Записи с меткой: Государь
АВАТАРизация общества.
...прельстить, если возможно, и избранных
Стратегия информационной войны развивается по одному сценарию. Сначала захватывают сознание мыслителей. Второй тур – сознание творческой интеллигенции и элиты. Третий тур – охват широкой массы посредством продукции, создаваемой захваченной интеллигенцией. Их творчество наиболее эффективно для внедрения в народное сознание.
Сегодня в информационной войне оружием массового поражения стали СМИ. Телевизор точно так же расстреливает сознание простого человека, как вчера пушки расстреливали города и промышленные объекты. Оба варианта бомбардировки ведут к разрушению и хаосу. В одном случае дымились руины городов, в другом дымятся руины сознания".
Проект Россия книга вторая (Ч.3 гл.2)
Тема довольно сложная, так как рассчитана не на поверхностные впечатления от просмотра, а требует углубленного осознания вбрасываемых посылов. С другой стороны, просто указать на точки, которые заставили смутиться, скорее всего приведет к реакции типа: «параноидальный православный – во всем видит чертей и три шестерки», ну что ж, такая реакция ожидаема и понятна.
Фантастика – это замещение христианского мироощущения на безбожный материализм, а ныне порой и на откровенный сатанизм
Но начать хотелось бы даже не с данного конкретного фильма, а так сказать, с общего обзора фантастики как таковой. Хорошие слова есть в книге иеромнаха Серафима (Роуза) «Православие и религия будущего» гл VI п.1 «Дух научной фантастики», где он прекрасно показывает, что зарождение и развитие фантастики как жанра происходило по мере отхода от христианского мироощущения, и по сути, стало как бы замещать вакуум духовности, рисуя новую картину мира. Мира без Бога.
«Летописцы научной фантастики обычно относят ее зарождение к началу XIX века. Некоторые предпочитают находить ее истоки в рассказах Эдгара Аллана По, представляющих собой сочетание убедительно-реалистичного стиля с «таинственным» и оккультным содержанием. Другие считают первым научным фантастом английскую современницу По, Мэре Уоллстонкрафт Шелли (жену знаменитого поэта): ее «Франкенштейн, или современный Прометей» представляет собой сочетание фантастической науки с оккультизмом, ставшее впоследствии характерным для множества научно-фантастических книг…
Религия, в традиционном смысле, отсутствует или преподносится весьма поверхностно или искаженно. Сам по себе этот литературный жанр безусловно является продуктом «пост-христианской» эры (что уже достаточно очевидно в рассказах По и Шейли). Вселенная в научной фантастике – всецело мирская, хотя нередко с мистическими обертонами оккультного или восточного характера. «Бог», если и упоминается вообще, то лишь как неопределенная и внеличностная сила, а не личностное существо (например, «Сила» в «Звездных войнах» – космическая энергия, имеющая как добрую, так и злую сторону). Растущее увлечение современного человека научно-фантастическими темами – прямое отражение потери традиционных религиозных ценностей»
Но если первоначально фантастика находилась под воздействием развивающегося материализма (корабли, завоевание космоса, контакты с внеземным разумом, расселение человечества, построение земного рая на земле и т.п.), то где-то с середины двадцатого века постепенно на смену безбожному материализму приходит мистицизм и порой откровенный сатанизм. Так в фильме «Хроники Риддика» главный герой убийца и злодей знает о Боге, но отзывается всегда или со злобой или пренебрежительно. Это не материалист. По духу – явный сатанист. И главными врагами представлены некромангеры «Собственно, эти армии угрожают не только Гелиону, но и всей Вселенной, поскольку Лорд Маршал вознамерился уничтожить все живое вокруг, обратив часть людей в свою веру, т.е. сделав их живыми трупами. Без чувств, без эмоций, без боли» ссылка.
Вы видели, как некрамонгеры убивают человечность людей? они подвешивают людей на подобии распятия! Может зритель это и не ассоциирует прямо с христианским символом, но получает еще один посыл в подсознание – христианство это религия смерти, убивающая человечность в людях! Это враг, с которым надо бороться.
Ну и названия фильмов где снимается Вин Дизель подходящие «Кромешная тьма» (неверный перевод «Черная дыра») три икса XXX (напомню, что в английском языке буквы F,O,X соответствуют цифре «6» – собственно по этой причине не вызывает особой радости название кинокомпании снявшей «Аватар» «20 век – FOX» ныне урезанный просто до «FOX»…
Ныне людей приучают к виду демонов и дают демонические установки для борьбы с «небесными людьми»
Но вернемся собственно к фильму.
Первый просмотр поразил спецэффектами. Фантастика высшего уровня. Правда… смутило то что начинаешь сопереживать трехметровым хвостатым инопланетянам, убивающим людей! А так… фильм бесспорно – новый шаг в развитии холли-вуддизма… Уже трудно отличить реальные съемки от компьютерных.
Невольно вспоминаются слова из Откровения (13,14) «И чудесами, которые дано было ему творить …, он обольщает живущих на земле»… «чтобы прельстить, если возможно, и избранных» (Мф. 24,24). Чем же привлекает? Красивой историей борьбы за справедливость – чем же пока еще? И все бы хорошо, да только борьбы кого с кем?
Синих, желтоглазых двухметровых гигантов с зубами вампиров и оскалом зверя – против людей. Это похоже на установку мины замедленного действия. Конечно, легко предвидеть оправдания и ответные обвинения. Мол, а ты бы был на чьей стороне? И тут мы оказываемся в логической ловушке. Дело в том, что ситуация нарисованная в фильме – из ряда невозможных. Таким образом можно создать фильм о доброй какашке и злом ассенизаторе, и спросить – ты за кого? Если фильм достаточно грамотно построен, то зритель будет плакать над судьбой какашки, и станет на ее сторону! Вот в чем сила и опасность холли-вуда.
И тебя даже не ставят перед выбором, а просто говорят фильмом – люди, плохие! Хорошие только те, кто предал людей и перешел на сторону мифических инопланетян. Еще одна мина замедленного действия.
Это очень опасная мина. Если человек станет сатанистом, то это, безусловно, печально. Но во-первых, это касается в первую очередь его самого. А во-вторых, он, если не придет в разум Христов (как это произошло с Серафимом Роузом!), то он, как правило погибает, ибо сатанисты одиночки обречены на вымирание. (Сатанисты не одиночки, тоже обречены на вымирание, но у них имеется иллюзия своей ценности и значимости.)
Предательство же всегда касается других людей, и оно несет огромную разрушительную силу. Прежде, чем вымрет изменник и предатель, как правило, погибает огромное количество других людей. Ныне каждый человек, живущий в России, может наглядно убедиться, насколько опасно, даже для мощной империи, может быть предательство и измена отдельных лиц. А рассматриваемый фильм помогает потенциальному предателю найти любовно-благородную причину, оправдывающую его предательство Родины и измену своему долгу.]
Фильмы так устроены, что мы начинаем сопереживать героям. Будь ли то добрые фашисты убивающие злых русских (пример, Рембо в Афганистане) или инопланетяне – борющиеся за независимость от людей – поработителей. Посмотри фильм десять раз или десять фильмов с похожими установками и ты уже будешь готов убивать злых русских солдат в Афганистане или России. Но здесь ведь всего лишь фантастика – фантазия… Так ли уж и страшно, что герой влюбился и предал своих, борется с людьми? С позиции материалиста – пожалуй и ничего тут такого нет. Но для обладающих религиозным мышлением становится понятно, что людей, как говорил Роуз, приучают к виду демонов. И не только приучают, но и создают новые установки:
они ведут борьбу с «небесными людьми»,
они могут победить,
перейти на их сторону – даже похвально!
Если Д. Кэмерон, лишь художник, не имеющий намерения облагораживать идеалы сатанизма, то следует удивиться, как глубоко он смог погрузиться сам и погрузить в эту тему зрителей. Так в Откровении сатана представлен в образе красного дракона. И в Аватаре главный герой собирает синих на борьбу с людьми верхом на красном драконе.
Аватар говорит о людях, называя их «небесными людьми», которым надо доказать что это «наша земля»… Бесы – падшие ангелы во главе с сатаной были сброшены на землю, а на небе остались ангелы и Бог. Бесам небо недоступно. И потому ставшее рекламным слоганом Аватара «докажем небесным людям, что это наша земля!» может быть с одинаковым успехом вложена и в пасть бесовскую.
Ну, ладно, если Кэмерон не хотел нас приучать к виду демонов, а просто играет по правилам холли-вуда, все равно следует осознать, что нашим детям такие фильмы смотреть вредно. Да и сами родители, роняющие скупую слезу при душевных сценах инопланетной любви, невольно повреждаются, даже если сами того не могут понять.
«Одним словам, сама научно фантастическая литература XX века является ясным знаком потери христианских ценностей и христианского взгляда на мир; она стала могучим средством насаждения нехристианской философии, взглядов на жизнь и на историю, в основном под неприкрытым или замаскированным влиянием оккультизма и восточных религий.
И хотя с виду научно-фантастическая литература научна и нерелигиозна, на самом деле она является ведущим проповедником (в мирской форме) того «нового религиозного сознания», которое затопляет человечество по мере отступления христианства»
Иером. Серафим (Роуз) «Православие и религия будущего»
Р.S. Следующим фильмом Д. Кэмерона может стать фильм «Протокол судного дня» «По сюжету той истории команда из инопланетян и людей, наделенных разными замечательными способностями, прибывает на Землю с целью предотвратить Апокалипсис. Fox приобрела сценарий Салерно за семизначную сумму еще в сентябре 2008 года».
Стратегия информационной войны развивается по одному сценарию. Сначала захватывают сознание мыслителей. Второй тур – сознание творческой интеллигенции и элиты. Третий тур – охват широкой массы посредством продукции, создаваемой захваченной интеллигенцией. Их творчество наиболее эффективно для внедрения в народное сознание.
Сегодня в информационной войне оружием массового поражения стали СМИ. Телевизор точно так же расстреливает сознание простого человека, как вчера пушки расстреливали города и промышленные объекты. Оба варианта бомбардировки ведут к разрушению и хаосу. В одном случае дымились руины городов, в другом дымятся руины сознания".
Проект Россия книга вторая (Ч.3 гл.2)
Тема довольно сложная, так как рассчитана не на поверхностные впечатления от просмотра, а требует углубленного осознания вбрасываемых посылов. С другой стороны, просто указать на точки, которые заставили смутиться, скорее всего приведет к реакции типа: «параноидальный православный – во всем видит чертей и три шестерки», ну что ж, такая реакция ожидаема и понятна.
Фантастика – это замещение христианского мироощущения на безбожный материализм, а ныне порой и на откровенный сатанизм
Но начать хотелось бы даже не с данного конкретного фильма, а так сказать, с общего обзора фантастики как таковой. Хорошие слова есть в книге иеромнаха Серафима (Роуза) «Православие и религия будущего» гл VI п.1 «Дух научной фантастики», где он прекрасно показывает, что зарождение и развитие фантастики как жанра происходило по мере отхода от христианского мироощущения, и по сути, стало как бы замещать вакуум духовности, рисуя новую картину мира. Мира без Бога.
«Летописцы научной фантастики обычно относят ее зарождение к началу XIX века. Некоторые предпочитают находить ее истоки в рассказах Эдгара Аллана По, представляющих собой сочетание убедительно-реалистичного стиля с «таинственным» и оккультным содержанием. Другие считают первым научным фантастом английскую современницу По, Мэре Уоллстонкрафт Шелли (жену знаменитого поэта): ее «Франкенштейн, или современный Прометей» представляет собой сочетание фантастической науки с оккультизмом, ставшее впоследствии характерным для множества научно-фантастических книг…
Религия, в традиционном смысле, отсутствует или преподносится весьма поверхностно или искаженно. Сам по себе этот литературный жанр безусловно является продуктом «пост-христианской» эры (что уже достаточно очевидно в рассказах По и Шейли). Вселенная в научной фантастике – всецело мирская, хотя нередко с мистическими обертонами оккультного или восточного характера. «Бог», если и упоминается вообще, то лишь как неопределенная и внеличностная сила, а не личностное существо (например, «Сила» в «Звездных войнах» – космическая энергия, имеющая как добрую, так и злую сторону). Растущее увлечение современного человека научно-фантастическими темами – прямое отражение потери традиционных религиозных ценностей»
Но если первоначально фантастика находилась под воздействием развивающегося материализма (корабли, завоевание космоса, контакты с внеземным разумом, расселение человечества, построение земного рая на земле и т.п.), то где-то с середины двадцатого века постепенно на смену безбожному материализму приходит мистицизм и порой откровенный сатанизм. Так в фильме «Хроники Риддика» главный герой убийца и злодей знает о Боге, но отзывается всегда или со злобой или пренебрежительно. Это не материалист. По духу – явный сатанист. И главными врагами представлены некромангеры «Собственно, эти армии угрожают не только Гелиону, но и всей Вселенной, поскольку Лорд Маршал вознамерился уничтожить все живое вокруг, обратив часть людей в свою веру, т.е. сделав их живыми трупами. Без чувств, без эмоций, без боли» ссылка.
Вы видели, как некрамонгеры убивают человечность людей? они подвешивают людей на подобии распятия! Может зритель это и не ассоциирует прямо с христианским символом, но получает еще один посыл в подсознание – христианство это религия смерти, убивающая человечность в людях! Это враг, с которым надо бороться.
Ну и названия фильмов где снимается Вин Дизель подходящие «Кромешная тьма» (неверный перевод «Черная дыра») три икса XXX (напомню, что в английском языке буквы F,O,X соответствуют цифре «6» – собственно по этой причине не вызывает особой радости название кинокомпании снявшей «Аватар» «20 век – FOX» ныне урезанный просто до «FOX»…
Ныне людей приучают к виду демонов и дают демонические установки для борьбы с «небесными людьми»
Но вернемся собственно к фильму.
Первый просмотр поразил спецэффектами. Фантастика высшего уровня. Правда… смутило то что начинаешь сопереживать трехметровым хвостатым инопланетянам, убивающим людей! А так… фильм бесспорно – новый шаг в развитии холли-вуддизма… Уже трудно отличить реальные съемки от компьютерных.
Невольно вспоминаются слова из Откровения (13,14) «И чудесами, которые дано было ему творить …, он обольщает живущих на земле»… «чтобы прельстить, если возможно, и избранных» (Мф. 24,24). Чем же привлекает? Красивой историей борьбы за справедливость – чем же пока еще? И все бы хорошо, да только борьбы кого с кем?
Синих, желтоглазых двухметровых гигантов с зубами вампиров и оскалом зверя – против людей. Это похоже на установку мины замедленного действия. Конечно, легко предвидеть оправдания и ответные обвинения. Мол, а ты бы был на чьей стороне? И тут мы оказываемся в логической ловушке. Дело в том, что ситуация нарисованная в фильме – из ряда невозможных. Таким образом можно создать фильм о доброй какашке и злом ассенизаторе, и спросить – ты за кого? Если фильм достаточно грамотно построен, то зритель будет плакать над судьбой какашки, и станет на ее сторону! Вот в чем сила и опасность холли-вуда.
И тебя даже не ставят перед выбором, а просто говорят фильмом – люди, плохие! Хорошие только те, кто предал людей и перешел на сторону мифических инопланетян. Еще одна мина замедленного действия.
Это очень опасная мина. Если человек станет сатанистом, то это, безусловно, печально. Но во-первых, это касается в первую очередь его самого. А во-вторых, он, если не придет в разум Христов (как это произошло с Серафимом Роузом!), то он, как правило погибает, ибо сатанисты одиночки обречены на вымирание. (Сатанисты не одиночки, тоже обречены на вымирание, но у них имеется иллюзия своей ценности и значимости.)
Предательство же всегда касается других людей, и оно несет огромную разрушительную силу. Прежде, чем вымрет изменник и предатель, как правило, погибает огромное количество других людей. Ныне каждый человек, живущий в России, может наглядно убедиться, насколько опасно, даже для мощной империи, может быть предательство и измена отдельных лиц. А рассматриваемый фильм помогает потенциальному предателю найти любовно-благородную причину, оправдывающую его предательство Родины и измену своему долгу.]
Фильмы так устроены, что мы начинаем сопереживать героям. Будь ли то добрые фашисты убивающие злых русских (пример, Рембо в Афганистане) или инопланетяне – борющиеся за независимость от людей – поработителей. Посмотри фильм десять раз или десять фильмов с похожими установками и ты уже будешь готов убивать злых русских солдат в Афганистане или России. Но здесь ведь всего лишь фантастика – фантазия… Так ли уж и страшно, что герой влюбился и предал своих, борется с людьми? С позиции материалиста – пожалуй и ничего тут такого нет. Но для обладающих религиозным мышлением становится понятно, что людей, как говорил Роуз, приучают к виду демонов. И не только приучают, но и создают новые установки:
они ведут борьбу с «небесными людьми»,
они могут победить,
перейти на их сторону – даже похвально!
Если Д. Кэмерон, лишь художник, не имеющий намерения облагораживать идеалы сатанизма, то следует удивиться, как глубоко он смог погрузиться сам и погрузить в эту тему зрителей. Так в Откровении сатана представлен в образе красного дракона. И в Аватаре главный герой собирает синих на борьбу с людьми верхом на красном драконе.
Аватар говорит о людях, называя их «небесными людьми», которым надо доказать что это «наша земля»… Бесы – падшие ангелы во главе с сатаной были сброшены на землю, а на небе остались ангелы и Бог. Бесам небо недоступно. И потому ставшее рекламным слоганом Аватара «докажем небесным людям, что это наша земля!» может быть с одинаковым успехом вложена и в пасть бесовскую.
Ну, ладно, если Кэмерон не хотел нас приучать к виду демонов, а просто играет по правилам холли-вуда, все равно следует осознать, что нашим детям такие фильмы смотреть вредно. Да и сами родители, роняющие скупую слезу при душевных сценах инопланетной любви, невольно повреждаются, даже если сами того не могут понять.
«Одним словам, сама научно фантастическая литература XX века является ясным знаком потери христианских ценностей и христианского взгляда на мир; она стала могучим средством насаждения нехристианской философии, взглядов на жизнь и на историю, в основном под неприкрытым или замаскированным влиянием оккультизма и восточных религий.
И хотя с виду научно-фантастическая литература научна и нерелигиозна, на самом деле она является ведущим проповедником (в мирской форме) того «нового религиозного сознания», которое затопляет человечество по мере отступления христианства»
Иером. Серафим (Роуз) «Православие и религия будущего»
Р.S. Следующим фильмом Д. Кэмерона может стать фильм «Протокол судного дня» «По сюжету той истории команда из инопланетян и людей, наделенных разными замечательными способностями, прибывает на Землю с целью предотвратить Апокалипсис. Fox приобрела сценарий Салерно за семизначную сумму еще в сентябре 2008 года».
Метки: Россия, Государь, патриотизм, православие, сатанизм, безбожники
ОСТАЮСЬ ДИССИДЕНТОМ... (отрывок)
Беседа Научного обозревателя "Вестника АН СССР" Н.Л.Коренюка с И. Р. Шафаревичем
Какие бы суровые времена ни переживала страна, всегда находились люди, боровшиеся против антинародной по своей сути политики властей. Даже кровавый режим Сталина не являлся в этом смысле исключением. Множество наших сограждан не только ясно понимали что такое "вождь народов", но и пытались в меру сил и возможностей противостоять ему. "Благостное" брежневское правление также столкнулось с довольно заметным противодействием. Среди тех, кто оказывал тогда сопротивление надругательству над правами человека, национальными интересами и здравым смыслом, было немало ученых, членов академии. Разумеется, первым стояло имя А.Д.Сахарова.
С течением времени стало забываться, что были годы, когда стоило произнести "Сахаров", как тут же вспоминался другой ученый-бунтарь - И.Р.Шафаревич. В своих воспоминаниях А.И.Солженицын отмечает: его арестовали в тот момент, когда он обсуждал содержание сборника статей "Из-под глыб" с Игорем Ростиславовичем Шафаревичем. Всякий, кто в шестидесятые годы хоть изредка слушал "вражьи голоса", наверняка помнит это имя. Он смело выступал в защиту многих узников совести. "Советский математик Игорь Шафаревич выразил протест...", "Известный диссидент Шафаревич дал интервью иностранным журналистам...". В то время эфир был забит сообщениями подобного рода. И вот сегодня вокруг Шафаревича вновь вспыхивают страсти. Но причина иная - эссе "Русофобия", опубликованное в журнале "Наш современник" [1]. Теперь бывший диссидент стал неприемлемым уже для левой оппозиции. Что же произошло?
Научный обозреватель "Вестника АН СССР" Н.Л.Коренюк получил задание встретиться с И.Р.Шафаревичем и узнать обо всем, что называется, из первых уст. Ниже публикуется запись их беседы.
Своей "Русофобией" вы наделали много шума. Мнения о ней и о вас самые разноречивые. Нередко высказывается недоумение: как это вы, известный диссидент, изменили своим взглядам.
- Я не вижу каких-либо принципиальных изменений в своей позиции; скорее изменился некий широко принимаемый, стандартный комплекс взглядов, некая общая позиция, которую легко и даже полезно занимать, некая совокупность суждений, которые усваиваются главным образом через чье-либо внушение, а не через собственный поиск. Такое явление существует в каждом обществе, в нашем - особенно, ввиду инерции тоталитарного мышления. Вот из этого стандарта я опять выпал, как выпадал и раньше, то есть остался диссидентом. Не случайно ведь один публицист обращался в КГБ с просьбой чтобы там серьезно мной занялись.
Итак, ваша позиция осталась прежней?
- Вы знаете, читая свои работы пятнадцатилетней давности, я с сожалением отмечаю, насколько высказанные в них идеи совпадают с моими нынешними. Человек должен со временем меняться.
Как и когда возник замысел "Русофобии"?
- В семьдесят восьмом: в этом году в парижском русскоязычном журнале "Вестник русского христианского движения" вышел сборник статей, посвященных русской истории и современности. Были в сборнике и мои статьи (правда, иного типа), в частности, "Арьергардные бои марксизма", в которой доказывалось, что государственная практика Ленина и Сталина вытекает из фундаментальных положений марксизма, а не является его "искажением"; между прочим, аналогичные взгляды - приятно отметить - высказал недавно А.Ципко [2]. Это к слову, а главное: некоторые авторы сборника обратили внимание на сложившееся в нашей стране течение, прокламировавшее неполноценность, ущербность русского народа (его сознания, культуры и истории), и в основном на историческом, конкретном материале опровергали такого рода положения. Прочитав статьи я пришел к выводу: существует определенное течение, имеющее свои корни, и просто опровергать те или иные высказывания недостаточно, нужно по-настоящему разобраться в явлении. Это и послужило толчком к написанию "Русофобии".
А закончили?
- Закончил и стал распространять в 1983 году, без всякой надежды на публикацию.
То есть обычный самиздат.
- Да, сделал несколько десятков ксерокопий и раздал знакомым - тем, у которых они могли вызвать интерес. Время было глухое, время полного подавления самиздата, но к моему удивлению, уже через несколько месяцев я услышал первые отзывы.
В чем же все-таки главная идея "Русофобии"? У многих критиков сложилось впечатление, что вы истоки всех бед, свалившихся на русских в этом столетии, видите в евреях.
- Совершенно не понимаю, как такое впечатление могло сложиться. В работе подобная точка зрения рассматривается, и приводится ряд аргументов, подтверждающих мое несогласие с ней. Если коротко, то моя концепция такова: во-первых, речь идет об определенном идейном течении - о произведениях самиздата и тамиздата, пытающихся доказать наличие какого-то коренного порока в русской психике: "русская душа -тысячелетняя раба", "в России не было истории, а было бытие вне истории", "русские доказали свою политическую импотентность", "Россия принесла миру больше зла, чем какая-либо другая страна" и т.д. Вся революция целиком выводилась из русской традиции, якобы извратившей марксизм, и преподносилась как возврат к духу Московского царства. Размышляя над этими идеями и занимаясь их изучением, я натолкнулся на работу тогда еще малоизвестного французского историка Огюстена Кошена, специалиста по Французской революции, и был поражен: анализируя культурные и идеологические предпосылки революции, он описывал очень похожее на наше явление, причем очень ярко, иногда почти с дословным совпадением деталей. Помню, я просто не мог усидеть на месте, все время вскакивал, читая его книгу. В последние годы труды Кошена, кажется, стали гораздо популярнее на Западе: переизданы, переведены на многие языки. Надеюсь, они будут переведены и у нас, ведь в них, в частности, речь идет о таком слое людей, которые противопоставляют себя всему остальному народу, с презрением относятся к его традициям и тем самым утверждают свое право распоряжаться этим народом, как материалом собственного творчества - в этом Кошен усматривал духовную предпосылку якобинской диктатуры. Но я пришел к выводу, что налицо гораздо более общий феномен, сопровождающий всякий социальный кризис, - возникновение аналогичных агрессивных элитарных групп. Особо подчеркну: не имеющих никакой специфической национальной окраски.
В том числе еврейской?
- Какое же отношение к евреям могут иметь работы Кошена, посвященные Французской революции, в которой евреи никакой роли не играли? К тому же я попытался расширить применение его концепции. Между прочим, и в Английской революции XVII в. евреи не могли принимать участие - по той простой причине, что их изгнали из Англии еще в XIII в., и проживать там им было запрещено под страхом смерти; только Кромвель отменил этот запрет, хотя и формально.
О.Кошен использовал термин "малый народ", не вкладывая в него никакого этнического содержания и имея в виду меньшинство того или иного народа, чувствующее свою избранность и обособленность. Лишь говоря о современном направлении в нашей публицистике (о нем шел разговор выше), я действительно обратил внимание на присутствие в нем влиятельного еврейского националистического течения. Оно отражается в заявлениях такого, например, типа - "после исчезновения русской интеллигенции евреи заполнили образовавшийся вакуум" и т.п.
В конце девятнадцатого столетия национальное многим казалось пережитком, выдвигались идеи слияния наций в едином социалистическом обществе. Но мы-то видим: в двадцатом веке произошло как раз обратное - расцвет национальных течений, о которых раньше и не подозревали (национализм валонский, баскский и т.д.), не говоря уже о национальном взрыве в нашей стране. Единственная новизна моего подхода заключается в том, что я говорю именно о еврейском национализме.
И все же у вас - это бросается в глаза - ему отводится особо опасная роль.
- Национализм часто приводит к опасным последствиям. Разве баскский терроризм безопасен? В моей работе речь идет об определенном течении в еврейском национализме, оказавшем решающее влияние на литературу, о которой я писал, причем подробно доказывал, что это течение ни в коем случае нельзя отождествлять с еврейской нацией. В "Русофобии" подчеркивается, что речь идет о свободном выборе, индивидуальном участии; отмечалось, в частности, большая роль Амальрика, Синявского и других, евреями не являющихся. Кроме того, в ней есть ссылки на авторов-евреев, выступавших против еврейского национализма и гораздо резче, чем я.
Например?
- Цитировался сборник "Россия и евреи". Все его авторы - евреи, эмигрировавшие из России после гражданской войны. У них своя точка зрения на революцию, войну, на еврейские погромы ; это исключительно глубокий и честный труд, создатели которого поднялись над традиционными предрассудками. Мной также приводился пример романа современного автора Ф.Светова "Отверзи ми двери", настолько резкого, что несмотря на гласность, он у нас до сих пор не опубликован. Иными словами, я пытаюсь выяснить роль "малого народа" - явления общеисторического, на которое в разное время могут влиять религиозные, национальные и другие факторы.
Так что же, произошло недоразумение?
- О недоразумении, видимо, нужно говорить в кавычках. Простой читатель, может быть, не дочитал работу. Но критик, пишущий о ней специальную статью, выражает идеологию того самого "малого народа", который старается быть невидимым в качестве меньшинства и прячется за рассуждениями об интересах угнетенного класса, нации или даже общечеловеческих ценностях.
Вы против того, чтобы русских считали рабами по природе своей, темными, забитыми и т.д. Однако если они таковыми не являются, как же в таком случае они допустили русофобию и, по вашей мысли, оказались игрушкой в руках некоего меньшинства? Словом, как "большой народ" позволил командовать собой "малому народу"?
- Я думаю, призывы "малого народа", разжигающие русофобию, и вся идеология его - очень заразительны. Один из авторов рассматриваемой мной литературы охарактеризовал свой слой как "племя гигантов", его окружение - как "человеческий свинарник". Принадлежать к "племени гигантов" чрезвычайно соблазнительно, поэтому люди легко усваивают их точку зрения, и каждый усваивающий причисляет себя отнюдь не к "свинарнику". Накопленный исторический опыт позволит наконец понять это.
А по-вашему, пока этого не понимают?
- Если следовать Кошену, точно так же французский народ не распознал свой "малый народ". Таков, видимо, характер любого социального катаклизма. Вы спрашиваете, каким образом идеология меньшинства навязывается большинству? А почему немецкий народ допустил национал-социализм? А почему французский народ позволил террор? Кошен приводит яркий образ - "лилипуты связывают Гулливера и осыпают его отравленными стрелами". Причины различны: обработка общественного мнения, разжигание антагонизма, создание "образа врага". Здесь есть нечто напоминающее болезнь, исход которой решается вовсе не соотношением веса болезнетворных бацилл и больного организма. Есть и какой-то общий механизм, недаром ведь так много схожего в таких катаклизмах, как английская, французская, русская революции.
Вы отрицаете понятия "национальная психология", "национальный характер"?
- Конечно, нет. Но раз уж произошли столь похожие перевороты (можно еще добавить религиозные войны эпохи Реформации, господство красных кхмеров в Камбодже и т.д.), причины надо искать не в индивидуальной психологии того или иного народа. Да их и не ищут, пока не заходит разговор о русских, зато я никогда не слышал, даже среди самых яростных критиков Французской революции, что террор, например, - это французская национальная традиция.
Безусловно, национальный характер как-то отражается на ходе исторического развития, но скорее на его внешних формах. В нашем же случае существенная черта революции - подавление национального, русского чувства, слово "патриот" звучало как "контрреволюционер".
А чем же тогда плоха идея общечеловеческих ценностей (вы считаете ее прикрытием идеологии "малого народа")? Может, она по своему уровню стоит выше классовых и национальных? Тем более что далеко не всегда национальный фактор является созидающим, творческим, как вы говорите. Не хочу приводить примеры: лучше поделюсь широко распространенным сейчас, особенно среди интеллигенции сомнением: русский национализм - последняя надежда у теряющего свою власть аппарата, который в отчаянии сделает на него ставку, и на смену диктатуре коммунистов придет диктатура русских фашистов. У новой диктатуры, похоже, найдется масса сторонников. И не получится ли так, что и "Русофобия", независимо от ваших желаний внесет сюда свою лепту. Ведь какой вывод можно сделать из нее? Долой "малый народ"! Нет, помилуй Бог, вы к этому не призываете, но я говорю о массовом сознании.
- Вы задали три разных вопроса. Первый. Идея общечеловеческих ценностей ничем не "плоха", пока она не отрицает национальную индивидуальность. Точно так же, как национальные ценности хороши в тех пределах, в которых они не подавляют человеческую индивидуальность. Безнациональное человечество, по моему мнению, не может существовать точно так же, как государство, состоящее из лишенных индивидуальности подданных. Вспомним, что и наши беды начались с гипертрофированного внедрения некоторых наднациональных ценностей: интернационализма, мировой социалистической революции и т.д.
Второй. Если обсуждать возможность тоталитарного переворота, надо перебирать все силы, которые мог бы использовать аппарат в качестве союзников: не только русский национализм, но и национализм нерусских народов (как было в начале революции), а также дельцов криминальной экономики (вместе с их аппаратом) и иностранные компании, заинтересованные в эксплуатации дешевой рабочей силы и наших природных богатств. Из всех этих теоретических возможностей союз партаппарата с русскими националистами кажется мне наиболее фантастическим. Аппарат воспитан на стопроцентно денационализированной идеологии. Меня не раз поражали такие пассажи в речах Брежнева, Андропова и им подобных деятелей: " За 50 лет существования нашего государства...", "Наше государство за всю его 60-летнюю историю" и т.д.: то есть раньше существовало "не их" государство. Русские национальные идеи подвергались жесточайшим преследованиям: например, В.Н.Осипов, издававший русский патриотический самиздатовский журнал "Вече" и, кстати, не выступавший ни с какими политическими требованиями, отсидел в лагере восемь лет. Когда в начале семидесятых годов в советской печати появились первые ростки возрождения русских духовных традиций, удар по ним был нанесен таким видным представителем партаппарата, как А.Н.Яковлев (известная статья "Против антиисторизма" в "Литературной газете"). Да ведь и сейчас ни один из крупных партийных руководителей - ни в КПСС, ни в РКП - не заявил, что главной его заботой является спасение страны и народа, а не реализация некоторых идеологических догм. Конечно, в органах власти есть разные люди, в том числе и патриотически настроенные, но таковы они как индивидуумы, а аппарат в целом, видимо, совершенно не способен реагировать на национальные импульсы.
А по-моему, дело не в идеологии. Уж коли встанет вопрос "кто кого", власть, желающая остаться властью, откажется от прежних икон и молитв и глазом не моргнет. Все побоку - лишь бы уцелеть. И вот тут-то как нельзя кстати придется пропаганда в духе "сплотила на веки великая Русь". Насчет Брежнева и Андропова согласен с вами, но ведь Яковлев после упомянутой статьи оказался в опале и был сослан (не сочтите за кощунство, это, конечно, не восемь лет Осипова)...в Канаду, то есть, по аппаратным меркам, тоже в ссылку. А вспомним недавний XXVIII съезд КПСС: на кого чаще всего нападали делегаты-консерваторы? На Яковлева, который, по их мнению, чуть ли не всю партию и страну погубил. Зато как дружно они аплодировали "кузьмичам" с их призывами к возрождению России, но России-то, по сути, сталинско-брежневской. И генералы за это, так что какая уж тут фантастика.
- Слово "Россия" сейчас стало такой же разменной монетой, как "милосердие" и "гуманизм" - им пользуются все. Так что дело в смысле, который вкладывают в слова. Вы же сами говорите, что речь идет о России сталинско-брежневской, то есть той, где истреблялось крестьянство, русский народ вымирал (и продолжает вымирать). Россия находится на одном из последних мест по образованию и медицинской помощи, ее вклад в общесоюзный бюджет совершенно непропорционален вкладу других республик.
Но вернемся, наконец, к вопросу об "опасности" моей статьи "Русофобия". Аргументация на этот счет носит общий характер. Точно так же можно было бы сказать, что, раз вы видите опасность русского национализма, то можно сделать вывод: долой русских националистов (или русских)? Нет, помилуй Бог, вы к этому не призываете, я говорю о массовом сознании.
Ну что же, хотелось бы теперь перейти к тому, на чем основана ваша концепция, выяснить, в частности, вопрос: почему вы придали такой зловещий характер выдержкам из Ветхого завета?
- Я хотел показать, какие есть основания в еврейской религиозной традиции, на которые может опереться то течение избранного меньшинства, которое выразилось в цитированных мною работах. Если бы я хотел какое-то другое течение проанализировать, например, сионистское (в принятом на Западе смысле этого слова), стремление вернуться в Израиль, создать свое государство (религиознее, с Храмом в центре), то я привел бы другие цитаты. Если бы я хотел проанализировать какую-либо черту русской истории, я привел бы третьи цитаты.
Но ведь в том-то и дело, что Ветхий Завет - это не только еврейская история, но в смысле религиозном - это и русская история.
- Цитаты те же, а восприятие их противоположное.
Иудаистская традиция основывается на Ветхом завете, содержащем это обетование: господство над другими народами, которые будут служить, отдавать свои богатства Израилю и т.д. Христианская же традиция такую интерпретацию отклоняет, считает ее заблуждением.
Ваше отношение к "Протоколам сионских мудрецов"?
- Мне всегда казалось совершенно непонятным то влияние и распространение, которые они получили. Очевидно, в них есть то, что кажется интересным - правильное или неправильное, хорошее или плохое. Я этого не понимаю. Обычно говорится: " "Протоколы" поражают тем, что сказанное в них подтвердилось во время революции и после нее", это и считается доказательством их подлинности. Я внимательно прочитал "Протоколы", выписывая все предсказания, которые осуществились, и мне они видятся поразительно слабыми. Например, такой прогноз: новая власть станет контролировать экономику с помощью прогрессивного налога. По-видимому, авторам просто не приходило в голову, что можно национализировать всю промышленность. Ничего не говорилось о земледелии - видимо, идея колхозов и совхозов оказалась за пределами фантазии авторов. Предполагается, что будет подорвано влияние дворянства, но ведь это произошло во время Французской революции (страна, о которой идет там речь, судя по всему, Франция). Наконец, утверждается: власть окажется в руках евреев. Однако в девятнадцатом веке и без того существовала целая литература, проповедовавшая, что революционная деятельность, с одной стороны, и власть биржи, с другой , приведут к господству евреев над миром. Так что в "Протоколах" я не нашел ничего принципиально нового в сравнении с уже не раз высказанным.
Кстати, в "Русофобии" нет ни слова о масонах, о всемирном еврейском заговоре. Это действительно ваше убеждение или нежелание впадать в крайности?
- Это действительно мое убеждение, точно так же, как и стремление не впадать в крайности. В истории есть своя логика, она не является набором случайностей, а представляет закономерный, отчасти целенаправленный процесс. Развитие ребенка во чреве матери - тоже естественный процесс, но никто его не назовет чьим-то заговором. В истории большие группы людей, не сговариваясь, часто работают в определенном направлении. Мне кажется, механизм таких процессов еще мало изучен. Пока же получается так, что почувствовав "логичность" истории, люди скатываются к тривиальной концепции заговора.
И все же создается иногда впечатление, что вы "ищете еврея". Взять к примеру описание расстрела царской семьи. У вас Белобородов - Вайсбарт, Голощекин - Шая, плюс - не знаю, какими это подтверждается источниками, - начертанное на стене комнаты, где происходил расстрел, двустишье из стихотворения Гейне о царе Валтасаре, оскорбившем Иегову и убитым за это. Старательно перечисляются еврейские фамилии из сотен людей, руководивших ОГПУ, причастных к разрушению церквей. Не слишком ли вы пристрастны при выборе "отрицательных персонажей?"
- Что значит "ищу еврея"? Я хочу обратить внимание читателя на исключительно большую роль, совершенно непропорциональную его доле в населении, которую радикальное революционное еврейство иногда играло. Относительно Белобородова: я не раз встречал во многих работах упоминание его подлинной фамилии; есть воспоминания одного пленного немца, бывшего в отряде, охранявшем царскую семью (опубликованы в немецком еженедельнике "Семь дней") - в них рассказывается обо всех руководителях Советской власти в Екатеринбурге, упоминается и фамилия Белобородова - Вайсбарт. Двустишие из Гейне приведено в книге Соколова, расследовавшего дело о расстреле царской семьи, в ней даже говорится, что имя Валтасара было изменено на "Валтацар" (по аналогии с царем).
Список начальников отделов ГПУ "эпохи Беломорканала" взят из книги Р.Конквиста, аналогичную картину рисует и Солженицын в "Архипелаге". Наконец, перечень антирелигиозных пропагандистов взят из ходившей в самиздате рукописи покойного украинского академика Белецкого. Все эти работы не имеют никакой национальной направленности.
Однако, вы пишете: "После переворота несколько дней главой государства был Каменев, потом до своей смерти - Свердлов. Во главе армии стоял Троцкий, во главе Петрограда - Зиновьев, Москвы - Каменев. Коминтерн возглавлял Зиновьев, Профинтерн - А.Лозовский (Соломон Дризо), во главе комсомола стоял Оскар Рывкин, вначале - несколько месяцев - Ефим Цетлин и т.д." [1, с. 166]. А Ленин куда девался? Как вы оцениваете его позицию?
- Ленин был человеком, полностью отдавшим себя революции, и на все происходившее вокруг он смотрел с этой точки зрения. Таково, в частности, его отношение к нации. Он считал истинным патриотизмом желать поражения в войне своему правительству, при этом он употреблял выражение "революционная национальная гордость". А давайте посмотрим, чем он предлагал гордиться русским: тем, что они, как и другие нации, сумели создать революционный рабочий класс. И кем - Радищевым, декабристами, народовольцами. Но мы не встретим в этом ряду имен Пушкина, Ломоносова, Чайковского, Дмитрия Донского, не говоря уже о Сергии Радонежском.
Нация была консервативной силой, она поддерживала сложившийся миропорядок, была препятствием для революционеров. Не случайно, поэтому, Ленин весьма своеобразно представлял себе предназначение русской нации: "...интернационализм со стороны угнетающей или так называемой "великой" нации (хотя великой только своими насилиями, великой только так, как велик держиморда) должен состоять не только в соблюдении формального равенства нации, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в нации фактически". В духе этого изречения шли все выступления по национальному вопросу на XII съезде партии - Сталина, Зиновьева, Яковлева, Бухарина. Все они говорили об опасности великодержавного шовинизма, что его надо беспощадно уничтожать, а в докладе Сталина назывались конкретные мероприятия: когда и какие фабрики перевести в Среднюю Азию, какие в Закавказье. То есть именно тогда был дан толчок явлению, которое, как сейчас мы видим, подвергло Россию, ее ресурсы опустошению. О чем бы ни шла речь - будь то мировая революция, поддержка режимов на Кубе или в Эфиопии - ресурсы черпались в основном из России. Теперь уже названы и цифры: 70 млрд. рублей в год, передаваемые ею в союзный бюджет.
Итак, русофобия осталась. В чем же она проявляется сегодня?
- Проявляется гораздо ярче, чем прежде. Раньше я должен был добывать произведения самиздата, эмигрантские произведения, чтобы делать какие-то заключения о происходящих процессах, конечно, с некоторым риском ошибиться. Теперь русофобия заявляет о себе резче и убедительней, так как взгляды высказываются в журналах, имеющих громадный тираж, перепечатываются старые произведения - эмигрантские, самиздатские, приобретающие в связи с новым поворотом истории совершенно иной смысл. Необходимо переосмыслить всю нашу историю, выяснить, что же с нами произошло. Если следовать концепциям, которые породили русофобию, ответ о причинах наших бед сводится к следующему: у русских отягощенный генофонд, а сталинизм - это народное национальное явление. Более того, существует точка зрения, будто коллективизация - результат крестьянской идеологии, и социальной базой Сталина оказалось патриархальное крестьянство; выходит, погубленное крестьянство стало своим собственным убийцей. Ответственность, таким образом, перекладывается с преступников (тех, кто планировал коллективизацию, руководил ею, воспевал ее) на их жертвы. Но дело гораздо глубже: мы переживаем кризис, может быть самый тяжелый за всю нашу историю, и нет уверенности, хватит ли сил пережить его. Нужно собрать все силы, нужна хоть какая-то доля уверенности, какая-то реальная надежда на лучший исход. А если "русская душа - тысячелетняя раба", то надежды не остается. Если у нас "отягощенный генофонд", то положение безнадежное - генофонд изменить нельзя!
Что же делать?
- Единственный выход - это дискуссия. Ведь что получается: если какая-либо идея кажется человеку недопустимой, она вытесняется в подсознание и порождает неврозы. Отсюда и та истерическая реакция на "Русофобию". Думаю, страсти постепенно улягутся, и станет возможным спокойное обсуждение проблемы. Я как раз и стараюсь рассуждать, опираясь не на эмоции, а на факты...
Впервые опубликовано в журнале "Вестник Академии Наук СССР" № 1, 1990 г.
Какие бы суровые времена ни переживала страна, всегда находились люди, боровшиеся против антинародной по своей сути политики властей. Даже кровавый режим Сталина не являлся в этом смысле исключением. Множество наших сограждан не только ясно понимали что такое "вождь народов", но и пытались в меру сил и возможностей противостоять ему. "Благостное" брежневское правление также столкнулось с довольно заметным противодействием. Среди тех, кто оказывал тогда сопротивление надругательству над правами человека, национальными интересами и здравым смыслом, было немало ученых, членов академии. Разумеется, первым стояло имя А.Д.Сахарова.
С течением времени стало забываться, что были годы, когда стоило произнести "Сахаров", как тут же вспоминался другой ученый-бунтарь - И.Р.Шафаревич. В своих воспоминаниях А.И.Солженицын отмечает: его арестовали в тот момент, когда он обсуждал содержание сборника статей "Из-под глыб" с Игорем Ростиславовичем Шафаревичем. Всякий, кто в шестидесятые годы хоть изредка слушал "вражьи голоса", наверняка помнит это имя. Он смело выступал в защиту многих узников совести. "Советский математик Игорь Шафаревич выразил протест...", "Известный диссидент Шафаревич дал интервью иностранным журналистам...". В то время эфир был забит сообщениями подобного рода. И вот сегодня вокруг Шафаревича вновь вспыхивают страсти. Но причина иная - эссе "Русофобия", опубликованное в журнале "Наш современник" [1]. Теперь бывший диссидент стал неприемлемым уже для левой оппозиции. Что же произошло?
Научный обозреватель "Вестника АН СССР" Н.Л.Коренюк получил задание встретиться с И.Р.Шафаревичем и узнать обо всем, что называется, из первых уст. Ниже публикуется запись их беседы.
Своей "Русофобией" вы наделали много шума. Мнения о ней и о вас самые разноречивые. Нередко высказывается недоумение: как это вы, известный диссидент, изменили своим взглядам.
- Я не вижу каких-либо принципиальных изменений в своей позиции; скорее изменился некий широко принимаемый, стандартный комплекс взглядов, некая общая позиция, которую легко и даже полезно занимать, некая совокупность суждений, которые усваиваются главным образом через чье-либо внушение, а не через собственный поиск. Такое явление существует в каждом обществе, в нашем - особенно, ввиду инерции тоталитарного мышления. Вот из этого стандарта я опять выпал, как выпадал и раньше, то есть остался диссидентом. Не случайно ведь один публицист обращался в КГБ с просьбой чтобы там серьезно мной занялись.
Итак, ваша позиция осталась прежней?
- Вы знаете, читая свои работы пятнадцатилетней давности, я с сожалением отмечаю, насколько высказанные в них идеи совпадают с моими нынешними. Человек должен со временем меняться.
Как и когда возник замысел "Русофобии"?
- В семьдесят восьмом: в этом году в парижском русскоязычном журнале "Вестник русского христианского движения" вышел сборник статей, посвященных русской истории и современности. Были в сборнике и мои статьи (правда, иного типа), в частности, "Арьергардные бои марксизма", в которой доказывалось, что государственная практика Ленина и Сталина вытекает из фундаментальных положений марксизма, а не является его "искажением"; между прочим, аналогичные взгляды - приятно отметить - высказал недавно А.Ципко [2]. Это к слову, а главное: некоторые авторы сборника обратили внимание на сложившееся в нашей стране течение, прокламировавшее неполноценность, ущербность русского народа (его сознания, культуры и истории), и в основном на историческом, конкретном материале опровергали такого рода положения. Прочитав статьи я пришел к выводу: существует определенное течение, имеющее свои корни, и просто опровергать те или иные высказывания недостаточно, нужно по-настоящему разобраться в явлении. Это и послужило толчком к написанию "Русофобии".
А закончили?
- Закончил и стал распространять в 1983 году, без всякой надежды на публикацию.
То есть обычный самиздат.
- Да, сделал несколько десятков ксерокопий и раздал знакомым - тем, у которых они могли вызвать интерес. Время было глухое, время полного подавления самиздата, но к моему удивлению, уже через несколько месяцев я услышал первые отзывы.
В чем же все-таки главная идея "Русофобии"? У многих критиков сложилось впечатление, что вы истоки всех бед, свалившихся на русских в этом столетии, видите в евреях.
- Совершенно не понимаю, как такое впечатление могло сложиться. В работе подобная точка зрения рассматривается, и приводится ряд аргументов, подтверждающих мое несогласие с ней. Если коротко, то моя концепция такова: во-первых, речь идет об определенном идейном течении - о произведениях самиздата и тамиздата, пытающихся доказать наличие какого-то коренного порока в русской психике: "русская душа -тысячелетняя раба", "в России не было истории, а было бытие вне истории", "русские доказали свою политическую импотентность", "Россия принесла миру больше зла, чем какая-либо другая страна" и т.д. Вся революция целиком выводилась из русской традиции, якобы извратившей марксизм, и преподносилась как возврат к духу Московского царства. Размышляя над этими идеями и занимаясь их изучением, я натолкнулся на работу тогда еще малоизвестного французского историка Огюстена Кошена, специалиста по Французской революции, и был поражен: анализируя культурные и идеологические предпосылки революции, он описывал очень похожее на наше явление, причем очень ярко, иногда почти с дословным совпадением деталей. Помню, я просто не мог усидеть на месте, все время вскакивал, читая его книгу. В последние годы труды Кошена, кажется, стали гораздо популярнее на Западе: переизданы, переведены на многие языки. Надеюсь, они будут переведены и у нас, ведь в них, в частности, речь идет о таком слое людей, которые противопоставляют себя всему остальному народу, с презрением относятся к его традициям и тем самым утверждают свое право распоряжаться этим народом, как материалом собственного творчества - в этом Кошен усматривал духовную предпосылку якобинской диктатуры. Но я пришел к выводу, что налицо гораздо более общий феномен, сопровождающий всякий социальный кризис, - возникновение аналогичных агрессивных элитарных групп. Особо подчеркну: не имеющих никакой специфической национальной окраски.
В том числе еврейской?
- Какое же отношение к евреям могут иметь работы Кошена, посвященные Французской революции, в которой евреи никакой роли не играли? К тому же я попытался расширить применение его концепции. Между прочим, и в Английской революции XVII в. евреи не могли принимать участие - по той простой причине, что их изгнали из Англии еще в XIII в., и проживать там им было запрещено под страхом смерти; только Кромвель отменил этот запрет, хотя и формально.
О.Кошен использовал термин "малый народ", не вкладывая в него никакого этнического содержания и имея в виду меньшинство того или иного народа, чувствующее свою избранность и обособленность. Лишь говоря о современном направлении в нашей публицистике (о нем шел разговор выше), я действительно обратил внимание на присутствие в нем влиятельного еврейского националистического течения. Оно отражается в заявлениях такого, например, типа - "после исчезновения русской интеллигенции евреи заполнили образовавшийся вакуум" и т.п.
В конце девятнадцатого столетия национальное многим казалось пережитком, выдвигались идеи слияния наций в едином социалистическом обществе. Но мы-то видим: в двадцатом веке произошло как раз обратное - расцвет национальных течений, о которых раньше и не подозревали (национализм валонский, баскский и т.д.), не говоря уже о национальном взрыве в нашей стране. Единственная новизна моего подхода заключается в том, что я говорю именно о еврейском национализме.
И все же у вас - это бросается в глаза - ему отводится особо опасная роль.
- Национализм часто приводит к опасным последствиям. Разве баскский терроризм безопасен? В моей работе речь идет об определенном течении в еврейском национализме, оказавшем решающее влияние на литературу, о которой я писал, причем подробно доказывал, что это течение ни в коем случае нельзя отождествлять с еврейской нацией. В "Русофобии" подчеркивается, что речь идет о свободном выборе, индивидуальном участии; отмечалось, в частности, большая роль Амальрика, Синявского и других, евреями не являющихся. Кроме того, в ней есть ссылки на авторов-евреев, выступавших против еврейского национализма и гораздо резче, чем я.
Например?
- Цитировался сборник "Россия и евреи". Все его авторы - евреи, эмигрировавшие из России после гражданской войны. У них своя точка зрения на революцию, войну, на еврейские погромы ; это исключительно глубокий и честный труд, создатели которого поднялись над традиционными предрассудками. Мной также приводился пример романа современного автора Ф.Светова "Отверзи ми двери", настолько резкого, что несмотря на гласность, он у нас до сих пор не опубликован. Иными словами, я пытаюсь выяснить роль "малого народа" - явления общеисторического, на которое в разное время могут влиять религиозные, национальные и другие факторы.
Так что же, произошло недоразумение?
- О недоразумении, видимо, нужно говорить в кавычках. Простой читатель, может быть, не дочитал работу. Но критик, пишущий о ней специальную статью, выражает идеологию того самого "малого народа", который старается быть невидимым в качестве меньшинства и прячется за рассуждениями об интересах угнетенного класса, нации или даже общечеловеческих ценностях.
Вы против того, чтобы русских считали рабами по природе своей, темными, забитыми и т.д. Однако если они таковыми не являются, как же в таком случае они допустили русофобию и, по вашей мысли, оказались игрушкой в руках некоего меньшинства? Словом, как "большой народ" позволил командовать собой "малому народу"?
- Я думаю, призывы "малого народа", разжигающие русофобию, и вся идеология его - очень заразительны. Один из авторов рассматриваемой мной литературы охарактеризовал свой слой как "племя гигантов", его окружение - как "человеческий свинарник". Принадлежать к "племени гигантов" чрезвычайно соблазнительно, поэтому люди легко усваивают их точку зрения, и каждый усваивающий причисляет себя отнюдь не к "свинарнику". Накопленный исторический опыт позволит наконец понять это.
А по-вашему, пока этого не понимают?
- Если следовать Кошену, точно так же французский народ не распознал свой "малый народ". Таков, видимо, характер любого социального катаклизма. Вы спрашиваете, каким образом идеология меньшинства навязывается большинству? А почему немецкий народ допустил национал-социализм? А почему французский народ позволил террор? Кошен приводит яркий образ - "лилипуты связывают Гулливера и осыпают его отравленными стрелами". Причины различны: обработка общественного мнения, разжигание антагонизма, создание "образа врага". Здесь есть нечто напоминающее болезнь, исход которой решается вовсе не соотношением веса болезнетворных бацилл и больного организма. Есть и какой-то общий механизм, недаром ведь так много схожего в таких катаклизмах, как английская, французская, русская революции.
Вы отрицаете понятия "национальная психология", "национальный характер"?
- Конечно, нет. Но раз уж произошли столь похожие перевороты (можно еще добавить религиозные войны эпохи Реформации, господство красных кхмеров в Камбодже и т.д.), причины надо искать не в индивидуальной психологии того или иного народа. Да их и не ищут, пока не заходит разговор о русских, зато я никогда не слышал, даже среди самых яростных критиков Французской революции, что террор, например, - это французская национальная традиция.
Безусловно, национальный характер как-то отражается на ходе исторического развития, но скорее на его внешних формах. В нашем же случае существенная черта революции - подавление национального, русского чувства, слово "патриот" звучало как "контрреволюционер".
А чем же тогда плоха идея общечеловеческих ценностей (вы считаете ее прикрытием идеологии "малого народа")? Может, она по своему уровню стоит выше классовых и национальных? Тем более что далеко не всегда национальный фактор является созидающим, творческим, как вы говорите. Не хочу приводить примеры: лучше поделюсь широко распространенным сейчас, особенно среди интеллигенции сомнением: русский национализм - последняя надежда у теряющего свою власть аппарата, который в отчаянии сделает на него ставку, и на смену диктатуре коммунистов придет диктатура русских фашистов. У новой диктатуры, похоже, найдется масса сторонников. И не получится ли так, что и "Русофобия", независимо от ваших желаний внесет сюда свою лепту. Ведь какой вывод можно сделать из нее? Долой "малый народ"! Нет, помилуй Бог, вы к этому не призываете, но я говорю о массовом сознании.
- Вы задали три разных вопроса. Первый. Идея общечеловеческих ценностей ничем не "плоха", пока она не отрицает национальную индивидуальность. Точно так же, как национальные ценности хороши в тех пределах, в которых они не подавляют человеческую индивидуальность. Безнациональное человечество, по моему мнению, не может существовать точно так же, как государство, состоящее из лишенных индивидуальности подданных. Вспомним, что и наши беды начались с гипертрофированного внедрения некоторых наднациональных ценностей: интернационализма, мировой социалистической революции и т.д.
Второй. Если обсуждать возможность тоталитарного переворота, надо перебирать все силы, которые мог бы использовать аппарат в качестве союзников: не только русский национализм, но и национализм нерусских народов (как было в начале революции), а также дельцов криминальной экономики (вместе с их аппаратом) и иностранные компании, заинтересованные в эксплуатации дешевой рабочей силы и наших природных богатств. Из всех этих теоретических возможностей союз партаппарата с русскими националистами кажется мне наиболее фантастическим. Аппарат воспитан на стопроцентно денационализированной идеологии. Меня не раз поражали такие пассажи в речах Брежнева, Андропова и им подобных деятелей: " За 50 лет существования нашего государства...", "Наше государство за всю его 60-летнюю историю" и т.д.: то есть раньше существовало "не их" государство. Русские национальные идеи подвергались жесточайшим преследованиям: например, В.Н.Осипов, издававший русский патриотический самиздатовский журнал "Вече" и, кстати, не выступавший ни с какими политическими требованиями, отсидел в лагере восемь лет. Когда в начале семидесятых годов в советской печати появились первые ростки возрождения русских духовных традиций, удар по ним был нанесен таким видным представителем партаппарата, как А.Н.Яковлев (известная статья "Против антиисторизма" в "Литературной газете"). Да ведь и сейчас ни один из крупных партийных руководителей - ни в КПСС, ни в РКП - не заявил, что главной его заботой является спасение страны и народа, а не реализация некоторых идеологических догм. Конечно, в органах власти есть разные люди, в том числе и патриотически настроенные, но таковы они как индивидуумы, а аппарат в целом, видимо, совершенно не способен реагировать на национальные импульсы.
А по-моему, дело не в идеологии. Уж коли встанет вопрос "кто кого", власть, желающая остаться властью, откажется от прежних икон и молитв и глазом не моргнет. Все побоку - лишь бы уцелеть. И вот тут-то как нельзя кстати придется пропаганда в духе "сплотила на веки великая Русь". Насчет Брежнева и Андропова согласен с вами, но ведь Яковлев после упомянутой статьи оказался в опале и был сослан (не сочтите за кощунство, это, конечно, не восемь лет Осипова)...в Канаду, то есть, по аппаратным меркам, тоже в ссылку. А вспомним недавний XXVIII съезд КПСС: на кого чаще всего нападали делегаты-консерваторы? На Яковлева, который, по их мнению, чуть ли не всю партию и страну погубил. Зато как дружно они аплодировали "кузьмичам" с их призывами к возрождению России, но России-то, по сути, сталинско-брежневской. И генералы за это, так что какая уж тут фантастика.
- Слово "Россия" сейчас стало такой же разменной монетой, как "милосердие" и "гуманизм" - им пользуются все. Так что дело в смысле, который вкладывают в слова. Вы же сами говорите, что речь идет о России сталинско-брежневской, то есть той, где истреблялось крестьянство, русский народ вымирал (и продолжает вымирать). Россия находится на одном из последних мест по образованию и медицинской помощи, ее вклад в общесоюзный бюджет совершенно непропорционален вкладу других республик.
Но вернемся, наконец, к вопросу об "опасности" моей статьи "Русофобия". Аргументация на этот счет носит общий характер. Точно так же можно было бы сказать, что, раз вы видите опасность русского национализма, то можно сделать вывод: долой русских националистов (или русских)? Нет, помилуй Бог, вы к этому не призываете, я говорю о массовом сознании.
Ну что же, хотелось бы теперь перейти к тому, на чем основана ваша концепция, выяснить, в частности, вопрос: почему вы придали такой зловещий характер выдержкам из Ветхого завета?
- Я хотел показать, какие есть основания в еврейской религиозной традиции, на которые может опереться то течение избранного меньшинства, которое выразилось в цитированных мною работах. Если бы я хотел какое-то другое течение проанализировать, например, сионистское (в принятом на Западе смысле этого слова), стремление вернуться в Израиль, создать свое государство (религиознее, с Храмом в центре), то я привел бы другие цитаты. Если бы я хотел проанализировать какую-либо черту русской истории, я привел бы третьи цитаты.
Но ведь в том-то и дело, что Ветхий Завет - это не только еврейская история, но в смысле религиозном - это и русская история.
- Цитаты те же, а восприятие их противоположное.
Иудаистская традиция основывается на Ветхом завете, содержащем это обетование: господство над другими народами, которые будут служить, отдавать свои богатства Израилю и т.д. Христианская же традиция такую интерпретацию отклоняет, считает ее заблуждением.
Ваше отношение к "Протоколам сионских мудрецов"?
- Мне всегда казалось совершенно непонятным то влияние и распространение, которые они получили. Очевидно, в них есть то, что кажется интересным - правильное или неправильное, хорошее или плохое. Я этого не понимаю. Обычно говорится: " "Протоколы" поражают тем, что сказанное в них подтвердилось во время революции и после нее", это и считается доказательством их подлинности. Я внимательно прочитал "Протоколы", выписывая все предсказания, которые осуществились, и мне они видятся поразительно слабыми. Например, такой прогноз: новая власть станет контролировать экономику с помощью прогрессивного налога. По-видимому, авторам просто не приходило в голову, что можно национализировать всю промышленность. Ничего не говорилось о земледелии - видимо, идея колхозов и совхозов оказалась за пределами фантазии авторов. Предполагается, что будет подорвано влияние дворянства, но ведь это произошло во время Французской революции (страна, о которой идет там речь, судя по всему, Франция). Наконец, утверждается: власть окажется в руках евреев. Однако в девятнадцатом веке и без того существовала целая литература, проповедовавшая, что революционная деятельность, с одной стороны, и власть биржи, с другой , приведут к господству евреев над миром. Так что в "Протоколах" я не нашел ничего принципиально нового в сравнении с уже не раз высказанным.
Кстати, в "Русофобии" нет ни слова о масонах, о всемирном еврейском заговоре. Это действительно ваше убеждение или нежелание впадать в крайности?
- Это действительно мое убеждение, точно так же, как и стремление не впадать в крайности. В истории есть своя логика, она не является набором случайностей, а представляет закономерный, отчасти целенаправленный процесс. Развитие ребенка во чреве матери - тоже естественный процесс, но никто его не назовет чьим-то заговором. В истории большие группы людей, не сговариваясь, часто работают в определенном направлении. Мне кажется, механизм таких процессов еще мало изучен. Пока же получается так, что почувствовав "логичность" истории, люди скатываются к тривиальной концепции заговора.
И все же создается иногда впечатление, что вы "ищете еврея". Взять к примеру описание расстрела царской семьи. У вас Белобородов - Вайсбарт, Голощекин - Шая, плюс - не знаю, какими это подтверждается источниками, - начертанное на стене комнаты, где происходил расстрел, двустишье из стихотворения Гейне о царе Валтасаре, оскорбившем Иегову и убитым за это. Старательно перечисляются еврейские фамилии из сотен людей, руководивших ОГПУ, причастных к разрушению церквей. Не слишком ли вы пристрастны при выборе "отрицательных персонажей?"
- Что значит "ищу еврея"? Я хочу обратить внимание читателя на исключительно большую роль, совершенно непропорциональную его доле в населении, которую радикальное революционное еврейство иногда играло. Относительно Белобородова: я не раз встречал во многих работах упоминание его подлинной фамилии; есть воспоминания одного пленного немца, бывшего в отряде, охранявшем царскую семью (опубликованы в немецком еженедельнике "Семь дней") - в них рассказывается обо всех руководителях Советской власти в Екатеринбурге, упоминается и фамилия Белобородова - Вайсбарт. Двустишие из Гейне приведено в книге Соколова, расследовавшего дело о расстреле царской семьи, в ней даже говорится, что имя Валтасара было изменено на "Валтацар" (по аналогии с царем).
Список начальников отделов ГПУ "эпохи Беломорканала" взят из книги Р.Конквиста, аналогичную картину рисует и Солженицын в "Архипелаге". Наконец, перечень антирелигиозных пропагандистов взят из ходившей в самиздате рукописи покойного украинского академика Белецкого. Все эти работы не имеют никакой национальной направленности.
Однако, вы пишете: "После переворота несколько дней главой государства был Каменев, потом до своей смерти - Свердлов. Во главе армии стоял Троцкий, во главе Петрограда - Зиновьев, Москвы - Каменев. Коминтерн возглавлял Зиновьев, Профинтерн - А.Лозовский (Соломон Дризо), во главе комсомола стоял Оскар Рывкин, вначале - несколько месяцев - Ефим Цетлин и т.д." [1, с. 166]. А Ленин куда девался? Как вы оцениваете его позицию?
- Ленин был человеком, полностью отдавшим себя революции, и на все происходившее вокруг он смотрел с этой точки зрения. Таково, в частности, его отношение к нации. Он считал истинным патриотизмом желать поражения в войне своему правительству, при этом он употреблял выражение "революционная национальная гордость". А давайте посмотрим, чем он предлагал гордиться русским: тем, что они, как и другие нации, сумели создать революционный рабочий класс. И кем - Радищевым, декабристами, народовольцами. Но мы не встретим в этом ряду имен Пушкина, Ломоносова, Чайковского, Дмитрия Донского, не говоря уже о Сергии Радонежском.
Нация была консервативной силой, она поддерживала сложившийся миропорядок, была препятствием для революционеров. Не случайно, поэтому, Ленин весьма своеобразно представлял себе предназначение русской нации: "...интернационализм со стороны угнетающей или так называемой "великой" нации (хотя великой только своими насилиями, великой только так, как велик держиморда) должен состоять не только в соблюдении формального равенства нации, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в нации фактически". В духе этого изречения шли все выступления по национальному вопросу на XII съезде партии - Сталина, Зиновьева, Яковлева, Бухарина. Все они говорили об опасности великодержавного шовинизма, что его надо беспощадно уничтожать, а в докладе Сталина назывались конкретные мероприятия: когда и какие фабрики перевести в Среднюю Азию, какие в Закавказье. То есть именно тогда был дан толчок явлению, которое, как сейчас мы видим, подвергло Россию, ее ресурсы опустошению. О чем бы ни шла речь - будь то мировая революция, поддержка режимов на Кубе или в Эфиопии - ресурсы черпались в основном из России. Теперь уже названы и цифры: 70 млрд. рублей в год, передаваемые ею в союзный бюджет.
Итак, русофобия осталась. В чем же она проявляется сегодня?
- Проявляется гораздо ярче, чем прежде. Раньше я должен был добывать произведения самиздата, эмигрантские произведения, чтобы делать какие-то заключения о происходящих процессах, конечно, с некоторым риском ошибиться. Теперь русофобия заявляет о себе резче и убедительней, так как взгляды высказываются в журналах, имеющих громадный тираж, перепечатываются старые произведения - эмигрантские, самиздатские, приобретающие в связи с новым поворотом истории совершенно иной смысл. Необходимо переосмыслить всю нашу историю, выяснить, что же с нами произошло. Если следовать концепциям, которые породили русофобию, ответ о причинах наших бед сводится к следующему: у русских отягощенный генофонд, а сталинизм - это народное национальное явление. Более того, существует точка зрения, будто коллективизация - результат крестьянской идеологии, и социальной базой Сталина оказалось патриархальное крестьянство; выходит, погубленное крестьянство стало своим собственным убийцей. Ответственность, таким образом, перекладывается с преступников (тех, кто планировал коллективизацию, руководил ею, воспевал ее) на их жертвы. Но дело гораздо глубже: мы переживаем кризис, может быть самый тяжелый за всю нашу историю, и нет уверенности, хватит ли сил пережить его. Нужно собрать все силы, нужна хоть какая-то доля уверенности, какая-то реальная надежда на лучший исход. А если "русская душа - тысячелетняя раба", то надежды не остается. Если у нас "отягощенный генофонд", то положение безнадежное - генофонд изменить нельзя!
Что же делать?
- Единственный выход - это дискуссия. Ведь что получается: если какая-либо идея кажется человеку недопустимой, она вытесняется в подсознание и порождает неврозы. Отсюда и та истерическая реакция на "Русофобию". Думаю, страсти постепенно улягутся, и станет возможным спокойное обсуждение проблемы. Я как раз и стараюсь рассуждать, опираясь не на эмоции, а на факты...
Впервые опубликовано в журнале "Вестник Академии Наук СССР" № 1, 1990 г.
Метки: русофобия, Россия, патриотизм, Государь, православие, Сталин, репрессии
ЧТО ТАКОЕ ПАТРИОТИЗМ?
Автор: Игорь Ростиславович Шафаревич
Очевидно, это некоторая сила, сцепляющая народ, не дающая ему распасться на отдельные индивидуумы, так что вопрос лучше было бы сформулировать так: что такое народ, почему человечество делится на такие общности? Явления эти - народ и сцепляющая его сила, патриотизм - проявляются во все времена, которые охватывает история. И идут гораздо глубже, как это видно на примерах "примитивных", т.е. догосударственных обществ, если только расширить понятие народ до "этноса", включив в него и племя, и союз племен. Собственно, проблема имеет еще более глубокие корни - очевидно, какая-то аналогичная сила объединяет и животные общества: стаю волков или диких гусей. Но так далеко мы здесь не пойдем, обозначив этот аспект лишь для того, чтобы очертить размер явления.
Как раз на примере зачатка нации - одного племени - на наш вопрос легче ответить, и большой материал был собран этнографами. Если туземцу удавалось объяснить истинный смысл того, что этнографу хотелось у него узнать, то ответ на вопрос: что же соединяет вас в одном племени? - в большинстве случаев был один и тот же, хотя для нас довольно неожиданный : "Наши общие мифы". Но этот ответ станет, пожалуй, менее удивительным, если мы вспомним, что и Достоевский связывал рождение нации с появлением религии: Иудаизма у евреев, Ислама у арабов, Православия у русских.
Чтобы оценить ответ, полученный этнографами, надо понять смысл, который туземцы вкладывали в понятие мифа. Мифы племени были тайным знанием,которое сообщалось лишь посвященным (обычно посвящение получало большинство взрослых мужчин). Но мифы не только рассказывались: они и сопереживались в обрядах и церемониях, в которых участвовали все посвященные. Этим они напоминали современные религии с той разницей, что были более драматичными и душепотрясающими: с масками и плясками, зачастую с человеческими жертвоприношениями. Смысл церемоний заключался в возвращении к "мифологическому времени", когда творился мир и человек. Соприкосновение с этим особым "творческим" временем наполняло новыми силами и настоящее: обеспечивало плодородие природы, течение космического процесса, социальную стабильность общины. Миф открывал человеку его место, его значительную, творческую роль в космосе, тем наполняя смыслом его жизнь и давая силы для яркой, красивой жизни в условиях, тяжесть которых иногда нам даже невозможно себе представить. Эта роль мифа была трагически продемонстрирована, когда при соприкосновении с европейской цивилизацией распадалась система церемоний и мифов. Этнографы видят именно в этом основную причину вымирания "примитивных" народов: наступавшей апатии, упадка жизненных сил, падения рождаемости.
На этом примере можно, мне думается, усмотреть смысл, функцию и больших современных наций, как и объединяющей каждую из них силы - патриотизма. По-видимому, необходимо существование какой-то промежуточной инстанции между индивидуальным человеком и всем Космосом. Только посредством этой инстанции человек способен почувствовать осмысленность своего существования в Истории и Космосе. История, например, является историей не отдельных людей, а народов и только через принадлежность к своему народу может человек ощутить смысл этого грандиозного процесса, "соприкоснуться тайнам прошедшего и будущего". Вот, например, как описывает академик Лихачев мироощущение жителя Древней Руси, отразившееся в древнерусской литературе: "Человек, живя в мире, помнил о мире в целом как огромном единстве, ощущал свое место в этом мире".
Только через включение в эту общность - этнос - человек способен решать некоторые сверхсложные проблемы, которые ставит перед ним жизнь. Можно представить себе, что этнос каким-то непонятным для нас способом объединяет интеллект и души отдельных людей и создает некий сверхинтеллект и сверхдушу. И некоторые проблемы жизни посильны только такому сверхинтеллекту, а индивидуальный человеческий ум недостаточен для их решения. Он может не осознавать истинной логики решения даже после того, как оно найдено, рассматривая это решение лишь как "норму поведения", обязательную в данном обществе. Например, в "первобытных" обществах существует очень сложная система правил поведения и запретов, препятствующих бракам между близкими родственниками (экзогамия). В то же время члены этих обществ не имеют, конечно, никакого представления о вредных генетических последствиях близкородственных браков и рассматривают существующих у них запреты как "табу", не требующие никакого обоснования (кроме разве того, что они были введены мифологическими предками). "Первобытные" общества сталкивались с не менее трудными экологическими, экономическими и социальными проблемами, чем мы. Решили они их очень не плохо, о чем свидетельствует само наше существование и тот мир, который они нам оставили в наследство: без озонных дыр и парникового эффекта, с чистым воздухом, кишащими рыбой реками и плодородными почвами. Причем решение самых кардинальных из этих проблем было получено именно на надындивидуальном уровне и часто зафиксировано в мифах, системе ритуалов и запретов: например, уже упомянутая экзогамия, освоение огня, приручение животных, открытие посевного земледелия, колеса.
И более близкая история, вплоть до современности, полна примерами таких свершений, явно имеющих свою логику, но непостижимых или совершенно превратно толкуемых индивидуальным сознанием современников, так что логика, очевидно, является проявлением общенационального "интеллекта" или "души". Так, в XVII в. в Англии возник совершенно новый, динамичный, преисполненный сил жизненный уклад: индустриальное общество и парламентская демократия. Он определил жизнь Англии, сформировал Соединенные Штаты, распространился на Западную Европу и захлестнул почти весь мир. Но в момент его создания никто не думал о таких последствиях. Тогда всем здравомыслящим людям, включая короля и его советников, было ясно, что "прогрессивный" жизненный уклад - это централизованная монархия, как в Испании, Франции, укрепляющемся Русском царстве или Оттоманской империи. Парламенты воспринимались как реакционные пережитки феодальной эпохи. А сами сторонники нового общественного строя прокламировали (конечно, совершенно искренне), что создают "государство святых", прокладывают путь "пятой монархии" - монархии Иисуса Христа. И потребовалось несколько столетий и знаменитая работа талантливейшего историка Макса Вебера "Протестантская этика и дух капитализма", чтобы мы хотя бы начали угадывать - какова же связь между аскетически-фаталистической идеологией протестантизма кальвинистического толка и духом капитализма.
И сейчас в основных вопросах, перед которыми стоит человечество, наша надежда - на силу того же надындивидуального разума. Яркий (и, может быть, основной) пример - экологический кризис. Он возник из совершенно специфической ориентации современной технологической цивилизации: каждую свою экологическую проблему она способна решать лишь при помощи более глубокого и интенсивного воздействия на природу, тем самым создавая вместо одной несколько - причем более сложных - проблем. Так, промышленность, основанная на сжигании топлива, заменяется основанной на атомной энергии, порождая проблемы радиоактивного облучения и захоронения отходов. Истощение почвы при помощи интенсивного использования машин компенсируется применением химических удобрений, отравляющих продукты, воду и т. д. Совершенно неправдоподобно, чтобы на этом пути существовал выход, подобная гонка когда-то (скорее всего, довольно скоро) должна привести к катастрофе. Но это ощущение безвыходности относится к логически просматриваемым нами вариантам, а не к функционированию надындивидуального разума. Если проблема может быть решена, то только им. Конечно, проблема эта общечеловеческая, но, как в общечеловеческой науке открытие делает конкретный человек, так и в известных до сих пор примерах мы видели работу хоть надындивидуальную, но не общечеловеческого, а национального разума, отражающего, следовательно, некоторую особую индивидуальность - индивидуальность народа (см. приведенный выше пример роли Англии в промышленной революции).
Возвращаясь к вопросу, стоящему в заголовке статьи, мы можем теперь сказать, что патриотизм - это ощущение ценности, необходимости для жизни каждого человека его включения в большую индивидуальность народа или, с другой стороны - инстинкт самосохранения народной индивидуальности. Это заряд энергии, двигатель, приводящий в действие те многочисленные средства, которыми поддерживается единство народа: язык, национальная культура, чувство исторической традиции, национальные черты его религии. Поэтому угасание патриотизма - самый верный признак начала конца народа: из живого существа он превращается в мертвую машину, отключенную от движущего ее источника энергии. А искусственное разрушение патриотизма - самый надежный путь уничтожения народа. Примером является русофобия, вспыхивающая всегда в критические моменты русской истории на протяжении последнего века. Речь идет о разрушении тех элементов народной психологии, которые функционально эквивалентны мифам "первобытных" народов, с таким же результатом - вымиранием народа. Это можно сравнить с болезнью народного организма, но не с обычной болезнью, а духовным аналогом СПИДа, поражающим не какую-то одну сторону этого организма, но его центральную защитную систему.
Впервые опубликовано в газете "Политика" № 1, март 1991г.
Очевидно, это некоторая сила, сцепляющая народ, не дающая ему распасться на отдельные индивидуумы, так что вопрос лучше было бы сформулировать так: что такое народ, почему человечество делится на такие общности? Явления эти - народ и сцепляющая его сила, патриотизм - проявляются во все времена, которые охватывает история. И идут гораздо глубже, как это видно на примерах "примитивных", т.е. догосударственных обществ, если только расширить понятие народ до "этноса", включив в него и племя, и союз племен. Собственно, проблема имеет еще более глубокие корни - очевидно, какая-то аналогичная сила объединяет и животные общества: стаю волков или диких гусей. Но так далеко мы здесь не пойдем, обозначив этот аспект лишь для того, чтобы очертить размер явления.
Как раз на примере зачатка нации - одного племени - на наш вопрос легче ответить, и большой материал был собран этнографами. Если туземцу удавалось объяснить истинный смысл того, что этнографу хотелось у него узнать, то ответ на вопрос: что же соединяет вас в одном племени? - в большинстве случаев был один и тот же, хотя для нас довольно неожиданный : "Наши общие мифы". Но этот ответ станет, пожалуй, менее удивительным, если мы вспомним, что и Достоевский связывал рождение нации с появлением религии: Иудаизма у евреев, Ислама у арабов, Православия у русских.
Чтобы оценить ответ, полученный этнографами, надо понять смысл, который туземцы вкладывали в понятие мифа. Мифы племени были тайным знанием,которое сообщалось лишь посвященным (обычно посвящение получало большинство взрослых мужчин). Но мифы не только рассказывались: они и сопереживались в обрядах и церемониях, в которых участвовали все посвященные. Этим они напоминали современные религии с той разницей, что были более драматичными и душепотрясающими: с масками и плясками, зачастую с человеческими жертвоприношениями. Смысл церемоний заключался в возвращении к "мифологическому времени", когда творился мир и человек. Соприкосновение с этим особым "творческим" временем наполняло новыми силами и настоящее: обеспечивало плодородие природы, течение космического процесса, социальную стабильность общины. Миф открывал человеку его место, его значительную, творческую роль в космосе, тем наполняя смыслом его жизнь и давая силы для яркой, красивой жизни в условиях, тяжесть которых иногда нам даже невозможно себе представить. Эта роль мифа была трагически продемонстрирована, когда при соприкосновении с европейской цивилизацией распадалась система церемоний и мифов. Этнографы видят именно в этом основную причину вымирания "примитивных" народов: наступавшей апатии, упадка жизненных сил, падения рождаемости.
На этом примере можно, мне думается, усмотреть смысл, функцию и больших современных наций, как и объединяющей каждую из них силы - патриотизма. По-видимому, необходимо существование какой-то промежуточной инстанции между индивидуальным человеком и всем Космосом. Только посредством этой инстанции человек способен почувствовать осмысленность своего существования в Истории и Космосе. История, например, является историей не отдельных людей, а народов и только через принадлежность к своему народу может человек ощутить смысл этого грандиозного процесса, "соприкоснуться тайнам прошедшего и будущего". Вот, например, как описывает академик Лихачев мироощущение жителя Древней Руси, отразившееся в древнерусской литературе: "Человек, живя в мире, помнил о мире в целом как огромном единстве, ощущал свое место в этом мире".
Только через включение в эту общность - этнос - человек способен решать некоторые сверхсложные проблемы, которые ставит перед ним жизнь. Можно представить себе, что этнос каким-то непонятным для нас способом объединяет интеллект и души отдельных людей и создает некий сверхинтеллект и сверхдушу. И некоторые проблемы жизни посильны только такому сверхинтеллекту, а индивидуальный человеческий ум недостаточен для их решения. Он может не осознавать истинной логики решения даже после того, как оно найдено, рассматривая это решение лишь как "норму поведения", обязательную в данном обществе. Например, в "первобытных" обществах существует очень сложная система правил поведения и запретов, препятствующих бракам между близкими родственниками (экзогамия). В то же время члены этих обществ не имеют, конечно, никакого представления о вредных генетических последствиях близкородственных браков и рассматривают существующих у них запреты как "табу", не требующие никакого обоснования (кроме разве того, что они были введены мифологическими предками). "Первобытные" общества сталкивались с не менее трудными экологическими, экономическими и социальными проблемами, чем мы. Решили они их очень не плохо, о чем свидетельствует само наше существование и тот мир, который они нам оставили в наследство: без озонных дыр и парникового эффекта, с чистым воздухом, кишащими рыбой реками и плодородными почвами. Причем решение самых кардинальных из этих проблем было получено именно на надындивидуальном уровне и часто зафиксировано в мифах, системе ритуалов и запретов: например, уже упомянутая экзогамия, освоение огня, приручение животных, открытие посевного земледелия, колеса.
И более близкая история, вплоть до современности, полна примерами таких свершений, явно имеющих свою логику, но непостижимых или совершенно превратно толкуемых индивидуальным сознанием современников, так что логика, очевидно, является проявлением общенационального "интеллекта" или "души". Так, в XVII в. в Англии возник совершенно новый, динамичный, преисполненный сил жизненный уклад: индустриальное общество и парламентская демократия. Он определил жизнь Англии, сформировал Соединенные Штаты, распространился на Западную Европу и захлестнул почти весь мир. Но в момент его создания никто не думал о таких последствиях. Тогда всем здравомыслящим людям, включая короля и его советников, было ясно, что "прогрессивный" жизненный уклад - это централизованная монархия, как в Испании, Франции, укрепляющемся Русском царстве или Оттоманской империи. Парламенты воспринимались как реакционные пережитки феодальной эпохи. А сами сторонники нового общественного строя прокламировали (конечно, совершенно искренне), что создают "государство святых", прокладывают путь "пятой монархии" - монархии Иисуса Христа. И потребовалось несколько столетий и знаменитая работа талантливейшего историка Макса Вебера "Протестантская этика и дух капитализма", чтобы мы хотя бы начали угадывать - какова же связь между аскетически-фаталистической идеологией протестантизма кальвинистического толка и духом капитализма.
И сейчас в основных вопросах, перед которыми стоит человечество, наша надежда - на силу того же надындивидуального разума. Яркий (и, может быть, основной) пример - экологический кризис. Он возник из совершенно специфической ориентации современной технологической цивилизации: каждую свою экологическую проблему она способна решать лишь при помощи более глубокого и интенсивного воздействия на природу, тем самым создавая вместо одной несколько - причем более сложных - проблем. Так, промышленность, основанная на сжигании топлива, заменяется основанной на атомной энергии, порождая проблемы радиоактивного облучения и захоронения отходов. Истощение почвы при помощи интенсивного использования машин компенсируется применением химических удобрений, отравляющих продукты, воду и т. д. Совершенно неправдоподобно, чтобы на этом пути существовал выход, подобная гонка когда-то (скорее всего, довольно скоро) должна привести к катастрофе. Но это ощущение безвыходности относится к логически просматриваемым нами вариантам, а не к функционированию надындивидуального разума. Если проблема может быть решена, то только им. Конечно, проблема эта общечеловеческая, но, как в общечеловеческой науке открытие делает конкретный человек, так и в известных до сих пор примерах мы видели работу хоть надындивидуальную, но не общечеловеческого, а национального разума, отражающего, следовательно, некоторую особую индивидуальность - индивидуальность народа (см. приведенный выше пример роли Англии в промышленной революции).
Возвращаясь к вопросу, стоящему в заголовке статьи, мы можем теперь сказать, что патриотизм - это ощущение ценности, необходимости для жизни каждого человека его включения в большую индивидуальность народа или, с другой стороны - инстинкт самосохранения народной индивидуальности. Это заряд энергии, двигатель, приводящий в действие те многочисленные средства, которыми поддерживается единство народа: язык, национальная культура, чувство исторической традиции, национальные черты его религии. Поэтому угасание патриотизма - самый верный признак начала конца народа: из живого существа он превращается в мертвую машину, отключенную от движущего ее источника энергии. А искусственное разрушение патриотизма - самый надежный путь уничтожения народа. Примером является русофобия, вспыхивающая всегда в критические моменты русской истории на протяжении последнего века. Речь идет о разрушении тех элементов народной психологии, которые функционально эквивалентны мифам "первобытных" народов, с таким же результатом - вымиранием народа. Это можно сравнить с болезнью народного организма, но не с обычной болезнью, а духовным аналогом СПИДа, поражающим не какую-то одну сторону этого организма, но его центральную защитную систему.
Впервые опубликовано в газете "Политика" № 1, март 1991г.
Метки: православие, Государь, патриотизм, Россия, русофобия, жидовство
Милостивый негосударь
Автор: Владимир Громковский
«Борис Ельцин вошел в историю тем, что он дал свободу, в том числе экономическую, и основал новое государство».
А.Колесников
Не люблю политических споров. Однако злонамеренную ложь не люблю сильнее. А взятое в эпиграф выражает целое «мировоззрение», упорно навязываемое народу уже много лет прирождёнными и профессиональными лжецами. Поэтому прощу себе нечастое вторжение на чужие, неэкономические «земли» (да и не случилось за каникулы ничего в экономике, достойного обсуждения). Земли эти – не более и не менее как вопрос национальной идеи. Что за народ такой – и государство, что то же самое, – современная Россия?
Начнём с экономической свободы, помянутой г-ном Колесниковым в числе «даров» властолюбца. Понятие это очень глубокое – и вовсе не сводится к свободе рыночной спекуляции. А именно это – и только это – было от безвыходности «дано» Ельциным (за вычетом произвольной раздачи заводов и природных богатств мошенникам в обмен на финансирование лжеизбирательной кампании). Однако отмена запретов – ещё не свобода. Разрешение пахать поля и полоть сорняки в отсутствие лошади, плуга и мотыги не приводит к изобилию зерна (свободе от нужды). Содержательно экономические свободы – свободы созидания чего-то общественно-полезного – дозволение спекуляции не только не обеспечило, но и крайне резко сократило. Видно уже по тому, что взяли верх и разбогатели советские типажи фарцовщика и «цеховика». А учёные и инженеры в массовом порядке нищали, уезжали из страны, уходили из жизни. Или от безнадёги меняли род занятий на ту же, только очень мелкую, спекуляцию.
Однако: утверждение, что Ельцин дал экономическую свободу, всё же не столь далеко от истины, как слова об «основании нового государства». Чем же государство новое? Сколько новых территорий приросло к нам? Сколько новых языков влилось в нас? А может быть, завоевала нас чужая злая сила, подобная монголо-татарам, что и сделало наше государство совсем другим? На это похоже. Впрочем, даже татарское иго не препятствовало нам – в отличие от академика Гинзбурга, журналиста Колесникова и прочих, презрительно и пока безбоязненно именующих наших священнослужителей «церковниками», – учить наших детей родной вере на общий счёт.
Ничто не приросло и ничто (кроме идеологического трупного яда) не влилось. Отпала – местами была злостно Ельциным отброшена – лучшая половина территорий и половина населения (общие долги повесили на нас). На тысячу километров войска латинян придвинулись к Москве – и придвинутся ещё на пятьсот, если Украина войдёт в НАТО. Если в этом заключается основание новых государств, тогда четвертование – наилучший способ создания новых людей. Потери для России и русского народа от целенаправленного развала СССР по меньшей мере сопоставимы с большевицким террором. Поэтому позиция «либерала», который осуждает именно сталинский террор и при этом превозносит «новое» ельцинское государство – отпадение от России народов и земель, – вполне последовательна. В силу того, что «либералы» выражают на деле не общий интерес русского народа, но какой-то отдельной части («ленинской гвардии», «троцкистов», «шестидесятников» с «правозащитниками» и тому подобных). И именно сталинские (а не большевицкие вообще – Ленина, Свердлова, Троцкого) репрессии были именно этим общественным слоям особенно во вред. Ельцинские реформы пошли именно им – в первую голову им – на пользу.
Да и на здоровье. Только речи, что печётесь об общем народном интересе, оставьте. Выходишь с публичной проповедью чего-либо (хотя бы и ельцинской экономической свободы и «новой» России) – прежде положи руку на сердце (а лучше – как кумиры «либералов», американские президенты, на Писание) и поклянись, что мыслишь, говоришь и действуешь в интересах православного народа, создававшего русское государство на протяжении тысячи лет. Либо откровенно скажи свою другую правду – а народ решит, поддержать тебя или послать подальше. Если же вместо этого начнут в ответ спекулировать, что-де не одни русские здесь живут, – на воре шапка горит. Русские всегда хорошо в России жили – и всем хорошо жить давали. Многострадальный еврейский народ – и тот, говорят, увеличил за всего сто с небольшим лет жизни в пределах Российской Империи свою численность в шесть раз. Так что, если православным теперь снова станет хорошо – с 1917 года это никак у «интернационалистов» и реформаторов не получается почему-то – никому, кто готов жить в добром согласии, плохо не будет. Доказано сотнями лет истории.
Нынешняя РФ может быть совсем «новым» государством только в умозрении. На деле для этого необходимо заменить и существующий народ новым, с невиданными доселе языками и верованиями. Правда, есть путь упрощённый – лишить людей памяти, сделать их манкуртами, «перевыколпаковать колпак не по-колпаковски». По нему и идут упорно. В этом и заключается подлая суть тезиса о «новом» государстве.
Что вариант «нового государства» – чисто умозрительный, и референдума проводить не надо: более чем квалифицированное большинство из переписи в перепись называет себя русскими и православными. Впрочем, референдум про национальную идентичность провести было бы занятно. Зуб даю, «демократы/либералы» немедленно докажут, что принцип большинства голосов вовсе не демократический, если выбор делается не в их пользу. Как не вспомнить «неистовую Валерию», вскричавшую после поражения на выборах 1993 года: «Россия, ты одурела!»
Удалось протащить в 1993 году «конституцию», противоречащую нашему культурно-историческому типу, и твердят теперь, что Россия – государство светское, подразумевая при этом совсем другое: «Православный, заткнись!» (Сказали бы так прямо избирателям в 1993 году – хрен бы прошла та конституция). Таким – напомню: Конституция – это закон, который живёт в душе народа, а не что записали обманом на бумажку. По мере необходимости жизненная правда выправит ошибочную юридическую формулу.
Не способно дерево расти с обрубленными корнями: засохнет и упадёт. Не способен выжить народ, забыв о своём роде и племени: потеряет историческую дорогу. Чтобы продолжить заданный десятками поколений пращуров путь, необходимо отринуть мороки и 1905−17−го, и 1980−90−х годов. Опомниться. И чудесным образом окажется, что искать национальную идею нет нужды. Она никуда не девалась. Это мы оказались почти на сотню лет без памяти. Окажется также, что основать государство может только Государь. Государь по совести и существу своих свершений, не по названию. «Свершения» же и совесть Ельцина, кумира г-на Колесникова и прочих «либералов», не тянут и на милостивого государя.
«Борис Ельцин вошел в историю тем, что он дал свободу, в том числе экономическую, и основал новое государство».
А.Колесников
Не люблю политических споров. Однако злонамеренную ложь не люблю сильнее. А взятое в эпиграф выражает целое «мировоззрение», упорно навязываемое народу уже много лет прирождёнными и профессиональными лжецами. Поэтому прощу себе нечастое вторжение на чужие, неэкономические «земли» (да и не случилось за каникулы ничего в экономике, достойного обсуждения). Земли эти – не более и не менее как вопрос национальной идеи. Что за народ такой – и государство, что то же самое, – современная Россия?
Начнём с экономической свободы, помянутой г-ном Колесниковым в числе «даров» властолюбца. Понятие это очень глубокое – и вовсе не сводится к свободе рыночной спекуляции. А именно это – и только это – было от безвыходности «дано» Ельциным (за вычетом произвольной раздачи заводов и природных богатств мошенникам в обмен на финансирование лжеизбирательной кампании). Однако отмена запретов – ещё не свобода. Разрешение пахать поля и полоть сорняки в отсутствие лошади, плуга и мотыги не приводит к изобилию зерна (свободе от нужды). Содержательно экономические свободы – свободы созидания чего-то общественно-полезного – дозволение спекуляции не только не обеспечило, но и крайне резко сократило. Видно уже по тому, что взяли верх и разбогатели советские типажи фарцовщика и «цеховика». А учёные и инженеры в массовом порядке нищали, уезжали из страны, уходили из жизни. Или от безнадёги меняли род занятий на ту же, только очень мелкую, спекуляцию.
Однако: утверждение, что Ельцин дал экономическую свободу, всё же не столь далеко от истины, как слова об «основании нового государства». Чем же государство новое? Сколько новых территорий приросло к нам? Сколько новых языков влилось в нас? А может быть, завоевала нас чужая злая сила, подобная монголо-татарам, что и сделало наше государство совсем другим? На это похоже. Впрочем, даже татарское иго не препятствовало нам – в отличие от академика Гинзбурга, журналиста Колесникова и прочих, презрительно и пока безбоязненно именующих наших священнослужителей «церковниками», – учить наших детей родной вере на общий счёт.
Ничто не приросло и ничто (кроме идеологического трупного яда) не влилось. Отпала – местами была злостно Ельциным отброшена – лучшая половина территорий и половина населения (общие долги повесили на нас). На тысячу километров войска латинян придвинулись к Москве – и придвинутся ещё на пятьсот, если Украина войдёт в НАТО. Если в этом заключается основание новых государств, тогда четвертование – наилучший способ создания новых людей. Потери для России и русского народа от целенаправленного развала СССР по меньшей мере сопоставимы с большевицким террором. Поэтому позиция «либерала», который осуждает именно сталинский террор и при этом превозносит «новое» ельцинское государство – отпадение от России народов и земель, – вполне последовательна. В силу того, что «либералы» выражают на деле не общий интерес русского народа, но какой-то отдельной части («ленинской гвардии», «троцкистов», «шестидесятников» с «правозащитниками» и тому подобных). И именно сталинские (а не большевицкие вообще – Ленина, Свердлова, Троцкого) репрессии были именно этим общественным слоям особенно во вред. Ельцинские реформы пошли именно им – в первую голову им – на пользу.
Да и на здоровье. Только речи, что печётесь об общем народном интересе, оставьте. Выходишь с публичной проповедью чего-либо (хотя бы и ельцинской экономической свободы и «новой» России) – прежде положи руку на сердце (а лучше – как кумиры «либералов», американские президенты, на Писание) и поклянись, что мыслишь, говоришь и действуешь в интересах православного народа, создававшего русское государство на протяжении тысячи лет. Либо откровенно скажи свою другую правду – а народ решит, поддержать тебя или послать подальше. Если же вместо этого начнут в ответ спекулировать, что-де не одни русские здесь живут, – на воре шапка горит. Русские всегда хорошо в России жили – и всем хорошо жить давали. Многострадальный еврейский народ – и тот, говорят, увеличил за всего сто с небольшим лет жизни в пределах Российской Империи свою численность в шесть раз. Так что, если православным теперь снова станет хорошо – с 1917 года это никак у «интернационалистов» и реформаторов не получается почему-то – никому, кто готов жить в добром согласии, плохо не будет. Доказано сотнями лет истории.
Нынешняя РФ может быть совсем «новым» государством только в умозрении. На деле для этого необходимо заменить и существующий народ новым, с невиданными доселе языками и верованиями. Правда, есть путь упрощённый – лишить людей памяти, сделать их манкуртами, «перевыколпаковать колпак не по-колпаковски». По нему и идут упорно. В этом и заключается подлая суть тезиса о «новом» государстве.
Что вариант «нового государства» – чисто умозрительный, и референдума проводить не надо: более чем квалифицированное большинство из переписи в перепись называет себя русскими и православными. Впрочем, референдум про национальную идентичность провести было бы занятно. Зуб даю, «демократы/либералы» немедленно докажут, что принцип большинства голосов вовсе не демократический, если выбор делается не в их пользу. Как не вспомнить «неистовую Валерию», вскричавшую после поражения на выборах 1993 года: «Россия, ты одурела!»
Удалось протащить в 1993 году «конституцию», противоречащую нашему культурно-историческому типу, и твердят теперь, что Россия – государство светское, подразумевая при этом совсем другое: «Православный, заткнись!» (Сказали бы так прямо избирателям в 1993 году – хрен бы прошла та конституция). Таким – напомню: Конституция – это закон, который живёт в душе народа, а не что записали обманом на бумажку. По мере необходимости жизненная правда выправит ошибочную юридическую формулу.
Не способно дерево расти с обрубленными корнями: засохнет и упадёт. Не способен выжить народ, забыв о своём роде и племени: потеряет историческую дорогу. Чтобы продолжить заданный десятками поколений пращуров путь, необходимо отринуть мороки и 1905−17−го, и 1980−90−х годов. Опомниться. И чудесным образом окажется, что искать национальную идею нет нужды. Она никуда не девалась. Это мы оказались почти на сотню лет без памяти. Окажется также, что основать государство может только Государь. Государь по совести и существу своих свершений, не по названию. «Свершения» же и совесть Ельцина, кумира г-на Колесникова и прочих «либералов», не тянут и на милостивого государя.
Метки: Ельцин, конституция, православие, президент, Государь, император
Вопрос о терминах
Иван Лукьянович Солоневич
В наших русских спорах очень часто получается так: Иван Иванович проспорит всю ночь с Иваном Петровичем, и к утру выясняется, что и спорить-то было совершенно незачем. Просто Иван Иванович и Иван Петрович одни и те же вещи называли разными именами, так сказать, недоговоренность в терминах...
Договориться о терминах - вовсе не так просто. Как известно, юристы до сих пор никак не могут определить термин "право" - что, впрочем, не мешает им это право изучать и получать соответствующие гонорары. Не так легко и определить те термины, которые ходят в эмигрантской печати: демократия, либерализм, национализм и прочее в этом роде. Термины эти каждый понимает более или менее по-своему - и очень много наших эмигрантских споров развивается и свирепствует вокруг вопроса о выеденном яйце.
...Я начну с термина "национализм" - каковой термин я, в сущности, и сейчас не очень понимаю. Если мы возьмем слово "нация" в его французской транскрипции, или соответствующее ему немецкое слово "Nation", то тут дело будет более или менее понятно. И французская "nation" и немецкая "Nation" представляют собой действительно национальные государства с резко обрубленными на границах национальных - государственными границами - и тут о национализме говорить очень просто. Нам об этом говорить гораздо труднее - ибо Россия есть государство не национальное. Иначе говоря - не просто государство, а Империя. Под общей крышей этой Империи совсем не так плохо уживалось больше сотни народностей и теперь народности эти, переселившись из Империи в колхозы, поняли окончательно, что Империя - это было совсем не плохо...
...С огорчением должен сознаться, что я не националист. Я - империалист. Ибо, если в основу будущего отстроения Империи Российской мы поставим не имперский, а национальный принцип -то на оном принципе мы далеко не уедем. Сейчас же возникает необходимость определить границы нации. Войдут ли в понятие этой нации только великороссы? Или великороссы, малороссы и белоруссы? И сможем ли мы отказать в "национальной принадлежности" таким немцам, как покойный адмирал фон Эссен? Или таким полякам, как проф. Петражицкий? Или тем нашим кавказским кунакам, которые совсем не плохо дрались за Россию?
Возьмем пример из нашей эмигрантской жизни. Русский дворянин П. Н. Милюков издает в Париже газету, которая буквально с каждым днем все больше и больше переползает на большевицкие рельсы. Армянин А. О. Гукасов уже очень много миллионов вложил в издание газеты - по настоящему русской Армянин А. О. Гукасов оказался - если хотите - гораздо более "националистом", чем русский П. Н. Милюков. Милюков зарабатывал - Гукасов жертвовал.
Милюков в каждом номере своей миркино-гецевической газеты все настойчивее и настойчивее протаскивает - не большевицкие идеи (это было бы слишком грубо), а большевицкую информацию. "Возрождение" стоит на той, абсолютно непримиримой к большевизму, точке зрения, которая весьма неточно называется у нас "национальной". Нет, это совсем не "национальная" точка зрения. И те наши организации, которые именуют себя "национальными", как мне кажется, несколько ошибаются. Ибо Россия - это не есть "нация", а есть гигантский конгломерат наций - конгломерат, которому в не столь отдаленном будущем, вероятно, будет принадлежать мировое господство.
Я понимаю, как трудно и как, может быть, нелепо, сейчас, в тяжких дырах нашего рассеяния, говорить о русском мировом господстве. Сейчас, когда Россия советская корчится в муках голода и террора, а Россия зарубежная пропитывается нансеновскими паспортами. Ну, что ж. Придется еще кое-что претерпеть. Сами виноваты - виноват, в том числе, и я.
* * *
Я прожил в Финляндии больше года. Обычно считают, что финны ненавидят русских и что воспоминание о "проклятом царском режиме" преисполняет финна ненавистью к самой памяти о России. И вот тут-то и заключается разница между национализмом и империализмом.
Прежде всего - о национализме. В Гельсингфорсе у меня был знакомый полковник X. Он прожил в Финляндии тридцать лет - служил там и до войны. Ни по-шведски, ни по-фински за эти тридцать лет он не выучил ни одного слова: буду я еще этот дурацкий язык изучать! Совершенно естественно, что всякий финн это воспринимает, как национальное оскорбление. И в то же время финны относятся к русским, как дай Бог, чтобы к нам относились самые союзнические и самые родственные страны: никаких ограничений, и на весь Гельсингфорс имеется пять русских безработных, которые безработные просто потому, что работать не хотят, и финское правительство снабжает их пайками и пособиями.
В Финляндии обстановка весьма оригинальна. Шведы, которые в первую голову отстаивали государственную независимость Финляндии, сейчас попали в весьма суровый переплет: идет финизация страны, и шведов заставляют менять свои шведские фамилии на финские. Один из таких бывших самостийников, полковник финской армии, жаловался мне:
- Служил десять лет в русской армии. И никогда никто мне не говорил о том, что я - швед. Офицер - и офицер. А теперь меня каждый день мордой в грязь тыкают: ты швед. Не могу же я стать не шведом.
Шведские верхи Финляндии настроены крайне руссофильски. Наше добровольческое командование сделало чудовищную ошибку, когда оно отказалось от помощи финских войск для занятия Петрограда. Эта помощь была обусловлена признанием независимости Финляндии, каковой независимости не хотело и финское командование. Нужна была просто бумажка, чтобы заткнуть рот местным самостийникам. Этой бумажки не дали. Юденич от Петрограда был отбит - взятие Юденичем Петрограда в корне изменило бы весь ход гражданской войны. Но сейчас не об этом речь.
Из всех стран, входивших в Империю Российскую - Финляндия была самой культурной страной. Теперь она в состав Империи не входит. Что получается?
Шведы борются с финнами. Финны борются со шведами. Промышленность и торговля зажаты в угол: во-первых, отсутствием русского рынка и, во-вторых, тем обстоятельством, что советская власть, пользующаяся концлагерным трудом, в любой момент может сорвать финский лесной экспорт. Вся страна несет огромные налоги, - ибо вместо Империи Российской - под самым боком торчит советская чрезвычайка, готовая в любой момент устроить в Финляндии приблизительно такую же резню, какую она устроила в России. Россия с ее просторами и черноземами эту резню кое-как выдерживает. Финляндия с ее гранитами и болотами вымерла бы в год. А может быть и раньше.
Всякие самостийности имеют, по существу, весьма простую подкладку: сколько получается министерских, посольских, консульских и прочих постов. Я эту подкладку знаю довольно хорошо. На моей родине, в Белоруссии, тоже были такие самостийники - из неудавшихся народных учителей, мечтавших о министерских постах. Министерский пост в Российской Империи - не очень просто достижимая вещь. Но в белорусской республике "с сеймом у Вильни або у Минску" - сколько разведется таких министерских, посольских и консульских постов. И перед каждым захудалым счетоводом откроются блестящие перспективы - представительство самостийной белорусской республики - например - в Уругвае. А народные массы будут оплачивать все эти посты своими трудовыми денежками. Нет, для народных масс Империя Российская на много проще, удобнее и лучше.
Теперь эта Империя временно потеряна. Но на базе национализма возродить ее невозможно. В строительстве этой Империи - под верховным руководством русского народа - принимало участке очень много народов и наций, которые сейчас - больше, чем когда бы то ни было - ощущают эту Империю, как собственный дом. Как дом, в котором, как и во всяком доме, не обходилось без некоторых семейных ссор, - а все-таки было на много лучше...
Моя основная идея заключается в том, что от падения Империи Российской никто ничего не выиграл, не выиграли даже евреи. Не выиграла Германия, которая лишена гигантского русского рынка. Не выиграла Англия, которую большевики сейчас взрывают в Индии, не выиграла Финляндия, которая вынуждена создавать непосильную для себя армию, не выиграла Польша, положение в которой начинает приближаться к невыносимому. Никто не выиграл. Все проиграли. Но больше всех проиграли мы - штабс-капитаны.
...По вопросу о национализме у меня есть некоторые особенные точки зрения. Повторяю - я не националист, я империалист. А Империю я понимаю не как "эксплоатацию", а как службу. Этакую простую штабс-капитанскую службу. К каковой службе мы, русские, приноровлены, по-моему, лучше всех остальных людей мира. Но это - нелегкая служба. В понятие национализма неизбежно входит какой-то элемент эксплоатации и заработка. В понятие империализма входит элемент долга и службы.
Если Киплинг говорил о долге белого человека, то у нас, русских, есть на много больше оснований говорить о долге русского человека. Сейчас мы сидим в полной дыре. Так называемый главный редактор "Голоса России", в числе прочих своих функций, имеет и такую обязанность: мытье посуды. Ну что-ж - помоем. Но эта не весьма приятная обязанность не должна от нас заслонять более крупных вещей: того объективно данного факта, что в тысячелетней борьбе русский народ создал величайшую Империю мира. Англия такой империи не имеет, ибо ее пути сообщения могут в любой момент быть взорванными, и ее власть в Индии колеблется на острие не очень отточенного штыка. В любой момент, просто в силу географических условий, просто в силу каких-нибудь новых изобретений в области подводных лодок - вся Великобританская Империя сядет на мель, Мы - не сядем. Ибо за нашей спиной имеется сплошной массив одной шестой части земной суши.
Но на этой одной шестой части земной суши - национализма проповедывать нельзя. Ибо эта проповедь оттолкнет всех тех армян, греков, татар, немцев, поляков, черемисов и пр., которые сейчас ощущают, что под общей крышей Империи Российской жилось, собственно говоря, совсем не плохо. Были, конечно, неприятности (где их не бывает). Были, конечно, и ошибки (крупнейшая из них относится к угнетению Польши). И всякое было.
Думаю, что в будущем таких ошибок делать не будем.
Иван Лукьянович Солоневич
"Голос России", № 43, 20 апреля 1937 г.
В наших русских спорах очень часто получается так: Иван Иванович проспорит всю ночь с Иваном Петровичем, и к утру выясняется, что и спорить-то было совершенно незачем. Просто Иван Иванович и Иван Петрович одни и те же вещи называли разными именами, так сказать, недоговоренность в терминах...
Договориться о терминах - вовсе не так просто. Как известно, юристы до сих пор никак не могут определить термин "право" - что, впрочем, не мешает им это право изучать и получать соответствующие гонорары. Не так легко и определить те термины, которые ходят в эмигрантской печати: демократия, либерализм, национализм и прочее в этом роде. Термины эти каждый понимает более или менее по-своему - и очень много наших эмигрантских споров развивается и свирепствует вокруг вопроса о выеденном яйце.
...Я начну с термина "национализм" - каковой термин я, в сущности, и сейчас не очень понимаю. Если мы возьмем слово "нация" в его французской транскрипции, или соответствующее ему немецкое слово "Nation", то тут дело будет более или менее понятно. И французская "nation" и немецкая "Nation" представляют собой действительно национальные государства с резко обрубленными на границах национальных - государственными границами - и тут о национализме говорить очень просто. Нам об этом говорить гораздо труднее - ибо Россия есть государство не национальное. Иначе говоря - не просто государство, а Империя. Под общей крышей этой Империи совсем не так плохо уживалось больше сотни народностей и теперь народности эти, переселившись из Империи в колхозы, поняли окончательно, что Империя - это было совсем не плохо...
...С огорчением должен сознаться, что я не националист. Я - империалист. Ибо, если в основу будущего отстроения Империи Российской мы поставим не имперский, а национальный принцип -то на оном принципе мы далеко не уедем. Сейчас же возникает необходимость определить границы нации. Войдут ли в понятие этой нации только великороссы? Или великороссы, малороссы и белоруссы? И сможем ли мы отказать в "национальной принадлежности" таким немцам, как покойный адмирал фон Эссен? Или таким полякам, как проф. Петражицкий? Или тем нашим кавказским кунакам, которые совсем не плохо дрались за Россию?
Возьмем пример из нашей эмигрантской жизни. Русский дворянин П. Н. Милюков издает в Париже газету, которая буквально с каждым днем все больше и больше переползает на большевицкие рельсы. Армянин А. О. Гукасов уже очень много миллионов вложил в издание газеты - по настоящему русской Армянин А. О. Гукасов оказался - если хотите - гораздо более "националистом", чем русский П. Н. Милюков. Милюков зарабатывал - Гукасов жертвовал.
Милюков в каждом номере своей миркино-гецевической газеты все настойчивее и настойчивее протаскивает - не большевицкие идеи (это было бы слишком грубо), а большевицкую информацию. "Возрождение" стоит на той, абсолютно непримиримой к большевизму, точке зрения, которая весьма неточно называется у нас "национальной". Нет, это совсем не "национальная" точка зрения. И те наши организации, которые именуют себя "национальными", как мне кажется, несколько ошибаются. Ибо Россия - это не есть "нация", а есть гигантский конгломерат наций - конгломерат, которому в не столь отдаленном будущем, вероятно, будет принадлежать мировое господство.
Я понимаю, как трудно и как, может быть, нелепо, сейчас, в тяжких дырах нашего рассеяния, говорить о русском мировом господстве. Сейчас, когда Россия советская корчится в муках голода и террора, а Россия зарубежная пропитывается нансеновскими паспортами. Ну, что ж. Придется еще кое-что претерпеть. Сами виноваты - виноват, в том числе, и я.
* * *
Я прожил в Финляндии больше года. Обычно считают, что финны ненавидят русских и что воспоминание о "проклятом царском режиме" преисполняет финна ненавистью к самой памяти о России. И вот тут-то и заключается разница между национализмом и империализмом.
Прежде всего - о национализме. В Гельсингфорсе у меня был знакомый полковник X. Он прожил в Финляндии тридцать лет - служил там и до войны. Ни по-шведски, ни по-фински за эти тридцать лет он не выучил ни одного слова: буду я еще этот дурацкий язык изучать! Совершенно естественно, что всякий финн это воспринимает, как национальное оскорбление. И в то же время финны относятся к русским, как дай Бог, чтобы к нам относились самые союзнические и самые родственные страны: никаких ограничений, и на весь Гельсингфорс имеется пять русских безработных, которые безработные просто потому, что работать не хотят, и финское правительство снабжает их пайками и пособиями.
В Финляндии обстановка весьма оригинальна. Шведы, которые в первую голову отстаивали государственную независимость Финляндии, сейчас попали в весьма суровый переплет: идет финизация страны, и шведов заставляют менять свои шведские фамилии на финские. Один из таких бывших самостийников, полковник финской армии, жаловался мне:
- Служил десять лет в русской армии. И никогда никто мне не говорил о том, что я - швед. Офицер - и офицер. А теперь меня каждый день мордой в грязь тыкают: ты швед. Не могу же я стать не шведом.
Шведские верхи Финляндии настроены крайне руссофильски. Наше добровольческое командование сделало чудовищную ошибку, когда оно отказалось от помощи финских войск для занятия Петрограда. Эта помощь была обусловлена признанием независимости Финляндии, каковой независимости не хотело и финское командование. Нужна была просто бумажка, чтобы заткнуть рот местным самостийникам. Этой бумажки не дали. Юденич от Петрограда был отбит - взятие Юденичем Петрограда в корне изменило бы весь ход гражданской войны. Но сейчас не об этом речь.
Из всех стран, входивших в Империю Российскую - Финляндия была самой культурной страной. Теперь она в состав Империи не входит. Что получается?
Шведы борются с финнами. Финны борются со шведами. Промышленность и торговля зажаты в угол: во-первых, отсутствием русского рынка и, во-вторых, тем обстоятельством, что советская власть, пользующаяся концлагерным трудом, в любой момент может сорвать финский лесной экспорт. Вся страна несет огромные налоги, - ибо вместо Империи Российской - под самым боком торчит советская чрезвычайка, готовая в любой момент устроить в Финляндии приблизительно такую же резню, какую она устроила в России. Россия с ее просторами и черноземами эту резню кое-как выдерживает. Финляндия с ее гранитами и болотами вымерла бы в год. А может быть и раньше.
Всякие самостийности имеют, по существу, весьма простую подкладку: сколько получается министерских, посольских, консульских и прочих постов. Я эту подкладку знаю довольно хорошо. На моей родине, в Белоруссии, тоже были такие самостийники - из неудавшихся народных учителей, мечтавших о министерских постах. Министерский пост в Российской Империи - не очень просто достижимая вещь. Но в белорусской республике "с сеймом у Вильни або у Минску" - сколько разведется таких министерских, посольских и консульских постов. И перед каждым захудалым счетоводом откроются блестящие перспективы - представительство самостийной белорусской республики - например - в Уругвае. А народные массы будут оплачивать все эти посты своими трудовыми денежками. Нет, для народных масс Империя Российская на много проще, удобнее и лучше.
Теперь эта Империя временно потеряна. Но на базе национализма возродить ее невозможно. В строительстве этой Империи - под верховным руководством русского народа - принимало участке очень много народов и наций, которые сейчас - больше, чем когда бы то ни было - ощущают эту Империю, как собственный дом. Как дом, в котором, как и во всяком доме, не обходилось без некоторых семейных ссор, - а все-таки было на много лучше...
Моя основная идея заключается в том, что от падения Империи Российской никто ничего не выиграл, не выиграли даже евреи. Не выиграла Германия, которая лишена гигантского русского рынка. Не выиграла Англия, которую большевики сейчас взрывают в Индии, не выиграла Финляндия, которая вынуждена создавать непосильную для себя армию, не выиграла Польша, положение в которой начинает приближаться к невыносимому. Никто не выиграл. Все проиграли. Но больше всех проиграли мы - штабс-капитаны.
...По вопросу о национализме у меня есть некоторые особенные точки зрения. Повторяю - я не националист, я империалист. А Империю я понимаю не как "эксплоатацию", а как службу. Этакую простую штабс-капитанскую службу. К каковой службе мы, русские, приноровлены, по-моему, лучше всех остальных людей мира. Но это - нелегкая служба. В понятие национализма неизбежно входит какой-то элемент эксплоатации и заработка. В понятие империализма входит элемент долга и службы.
Если Киплинг говорил о долге белого человека, то у нас, русских, есть на много больше оснований говорить о долге русского человека. Сейчас мы сидим в полной дыре. Так называемый главный редактор "Голоса России", в числе прочих своих функций, имеет и такую обязанность: мытье посуды. Ну что-ж - помоем. Но эта не весьма приятная обязанность не должна от нас заслонять более крупных вещей: того объективно данного факта, что в тысячелетней борьбе русский народ создал величайшую Империю мира. Англия такой империи не имеет, ибо ее пути сообщения могут в любой момент быть взорванными, и ее власть в Индии колеблется на острие не очень отточенного штыка. В любой момент, просто в силу географических условий, просто в силу каких-нибудь новых изобретений в области подводных лодок - вся Великобританская Империя сядет на мель, Мы - не сядем. Ибо за нашей спиной имеется сплошной массив одной шестой части земной суши.
Но на этой одной шестой части земной суши - национализма проповедывать нельзя. Ибо эта проповедь оттолкнет всех тех армян, греков, татар, немцев, поляков, черемисов и пр., которые сейчас ощущают, что под общей крышей Империи Российской жилось, собственно говоря, совсем не плохо. Были, конечно, неприятности (где их не бывает). Были, конечно, и ошибки (крупнейшая из них относится к угнетению Польши). И всякое было.
Думаю, что в будущем таких ошибок делать не будем.
Иван Лукьянович Солоневич
"Голос России", № 43, 20 апреля 1937 г.
Метки: Россия, православие, ниционализм, Империализм, империя, Государь, Самодержец
Император Александр III
Великий князь Александр Михайлович
К счастью для России, император Александр III обладал всеми качествами крупного администратора. Убежденный сторонник здоровой национальной политики, Поклонник дисциплины, настроенный к тому же весьма скептически, государь вступил на престол предков, готовый к борьбе. Он слишком хорошо знал придворную жизнь, чтобы не испытывать презрения к бывшим сотрудникам своего отца, а его основательное знакомство правителями современной Европы внушило ему вполне обоснованное недоверие к их намерениям. Император Александр III считал, что большинство русских бедствий происходило от неуместного либерализма нашего чиновничества и от исключительного свойства русской дипломатии поддаваться всяким иностранным влияниям.
Через 24 часа после погребения Александра II Алексадр III особым манифестом дал перечень намеченных им реформ. Многое подлежало коренному изменению: методы управления, взгляды, сами сановники, дипломаты и пр... Граф Лорис-Меликов и другие министры были уволены в отставку, а их заменили люди дела, взятые не из придворной среды, что вызвало немедленное возмущение в петербургских аристократических салонах.
—Наступили дни «черной реакции», — уверяли безутешные сторонники либеральных реформ, но биографии новых министров, казалось бы, опровергали это предвзятое мнение. Князь Хилков, назначенный министром путей сообщения, провел свою полную приключений молодость в Соединенных Штатах, работая в качестве простого рабочего на рудниках Пенсильвании. Профессор Вышнеградский — министр финансов — пользовался широкой известностью за свои оригинальные экономические теории. Ему удалось привести в блестящее состояние финансы империи и немало содействовать повышению промышленности страны. Заслуженный герой русско-турецкой войны генерал Ванновский был назначен военным министром. Адмирал Шестаков, высланный Александром II за границу за беспощадную критику нашего военного флота, был вызван в Петербург и назначен морским министром. Новый министр внутренних дел граф Толстой был первым русским администратором, осознавшим, что забота о благосостоянии крестьян России должна быть первой задачей государственной власти.
С. Ю. Витте, бывший скромным чиновником управления Юго-Западных железных дорог, обязан был своей головокружительной карьерой дальнозоркости императора Александра III, который, назначив его товарищем министра, сразу же признал его талант.
Назначение Гирса, тонко воспитанного, но лишенного всяческой инициативы человека, на пост министра иностранных дел вызвало немалое удивление как в России, так и за границей. Но Александр III только усмехался. Охотнее всего он предпочел бы быть самолично русским министром иностранных дел, но так как он нуждался в подставном лице, то выбор его пал на послушного чиновника, который должен был следовать намеченному им, монархом, пути, смягчая резкие выражения русского царя изысканным стилем дипломатических нот. Последующие годы доказали и несомненный ум Гирса. Ни один «международный властитель дум и сердец», ни один «кумир европейских столиц» не мог смутить Гирса в его точном исполнении приказаний императора. И, таким образом, впервые после вековых ошибок Россия нашла свою ярко выраженную национальную политику по отношению к иностранным державам.
Сформировав Совет министров и выработав новую политическую программу, Александр III обратился к важному вопросу обеспечения безопасности царской семьи. Он разрешил его единственным логическим способом — переехав на постоянное жительство в Гатчинский дворец. Гордость царя была задета: «Я не боялся турецких пуль и вот должен прятаться от революционного подполья в своей стране», — говорил он с раздражением. Но император Александр III осознавал, что Российская империя не должна подвергаться опасности потерять двух государей в течение одного года.
Что же касается его государственной работы, то она только выиграла от расстояния, отделявшего Гатчину от С.-Петербурга. Это расстояние дало Александру III предлог для того, чтобы сократить, сколько возможно, обязанности по представительству, а также уменьшить количество визитов родственников. Император томился на семейных собраниях. Он находил бесцельной тратой времени бесконечные разговоры со своими братьями, дядями и двоюродными братьями. Он не имел ничего против самых маленьких — Сергей и я почти ежедневно посещали Ники и Жоржа (Георгия Александровича), но для взрослых, осаждавших его вечными проблемами, у царя не было ни терпения, ни времени.
В продолжение царствования Александра III Гатчинский дворец стал наконец тем, чем он должен был быть, —- местом трудов самого знатного человека России.(1)
*
Мы обязаны британскому правительству тем, что Александр III очень скоро выказал всю твердость своей внешней политики. Не прошло и года по восшествии на престол молодого императора, как произошел серьезный инцидент на русско-афганской границе. Под влиянием Англии, которая со страхом взирала на рост русского влияния в Туркестане, афганцы заняли русскую территорию по соседству с крепостью Кушка. Командир военного округа телеграфировал государю, испрашивая инструкций. «Выгнать и проучить как следует», — был лаконический ответ из Гатчины. Афганцы постыдно бежали, и их преследовали несколько десятков верст наши казаки, которые хотели взять в плен английских инструкторов, бывших при афганском отряде. Но те успели скрыться.
Британский посол получил предписание выразить в С.-Петербурге резкий протест и потребовать извинений.
— Мы этого не сделаем, — сказал император Александр III и наградил генерала Комарова, начальника пограничного отряда, орденом Св. Георгия 3-й степени. — Я не допущу ничьего посягательства на нашу территорию, — заявил государь.
Гире задрожал.
— Ваше Величество, это может вызвать вооруженное столкновение с Англией.
— Хотя бы и так, — ответил император.
Новая угрожающая нота пришла из Англии. В ответ на нее царь отдал приказ о мобилизации Балтийского флота. Это распоряжение было актом высшей храбрости, ибо британский военный флот превышал наши морские вооруженные силы по крайней мере в пять раз.
Прошло две недели. Лондон примолк, а затем предложил образовать комиссию для рассмотрения русско-афганского инцидента.
Европа начала смотреть другими глазами в сторону Гатчины. Молодой русский монарх оказался лицом, с которым приходилось серьезно считаться Европе.
Виновницей второго инцидента оказалась Австрия. Венское правительство противилось нашему «непрерывному вмешательству в сферу влияния Австро-Венгрии» на Балканах, и австро-венгерский посол в С.-Петербурге угрожал нам войною.
На большом обеде в Зимнем дворце, сидя за столом напротив царя, посол начал обсуждать докучливый балканский вопрос. Царь сделал вид, что не замечает его раздраженного тона. Посол разгорячился и даже намекнул на возможность, что Австрия мобилизует два или три корпуса. Не изменяя своего полунасмешливого выражения, император Александр III взял вилку, согнул ее петлей и бросил по направлению к прибору австрийского дипломата.
— Вот что я сделаю с вашими двумя или тремя мобилизованными корпусами, — спокойно сказал царь.
— Во всем свете у нас только два верных союзника, — любил он говорить своим министрам, — наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас.
Это мнение Александр III выразил однажды в очень откровенной форме на обеде, данном в честь прибывшего в Россию князя Николая Черногорского, в присутствии всего дипломатического корпуса. Подняв бокал за здоровье своего гостя, Александр III провозгласил следующий тост:
— Я пью за здоровье моего друга, князя Николая Черногорского, единственного искреннего и верного союзника России вне ее территории.
Присутствовавший Гире открыл рот от изумления; дипломаты побледнели.
Лондонская «Тайме» писала на другое утро «об удивительной речи, произнесенной русским императором, идущей вразрез со всеми традициями в сношениях между дружественными державами».
Но в то время как Европа все еще обсуждала последствия инцидента под Кушкой, русское императорское правительство сделало новое заявление, заставившее лондонский кабинет запросить по телеграфу Петербург о достоверности полученной в Лондоне ноты. Не признавая условий позорного Парижского мира 1855 г., по которому России запрещено было иметь на Черном море военный флот, Александр III решил спустить на воду несколько военных кораблей именно в Севастополе, где коалиция европейских держав унизила русское имя в 1855 году. Царь выбрал для этого чрезвычайно благоприятный момент, когда никто из европейских держав, за исключением Англии, не был склонен угрожать войною России. Франция злилась на Англию за ее невмешательство в войну 1870—1871 годов. Турция еще помнила урок 1877— 1878 годов. Австрия была связана политикой Бисмарка, который мечтал заключить с Россией союз. Проект «Железного канцлера» был бы несомненно осуществлен, если бы Александр III не чувствовал личной неприязни к молодому неуравновешенному германскому императору, а Вильгельм II и Бисмарк не могли понять характера русского императора. Во время их визита в С.-Петербург они оба вели себя совершенно невозможно. Вильгельм II держал громкие речи, а Бисмарк позволил себе прочесть Александру III целую лекцию об искусстве управления империей. Все это окончилось плохо. Бисмарка поставили на место, а Вильгельма высмеяли. Оба монарха —русский и германский — представляли своими личностями разительный контраст. Вильгельм — жестикулирующий, бегающий взад и вперед, повышающий голос и извергающий целый арсенал международных планов; Александр III -— холодный, сдержанный внешне, как бы забавляющийся экспансивностью германского императора, но в глубине души возмущенный его поверхностными суждениями.
Те из нас, которым пришлось быть свидетелями событий 1914 года, склонны упрекать Александра III в том, что в нем личные чувства антипатии к Вильгельму II взяли перевес над трезвостью практического политика. Как могло случиться, что русский монарх, бывший воплощением здравого смысла, отклонил предложения Бисмарка о русско-германском союзе и согласился на рискованный союз с Францией? Этому можно найти очень простое объяснение. Не будучи провидцем ошибок, допущенных в иностранной политике в царствование Николая II, и последствий неудачной русско-японской войны и революции 1905 г., Александр III, кроме того, переоценивал наше военное могущество.
Он был уверен, что в Европе воцарится продолжительный мир, если Россия морально поддержит Французскую республику, предостерегая таким образом Германию от агрессивности 1870 г. Возможность вмешательства Франции в решительную борьбу между Англией и Германией за мировое владычество на морях просто не приходила царю в голову. Если бы он остался долее у власти, то с негодованием отверг бы роль франко-английского парового катка, сглаживающего малейшую неровность на их пути, — каковая роль была навязана России в 1914 году.
Он жаждал мира, сто лет ненарушимого мира. Только открытое нападение на Россию заставило бы Александра III участвовать в войнах. Горький опыт XIX века научил царя, что каждый раз, когда Россия принимала участие в борьбе каких-либо европейских коалиций, ей приходилось впоследствии лишь горько об этом сожалеть. Александр I спас Европу от Наполеона I, и следствием этого явилось создание на западных границах Российской империи могучих Германии и Австро-Венгрии. Его дед Николай I послал русскую армию в Венгрию для подавления революции 1848 г. и восстановления Габсбургов на венгерском престоле, и в благодарность за эту услугу император Франции Иосиф потребовал себе политических компенсаций за свое невмешательство во время Крымской войны. Император Александр II остался в 1870 году нейтральным, сдержав таким образом слово, данное императору Вильгельму I, а восемь лет спустя на Берлинском конгрессе Бисмарк лишил Россию плодов ее побед над турками.
Французы, англичане, немцы, австрийцы — все в разной степени делали Россию орудием для достижения своих эгоистических целей. У Александра III не было дружеских чувств в отношении Европы. Всегда готовый принять вызов, он, однако, при каждом удобном случае давал понять, что интересуется только тем, что касается благосостояния 150 миллионов населения России.
*
Двадцать шесть месяцев, протекших между убийством Александра II и коронацией Александра III, отмечены прямо магическим улучшением международного положения России. Мудрый гатчинский самодержец нанес сокрушительный удар. Большинство русских революционеров были арестованы и понесли наказание. Другие спрятались в подполье или же бежали за границу. «Новая эпоха для крестьян», провозглашенная с высоты трона, означала, что царь понимал необходимость тесного общения с русским народом. Учреждение должности земских начальников в 1882 г. заполнило пробел, оставленный освободительной реформой. Действуя в качестве представителей власти на местах, земские начальники значительно способствовали упорядочению русского крестьянского быта. Они разрешали споры по вопросам крестьянского землевладения и землепользования, отправляли функции судей первой инстанции по маловажным делам, способствовали переселению малоземельных в Сибирь и в Туркестан и содействовали развитию сельской кооперации. Но самое главное — это то, что они провели беспощадную борьбу с подсознательным духом анархии среди крестьянства, являвшимся последствием исторических процессов — как-то: татарского ига, пугачевщины и крепостного права. Чтобы оценить эту реформу Александра III, нужно иметь в виду, что русское крестьянство любило монарха и относилось к правительству с недоверием. Еще не сознавая государственной необходимости какого бы то ни было правительства, наша деревня взирала на власть, как на аппарат принуждения, высасывающий из народа соки и ничего не дающий взамен. Правительство требовало рекрутов, взимало подати, поддерживало авторитет запретительных мер и мало поощряло народные массы. Пока русские крестьяне находились в крепостном состоянии, они сознавали, что помещики, как бы плохи они ни были, охраняли их от нажима власти. Получив в 1861 году вольную, русские крестьяне не могли больше надеяться на опеку своих прежних господ и сделались добычей революционных агитаторов, обещающих золотую эру свободы и безначалия по ниспровержении самодержавия. Вполне понятно, что вначале введение института земских начальников было встречено в левых русских кругах враждебно. Русское «общественное мнение» находило, что правительство в лице земских начальников учредило на местах должности правительственных шпионов. К тому же задача новых должностных лиц оказалась непосильно тяжелой: кроме больших знаний и опытности должность земского начальника требовала от вновь посвященных большого такта и даже дипломатических способностей. Шаг за шагом должны были земские начальники завоевать доверие крестьян.
Император Александр III с большим интересом следил за успехами своих посланников, аккредитованных при «их величествах мужиках». Конечной целью задуманной реформы было увеличение площади крестьянского землевладения. К сожалению, преждевременная кончина государя помешала ему осуществить его заветную мечту: создание в России крепкого класса крестьян — мелких земельных собственников. Тем не менее введение института земских начальников имело для сельского населения России положительное значение, лучшим доказательством чему явилась та враждебность, с которой отнеслись к реформе революционные круги. Разговаривая с делегацией крестьян во время коронационных торжеств в мае 1883 г. в Москве, царь просил их высказать свое откровенное мнение об учреждении должности земских начальников. В этой делегации участвовало свыше десяти тысяч крестьян со всех концов необъятной России. И старые, и молодые — все высказались единогласно в пользу новых царских чиновников, которые относились к сельскому населению с большой заботой и дружелюбием, причем крестьяне даже просили, чтобы судебные функции земских начальников были по возможности расширены.
*
Ни один очерк царствования императора Александра III не в состоянии дать более яркой характеристики новой эпохи русского самодержавия, чем описание коронования их величеств в 1883 г.
Иностранные гости, проведшие в Москве незабываемую неделю с 10 по 17 мая, почувствовали, что они присутствовали при том, как создавалась история новой России. Казалось, что новая Россия, со всеми ее неограниченными возможностями, выявила свой полный новый облик в древней столице русских царей. С конца апреля прилив сотен тысяч приезжих из различных губерний и областей, а также из-за границы почти утроил население Первопрестольной. Экстренные поезда прибывали в Москву почти каждый час и доставляли коронованных особ Европы, членов царствовавших домов и представителей иностранных государств...
Коронационные празднества открылись торжественным въездом государя и его семьи в Москву. В половине девятого утра великие князья и иностранные принцы ожидали верхом на конях у крыльца Троицкого дворца выхода Александра III, чтобы сопровождать его при въезде в Кремль. Ровно в 10 час. утра царь вышел из внутренних покоев, сел верхом на коня и подал знак к отбытию. Он ехал впереди нас всех, эскадрон кавалеров ехал впереди кортежа и возвещал его приближение народу и войскам, которые стояли шпалерами вдоль всего пути следования. Длинный поезд золотых карет следовал за нашей кавалькадой. В первом экипаже сидела императрица Мария Федоровна с восьмилетней великой княжной Ксенией и королевой греческой Ольгой. В остальных разместились великие княгини, принцессы королевской крови и заслуженные статс-дамы.
Громовое «ура» сопровождало нас по всему пути следования до Иверской часовни, где император сошел с коня и в сопровождении императрицы вошел в часовню, чтобы поклониться иконе Иверской Божьей Матери. Мы въехали в Кремль через Спасские ворота и подъехали к Архангельскому собору. Официальная программа дня закончилась молебствием, отслуженным митрополитом Московским при участии хора Придворно-певческой капеллы. Вторая половина дня 12 мая и весь следующий день были заняты обменом визитов между членами императорской фамилии и иностранными высочайшими особами, а также различными развлечениями, данными в их честь. 15 мая началось салютом в 101 выстрел со стен Кремля. Мы собрались в зале Большого дворца. На этот раз мы представляли собой очень живописную группу, так как каждый из великих князей и иностранных принцев был одет в форму своего полка. Вспоминаю герцога Эдинбургского, младшего сына королевы Виктории, чрезвычайно элегантного в форме адмирала британского флота. Русские великие князья надели, ради торжественного случая, цепи ордена Св. Андрея Первозванного, украшенные бриллиантами, с бриллиантовыми же двуглавыми орлами. На великих княгинях и иностранных принцессах были великолепные драгоценности, и я думаю, что ни я, ни кто другой не видал такого количества роскошных украшений, как в этот день 15 мая 1883 года.
В зале царила полная, как бы священная тишина. Все замерло в течение нескольких минут до выхода государя и государыни. Мы все находились под впечатлением предстоящего таинства и понимали, что слова излишни в такой день, когда русский самодержец получает благословение Всевышнего и помазание на царство. Конечно, последняя фраза может показаться наивной многим убежденным демократам, но многочисленные сцены «народных вотумов», которые мне приходилось наблюдать в демократических странах, заставляют меня относиться с большим недоверием и к демократии, и ко всем ее формам.
Государь и государыня появились, когда часы пробили девять. Привыкнув к скромной жизни Гатчинского Двора, Александр III был явно недоволен окружавшей его пышностью. «Я знаю, — говорило выражение его лица, — что мне через это надо пройти, но чем скорее все это будет окончено, тем для меня будет приятнее». Императрица, по-видимому, наоборот, наслаждалась. Ей было приятно видеть своих родных. Она любила торжественные церемонии. Миниатюрная, по сравнению с великаном царем, она расточала всем присутствующим свою ласковую чарующую улыбку. Залитая драгоценностями, как некое восточное божество, она двигалась вперед маленькими шагами, и четыре камер-пажа несли ее длинный, вышитый золотом и отороченный горностаем шлейф. После традиционного целования руки, в котором приняли участие все присутствовавшие, и дамы в том числе, во время которого государь стоял посередине зала и наблюдал за происходящим из-под своих густых бровей, гофмаршал объявил, что все готово к выходу. Государь подал руку императрице, и шествие двинулось к выходу через залы, наполненные придворными, дипломатами, министрами и военными.
Следуя церемониалу, императорская чета вышла на Красное Крыльцо и, по старинному обычаю, трижды земно поклонилась многотысячной толпе, стоявшей в Кремле. Оглушительные крики «ура» встретили высочайший выход. Это был самый лучший момент коронационных торжеств, заставивший нас вспоминать о древних русских царях: начиная с Ивана III все русские цари выражали свою готовность служить народу этими тремя земными поклонами со ступеней Красного Крыльца. Затем шествие двинулось на специально сооруженный деревянный помост, покрытый красным сукном, который вел в Успенский собор. Со своего места я видел российские императорские регалии, которые важно несли высшие сановники двора: государственное знамя, меч, скипетр, щит и замечательно красивую императорскую корону.
Восемь генерал-адъютантов держали над государем красный с золотом балдахин; восемь камергеров держали такой же балдахин над императрицей, два фельдмаршала — мой отец и мой дядя Николай Николаевич — шли непосредственно за государем, остальные члены императорской фамилии, а также иностранные принцы и принцессы следовали за императрицей.
Дворцовые гренадеры в формах 1812 года и в медвежьих шапках стояли вдоль пути царского следования. С колокольни Ивана Великого раздался тяжелый удар большого колокола, и тотчас же вслед за ним сорок колоколов московских храмов начали торжественный перезвон. Раздались величавые звуки народного гимна, который исполнял хор в пятьсот человек. Глядя с высоты вниз на океан мелькающих рук и непокрытых голов, я видел лица, мокрые от слез. Я сам старался проглотить слезы, волнение сдавило мне горло — Россия в эту минуту во мне победила кавказца.
Три митрополита и сонм архиепископов и епископов встретили их величества при входе в собор и проводили к тронам, сооруженным посреди храма. Большая ложа направо была предназначена для царской фамилии и иностранных принцев, ложа налево — для высших сановников империи, военных и иностранных дипломатов.
Я с нетерпением прослушал длинную торжественную службу, которую служил Высокопреосвященнейший Исидор, митрополит С.-Петербургский, как старший по посвящению митрополит.
Когда, наконец, наступил долгожданный момент, митрополит взял с красной подушки императорскую корону и передал ее в руки царя. Александр III возложил собственноручно корону на свою голову и затем, взяв вторую корону — императрицы, повернулся к коленопреклоненной государыне и надел ей на голову корону. Этим обрядом символизировалась разница между правами императора, данными ему свыше, и прерогативами императрицы, полученными от императора.
Императрица поднялась с колен, и царская чета повернулась лицом к нашей ложе, олицетворяя собою гармонию сурового могущества и грациозной красоты.
Затем император подошел к иконостасу, чтобы принять Св. Причастие. Так как русский монарх является главою Русской православной церкви, то, причащаясь в день коронации, он берет чашу из рук митрополита и причащается сам. После этого причастили императрицу, и коронование закончилось. Шествие в том же порядке возвратилось во дворец, колокола опять звонили, послышался пушечный салют, и народ выражал криками еще больший восторг при виде коронованных государя и государыни. Достигнув Красного Крыльца, царь и царица еще раз трижды земно поклонились народу, после чего направились в самую древнюю часть дворца, в так называемую Грановитую Палату, где на высоком помосте состоялась высочайшая трапеза.
Остальные три дня празднеств оставили во мне только чувство приятной усталости. Верная традициям гостеприимства, Москва и на этот раз поразила всех своим хлебосольством. Мы танцевали на балу, данном московским дворянством. Мы были в числе восьми тысяч приглашенных на балу в Большом Кремлевском дворце. Мы завтракали в городской думе, обедали у земства и ужинали в офицерских собраниях. Мы разъезжали по улицам, на которых раздавались непрерывно музыка и пение. Мы смотрели на раздачу подарков 500 000 рабочих и крестьян на Ходынском поле. Мы отдали должное талантам повара митрополита Московского, известного искусным приготовлением постного стола. Мы принимали делегации, присутствовали ежедневно на представлениях Императорского балета, провожали иностранных принцев и принцесс при отходе их экстренных поездов, причем гости и гостеприимные хозяева еле держались на ногах от усталости.
18 мая император отправился отдохнуть в свою резиденцию под Москвой — Нескучное, расположенную на берегу Москвы-реки под сенью векового парка.
Лежа в высокой, сочной траве и слушая пение соловьев над нашими головами, мы четверо — Ники, Жорж, Сергей и я — делились между собою тем совершенно новым, поразительным чувством спокойствия, полной безопасности, которое было у нас в течение всех коронационных празднеств.
— Подумай, какой великой страной станет Россия к тому времени, когда мы будем сопровождать Ники в Успенский собор, — мечтательно сказал брат Сергей.
Ники улыбнулся своей обычной мягкой, робкой, чуть-чуть грустной улыбкой...
*
Александра III все боялись как огня.
— Перестань разыгрывать Царя,— телеграфировал Александр III тому же Сергею Александровичу в Москву.
— Выкинуть эту свинью,— написал Царь на всеподданнейшем докладе, в котором описывались скандальные действия одного сановника, занимавшего ответственный пост, который ухаживал за чужой женой.
— Когда Русский Царь удит рыбу, Европа может подождать,— ответил он одному министру, который настаивал в Гатчине, чтобы Александр III принял немедленно посла какой-то великой державы.
Однажды какой-то чрезмерно честолюбивый министр угрожал отставкой Самодержцу. В ответ на эти угрозы Царь взял его за шиворот и, тряся как щенка, заметил:
— Придержите-ка ваш язык! Когда я захочу вас выбросить, вы услышите от меня об этом в очень определенных выражениях.
Когда Вильгельм II предложил Александру III «поделить мир между Россией и Германией», Царь ответил:
— Не веди себя, Вилли, как танцующий дервиш...
*
Трагедия России заключалась в том, что такому волевому человеку было суждено умереть в возрасте сорока девяти лет.
(1) Из воспоминаний П.М.Невежина:
Каким-то образом император Александр III узнал, что Островский находится в тягостном материальном положении, и при первой встрече с братом драматурга, Михаилом Николаевичем, бывшим членом Государственного совета, обратился к нему:
— Как живет ваш брат?
Островский молча поклонился. Государь продолжал:
— Как его материальное состояние?
— Очень дурное, ваше величество. Своих средств у него нет почти никаких; за труды же он получает очень мало, а у него жена и шесть человек детей.
— Странно,— с неудовольствием сказал император,— что до сих пор мне об этом никто не сказал. Я сделаю, что нужно.
Через несколько дней состоялся высочайший указ о назначении драматургу, губернскому секретарю Александру Николаевичу Островскому, пенсии в 3000 рублей в год. (Примечание Редакции).
________________________________________
Впервые статья была опубликована в виде главы из книги мемуаров в Нью-Йорке в 1932г. на английском языке и в Париже в 1933 году на русском языке.
Биографическая справка:
ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ (1866-1933)
Выдающийся русский государственный деятель. Внук Императора Николая I, двоюродный брат Императора Александра III и двоюродный дядя Императора Николая II. Путешественник, генерал-адъютант, адмирал, крупный теоретик и организатор военно-морского и торгового флота. Приобрёл на личные средства во Франции несколько аэропланов для России, положив начало русской авиации. Во время войны организовал и возглавил русскую фронтовую авиацию. После февральской революции был отстранён от должности и ввиду угрозы расстрела отбыл сначала в Крым, а затем - в Европу.
К счастью для России, император Александр III обладал всеми качествами крупного администратора. Убежденный сторонник здоровой национальной политики, Поклонник дисциплины, настроенный к тому же весьма скептически, государь вступил на престол предков, готовый к борьбе. Он слишком хорошо знал придворную жизнь, чтобы не испытывать презрения к бывшим сотрудникам своего отца, а его основательное знакомство правителями современной Европы внушило ему вполне обоснованное недоверие к их намерениям. Император Александр III считал, что большинство русских бедствий происходило от неуместного либерализма нашего чиновничества и от исключительного свойства русской дипломатии поддаваться всяким иностранным влияниям.
Через 24 часа после погребения Александра II Алексадр III особым манифестом дал перечень намеченных им реформ. Многое подлежало коренному изменению: методы управления, взгляды, сами сановники, дипломаты и пр... Граф Лорис-Меликов и другие министры были уволены в отставку, а их заменили люди дела, взятые не из придворной среды, что вызвало немедленное возмущение в петербургских аристократических салонах.
—Наступили дни «черной реакции», — уверяли безутешные сторонники либеральных реформ, но биографии новых министров, казалось бы, опровергали это предвзятое мнение. Князь Хилков, назначенный министром путей сообщения, провел свою полную приключений молодость в Соединенных Штатах, работая в качестве простого рабочего на рудниках Пенсильвании. Профессор Вышнеградский — министр финансов — пользовался широкой известностью за свои оригинальные экономические теории. Ему удалось привести в блестящее состояние финансы империи и немало содействовать повышению промышленности страны. Заслуженный герой русско-турецкой войны генерал Ванновский был назначен военным министром. Адмирал Шестаков, высланный Александром II за границу за беспощадную критику нашего военного флота, был вызван в Петербург и назначен морским министром. Новый министр внутренних дел граф Толстой был первым русским администратором, осознавшим, что забота о благосостоянии крестьян России должна быть первой задачей государственной власти.
С. Ю. Витте, бывший скромным чиновником управления Юго-Западных железных дорог, обязан был своей головокружительной карьерой дальнозоркости императора Александра III, который, назначив его товарищем министра, сразу же признал его талант.
Назначение Гирса, тонко воспитанного, но лишенного всяческой инициативы человека, на пост министра иностранных дел вызвало немалое удивление как в России, так и за границей. Но Александр III только усмехался. Охотнее всего он предпочел бы быть самолично русским министром иностранных дел, но так как он нуждался в подставном лице, то выбор его пал на послушного чиновника, который должен был следовать намеченному им, монархом, пути, смягчая резкие выражения русского царя изысканным стилем дипломатических нот. Последующие годы доказали и несомненный ум Гирса. Ни один «международный властитель дум и сердец», ни один «кумир европейских столиц» не мог смутить Гирса в его точном исполнении приказаний императора. И, таким образом, впервые после вековых ошибок Россия нашла свою ярко выраженную национальную политику по отношению к иностранным державам.
Сформировав Совет министров и выработав новую политическую программу, Александр III обратился к важному вопросу обеспечения безопасности царской семьи. Он разрешил его единственным логическим способом — переехав на постоянное жительство в Гатчинский дворец. Гордость царя была задета: «Я не боялся турецких пуль и вот должен прятаться от революционного подполья в своей стране», — говорил он с раздражением. Но император Александр III осознавал, что Российская империя не должна подвергаться опасности потерять двух государей в течение одного года.
Что же касается его государственной работы, то она только выиграла от расстояния, отделявшего Гатчину от С.-Петербурга. Это расстояние дало Александру III предлог для того, чтобы сократить, сколько возможно, обязанности по представительству, а также уменьшить количество визитов родственников. Император томился на семейных собраниях. Он находил бесцельной тратой времени бесконечные разговоры со своими братьями, дядями и двоюродными братьями. Он не имел ничего против самых маленьких — Сергей и я почти ежедневно посещали Ники и Жоржа (Георгия Александровича), но для взрослых, осаждавших его вечными проблемами, у царя не было ни терпения, ни времени.
В продолжение царствования Александра III Гатчинский дворец стал наконец тем, чем он должен был быть, —- местом трудов самого знатного человека России.(1)
*
Мы обязаны британскому правительству тем, что Александр III очень скоро выказал всю твердость своей внешней политики. Не прошло и года по восшествии на престол молодого императора, как произошел серьезный инцидент на русско-афганской границе. Под влиянием Англии, которая со страхом взирала на рост русского влияния в Туркестане, афганцы заняли русскую территорию по соседству с крепостью Кушка. Командир военного округа телеграфировал государю, испрашивая инструкций. «Выгнать и проучить как следует», — был лаконический ответ из Гатчины. Афганцы постыдно бежали, и их преследовали несколько десятков верст наши казаки, которые хотели взять в плен английских инструкторов, бывших при афганском отряде. Но те успели скрыться.
Британский посол получил предписание выразить в С.-Петербурге резкий протест и потребовать извинений.
— Мы этого не сделаем, — сказал император Александр III и наградил генерала Комарова, начальника пограничного отряда, орденом Св. Георгия 3-й степени. — Я не допущу ничьего посягательства на нашу территорию, — заявил государь.
Гире задрожал.
— Ваше Величество, это может вызвать вооруженное столкновение с Англией.
— Хотя бы и так, — ответил император.
Новая угрожающая нота пришла из Англии. В ответ на нее царь отдал приказ о мобилизации Балтийского флота. Это распоряжение было актом высшей храбрости, ибо британский военный флот превышал наши морские вооруженные силы по крайней мере в пять раз.
Прошло две недели. Лондон примолк, а затем предложил образовать комиссию для рассмотрения русско-афганского инцидента.
Европа начала смотреть другими глазами в сторону Гатчины. Молодой русский монарх оказался лицом, с которым приходилось серьезно считаться Европе.
Виновницей второго инцидента оказалась Австрия. Венское правительство противилось нашему «непрерывному вмешательству в сферу влияния Австро-Венгрии» на Балканах, и австро-венгерский посол в С.-Петербурге угрожал нам войною.
На большом обеде в Зимнем дворце, сидя за столом напротив царя, посол начал обсуждать докучливый балканский вопрос. Царь сделал вид, что не замечает его раздраженного тона. Посол разгорячился и даже намекнул на возможность, что Австрия мобилизует два или три корпуса. Не изменяя своего полунасмешливого выражения, император Александр III взял вилку, согнул ее петлей и бросил по направлению к прибору австрийского дипломата.
— Вот что я сделаю с вашими двумя или тремя мобилизованными корпусами, — спокойно сказал царь.
— Во всем свете у нас только два верных союзника, — любил он говорить своим министрам, — наша армия и флот. Все остальные, при первой возможности, сами ополчатся против нас.
Это мнение Александр III выразил однажды в очень откровенной форме на обеде, данном в честь прибывшего в Россию князя Николая Черногорского, в присутствии всего дипломатического корпуса. Подняв бокал за здоровье своего гостя, Александр III провозгласил следующий тост:
— Я пью за здоровье моего друга, князя Николая Черногорского, единственного искреннего и верного союзника России вне ее территории.
Присутствовавший Гире открыл рот от изумления; дипломаты побледнели.
Лондонская «Тайме» писала на другое утро «об удивительной речи, произнесенной русским императором, идущей вразрез со всеми традициями в сношениях между дружественными державами».
Но в то время как Европа все еще обсуждала последствия инцидента под Кушкой, русское императорское правительство сделало новое заявление, заставившее лондонский кабинет запросить по телеграфу Петербург о достоверности полученной в Лондоне ноты. Не признавая условий позорного Парижского мира 1855 г., по которому России запрещено было иметь на Черном море военный флот, Александр III решил спустить на воду несколько военных кораблей именно в Севастополе, где коалиция европейских держав унизила русское имя в 1855 году. Царь выбрал для этого чрезвычайно благоприятный момент, когда никто из европейских держав, за исключением Англии, не был склонен угрожать войною России. Франция злилась на Англию за ее невмешательство в войну 1870—1871 годов. Турция еще помнила урок 1877— 1878 годов. Австрия была связана политикой Бисмарка, который мечтал заключить с Россией союз. Проект «Железного канцлера» был бы несомненно осуществлен, если бы Александр III не чувствовал личной неприязни к молодому неуравновешенному германскому императору, а Вильгельм II и Бисмарк не могли понять характера русского императора. Во время их визита в С.-Петербург они оба вели себя совершенно невозможно. Вильгельм II держал громкие речи, а Бисмарк позволил себе прочесть Александру III целую лекцию об искусстве управления империей. Все это окончилось плохо. Бисмарка поставили на место, а Вильгельма высмеяли. Оба монарха —русский и германский — представляли своими личностями разительный контраст. Вильгельм — жестикулирующий, бегающий взад и вперед, повышающий голос и извергающий целый арсенал международных планов; Александр III -— холодный, сдержанный внешне, как бы забавляющийся экспансивностью германского императора, но в глубине души возмущенный его поверхностными суждениями.
Те из нас, которым пришлось быть свидетелями событий 1914 года, склонны упрекать Александра III в том, что в нем личные чувства антипатии к Вильгельму II взяли перевес над трезвостью практического политика. Как могло случиться, что русский монарх, бывший воплощением здравого смысла, отклонил предложения Бисмарка о русско-германском союзе и согласился на рискованный союз с Францией? Этому можно найти очень простое объяснение. Не будучи провидцем ошибок, допущенных в иностранной политике в царствование Николая II, и последствий неудачной русско-японской войны и революции 1905 г., Александр III, кроме того, переоценивал наше военное могущество.
Он был уверен, что в Европе воцарится продолжительный мир, если Россия морально поддержит Французскую республику, предостерегая таким образом Германию от агрессивности 1870 г. Возможность вмешательства Франции в решительную борьбу между Англией и Германией за мировое владычество на морях просто не приходила царю в голову. Если бы он остался долее у власти, то с негодованием отверг бы роль франко-английского парового катка, сглаживающего малейшую неровность на их пути, — каковая роль была навязана России в 1914 году.
Он жаждал мира, сто лет ненарушимого мира. Только открытое нападение на Россию заставило бы Александра III участвовать в войнах. Горький опыт XIX века научил царя, что каждый раз, когда Россия принимала участие в борьбе каких-либо европейских коалиций, ей приходилось впоследствии лишь горько об этом сожалеть. Александр I спас Европу от Наполеона I, и следствием этого явилось создание на западных границах Российской империи могучих Германии и Австро-Венгрии. Его дед Николай I послал русскую армию в Венгрию для подавления революции 1848 г. и восстановления Габсбургов на венгерском престоле, и в благодарность за эту услугу император Франции Иосиф потребовал себе политических компенсаций за свое невмешательство во время Крымской войны. Император Александр II остался в 1870 году нейтральным, сдержав таким образом слово, данное императору Вильгельму I, а восемь лет спустя на Берлинском конгрессе Бисмарк лишил Россию плодов ее побед над турками.
Французы, англичане, немцы, австрийцы — все в разной степени делали Россию орудием для достижения своих эгоистических целей. У Александра III не было дружеских чувств в отношении Европы. Всегда готовый принять вызов, он, однако, при каждом удобном случае давал понять, что интересуется только тем, что касается благосостояния 150 миллионов населения России.
*
Двадцать шесть месяцев, протекших между убийством Александра II и коронацией Александра III, отмечены прямо магическим улучшением международного положения России. Мудрый гатчинский самодержец нанес сокрушительный удар. Большинство русских революционеров были арестованы и понесли наказание. Другие спрятались в подполье или же бежали за границу. «Новая эпоха для крестьян», провозглашенная с высоты трона, означала, что царь понимал необходимость тесного общения с русским народом. Учреждение должности земских начальников в 1882 г. заполнило пробел, оставленный освободительной реформой. Действуя в качестве представителей власти на местах, земские начальники значительно способствовали упорядочению русского крестьянского быта. Они разрешали споры по вопросам крестьянского землевладения и землепользования, отправляли функции судей первой инстанции по маловажным делам, способствовали переселению малоземельных в Сибирь и в Туркестан и содействовали развитию сельской кооперации. Но самое главное — это то, что они провели беспощадную борьбу с подсознательным духом анархии среди крестьянства, являвшимся последствием исторических процессов — как-то: татарского ига, пугачевщины и крепостного права. Чтобы оценить эту реформу Александра III, нужно иметь в виду, что русское крестьянство любило монарха и относилось к правительству с недоверием. Еще не сознавая государственной необходимости какого бы то ни было правительства, наша деревня взирала на власть, как на аппарат принуждения, высасывающий из народа соки и ничего не дающий взамен. Правительство требовало рекрутов, взимало подати, поддерживало авторитет запретительных мер и мало поощряло народные массы. Пока русские крестьяне находились в крепостном состоянии, они сознавали, что помещики, как бы плохи они ни были, охраняли их от нажима власти. Получив в 1861 году вольную, русские крестьяне не могли больше надеяться на опеку своих прежних господ и сделались добычей революционных агитаторов, обещающих золотую эру свободы и безначалия по ниспровержении самодержавия. Вполне понятно, что вначале введение института земских начальников было встречено в левых русских кругах враждебно. Русское «общественное мнение» находило, что правительство в лице земских начальников учредило на местах должности правительственных шпионов. К тому же задача новых должностных лиц оказалась непосильно тяжелой: кроме больших знаний и опытности должность земского начальника требовала от вновь посвященных большого такта и даже дипломатических способностей. Шаг за шагом должны были земские начальники завоевать доверие крестьян.
Император Александр III с большим интересом следил за успехами своих посланников, аккредитованных при «их величествах мужиках». Конечной целью задуманной реформы было увеличение площади крестьянского землевладения. К сожалению, преждевременная кончина государя помешала ему осуществить его заветную мечту: создание в России крепкого класса крестьян — мелких земельных собственников. Тем не менее введение института земских начальников имело для сельского населения России положительное значение, лучшим доказательством чему явилась та враждебность, с которой отнеслись к реформе революционные круги. Разговаривая с делегацией крестьян во время коронационных торжеств в мае 1883 г. в Москве, царь просил их высказать свое откровенное мнение об учреждении должности земских начальников. В этой делегации участвовало свыше десяти тысяч крестьян со всех концов необъятной России. И старые, и молодые — все высказались единогласно в пользу новых царских чиновников, которые относились к сельскому населению с большой заботой и дружелюбием, причем крестьяне даже просили, чтобы судебные функции земских начальников были по возможности расширены.
*
Ни один очерк царствования императора Александра III не в состоянии дать более яркой характеристики новой эпохи русского самодержавия, чем описание коронования их величеств в 1883 г.
Иностранные гости, проведшие в Москве незабываемую неделю с 10 по 17 мая, почувствовали, что они присутствовали при том, как создавалась история новой России. Казалось, что новая Россия, со всеми ее неограниченными возможностями, выявила свой полный новый облик в древней столице русских царей. С конца апреля прилив сотен тысяч приезжих из различных губерний и областей, а также из-за границы почти утроил население Первопрестольной. Экстренные поезда прибывали в Москву почти каждый час и доставляли коронованных особ Европы, членов царствовавших домов и представителей иностранных государств...
Коронационные празднества открылись торжественным въездом государя и его семьи в Москву. В половине девятого утра великие князья и иностранные принцы ожидали верхом на конях у крыльца Троицкого дворца выхода Александра III, чтобы сопровождать его при въезде в Кремль. Ровно в 10 час. утра царь вышел из внутренних покоев, сел верхом на коня и подал знак к отбытию. Он ехал впереди нас всех, эскадрон кавалеров ехал впереди кортежа и возвещал его приближение народу и войскам, которые стояли шпалерами вдоль всего пути следования. Длинный поезд золотых карет следовал за нашей кавалькадой. В первом экипаже сидела императрица Мария Федоровна с восьмилетней великой княжной Ксенией и королевой греческой Ольгой. В остальных разместились великие княгини, принцессы королевской крови и заслуженные статс-дамы.
Громовое «ура» сопровождало нас по всему пути следования до Иверской часовни, где император сошел с коня и в сопровождении императрицы вошел в часовню, чтобы поклониться иконе Иверской Божьей Матери. Мы въехали в Кремль через Спасские ворота и подъехали к Архангельскому собору. Официальная программа дня закончилась молебствием, отслуженным митрополитом Московским при участии хора Придворно-певческой капеллы. Вторая половина дня 12 мая и весь следующий день были заняты обменом визитов между членами императорской фамилии и иностранными высочайшими особами, а также различными развлечениями, данными в их честь. 15 мая началось салютом в 101 выстрел со стен Кремля. Мы собрались в зале Большого дворца. На этот раз мы представляли собой очень живописную группу, так как каждый из великих князей и иностранных принцев был одет в форму своего полка. Вспоминаю герцога Эдинбургского, младшего сына королевы Виктории, чрезвычайно элегантного в форме адмирала британского флота. Русские великие князья надели, ради торжественного случая, цепи ордена Св. Андрея Первозванного, украшенные бриллиантами, с бриллиантовыми же двуглавыми орлами. На великих княгинях и иностранных принцессах были великолепные драгоценности, и я думаю, что ни я, ни кто другой не видал такого количества роскошных украшений, как в этот день 15 мая 1883 года.
В зале царила полная, как бы священная тишина. Все замерло в течение нескольких минут до выхода государя и государыни. Мы все находились под впечатлением предстоящего таинства и понимали, что слова излишни в такой день, когда русский самодержец получает благословение Всевышнего и помазание на царство. Конечно, последняя фраза может показаться наивной многим убежденным демократам, но многочисленные сцены «народных вотумов», которые мне приходилось наблюдать в демократических странах, заставляют меня относиться с большим недоверием и к демократии, и ко всем ее формам.
Государь и государыня появились, когда часы пробили девять. Привыкнув к скромной жизни Гатчинского Двора, Александр III был явно недоволен окружавшей его пышностью. «Я знаю, — говорило выражение его лица, — что мне через это надо пройти, но чем скорее все это будет окончено, тем для меня будет приятнее». Императрица, по-видимому, наоборот, наслаждалась. Ей было приятно видеть своих родных. Она любила торжественные церемонии. Миниатюрная, по сравнению с великаном царем, она расточала всем присутствующим свою ласковую чарующую улыбку. Залитая драгоценностями, как некое восточное божество, она двигалась вперед маленькими шагами, и четыре камер-пажа несли ее длинный, вышитый золотом и отороченный горностаем шлейф. После традиционного целования руки, в котором приняли участие все присутствовавшие, и дамы в том числе, во время которого государь стоял посередине зала и наблюдал за происходящим из-под своих густых бровей, гофмаршал объявил, что все готово к выходу. Государь подал руку императрице, и шествие двинулось к выходу через залы, наполненные придворными, дипломатами, министрами и военными.
Следуя церемониалу, императорская чета вышла на Красное Крыльцо и, по старинному обычаю, трижды земно поклонилась многотысячной толпе, стоявшей в Кремле. Оглушительные крики «ура» встретили высочайший выход. Это был самый лучший момент коронационных торжеств, заставивший нас вспоминать о древних русских царях: начиная с Ивана III все русские цари выражали свою готовность служить народу этими тремя земными поклонами со ступеней Красного Крыльца. Затем шествие двинулось на специально сооруженный деревянный помост, покрытый красным сукном, который вел в Успенский собор. Со своего места я видел российские императорские регалии, которые важно несли высшие сановники двора: государственное знамя, меч, скипетр, щит и замечательно красивую императорскую корону.
Восемь генерал-адъютантов держали над государем красный с золотом балдахин; восемь камергеров держали такой же балдахин над императрицей, два фельдмаршала — мой отец и мой дядя Николай Николаевич — шли непосредственно за государем, остальные члены императорской фамилии, а также иностранные принцы и принцессы следовали за императрицей.
Дворцовые гренадеры в формах 1812 года и в медвежьих шапках стояли вдоль пути царского следования. С колокольни Ивана Великого раздался тяжелый удар большого колокола, и тотчас же вслед за ним сорок колоколов московских храмов начали торжественный перезвон. Раздались величавые звуки народного гимна, который исполнял хор в пятьсот человек. Глядя с высоты вниз на океан мелькающих рук и непокрытых голов, я видел лица, мокрые от слез. Я сам старался проглотить слезы, волнение сдавило мне горло — Россия в эту минуту во мне победила кавказца.
Три митрополита и сонм архиепископов и епископов встретили их величества при входе в собор и проводили к тронам, сооруженным посреди храма. Большая ложа направо была предназначена для царской фамилии и иностранных принцев, ложа налево — для высших сановников империи, военных и иностранных дипломатов.
Я с нетерпением прослушал длинную торжественную службу, которую служил Высокопреосвященнейший Исидор, митрополит С.-Петербургский, как старший по посвящению митрополит.
Когда, наконец, наступил долгожданный момент, митрополит взял с красной подушки императорскую корону и передал ее в руки царя. Александр III возложил собственноручно корону на свою голову и затем, взяв вторую корону — императрицы, повернулся к коленопреклоненной государыне и надел ей на голову корону. Этим обрядом символизировалась разница между правами императора, данными ему свыше, и прерогативами императрицы, полученными от императора.
Императрица поднялась с колен, и царская чета повернулась лицом к нашей ложе, олицетворяя собою гармонию сурового могущества и грациозной красоты.
Затем император подошел к иконостасу, чтобы принять Св. Причастие. Так как русский монарх является главою Русской православной церкви, то, причащаясь в день коронации, он берет чашу из рук митрополита и причащается сам. После этого причастили императрицу, и коронование закончилось. Шествие в том же порядке возвратилось во дворец, колокола опять звонили, послышался пушечный салют, и народ выражал криками еще больший восторг при виде коронованных государя и государыни. Достигнув Красного Крыльца, царь и царица еще раз трижды земно поклонились народу, после чего направились в самую древнюю часть дворца, в так называемую Грановитую Палату, где на высоком помосте состоялась высочайшая трапеза.
Остальные три дня празднеств оставили во мне только чувство приятной усталости. Верная традициям гостеприимства, Москва и на этот раз поразила всех своим хлебосольством. Мы танцевали на балу, данном московским дворянством. Мы были в числе восьми тысяч приглашенных на балу в Большом Кремлевском дворце. Мы завтракали в городской думе, обедали у земства и ужинали в офицерских собраниях. Мы разъезжали по улицам, на которых раздавались непрерывно музыка и пение. Мы смотрели на раздачу подарков 500 000 рабочих и крестьян на Ходынском поле. Мы отдали должное талантам повара митрополита Московского, известного искусным приготовлением постного стола. Мы принимали делегации, присутствовали ежедневно на представлениях Императорского балета, провожали иностранных принцев и принцесс при отходе их экстренных поездов, причем гости и гостеприимные хозяева еле держались на ногах от усталости.
18 мая император отправился отдохнуть в свою резиденцию под Москвой — Нескучное, расположенную на берегу Москвы-реки под сенью векового парка.
Лежа в высокой, сочной траве и слушая пение соловьев над нашими головами, мы четверо — Ники, Жорж, Сергей и я — делились между собою тем совершенно новым, поразительным чувством спокойствия, полной безопасности, которое было у нас в течение всех коронационных празднеств.
— Подумай, какой великой страной станет Россия к тому времени, когда мы будем сопровождать Ники в Успенский собор, — мечтательно сказал брат Сергей.
Ники улыбнулся своей обычной мягкой, робкой, чуть-чуть грустной улыбкой...
*
Александра III все боялись как огня.
— Перестань разыгрывать Царя,— телеграфировал Александр III тому же Сергею Александровичу в Москву.
— Выкинуть эту свинью,— написал Царь на всеподданнейшем докладе, в котором описывались скандальные действия одного сановника, занимавшего ответственный пост, который ухаживал за чужой женой.
— Когда Русский Царь удит рыбу, Европа может подождать,— ответил он одному министру, который настаивал в Гатчине, чтобы Александр III принял немедленно посла какой-то великой державы.
Однажды какой-то чрезмерно честолюбивый министр угрожал отставкой Самодержцу. В ответ на эти угрозы Царь взял его за шиворот и, тряся как щенка, заметил:
— Придержите-ка ваш язык! Когда я захочу вас выбросить, вы услышите от меня об этом в очень определенных выражениях.
Когда Вильгельм II предложил Александру III «поделить мир между Россией и Германией», Царь ответил:
— Не веди себя, Вилли, как танцующий дервиш...
*
Трагедия России заключалась в том, что такому волевому человеку было суждено умереть в возрасте сорока девяти лет.
(1) Из воспоминаний П.М.Невежина:
Каким-то образом император Александр III узнал, что Островский находится в тягостном материальном положении, и при первой встрече с братом драматурга, Михаилом Николаевичем, бывшим членом Государственного совета, обратился к нему:
— Как живет ваш брат?
Островский молча поклонился. Государь продолжал:
— Как его материальное состояние?
— Очень дурное, ваше величество. Своих средств у него нет почти никаких; за труды же он получает очень мало, а у него жена и шесть человек детей.
— Странно,— с неудовольствием сказал император,— что до сих пор мне об этом никто не сказал. Я сделаю, что нужно.
Через несколько дней состоялся высочайший указ о назначении драматургу, губернскому секретарю Александру Николаевичу Островскому, пенсии в 3000 рублей в год. (Примечание Редакции).
________________________________________
Впервые статья была опубликована в виде главы из книги мемуаров в Нью-Йорке в 1932г. на английском языке и в Париже в 1933 году на русском языке.
Биографическая справка:
ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ (1866-1933)
Выдающийся русский государственный деятель. Внук Императора Николая I, двоюродный брат Императора Александра III и двоюродный дядя Императора Николая II. Путешественник, генерал-адъютант, адмирал, крупный теоретик и организатор военно-морского и торгового флота. Приобрёл на личные средства во Франции несколько аэропланов для России, положив начало русской авиации. Во время войны организовал и возглавил русскую фронтовую авиацию. После февральской революции был отстранён от должности и ввиду угрозы расстрела отбыл сначала в Крым, а затем - в Европу.
Метки: Александр, Россия, император, Государь, империя, православие
Европа снимала перед ним шляпу
полная версия статьи: http://mdrussia.spb.ru/index.php?p=articles&area=1&action=displayarticle&id=114&name=evropa-snimala-pered-nim-shlyapu
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Автор: Семен Авербух, Сергей Моисеев
120 лет прошло с того дня, когда под Харьковом, возле станции Борки потерпел крушение царский поезд. Во время аварии чудом уцелела семья императора Александра ІІІ, которая возвращалась из Крыма в Петербург. Это была одна из серьёзных железнодорожных катастроф того времени.
Чудное царствование
Советская историография изобиловала в адрес императора уничижительными эпитетами. Теперь же смена вех на рубеже XX и XXI веков сменила и эпитеты. Советский идеологический дым рассеялся, и высветилась фигура великого императора, народного монарха, земного пастыря миллионов. Россия при нем – счастливая, благословенная пора, зенит ее славы и могущества. «Тихий и благодушный Повелитель 6-ой части земного шара! Сама мудрость… Чудное царствование!», «Европа… сняла шапку и нам, нашему Самодержавию – поклонилась!», - писала пресса в годы его правления.
Действительно, в годы правления Александра III в стране резко уменьшилось число преступлений и исчезло взяточничество. Нет области, в которой за неполных 14 лет царствования Александра III не произошло существенного подъема. Но особенно радел Александр III о Церкви и о крестьянстве. Первым стремлением его было дать народному образованию, о котором он так много заботился, религиозную основу, с каковой целью было принято учреждение в 1884г. церковно-приходских школ.
Государь был глубоко нравственным и честным, на редкость простым, веселым и очень остроумным человеком. Многие из его резолюций сделались классическими. Известен случай, когда в каком-то волостном правлении один мужик плюнул на его портрет. Дела об оскорблении Величества разбирались в Окружных Судах и приговор обязательно доводился до сведения Государя. Так было и в данном случае. Мужика-оскорбителя приговорили на 6 месяцев тюрьмы и довели об этом до сведения Императора. Александр III расхохотался: «Как! Он наплевал на мой портрет, и я же за это буду еще кормить его шесть месяцев? Вы с ума сошли, господа. Отошлите его и скажите, что и я, в свою очередь, плевать на него хотел. И делу конец. Вот еще невидаль!».
Характерен известный эпизод с рыбалкой, которую Александр III очень любил. Однажды, когда он рыбачил на Карпином пруду, к нему примчался министр иностранных дел и стал настойчиво просить немедленно принять посла какой-то западной державы по важному европейскому делу. На что Александр III ответил: «Когда русский Царь удит рыбу, Европа может подождать».
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Автор: Семен Авербух, Сергей Моисеев
120 лет прошло с того дня, когда под Харьковом, возле станции Борки потерпел крушение царский поезд. Во время аварии чудом уцелела семья императора Александра ІІІ, которая возвращалась из Крыма в Петербург. Это была одна из серьёзных железнодорожных катастроф того времени.
Чудное царствование
Советская историография изобиловала в адрес императора уничижительными эпитетами. Теперь же смена вех на рубеже XX и XXI веков сменила и эпитеты. Советский идеологический дым рассеялся, и высветилась фигура великого императора, народного монарха, земного пастыря миллионов. Россия при нем – счастливая, благословенная пора, зенит ее славы и могущества. «Тихий и благодушный Повелитель 6-ой части земного шара! Сама мудрость… Чудное царствование!», «Европа… сняла шапку и нам, нашему Самодержавию – поклонилась!», - писала пресса в годы его правления.
Действительно, в годы правления Александра III в стране резко уменьшилось число преступлений и исчезло взяточничество. Нет области, в которой за неполных 14 лет царствования Александра III не произошло существенного подъема. Но особенно радел Александр III о Церкви и о крестьянстве. Первым стремлением его было дать народному образованию, о котором он так много заботился, религиозную основу, с каковой целью было принято учреждение в 1884г. церковно-приходских школ.
Государь был глубоко нравственным и честным, на редкость простым, веселым и очень остроумным человеком. Многие из его резолюций сделались классическими. Известен случай, когда в каком-то волостном правлении один мужик плюнул на его портрет. Дела об оскорблении Величества разбирались в Окружных Судах и приговор обязательно доводился до сведения Государя. Так было и в данном случае. Мужика-оскорбителя приговорили на 6 месяцев тюрьмы и довели об этом до сведения Императора. Александр III расхохотался: «Как! Он наплевал на мой портрет, и я же за это буду еще кормить его шесть месяцев? Вы с ума сошли, господа. Отошлите его и скажите, что и я, в свою очередь, плевать на него хотел. И делу конец. Вот еще невидаль!».
Характерен известный эпизод с рыбалкой, которую Александр III очень любил. Однажды, когда он рыбачил на Карпином пруду, к нему примчался министр иностранных дел и стал настойчиво просить немедленно принять посла какой-то западной державы по важному европейскому делу. На что Александр III ответил: «Когда русский Царь удит рыбу, Европа может подождать».
Метки: Россия, убийцы, революция, александ, император, Государь, жиды, коммунисты
ДИКТАТУРА СВОЛОЧИ
полный вариант статьи: http://mdrussia.spb.ru/index.php?p=articles&area=1&action=displayarticle&id=111&name=diktatura-svolochi
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Иван Лукьянович Солоневич
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мы живем в эпоху, когда перемешалось все - по крайней мере в Европе. Границы любого понятия так же неопределенны, как границы любого государства. Кому принадлежит сейчас Штеттин: немецкий город, включенный в польскую территорию и находящийся под советской администрацией? И чем, собственно, являются венды, славянское племя, пытающееся организовать свое государственное единство в трех берлинских пригородах? И где именно проходит идейная граница между социализмом мистера Эттли и товарища Сталина? И кто сейчас является демократом? Люди, сидевшие на нюрнбергской скамье подсудимых, совершенно всерьез уверяли, что они действовали именно так, как подобает действовать всякому уважающему себя демократу. Советы утверждают, что тайные судилища НКВД и есть самый демократический способ отправления правосудия. Молотов доказывал, что свобода печати есть в СССР и ее нет в Англии, так что "Дейли Уоркер", очевидно, издается монополистами капиталистической прессы, а "Таймса" в России нет просто потому, что кто же бы стал читать такой бездарно пропагандистский листок. Я склонен опасаться, что мои мысли о бюрократии будут восприняты, как сословное оскорбление каждым почтовым чиновником всех стран, входящих в мировой почтовый союз: мировой почтовый союз есть в самом деле организация, спланированная в истинно мировом масштабе: какое же принципиальное различие существует между бюрократом, отправляющим мое заказное письмо и бюрократом, пытающимся отправить меня на тот свет?
Всякий строй, всякое государство и всякое предприятие имеет своего служащего. Какой-то запас "бюрококков" имеется во всяком служащем - как туберкулезная палочка имеется во всяком человеческом организме. Вопрос заключается только, так сказать, в степени развития.
Всякое государство имеет генералов. Всякая страна имеет священников. При болезненном развитии генералитета страна попадает под власть милитаризма. При болезненном развитии духовенства в стране возникает клерикализм. Армия и Церковь имеют свои идеи и свои функции. Но армия и Церковь - точно также, как и государство - не имеют ни рук, ни ног, и функция рук и ног выполняется живыми людьми, которые, кроме интересов армии и Церкви, имеют также и свои личные, профессиональные интересы. Никакой в мире генерал не откажется от лишней статьи государственного бюджета, если эта статья дает лишние кредиты армии: никакому генералу никогда не помешает никакая лишняя дивизия. И очень редкий епископ удержится от деяний, явно приносящих вред Церкви, но клонящих к вящей славе клира - "ад майорем глориам" князей церкви - примеров, я думаю, и приводить не стоит. И генералы, и епископы нормально действуют в пользу армии и в пользу Церкви - но они могут действовать и во вред. История русской армии переполнена генералами, которые действовали во вред. История английской - тоже. Генералы русской армии - и не какие-нибудь, а такие, как генерал Драгомиров, всячески тормозили введение нарезного оружия, щитов при орудиях и даже пулеметов; их мотивировок я приводить не буду. Генералы английской армии тормозили введение танков в Первую Мировую войну. В одном из морских рассказов русского военно-морского писателя Станюковича, старый адмирал презрительно бросает молодому мичману;
- Стыдно-с, молодой человек, а служите на самоваре. Под самоваром адмирал подразумевал паровой фрегат - это было время борьбы парусного флота с паровым. Можно было бы обозвать адмирала глупцом и реакционером, но это было бы не совсем справедливо. Представьте себе психологию человека, посвятившего всю свою жизнь . - и получившего все чины и награды - под белоснежным покровом лебединых парусов, под акробатику лихих "марсовых", под всем тем укладом морской жизни, который, в конечном счете, базировался на матросском рабстве: в России этих марсовых тащили из крепостных деревень, в Англии их брали в рабство в портовых кабаках. Старичок адмирал, может быть, и понимал: паруса кончаются, - но что он будет делать в машинном флоте? Он в нем не понимает ничего - и никогда уже не поймет - учиться заново уже поздно. Так, вероятно, какой-нибудь закованный в латы рыцарь смотрел на первую допотопную пушку: стрелять она, вероятно, будет - но мне-то от этого какое утешение? И куда денусь я, - с моим мечом, латами, замками, гербами и семью поколениями рыцарских предков? Не следует негодовать: это humanus est. Генералы становятся милитаризмом, священники - клериализмом и чиновники - бюрократизмом с того момента, когда нарушается равновесие жизненных функций социального организма. Человеческое сердце очень трогательная вещь, но и оно страдает гипертрофией. В нормальном ходе социальной жизни - есть и генералы, и священники, и чиновники. Каждый из них постарается объяснить историю своего народа по своей профессиональной линии. Так, русские военные историки объясняют русские неудачи Первой Мировой войны стратегическими ошибками генерала Алексеева (соответственно - Фоша, Френча, Гинденбурга и прочих). Есть люди, объясняющие отступление русской армии повелением Николая Второго ввести в России сухой режим: будь бы водка - никакого отступления не было бы, как же русский солдат может воевать без водки!
Всякая профессия склонна замыкаться в касту. И всякая каста склонна утверждать, что именно ее интересы являются высшими интересами человечества. Я по биографии своей являюсь форменным aus cast, а по образу жизни - хроническим беженцем, "марафонским беженцем", как переводила на русский язык немецкая пропаганда соответствующий спортивный термин. И, кроме того, будучи литератором по профессии, я проектирую для будущей России довольно утопический закон, который должен будет ввести для литературной братии телесное наказание - розгами. За каждую сознательную ложь, доказанную на гласном суде присяжных заседателей. Тогда, после нескольких сот тысяч розог, может быть окажется возможным установить значение терминов и понятий, демократий и НКВД, свободы печати в СССР и в Англии и право м-ра Бернарда Шоу зубоскалить над могилами десятков миллионов людей. Но я боюсь, что до введения моего закона м-р Шоу не доживет, а жаль...
Социалистическая бюрократия возникла в России - в меньшей степени в Германии - "на базе" молниеносного разгрома всего органического уклада жизни. В частности и в особенности - хозяйственной жизни обеих стран. Хозяйственная же жизнь, как спорт и искусство, - есть область, где конкуренция, и только она одна, определяет собою наиболее приспособленных людей.
Служитель религии не вправе выдумывать ничего нового: он должен придерживаться тех "вечных истин", которые изложены в Библии, Коране или Ведах. Не следует иронизировать над вечностью этих истин: в каждой из этих книг вечная истина средактирована в той ее форме, какая наиболее соответствует эпохе и расе. И, во всяком случае, ни одна из этих книг ничему злому не учит. Священнослужитель каждой религии обязан придерживаться этих книг, обязан говорить их языком и обязан соблюдать обряд, выработанный веками и веками. "Личная инициатива" тут отсутствует полностью.
Всякий чиновник обязан придерживаться закона. Или, еще точнее - буквы закона. Он сидит на своем месте не для проявления инициативы, а для поддержании порядка: в уличном движении, в мобилизации земельной собственности, в пересыпке срочных телеграмм и бракоразводном судопроизводстве. Никакой инициативы не требуется и от него.
Всякий генерал является составной частью соответствующей военной традиции и никакая армия в мире не может позволить любому подпоручику менять полковые традиции или устав полевой службы. Даже и большевики закончили свои военные эксперименты тем, что точно и тщательно скопировали весь строй старой царской армии - до погон включительно. По моим личным наблюдениям - советские генералы, в общем, оказались не хуже, вероятно, и не лучше генералов царской России - в особенности в чисто военной области. "Революционная инициатива" здесь окончилась ничем.
В Церкви, администрации и армии, где человек входит в веками сколоченный аппарат, его личные качества перестают играть решающую роль. Его деятельность направляется традицией, законом, преданием, навыками - всей инерцией векового аппарата. Попадет ли он на генеральское иди епископское место по личным заслугам, по выслуге лет, по протекции тетушки - и это особого значения не имеет: его пути заранее предусмотрены инерцией. И никогда нельзя доказать, что на месте одного генерала другой был бы лучше или, по крайней мере, намного лучше. В этой среде существует вполне законное недоверие ко всякого рода новаторам, изобретателям, литераторам и прочим беспокойным элементам страны. В этой среде люди выдвигаются и "выслугой лет", и "правом рождения", и протекцией, и, наконец, случайностью. Но в профессиональном боксе невозможен ни один из этих способов. Вы выходите на ринг - и никакая выслуга лет, никакие связи, даже никакие "теоретические познания" здесь не стоят ни одной копейки. Человек или побьет своего конкурента, или будет побит своим конкурентом. Знатоки дела могут заранее подсчитывать вес, тренированность, массивность скул и крепость кулака, быстроту нервной реакции и прочее в этом роде - но, в большинстве случаев, на ринге проваливаются и. эти подсчеты: остается факт голой победы и поражения.
Профессиональным боксом занимается только неуловимая дробь процента человечества. Хозяйственной деятельностью занимается его подавляющее большинство. Но эта хозяйственная деятельность подчинена тем же законам, что и ринг профессионального бокса: только победа в свободной конкуренции и только она одна отделяет званных от избранных и - еще - званных от самозванных. Вы обанкротились с вашей лавчонкой, а ваш конкурент процвел. Для вашей любимой женщины вы можете изобрести любые объяснения - как побитый на ринге боксер - любимая женщина поверит, на то она и любимая женщина. Но потребителю- безапелляционному судье на ринге хозяйственной конкуренции - на эти объяснения плевать. Он пошел к вашему конкуренту и на его сияющую голову возложил олимпийский венец чемпиона Бэкэр Стрит по торговле маринованными селедками.
Частное хозяйство требует инициативы. Бюрократия отрицает инициативу по самому существу. В частном хозяйстве удачная инициатива приносит миллионы - неудачная выдувает человека в трубу. В лестнице бюрократической табели о рангах - удачная инициатива не дает "почти ничего и неудачная не грозит почти ничем. В условиях социалистической бюрократии удачная инициатива тоже не дает ничего, но неудачная грозит расстрелом, - впрочем, иногда тем же грозит и удачная. Однако никакая бюрократия мира не может допустить миллионных вознаграждений таланта, изобретательности, инициативы и прочего - ибо это подорвало бы самый корень ее существования: выслугу лет. В совершенно такой же степени средневековый феодал НЕ МОГ признать прав таланта, изобретения и инициативы - ибо, если бы он их признал, чему тогда будут равняться его семь поколений рыцарских предков, дающих ему - по праву рождения - право на подобающее ему количество колбасы, замков, почета и власти?
Я не хочу быть несправедливым даже и к бюрократической деятельности: в общей экономике природы нужна и она. Однако, - чем ее меньше, тем лучше для всех остальных людей, не входящих в состав бюрократического аппарата. Имеет свои преимущества даже и она. Человек работает немного, спокойно, не торопись и не увлекаясь. Захлопывая свой конторский стол, он захлопывает в нем и все свои деловые заботы. Бессонных ночей тут нет. После двадцати пяти лет по мере возможности беспорочной деятельности, его ждет приличный чин, приличная пенсия и ничем не ограниченное количество ничем не омраченного свободного времени. Он не получит: ни орденов за героизм, ни миллионов за инициативу, ни нобелевской премии за служение миру или художественной литературе. И вот, в эту так плотно налаженную жизнь, врывается беспокойный элемент таланта, риска, предприимчивости, новизны -и плюет или пытается плевать на такие веками освященные вещи, как выслуга лет или заслуги предков, как партийный стаж или заслуги перед революцией; это с трудом выносит даже бюрократ "старого режима", бюрократ, твердо уверенный в своем праве выслуги лет. Так что же говорить о новорожденном бюрократе, который ни в чем не уверен,. который ничего не знает и который распухает, как раковая опухоль, изо дня в день.
Всякий частный предприниматель норовит сократить число своих служащих - ибо он оплачивает их из своего кармана. Каждый бюрократ норовит увеличить число своих служащих, ибо оплачивает их не он и ибо чем шире его заведение, тем больше власть, почет, даже жалованье. Но социалистический бюрократ распухает и по другим причинам.
Социалистический бюрократ России во времена Ленина национализировал крупную промышленность. Программа компартии в те времена большего не требовала - но большее пришло само по себе, автоматически.
Крупная промышленность национализирована - но мелкая работает на капиталистических основаниях. Крупная промышленность, в которой матерые, закаленные в хозяйственных боях "капитаны индустрии" заменены людьми, закаленными во фракционных спорах, начинает хромать на все четыре ноги. Самый естественный ход мыслей подсказывает нужное решение: национализировать и мелкую промышленность, ибо она, ведомая капиталистической сволочью, саботирует, срывает план, идейно и хозяйственно срывает победоносное шествие социалистического сектора народного хозяйства - нужно и эту сволочь национализировать. Национализируют и ее.
Национализация крупной промышленности, сама по себе, еще ничего не означает. Ибо национализировать можно: а) для хозяйственных целей и б) для политических целей.
Царское правительство скупало железные дороги, чтобы понижением тарифов поднять индустриальный рост страны. Было ли это правильно или неправильно - это уж другой вопрос. Советское правительство национализировало те же железные дороги, чтобы "ликвидировать капиталистов". Политика Николая Второго в общем не была социализмом. Политика Эттли - еще не является социализмом. Но если вы национализируете крупную промышленность для того, чтобы прекратить "эксплуатацию человека человеком", то, естественно, что на одной крупной промышленности вы остановиться не можете. Тогда "социализация", "национализация" и прочие формы бюрократизации народного хозяйства растут, как снежный ком. Эксплуатация человека человеком прекращается. Начинается эксплуатация человека бюрократом. Начинается разращение чудовищной бюрократической опухоли, пронизывающей весь народный организм. Социалистическая бюрократия достигает мыслимого предела - или идеала бюрократического распухания; схвачено все, конкуренции больше нет. Нет ни одной щели, которая была бы предоставлена свободной человеческой воле. Жизнь замкнута в план, и на страже плана стоят вооруженные архангелы, охраняющие врата социалистического рая: чтобы никто не сбежал.
----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Иван Лукьянович Солоневич
ПРЕДИСЛОВИЕ
Мы живем в эпоху, когда перемешалось все - по крайней мере в Европе. Границы любого понятия так же неопределенны, как границы любого государства. Кому принадлежит сейчас Штеттин: немецкий город, включенный в польскую территорию и находящийся под советской администрацией? И чем, собственно, являются венды, славянское племя, пытающееся организовать свое государственное единство в трех берлинских пригородах? И где именно проходит идейная граница между социализмом мистера Эттли и товарища Сталина? И кто сейчас является демократом? Люди, сидевшие на нюрнбергской скамье подсудимых, совершенно всерьез уверяли, что они действовали именно так, как подобает действовать всякому уважающему себя демократу. Советы утверждают, что тайные судилища НКВД и есть самый демократический способ отправления правосудия. Молотов доказывал, что свобода печати есть в СССР и ее нет в Англии, так что "Дейли Уоркер", очевидно, издается монополистами капиталистической прессы, а "Таймса" в России нет просто потому, что кто же бы стал читать такой бездарно пропагандистский листок. Я склонен опасаться, что мои мысли о бюрократии будут восприняты, как сословное оскорбление каждым почтовым чиновником всех стран, входящих в мировой почтовый союз: мировой почтовый союз есть в самом деле организация, спланированная в истинно мировом масштабе: какое же принципиальное различие существует между бюрократом, отправляющим мое заказное письмо и бюрократом, пытающимся отправить меня на тот свет?
Всякий строй, всякое государство и всякое предприятие имеет своего служащего. Какой-то запас "бюрококков" имеется во всяком служащем - как туберкулезная палочка имеется во всяком человеческом организме. Вопрос заключается только, так сказать, в степени развития.
Всякое государство имеет генералов. Всякая страна имеет священников. При болезненном развитии генералитета страна попадает под власть милитаризма. При болезненном развитии духовенства в стране возникает клерикализм. Армия и Церковь имеют свои идеи и свои функции. Но армия и Церковь - точно также, как и государство - не имеют ни рук, ни ног, и функция рук и ног выполняется живыми людьми, которые, кроме интересов армии и Церкви, имеют также и свои личные, профессиональные интересы. Никакой в мире генерал не откажется от лишней статьи государственного бюджета, если эта статья дает лишние кредиты армии: никакому генералу никогда не помешает никакая лишняя дивизия. И очень редкий епископ удержится от деяний, явно приносящих вред Церкви, но клонящих к вящей славе клира - "ад майорем глориам" князей церкви - примеров, я думаю, и приводить не стоит. И генералы, и епископы нормально действуют в пользу армии и в пользу Церкви - но они могут действовать и во вред. История русской армии переполнена генералами, которые действовали во вред. История английской - тоже. Генералы русской армии - и не какие-нибудь, а такие, как генерал Драгомиров, всячески тормозили введение нарезного оружия, щитов при орудиях и даже пулеметов; их мотивировок я приводить не буду. Генералы английской армии тормозили введение танков в Первую Мировую войну. В одном из морских рассказов русского военно-морского писателя Станюковича, старый адмирал презрительно бросает молодому мичману;
- Стыдно-с, молодой человек, а служите на самоваре. Под самоваром адмирал подразумевал паровой фрегат - это было время борьбы парусного флота с паровым. Можно было бы обозвать адмирала глупцом и реакционером, но это было бы не совсем справедливо. Представьте себе психологию человека, посвятившего всю свою жизнь . - и получившего все чины и награды - под белоснежным покровом лебединых парусов, под акробатику лихих "марсовых", под всем тем укладом морской жизни, который, в конечном счете, базировался на матросском рабстве: в России этих марсовых тащили из крепостных деревень, в Англии их брали в рабство в портовых кабаках. Старичок адмирал, может быть, и понимал: паруса кончаются, - но что он будет делать в машинном флоте? Он в нем не понимает ничего - и никогда уже не поймет - учиться заново уже поздно. Так, вероятно, какой-нибудь закованный в латы рыцарь смотрел на первую допотопную пушку: стрелять она, вероятно, будет - но мне-то от этого какое утешение? И куда денусь я, - с моим мечом, латами, замками, гербами и семью поколениями рыцарских предков? Не следует негодовать: это humanus est. Генералы становятся милитаризмом, священники - клериализмом и чиновники - бюрократизмом с того момента, когда нарушается равновесие жизненных функций социального организма. Человеческое сердце очень трогательная вещь, но и оно страдает гипертрофией. В нормальном ходе социальной жизни - есть и генералы, и священники, и чиновники. Каждый из них постарается объяснить историю своего народа по своей профессиональной линии. Так, русские военные историки объясняют русские неудачи Первой Мировой войны стратегическими ошибками генерала Алексеева (соответственно - Фоша, Френча, Гинденбурга и прочих). Есть люди, объясняющие отступление русской армии повелением Николая Второго ввести в России сухой режим: будь бы водка - никакого отступления не было бы, как же русский солдат может воевать без водки!
Всякая профессия склонна замыкаться в касту. И всякая каста склонна утверждать, что именно ее интересы являются высшими интересами человечества. Я по биографии своей являюсь форменным aus cast, а по образу жизни - хроническим беженцем, "марафонским беженцем", как переводила на русский язык немецкая пропаганда соответствующий спортивный термин. И, кроме того, будучи литератором по профессии, я проектирую для будущей России довольно утопический закон, который должен будет ввести для литературной братии телесное наказание - розгами. За каждую сознательную ложь, доказанную на гласном суде присяжных заседателей. Тогда, после нескольких сот тысяч розог, может быть окажется возможным установить значение терминов и понятий, демократий и НКВД, свободы печати в СССР и в Англии и право м-ра Бернарда Шоу зубоскалить над могилами десятков миллионов людей. Но я боюсь, что до введения моего закона м-р Шоу не доживет, а жаль...
Социалистическая бюрократия возникла в России - в меньшей степени в Германии - "на базе" молниеносного разгрома всего органического уклада жизни. В частности и в особенности - хозяйственной жизни обеих стран. Хозяйственная же жизнь, как спорт и искусство, - есть область, где конкуренция, и только она одна, определяет собою наиболее приспособленных людей.
Служитель религии не вправе выдумывать ничего нового: он должен придерживаться тех "вечных истин", которые изложены в Библии, Коране или Ведах. Не следует иронизировать над вечностью этих истин: в каждой из этих книг вечная истина средактирована в той ее форме, какая наиболее соответствует эпохе и расе. И, во всяком случае, ни одна из этих книг ничему злому не учит. Священнослужитель каждой религии обязан придерживаться этих книг, обязан говорить их языком и обязан соблюдать обряд, выработанный веками и веками. "Личная инициатива" тут отсутствует полностью.
Всякий чиновник обязан придерживаться закона. Или, еще точнее - буквы закона. Он сидит на своем месте не для проявления инициативы, а для поддержании порядка: в уличном движении, в мобилизации земельной собственности, в пересыпке срочных телеграмм и бракоразводном судопроизводстве. Никакой инициативы не требуется и от него.
Всякий генерал является составной частью соответствующей военной традиции и никакая армия в мире не может позволить любому подпоручику менять полковые традиции или устав полевой службы. Даже и большевики закончили свои военные эксперименты тем, что точно и тщательно скопировали весь строй старой царской армии - до погон включительно. По моим личным наблюдениям - советские генералы, в общем, оказались не хуже, вероятно, и не лучше генералов царской России - в особенности в чисто военной области. "Революционная инициатива" здесь окончилась ничем.
В Церкви, администрации и армии, где человек входит в веками сколоченный аппарат, его личные качества перестают играть решающую роль. Его деятельность направляется традицией, законом, преданием, навыками - всей инерцией векового аппарата. Попадет ли он на генеральское иди епископское место по личным заслугам, по выслуге лет, по протекции тетушки - и это особого значения не имеет: его пути заранее предусмотрены инерцией. И никогда нельзя доказать, что на месте одного генерала другой был бы лучше или, по крайней мере, намного лучше. В этой среде существует вполне законное недоверие ко всякого рода новаторам, изобретателям, литераторам и прочим беспокойным элементам страны. В этой среде люди выдвигаются и "выслугой лет", и "правом рождения", и протекцией, и, наконец, случайностью. Но в профессиональном боксе невозможен ни один из этих способов. Вы выходите на ринг - и никакая выслуга лет, никакие связи, даже никакие "теоретические познания" здесь не стоят ни одной копейки. Человек или побьет своего конкурента, или будет побит своим конкурентом. Знатоки дела могут заранее подсчитывать вес, тренированность, массивность скул и крепость кулака, быстроту нервной реакции и прочее в этом роде - но, в большинстве случаев, на ринге проваливаются и. эти подсчеты: остается факт голой победы и поражения.
Профессиональным боксом занимается только неуловимая дробь процента человечества. Хозяйственной деятельностью занимается его подавляющее большинство. Но эта хозяйственная деятельность подчинена тем же законам, что и ринг профессионального бокса: только победа в свободной конкуренции и только она одна отделяет званных от избранных и - еще - званных от самозванных. Вы обанкротились с вашей лавчонкой, а ваш конкурент процвел. Для вашей любимой женщины вы можете изобрести любые объяснения - как побитый на ринге боксер - любимая женщина поверит, на то она и любимая женщина. Но потребителю- безапелляционному судье на ринге хозяйственной конкуренции - на эти объяснения плевать. Он пошел к вашему конкуренту и на его сияющую голову возложил олимпийский венец чемпиона Бэкэр Стрит по торговле маринованными селедками.
Частное хозяйство требует инициативы. Бюрократия отрицает инициативу по самому существу. В частном хозяйстве удачная инициатива приносит миллионы - неудачная выдувает человека в трубу. В лестнице бюрократической табели о рангах - удачная инициатива не дает "почти ничего и неудачная не грозит почти ничем. В условиях социалистической бюрократии удачная инициатива тоже не дает ничего, но неудачная грозит расстрелом, - впрочем, иногда тем же грозит и удачная. Однако никакая бюрократия мира не может допустить миллионных вознаграждений таланта, изобретательности, инициативы и прочего - ибо это подорвало бы самый корень ее существования: выслугу лет. В совершенно такой же степени средневековый феодал НЕ МОГ признать прав таланта, изобретения и инициативы - ибо, если бы он их признал, чему тогда будут равняться его семь поколений рыцарских предков, дающих ему - по праву рождения - право на подобающее ему количество колбасы, замков, почета и власти?
Я не хочу быть несправедливым даже и к бюрократической деятельности: в общей экономике природы нужна и она. Однако, - чем ее меньше, тем лучше для всех остальных людей, не входящих в состав бюрократического аппарата. Имеет свои преимущества даже и она. Человек работает немного, спокойно, не торопись и не увлекаясь. Захлопывая свой конторский стол, он захлопывает в нем и все свои деловые заботы. Бессонных ночей тут нет. После двадцати пяти лет по мере возможности беспорочной деятельности, его ждет приличный чин, приличная пенсия и ничем не ограниченное количество ничем не омраченного свободного времени. Он не получит: ни орденов за героизм, ни миллионов за инициативу, ни нобелевской премии за служение миру или художественной литературе. И вот, в эту так плотно налаженную жизнь, врывается беспокойный элемент таланта, риска, предприимчивости, новизны -и плюет или пытается плевать на такие веками освященные вещи, как выслуга лет или заслуги предков, как партийный стаж или заслуги перед революцией; это с трудом выносит даже бюрократ "старого режима", бюрократ, твердо уверенный в своем праве выслуги лет. Так что же говорить о новорожденном бюрократе, который ни в чем не уверен,. который ничего не знает и который распухает, как раковая опухоль, изо дня в день.
Всякий частный предприниматель норовит сократить число своих служащих - ибо он оплачивает их из своего кармана. Каждый бюрократ норовит увеличить число своих служащих, ибо оплачивает их не он и ибо чем шире его заведение, тем больше власть, почет, даже жалованье. Но социалистический бюрократ распухает и по другим причинам.
Социалистический бюрократ России во времена Ленина национализировал крупную промышленность. Программа компартии в те времена большего не требовала - но большее пришло само по себе, автоматически.
Крупная промышленность национализирована - но мелкая работает на капиталистических основаниях. Крупная промышленность, в которой матерые, закаленные в хозяйственных боях "капитаны индустрии" заменены людьми, закаленными во фракционных спорах, начинает хромать на все четыре ноги. Самый естественный ход мыслей подсказывает нужное решение: национализировать и мелкую промышленность, ибо она, ведомая капиталистической сволочью, саботирует, срывает план, идейно и хозяйственно срывает победоносное шествие социалистического сектора народного хозяйства - нужно и эту сволочь национализировать. Национализируют и ее.
Национализация крупной промышленности, сама по себе, еще ничего не означает. Ибо национализировать можно: а) для хозяйственных целей и б) для политических целей.
Царское правительство скупало железные дороги, чтобы понижением тарифов поднять индустриальный рост страны. Было ли это правильно или неправильно - это уж другой вопрос. Советское правительство национализировало те же железные дороги, чтобы "ликвидировать капиталистов". Политика Николая Второго в общем не была социализмом. Политика Эттли - еще не является социализмом. Но если вы национализируете крупную промышленность для того, чтобы прекратить "эксплуатацию человека человеком", то, естественно, что на одной крупной промышленности вы остановиться не можете. Тогда "социализация", "национализация" и прочие формы бюрократизации народного хозяйства растут, как снежный ком. Эксплуатация человека человеком прекращается. Начинается эксплуатация человека бюрократом. Начинается разращение чудовищной бюрократической опухоли, пронизывающей весь народный организм. Социалистическая бюрократия достигает мыслимого предела - или идеала бюрократического распухания; схвачено все, конкуренции больше нет. Нет ни одной щели, которая была бы предоставлена свободной человеческой воле. Жизнь замкнута в план, и на страже плана стоят вооруженные архангелы, охраняющие врата социалистического рая: чтобы никто не сбежал.
Метки: большевики, Россия, революция, грех, Справедливость, Государь, Николай, император, Солоневич, социализм
Горькая чаша для предавшего народа
Автор: Архимандрит Петр (Кучер)
Память святого благоверного князя Андрея Боголюбского, 80 лет со дня убиения Царской семьи.
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.
Дорогие братья и сестры!
Сегодня мы совершаем память основоположника русской державности святого благоверного великого князя Андрея Боголюбского, который в своей жизни предпринял святое дело по объединению русских земель, ибо без крепкой державы немыслимо и существование Церкви.
Государство является как бы щитом и оградой для Церкви. Вы видите, наш монастырь обнесен каменным забором, в Троице-Сергиевой Лавре еще выше ограда, в Дивеево сейчас построили новый металлический забор, и вокруг других монастырей и храмов во все времена были и сейчас ставятся заборы, чтобы враги – тати, и в прямом, и в переносном смысле не лезли в Церковь. Вот эту идею, ненавистную врагам рода человеческого и Святой Руси, – по укреплению русских земель и процветанию Церкви – решил воплотить князь Андрей Боголюбский.
Убиение в 1174 году св.блгв.вел. князя Андрея Боголюбского, которого теперь с абсолютной уверенностью можно назвать первым царем, царя-мученика Николая II и Августейшей царской семьи в 1918 году – дело антихристов, врагов России и Православия. И князь Андрей Боголюбский, и царь Николай II были такие же люди, как и мы с вами: трудились, молились, исповедовались и спасались, они были истинными патриотами своего Отечества и веры, ибо так любили Родину, что ничего не жалели для ее сохранения, даже самих себя. Ибо любить Родину – это то же самое, что любить Бога. Посмотрите, как в дореволюционные времена называлось наше Отечество – не просто Россия, или СССР, или еще какое-то государство, а Святая Русь. И называли ее так в древности, потому что она была неотъемлема от Православия и Церкви. Раньше название Святая Русь или Православная Россия были синонимами Русской Церкви, это было одно и то же. Можно ли отнять у человека плоть, т.е. убить его, и при этом быть невиновным?! Так в начале XX века предатели Бога и Родины растерзали нашу Святую Русь, разодрали ее святой покров – Православную Церковь, и тем самым хотели окончательно уничтожить великую державу, но Господь не допустил до этого.
Вернемся к благоверному князю Андрею, который был убит за идею государственности и могущества Руси антихристами, окружавшими его. Это подтверждает ту гипотезу, что где Христос, там и Иуда. Когда бесы были изгнаны из рая, то они по-пластунски, как солдаты пехоты, пробрались к земному раю, что даже архангел Гавриил не устерег их. Мир со времени своего бытия всегда окружен бесами, а значит, их представители в видимом образе есть и возле Церкви, таким бесом являлся Иуда. И вот иудами-предателями оказались придворные князя Андрея, которые с целью убийства участвовали против него в заговоре.
Другой аналогичный случай произошел с последним царем Российской империи – Николаем II, который, как и св.Андрей Боголюбский, пострадал за ту же цель и то же святое дело. Это был благочестивейший, кроткий и смиренный человек. Для нас и нашего времени Русская земля, наверное, не знает высшего христианского подвига и жертвенной любви, которые проявил царь-мученик. По любви к Богу и Родине с ним могут сравниться лишь те рабы Божии, которые отдали свои жизни на фронтах, в застенках НКВД и лагерях ГУЛАГа. Тот, кто действительно любит Бога, не может не любить и дела Христова, а это есть царство Божие на земле, т.е. истинная Православная Церковь. Стало быть, он отдал свою жизнь за Отечество, и за Церковь Божию, как и должен поступить всякий верующий человек, если у него, как говорится, есть голова на плечах, вера и совесть – то, чем Господь снабдил христианина.
После свержения с трона царю и его семье предлагалось эвакуироваться за границу. Они могли бы загрузить свою парусную царскую яхту «Штандарт» золотом и другим скарбом и тихонько отплыть, допустим, в Данию или Англию, как в 1986г. сделал Фердинанд Маркос, президент Филиппин. Когда его свергли, он нагрузил самый вместительный «Боинг» золотом и деньгами, вывез богатств не менее чем на $6 млрд., взял с собой своих приближенный и перебрался с Филиппин на Гавайские острова в экваториальной части Тихого океана, где растут кокосовые пальмы и такие блага, как в земном раю. Так же поступил и последний иранский шах Пехлеви. После изгнания из страны он прихватил золото и скитался на чужбине, но далеко не ушел: враги его вычислили и зарезали на операционном столе. Получается, что глава государства несет ответственность за свои действия перед народом и перед Богом, поэтому он никогда не должен забывать о своем долге, а если необходимо, то и пострадать за свой народ. Если ты господин государства, значит, ты должен быть отцом своего народа: Персии, России или Филиппин, и не смеешь никуда бежать. Ты не просто правишь, ты должен делать все на благо людей и процветание страны, а по-христиански, в первую очередь ты должен заботиться о спасении твоих граждан. Ведь за всякие недочеты и упущения в управлении государством, за воспитание твоих подданных и подготовку их к Царствию Небесному ты должен будешь ответить на суде Божием.
Российский царь Николай II не бежал, как другие, за границу, не прятал золото и драгоценности. Он лишь помышлял о спасении России и думал о своих подданных, но не многие остались ему верны до конца. Царь не бросил Россию, потому что и духом, и телом был вместе со своим народом. Он был частью Святой Руси, поэтому и не мог оставить, исполнив свой царский и христианский долг до последнего издыхания. А какой нечеловеческий подвиг понесла царица Александра Федоровна, которую презирали враги Христа: генералы и министры, оказавшиеся масонами, которых царь кормил, одевал в маршальские и генеральские погоны, осыпал всеми благами и почестями, за что они и предали его! И вот она, будучи немкой по происхождению и ставшая русской по духу, сказала: «Мое Отечество не Германия, а Россия». Царица Александра была истинная матерь русского народа, ведь она не уехала за границу хотя бы ради спасения своих детей, а осталась со своим семейством и погибла.
После безбожной революции 1917 года митрополиту Московскому Макарию была открыта великая тайна Божия. Видит он во сне, как Спаситель держит две чаши и говорит царю Николаю II: «Эта горькая чаша – для твоего народа, предавшего тебя, эта сладкая – для тебя». Долго царь-мученик на коленях упрашивал Господа ему выпить горькую чашу и, тем самым, спасти русский народ от погибели. Наконец Господь согласился и вынул из горького пития раскаленный уголь и дал и дал царю Николаю. Тот, перекидывая уголь с руки на руку, просветлялся, и по мере того, как уголек истлевал, царь все больше излучал свет, пока не стал подобен солнцу. И был митрополиту во сие глас: «Русский народ прощен».
Помните, подобный случай был в Ветхом завете с великим пророком Моисеем, который по повелению Божию поднялся на Синайскую гору, где 40 дней провел в посте и молитве, после чего принял от самого Бога скрижали с десятью заповедями. Гора содрогалась от могущества Божия, разразилась страшная гроза, а в это время брат Моисея Аарон с израильтянами вылил золотого тельца для поклонения. Когда евреи поклонились золотому тельцу, Моисей пришел в негодование и разбил небесные скрижали, которые ему вручил Бог. И Господь сказал пророку: «За такое неслыханное беззаконие и предательство, Я уничтожу евреев и из твоего семени воздвигну новый народ». Но Моисей упросил, чтобы Господь лучше наказал его, а народ помиловал; поскольку он угодил Богу и был вождем богоизбранного народа, Господь внял его молитве и пощадил и его, и народ. Видите, какую разную цену понес ветхозаветный народ и новозаветный. В Новом Завете за богоотступничество уже потребовалась жертва. Тут так просто не обойдешься: «Прости меня, Господи», – нет, здесь надо было повторить подвиг Христа, смыть кровью грех русского народа, ибо ему было столько дано, как ни одному другому народу мира.
Посмотрите, в каком государстве мы родились и живем, какие богатства нам даровал Господь: от Карпат и до Сахалина, от Мурманска и до Памира. Ни одно государство не имело того, что сложилось за 10 веков бытия России, а теперь враги нашего Отечества кинулись расхищать наши национальные богатства, которые были даны по слову Божию: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложится вам» (Мф. 6; 33). И наши прадеды искали правды Божией, хранили веру Православную и церковные предания, защищали и строили храмы, а все остальное приложилось.
С древних времен к русским княжествам в Центральной России добровольно присоединялись другие земли. Алтайцев и дальневосточников не захватывали и не уводили в неволю, они сами просились в подданство к русскому царю. В начале XIX в. была присоединена Средняя Азия, также не завоевана, а принята в лоно великого государства – Святой Руси. Наше территориальное пространство не было завоевано никакими крестоносцами, а с евангельской проповедью прошли по нему в XIV в. преподобные Сергий и Герман на север до Валаама, свт. Стефан Пермский в землях коми, в XIX в. святитель Иннокентий просвещал алеутов, архимандрит Макарий дошел до Алтая, и их с любовью принимали живущие там люди. И вот, когда такое государство избаловалось, «заелось» в лице первых его представителей: умников из интеллигенции, искавших истины не в Православии, а в отрекшемся от Христа Западе, когда за ними последовал и простой народ, случилось отступление от Господа и вечных христианских истин. Тогда-то по попущению Божию эти вероотступники совершили революцию против царя, государства и Бога. По парижам и берлинам в тайных масонских обществах эти мнимые просветители страны искали пищу для своей души, и поэтому стали такими звероподобными, Иванами, не помнящими родства, предателями не только царя и народа, но и Самого Христа.
Царь Николай II выполнял волю Божию. Он отдал свою жизнь за свой народ и за всех нас. Разве пошлешь сейчас какого-нибудь правителя, чтобы он пострадал за нас, чтобы он ради Отечества пошел на казнь? Наверное, никто не согласится, если мы ежим и разбегаемся, как мыши по углам, здесь, в ограде монастыря, боимся лишнее слово сказать, как бы там не откликнулось эхо против нас за пределами обители. До сих пор на работе стесняемся признаться, что мы верующие, как бы нас при первом сокращении за это не уволили. Даже при родителях и знакомых боимся сказать слово в защиту Христа и проявить любовь к своему Отечеству, не говоря уже о том, чтобы защитить его не только в уме, а на словах и на деле, а то вдруг тебя за дурака посчитают. Вы, наверное, видели снимок, где Николай II работает, пилит дрова, а бывшие его подчиненные – солдаты, граждане государства, во главе которого он стоял, его караулят. Царская семья не боялась работы, в I мировую войну Александра Федоровна и августейшие дочери работали в госпитале медсестрами и сиделками, не брезговали ухаживать за простыми солдатами и всячески облегчали их страдания. У царя не было личного секретаря, всю необходимую работу он выполнял сам. Т.е. царские особы не отличались ничем от других людей: ели, пили, трудились, но по духу и нравственным качествам оказались выше всех. Царь ожидал казни и добровольно, обладая таким богатейшим, сильнейшим и славнейшим государством, каким являлась до революции Российская Империя, изволил пойти на эшафот. Ведь он с царицей знал о своей участи, о том, что их всех ожидает. Ибо в письме, которое было передано от Павла I и продиктовано прорицателем Авелем, было написано пророчество об императоре из рода Романовых, который будет царствовать через 100 лет после Павла I.
Господь принимает жертву не от каждого, не всякий удостоится пострадать за весь народ. Если человек разбойник, богоотступник или грешник, он может претерпеть спасительные муки только за свои грехи, а тут за 190-миллионное государство пострадал наш царь-мученик. Сами знаете, нет жертвы выше перед Богом, чем положить душу за други своя, даже если ты одного человека спасешь, а сам погибаешь – великая награда на небе. Если вы владеете малыми крохами знания истины Христовой, то должны понять, что не каждого Господь сподобит пострадать за такую державу, за такой великий народ. И не только за народ, но и за Православную веру, ибо русский народ – носитель истины Божией, Евангелия и Православия. Царь Николай II уподобился своим мученическим подвигом Христу и пострадал за народ, ибо за такие неслыханные кощунства и беззакония, предательство веры и Отечества требовалась именно искупительная жертва от помазанника Божия.
Мы читали Послание Патриарха и Священного Синода Русской Православной Церкви ко дню убиения царской семьи, и там говорится, что необходимо не только осудить грех цареубийства, но и покаяться в нем всем людям. Если солдаты не послушают своего командира или рабочие завода не станут подчиняться своему начальству, что им будет? Накажут или выгонят с работы. А тут не послушали императора, а не какого-нибудь начальника или директора. Истинность избрания на царство подтверждается возлиянием мира, как об этом прекрасно изложено в Библии. Таким миром для вечного спасения христианина помазывают один раз в жизни при крещении, и только в особых случаях миро изливают во второй раз – это при поставлении царей. Изливали миро на Саула, на Давида. В России также изливалось миро на царей и императоров. И последним, на кого была излита такая благодать и поставлена печать небесная, был царь Николай II. А мы дерзнули в лице наших отцов отречься и предать его в руки врагов, поэтому мы выглядим сегодня преступниками и уголовниками, пошли против царя и предали его, а значит, пошли против воли Божией и предали Царя Небесного.
Обратите внимание, слово царь усвояется не многим правителям государств, а только православным. Был царь в Болгарии, в Сербии, в Константинополе, был царь Иверии и царь России. Кажется, какая разница: король или царь, президент или генсек? А разница, оказывается, есть, и колоссальная. Бог называется Царем Небесным, и его посланник называется царем, чтобы мы ни с кем не путали и не говорили, что не знаем. Он прообразует Царя Небесного, т.е. послан с Неба. Видите, какое удостоверение выдано царю. В каждом регионе России сейчас есть представитель президента, вот если кто-нибудь убьет его, то что будет этому человеку? Его посадят и казнят. Так и Господь за убийство царской семьи попустил на нас меч, и были убиты миллионы наших соотечественников. Наш царь был защитником Отечества и веры, он вел нас, будучи руководителем Православного царства, к Царству Небесному. А мы взяли, как злые виноградари, и убили сына хозяина виноградника. Что будет этим виноградарям? Их убьют. И истреблял нас Господь, а мы спрашивали, почему и за что у нас были такие злые правители: Ленин, Берия, Хрущев, Горбачев, Ельцин и все прочие. Это был суд виноградарям, убившим посланца Божия, который пришел за урожаем, т.е. за душами верующих, чтобы подготовить их и забрать в Царство Небесное.
Враги Христа и сегодня работают и мешают нашей Церкви, тормозят прославление царской семьи в нашем Отечестве. В этом нет ничего удивительного, ведь с каким трудом причислили к лику святых солнце Русской земли – преподобного Серафима Саровского, 70 лет не прославляли, то, что можно говорить о гражданском лице Николае II, который, может быть, по святости равняется прп. Серафиму Саровскому и не ниже его. Тут придирок по политической части сколько угодно, и вот мы до сих пор ведем тяжбу о его прославлении. Надо молиться, чтобы в России восторжествовала правда, утвердилась Христова вера, и по молитвам новопрославленного царя-мученика Николая II у нас бы воцарился законный православный царь из династии Романовых, как об этом пишется в пророчествах о будущей судьбе России. Аминь.
Память святого благоверного князя Андрея Боголюбского, 80 лет со дня убиения Царской семьи.
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа.
Дорогие братья и сестры!
Сегодня мы совершаем память основоположника русской державности святого благоверного великого князя Андрея Боголюбского, который в своей жизни предпринял святое дело по объединению русских земель, ибо без крепкой державы немыслимо и существование Церкви.
Государство является как бы щитом и оградой для Церкви. Вы видите, наш монастырь обнесен каменным забором, в Троице-Сергиевой Лавре еще выше ограда, в Дивеево сейчас построили новый металлический забор, и вокруг других монастырей и храмов во все времена были и сейчас ставятся заборы, чтобы враги – тати, и в прямом, и в переносном смысле не лезли в Церковь. Вот эту идею, ненавистную врагам рода человеческого и Святой Руси, – по укреплению русских земель и процветанию Церкви – решил воплотить князь Андрей Боголюбский.
Убиение в 1174 году св.блгв.вел. князя Андрея Боголюбского, которого теперь с абсолютной уверенностью можно назвать первым царем, царя-мученика Николая II и Августейшей царской семьи в 1918 году – дело антихристов, врагов России и Православия. И князь Андрей Боголюбский, и царь Николай II были такие же люди, как и мы с вами: трудились, молились, исповедовались и спасались, они были истинными патриотами своего Отечества и веры, ибо так любили Родину, что ничего не жалели для ее сохранения, даже самих себя. Ибо любить Родину – это то же самое, что любить Бога. Посмотрите, как в дореволюционные времена называлось наше Отечество – не просто Россия, или СССР, или еще какое-то государство, а Святая Русь. И называли ее так в древности, потому что она была неотъемлема от Православия и Церкви. Раньше название Святая Русь или Православная Россия были синонимами Русской Церкви, это было одно и то же. Можно ли отнять у человека плоть, т.е. убить его, и при этом быть невиновным?! Так в начале XX века предатели Бога и Родины растерзали нашу Святую Русь, разодрали ее святой покров – Православную Церковь, и тем самым хотели окончательно уничтожить великую державу, но Господь не допустил до этого.
Вернемся к благоверному князю Андрею, который был убит за идею государственности и могущества Руси антихристами, окружавшими его. Это подтверждает ту гипотезу, что где Христос, там и Иуда. Когда бесы были изгнаны из рая, то они по-пластунски, как солдаты пехоты, пробрались к земному раю, что даже архангел Гавриил не устерег их. Мир со времени своего бытия всегда окружен бесами, а значит, их представители в видимом образе есть и возле Церкви, таким бесом являлся Иуда. И вот иудами-предателями оказались придворные князя Андрея, которые с целью убийства участвовали против него в заговоре.
Другой аналогичный случай произошел с последним царем Российской империи – Николаем II, который, как и св.Андрей Боголюбский, пострадал за ту же цель и то же святое дело. Это был благочестивейший, кроткий и смиренный человек. Для нас и нашего времени Русская земля, наверное, не знает высшего христианского подвига и жертвенной любви, которые проявил царь-мученик. По любви к Богу и Родине с ним могут сравниться лишь те рабы Божии, которые отдали свои жизни на фронтах, в застенках НКВД и лагерях ГУЛАГа. Тот, кто действительно любит Бога, не может не любить и дела Христова, а это есть царство Божие на земле, т.е. истинная Православная Церковь. Стало быть, он отдал свою жизнь за Отечество, и за Церковь Божию, как и должен поступить всякий верующий человек, если у него, как говорится, есть голова на плечах, вера и совесть – то, чем Господь снабдил христианина.
После свержения с трона царю и его семье предлагалось эвакуироваться за границу. Они могли бы загрузить свою парусную царскую яхту «Штандарт» золотом и другим скарбом и тихонько отплыть, допустим, в Данию или Англию, как в 1986г. сделал Фердинанд Маркос, президент Филиппин. Когда его свергли, он нагрузил самый вместительный «Боинг» золотом и деньгами, вывез богатств не менее чем на $6 млрд., взял с собой своих приближенный и перебрался с Филиппин на Гавайские острова в экваториальной части Тихого океана, где растут кокосовые пальмы и такие блага, как в земном раю. Так же поступил и последний иранский шах Пехлеви. После изгнания из страны он прихватил золото и скитался на чужбине, но далеко не ушел: враги его вычислили и зарезали на операционном столе. Получается, что глава государства несет ответственность за свои действия перед народом и перед Богом, поэтому он никогда не должен забывать о своем долге, а если необходимо, то и пострадать за свой народ. Если ты господин государства, значит, ты должен быть отцом своего народа: Персии, России или Филиппин, и не смеешь никуда бежать. Ты не просто правишь, ты должен делать все на благо людей и процветание страны, а по-христиански, в первую очередь ты должен заботиться о спасении твоих граждан. Ведь за всякие недочеты и упущения в управлении государством, за воспитание твоих подданных и подготовку их к Царствию Небесному ты должен будешь ответить на суде Божием.
Российский царь Николай II не бежал, как другие, за границу, не прятал золото и драгоценности. Он лишь помышлял о спасении России и думал о своих подданных, но не многие остались ему верны до конца. Царь не бросил Россию, потому что и духом, и телом был вместе со своим народом. Он был частью Святой Руси, поэтому и не мог оставить, исполнив свой царский и христианский долг до последнего издыхания. А какой нечеловеческий подвиг понесла царица Александра Федоровна, которую презирали враги Христа: генералы и министры, оказавшиеся масонами, которых царь кормил, одевал в маршальские и генеральские погоны, осыпал всеми благами и почестями, за что они и предали его! И вот она, будучи немкой по происхождению и ставшая русской по духу, сказала: «Мое Отечество не Германия, а Россия». Царица Александра была истинная матерь русского народа, ведь она не уехала за границу хотя бы ради спасения своих детей, а осталась со своим семейством и погибла.
После безбожной революции 1917 года митрополиту Московскому Макарию была открыта великая тайна Божия. Видит он во сне, как Спаситель держит две чаши и говорит царю Николаю II: «Эта горькая чаша – для твоего народа, предавшего тебя, эта сладкая – для тебя». Долго царь-мученик на коленях упрашивал Господа ему выпить горькую чашу и, тем самым, спасти русский народ от погибели. Наконец Господь согласился и вынул из горького пития раскаленный уголь и дал и дал царю Николаю. Тот, перекидывая уголь с руки на руку, просветлялся, и по мере того, как уголек истлевал, царь все больше излучал свет, пока не стал подобен солнцу. И был митрополиту во сие глас: «Русский народ прощен».
Помните, подобный случай был в Ветхом завете с великим пророком Моисеем, который по повелению Божию поднялся на Синайскую гору, где 40 дней провел в посте и молитве, после чего принял от самого Бога скрижали с десятью заповедями. Гора содрогалась от могущества Божия, разразилась страшная гроза, а в это время брат Моисея Аарон с израильтянами вылил золотого тельца для поклонения. Когда евреи поклонились золотому тельцу, Моисей пришел в негодование и разбил небесные скрижали, которые ему вручил Бог. И Господь сказал пророку: «За такое неслыханное беззаконие и предательство, Я уничтожу евреев и из твоего семени воздвигну новый народ». Но Моисей упросил, чтобы Господь лучше наказал его, а народ помиловал; поскольку он угодил Богу и был вождем богоизбранного народа, Господь внял его молитве и пощадил и его, и народ. Видите, какую разную цену понес ветхозаветный народ и новозаветный. В Новом Завете за богоотступничество уже потребовалась жертва. Тут так просто не обойдешься: «Прости меня, Господи», – нет, здесь надо было повторить подвиг Христа, смыть кровью грех русского народа, ибо ему было столько дано, как ни одному другому народу мира.
Посмотрите, в каком государстве мы родились и живем, какие богатства нам даровал Господь: от Карпат и до Сахалина, от Мурманска и до Памира. Ни одно государство не имело того, что сложилось за 10 веков бытия России, а теперь враги нашего Отечества кинулись расхищать наши национальные богатства, которые были даны по слову Божию: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложится вам» (Мф. 6; 33). И наши прадеды искали правды Божией, хранили веру Православную и церковные предания, защищали и строили храмы, а все остальное приложилось.
С древних времен к русским княжествам в Центральной России добровольно присоединялись другие земли. Алтайцев и дальневосточников не захватывали и не уводили в неволю, они сами просились в подданство к русскому царю. В начале XIX в. была присоединена Средняя Азия, также не завоевана, а принята в лоно великого государства – Святой Руси. Наше территориальное пространство не было завоевано никакими крестоносцами, а с евангельской проповедью прошли по нему в XIV в. преподобные Сергий и Герман на север до Валаама, свт. Стефан Пермский в землях коми, в XIX в. святитель Иннокентий просвещал алеутов, архимандрит Макарий дошел до Алтая, и их с любовью принимали живущие там люди. И вот, когда такое государство избаловалось, «заелось» в лице первых его представителей: умников из интеллигенции, искавших истины не в Православии, а в отрекшемся от Христа Западе, когда за ними последовал и простой народ, случилось отступление от Господа и вечных христианских истин. Тогда-то по попущению Божию эти вероотступники совершили революцию против царя, государства и Бога. По парижам и берлинам в тайных масонских обществах эти мнимые просветители страны искали пищу для своей души, и поэтому стали такими звероподобными, Иванами, не помнящими родства, предателями не только царя и народа, но и Самого Христа.
Царь Николай II выполнял волю Божию. Он отдал свою жизнь за свой народ и за всех нас. Разве пошлешь сейчас какого-нибудь правителя, чтобы он пострадал за нас, чтобы он ради Отечества пошел на казнь? Наверное, никто не согласится, если мы ежим и разбегаемся, как мыши по углам, здесь, в ограде монастыря, боимся лишнее слово сказать, как бы там не откликнулось эхо против нас за пределами обители. До сих пор на работе стесняемся признаться, что мы верующие, как бы нас при первом сокращении за это не уволили. Даже при родителях и знакомых боимся сказать слово в защиту Христа и проявить любовь к своему Отечеству, не говоря уже о том, чтобы защитить его не только в уме, а на словах и на деле, а то вдруг тебя за дурака посчитают. Вы, наверное, видели снимок, где Николай II работает, пилит дрова, а бывшие его подчиненные – солдаты, граждане государства, во главе которого он стоял, его караулят. Царская семья не боялась работы, в I мировую войну Александра Федоровна и августейшие дочери работали в госпитале медсестрами и сиделками, не брезговали ухаживать за простыми солдатами и всячески облегчали их страдания. У царя не было личного секретаря, всю необходимую работу он выполнял сам. Т.е. царские особы не отличались ничем от других людей: ели, пили, трудились, но по духу и нравственным качествам оказались выше всех. Царь ожидал казни и добровольно, обладая таким богатейшим, сильнейшим и славнейшим государством, каким являлась до революции Российская Империя, изволил пойти на эшафот. Ведь он с царицей знал о своей участи, о том, что их всех ожидает. Ибо в письме, которое было передано от Павла I и продиктовано прорицателем Авелем, было написано пророчество об императоре из рода Романовых, который будет царствовать через 100 лет после Павла I.
Господь принимает жертву не от каждого, не всякий удостоится пострадать за весь народ. Если человек разбойник, богоотступник или грешник, он может претерпеть спасительные муки только за свои грехи, а тут за 190-миллионное государство пострадал наш царь-мученик. Сами знаете, нет жертвы выше перед Богом, чем положить душу за други своя, даже если ты одного человека спасешь, а сам погибаешь – великая награда на небе. Если вы владеете малыми крохами знания истины Христовой, то должны понять, что не каждого Господь сподобит пострадать за такую державу, за такой великий народ. И не только за народ, но и за Православную веру, ибо русский народ – носитель истины Божией, Евангелия и Православия. Царь Николай II уподобился своим мученическим подвигом Христу и пострадал за народ, ибо за такие неслыханные кощунства и беззакония, предательство веры и Отечества требовалась именно искупительная жертва от помазанника Божия.
Мы читали Послание Патриарха и Священного Синода Русской Православной Церкви ко дню убиения царской семьи, и там говорится, что необходимо не только осудить грех цареубийства, но и покаяться в нем всем людям. Если солдаты не послушают своего командира или рабочие завода не станут подчиняться своему начальству, что им будет? Накажут или выгонят с работы. А тут не послушали императора, а не какого-нибудь начальника или директора. Истинность избрания на царство подтверждается возлиянием мира, как об этом прекрасно изложено в Библии. Таким миром для вечного спасения христианина помазывают один раз в жизни при крещении, и только в особых случаях миро изливают во второй раз – это при поставлении царей. Изливали миро на Саула, на Давида. В России также изливалось миро на царей и императоров. И последним, на кого была излита такая благодать и поставлена печать небесная, был царь Николай II. А мы дерзнули в лице наших отцов отречься и предать его в руки врагов, поэтому мы выглядим сегодня преступниками и уголовниками, пошли против царя и предали его, а значит, пошли против воли Божией и предали Царя Небесного.
Обратите внимание, слово царь усвояется не многим правителям государств, а только православным. Был царь в Болгарии, в Сербии, в Константинополе, был царь Иверии и царь России. Кажется, какая разница: король или царь, президент или генсек? А разница, оказывается, есть, и колоссальная. Бог называется Царем Небесным, и его посланник называется царем, чтобы мы ни с кем не путали и не говорили, что не знаем. Он прообразует Царя Небесного, т.е. послан с Неба. Видите, какое удостоверение выдано царю. В каждом регионе России сейчас есть представитель президента, вот если кто-нибудь убьет его, то что будет этому человеку? Его посадят и казнят. Так и Господь за убийство царской семьи попустил на нас меч, и были убиты миллионы наших соотечественников. Наш царь был защитником Отечества и веры, он вел нас, будучи руководителем Православного царства, к Царству Небесному. А мы взяли, как злые виноградари, и убили сына хозяина виноградника. Что будет этим виноградарям? Их убьют. И истреблял нас Господь, а мы спрашивали, почему и за что у нас были такие злые правители: Ленин, Берия, Хрущев, Горбачев, Ельцин и все прочие. Это был суд виноградарям, убившим посланца Божия, который пришел за урожаем, т.е. за душами верующих, чтобы подготовить их и забрать в Царство Небесное.
Враги Христа и сегодня работают и мешают нашей Церкви, тормозят прославление царской семьи в нашем Отечестве. В этом нет ничего удивительного, ведь с каким трудом причислили к лику святых солнце Русской земли – преподобного Серафима Саровского, 70 лет не прославляли, то, что можно говорить о гражданском лице Николае II, который, может быть, по святости равняется прп. Серафиму Саровскому и не ниже его. Тут придирок по политической части сколько угодно, и вот мы до сих пор ведем тяжбу о его прославлении. Надо молиться, чтобы в России восторжествовала правда, утвердилась Христова вера, и по молитвам новопрославленного царя-мученика Николая II у нас бы воцарился законный православный царь из династии Романовых, как об этом пишется в пророчествах о будущей судьбе России. Аминь.
Метки: большевики, Россия, революция, грех, Справедливость, Государь, Николай, император
Что нам делать?
Автор: Иван Александрович Ильин
Эта статья профессора И.А.Ильина была напечатана в XVI-ом сборнике "День русского ребенка" (С.-Франциско, апрель 1954 года) в виде письма на имя редактора сборника Николая Викторовича Борзова.
Глубокоуважаемый Николай Викторович!
Вы просили меня, чтобы я написал для Вашего журнала "о себе самом". Я понимаю это так, что мне следует формулировать для Ваших читателей мои жизненные воззрения и убеждения. Я делаю это с радостью. И при этом исхожу из вопроса: что нам делать? - нам, русским людям, верным России и ищущим путей к ее возрождению...
И вот, с самого начала нам надо признать, что кризис, приведший Россию к порабощению, унижению, мученичеству и вымиранию, был в основе своей не просто политический и не только хозяйственный, а духовный. Трудности хозяйственные и политические могут возникнуть и накопиться везде и могут обрушиться на каждое государство. Но каждому народу даются духовные силы именно для того, чтобы преодолевать эти трудности и творчески справляться с ними, не впадая в разложение и не отдавая себя на соблазн и растерзание силам зла... Но в роковые годы I-й мировой войны (1914-1918) русские народные массы не нашли в себе этих необходимых духовных сил: эти силы нашлись только у героического меньшинства русских людей; а разложившееся большинство, - ибо за вычетом пассивно-нейтральных "хороняк" это было, по-видимому, большинство, - соблазнилось о вере, о церкви, о родине, о верности, о чести и о совести, пошло за соблазнителями, помогло им задавить, замучить и выбросить за рубеж верных и стойких, а само было порабощено на десятки лет своими соблазнителями.
Политические и экономические причины, приведшие к этой катастрофе, бесспорны. Но сущность ее гораздо глубже политики и экономики: она духовна.
Это есть кризис русской религиозности. Кризис русского правосознания. Кризис русской военной верности и стойкости. Кризис русской чести и совести. Кризис русского национального характера. Кризис русской семьи. Великий и глубокий кризис всей русской культуры.
Я глубоко и непоколебимо верю, что русский народ справится с этим кризисом, восстановит и возродит свои духовные силы и возобновит свою славную национальную историю. Но для этого ему необходимо, прежде всего, свободное дыхание воли и разума; - и честные, верные слова диагноза, целения и прогноза. А это дыхание отнято у него в России - уже тридцать лет. Оно имеется только у нас, за рубежом, и то далеко не у всех и не цельное. Отсюда наша величайшая ответственность перед Россией.
Мы не должны, мы не смеем упрощать и снижать проблему нашего национального возрождения. Мы должны честно, как перед лицом Божиим, исследовать наши слабости, наши раны, наши упущения; признать их и приступить к внутреннему очищению и исцелению. Мы не смеем предаваться церковным раздорам, партийным распрям, организационным интригам и личному честолюбию. Мы должны стоить себя заново: внутренно, духовно; готовить те верные слова и те оздоровляющие идеи, которые мы выскажем нашим братьям в России, в глубокой уверенности, что мы и там найдем наших единомышленников, втайне все время помышлявших и радевших о России, о ее очищении и восстановлении.
После того, что произошло в России, мы, русские люди, не имеем никакого основания гордиться тем, что мы ни в чем не передумали и ничему не научились, что мы остались верны нашим доктринам и заблуждениям, прикрывавшим просто наше недомыслие и наши слабости. России не нужны партийные трафареты! Ей не нужно слепое западничество! Ее не спасет славянофильское самодовольство! России нужны свободные умы, зоркие люди и новые, религиозно укорененные творческие идеи. И в этом порядке нам придется пересматривать и обновлять все основы нашей культуры.
Мы должны заново спросить себя, что такое религиозная вера? Ибо вера цельна, она строит и ведет жизнь; а нашу жизнь она не строила и не вела. Мы во Христа крестились, но во Христа не облекались. Наша вера была заглушена страстями; она была разъедена я подорвана рассудком, который наша интеллигенция принимала за Разум. Поэтому мы должны спросить себя, что такое Разум и как добывается его Очевидность. Эта очевидность разума не может быть добыта без сердечного созерцания. Им-то Россия и строилась больше всего: из него исходила (в отличие от католичества и протестантства) Православная вера; на нем покоилось в России верное правосознание и военная доблесть; им было проникнуто все русское искусство; им вдохновлялась ее медицина, ее благотворительность, ее чувство справедливости, ее многонародное братство.
И вот, созерцающая любовь должна быть вновь оправдана после эпохи ненависти и страха и вновь положена в основу обновляющейся русской культуры. Она призвана возжечь пламя русской веры и верности; возродить русскую народную школу; восстановить русский суд, скорый, правый и милостивый, и переродить русскую систему наказаний; она призвана перевоспитать в России ее администрацию и ее бюрократию; вернуть русскую армию к ее суворовским основам; обновить русскую историческую науку в традициях Забелина; окрылить и оплодотворить всю русскую академическую работу и очистить русское искусство от советчины и от модернизма. И главное: ВОСПИТАТЬ В НАРОДЕ НОВЫЙ РУССКИЙ ДУХОВНЫЙ ХАРАКТЕР.
Подготовляя это духовное возрождение в наших исследованиях, мы должны поставить перед собою и разрешить ряд вопросов глубокого, последнего измерения.
Почему так необходима и драгоценна человеку духовная свобода? Почему так важно воспитать в человеке самодеятельную и ответственную духовную личность? В чем сущность верного характера и как возрастить его в русских людях? Что такое христианская совесть и как осуществляется совестный акт? Почему надо беречь и держать в чистоте семейную жизнь? Как найти духовные основы и духовные пределы патриотизма и национализма? Чего требует справедливость - равенства или неравенства? Каковы суть аксиомы правосознания, нарушение которых разложит всякий режим и погубит всякое государство? Каковы суть необходимые аксиомы демократии, без коих ее нелепо вводить и бессмысленно поддерживать? В чем основы монархической власти, отсутствие которых погубит всякую монархию? Каковы суть аксиомы и задачи академического преподавания? Почему оно требует свободы для профессоров и самодеятельности от студентов? В чем состоит истинная свобода художника? В чем состоит художественность искусства? Почему ни одна отрасль духовной деятельности не терпит ни продажности, ни лести, ни личной, партийной и всякой иной закулисной протекции? В чем сущность здорового хозяйственного акта? Почему он требует свободной инициативы, частной собственности и братской щедрости? В чем состоит воочию обнаружившаяся антисоциальность социализма? В чем состоит противоестественность и отвратительность всякого тоталитаризма, - все равно левого или правого? В чем различие между авторитарным строем и тоталитарным? Почему Россия выросла политически и духовно в авторитарном строе и стала мировою раною при тоталитарном порабощении?
Ясно: вся, вся духовная культура, во всех своих священных основах требует от нас исследования и новых национально-русских ответов... И нашему народу предстоит встать из своего долгого унижения; покаяться в своих соблазнах и в своем падении, неизмеримо величайшем, чем то, о котором взывал некогда Хомяков; вновь утвердить свой национальный духовный 'лик и заткать новую ткань новой жизни. Это будет делом нескольких поколений; но оно будет осуществлено и достигнуто.
А теперь позвольте мне сказать два слона о себе лично.
На протяжении всей моей жизни, с тех пор как я приступил к самостоятельным научным исследованиям, я работал именно в этом направлении. Ибо я понял политические опасности России еще во время первой революции; я увидел соблазнительность новой русской поэзии и новой русской публицистики в годы, предшествовавшие первой мировой войне; и пережил крушение России кровью сердца и пять лет изучал большевизм на месте. И в советских тюрьмах давал себе клятву идти безоглядно по пути этих исследований.
Но я не торопился писать и печатать мои книги. Так, мое исследование "О сущности правосознания", законченное в 1919 году, читанное в виде курса лекций в московских высших учебных заведениях, обсужденное не раз в заседаниях московского юридического общества и в частных собраниях московской доцентуры и профессуры, доселе еще не увидело света. Я давал моим трудам спокойно вызревать в течение десятилетий. У меня есть темы, вынашивающиеся по тридцать
лет ("Учение о духовном характере", "Аксиомы религиозного опыта") и по сорок лет ("Учение об очевидности", "Монархия и республика"). Я возвращался к каждой теме помногу раз, через пять-шесть лет, и все время накапливал материал; потом садился писать, записывал все, что было зрело, и снова откладывал. Теперь мне 65 лет, я подвожу итоги и пишу книгу за книгой. Часть их я напечатал уже по-немецки, но с тем, чтобы претворить написанное по-русски. Ныне пишу только по-русски. Пишу и откладываю - одну книгу за другой и даю их читать моим друзьям и единомышленникам. Эмиграция этими исканиями не интересуется, а русских издателей у меня нет. И мое единственное утешение вот в чем: если мои книги нужны России, то Господь убережет их от гибели: а если они не нужны ни Богу, ни России, то они не нужны и мне самому. Ибо я живу только для России.
Эта статья профессора И.А.Ильина была напечатана в XVI-ом сборнике "День русского ребенка" (С.-Франциско, апрель 1954 года) в виде письма на имя редактора сборника Николая Викторовича Борзова.
Глубокоуважаемый Николай Викторович!
Вы просили меня, чтобы я написал для Вашего журнала "о себе самом". Я понимаю это так, что мне следует формулировать для Ваших читателей мои жизненные воззрения и убеждения. Я делаю это с радостью. И при этом исхожу из вопроса: что нам делать? - нам, русским людям, верным России и ищущим путей к ее возрождению...
И вот, с самого начала нам надо признать, что кризис, приведший Россию к порабощению, унижению, мученичеству и вымиранию, был в основе своей не просто политический и не только хозяйственный, а духовный. Трудности хозяйственные и политические могут возникнуть и накопиться везде и могут обрушиться на каждое государство. Но каждому народу даются духовные силы именно для того, чтобы преодолевать эти трудности и творчески справляться с ними, не впадая в разложение и не отдавая себя на соблазн и растерзание силам зла... Но в роковые годы I-й мировой войны (1914-1918) русские народные массы не нашли в себе этих необходимых духовных сил: эти силы нашлись только у героического меньшинства русских людей; а разложившееся большинство, - ибо за вычетом пассивно-нейтральных "хороняк" это было, по-видимому, большинство, - соблазнилось о вере, о церкви, о родине, о верности, о чести и о совести, пошло за соблазнителями, помогло им задавить, замучить и выбросить за рубеж верных и стойких, а само было порабощено на десятки лет своими соблазнителями.
Политические и экономические причины, приведшие к этой катастрофе, бесспорны. Но сущность ее гораздо глубже политики и экономики: она духовна.
Это есть кризис русской религиозности. Кризис русского правосознания. Кризис русской военной верности и стойкости. Кризис русской чести и совести. Кризис русского национального характера. Кризис русской семьи. Великий и глубокий кризис всей русской культуры.
Я глубоко и непоколебимо верю, что русский народ справится с этим кризисом, восстановит и возродит свои духовные силы и возобновит свою славную национальную историю. Но для этого ему необходимо, прежде всего, свободное дыхание воли и разума; - и честные, верные слова диагноза, целения и прогноза. А это дыхание отнято у него в России - уже тридцать лет. Оно имеется только у нас, за рубежом, и то далеко не у всех и не цельное. Отсюда наша величайшая ответственность перед Россией.
Мы не должны, мы не смеем упрощать и снижать проблему нашего национального возрождения. Мы должны честно, как перед лицом Божиим, исследовать наши слабости, наши раны, наши упущения; признать их и приступить к внутреннему очищению и исцелению. Мы не смеем предаваться церковным раздорам, партийным распрям, организационным интригам и личному честолюбию. Мы должны стоить себя заново: внутренно, духовно; готовить те верные слова и те оздоровляющие идеи, которые мы выскажем нашим братьям в России, в глубокой уверенности, что мы и там найдем наших единомышленников, втайне все время помышлявших и радевших о России, о ее очищении и восстановлении.
После того, что произошло в России, мы, русские люди, не имеем никакого основания гордиться тем, что мы ни в чем не передумали и ничему не научились, что мы остались верны нашим доктринам и заблуждениям, прикрывавшим просто наше недомыслие и наши слабости. России не нужны партийные трафареты! Ей не нужно слепое западничество! Ее не спасет славянофильское самодовольство! России нужны свободные умы, зоркие люди и новые, религиозно укорененные творческие идеи. И в этом порядке нам придется пересматривать и обновлять все основы нашей культуры.
Мы должны заново спросить себя, что такое религиозная вера? Ибо вера цельна, она строит и ведет жизнь; а нашу жизнь она не строила и не вела. Мы во Христа крестились, но во Христа не облекались. Наша вера была заглушена страстями; она была разъедена я подорвана рассудком, который наша интеллигенция принимала за Разум. Поэтому мы должны спросить себя, что такое Разум и как добывается его Очевидность. Эта очевидность разума не может быть добыта без сердечного созерцания. Им-то Россия и строилась больше всего: из него исходила (в отличие от католичества и протестантства) Православная вера; на нем покоилось в России верное правосознание и военная доблесть; им было проникнуто все русское искусство; им вдохновлялась ее медицина, ее благотворительность, ее чувство справедливости, ее многонародное братство.
И вот, созерцающая любовь должна быть вновь оправдана после эпохи ненависти и страха и вновь положена в основу обновляющейся русской культуры. Она призвана возжечь пламя русской веры и верности; возродить русскую народную школу; восстановить русский суд, скорый, правый и милостивый, и переродить русскую систему наказаний; она призвана перевоспитать в России ее администрацию и ее бюрократию; вернуть русскую армию к ее суворовским основам; обновить русскую историческую науку в традициях Забелина; окрылить и оплодотворить всю русскую академическую работу и очистить русское искусство от советчины и от модернизма. И главное: ВОСПИТАТЬ В НАРОДЕ НОВЫЙ РУССКИЙ ДУХОВНЫЙ ХАРАКТЕР.
Подготовляя это духовное возрождение в наших исследованиях, мы должны поставить перед собою и разрешить ряд вопросов глубокого, последнего измерения.
Почему так необходима и драгоценна человеку духовная свобода? Почему так важно воспитать в человеке самодеятельную и ответственную духовную личность? В чем сущность верного характера и как возрастить его в русских людях? Что такое христианская совесть и как осуществляется совестный акт? Почему надо беречь и держать в чистоте семейную жизнь? Как найти духовные основы и духовные пределы патриотизма и национализма? Чего требует справедливость - равенства или неравенства? Каковы суть аксиомы правосознания, нарушение которых разложит всякий режим и погубит всякое государство? Каковы суть необходимые аксиомы демократии, без коих ее нелепо вводить и бессмысленно поддерживать? В чем основы монархической власти, отсутствие которых погубит всякую монархию? Каковы суть аксиомы и задачи академического преподавания? Почему оно требует свободы для профессоров и самодеятельности от студентов? В чем состоит истинная свобода художника? В чем состоит художественность искусства? Почему ни одна отрасль духовной деятельности не терпит ни продажности, ни лести, ни личной, партийной и всякой иной закулисной протекции? В чем сущность здорового хозяйственного акта? Почему он требует свободной инициативы, частной собственности и братской щедрости? В чем состоит воочию обнаружившаяся антисоциальность социализма? В чем состоит противоестественность и отвратительность всякого тоталитаризма, - все равно левого или правого? В чем различие между авторитарным строем и тоталитарным? Почему Россия выросла политически и духовно в авторитарном строе и стала мировою раною при тоталитарном порабощении?
Ясно: вся, вся духовная культура, во всех своих священных основах требует от нас исследования и новых национально-русских ответов... И нашему народу предстоит встать из своего долгого унижения; покаяться в своих соблазнах и в своем падении, неизмеримо величайшем, чем то, о котором взывал некогда Хомяков; вновь утвердить свой национальный духовный 'лик и заткать новую ткань новой жизни. Это будет делом нескольких поколений; но оно будет осуществлено и достигнуто.
А теперь позвольте мне сказать два слона о себе лично.
На протяжении всей моей жизни, с тех пор как я приступил к самостоятельным научным исследованиям, я работал именно в этом направлении. Ибо я понял политические опасности России еще во время первой революции; я увидел соблазнительность новой русской поэзии и новой русской публицистики в годы, предшествовавшие первой мировой войне; и пережил крушение России кровью сердца и пять лет изучал большевизм на месте. И в советских тюрьмах давал себе клятву идти безоглядно по пути этих исследований.
Но я не торопился писать и печатать мои книги. Так, мое исследование "О сущности правосознания", законченное в 1919 году, читанное в виде курса лекций в московских высших учебных заведениях, обсужденное не раз в заседаниях московского юридического общества и в частных собраниях московской доцентуры и профессуры, доселе еще не увидело света. Я давал моим трудам спокойно вызревать в течение десятилетий. У меня есть темы, вынашивающиеся по тридцать
лет ("Учение о духовном характере", "Аксиомы религиозного опыта") и по сорок лет ("Учение об очевидности", "Монархия и республика"). Я возвращался к каждой теме помногу раз, через пять-шесть лет, и все время накапливал материал; потом садился писать, записывал все, что было зрело, и снова откладывал. Теперь мне 65 лет, я подвожу итоги и пишу книгу за книгой. Часть их я напечатал уже по-немецки, но с тем, чтобы претворить написанное по-русски. Ныне пишу только по-русски. Пишу и откладываю - одну книгу за другой и даю их читать моим друзьям и единомышленникам. Эмиграция этими исканиями не интересуется, а русских издателей у меня нет. И мое единственное утешение вот в чем: если мои книги нужны России, то Господь убережет их от гибели: а если они не нужны ни Богу, ни России, то они не нужны и мне самому. Ибо я живу только для России.
Метки: Россия, коммунисты, европа, православие, ВОЗРОЖДЕНИЕ, империя, Государь, помазанник
Император Николай II не отрекался от престола!!!
полная версия статьи: http://mdrussia.spb.ru/index.php?p=articles&area=1&action=displayarticle&id=84&name=imperator-nikolai-ii-ne-otrekalsya-ot-prestola
-------------------------------------------------------------------------------------------------
К сожалению, не приходится рассчитывать на помощь верных Государю людей – среди окружавших Его
Кругом… обман!
Николай II.
Я сообщаю вам только одни точные факты.
Выводы для оценки… сделайте сами.А. С. Лукомский. Протокол допроса.
Официальная версия отречения прописана детально. Многочисленные мемуары очевидцев, дым газетных репортажей и скупые строки дневника Императора - фрагментами мозаики легли в общую картину; свидетельства думских заговорщиков сплелись в причудливую вязь с показаниями заговорщиков Свиты. Согласно их обобщённой версии, 28-го февраля Царь выехал из Ставки в Царское Село, но был остановлен на пути следования сообщениями о безпорядках в Любани и Тосно. Развернув поезда, Государь приказал объехать бунтующий участок через ст. Дно и Псков на Царское. Но во Пскове Николаю II передали телеграммы командующих с мольбами об отречении, после чего Царь отрёкся, подписав два соответствующих манифеста.
Такова официальная версия. Концы интриги спрятаны надёжно, факты предательства тщательно затушёваны. Клятвопреступления вообще как бы не было - ведь Государь отрёкся Сам.
Тем не менее, факт заговора особо не скрывается даже его участниками. Но в чём же заключался заговор, если наличествует своей рукой подписанное отречение, если власть, добровольно или вынужденно, но СОБСТВЕННОРУЧНО была передана заговорщикам? На этот вопрос я попробую найти ответ.
К сожалению, не приходится рассчитывать на помощь верных Государю людей – среди окружавших Его очевидцев верных Царю не нашлось. "Кругом измена и трусость и обман!" Это ничего. Нам помогут "очевидцы" другого рода, долго молчавшие посреди лгавших нам людей, и донесшие до нас их тайны и измены. Это пожелтевшие в архивах листы экземпляров "отречения".
вот они:
Поглядим внимательно на эти бумаги. Неспешный их анализ поведает пытливому человеку многое. К примеру, всем изследователям бросается в глаза то, что подписи Государя сделаны карандашом. Удивлённые историки пишут, что за 23 года правления то был единственный раз, когда Государь поставил на документе карандашную подпись. Целиком разделяя их удивление, шагнем, однако, немного дальше, и проверим аутентичность самих подписей Царя и Фредерикса, оценим структуру текста "отречения" и установим его авторов, посчитаем буквы в тексте и уточним количество известных нам экземпляров "отречений".
-------------------------------------------------------------------------------------------------
К сожалению, не приходится рассчитывать на помощь верных Государю людей – среди окружавших Его
Кругом… обман!
Николай II.
Я сообщаю вам только одни точные факты.
Выводы для оценки… сделайте сами.А. С. Лукомский. Протокол допроса.
Официальная версия отречения прописана детально. Многочисленные мемуары очевидцев, дым газетных репортажей и скупые строки дневника Императора - фрагментами мозаики легли в общую картину; свидетельства думских заговорщиков сплелись в причудливую вязь с показаниями заговорщиков Свиты. Согласно их обобщённой версии, 28-го февраля Царь выехал из Ставки в Царское Село, но был остановлен на пути следования сообщениями о безпорядках в Любани и Тосно. Развернув поезда, Государь приказал объехать бунтующий участок через ст. Дно и Псков на Царское. Но во Пскове Николаю II передали телеграммы командующих с мольбами об отречении, после чего Царь отрёкся, подписав два соответствующих манифеста.
Такова официальная версия. Концы интриги спрятаны надёжно, факты предательства тщательно затушёваны. Клятвопреступления вообще как бы не было - ведь Государь отрёкся Сам.
Тем не менее, факт заговора особо не скрывается даже его участниками. Но в чём же заключался заговор, если наличествует своей рукой подписанное отречение, если власть, добровольно или вынужденно, но СОБСТВЕННОРУЧНО была передана заговорщикам? На этот вопрос я попробую найти ответ.
К сожалению, не приходится рассчитывать на помощь верных Государю людей – среди окружавших Его очевидцев верных Царю не нашлось. "Кругом измена и трусость и обман!" Это ничего. Нам помогут "очевидцы" другого рода, долго молчавшие посреди лгавших нам людей, и донесшие до нас их тайны и измены. Это пожелтевшие в архивах листы экземпляров "отречения".
вот они:
Поглядим внимательно на эти бумаги. Неспешный их анализ поведает пытливому человеку многое. К примеру, всем изследователям бросается в глаза то, что подписи Государя сделаны карандашом. Удивлённые историки пишут, что за 23 года правления то был единственный раз, когда Государь поставил на документе карандашную подпись. Целиком разделяя их удивление, шагнем, однако, немного дальше, и проверим аутентичность самих подписей Царя и Фредерикса, оценим структуру текста "отречения" и установим его авторов, посчитаем буквы в тексте и уточним количество известных нам экземпляров "отречений".
Метки: император, Николай, Романов, Россия, изменники, переворот, Государь
Книга И.Л.Солоневича «Народная монархия»
полная версия статьи: http://mdrussia.spb.ru/index.php?p=articles&area=1&action=displayarticle&id=73&name=narodnaya-monarhiya-chast-1
------------------------------------------------------------------------------------
Аннотация
Книга И.Л.Солоневича «Народная монархия», бесспорно, принадлежит к числу лучших историкофилософских произведений XX века. Изданная миллионными тиражами и хорошо известная зарубежному русскоязычному читателю, она по странному стечению обстоятельств все еще не получила достаточной известности у нас в стране. Кто в России плохой — власть или народ? Нация и национальность — не одно и то же, почему же Россия до сих пор ни то, ни другое? Почему иностранные слова нам нравятся больше, чем русские? Почему и с какого момента мы думаем, что мы глупее иностранцев? В чем подлинная причина Гражданской войны, а стало быть, и подлинная разгадка тайны победы Красной Армии над Белым Движением? Чем отличаются мотивации монарха и президента? Существует ли на самом деле загадка русской души — или только ее пропагандистский фантом? Перспективен ли русский народ с исторической точки зрения? — единая концепция, отвечающая на эти и другие вопросы, дана в предлагаемой книге с предельной убедительностью. Работа написана простым внятным языком и представляет собой редчайший сплав научной глубины и повествовательной доходчивости.
ЦАРСТВО ЦАРЯ ГОСУДАРЯ И ВЕЛИКАГО КНЯЗЯ МИХАИЛА ФЕОДОРОВИЧА ВСЕЯ РУСИИ В ЛЕТО 7121 Приидоша же изо всех городов, из монастырей к Москве Митрополиты, Архиепископы и изо всех чинов всякие люди, и начаша избирати Государя, и многое было волнение всяким людям, кийждо бо хотяше по своей мысли деяти, и кийждо про кого говоряше, не вспомянув бо Писание, яко Бог не токмо царство, но и власть кому хочет, тому даст, и кого Бог призовет, того и прославит. Бывшу же волнению великому, и никто ж не смеяше проглаголати еже что кто и хотяше сделати, коли Богу чему не повелевшу, и не угодно Ему бысть. Богу же призревшу на православную Христианскую веру, и хотящу утвердити на Российском государстве благочестивый корень, якоже издревле Израилтейскому роду царя Саула: тако убо и на наши слезы призре Бог, и даде нам праведного Государя; род бо праведных благословится, рече Пророк: и семя бо их в благословении будет. Тако благослови Бог и прослави племя и сродство Царское достохвальнаго и Святого блаженныя памяти Царя, Государя и Великого Князя Феодора Иоанновича всея России племянника, благоверного и Богом избранного, и Богом соблюдаемого от всех скорбей Царя, Государя, и Великого Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, сына Великобоярскаго рода, Боярина Феодора сына Никитича Юрьева, и положися во все люди мысль, не токмо в Велможи, или в служилые люди, но и в простые все православныя Хриcтияны и в сущие младенцы; и возопиша все велегласно, что любовен нам на Московское государство Михаила Феодорович Юрьев. В той же день бысть радость велия на Москве, и пойдоша в Соборную церковь Пречистыя Богородицы, и пеша молитвы со звоном и со слезми, и бяше радость велия, яко из тьмы человецы изыдоша на свет; и кто может судьбы Божия испытати; инии убо подкупахуся, и засылаху, хотяше взойти на такую степень. Богу же тако не изволившу. Он же благочестивый Государь того и в мыслях не имеяше и не хотяше, бывшу убо ему в то время у себя в вотчине, и не ведавшу того, да Богу он угоден бысть, и за очи помаза его Бог елеем святым, и нарече его Царем. из «Летописи о многих мятежах»
ЗАПИСЬ, РАЗОСЛАННАЯ ОТ МОСКОВСКОГО ЗЕМСКОГО СОБОРА ВО ВСЕ РОССИЙСКИЕ ГОРОДА ДЛЯ ПРИВЕДЕНИЯ ПО ОНОЙ ВСЯКОГО ЧИНА И ЗВАНИЯ ЛЮДЕЙ К ПРИСЯГЕ В ВЕРНОСТИ ИЗБРАННОМУ НА ВСЕРОССИЙСКИЙ ПРЕСТОЛ ГОСУДАРЕМ МИХАИЛУ ФЕОДОРОВИЧУ
1613, в феврале.
Целую сей Святый Животворящий Крест Господень Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии, и его Царице и Великой Княгине и их Царским детям, которых им Государям Бог даст, на том:
Служити мне ему Государю своему и прямить и добра хотеть во всем безо всякия хитрости; а опричь его, Государя, на Владимирское и на Московское Государство и на все Великия Государства Российского Царствия иного Государя из иных Государств, Литовского и Немецкого Короля и Королевичев и Царей и Царевичев из иных земель, и из Руских родов никого, и Маринки и сына ея на Московское Государство не хотети и Государства под ним Государем не подыскивати. А где велит Государь быти на своей Государеве службе, и мне, будучи на его Государеве службе, ему Государю служити, и с недруги его с Крымскими и с Ногайскими и с Литовскими и с Немецкими людьми и с изменники битися за него Государя, не щадя головы своей до смерти, и в Крым и в Литву и в Немцы и в иныя ни в которыя Государства не отъехати, и с изменники его Государевы не ссылатись, и ни в чем ему Государю не изменити никоторыми делы и никоторою хитростию и к воровству ни к которому не пристать.
Также мне во всем Государева Царева и Великого князя Михаила Феодоровича всея Русии здоровья оберегати и ему Государю никоторого лиха не мыслити; а где уведаю или услышу на Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии в каких людях скоп или заговор или иной какой злой умысл, и мне за Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии с теми людьми битись, и будет мочь сяжет, и мне их переимае привезти ко Государю; а будет за которыми мерами тех людей поимати не мочно, и мне про тот скоп и заговор сказати Государю или его Государевым боярам и ближним людям. Также мне, кто не станет Государю Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служить и прямить, и мне с ними битися, что с неприятели своими, до смерти.
Также мне самоволством, без Государева Царева и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии указу и ведома, ничего не делати, и скопом и заговором ни на кого не приходити, и никого не грабити и не побивати, и никакого дурна никому не чинити, и во всем ему Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служити и прямити и добра хотети безо всякия хитрости, по сему крестному целованью.
Целую сей Святый Животворящий Крест Господень на том на всем, как в сей записи писано.
------------------------------------------------------------------------------------
Аннотация
Книга И.Л.Солоневича «Народная монархия», бесспорно, принадлежит к числу лучших историкофилософских произведений XX века. Изданная миллионными тиражами и хорошо известная зарубежному русскоязычному читателю, она по странному стечению обстоятельств все еще не получила достаточной известности у нас в стране. Кто в России плохой — власть или народ? Нация и национальность — не одно и то же, почему же Россия до сих пор ни то, ни другое? Почему иностранные слова нам нравятся больше, чем русские? Почему и с какого момента мы думаем, что мы глупее иностранцев? В чем подлинная причина Гражданской войны, а стало быть, и подлинная разгадка тайны победы Красной Армии над Белым Движением? Чем отличаются мотивации монарха и президента? Существует ли на самом деле загадка русской души — или только ее пропагандистский фантом? Перспективен ли русский народ с исторической точки зрения? — единая концепция, отвечающая на эти и другие вопросы, дана в предлагаемой книге с предельной убедительностью. Работа написана простым внятным языком и представляет собой редчайший сплав научной глубины и повествовательной доходчивости.
ЦАРСТВО ЦАРЯ ГОСУДАРЯ И ВЕЛИКАГО КНЯЗЯ МИХАИЛА ФЕОДОРОВИЧА ВСЕЯ РУСИИ В ЛЕТО 7121 Приидоша же изо всех городов, из монастырей к Москве Митрополиты, Архиепископы и изо всех чинов всякие люди, и начаша избирати Государя, и многое было волнение всяким людям, кийждо бо хотяше по своей мысли деяти, и кийждо про кого говоряше, не вспомянув бо Писание, яко Бог не токмо царство, но и власть кому хочет, тому даст, и кого Бог призовет, того и прославит. Бывшу же волнению великому, и никто ж не смеяше проглаголати еже что кто и хотяше сделати, коли Богу чему не повелевшу, и не угодно Ему бысть. Богу же призревшу на православную Христианскую веру, и хотящу утвердити на Российском государстве благочестивый корень, якоже издревле Израилтейскому роду царя Саула: тако убо и на наши слезы призре Бог, и даде нам праведного Государя; род бо праведных благословится, рече Пророк: и семя бо их в благословении будет. Тако благослови Бог и прослави племя и сродство Царское достохвальнаго и Святого блаженныя памяти Царя, Государя и Великого Князя Феодора Иоанновича всея России племянника, благоверного и Богом избранного, и Богом соблюдаемого от всех скорбей Царя, Государя, и Великого Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, сына Великобоярскаго рода, Боярина Феодора сына Никитича Юрьева, и положися во все люди мысль, не токмо в Велможи, или в служилые люди, но и в простые все православныя Хриcтияны и в сущие младенцы; и возопиша все велегласно, что любовен нам на Московское государство Михаила Феодорович Юрьев. В той же день бысть радость велия на Москве, и пойдоша в Соборную церковь Пречистыя Богородицы, и пеша молитвы со звоном и со слезми, и бяше радость велия, яко из тьмы человецы изыдоша на свет; и кто может судьбы Божия испытати; инии убо подкупахуся, и засылаху, хотяше взойти на такую степень. Богу же тако не изволившу. Он же благочестивый Государь того и в мыслях не имеяше и не хотяше, бывшу убо ему в то время у себя в вотчине, и не ведавшу того, да Богу он угоден бысть, и за очи помаза его Бог елеем святым, и нарече его Царем. из «Летописи о многих мятежах»
ЗАПИСЬ, РАЗОСЛАННАЯ ОТ МОСКОВСКОГО ЗЕМСКОГО СОБОРА ВО ВСЕ РОССИЙСКИЕ ГОРОДА ДЛЯ ПРИВЕДЕНИЯ ПО ОНОЙ ВСЯКОГО ЧИНА И ЗВАНИЯ ЛЮДЕЙ К ПРИСЯГЕ В ВЕРНОСТИ ИЗБРАННОМУ НА ВСЕРОССИЙСКИЙ ПРЕСТОЛ ГОСУДАРЕМ МИХАИЛУ ФЕОДОРОВИЧУ
1613, в феврале.
Целую сей Святый Животворящий Крест Господень Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии, и его Царице и Великой Княгине и их Царским детям, которых им Государям Бог даст, на том:
Служити мне ему Государю своему и прямить и добра хотеть во всем безо всякия хитрости; а опричь его, Государя, на Владимирское и на Московское Государство и на все Великия Государства Российского Царствия иного Государя из иных Государств, Литовского и Немецкого Короля и Королевичев и Царей и Царевичев из иных земель, и из Руских родов никого, и Маринки и сына ея на Московское Государство не хотети и Государства под ним Государем не подыскивати. А где велит Государь быти на своей Государеве службе, и мне, будучи на его Государеве службе, ему Государю служити, и с недруги его с Крымскими и с Ногайскими и с Литовскими и с Немецкими людьми и с изменники битися за него Государя, не щадя головы своей до смерти, и в Крым и в Литву и в Немцы и в иныя ни в которыя Государства не отъехати, и с изменники его Государевы не ссылатись, и ни в чем ему Государю не изменити никоторыми делы и никоторою хитростию и к воровству ни к которому не пристать.
Также мне во всем Государева Царева и Великого князя Михаила Феодоровича всея Русии здоровья оберегати и ему Государю никоторого лиха не мыслити; а где уведаю или услышу на Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии в каких людях скоп или заговор или иной какой злой умысл, и мне за Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии с теми людьми битись, и будет мочь сяжет, и мне их переимае привезти ко Государю; а будет за которыми мерами тех людей поимати не мочно, и мне про тот скоп и заговор сказати Государю или его Государевым боярам и ближним людям. Также мне, кто не станет Государю Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служить и прямить, и мне с ними битися, что с неприятели своими, до смерти.
Также мне самоволством, без Государева Царева и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии указу и ведома, ничего не делати, и скопом и заговором ни на кого не приходити, и никого не грабити и не побивати, и никакого дурна никому не чинити, и во всем ему Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служити и прямити и добра хотети безо всякия хитрости, по сему крестному целованью.
Целую сей Святый Животворящий Крест Господень на том на всем, как в сей записи писано.
Метки: православие, сатанизм, зависть, гордыня, нравственность, Государь, Царь, император, НАРОД, Россия
В данном сообществе, возможно, есть записи, доступные только его участникам.
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в сообщество
Чтобы их читать, Вам нужно
