Записи с меткой: Счастье
Я желаю тебе счастья. Сказка.
Смеркалось. В небе начали зажигаться звёзды. Вот одна, потом ещё одна, потом ещё несколько. Они улыбались и приветствовали друг друга.
- Добрый вечер!
- Рада тебя видеть!
- Прекрасно выглядишь!
- Ты мне тоже очень нравишься!
- Я желаю тебе счастья!
" Я желаю тебе счастья!" - нежный звёздный шепот наполнял небо всю ночь тихой радостью и благодарностью.
Но однажды... Однажды одна маленькая звёздочка, как обычно, улыбнулась своей подружке:
- Привет! Я желаю тебе счастья!
Но та ничего не ответила.
- Привет! - повторила звёздочка чуть громче, - ты слышишь меня? Ты очень хорошая!
И опять молчание.
- Я тебя чем-то обидела? - забеспокоилась звёздочка.
И снова ей никто не ответил.
" Со мной не хотят разговаривать..." - расстроилась звёздочка, - Наверно я плохая..."
- Я не хочу быть плохой! - воскликнула она и похолодела от ужаса, - Я не хочу быть...
И ... погасла.
Как неразумно! Как легкомысленно! Разве можно звёздам холодеть? Разве можно отчаиваться? И из-за чего? Подумаешь, "не ответили", "не услышали".
И звёздам строго-настрого запретили разговаривать. Во избежание подобных инцидентов. Уж больно они ранимые. По ним ведь, по звёздам, и мореплаватели ориентируются, и птицы перелётные. А они - гаснуть! От непонимания!
Теперь в небесах такой закон: звёздочки молча появляются в сумерках и так же безмолвно исчезают к утру. Они ничего не могут сказать друг другу. Под страхом д-д-дисквалификации. Звёзды дисциплинированны и ответственны.
Но иногда... Иногда какой-нибудь звёздочке НЕВЫНОСИМО хочется прокричать кому-то:
- Я ЖЕЛАЮ ТЕБЕ СЧАСТЬЯ!
И она срывается...
- Я ЖЕЛАЮ ТЕБЕ СЧАСТЬЯ!..
И падает.
Закон есть закон.
А люди, ...те, которые ещё смотрят на звёзды.., говорят:
- Звезда упала! Это к счастью!
Конечно к счастью!!! Ведь эта звёздочка так желала кому-то СЧАСТЬЯ...
Маленькая светлая сказка.
Был день как день, обычный, будничный. Тучи набежали внезапно. Потемнело, зашумело, со страшным грохотом небо расколола ослепительная молния. И на землю ...хлынуло СЧАСТЬЕ..!
Что уж там в Небесах произошло - неизвестно, но вместо дождя лилось сияющее неземным светом Счастье! Я подставляла ему лицо и ладони, ловила губами. А потом раскрыла зонт и перевернула - чтоб в него, как в чашу, собиралось - Счастье.
..............
Дождь из Счастья прекратился так же внезапно, как и начался. Я бережно несла свой перевёрнутый зонт, наполненный Счастьем. Я хотела принести его домой. Но раскрытый зонт не проходил в дверь...
Я села на скамейку, поставила перед собой чашу-зонт со Счастьем и попыталась что-нибудь придумать. В голову ничего не приходило.
Я просто сидела и смотрела, как безмятежно мерцало Счастье в моем зонте.
- А ты молодец! - услышала я знакомый голос.
Передо мной стоял АНГЕЛ.
- Молодец, что собрала счастье. Понимаешь, у нас ЧП. Клапаны уже исправили, но резервуар со Счастьем пуст. Всё вылилось. Ушло в землю. Или затоптали безнадёжно. А этого - он взял из моих рук зонт со Счастьем, - вполне хватит, чтоб восстановить прежний уровень. Счастье ведь - система самовоспроизводящаяся. Важно лишь сохранить критическую массу.
И он исчез. Вместе с моим наполненным зонтом. А я ...улыбалась счастливо. В самом деле: что может быть лучше, чем вернуть Счастье - Небу.
И знать, что СЧАСТЬЕ ЕСТЬ.
И думать, сколько ещё людей в моём городе сегодня успели "промокнуть" под Счастьем.
....................
Конечно, это всего лишь сказка. А мораль такая:
Иногда мы получаем что-то, что и вместить не в силах. Не растопчите - ВЕРНИТЕ НЕБУ.
Что уж там в Небесах произошло - неизвестно, но вместо дождя лилось сияющее неземным светом Счастье! Я подставляла ему лицо и ладони, ловила губами. А потом раскрыла зонт и перевернула - чтоб в него, как в чашу, собиралось - Счастье.
..............
Дождь из Счастья прекратился так же внезапно, как и начался. Я бережно несла свой перевёрнутый зонт, наполненный Счастьем. Я хотела принести его домой. Но раскрытый зонт не проходил в дверь...
Я села на скамейку, поставила перед собой чашу-зонт со Счастьем и попыталась что-нибудь придумать. В голову ничего не приходило.
Я просто сидела и смотрела, как безмятежно мерцало Счастье в моем зонте.
- А ты молодец! - услышала я знакомый голос.
Передо мной стоял АНГЕЛ.
- Молодец, что собрала счастье. Понимаешь, у нас ЧП. Клапаны уже исправили, но резервуар со Счастьем пуст. Всё вылилось. Ушло в землю. Или затоптали безнадёжно. А этого - он взял из моих рук зонт со Счастьем, - вполне хватит, чтоб восстановить прежний уровень. Счастье ведь - система самовоспроизводящаяся. Важно лишь сохранить критическую массу.
И он исчез. Вместе с моим наполненным зонтом. А я ...улыбалась счастливо. В самом деле: что может быть лучше, чем вернуть Счастье - Небу.
И знать, что СЧАСТЬЕ ЕСТЬ.
И думать, сколько ещё людей в моём городе сегодня успели "промокнуть" под Счастьем.
....................
Конечно, это всего лишь сказка. А мораль такая:
Иногда мы получаем что-то, что и вместить не в силах. Не растопчите - ВЕРНИТЕ НЕБУ.
Олег Федосеев,
27-04-2009 19:31
(ссылка)
Моя Возлюбленная
Там, где ясны небеса,
Там, где девственны леса,
Там, в дворце из светлых снов, -
Там живёт моя краса.
Ах, она так хороша!
Так пленительно свежа!
И к тому же не продажная душа.
У возлюбленной моей
Гордый взгляд лучей-очей,
Но в них светит доброта, -
Станет с нею вам теплей.
На её тугую грудь
Счастье голову склонить, -
Лишь она сумеет всё понять-простить.
Ей подвластны все мечты,
Но её мечты просты:
Любит, как дитя, она
Песни, звёзды и цветы.
Я отдал бы мир, да лад
За её горячий взгляд,
Но она так далека, -
Не найдёт дороги сват!
Как ни кайся, пей – не пей, -
Нет её в пучине дней…
Ведь зовут красу Свободою моей!
источник: сеть
настроение: Веселое
хочется: Понимания
Анастасия Спешилова,
27-04-2009 15:52
(ссылка)
Разум или счастье?
Вольтер
История доброго брамина
В моих странствиях по свету мне довелось встретиться со стариком брамином, человеком чрезвычайно мудрым, очень остроумным и весьма ученым; вдобавок он был богат, а следовательно, особенно мудр, ибо, ни в чем не нуждаясь, мог никого не обманывать. Хозяйство его отлично вели три прекрасные женщины, всячески старавшиеся ему угождать; когда он не развлекался с ними, он погружался в размышления.
Неподалеку от его дома, весьма привлекательного, окруженного и украшенного прелестными садами, жила старуха индианка – набожная, глупая и бедная.
Однажды брамин сказал мне: «Я предпочел бы вовсе не появляться на свет». Я спросил у него – почему? Он ответил: «Я занимаюсь наукой сорок лет, и все эти сорок лет потрачены зря; я учу других, а сам в полном неведении; это так унизительно и противно, что жить мне невмоготу. Я родился, я живу во времени, а не знаю, что такое время; я нахожусь, как говорят мудрецы, в некоей точке между двумя вечностями, а не имею о вечности никакого представления. Я состою из некоего вещества; я мыслю, но никогда не мог уразуметь, что порождает мысль; я не ведаю, является ли присущее мне понимание просто способностью, подобной способности ходить, переваривать пищу, и мыслю ли я головою так же, как беру что-либо руками. Не только механизм моей мысли мне неизвестен, но скрыт от меня и механизм моих движений; я не ведаю, зачем я существую. Между тем мне изо дня в день задают вопросы на этот счет; приходится отвечать; ничего толкового я сказать не могу; я говорю много, но, сказав все это, смущаюсь, и мне становится стыдно перед самим собою.
Еще хуже, когда меня спрашивают действительно ли Вишну ( Вишну – одно из основных божеств древних индусов, член божественной троицы – «тpимурти», – куда входили также Брахма (как верховный бог) и Шива.) порожден Брамой или оба они предвечны. БОГ МНЕ СВИДЕТЕЛЬ, Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ НА ЭТОТ СЧЕТ, ДА ЭТО И ЧУВСТВУЕТСЯ В МОИХ ОТВЕТАХ. «АХ, ГЛУБОКОЧТИМЫЙ ОТЧЕ, – ГОВОРЯТ МНЕ, – ОБЪЯСНИТЕ НАМ, ПОЧЕМУ ЗЛО НАВОДНИЛО ЗЕМЛЮ». Я САМ В ТАКОМ ЖЕ ЗАТРУДНЕНИИ, КАК ТЕ, ЧТО ЗАДАЮТ МНЕ ЭТОТ ВОПРОС: ИНОЙ РАЗ Я ГОВОРЮ ИМ, ЧТО ВСЕ В МИРЕ ПРЕКРАСНО; НО ЛЮДИ, РАЗОРИВШИЕСЯ И ИСКАЛЕЧЕННЫЕ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ, НЕ ВЕРЯТ ЭТОМУ, КАК И САМ Я НЕ ВЕРЮ; Я ЗАМЫКАЮСЬ В СВОЕМ ЖИЛИЩЕ, ПОДАВЛЕННЫЙ ЖАЖДОЙ ЗНАНИЯ И СОБСТВЕННЫМ НЕВЕДЕНИЕМ. Я ЧИТАЮ НАШИ ДРЕВНИЕ ПИСАНИЯ, А ОНИ ТОЛЬКО СГУЩАЮТ ТЬМУ Я обращаюсь к друзьям; они отвечают мне, что надо наслаждаться жизнью и пренебрегать людьми; другим кажется, будто они что-то знают, – эти блуждают в каких-то нелепых умозаключениях; все это усугубляет мучительное чувство, владеющее мною. Иной раз я готов впасть в отчаяние при мысли, что после стольких исканий я не знаю ни откуда я появился, ни что я такое, ни куда я иду, ни что со мною станется».
Состояние этого человека повергло меня в истинную скорбь: невозможно было бы найти другого, столь же разумного и достойного. Я понял, что чем светлее его разум и чем чувствительнее его сердце, тем он несчастнее.
В тот день я поговорил с женщиной, которая жила по соседству с ним; я спросил у нее: огорчала ее когда-нибудь мысль, что ей неизвестно, как устроена ее душа? Она даже не поняла моего вопроса: за всю свою жизнь она ни на минуту не задумывалась над загадками, которые терзали брамина; она всем сердцем верила в перевоплощения Вишну и считала себя счастливейшей женщиной в мире – только бы ей иногда удавалось добыть из Ганга немного воды для омовения.
Я был поражен, что это жалкое создание чувствует себя таким счастливым, и, вернувшись к философу, сказал ему: «Неужели вам не совестно считать себя несчастным, когда у вашего порога живет механическое существо, ни над чем не задумывающееся и всем довольное?»
– Вы правы, – отвечал он, – я сотни раз говорил себе, что был бы счастлив, будь я также глуп, как моя соседка, и все же мне не хотелось бы такого счастья.
Эти слова брамина произвели на меня больше впечатления, чем все остальное; я подумал о самом себе и понял, что и я не пожелал бы счастья, если бы ради него надо было стать дураком.
Я изложил это философам, и они со мною согласились. «Однако в таком образе мыслей какое-то чудовищное противоречие, – говорил я, – ведь о чем же, в сущности, идет речь? О том, чтобы быть счастливым. Не все ли равно, быть умным или дураком? Более того: все довольные своей судьбой вполне уверены в том, что довольны; те же, что рассуждают, не уверены в том, что рассуждают здраво. Таким образом ясно, – говорил я, – что предпочтительнее не обладать здравым смыслом по той простой причине, что здравый смысл способствует нашему несчастью».
Все согласились со мною, и тем не менее никто не хотел быть дураком, чтобы быть счастливым. Отсюда я заключил, что если мы дорожим счастьем, то еще больше дорожим разумом.
Но, если пораздумать, окажется, что предпочитать разум счастью значит быть безрассудным. Как же объяснить это противоречие? Так же, как все прочие. Тут есть о чем поговорить.
История доброго брамина
В моих странствиях по свету мне довелось встретиться со стариком брамином, человеком чрезвычайно мудрым, очень остроумным и весьма ученым; вдобавок он был богат, а следовательно, особенно мудр, ибо, ни в чем не нуждаясь, мог никого не обманывать. Хозяйство его отлично вели три прекрасные женщины, всячески старавшиеся ему угождать; когда он не развлекался с ними, он погружался в размышления.
Неподалеку от его дома, весьма привлекательного, окруженного и украшенного прелестными садами, жила старуха индианка – набожная, глупая и бедная.
Однажды брамин сказал мне: «Я предпочел бы вовсе не появляться на свет». Я спросил у него – почему? Он ответил: «Я занимаюсь наукой сорок лет, и все эти сорок лет потрачены зря; я учу других, а сам в полном неведении; это так унизительно и противно, что жить мне невмоготу. Я родился, я живу во времени, а не знаю, что такое время; я нахожусь, как говорят мудрецы, в некоей точке между двумя вечностями, а не имею о вечности никакого представления. Я состою из некоего вещества; я мыслю, но никогда не мог уразуметь, что порождает мысль; я не ведаю, является ли присущее мне понимание просто способностью, подобной способности ходить, переваривать пищу, и мыслю ли я головою так же, как беру что-либо руками. Не только механизм моей мысли мне неизвестен, но скрыт от меня и механизм моих движений; я не ведаю, зачем я существую. Между тем мне изо дня в день задают вопросы на этот счет; приходится отвечать; ничего толкового я сказать не могу; я говорю много, но, сказав все это, смущаюсь, и мне становится стыдно перед самим собою.
Еще хуже, когда меня спрашивают действительно ли Вишну ( Вишну – одно из основных божеств древних индусов, член божественной троицы – «тpимурти», – куда входили также Брахма (как верховный бог) и Шива.) порожден Брамой или оба они предвечны. БОГ МНЕ СВИДЕТЕЛЬ, Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ НА ЭТОТ СЧЕТ, ДА ЭТО И ЧУВСТВУЕТСЯ В МОИХ ОТВЕТАХ. «АХ, ГЛУБОКОЧТИМЫЙ ОТЧЕ, – ГОВОРЯТ МНЕ, – ОБЪЯСНИТЕ НАМ, ПОЧЕМУ ЗЛО НАВОДНИЛО ЗЕМЛЮ». Я САМ В ТАКОМ ЖЕ ЗАТРУДНЕНИИ, КАК ТЕ, ЧТО ЗАДАЮТ МНЕ ЭТОТ ВОПРОС: ИНОЙ РАЗ Я ГОВОРЮ ИМ, ЧТО ВСЕ В МИРЕ ПРЕКРАСНО; НО ЛЮДИ, РАЗОРИВШИЕСЯ И ИСКАЛЕЧЕННЫЕ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ, НЕ ВЕРЯТ ЭТОМУ, КАК И САМ Я НЕ ВЕРЮ; Я ЗАМЫКАЮСЬ В СВОЕМ ЖИЛИЩЕ, ПОДАВЛЕННЫЙ ЖАЖДОЙ ЗНАНИЯ И СОБСТВЕННЫМ НЕВЕДЕНИЕМ. Я ЧИТАЮ НАШИ ДРЕВНИЕ ПИСАНИЯ, А ОНИ ТОЛЬКО СГУЩАЮТ ТЬМУ Я обращаюсь к друзьям; они отвечают мне, что надо наслаждаться жизнью и пренебрегать людьми; другим кажется, будто они что-то знают, – эти блуждают в каких-то нелепых умозаключениях; все это усугубляет мучительное чувство, владеющее мною. Иной раз я готов впасть в отчаяние при мысли, что после стольких исканий я не знаю ни откуда я появился, ни что я такое, ни куда я иду, ни что со мною станется».
Состояние этого человека повергло меня в истинную скорбь: невозможно было бы найти другого, столь же разумного и достойного. Я понял, что чем светлее его разум и чем чувствительнее его сердце, тем он несчастнее.
В тот день я поговорил с женщиной, которая жила по соседству с ним; я спросил у нее: огорчала ее когда-нибудь мысль, что ей неизвестно, как устроена ее душа? Она даже не поняла моего вопроса: за всю свою жизнь она ни на минуту не задумывалась над загадками, которые терзали брамина; она всем сердцем верила в перевоплощения Вишну и считала себя счастливейшей женщиной в мире – только бы ей иногда удавалось добыть из Ганга немного воды для омовения.
Я был поражен, что это жалкое создание чувствует себя таким счастливым, и, вернувшись к философу, сказал ему: «Неужели вам не совестно считать себя несчастным, когда у вашего порога живет механическое существо, ни над чем не задумывающееся и всем довольное?»
– Вы правы, – отвечал он, – я сотни раз говорил себе, что был бы счастлив, будь я также глуп, как моя соседка, и все же мне не хотелось бы такого счастья.
Эти слова брамина произвели на меня больше впечатления, чем все остальное; я подумал о самом себе и понял, что и я не пожелал бы счастья, если бы ради него надо было стать дураком.
Я изложил это философам, и они со мною согласились. «Однако в таком образе мыслей какое-то чудовищное противоречие, – говорил я, – ведь о чем же, в сущности, идет речь? О том, чтобы быть счастливым. Не все ли равно, быть умным или дураком? Более того: все довольные своей судьбой вполне уверены в том, что довольны; те же, что рассуждают, не уверены в том, что рассуждают здраво. Таким образом ясно, – говорил я, – что предпочтительнее не обладать здравым смыслом по той простой причине, что здравый смысл способствует нашему несчастью».
Все согласились со мною, и тем не менее никто не хотел быть дураком, чтобы быть счастливым. Отсюда я заключил, что если мы дорожим счастьем, то еще больше дорожим разумом.
Но, если пораздумать, окажется, что предпочитать разум счастью значит быть безрассудным. Как же объяснить это противоречие? Так же, как все прочие. Тут есть о чем поговорить.
В данном сообществе, возможно, есть записи, доступные только его участникам.
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в сообщество
Чтобы их читать, Вам нужно
