В субботу звонок в дверь.
Открываю.Стоит молодой человек в белой рубашке,с галстуком.
Отглаженные брюки. Просто конфетка- но сатанист чистой воды.
Мнёт в руках Библию.Что-то лепечет невнятное.
-Вы со мной хотели поговорить о Боге?- помогаю ему.
-Да!- на лице проявляется учтивая улыбка.
-А сколько вам лет?
- 22!
-Исполнится 33- приходите!
И закрываю перед ним дверь-
что он мне может сказать такого,
чего в свои 56 жизни под Богом я бы не знал?!

Живу в башне из слоновой кости.

[ Читать далее... → ]

В России даже бедные живут не по средствам! Воруют у соседей на огородах и в садах.Собирают и сдают пустую стеклотару, черный и цветной лом... Порой на свалках находят крупные пачки дензнаков, золотые украшения и, представляете, не платят налогов! А вы спрашиваете - где деньги?!
— Дак, это мы не воруем, — возражает мой знакомый автомеханик, лирический герой повести «лЖИЗНЬ» Валерий Александрович. — Мы приворовываем, а если быть экономически точным, сами берем то, что нам недоплачивают.
Вот так всегда — никто не хочет признаться даже себе, что нечист на руку, но всегда спешит осудить другого.


[ Читать далее... → ]

Виталий Кузнецов: "Поэзия - это лучшее, что мог придумать человек…"

Житель Северомуйска Виталий Кузнецов - индивидуальный предприниматель, содержит небольшой магазин и литературный журнал «Северомуйские огни», где публикуются авторы со всей страны, в том числе из Братска. Первые четыре номера распечатаны на обычном домашнем цветном принтере. Начиная с №5 за 2008г. тираж 100 экземпляров, типографская печать - выпускали журнал на общие деньги - в складчину - членов творческого совета и редколлегии. Виталий Кузнецов альтруист, пишущий стихи и прозу, публиковался в журнале "Сибирь", "Иркутском Альманахе" и других поэтических сборниках. Поэзия для него - это лучшее, что мог придумать человек, и потому, наверное, в его журнале так много стихов. Стихи любит просто как стихи, но не как стихи чьих-то известных авторов. Хотя среди поэтов выделяет Евгения Баратынского. Журналист и поэт Владимир Монахов расспросил начинающего редактора, как в таежной глуши он отважился издавать литературный журнал, когда многие известные издания под угрозой закрытия.

[ Читать далее... → ]

ОНА:

А ты помнишь наш счастливый гвоздь?
Нет? Совсем не помнишь?
Он был вбит в стену сарая, где стояла лавочка, столик для игр и турник и где мы проводили много свободного времени. Ты не можешь не помнить, потому что это ты вбил его в стену. Странно, что не помнишь. Ну и что, что прошло сорок лет. Наоборот, с возрастом отчётливее помнишь не то, что было вчера.
Когда это случилось? После окончания девятого класса, когда ты принёс из школы телескоп, и мы всё лето изучали звёздное небо. Считалось, что в тот год Марс приблизится к земле на самое короткое расстояние, и ты где-то прочитал, что даже в маленький телескоп можно рассмотреть каналы на этой планете. У директора школы, который преподавал у нас астрономию и физику, ты выпросил на лето телескоп, и тебе, как примерному ученику, его выдали. Никаких каналов мы, конечно, не увидели, поскольку телескоп оказался маломощным. Но, проводя до полуночи время с телескопом, мы видели море падающих звезд, и каждый торопился загадать желание на счастье. У нас была даже такая игра – кто первым загадает желание. Это ты помнишь? Ну, слава богу, что хоть этого не забыл.

[ продолжение тут → ]

Очень часто авторы вырывают фразы из контекста, тем самым создавая ложное представление о событиях, искажая ход истории человеческой мысли, порой и самой жизни.
На выходе из присутственного места, где проходила пресс-конференция, один журналист в сердцах бросил:
- Когда я слышу слово «культура», моя рука тянется за пистолетом. Не могу не согласиться с Гитлером, прав был фюрер.
- И вовсе не Гитлер это сказал, а Геббельс,- поправил его старший коллега.
- Какая разница, главное, что тянется и моя рука за пистолетом…
- Должен вас разочаровать, на самом деле сия крылатая фраза принадлежит драматургу Ханнсу Йосту, и сказана она по совершенно другому поводу,- поправил своих молодых коллег еще более старший по возрасту журналист, который получал образование ещё в советское время.
Я был поражен этими словами, потому что всю жизнь прожил с убеждением, что фраза принадлежит Геббельсу.
[ Читать далее... → ]

нынче разговаривают дети - девочки и мальчики, взрослые - женщины и мужчины, сантехники и министры. Мат больше не скрывается от постороннего слуха, не прячется в подворотне, а становится нормой жизни, потому что наш народ активно «на ём разговаривает». Люди с дипломами своей речи без «бля» уже давно не представляют. Вот и острослов Евгений Шестаков шутит: «Не подам руки человеку, который не матерится». Вона как!

На рынке три торговые дамы обсуждают мелкую финансовую проблему. Одна очень болезненно переживает свою денежную потерю в размере 500 рублей. А всё своё негодование вкладывает в отборные мужские маты. Проходит минута, другая, а дама всё никак не может успокоиться: «мать-перемать» летит из её крашеного рта на весь рынок. И слушающие её товарки даже не пытаются остановить подружку: привычное дело в торговых рядах. Первым не выдерживаю я.
- И сколько можно вашу брань слушать?- останавливаю даму.
- А что? – «матерщинница» удивленно смотрит на меня: кто тут посмел вякать?
- Только и слышно вашу брань. Пора бы угомониться, - вежливо намекаю.
- Так столько денег потеряла из-за ротозея сыночка!- не унимается дама.
- И об этом нужно орать на весь рынок отборным матом?- пытаюсь её урезонить…

[ Читать далее... → ]

Доморощенная сказка про:
русское «можно» и европейское «нельзя»…



…самое умное, что можно сделать, – это возвратиться в дураки…
Максим Горький
Сторож - самая массовая профессия:
каждый себе охранник чувства собственного достоинства.
России не хватает лирических новостей…
Поэтому ДНК-овать Россию лучше словом.

Из дневника


***
-Ты что – не русский?- кричала мать на сына интернациональной наружности за то, что тот ковырялся в грязи, испачкав обувь и одежду.
Странный вопрос для России?
А ведь звучит часто и повсюду на одной шестой части планеты. Вот и вчера слышал:
-Ты что не русский? - кричала киргизка буряту на сибирском рынке.
В России всё больше и больше нацменьшинств, вроде говорящих на одном языке, но всё меньше понимающих друг друга.


***
Если в России бессмыслицу поставить вне закона и автору под барабанный бой отрубить голову, то бессмысленность, обагрённая кровью, наполнится смыслом страдания. И тогда под её знамена встанут миллионы людей, чтобы первым делом захватить власть и начать казнить тех, кто не сумел понять смысл усвоенной ими бессмыслицы. Недаром в России смысл ищет форму при помощи топора, а бессмыслица - крепко-накрепко скрепляется кровавым содержанием…


***
У человечества накипело на душе русскими… Поэтому Россия не может развалиться на удельные княжества, оттого что в её основе лежит ген империи. Россия, даже теряя свои территории, всё равно обустраивается и ДНК-уется при помощи имперского гена, который живёт в каждом русском человеке на подсознательном уровне объединяющего языка. И нужно помнить, что благодаря этому имперский ген будет всегда собирать нашу страну даже теми русскими, кто эмигрировал, и теми не русскими, кто обрусел, и заново выливаться расплавленным историческим металлом в горнило большой империи. Даже если на территории Азиопы разрушить всё до основания, то Россия восстановится снова по странному стечению обстоятельств такого хода истории, когда закон центробежных сил окраин и русского зарубежья снова будет стянут и заново сформирует централизованную Россию с вечной вертикалью духовности. Только благодаря этому Россия, хотя с большими человеческими и материальными потерями, всегда выходит из одной экстремальной ситуации в ещё более экстремальное положение – и это называется вечный апокалипсис, который стал повседневной средой всеобщей русской империи, где, поскреби любого инородца, а он уже в основе русский, хотя и норовит доказать обратное, что он уже ЧЕЧЕНО-вечество.
[ Читать далее кому интересно,а кому нет:... → ]

Сергей Кузнечихин. Дополнительное время. Стихи. Красноярск. Издательство «Семицвет». 2010 год. Тираж 200 экз.

Каждый современный поэт ищет дополнительное время для своих стихов, но не каждый находит. Красноярец Сергей Кузнечихин своим стихам в книге нашел время и место среди нынешних читателей, уловив момент повышенного читательского внимания. Свой девятый сборник автор разделил на две жизнемысли - «После праздника» и «Стол». Между праздником и столом поэт проводит главный водораздел всеобщей лЖИЗНИ, датированный с 2009 по 1966 годы. Отсчет ведется в обратном порядке, и это заставляет нас вернуться в прошлое, которое, как выясняется , мало отличается от дня нынешнего.
При этом большую часть книги составляют стихи, написанные в стол. Хотя нынешний читатель большой разницы между остротой тем из прошлого и настоящего дня уже не найдет. А это говорит в пользу автора: он себе никогда не изменял. Новая книга стихов - это три года после праздника, когда поэт сумел в страшных 90-х выжить, а в не менее жутких нулевых дожить до юбилейного 60-летия, но не замкнуться в пенсионном забвении, а продолжает сочинять стихи.. Стол – все, что раньше по цензурным соображениям не попадало в печать, а лежало без движения, без включения в литературный процесс, под сукном времени. Такие тексты, по меткому определению Юрия Беликова, всегда «огнестрельная рукопись за пазухой», они готовы выстрелить в читательское сознание в любую минуту душевного спроса, если:

Успех пропитан запахом натужности –
Не тем, так этим маешься в угоду.
Лишь осознанье собственной ненужности
Даёт поэту полную свободу.
[ Читать далее... → ]

О новой книге Натальи Никулиной


между ледниковым периодом
и ледовым побоищем
проложить однажды
дорогу жизни
Советует своим читателям книги « Нести свет да нести» Наталья Никулина. И следуя этой подсказке поэта, я теперь нащупываю во времени и пространстве этот путь. Поездом возвращаюсь из Боровска в сторону Москвы и не выпускаю из рук книгу, которую мне автор подарила. Читаю, не замечая вокруг никого. Даже быстро пробегающий за окном новый для меня пейзаж не притягивает взгляда. Я душой окунулся в стихи. И ощущаю, как поэзия Никулиной расширяет мою жизнь, удаляя из неё острым и точным словом всё лишнее. Благодаря этому мир, конечно, не улучшается, но, несомненно, и не ухудшается. Он становится полнозвучнее в звенящей тишине бытия, подтверждая мою излюбленную мысль, что жизнь дается один раз, и прожить её лучше со стихами!

[ Читать далее... → ]

О намерении организовать такой музей поэт Евгений Евтушенко впервые сообщил два года тому назад в Братске. В экспозиции среди художников с мировыми именами почётное место занимают полотна братского живописца Сергея Моисеенко. На протяжении последних лет знаменитый поэт поддерживает и активно пропагандирует творчество нашего земляка. Прежде о братском художнике говорили - «широко известен в узких кругах». Но теперь ситуация может кардинально измениться.



17 июня в Переделкино открылся музей-галерея известного поэта Евгения Евтушенко, в который вошли коллекция живописи ста лучших мировых художников и 300 фотографий, сделанных поэтом во время поездок по свету, различные литературно-исторические документы и рукописи, в том числе и поэма «Братская ГЭС». "Я побывал в 96 странах, и эти работы отражают мои путешествия. Но все-таки, как многие говорят, наиболее удачные вещи – это фотографии Сибири, моих родных мест", – не устаёт повторять поэт. Музей построен на личной земле и на средства поэта.




В музее Е.Евтушенко

[ Читать далее... → ]

Журнал «Волга» опубликовал новую повесть братского прозаика Александра Кузьменкова «Десятая годовщина». На сей раз местный сочинитель избрал своими героями декабристов, чей мятеж, по прихоти автора, увенчался удачей…




В выборе темы Кузьменков не оригинален. Написать альтернативную историю декабристов пытались многие. Первым, как ни странно, стал маститый историк Натан Эйдельман. Потом тему разрабатывали Лев Вершинин и Юлия Глезарова. Но «Десятая годовщина» – пожалуй, первая попытка вписать героев Сенатской площади в паттерн русской исторической цикличности. Победа Рылеева, Муравьева & Co для автора мало что значит, – куда важнее, будет ли от нее хоть какой-нибудь прок?

Итак, осень 1835 года. Вот-вот минет десять лет с тех пор, как Российская Империя стала Российской Республикой. Однако разница между ними практически неощутима. Формально у власти Временное Верховное правление, фактически страной правит диктатор Пестель, глава тайной полиции. Вчерашние рыцари свободы стали строгими цензорами (Кюхельбекер), пристрастными судьями (Рылеев), казнокрадами (Оболенский). Главная забота государственных мужей – любой ценой удержаться у кормила. Потому в Российской Республике 1835 года действует жесткое Уголовное Уложение (нумерация его статей странным образом совпадает с УК РФ) и процветает политический сыск. Народ по-пушкински безмолвствует, – однако податей хронически не платит…
[ Читать далее... → ]

"Мы на стихи обречены", -

сказала о себе и своих коллегах по стихотворному ремеслу Ольга Никитина. Каждый день она пытается по мере сил и таланта жестокость мира украсить стихотворным поиском. Она убеждена: только словом можно хотя бы ослабить, если не удаётся полностью изменить, тягостность бытия, в котором ритм и рифма поэта - такая же драгоценность, как вода и хлеб. А с помощью слова можно найти себя в "стихах иль облаках", разницы между которыми поэтическая душа Никитиной не чувствует. Но знает точно: "Смесь чувств и мыслей варится в тиши", а "путь приводит к свету".
Никитина вкладывает в уста лирического героя простые истины "Всё, что пожнёшь - вновь сеешь". Это книга, где каждый её прочитавший до последней страницы найдёт для себя лучшее стихотворение. Такое стихотворение нашёл для себя в сборнике Ольги Никитиной и автор этих строк - это "Весеннее многоточие", в котором я прочитываю своё душевное состояние нынешнего дня:

За вымытым окном с весной в ладах,
с чириканьем веселым, беззаботным
расселись воробьи на проводах,
как многоточья на линейках нотных,
начертанных в немыслимых трудах
бегущим током. В будущих садах,
похожие на маленькие точки,
беременны разбуженные почки,
что зеленеют прямо на глазах.
Послать бы их по электронной почте
загадкой человеку одному,
сидящему в своём пустом дому...
Он там грустит в щемящем многоточье,
он средь него и днём живёт, и ночью,
себя не посвящая никому,
не доверяя Богу самому.

У книги Ольги Никитиной не будет большого тиража, но её найдёт незаметный, вдумчивый читатель, для которого рифмованное слово станет важнее казённо-телевизионного. Этим силён хоть и тихий, но настоящий поэтический звук Никитиной, ведь она говорит с читателем, не нарушая чужих поэтических границ, не переходя чужого поля, работает на отведённом ей пространстве Слово, к которому тяготеет душа русского читателя.
Она легка на отклик поэтов, и в жизни, и в слове больше заботится о других, чем о себе. Редкий дар для современного автора. Стихи в исполнении Ольги Никитиной не слабость и не сила, а отражение духовного мира, в котором поэты пытаются собрать всё, что создано вселенским и людским разумом. Воспроизводство хлеба и стихов - повседневная работа, и стихи русские люди не перестанут сочинять даже через 200 лет, хотя информационное общество уже давно пытается обнулить поэзию. Но обнулять поэзию не позволяют такие стихотворцы, как Оля Никитина, которые навсегда усвоили простую истину:

полезно сеять хлеб
бесполезно воспевать сев
полезно растить хлеб
бесполезно воспевать рост
полезно жать хлеб
бесполезно воспевать жатву
полезно есть хлеб
бесполезно воспевать процесс еды
....................................
Но всё, что посеял, вырастил, сжал, - съели,
а бесполезные песни остались!

Такие ощущения и мысли возникают при чтении книги Ольги Никитиной, которая прежде существовала только в Интернете. А теперь активный сетевой автор с боязнью и трепетом выводит её на бумагу - святая святых для любого поэта, - отдавая на суд читателям.
Надеюсь и верю, что читатель Ольги Никитиной не будет разочарован.

Маленький человек родился маленьким, рос маленьким и, повзрослев, остался маленьким. Он просыпался по утрам маленьким, маленьким шел на службу и делал маленькую работу. Потом забирал из маленького детсада маленького сына, гулял с ним в маленьком дворике, пока маленькая жена не звала кушать маленький ужин. Маленький человек ложился спать маленьким и вставал по утрам все таким же маленьким, как вчера. И завтра он будет маленьким, и умрет он маленьким, и могилка у него будет маленькая, и память о нем будет маленькая.
Но маленький человек каждую ночь смотрит сны, где действуют большие-пребольшие люди, которые однажды стали явью и сделали мир таким, каким маленький человек видел в своих снах. Большой красивый мир, который опять заселили маленькие люди, которым снились сны большой яви. Но это все та же история, только про других маленьких людей, маленьких, как ты и я.
- Но ты ведь большой, очень большой, - выслушав историю, запротестовала женщина.
- Это только тебе кажется, - возразил создатель мифов.

- А ты бы стал стреляться из-за любви? – неожиданно спросил меня Валерка Слущенков. - Я? Никогда!- решительно отвёл его вопрос. – А ты такую мысль для себя допускаешь? - Да, я бы, наверное, покончил с собой, если бы любимая женщина меня отвергла или пуще того умерла бы.




[ Читать далее... → ]

13 января, день русской печати. Журналисты, как правило, гордятся своими заметками и острыми темами. Я же в этот день всегда вспоминаю, как мы с коллегами помогли старому человеку переселиться из общежития в однокомнатную квартиру, не написав при этом ни строки. Но всё по порядку.


- За новую квартиру!- сказал Александр Васильевич Голосов, по праву старшего поднимая первый бокал вина.
- С новосельем тебя, Володя! - поддержал Серёга Долгих.
- Спасибо, что помогли переехать! Как бы я без вас! - в свою очередь поблагодарил я коллег по редакции газеты "Строитель БАМа".
Нам понадобилась пара часов, чтобы перевезти все громоздкие вещи из моей однокомнатной квартиры в трёхкомнатную, которою мне выделила власть, когда я перешёл работать из многотиражной газеты собкором "Восточно-Сибирской правды" по Братску. Мебели было немного. Всё поместилось в одну машину, и хватило трёх пар крепких мужских рук перетаскать наш семейный скарб на пятый этаж без лифта.
И теперь мы сидели на кухне, обмывая это знаменательное событие.

[ Читать далее... → ]

(детские мемуары взрослого человека)


С первого класса я учился с Валей Б.а из нашего двора. Девочка она была болезненная: слабенькая и худенькая. Часто пропускала уроки, и ее мама поручила мне опекать подружку. И я опекал - по дороге в школу и домой. Как-то по пути после уроков говорили обо всех наших одноклассниках. Перед домом стали обсуждать наших "толстунов".
- У нас в классе три толстяка!- сказал я.
- Четыре!- самоуверенно поправила меня девочка.
- И кто четвертый?- немало удивился я.
- Ты! - без сомнения простодушно ответила худенькая Валя.
[ Читать далее... → ]

1. Бог мыслил Бытием, но чувствовал людьми – конец всему!
2. Бог творил в Ничто. В Бытие Бог сам Ничто и одновременно Всё, и потому не творит.
3. Бог был занят самим собой.
4. Некоторым показалось, что Бог на память завязал узелок жизни и умер, а древо жизни растет на его могиле.
5. И всё-таки Бог умер... Народ не заметил потери Творца!
6. Иные думают, что Бог снял с себя маску бессмертия и затерялся в людской толпе. Теперь иногда позволяет себе появляться гением не обученным.
7. Если Бога давно нет, то этого отсутствия больше всего и надо бояться, ведь Божья кара осталась.



8. (смотри рисунок) Корень кубический извлечь из:
а/ половинки человеческого сердца, которое соединившись с высшим, формирует в слове начальную букву "Б";
б/ яблока, подвешенного на рее виселицы, потомка того самого запретного плода познания, что вкусили в раю Адам и Ева, столкнув с мёртвой точки вечности колесо истории, набив колею человеческого бытия;
в/ глаголь, что как змей искуситель свивается в знак бесконечности, распадаясь посредине, стремясь замереть в славянской вязи прописной буквы "г", с которой начинается божественный глагол, зажигающий сердца людей.
9. Бог спасёт всё – учат древние мудрецы. А мне кажется – только МЫ ВСЕ можем спасти Бога. Будущее Бога-духа – БОГ-ОТЕЦ, БОГ-СЫН, БОГ-ВНУК!
10. И сказал Бог-внук: "Бог стал научным термином, а вера в Господа нашим научным поиском!"

Он жил своим умом.
Из эпитафии.

1.
- Одни пишут о том, что видят, другие лишь о том, что знают! – любил повторять мой коллега по журналистскому цеху Георгий Богдановский.
Сам ли он придумал этот афоризм или, как человек начитанный, раздобыл у кого-то из умных авторов, я так и не удосужился спросить. Но мне нравился этот постулат, благодаря которому я знал: дураки пишут лишь когда видят всё вокруг, а умные берутся за перо, когда понимают суть происходящего изнутри. Дураки снаружи, мы – внутри.
Но однажды моя самоуверенность была поколеблена. Я выпустил крохотную книжечку верлибров «Завещание пейзажа/ Правда лица», которая заканчивалась, как мне казалось, такими проникновенными строками:

КАК МНОГО ДЛЯ ЖИВЫХ ЗНАЧИТ СМЕРТЬ –
ТАК НИЧЕГО ДЛЯ МЕРТВЫХ НЕ ЗНАЧИТ ЖИЗНЬ.

Я гордился этой почти библейской, соперничающей в Екклезиастом формулой бытия небытия, и мои немногочисленные читатели с восторгом спотыкались об это двухстишие и несли своё восхищение автору, который знал, о чем пишет. Автор действительно думал, что знает, что проник в суть проблемы бытия небытия. Но однажды книжечку прочитал известный современный поэт Виталий Кальпиди и тоже споткнулся об эти строки. Но не восхитился, а выжурил меня в своём отклике: «Не пишите того, чего не знаете наверняка», - был категоричен поэт. Обвинение, что я пишу о том, чего не знаю, стало самым жестоким оскорблением для меня. А разве я не знаю? А откуда знает Кальпиди, что всё может быть не так, как увиделось мне? Дискуссии не получилось. Поэт не спорил – он бросил реплику и забыл. А я остался наедине с самим собой, и восторг первооткрывателя сменился на унижающее каждого пишущего сомнение.
[ Читать далее... → ]

*
Сквозь остатки вишневого сада
Русский дух заголяет зады.
И картины земного распада
Прикрывает Отечества дым.

*
В стороне от стольного града
От попутных ветров ошалев
Развязался язык листопада
На словарном запасе дерев

Осень – чистый продукт антиквара
В щебетанье пернатой листвы
На задворках ночного кошмара
Будет в сторону вечности выть

* * *

Виктору Сербскому

Не проходит и года,
чтобы нам не пророчили конец света.
И пока идут разговоры об Апокалипсисе,
жизнь продолжается!


Из дневника

Что в мире делать
бедному человеку,
если рыбу опасно есть
даже из Братского моря,
А хорошего неоткуда
взять улова,
если даже у Господа
ненадёжно слово,
которое лучше всего
хранить в библиотеке,
где все мысли живут
никогда не ссорясь.
Кто виноват и что делать?
Если последняя в мире шлюха
доказывает по ТВ,
что она непорочная дева,
а дрейфующая Земля
заглядывает несмело
по ту сторону света,
напрягая тугое ухо:
может, черти свиснут
и позовут налево!
Что-что в мире делать?
Даже если грохочут вулканы,
любимая варит варенье
и жарит котлеты,
когда согласно календарю
зима сожмет руками
горло – будем пить чай
и вспоминать Апокалипсис
прошлого лета!

Современные юмористы утверждают, что все люди родом из детства, только нынешние политики из телевизора. И в этом нет преувеличения - с помощью голубого экрана неизвестного человека можно за одну «минуту славы» сделать популярным идолом современности. И наоборот.
…смотри как жизнь придумана хитро
нас в телевизор видимо поймали

Когда-то написал поэт Алексей Цветков и оказался пророчески прав.
Но при этом выясняется, чем больше в мире телевизоров (аппаратов), тем меньше у цивилизации телевиденья (как явления социального творчества). Количество включенных экранов не переходит в качество производства творческого и рационального позитива. Не случайно мы видим на экране одни и те же лица- вечный Жириновский, оживленный Кашпировский, забалтывающие любые проблемы Познер и Горбачев, а тут еще телепрезидент и телепремьер…Мир людей явно глупеет перед экраном: включил телевизор - и ты в толпе перекормленных развлечениями! Но, тем не менее: телевидение набрало в обществе такое влияние, такой оборот промывки мозгов, что меня не удивит, когда однажды выйдет слащаво улыбающийся во весь белозубый рот ведущий программы и торжественно провозгласит:

" БОГ - В СТУДИЮ!».
[ Читать далее... → ]

***
Костри, поэзия, страну на ширь всея души!
***
Обмен веществ идет по вдохновенью!
***
Нам касса – свет в окошке!
***
Авоська бытия - народ самоиздат!
[ Читать далее... → ]

В минувшую пятницу Братский драматический театр свой спектакль по мотивам повести Валентина Распутина «Последний срок» показал автору. Журналист Владимир Монахов побывал на премьере в качестве зрителя, и вот какие наблюдения, мысли, ощущения вынес после просмотра.

В очередной раз маститый писатель Валентин Распутин посетил Братск. Вместе с ним приехал в наш город известный критик и публицист, биограф писателя Валентин Курбатов (Псков). Приезжать в северный город Распутин считает своим долгом: здесь живут родственники, здесь могила мамы, об этом городе у него написан страшный рассказ «В ту же землю…». Здесь живут его читатели, которые всё ещё приходят на встречи с писателем. Последнее такое общение состоялось осенью прошлого года при большом стечении народа, чем Распутин был ошеломлён. Он не скрывал своего удивления, что читатель его жив.

[ Читать далее... → ]

Я работал в газете и интересовался книгами. Знакомая молодая учительница сказала мне, что в ее школе пылятся старинные книги.
- Где? – не на шутку разволновался я.
- На чердаке хранятся,- спокойно ответила собеседница.
- Покажи немедленно!- потребовал я. И она меня повела на чердак школы. Действительно, среди разного бестолкового хлама лежала небольшая стопка запылившихся книг, выпущенных в Х1Х веке. Я просто потерял дар речи - прежде в нашем провинциальном городе я таких столь редких книг не видел.

[ Читать далее... → ]

Пятнадцать лет тому назад, в 1994 году, возвращаясь в Россию из Вермонта после вынужденной эмиграции, Александр Исаевич Солженицын был полдня в Братске. Путь возвращения на Родину лауреата Нобелевской премии вышел продолжительным. Стартовал в конце мая на Дальнем Востоке, прошёл через всю Сибирь, по всей России до самой Москвы. В Братске писатель побывал 17 июня. В числе тех, кто встречал писателя, был журналист Владимир Монахов.
[ Читать далее... → ]

палач-левша чувствовал сердцем
как с каждым выстрелом в головы
осужденных на смерть
наган становился легче
на девять граммов

*
Память дружна - дружба беспамятна!
Забвение - способ передвижения от годовщины к годовщине
отсутствия поэта.
Толпа почитателей по закономерностям несуществования играет роль очередного юбилея,в котором прописными буквами славы
подытоживается масштаб одиночества уединившегося гения.
Где прошлого - на роман,будущего - на стихотворение,
а настоящего - на каждый день поминутного забвения.




На Савкиной Горке птенцы гнезда "Илья-Премия" - август,2007 года

На картошке Пушкин не вырастет!

Муза.



Сегодня многим кажется, что литература иссякла, а остались лишь споры о ней как о факте истории, о том, что литература - была! Поэтому многим тяжело живется с ощущением, что национальные запасы поэзии исчерпаны и уже нельзя сказать ничего нового, яркого, самобытного. Язык переживает очередной кризис, мучаясь ветхим заветом русского мата, который выдается за последнее слово в литературе, хотя на самом деле ведет к оскудению поэтического ландшафта.

Но я чувствую новое поколение, которое уже очищает речь, и прежде всего речь поэтическую, пробуждая прозрение, что уровень отечественной поэзии и стихосложения на самом деле достаточно высок. Волевой силой творчества проявляется масса авторов, демонстрирующих высокое мастерство, утонченность вкуса, завидную виртуозность духа, пробивную силу таланта, которые и не снились поэтам сто лет тому назад. Многие из сегодняшних поэтов могли бы в начале ХХ века стать классиками, продиктовав иной ход литературе. Сегодня стать маяком поэтического движения куда сложнее, поскольку общий уровень поэтической культуры настолько высок, что на фоне самого лучшего лидер не может четко проявиться. Но точную инструкцию, как стать лучшим, дал когда-то Федор Сологуб: "Будет время, когда придет настоящий разбойник в литературу. Он смело и открыто ограбит всех, и это будет великий русский поэт". Известное универсальное средство - кто не грабил, тот не разбогател - можно считать справедливым и для литературы. Пример тому - бессмертный Александр Пушкин, который сплавил жажду русской поэтической речи с европейскими литературными сюжетами, дав настоящий толчок развитию отечественной культуры. Но, как заметил Михаил Гаспаров, хотя новые классики и вороваты, но грабят по-мелкому, выборочно и каждый одного... "Поэтому мало надежды, что из них явится Пушкин". Поэты, прислушивайтесь к рекомендациям умных людей! Пора широко грабить предшественников, ведь России нужна новая великая литература!

Да, раньше приходили гении, чтобы добыть слово из главного Слова - Бог, теперь вокруг и внутри литературы толпятся лишь те, кто намерен к Слову Бог дописать свои, но пока что у них получается - "Здесь был Вася".

рисует А.Кузьменков (Братск)

*

Из пункта А. в пункт П.
выходит стихотворение, загруженное звуками, буквами, словами, знаками препинания, метафорами и прочей необходимой стихомассой, с которой ей надлежит добраться до станции Поэзия…
А в это же время из пункта Я. в пункт П.выходит Поэт, плохо выбритый, обременённый замыслами, весь обчувствованный воспоминаниями о вчерашнем походе к любимой женщине. Ему так не хочется тащиться на станцию Поэзия, но его уже там ждет стихотворение, которое ему назначило свидание.
И потому он мучительно движется по заданному направлению.
Но никто не знает - состоится ли их встреча в пункте П.
Вполне может так случиться, что они разминутся.
Стихотворение надолго застрянет в пункте П., в ожидании другого Поэта, а наш Поэт потащится к любимой женщине, где его с радостью примут и без слов…

*
Просыпаясь по утрам,с трудом вспоминаниюсвои Имя, Отчество и Фамилию, номер квартиры и дома,название улицы, куда давно не выходил,город, где все меня забыли,страну, которая отказалась меня любить, планету, которая для веселья мало оборудована…
Так провожу весь день в странных воспоминаниях о том,
чего никогда не было и не будет…
К ночи снова засыпаю, чтобы начать утро с восстановления своего имени…


Странное занятие для русского мертвеца

Постой минутку с протянутой рукой
………...
А если положат камень,
не обижайся…

Геннадий Алексеев

У церкви стоят нищие:убогие, больные, сирые.И среди них еще вполне крепкий мужик.

Проходя мимо Слава Богов положил в его ладонь камень-
- За что? - спросил мужик смиренно.
- Не обижайся! Начни строить Дом
Или… крепость…

Истинный мудрец проходит по жизни незамеченным. Так живет и мой герой Слава Богов. Люди приходят к нему на совет, он помогает им разобраться в житейских ситуациях, но никогда не записывает своих мыслей. "А зачем записывать? - удивлялся моей настойчивости Слава Богов. - Я не уверен, что высказанные мною мысли - мои. А если не уверен, то и незачем их заносить на бумагу". Но я не согласился с позицией мудреца. Записывать за другими - моя профессия. Так родился этот дневник.



***

- Ты всегда учил нас не плыть по течению! - сказали как-то ученики Славе Богову.

- Да, учил, и сейчас не отказываюсь от своих слов.

- Но сам-то ты плывешь по течению, - возразили ученики.

- Правильно! Я плыву по течению. Но теперь знаю, что плохо учил вас, если вы даже не заметили самого главного - я изменил ход течения в нужную мне сторону.

- Значит, ты по-прежнему плывешь против течения?

- Конечно, а вы в этом усомнились?



* * *

- Мы не знаем, как нам дальше жить, - пришли к Славе Богову простые люди. - Где нам добывать деньги, чтобы кормить детей?

- А где ваши деньги, которые вы имели прежде и заработали вчера? - спросил у них Слава Богов.

- Их украли!

- Все правильно. Сегодня деньги стремятся туда, где больше всего их воруют. Вы умеете воровать?

- Нет! Мы умеем только работать.

- Тогда не печальтесь, что нет денег. Их и не должно быть у вас. Нищего - не разорить! Утешьтесь хоть этим.



* * *

Слава Богов никогда не участвовал в выборных кампаниях. А на последних выборах оказался в числе кандидатов в депутаты.

- Почему вы изменили своим принципам и пошли на выборы? - спросили у него избиратели.

- По Достоевскому. "Грязнотцы захотелось"
[ Читать далее... → ]

продолжение преследует





- В тебе смесь Дон Кихота

и Бога, - сказал я ему однажды.

В тот момент он был польщен,

но на следующий день пришел ко мне

рано утром и заявил:

- Про Дон Кихота мне не понравилось.

Эмиль Чоран " Признания и проклятия"



Открыл глаза и стал сторожить мысль, которая этим утром пробудила его ото сна. Он хорошо помнил, что это была уютная, надежно обжитая им во сне мысль, которую он до поры до времени прятал не столько ото всех, сколько от себя самого. Для того чтобы надежно скрывать мысль, он и сам надежно маскировался среди тех, кто умело читал мысли по глазам, и потому каким-то немыслимым образом приучился жить с закрытыми глазами мертвеца. Но настало время легализоваться, даже если впереди ожидало Ничто.

Но мысль не шла и даже не стремилась наружу, она застряла где-то на полпути, цепко удерживаясь в сновидении, на краю которого он её терпеливо поджидал. Мысль как будто навсегда осталась там, где ей было уютно и раздольно, потому что именно там она ощущала себя главной, справедливой и продуктивной.

А вместо важной мысли в голове теснились невесть откуда прорвавшиеся второстепенные слова, которые изобилием повторов разрушали её стержень. Эти слова всегда существовали в координатах его знаний как избранные цитаты из чужих размышлений.

Цитат этих он знал великое множество, но в первую минуту пробуждения ему было не до них. Здесь и сейчас было очень важно полностью от первой до последней буковки, а также звуков продумать себя самого своими словами, лишь после этого он сможет проснуться, встать на ноги и начать новый день творения.

Но чужое душило, парализуя волю осмысленного до безгоризонтальных краёв, мешая выйти наружу родному и очень важному, спотыкаясь о слово "который". И тут он ни с того ни с сего вспомнил, как вполне способный к сочинительству Илья Ильич Обломов бросил создавать послание, когда запутался, дважды повторив слово "который" в одном предложении, и, не справившись с этой трудностью русской письменной речи, решил ничего не писать далее. Впрочем, все-таки он писал и после этой неудачи, но неловкость от неуклюжего "который" преследовала его.

Ох, если бы Лев Николаевич Толстой был человеком по- настоящему самокритичным, то, прочитав историю Обломова, принял бы его терзания близко к сердцу и мировая литература лишилась бы классика, ведь у него из непроходимых "которых" городился просто частокол лингвистический.


[ Читать далее... → ]

Мария сошла с автобуса, и взгляд её остановился на мужчине из… ночного сна. Господи! Сколько раз она мечтала увидеть наяву, прикоснуться к нему, услышать его настоящий голос. И вот сейчас это может сбыться.
Но мужчина, не обращая внимания на Марию, быстро- быстро удалялся. Рванувшись сквозь толчею на остановке, Мария догнала мужчину из сна, и цепко взяла его за руку.
-Здравствуй…. – она запнулась, впервые осознав, что не знает даже его имени. Но тут же собралась с мыслями и добавила: - Милый!
-Кажется, уже виделись, - недовольно заметил мужчина и попытался освободить руку из крепких пальцев Марии.
-Но это было там, - радовалась, что мужчина признавал их знакомство, Мария. – Там во сне. Ведь ты мне снишься. Снишься часто-часто.
-Знаю, - отметая всякие сомнения, подтвердил мужчина. И неожиданно спросил: - А ты куда идешь, Мария?
[ Читать далее... → ]

эссе



И пошел я к Ангелу

И сказал ему:

Дай мне книжку.

Он сказал мне:

Возьми и съешь её;

Она будет горька

Во чреве твоём,

Но в устах твоих

Будет сладка, как мёд.

Иоанн Богослов [1]



Мы живём в очень странное время, которое явило нам довольно-таки старый и одновременно совершенно новый жанр - архив. Русский классик ХХ века, по подсказке своей читательницы, кокетливо повторял: "Не надо заводить архивов, над рукописями трястись!" [2] Конечно, не надо, как известно каждому пишущему. Потому что через каждое десятилетие от всего написанного и даже своевременно изданного сохраняется один процент востребованного. Это фольклорная статистика литературы, которая существует бездоказательно помимо серьезных научных исследований, но интуитивно принимается писателями, которые внутренне стремятся ее опровергнуть своими архивами, с завидной регулярностью возобновляя художественное производство текстов.

Вот для этого явились, вошли и осваивают современный этап литературы новые активные сочинители, о которых можно сказать, что они напишут всё, что напишется, и издадут всё, что издаётся. Так они устроены технологически, потому что желание напечатать всё, что написано, стало их доминантой, главной отличительной чертой и душевной наклонностью.

Теперь благодаря таким сочинителям литературный процесс зачастил, ускорился и выплеснулся сладкоголосой пеной за пределы устоявшихся жанров, выйдя за четкие рамки самой литературы.

С некоторых пор свои дневники, записные книжки и письма они печатают раньше, чем рассказы, повести и романы, поскольку сами произведения они даже не успевают написать в силу своей занятости повседневными набросками. Поэтому черновые наброски к литературным произведениям становятся достоянием такого же нетерпеливого, как сами сочинители, читателя. Впрочем, ничего удивительного в этом нет: сегодня в искусстве доминируют творческие люди серийного производства, для которых мало понятен смысл штучности товаров культуры, поэтому система потребления нацелена на одноликость и обязательное сходство с предыдущим культ-товаром, который требует досрочно открывать закрытое.

В результате некогда недоступный архив писателя стал обновленным доминирующим документальным жанром современной литературы. Исчезло из обихода полузакрытое понятие - "лаборатория писателя". Рабочий кабинет автора включен в систему гласности и открытости. Самый на сегодня популярный "Живой журнал" [3], а также его многочисленные разновидности в Интернет-массиве (или месиве) широко разрекламированы и наиболее освоены современными писателями и их читателями как информационные ресурсы, которые с повседневной регулярностью заполняются свежими текстами, имеющими мало общего с широко известными литературными жанрами.

[ Читать, но никаких гру(з)дей... → ]