившей её добиваться от мужчины желаемого.
У главного героя, сначала чуть ли не в одиночку начавшего осуществление задуманного, п. ч. никто не верил в возможность этого и хорошо видел большую опасность, был личный враг, противодействие которого много раз отбрасывало его назад с уже достигнутого. Интересно об огромной роли йосса в жизни любого человека.
Что плохо. Очень неудобно, что объяснения (немалочисленные) всяких "йоссов" даются прямо в тексте рядом с первым упоминанием их, а не внизу страницы или в конце. На протяжении 850 страниц все их в голове удержать трудно, но иногда очень требуется его значение. Начинаешь искать и тратишь на это много времени. Совет: сразу на листочек лучше выписывать и ставить страницу. Йосс — 11. У китайцев это слово в речи встречается по многу раз в день: это "удача, неудача, Бог и дьявол одновременно", в одном флаконе, так сказать. В общем, два мира, два детства (и про детство там тоже есть), две культуры (причём глазами представителей обеих друг на друга)... Среди героев есть и русские. Написано просто, но хорошо. Тем, кто любит длинные романы, думаю, это произведение должно понравиться. Это нечто среднее между историческим и приключенческим романом.

Все книголюбы читали, думаю, у этого писателя, одного из лучших писателей нашего времени, хоть что-то. И, хотя далеко не всё у него равноценно, много произведений однозначно замечательных.
"Алексей Иванов — один из ярчайших прозаиков современности, лауреат многочисленных литературных премий, сценарист фильма «Царь» П. Лунгина, автор фильма «Хребет России»... В эксклюзивной видеоконференции Алексей представит свою последнюю книгу «Комьюнити», которая продолжает сюжетную линию, намеченную автором в романе «Псоглавцы». 
«Комьюнити» — новая книга Алексея Иванова, известнейшего писателя, историка и сценариста, автора бестселлеров «Золото бунта», «Географ глобус пропил», «Общага-на-Крови», «Блуда и МУДО», «Сердце Пармы». Наряду с вышедшим ранее романом «Псоглавцы» образует дилогию о «дэнжерологах» — людях, охотящихся за смертельно опасными артефактами мировой культуры.
«Псоглавцы» — блестящий дебютный роман Алексея Маврина, первая в России книга, рассказывающая о деятельности «дэнжерологов», людей охотящихся за «жестокими чудесами» мировой культуры.
Затерянная в лесу деревня, окруженная торфяными карьерами. Рядом руины уголовной зоны. Трое молодых реставраторов приезжают в эту глухомань, чтобы снять со стены заброшенной церкви погибающую фреску. Легкая работа всего на пять дней… Но на фреске — Псоглавец, еретическое изображение святого Христофора с головой собаки, а деревня, оказывается, в старину была раскольничьим скитом. И во мгле торфяных пожаров все явственней начинает проступать иная история — таинственная и пугающая."
Свой вопрос автору можно задать заранее (я так поняла) вот здесь:
http://imhonet.ru/ownprice/event/ivanov/?gclid=CKSZ3YmLjLACFUSIDgodGixroA
(Там ему уже понакидали... И не только вопросов. Присоединяйтесь!)

I.
на черном - чернота оттенка.
можно ли таким образом
что-либо выразить, понять, осмыслить?
когда чернота отчаяния - лишь веха,
сумрак, сквозь который необходимо пройти, не оглядываясь
и не пытаясь восстановить вчерашние формы -
формы, лишенные сути, выхолощенные, ставшие игрушкой
скучающего, уже не идущего к цели разума....

[ Читать далее... → ]
II.
задумав белое на белом -
не как белизну чистого листа,
не как белизну постели,
не как белизну сверкающего на солнце снега, -

[ Читать далее... → ]
III.
казалось бы: умная фигура,
квадрат своей безукоризненной правильностью
ограничил движение мысли, придал ей форму,
не позволил ей слиться с чувством,
отдаться неукротимому слепому произволу желаний.
[ Читать далее... → ]

Ч У Т Ь – Ч У ТЬ - У Д А Ч И!

Чтоб удержаться в жизни на плаву,
Не уронив достоинства начало,
Я с упоением, как в юности, пою,
Сражаясь одиночеством подвалов.
Они ко мне взывают во хмелю.
Ночей бессонных выпало немало,
И потому так долго не тону,
Что настоящую любовь не повстречала!
Там каждый миг - забвения строка,
И каждый вздох – отчаянья столетья!
Несутся надо мною облака
И сушит душу ураганный ветер.
Но всёравно с надеждою дождей
И мне Господь пошлёт чуть-чуть удачи! –
Без корысти, без зависти друзей:
Порадуемся вместе и поплачем…
4/5 – 012 г.

О "благодатном" огне.

Роман, С-П., 2010 г., 230 страниц. Самая добрая (и даже нежная!) книга про самое страшное зло — о жизни детей проституток "в рамках защиты несовершеннолетних" в одной из самых цивилизованных стран, рассказанной одним из этих детей (герою 10 — 14 лет). Правда, мальчик не самый обычный и типичный, а необыкновенный. И в тО же время (мне так кажется) такие — большинство детей, пока они не станут взрослыми, кто раньше, кто позже. Лучшие — не становятся взрослыми никогда, ни в каком возрасте. Кац, очень хороший человек и врач на этом дне, говорит:
— Ты очень умный мальчик, очень впечатлительный... Ты никогда не будешь похож на других. Иногда из таких получаются великие поэты, великие писатели, а иногда... А иногда — бунтари. Но можешь быть спокоен, это вовсе не значит, что ты не будешь нормальным человеком.
— Очень надеюсь, доктор Кац, что я никогда не стану нормальным, п. ч. нормальные всегда только подонки. И я сделаю всё, чтобы не стать нормальным.
Книга неимоверно тяжёлая. После того, как закончила читать её, несколько дней не могла отойти. За неё писатель Ромен Гари получил Гонкуровскую премию, хотя он её уже получал раньше за роман "Корни неба" (в 1956 г.). Эту премию 2 раза одному и тому же писателю не дают. Но она вышла под псевдонимом Э. Ажар. И это не первая его мистификация. А вообще, самая интересная его "книга" — это сама его жизнь.

"Родился в 1914 году в Москве... Воевал в качестве пилота в Европе и Африке. После войны вернулся во Францию и поступил на дипломатическую службу. [ Читать далее... → ]

Нас усердно учили батрачить,
Но, как Боги, хотим мы творить!
Жизнь должна быть красивей и ярче,
Но зачем же природу губить?
В мир разграбленный ты непременно
Поспеши возвратить, человек,
Чистый воздух, леса и морены,
Плёс прозрачный извилистых рек.
Пусть озоном задышат рассветы,
Чтобы смерть не таили дожди!
Человек! Ты, природу воспевший,
Не губи её! Не губи!
Закрываю глаза – я опять в Запорожье!
По заросшей тропе, по траве-мураве
Пробираюсь к Днепру меж хлебов осторожно,
Где когда-то оставила след на стерне.
Наплывают мелодии тёплой волною…
Зябнут ноги босые, но держим мы строй! –
Это вышла я к берегу вместе с тобою,
Моё детство суровое, ранней порой…
Как давно это было! Со мной ли то было?!
За туманом, за далью бескрайней степной
Всё яснее я вижу, как солнышко било
Мне в глаза сквозь тот дождик слепой.

[ Читать далее... → ]

В материальном мире всё дискретно, то есть всё состоит из частиц, которые имеют массу.
Что тогда может быть без массы? Фантазии, иллюзии, мечты и прочее.
Более 400 лет считали, что воздух не имеет массы.
И, наконец, Авогадро объяснил всем, что раз что-то существует как объект и его можно зарегистрировать, то оно материально и имеет массу.
Как он это сделал?
[ Читать далее... → ]

Это продолжение "Анны Карениной", довольно объёмная повесть о борьбе сербов в Хорватии и о большой роли в ней добровольца Вронского и его русского эскадрона. Это наши дни. Основные мысли (2 штуки; остальных мыслей -- очень много): 1) без России -- никуда; 2) Россия спасёт мир.
Наиподробнейше описывается политическая обстановка в Югославии с кучей географических названий, исторических имён (современных и прошлых деятелей) их и наших, с политическими документами, цитаты из которых даны жирным шрифтом... И перемежается всё это, очень густо, воспоминаниями Вронского об Анне, добросовестно снабжёнными пересказом тех событий и в качестве подтверждения цитатами из Толстого. (Не все же "Анну Каренину" читали.)
А ещё Вронский старается представить Анну в наше время там, где она сейчас находится: осталась ли [ Читать далее... → ]

    
   
С кляпом во рту всегда есть что сказать. 
   
Чем больше слов, тем меньше мыслей!
 
Заблуждается тот, кто думает...
 
И дыры бывают не по карману.
   
Любое сердце жаждет крови!
   
Если бы мы видели друг друга насквозь, мы бы друг друга не замечали.
 
Нашёл свою вторую половину и стал полным...  идиотом.
 
Послали подальше, и...  далеко пошёл.
   
Больше всего ошибок делают в слове «Я».
 
Даже самые глубокие мысли записаны на поверхности.
 
Даже в «ничто» есть несколько букв.
 
       Антип Ушкин 
 

Роман (М., 2010, 317 стр.) о работе и жизни врачей роддома. Думаю, на любителя всё же. Если бы не моя подружка, реанимационная медсестра роддома, я бы не поверила, что так дружно они работали, так (даже нежно) относились друг к другу. Да и к пациентам в целом тоже. Последние страниц 100 мне даже понравились. А первые 200 — с трудом въезжала в литературу нового времени ("новое время — новые песни"?). Очень понравился ГГ Женька: его превращение из падающего в обморок интерна в настоящего специалиста. Он мне напомнил ГГ романа Л. Улицкой "Искренне ваш Шурик". Его тоже воспитывала рафинированная интеллигентная семья из одних женщин. Но он всё же вырос настоящим мужиком, но... Благодаря тому, что его мама взяла в семью "приживалку" из лимиты, с которой познакомилась в роддоме. Та в основном и воспитывала мальчика, не стесняясь в выражениях и называя вещи своими именами. Поэтому в книге много матов и очень много вульгаризмов (одних "жоп" несколько десятков; и это самое приличное из них). И в секреты взрослой жизни посвящала его, не стесняясь ничего. Бабушка-библиотекарь и мама-переводчица только смущались и уходили от темы, объясняя мальчику, что для этой тёти Ани нормально так разговаривать. Т. е. она скорректировала минусы женского воспитания мальчика.

Говорят, что "сейчас у нас все знают, как лечить, учить, а теперь вот и самолёты водить", все считают себя специалистами во всём. Ну, после такой книги Т. Соломатиной можно считать себя и [ Читать далее... → ]

Рады были бы мы попасть в Рай, да грешить просто обожаем!
Жили – были старик Парамон со старухой Матрёной. Так начну я трагикомичный рассказ своего дружка со слезой в глазу. Жил дедок с той старушкой душа в душу, нечего и разглагольствовать – хорошо. Бывает же у некоторых семейных пар такая общность интересов, когда их жизненные графики стыкуются, как отдельные рельсы в одно длинное полотно до самых.. до окраин, а потому и прожили неразлучно они около пятидесяти лет вместе.
И всё то у них было…
Не нужно им было ваять в зимние вечера во дворе Снегурочку, ибо детки были зачаты ещё при лучине и рождены матушкой – Матрёной при непосредственной помощи мужа Парамона и Господа нашего Иисуса Христа.
Не нужна была им и кура – Ряба, ибо сами под наседок яйца (куриные) закладывали, а раз в неделю устраивали себе праздник какой-либо поминальный, либо закатывали юбилей, в общем, причину выдумывали, дабы насытить свой старческий организм и не вытянуться вдоль лавки на пенсион свой нищенский.
Пойдёт баба Мотя во двор, возьмёт топор с длинным топорищем, коим она чурбачки день-деньской для печи колола – и хрясть по шее бройлерного цыплока кг так, примерно, на пять, и нет головушки у той птицы, ощиплет, да и бросит в кастрюлю жирную тушку – лапшу варить.
Дед лишь кряхтит, слушая бабкины байки; ворчит себе по старости под нос, да покуривает у печи натопленной дешёвые сигареты «Шипка»... Здесь бы и сказочке конец, ан.. нет – рановато, ибо она только начинается…
Казалось бы, чем Парамону не жизнь – живи, да сплёвывай через свою капризную губу на сторону, более то и занятий у него никаких не было, а следовательно, и ответственности ни пред кем и никакой.
Почему же всё хозяйство вела Матрёна Калиновна – спросит меня строгий читатель.
Так, слепой то дед был… слеп, да около пятидесяти лет – с момента его женитьбы на Матрёне ещё при сталинском режиме.
Вот оно, какое горе в той семье было – не приведи Господь. А ведь когда сватали их в семнадцать лет, жених был хоть куда, ах, да красавец, заводной, да активный, такой сексуальный, а главное, зрячий и невесту для себя всем на зависть выбрал.
Он хоть и был еврей, но наполовину и, надо заметить – лучшую половину…
Что произошло в ту первую злополучную брачную ночь, никому неведомо, только наутро стало гостям и сватьям известно, что жених неожиданно ослеп.
Не подготовили его девчонки, не подготовили его друзья; неподготовленным он оказался к брачным интимным оргиям и игрищам в ложе с молодкой, а потому и был сражён в ту ночь в самую голову – увидев пятый размер груди своей невесты, когда она пред ним оголилась; либо невестины поцелуи прошли ниже ватерлинии не жениха уже, а мужа. Главное же, что ослеп в юном возрасте и на самом пике своей сексуальной активности.
[ Читать далее... → ]

Полночь!...
Танцы в сельском клубе к концу, когда ты должен решиться - либо остаться с дружками своими и забор у клуба подпирать, либо закадрить и проводить девчушку какую - никакую домой.
В моей шкуре верно не один находился, когда речь заходит о свидании с понравившейся ему мордашкой, в которую ты вроде бы влюбляешься в свои пятнадцать - шестнадцать лет.
Одно не понять, почему непременно особь мужского рода берёт на себя инициативу, дабы зажечь некое пламя любви с той, которая не меньше тебя того желает, а возможно и больше. Как усложнён весь этот процесс, как он мучителен!
Одно дело - ты с ней учишься, а значит близко знаком, а как впервые, да с незнакомкой! Всё, думаешь, лажа!
Что со мной и проявилось в один из летних дней, верно ни с кем того не было, а пошёл провожать я Люсьен, как называл мало мне знакомую Людмилу. Едва нашёл тему для разговора с ней, а надо далее развить её, а как.
Надобно начать, а в рот словно кляп засунули, не находится так необходимых слов. Найдёшь, так такое ляпнешь - стыдоба! Хорошо, ежели провожаемая дивчина к совести не прикасалась и не дружила с ней, тогда проще!
А как стыдливая! Рот парализует, зубы стучат, озноб по телу, и это в июне то месяце; не зная об астме - бездыханна грудь! В саду и без кислорода. Всё твоё младое животрепещущее существо сковано! Да я краской покрылся! И странная неподвижность всех органов! А, вдруг, да навсегда!
Спрашивается - проводник нашёлся, горе луковое - ходок, коль коленки дрожат, сидел бы дома хахаль, куда понесло, коль так возбуждаем!
Какие ласки, какие объятия, коли в завитушках на её милой головке можно было прочесть: «Мамынькой не велено!» А макси - юбкой до пят и кофточкой застёгнутой сзади на тридцать три (я считал) пуговки, держала оборону от провожающих, блюла девичью честь! Сидела, словно засватанная невеста!
Нет бы юбочку - в разрез, чтоб мой проснулся интерес!- думал я.- Как заноза сидит. Ох-хо-хо!..
Разговор не начавшись, мог прекратиться, но взошла луна и существовавшее меж нами напряжение стало рассеиваться понемногу. Присели на скамье и как бы ненароком, я положил голову её к себе на колени. Оноре де Бальзак да Дюма не сходили с её языка, послушать, так она с их героями больше сопереживала ночью, нежели со мной. Видишь ли, зачитывалась романами дотемна! [ Читать далее... → ]

ОСКОЛОК
автор: Дудин Олег Александрович

Он не любил рассказывать как было
И на показ себя не выставлял.
Не помню - по причине иль в порыве,
Однажды лишь, но вот что рассказал...

…Рассвет в дыму. Обугленное поле.
И тишина. Тела вокруг… Тела…
Земля, побагровевшая от крови,
Вдруг от себя меня оторвала.

Куда меня? Не уж-то, вновь, на небо?
В который раз «костлявая» за мной?
«Трымайсь, браток! Всэ будэ так, як трэба!» -
Вдруг слышу хриплый голос над собой.

Семнадцать, в миг, осколочных ранений…
Спина, что фарш… Но как вердикт: «Живи! -
И врач вздохнув, без всяких объяснений,
Подал осколок – Этот сохрани!»

В бинты запеленали, как младенца.
Есть время вспомнить бой… Поразмышлять…
Лоб в лоб, на поле минном, мы и немцы…
И ближний бой – его не избежать…

И понеслось!.. штыки, кинжалы… Мины? –
Значенья им никто не придавал!..
И сыпались, в готовые могилы,
Тела, устроив надо мной завал.

Как бой закончился?.. Вернулось трое…
А ночью было восемьдесят пять…
Тарас, Иван, Тенгиз и дядя Коля –
Их больше нет. Остались, там, лежать!..

Военный врач вносил в удачу ясность.
Звучала ясность словно приговор:
«Люби осколок свой за многократность!
Храни всю жизнь! – такой вот разговор, –

В рубашке ты родился, парень! Помни,
Невидимыми силами храним!
Ты в жизнь свою пустил такие корни,
Что стал, по сути, смертью не любим»

Война не раз еще в меня стреляла…
Но видно я настолько жизнь любил,
Что каждая полученная рана
Не угнетала – добавляла сил!

Отвоевали страны и границы…
Прошел войну с начала до конца…
Осколок мой с медалями хранится,
А тело изнывает от свинца…