Записи с меткой: замечательные люди России
Кузнецова Юлия,
04-05-2012 05:39
(ссылка)
Листовка ЦК ВКП(б) к 67-ой годовщине Великой Победы
Товарищ!
Центральный Комитет Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) поздравляет Вас с 67-годовщиной Великой Победы! Спустя шестьдесят семь лет, явственно видно величие подвига советского народа, руководимого Всесоюзной коммунистической партией (большевиков) во главе с Иосифом Виссарионовичем Сталиным, в разгроме самых реакционных сил ХХ века – фашизма и его союзников. Шестьдесят седьмую годовщину Великой Победы приходится отмечать в условиях, когда утрачены почти все её результаты. Народ-победитель лишён своей Великой Державы-победительницы – Союза Советских Социалистических Республик. Границы России, претендующей на статус преемника СССР, проходят по рубежам времён Ивана Грозного, а сама она превратилась из Великой Державы в «большую шестёрку в большой семёрке», почти полностью лишившись всех друзей и союзников.
И если сегодня правители России, лицемерно провозглашая себя наследниками Победы, на деле продают Россию за доллары, евро и прочую свободно конвертируемую валюту, то поднять знамя свободы и реальной независимости России должны мы, коммунисты-большевики. Для нас патриотизм – это не просто любовь к тому месту, где ты родился, для нас патриотизм – это не баня, водка, блины на масленицу и крашеные яйца на пасху. Для нас патриотизм – это желание видеть нашу Родину, которую на протяжении многих столетий собирали, укрепляли, строили и защищали наши предки – Великой державой, независимой ни от валютных подачек, ни от окрика Вашингтона или Берлина. Державой, в которой трудовой народ, является хозяином своей судьбы. Державой, которая располагает могучими Вооруженными силами, которые способны охладить пыл любого охотника до богатств нашей страны. Державой с Вооружёнными силами, офицеры которых не подрабатывают в свободное время грузчиками или охранниками, в рядах которой не культивируются нравы уголовного мира; Вооружёнными силами, которые служат не для защиты «новых русских» и их хозяев, использующих людей в погонах как пушечное мясо в своих кровавых разборках из-за дележа прибыли или нефтепроводов. Той Державой, в которой человек в погонах воспринимается трудовым народом нашей страны, да и всего мира как герой, защитник, наставник, освободитель – то есть именно так, как воспринимался Советский солдат в победном мае 1945 года. Той Великой Державой, молодёжь которой не ищет интереса в наркотиках и разврате, с тревогой заглядывая в завтрашний день, а в которой у каждого человека отсутствует страх перед будущим, где есть уверенность в завтрашнем дне. Великой державой, в которой нефть, газ, недра, лес, земля, заводы и всё остальное принадлежит людям труда, а не иностранным инвесторам и их отечественным приказчикам. Той Великой Державой, которая прокладывает новый путь для всего человечества на Земле и в Космосе. Одним словом, Великой державой, которая как Великая может быть только Советской, Социалистической.
Скачать листовку можно по следующей ссылке:
Bolshevick.narod.ru/Listok/20120509.pdf
Контактный адрес и телефон – можете указать мой – yulkuz@mail.ru, я немедленно передам письма нашим товарищам, телефон редакции нашей легальной газеты –
8-926-417-61-73
Можете указать свой – говорю о товарищах – членах ВКП(б) в регионах.
Листовку размножьте, перепостите, повесьте в информресурсы, распечатайте и распространите 9 Мая. Пусть знает нынешняя власть, избравшая в качестве своего знамени боевой штандарт гитлеровских холуёв-власовцев – трёхцветный матрас – что мы, большевики, стоящие под Красным Знаменем Ленина-Сталина, Красным Знаменем нашей Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков), не сломлены, не покорены и не встали на колени перед продолжателями дела гитлеровских прислужников. Именно мы – наследники Великой Победы, и Победа будет за нами!
Метки: Россия, политика, замечательные люди России, история, СССР, политическая борьба, ссылки: обратить внимание, ВКП(б), Смирнова З.П.
Марина Ляпина,
04-02-2012 16:54
(ссылка)
Личный переводчик Сталина
Как филологу, мне всегда интересно читать обо всем, связанном с языком, его историй, о других языках и конечно же о людях, чья работа связана с лингвистикой. В данном случае интерес совпал и с личностью Сталина, о котором тоже можно читать бесконечно, каждый раз поражаясь многогранности его личности, цельности характера и мгновенной реакции на события, умении не только быстро оценить ситуацию, но достойно повести себя в ней, какой бы неожиданной она ни была.
Источник: http://tris-center.blogspot.com/2009/06/blog-post_856.html
Переводчик товарища Сталина
автор: noreply@blogger.com (ТРИС бюро переводов)
Долгие годы каждое слово Владимира Николаевича Павлова могло изменить ход мировой истории - с 1939-го по 1946 год он был личным переводчиком Сталина.
Владимир Николаевич родился в семье инженера-железнодорожника, где с большой любовью относились к изучению иностранных языков - мальчик в совершенстве владел немецким и английским. Правда, преуспеть он решил отнюдь не по лингвистической части и после школы поступил в Московский энергетический институт имени Молотова. Учился блестяще, публиковался в серьезных научных журналах и мечтал стать математиком. Казалось, впереди его ждала успешная научная карьера.
Но в апреле 1939 года Павлова неожиданно вызвали в ЦК ВКП(б), где какие-то люди проэкзаменовали его в английском и немецком. Сразу же последовал вызов к секретарю ЦК Георгию Маленкову, будущему партийному бонзе. От него Павлов был доставлен на машине в Народный комиссариат иностранных дел. Его принял Вячеслав Молотов, недавно назначенный главой этого ведомства. И без предисловий (видимо, раньше изучил досье) объявил о назначении своим помощником.
Молотов показался Владимиру Николаевичу собранным, организованным и целеустремленным человеком необычайной работоспособности. Вместе с тем он был педантом, занудой и буквоедом. Своих сотрудников не считал людьми, часто устраивал им разносы, а всех, кто попал «на карандаш» НКВД, убежденно считал врагами народа и безоговорочно давал согласие на их арест.
Сталина Владимир Николаевич впервые увидел в августе 1939 года во время приезда в Москву министра иностранных дел Германии Иоахима фон Риббентропа. «Великий вождь» был совсем не похож на собственные портреты. Да и взгляд у него был тяжелым - не каждый мог его выдержать. Сталин, видимо, знал это и при разговоре, как правило, не смотрел на собеседника...
Риббентроп, как теперь известно, форсировал переговоры. Немцы были согласны на все, лишь бы предотвратить союз русских с Англией и Францией. Так появился на свет секретный протокол, касающийся прибалтийских республик, Западной Украины, Западной Белоруссии и Молдавии. Сталин лично поручил Павлову следить за точностью перевода своих слов Риббентропу. Кроме того, он должен был сверить русский и немецкий тексты договора. Интересно, что в 1989-м, когда из-за секретного протокола разразился политический скандал, Владимир Николаевич оказался единственным живым свидетелем данного события и счел нужным написать об этом записку в Министерство иностранных дел СССР. Наталья Лупановна просила его не связываться: «Ведь затаскают или, чего доброго...» Но из МИДа Павлову так никто и не ответил...
12 ноября 1940 года во время встречи Молотова с Адольфом Гитлером Павлов вновь выступил в роли переводчика. Ему запомнилось вялое, очень неприятное рукопожатие фюрера, ладонь которого была влажной и холодной. Как переводчик же он отметил, что «Гитлер всегда говорил самостоятельно, без подсказок, речь его была плавной, логичной. Видно было, что человек он способный».
Видимо, в планах Молотова было держать Павлова возле себя: уже в декабре 1940-го Владимир Николаевич был отозван в Москву и назначен заведующим Центрально-европейским отделом, который ведал отношениями СССР с Германией, Венгрией и Чехословакией.
Во время войны Владимир Николаевич переводил фразы и монологи Сталина Рузвельту и Черчиллю, а позже - Трумэну, не говоря уже о деятелях «помельче». Кстати, впоследствии он обижался, когда его называли «личным переводчиком Сталина», поскольку его дипломатический ранг был значительно выше.
Владимир Николаевич вспоминал, что со Сталиным ему было работать легче, чем с Молотовым. В отличие от последнего, Сталин умел казаться дружелюбным по отношению к подчиненным, а к Павлову вообще относился с симпатией.
Владимир Николаевич вспоминал, что при случае вождь любил пошутить. К примеру, однажды он спросил у переводчика: «А вы, товарищ Павлов, случайно не еврей?» - «Я - русский!» - ответил Владимир Николаевич. От некоторых же шуток вождя бывало не по себе. Так, на одном из приемов в узком кругу Сталин заявил: «Светлая голова у товарища Павлова. Много знает. Не пора ли ей в Сибирь?» Владимир Николаевич тогда рассмеялся вместе со всеми, но можно предположить, что он чувствовал в душе.
Впрочем, хорошее расположение Сталина нередко защищало Павлова. Как-то после окончания одной из встреч с Черчиллем Сталин подозвал Владимира Николаевича и сказал: «Вы неправильно перевели то, что сказал Черчилль». Профессиональная гордость Павлова была задета, и он возразил: «Нет, товарищ Сталин, вы же слышали: переводчик Черчилля Бирс сказал, что я все правильно перевел». В этот момент вошел Берия, подошел к Сталину и просто спросил: «Ну что, посадим?» - «Тебе бы все сажать да сажать. Ты всех готов посадить. С кем работать будем?» - ответил Сталин.
Позже Артур Бирс так напишет о работе Павлова: «Он редко терялся в поисках слов и всегда достаточно точно переводил смысл сказанного его шефом. Быстро улавливал направление беседы и умело передавал темп, эмфазы (усиление эмоциональной выразительности) и тон речи своего шефа. Мы работали в паре почти три года. Его присутствие придавало мне уверенности, и я надеюсь, что вызвал в нем такое же чувство. Мы знали, что если один из нас споткнется при переводе какой-либо фразы, другой сразу же тихонько подскажет решение».
Во время Второй мировой войны Владимиру Николаевичу доводилось присутствовать на встречах «большой тройки», и он часто рассказывал о них. Так, на переговорах лидеров трех государств в Тегеране Сталин настаивал на определении конкретного срока открытия Второго фронта. Рузвельт и Черчилль объявили, что не могут этого сделать. Тогда Сталин поднялся со своего места и, не оборачиваясь, произнес: «Нам нечего тут делать, у нас война». Переводчики Рузвельта и Черчилля перевели им это, а Павлов после небольшой заминки (переводить или не переводить?), так же, как и Сталин, не оборачиваясь, громко повторил эту фразу по-английски.
Уже на конференции в Потсдаме Павлов стал единственным свидетелем того, что случилось после пленарного заседания 19 июля 1945 года. «Когда все стали расходиться, президент США Трумэн поспешил к Сталину, направлявшемуся в свой кабинет. Я догадался, что он хочет что-то сказать, и когда они встретились, я быстро подошел к ним. Трумэн тотчас же сообщил Сталину следующее: «Вчера в США была испытана бомба необыкновенно разрушительной силы». (Речь шла об атомной бомбе.) На лице Сталина не дрогнул ни один мускул - он повернулся и ушел. Трумэн, озадаченный такой реакцией, простоял несколько минут на месте как вкопанный, глядя вслед удалявшемуся Сталину. Таким образом, я стал единственным свидетелем этой встречи Сталина и Трумэна. Надо сказать, что вблизи не было ни американских, ни английских участников конференции».
Сталин ценил профессионализм Павлова. В ходе одной из ялтинских встреч с Рузвельтом и Черчиллем он поднял бокал за переводчика: «Сегодня, как и раньше, мы, три руководителя, встретились друг с другом. Мы говорим, едим, пьем, а тем временем наши три переводчика должны трудиться, причем труд их - нелегкий. Мы доверили им передавать наши мысли, и им некогда ни поесть, ни выпить вина». Затем обошел стол, чокаясь с Артуром Бирсом, который переводил для Черчилля, с Чарльзом Боленом, переводчиком Рузвельта, и Владимиром Павловым. В тот же вечер Черчилль наградил Павлова английским орденом «За Бога и Империю»...
Видимо, после войны Сталин уже не так нуждался в точности перевода своих слов и Павлов смог уехать советником Посольства СССР в Англию. Позже он снова возглавлял Европейский отдел, был членом коллегии МИДа. На XIX съезде партии его избрали кандидатом в члены ЦК КПСС и назначили секретарем и членом Комиссии ЦК по международным вопросам...
После смерти вождя Молотов вернулся в МИД и уволил Павлова с работы. В результате до середины 70-х годов Владимир Николаевич работал главным редактором Издательства литературы на иностранных языках (с 1964 года - издательство «Прогресс»). О его прошлом мало кто знал...
Первой о Владимире Павлове написала его внучка Иванна Корягина - листая семейный альбом, она случайно наткнулась на фотографии деда, стоящего рядом со Сталиным...
Источник: Столичные новости
Бюро переводов ТРИС
Источник: http://tris-center.blogspot.com/2009/06/blog-post_856.html
Переводчик товарища Сталина
автор: noreply@blogger.com (ТРИС бюро переводов)
Долгие годы каждое слово Владимира Николаевича Павлова могло изменить ход мировой истории - с 1939-го по 1946 год он был личным переводчиком Сталина.
Владимир Николаевич родился в семье инженера-железнодорожника, где с большой любовью относились к изучению иностранных языков - мальчик в совершенстве владел немецким и английским. Правда, преуспеть он решил отнюдь не по лингвистической части и после школы поступил в Московский энергетический институт имени Молотова. Учился блестяще, публиковался в серьезных научных журналах и мечтал стать математиком. Казалось, впереди его ждала успешная научная карьера.
Но в апреле 1939 года Павлова неожиданно вызвали в ЦК ВКП(б), где какие-то люди проэкзаменовали его в английском и немецком. Сразу же последовал вызов к секретарю ЦК Георгию Маленкову, будущему партийному бонзе. От него Павлов был доставлен на машине в Народный комиссариат иностранных дел. Его принял Вячеслав Молотов, недавно назначенный главой этого ведомства. И без предисловий (видимо, раньше изучил досье) объявил о назначении своим помощником.
Молотов показался Владимиру Николаевичу собранным, организованным и целеустремленным человеком необычайной работоспособности. Вместе с тем он был педантом, занудой и буквоедом. Своих сотрудников не считал людьми, часто устраивал им разносы, а всех, кто попал «на карандаш» НКВД, убежденно считал врагами народа и безоговорочно давал согласие на их арест.
Сталина Владимир Николаевич впервые увидел в августе 1939 года во время приезда в Москву министра иностранных дел Германии Иоахима фон Риббентропа. «Великий вождь» был совсем не похож на собственные портреты. Да и взгляд у него был тяжелым - не каждый мог его выдержать. Сталин, видимо, знал это и при разговоре, как правило, не смотрел на собеседника...
Риббентроп, как теперь известно, форсировал переговоры. Немцы были согласны на все, лишь бы предотвратить союз русских с Англией и Францией. Так появился на свет секретный протокол, касающийся прибалтийских республик, Западной Украины, Западной Белоруссии и Молдавии. Сталин лично поручил Павлову следить за точностью перевода своих слов Риббентропу. Кроме того, он должен был сверить русский и немецкий тексты договора. Интересно, что в 1989-м, когда из-за секретного протокола разразился политический скандал, Владимир Николаевич оказался единственным живым свидетелем данного события и счел нужным написать об этом записку в Министерство иностранных дел СССР. Наталья Лупановна просила его не связываться: «Ведь затаскают или, чего доброго...» Но из МИДа Павлову так никто и не ответил...
12 ноября 1940 года во время встречи Молотова с Адольфом Гитлером Павлов вновь выступил в роли переводчика. Ему запомнилось вялое, очень неприятное рукопожатие фюрера, ладонь которого была влажной и холодной. Как переводчик же он отметил, что «Гитлер всегда говорил самостоятельно, без подсказок, речь его была плавной, логичной. Видно было, что человек он способный».
Видимо, в планах Молотова было держать Павлова возле себя: уже в декабре 1940-го Владимир Николаевич был отозван в Москву и назначен заведующим Центрально-европейским отделом, который ведал отношениями СССР с Германией, Венгрией и Чехословакией.
Во время войны Владимир Николаевич переводил фразы и монологи Сталина Рузвельту и Черчиллю, а позже - Трумэну, не говоря уже о деятелях «помельче». Кстати, впоследствии он обижался, когда его называли «личным переводчиком Сталина», поскольку его дипломатический ранг был значительно выше.
Владимир Николаевич вспоминал, что со Сталиным ему было работать легче, чем с Молотовым. В отличие от последнего, Сталин умел казаться дружелюбным по отношению к подчиненным, а к Павлову вообще относился с симпатией.
Владимир Николаевич вспоминал, что при случае вождь любил пошутить. К примеру, однажды он спросил у переводчика: «А вы, товарищ Павлов, случайно не еврей?» - «Я - русский!» - ответил Владимир Николаевич. От некоторых же шуток вождя бывало не по себе. Так, на одном из приемов в узком кругу Сталин заявил: «Светлая голова у товарища Павлова. Много знает. Не пора ли ей в Сибирь?» Владимир Николаевич тогда рассмеялся вместе со всеми, но можно предположить, что он чувствовал в душе.
Впрочем, хорошее расположение Сталина нередко защищало Павлова. Как-то после окончания одной из встреч с Черчиллем Сталин подозвал Владимира Николаевича и сказал: «Вы неправильно перевели то, что сказал Черчилль». Профессиональная гордость Павлова была задета, и он возразил: «Нет, товарищ Сталин, вы же слышали: переводчик Черчилля Бирс сказал, что я все правильно перевел». В этот момент вошел Берия, подошел к Сталину и просто спросил: «Ну что, посадим?» - «Тебе бы все сажать да сажать. Ты всех готов посадить. С кем работать будем?» - ответил Сталин.
Позже Артур Бирс так напишет о работе Павлова: «Он редко терялся в поисках слов и всегда достаточно точно переводил смысл сказанного его шефом. Быстро улавливал направление беседы и умело передавал темп, эмфазы (усиление эмоциональной выразительности) и тон речи своего шефа. Мы работали в паре почти три года. Его присутствие придавало мне уверенности, и я надеюсь, что вызвал в нем такое же чувство. Мы знали, что если один из нас споткнется при переводе какой-либо фразы, другой сразу же тихонько подскажет решение».
Во время Второй мировой войны Владимиру Николаевичу доводилось присутствовать на встречах «большой тройки», и он часто рассказывал о них. Так, на переговорах лидеров трех государств в Тегеране Сталин настаивал на определении конкретного срока открытия Второго фронта. Рузвельт и Черчилль объявили, что не могут этого сделать. Тогда Сталин поднялся со своего места и, не оборачиваясь, произнес: «Нам нечего тут делать, у нас война». Переводчики Рузвельта и Черчилля перевели им это, а Павлов после небольшой заминки (переводить или не переводить?), так же, как и Сталин, не оборачиваясь, громко повторил эту фразу по-английски.
Уже на конференции в Потсдаме Павлов стал единственным свидетелем того, что случилось после пленарного заседания 19 июля 1945 года. «Когда все стали расходиться, президент США Трумэн поспешил к Сталину, направлявшемуся в свой кабинет. Я догадался, что он хочет что-то сказать, и когда они встретились, я быстро подошел к ним. Трумэн тотчас же сообщил Сталину следующее: «Вчера в США была испытана бомба необыкновенно разрушительной силы». (Речь шла об атомной бомбе.) На лице Сталина не дрогнул ни один мускул - он повернулся и ушел. Трумэн, озадаченный такой реакцией, простоял несколько минут на месте как вкопанный, глядя вслед удалявшемуся Сталину. Таким образом, я стал единственным свидетелем этой встречи Сталина и Трумэна. Надо сказать, что вблизи не было ни американских, ни английских участников конференции».
Сталин ценил профессионализм Павлова. В ходе одной из ялтинских встреч с Рузвельтом и Черчиллем он поднял бокал за переводчика: «Сегодня, как и раньше, мы, три руководителя, встретились друг с другом. Мы говорим, едим, пьем, а тем временем наши три переводчика должны трудиться, причем труд их - нелегкий. Мы доверили им передавать наши мысли, и им некогда ни поесть, ни выпить вина». Затем обошел стол, чокаясь с Артуром Бирсом, который переводил для Черчилля, с Чарльзом Боленом, переводчиком Рузвельта, и Владимиром Павловым. В тот же вечер Черчилль наградил Павлова английским орденом «За Бога и Империю»...
Видимо, после войны Сталин уже не так нуждался в точности перевода своих слов и Павлов смог уехать советником Посольства СССР в Англию. Позже он снова возглавлял Европейский отдел, был членом коллегии МИДа. На XIX съезде партии его избрали кандидатом в члены ЦК КПСС и назначили секретарем и членом Комиссии ЦК по международным вопросам...
После смерти вождя Молотов вернулся в МИД и уволил Павлова с работы. В результате до середины 70-х годов Владимир Николаевич работал главным редактором Издательства литературы на иностранных языках (с 1964 года - издательство «Прогресс»). О его прошлом мало кто знал...
Первой о Владимире Павлове написала его внучка Иванна Корягина - листая семейный альбом, она случайно наткнулась на фотографии деда, стоящего рядом со Сталиным...
Источник: Столичные новости
Бюро переводов ТРИС
Метки: Сталин, история, замечательные люди России
Марина Ляпина,
31-01-2012 19:06
(ссылка)
У МАВЗОЛЕЯ ЛЕНИНА
Очень люблю стихотворения поэта Михаила Исаковского, наверно еще с тех ранних пор, когда выучила его "Вишню" - гимн бескорыстию и альтруизму. Всегда реву, когда слышу "Враги сожгли родную хату" на стихи поэта. И вспоминаю недоумение своего отца: почему человек, покоривший три державы, получил медаль только за город Будапешт. Но сегодня приведу другое стихотворение Исаковского, в котором заключена сама суть первенства социализма над капитализмом - в признании почета и приоритетности труда над праздностью и развлечениями, которыми нас "кормят" сегодня СМИ и ТВ, киноиндустрия и шоубизнес.
У МАВЗОЛЕЯ ЛЕНИНА
Проходит ночь. И над землей все шире
Заря встает, светла...
Не умер он: повсюду в этом мире
Живут его дела.
И если верен ты его заветам —
Огням большой весны,—
В своей стране ты должен стать поэтом,
Творцом своей страны.
На стройке ль ты прилаживаешь камень,—
Приладь его навек,
Чтобы твоими умными руками
Гордился человек.
Растишь ли сад, где вечный голод плакал,
Идешь ли на поля,—
Работай так, чтоб от плодов и злаков
Ломилась вся земля.
Услышишь гром из вражеского стана
У наших берегов,—
Иди в поход, сражайся неустанно
И будь сильней врагов!
Какое б ты ни делал в жизни дело,
Запомни — цель одна:
Гори, дерзай, чтоб вечно молодела
Великая страна;
Чтобы, когда в холодные потемки
Уйдешь ты — слеп и глух,
Твое бы имя понесли потомки
Как песню,— вслух.
1935
М.В.Исаковский. Стихотворения.
Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд.
Москва, Ленинград: Советский писатель, 1965.
У МАВЗОЛЕЯ ЛЕНИНА
Проходит ночь. И над землей все шире
Заря встает, светла...
Не умер он: повсюду в этом мире
Живут его дела.
И если верен ты его заветам —
Огням большой весны,—
В своей стране ты должен стать поэтом,
Творцом своей страны.
На стройке ль ты прилаживаешь камень,—
Приладь его навек,
Чтобы твоими умными руками
Гордился человек.
Растишь ли сад, где вечный голод плакал,
Идешь ли на поля,—
Работай так, чтоб от плодов и злаков
Ломилась вся земля.
Услышишь гром из вражеского стана
У наших берегов,—
Иди в поход, сражайся неустанно
И будь сильней врагов!
Какое б ты ни делал в жизни дело,
Запомни — цель одна:
Гори, дерзай, чтоб вечно молодела
Великая страна;
Чтобы, когда в холодные потемки
Уйдешь ты — слеп и глух,
Твое бы имя понесли потомки
Как песню,— вслух.
1935
М.В.Исаковский. Стихотворения.
Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд.
Москва, Ленинград: Советский писатель, 1965.
Метки: замечательные люди России, история, СССР
Марина Ляпина,
31-01-2012 18:09
(ссылка)
О демократии
Читаю Дневники Ролана Быкова (Быков Р. Я побит - начну сначала! - М.: АСТ, 2010. - С. 34), понравилось о демократии:
"11.03.59 г.
Почему-то стала раздражать пресловутая идея демократии. Эта самая демократия почти физически представляется мне чем-то вроде Алеши Баталова - сплошные разговоры о хорошем, личина хорошего, а на самом деле "жри, кто кого может, а ты спасайся как можешь - у нас демократия". Либо наоборот: ты не смей меня трогать - у нас демократия. Мне кажется, что в диктатуре куда больше пользы и справедливости.
Демократия - ужасная гадость. И словечко это буржуазное".
"11.03.59 г.
Почему-то стала раздражать пресловутая идея демократии. Эта самая демократия почти физически представляется мне чем-то вроде Алеши Баталова - сплошные разговоры о хорошем, личина хорошего, а на самом деле "жри, кто кого может, а ты спасайся как можешь - у нас демократия". Либо наоборот: ты не смей меня трогать - у нас демократия. Мне кажется, что в диктатуре куда больше пользы и справедливости.
Демократия - ужасная гадость. И словечко это буржуазное".
Метки: замечательные люди России, демократия
Марина Ляпина,
29-01-2012 14:58
(ссылка)
Первый военный парад на Красной площади.25 мая 1919 года.
Документальные кадры, запечатлевшие живого Ильича! См.: http://video.mail.ru/mail/elena.kancedal/2694/3134.html
Вглядитесь в лица людей, вдумайтесь в то, что говорит очевидец за кадром. Молодая советская республика, все самое передовое и значимое еще впереди, а Ленин уже предвидел этот прорыв в экономике, культуре России. Гений, какого не знала мировая история! Спасибо всем, кто сохранил и разместил в Интернете эти бесценные кадры!
http://video.mail.ru/mail/elena.kancedal/2694/3134.html
Вглядитесь в лица людей, вдумайтесь в то, что говорит очевидец за кадром. Молодая советская республика, все самое передовое и значимое еще впереди, а Ленин уже предвидел этот прорыв в экономике, культуре России. Гений, какого не знала мировая история! Спасибо всем, кто сохранил и разместил в Интернете эти бесценные кадры!
http://video.mail.ru/mail/elena.kancedal/2694/3134.html
Метки: ленин, замечательные люди России, история, СССР
Марина Ляпина,
21-01-2012 17:32
(ссылка)
Ленин и Октябрь. Мифы и история
Перепост из блога Елены Канцедал: http://blogs.mail.ru/mail/elena.kancedal/61FA0918817F560F.html
Из интервью с Владленом Логиновым
Владлен Терентьевич Логинов (род. 1929) – профессор кафедры отечественной и всеобщей истории Университета российской академии образования, биограф В.И.Ленина. Автор книг «Владимир Ленин. Выбор пути: Биография» (2005), «Неизвестный Ленин» (2010), принимал участие в работах над Полным собранием сочинений Ленина, сборником «В.И.Ленин. Неизвестные документы. 1891-1922» (1999), опубликовал сотни статей по истории Октябрьской революции, Гражданской войны и о Ленине. Так же является соавтором ряда пьес и киносценариев, был научным консультантом фильмов «Шестое июля» (1968), «Штрихи к портрету В.И.Ленина» (1967-69) и др.
– Вы написали уже две части своего многотомного труда о жизни Ленина. Это и ответ антикоммунистическим интерпретациям жизни революционного вождя, и работа, которая должна дать нам новую версию биографии Ленина в условиях свободного доступа к архивам, фактам и заграничным источникам. Скажите, открылась ли какая–либо новая информация о Ленине после 1991 года? Нам известен «канонический» советский образ вождя революции. Что изменило открытие архивов? Стало ли известно что–то новое?
– Дело в том, что после 1991 года Ленин выпал из круга научного изучения, потому что все, что вокруг него происходило, было уже из области чистейшей пропаганды, идеологической борьбы, я бы сказал.
Антиленинизм стал важнейшей частью антикоммунизма.
Поэтому все, что выходило, всегда носило очень прикладной характер.
Скажем, Волкогонов – это чистейшая пропаганда, все, что его эпигонами создавалось, целое море литературы, – все из той же оперы. Хотя на Западе в это время выходило очень много интересного. В этом смысле наиболее глубокие работы – американские....
У нас тоже есть прекрасная книга Соболева «Тайна немецкого золота», которая показывает, что это все абсолютная труха. И все материалы были известны, доступны сорок и пятьдесят лет тому назад. Американцы очень хорошо разобрались в фактах. А у нас вопрос о Ленине постоянно выдергивается на поверхность либо когда мясо дорожает, либо когда выборы на носу. Это как громоотвод. Что, кстати, свидетельствует о том, что вопрос этот большое количество людей волнует.
У нас проводится четкая политика в книгоиздательстве: чтобы охмурить молодежь, нужно сократить поле зрения. Если какая–нибудь бредятина вроде «Ледокола» Суворова издана миллионными тиражами, то перевод с английского «Мифа "Ледокола"» Городецкого имеет тираж около 1500 экземпляров. Выходят на периферии какие–то интересные работы, но все это подавляется массой, агитационной лавиной работ, не имеющих никакого отношения к истории. Серия «Жизнь замечательных людей» издала биографию Ленина, стоящую вообще за пределами научных представлений. Это уже случай, когда автор вообще не понимает предмета исследования. Такая обывательская работа. Она написана задолго до того, как появились новые документы, поэтому по содержанию работа абсолютно комична.
– Как можно охарактеризовать основные черты характера Ленина? Это был жесткий или демократичный человек?
– Это немного не то противопоставление.
Он был человеком, вся жизнь которого была подчинена определенной идее, определенной цели. Он сам сказал, что борьба за освобождение трудящихся – великое дело, и за это не жалко и жизнь отдать.
Хотя это абсолютно не исключало его нормального бытового поведения, остроумия, веселья, компанейства, дружбы, любви. Но это был действительно человек цели. Сейчас говорят: «Не хватает политической воли!». А вот человек, у которого была политическая воля и который, если он твердо был убежден в том, что это способствует освобождению человека, четко шел к своей цели. Всячески проверяя, прав он или нет. Это не умопостроения какого–нибудь схоласта, мол, он логически вывел, что надо поступать так, а не иначе.
Если мы возьмем какой–нибудь из узловых периодов истории России, его жизни, а история России ХХ века и его жизнь так тесно переплетены, то мы увидим, что всякий раз, когда принимается какое–либо очень важное решение, будь то вопрос о восстании в 1917 году, будь то вопрос о земле, будь то вопрос о Брестском мире, то эти дни буквально полны десятками встреч с людьми, с рабочими, крестьянами.
Раньше считать народ быдлом было признаком неинтеллигентности. Раньше это было неприлично. До появления «Вех» это было стыдно, так нельзя было. И Ленин был в числе тех, кто искренне верил в народ и получал на каждом шагу подтверждение, что эта масса обладает гигантским историческим опытом, здравым смыслом, своим пониманием, что есть добро, что зло.
В чем причина краха «Великих реформ»? Или провала столыпинских реформ? Столыпин поездил по Европе, у него было имение на прусской границе, он сказал: «Как здорово! Давайте устроим в России Пруссию. Будут у нас гроссбауэры – кулаки. Мы делаем ставку на трезвых и сильных, а не на слабых и пьяных». Ничего не получилось, все получилось прямо наоборот, потому что есть объективные законы [истории].
У народа есть свои представления о том, что есть добро, а что есть зло.
Так, реформаторы двадцать лет что–то реформируют и ничего не получается, тогда как НЭП и революция решили аграрную проблему, вопрос о земле, которую не могли десятилетиями решить, начиная с комиссии Киселева XIX века. Сидели яйцеголовые мужики и думали как облагодетельствовать крестьянство. Да оставьте вы людей в покое, дайте жить так, как они хотят!
Вот что такое Декрет о земле? Собрали крестьянские наказы, ничего туда не вносили. Из этого сделали свод, который стал государственным законом, это единственный случай в истории, между прочим, когда воля народа становится законом. Не опосредованная, через интеллектуальные какие–либо круги, а непосредственная. Вот такая у Ленина была особенность.
И вторая особенность, которую важно понять сегодня. Он понимал, что всякое социальное потрясение, такое как революция, оно очень многослойно.
Да, там есть авангард, сознательные пролетарии, но когда людей десятилетиями топчут ногами, когда им плюют в душу, при этом население неграмотное, необразованное, формы протеста будут уже не как в Германии, с оркестром, с флажками. Это будет пугачевщина, то, чего боялись все в 1905 и 1917 году, а он считал, что задача в том, чтобы внести свет и разум в эту поднявшуюся на борьбу массу. Сам Ленин и партия ничего бы не сделали, если бы правильно не выразили настроение вот этой гигантской волны.
Часто задают вопрос: «А вот если бы не было Ленина, была бы революция?» Так она без него и началась. В феврале 1917 он сидел в Швейцарии, читал по газеткам, что там происходит. Но он сумел выразить боль вот этой гигантской волны, на этом большевики пришли к власти.
Ленин – это настолько крупная фигура, что становится смешно, когда какой–нибудь доцент начинает рассуждать «я думаю...».
Думает он. А вот перед вами Бернард Шоу, который презирал любую власть, просто презирал, всех как ничтожеств. Это было распространенное мнение. Так вот, когда Шоу прислал Ленину свое «Назад к Мафусаилу», он написал:
«Единственному политическому деятелю, достойному того высокого...». Вообще письмо, полное пиетета, уважения. Вы вообще не найдете среди интеллектуалов ХХ века, крупнейших, например писателей, Ромен Ролан, Сартр, кто угодно, ни найдете ни одного, который высказался против Ленина. Эйнштейн, например, сказал, что это был один из тех людей, которые способствуют развитию человеческой морали.
Поэтому, когда генерал от политуправления Волкогонов начинает рассуждать по поводу Ленина и дает ему оценки, это все смешно.
– Обращаясь к биографии Ленина, мы часто видим моменты, когда против него и его позиции обращались видные большевики, высокопоставленные члены партии. Политически Ленин был одинок, у него было то, что сейчас называют командой?
– Команда у него была всегда, но это Сокольников, по–моему, после его смерти написал: «Мы все были, как молодой лес, который качался на ветру, но была в этом лесу одна сосна. И это был он, который видел дальше».
Я никогда не скрывал, что я его люблю как человека, как мыслителя. Я сейчас пишу о 1922–23 годах. Он часто видел то, что не видели другие. Это был другой масштаб. Вот его отношение к Гегелю. Тот, кто читал Гегеля, знает, что это хорошая гимнастика для ума.
У него были очень интересные отношения с Гегелем. Когда он только начинал, первая ссылка в Шушенском, Крупская пишет, что у него на табуретке рядом с кроватью лежали книжки Гегеля и Пушкина. Он часто делал пометки, когда читал. Он перечитал темное место один раз, потом второй, потом в 1915–16 годах он вообще начал штудировать работы Гегеля. Он считал, что невозможно стать коммунистом–марксистом, не освоив всего этого.
Его последние годы опять же были сопряжены с обращением к Гегелю. Даже в Горки Ленин брал с собой пять томов Гегеля. Тот, кто читал Гегеля, может понять. Очень серьезное напряжение ума. Есть у нас такой тип руководителя – «мне моей башки хватит, нужны исполнители, помощники, ты – сбегай туда, ты – принеси то. Моих мозгов мне с избытком».
Ленин был другим типом человека и руководителя, он искал общения. Я пишу третий том в своем исследовании о Ленине, про 1922 год, самый закат его жизни. И очень бросается в глаза, что он видит то, что не видят другие.
Троцкий в журнале «Под знаменем марксизма» писал о разрыве между молодым и старым поколениями большевиков. Старые пришли к пониманию истории и к большевизму жизненным опытом, а молодые принимают все в готовом виде. Это не становится фактором их мироощущения, мировоззрения. То, что раньше жизнь вбивала гвоздями, те тюремные университеты, где изучали Гегеля, «Капитал»...
Причем рабочие, простые рабочие, такие как Василий Шелгунов, привели Ленина в рабочее движение.
Троцкий, в отличие от Ленина, не схватывал каких–то более масштабных вещей. Ленин мог устоять против общественного мнения. Троцкому это было труднее.
– Но Ленин в разные эпохи был «разным». После его смерти каждый новый руководитель объявлял себя последователем Ленина. Сталин, Хрущев, Брежнев. Перестройка начиналась как возвращение к ленинскому курсу.
– В этом трагедия истории, что она всегда является базой для легитимности нынешнего.
Они сами превратили Ленина в нечто полурелигиозное, святое. Раньше висел Николай угодник, а теперь – Ленин. Моральная легитимизация происходила на этой почве: «верный ученик Ленина», «продолжатель дела Ленина».
Ленин давно перестал быть тем реальным человеком, которым он был когда–то, со всеми своими привычками, особенностями характера, манерой общения. Он стал символом. Особенно в низовой массе людей. Раньше в каждой деревенской избе стояла богоматерь и государь император с наследником. А потом, читаешь мемуары Горбачева, у него там, в деревне, могла быть богоматерь сверху, а рядом Маркс–Энгельс–Ленин. Так Ленин–легенда оторвался от реального Ленина.
– А кто из советских вождей, по–Вашему, был действительным последователем Ленина?
– Да никто не был. Они совершенно не поняли хода истории. Я недавно, перечитывая Дэн Сяопина, увидел у него такой стиль ленинский, очень похоже. Но дело не в этом. Выход из НЭПа, например, это не воля Сталина, это ход истории. Хотя история всегда многовариантна, нет единственной самой короткой дороги, есть множество дорог. Последователи Ленина пошли по другой дорожке. Они не хорошие, не плохие, но так сложились обстоятельства. Можно тома написать об этом. А можно было пойти другим, ленинским путем.
– А как, по–Вашему, Ленин, это больше фигура российского или мирового масштаба?
– Скорее мирового масштаба. В чем смысл ХХ века? Каждый век должен иметь какой–либо смысл. Смысл ХХ века заключается в том, что на арену выходят народы, доселе находящиеся в историческом анабиозе: Китай, Индия, Латинская Америка. Страны с миллиардным населением. Ведь мы как изучали историю: есть цивилизованная Греция, потом расширяется Древний Рим с Византией, потом Европа. Ведь до сих пор господствует евроцентризм. А смысл ХХ века в том, что на арену выходят миллиарды людей. После первой русской революции последовала революция 1917 года, в это же время революция в Мексике, Панчо Вилья. В Латинской Америке тоже мужики жгли помещичьи усадьбы. Как в России. Отсюда, кстати, и смысл XXI века: либо мы найдем баланс между Севером и Югом, либо...
как говорил Ленин, «история – мамаша суровая». Так вот, Ленин стал символом выхода на историческую арену многомиллионных масс.
На Западе в 1918 году выходит книга Джона Рида25, это дает понять, что за рубежом были хорошо информированы об Октябрьской революции и о Ленине и не нашими авторами, а блистательной плеядой американских журналистов.
Понимаете, у нас считают, что все, что происходит в истории России, это событие уездного масштаба.
К примеру, когда подписали известное Беловежское соглашение, один из самых мудрых людей России Никита Николаевич Моисеев, крупнейший ученый, ныне покойный, бывший тогда в Президентском совете, встретив приехавшую из Беловежской пущи компашку, в том числе того же Бурбулиса, воскликнул: «Что же вы наделали!». Бурбулис сказал: «Никита Николаевич! Как ты не понимаешь, ведь теперь над нами никого нет».
Это же уровень уездных начальников! И вот они думают, что Октябрьский переворот в Петрограде был уездным событием. А ведь оно действительно потрясло мир! Посмотрите, как все пошло сразу: всколыхнулись Латинская Америка, Китай, Иран.
А имя Ленина стало известно, прежде всего, именно благодаря революции.
...какие цели, по вашему мнению, преследуют авторы и создатели телепрограмм и статей о Ленине, имеющих антиленинское направление?
Проблема отношения к Ленину настолько политизирована, что к реальной истории она не имеет ни малейшего отношения.
Дело не в том, что кто-то что-то знает, а кто-то что-то не знает, что какие-то документы есть, а каких-то документов нет – это чисто политическая проблема. Мне понятна ситуация со Сталиным: пройдет какое-то время, и наша власть найдет какой-то Modus Vivendi4 – в том смысле, что она употребит его как государственника, а с Лениным это не сделаешь, поскольку Ленин – это символ какой-то борьбы, если выражаться примитивно, бедных против богатых, символ борьбы за справедливость, каким он в сознании сложился во всем мире. Не надо забывать, что Ленин – это не фигура уездного масштаба и не отношение каких-то наших авторов определяет отношение к нему в мире.
Наоборот, когда люди приезжают из тех же Штатов, они спрашивают: «А что вы все с ума что ли сошли?». Понимаете, Ленина никуда не впишешь, и отсюда идет «заказуха», и причем совершенно чудовищная, глупая, но вполне на уровне того интеллектуального убожества, которое характерно для нашего телевидения и прочих СМИ. Поэтому все абсолютно прозрачно и понятно.
Кстати, сейчас вообще появилась еще и литература, исходящая слева, а не справа – от тех, кто себя считает поклонниками Ленина. Я имею в виду книгу В.А.Сахарова (доктор исторических наук, доцент кафедры политической истории МГУ) «Политическое завещание» Ленина». Я напишу об этом в своей книге.
Жалко мне его, казалось бы, такой добросовестный автор, который впервые занялся источниковедением, но, простите, есть же предел всяким домыслам. Есть же предел домыслам!
У нас по этому периоду, связанному с завещанием, есть несколько источников. Есть книга записей дежурных секретарей, есть записи дежурных врачей, есть различного рода записки и т.д., и если все это в сумме рассмотреть, то смешно подозревать, что Крупская в заговоре с Троцким что-то фальсифицировала. Простите, ну есть же предел!
И в своей книге я все это по деталям, часам, минутам буду расписывать. И это единственное, наверное, что убеждает, когда все так спокойненько-спокойненько раскладываешь по фактам. Опять же – книга Сахарова отражает нынешнюю ситуацию. Конечно, сегодня, когда те, кто считает себя коммунистами, считают возможным всякое.
Вот у них иные взаимоотношения с церковью, иные взгляды по национальному вопросу. Поэтому одну из очень важных ленинских работ по автономизации (речь идет о письме Ленина «К вопросу о национальностях и «автономизации»», которое он надиктовал М.А.Володичевой 30 и 31 декабря 1922 года), по их мнению, мог написать только русофоб, и, конечно же, это был Троцкий.
Я лично знал секретарш Ленина, ту же Володичеву (Володичева Мария Акимовна. До июля 1918 года – секретарь бюро печати Совнаркома, с 1918 по 1924 год – машинистка в СНК и помощник секретаря СТО и СНК), поэтому читать о том, что они составили заговор и сфальсифицировали документы – ну побойтесь же вы бога! И предполагать, что Крупская в заговоре с Троцким могла пойти против Ленина не надо – это уже что-то совсем больное.
- Кстати, из разряда «больного». Немало есть тех, кого мучит вопрос: действительно ли было противостояние Ленина со Свердловым?
- Помню, первым, кто задал мне вопрос по поводу Свердлова, как это ни смешно, был Борис Николаевич Ельцин.
Я ему ответил, что Ленин относился с величайшим уважением к Свердлову, а для Свердлова Ленин был вообще большой личностью. Опять же надо понимать взаимоотношения внутри большевистской элиты: у них у всех было особое отношение к Ленину, но оно не имело отношения к каким-то сакральным сюжетам – это было просто величайшее уважение к вождю.
А подобные вопросы родились, когда появились работы Фельштинского (Фельштинский Ю.Г. (род. 1956) – американский публицист, соратник А.Солженицына. Автор ряда псевдоисторических трудов, публикатор архивов Л.Д.Троцкого, материалов деникинской Особой следственной комиссии по расследованию злодеяний большевиков), в которых он стал говорить, что не было покушения на Ленина, а был заговор Свердлова и Дзержинского. Для профессионала это звучит как записки сумасшедшего!
Потом идет утверждение, что не было левоэсеровского мятежа, а был также заговор Свердлова – это опять же смешно! Знаете, когда мы делали фильм «Шестое июля», я разыскал одну яркую левоэсеровскую фигуру – это был начальник боевых дружин левых эсеров Орешкин. Он, кстати, был одним из главных персонажей восстания 6 июля, а при создании нашего фильма был его консультантом. Мы с ним долго ходили по Трехсвятительскому переулку, зашли в дом, где помещался штаб левых эсеров и полк Попова. И Орешкин обо всем этом рассказывал очень подробно: вот здесь стояли пушки, а здесь было так-то. И после этого нам говорят, что есть другая точка зрения! Простите, да это не другая точка зрения, а, будем это называть, болезненность какая-то.
У нас часто думают, что толерантность заключается в приятии всех точек зрения, я бы сказал, что это постмодерн по-бердищевски, но простите, где белое и где черное, все-таки надо различать. Если мне один из главных фигурантов этих событий Орешкин рассказывает, где чего и как было, а потом Фельштинский начинает писать, что было совсем не так - ну, в общем, нет слов.
Понимаете, мы живем в эпоху интеллектуальной деградации – это можно видеть по состоянию образования, медицины, космонавтики, Вот в такие периоды и появляются такие историки, которые считают так: «Сейчас мы все перевернем и напишем по-новому!». А чем еще можно прославиться?
Когда я читал у того же Сахарова про весь этот секретариат Ленина, и это при том, что их всех я хорошо знал, еще раз вам повторяю. Я же писал даты жизнедеятельности к 45 и 35 тому полного собрания сочинений Ленина, мы много разговаривали, беседовали, была достаточная степень откровенности, потому что и время было все-таки уже немного другое – после XX съезда. И когда я про них читаю все эти упражнения, в общем, давайте это будет называться новым прочтением.
- Какой ваш метод как историка – рациональный анализ фактов или психологическое вживание в эпоху, характер?
- Одно связано с другим: вы никогда не поймете документ, если вы не чувствуете эпоху. Чему я учу студентов? Я им говорю: вы должны взять книгу, понюхать ее и понять – дерьмо это или на нее стоит потратить деньги, купить ее. Если вы не живете в этой эпохе, если вы не чувствуете ее атмосферу, то вы и документ не поймете. Это же глупо кричать: «Вот документ доказывает!». Что доказывает? Кому доказывает? Что за документ? Есть же такие науки, как источниковедение, документоведение и т.д, и это все надо понимать.
И получается, что одни и те же документы служат основанием для диаметрально противоположных позиций. В главе о завещании будет примерно такой же круг документов, что и у Сахарова, но я-то их совершенно по-другому читаю. И не потому, что у меня какой-то субъективизм. Я могу ошибаться, сколько влезет.
Тем же студентам говорю: «Ребята, никому на слово не верьте! Мало ли кто вам что наплетет или лапши на уши навешает!» Надо чувствовать эту эпоху, понимаете?
И понять взаимоотношения! А иначе будем читать про заговор Свердлова с Дзержинским! Боже мой, очнитесь!
Когда я тем же будущим режиссерам читаю во ВГИКе курс «Историческое кино», я им не говорю: «Они были хорошие, а вы плохие», я говорю, что давайте договоримся так: они были другие!
- Тут просто вспоминается история с Брестским договором, когда Ленин оставался в оппозиции практически ко всем, и отсюда и всплывают эти рассуждения о заговоре. Начинают проводить психологические параллели, проходит полгода, а соратники якобы все еще злые на Ленина…
- Ощущение одиночества у Ленина бывало очень частым. Это был человек, у которого все-таки был другой масштаб, он просто видел дальше и понимал многое.
Когда-то Карлейль36 написал, что Наполеон был последним великим историческим деятелем, но, наверное, он неправ: сегодня, в эпоху измельчания политических деятелей, мы просто не понимаем, что такое масштаб видения. Когда Ленин был в ссылке в Шушенском, у него рядом с кроватью, на табуретке, лежали книги двух авторов – Пушкина и Гегеля37. Попробуйте почитать Гегеля – вы через две строки голову себе поломаете! Это очень сложное дело!
Но, как говорил Ленин, лучше иметь дело с умным идеалистом, чем с дураком-материалистом. Это был другой масштаб мышления, и поэтому бывали периоды, когда он просто действительно видел дальше – только и всего.
Поверьте – я не рисую из него господа бога, так получилось, но ведь были же люди, у которых была, по выражению того же Ленина, «физическая сила ума». К примеру, так он говорил о Плеханове: «Смотрите – сразу видно: умный человек!». Дома у Ленина в библиотеке было пять томов Гегеля, и в 1922 году он опять сильно их почитывал. И когда читаешь переписку Ленина с тем же Молотовым и другими, например, накануне XI съезда партии, видно, что все они отличные мужики, но вот не понимают, чего хочет Ленин – они вообще не понимают предмета разговора!
- Передо мной сейчас находится вышедшая в прошлом году книга Светланы Поповой «Между двумя переворотами. Документальное свидетельство о событиях лета 1917 года в Петрограде». В ней речь идет о том, кто запустил фальсификацию по поводу немецкого золота. Эта работа вам встречалась?
- Попова еще в свое время написала статью о французской разведке и «немецком золоте», которую я с удовольствием использовал, тем более она писала ее, когда не были рассекречены документы разведок. Сейчас они рассекречены и могут сказать, что все описано ею точно. Повторюсь, что порой в какой-то посторонней книге находится эпизод, событие, и так хочется сказать спасибо огромное автору – это очень важно.
Сейчас, когда многие молодые ребята приходят из школ – а в школах, сами знаете, что происходит с преподаванием истории, у них такая каша в голове, и такого труда стоит хоть как-то, хоть чуть-чуть разгрести все это и определить, что это – север, а это – юг, восток, запад.
К сожалению, сейчас тип мышления у молодых ребят – клипово-интернетный: они очень легко воспринимают эти клипы и застревают на них, и из-за этого в работах ребят иногда соседствуют взаимоисключающие мысли. Ему говоришь: «Ну что же ты ерунду написал какую-то?» - он понимает, но в голове-то эти клипы сидят. Ну, правильно, если они с утра до ночи сидят в интернете, книги они, как правило, не читают, а если взять уровень преподавания в вузах – мне бывает просто очень неудобно за коллег.
- Как бы вы оценили перспективы Октябрьской революции, если бы Ленин сохранил работоспособность и прожил еще лет десять?
- Здесь нужно исходить, как когда-то говорили, из роли личности в истории. Вы знаете, что революция в России началась без Ленина: он находился в то время в Швейцарии. Начало всех событий происходит в марте-апреле 1917 года: завязываются все узлы и приводят к Октябрю. Здесь основное значение имеет тот гигантский революционный вал, который прорвался в 1917 году, и никто не хочет понять, что Первая мировая война увеличила разрыв между народом и властью. А он был чудовищный: власть жила своей жизнью, а народ своей при абсолютном ее неприятии.
Все благостные картинки, которые сейчас рисуют про то время, просто выглядят смешно, к тому же существует множество документов на эту тему. Война изменила характер диалога между народом и властью: ведь 15 миллионов человек получили винтовки! И если раньше любой урядник мог подойти к человеку и дать в морду, то теперь у него в руках винтовка. Отсюда и развитие этого гигантского революционного вала.
Взгляните на июльские события 1917 года – что говорят пулеметчики большевикам: или вы пойдете с нами, или мы пойдем без вас. А накануне октябрьского восстания рабочие говорят: «В общем, так, ребята, вы можете решать, как хотите, но мы пойдем без вас, если вы не примите наше решение».
Вот эта волна решала все! То, что произошло потом, не было результатом какой-то злой воли или еще чего-то.
Раньше, когда мы спорили вокруг НЭПа, то всегда говорили фразу, которую какой-то дурак придумал: «История не любит сослагательного наклонения!». Но история всегда состоит из альтернатив: между пунктом A и пунктом Б всегда существует множество путей, и самый короткий не является самым лучшим. И поэтому все могло быть по-другому.
В 1928 году сложилась ситуация, когда нам надо было выходить из НЭПа. Но сегодня мы имеем пример Вьетнама, пример Китая, которые идут по путям НЭПа, если правильно понимать НЭП, а не так, как его описывали в учебниках. Эти страны же нашли возможность для колоссального движения вперед, и сегодня у Китая вторая экономика в мире. У нас, кстати, ужасно не любят Китай, потому что он многие вещи ставит на место, и, конечно, у нас могла быть другая экономика. Но повторяю: объективных причин для свертывания НЭПа было достаточно много.
Или вот скажем, Ленин переписывается с Молотовым в 1922 году о порядке приема в партию, и они не понимают друг друга. Ленин объясняет, в какой ситуации сейчас находимся, что мы – это капля в море и вся политика пролетарской диктатуры держится на узком слое этой старой гвардии, что достаточно небольших разногласий – и авторитет партии рухнет, и все в стране вообще пойдет по-другому.
И что? XI съезд партии все-таки принимает пункты резолюции Зиновьева, а не предложения Ленина, а после смерти Ленина в партию сразу принимают тысячи рабочих, хотя спор шел как раз об этом.
В те годы шли миллионы серьезнейших процессов, которые Ленин видел, а другие не очень. Так, например, понятие «рабочий» стало уже формально-бюрократическим. Когда писали социальное происхождение и многие указывали «рабочий», Ленин спрашивал: «Что значит «рабочий»? Сколько времени он рабочий? Когда он стал рабочим? Почему?». Поэтому, повторюсь: по-другому быть могло, потому что на примере Китая и Вьетнама видно, что на путях соединений всех начал, которые были положены в основу НЭПа, СССР мог вырваться из хлебного кризиса, который сложился в 1927-1928 годы, до начала коллективизации.
- Очень часто недобросовестные публицисты и историки озвучивают мысль, что Ленин брал власть не потому, что хотел сделать хорошее людям, а потому, что у него была чистая и стерильная жажда власти. Как людям объяснить, что такого не бывает?
- В своей книге я привожу слова американских и французских разведчиков и того же Мартова (Мартов Ю.О. (1873-1923) – революционер, один из основателей меньшевистской фракции в РСДРП. Отрицательно относился к Октябрьской революции и к большевистскому правительству),
которые отмечают, что не было у Ленина никакого тщеславия. А взять пример, когда ему врачи сказали, что надо сдавать дела, он ответил: «Все, начну сдачу дел».
В чем ошибка наших исторических фильмов и передач? В том, что они критерии отношений и нормы взаимоотношений сегодняшнего дня перекладывают на другую эпоху и других людей.
Например, отмечают, что у Ленина была партийная касса, а он пишет, что у него не было денег. Как же так? Он не мог взять? А вы знаете, были такие люди, которые не могли брать чужое. Некоторые говорят, что, глядя на нынешних, в это трудно поверить. Конечно, трудно поверить.
Поэтому никогда не надо совершать ошибки: перекладывать нормы сегодняшнего дня и сегодняшних отношений на других людей и другую эпоху.
- Еще к тому же идет попытка переложить мирное время на военное…
- И это самое главное заблуждение. Когда мы изучаем все эти ужасы Гражданской войны, я говорю студентам: «Был такой философ Эммануил Кант. Он был очень миролюбивый, но говорил: «Есть право до войны, есть право во время войны и право после войны». И представьте себе – 17-летняя девочка достала винтовку с оптическим прицелом и 300 мужиков уложила! Кто она? В мирное время она серийный убийца, а во время войны – это, простите, Герой Советского Союза, снайпер Павлюченко». Вот и вам разница. В условиях Гражданской войны всегда действуют другие законы.
- В очередную годовщину смерти Ленина вновь всплыл вопрос о его перезахоронении. Как, по-вашему, к этому нужно относится?
– К предложениям о перезахоронении Ленина надо относиться с брезгливостью.
Всякий раз, когда в России возникают острые проблемы, лучшим способом увести людей в другую сторону остается, в частности, призыв: «А давайте зароем Ленина!». Но это лишено здравого смысла.
Некоторые предлагают похоронить Ленина по христианскому обычаю, но, простите, Иисуса Христа разве предали земле? Поэтому такая идея глупа еще и потому, что власти нашей страны накануне 100-летия Ленина в 1970 году консультировались с Русской Православной Церковью – к тому времени тело Владимира Ильича в Мавзолее уже находилось ниже уровня земли, а вскоре – еще глубже. Между прочим, в тот год православные священники читали молитвы за упокой души Ленина.
Конечно, самому Владимиру Ильичу и в страшном сне не могло присниться, что он будет лежать в Мавзолее, но поймите – так сложилось. Когда Италию освободили от фашистов, многие итальянские парламентарии говорили: «Надо снести все памятники, связанные с этой эпохой!» На что лидер коммунистов страны Пальмиро Тольятти ответил: «Если бы памятники в Риме сносили всегда, когда менялась власть или режим, Рим никогда не стал бы вечным городом».
Поэтому вопрос не в том, выносить или не выносить тело Ленина, а в том, что это политические игры, связанные совсем с другими проблемами.
Да, Ленин остается в массовом сознании наших людей мифологизированной фигурой, неким символом многих явлений, но с этим надо как-то считаться.
Источники:
Владлен Логинов.
Ленин вчера и сегодня.Интервью
http://scepsis.ru/library/id_3001.html
Интервью с Владленом Логиновым.
http://dmpokrov.livejournal.com/275202.html
Из интервью с Владленом Логиновым
Владлен Терентьевич Логинов (род. 1929) – профессор кафедры отечественной и всеобщей истории Университета российской академии образования, биограф В.И.Ленина. Автор книг «Владимир Ленин. Выбор пути: Биография» (2005), «Неизвестный Ленин» (2010), принимал участие в работах над Полным собранием сочинений Ленина, сборником «В.И.Ленин. Неизвестные документы. 1891-1922» (1999), опубликовал сотни статей по истории Октябрьской революции, Гражданской войны и о Ленине. Так же является соавтором ряда пьес и киносценариев, был научным консультантом фильмов «Шестое июля» (1968), «Штрихи к портрету В.И.Ленина» (1967-69) и др.
– Вы написали уже две части своего многотомного труда о жизни Ленина. Это и ответ антикоммунистическим интерпретациям жизни революционного вождя, и работа, которая должна дать нам новую версию биографии Ленина в условиях свободного доступа к архивам, фактам и заграничным источникам. Скажите, открылась ли какая–либо новая информация о Ленине после 1991 года? Нам известен «канонический» советский образ вождя революции. Что изменило открытие архивов? Стало ли известно что–то новое?
– Дело в том, что после 1991 года Ленин выпал из круга научного изучения, потому что все, что вокруг него происходило, было уже из области чистейшей пропаганды, идеологической борьбы, я бы сказал.
Антиленинизм стал важнейшей частью антикоммунизма.
Поэтому все, что выходило, всегда носило очень прикладной характер.
Скажем, Волкогонов – это чистейшая пропаганда, все, что его эпигонами создавалось, целое море литературы, – все из той же оперы. Хотя на Западе в это время выходило очень много интересного. В этом смысле наиболее глубокие работы – американские....
У нас тоже есть прекрасная книга Соболева «Тайна немецкого золота», которая показывает, что это все абсолютная труха. И все материалы были известны, доступны сорок и пятьдесят лет тому назад. Американцы очень хорошо разобрались в фактах. А у нас вопрос о Ленине постоянно выдергивается на поверхность либо когда мясо дорожает, либо когда выборы на носу. Это как громоотвод. Что, кстати, свидетельствует о том, что вопрос этот большое количество людей волнует.
У нас проводится четкая политика в книгоиздательстве: чтобы охмурить молодежь, нужно сократить поле зрения. Если какая–нибудь бредятина вроде «Ледокола» Суворова издана миллионными тиражами, то перевод с английского «Мифа "Ледокола"» Городецкого имеет тираж около 1500 экземпляров. Выходят на периферии какие–то интересные работы, но все это подавляется массой, агитационной лавиной работ, не имеющих никакого отношения к истории. Серия «Жизнь замечательных людей» издала биографию Ленина, стоящую вообще за пределами научных представлений. Это уже случай, когда автор вообще не понимает предмета исследования. Такая обывательская работа. Она написана задолго до того, как появились новые документы, поэтому по содержанию работа абсолютно комична.
– Как можно охарактеризовать основные черты характера Ленина? Это был жесткий или демократичный человек?
– Это немного не то противопоставление.
Он был человеком, вся жизнь которого была подчинена определенной идее, определенной цели. Он сам сказал, что борьба за освобождение трудящихся – великое дело, и за это не жалко и жизнь отдать.
Хотя это абсолютно не исключало его нормального бытового поведения, остроумия, веселья, компанейства, дружбы, любви. Но это был действительно человек цели. Сейчас говорят: «Не хватает политической воли!». А вот человек, у которого была политическая воля и который, если он твердо был убежден в том, что это способствует освобождению человека, четко шел к своей цели. Всячески проверяя, прав он или нет. Это не умопостроения какого–нибудь схоласта, мол, он логически вывел, что надо поступать так, а не иначе.
Если мы возьмем какой–нибудь из узловых периодов истории России, его жизни, а история России ХХ века и его жизнь так тесно переплетены, то мы увидим, что всякий раз, когда принимается какое–либо очень важное решение, будь то вопрос о восстании в 1917 году, будь то вопрос о земле, будь то вопрос о Брестском мире, то эти дни буквально полны десятками встреч с людьми, с рабочими, крестьянами.
Раньше считать народ быдлом было признаком неинтеллигентности. Раньше это было неприлично. До появления «Вех» это было стыдно, так нельзя было. И Ленин был в числе тех, кто искренне верил в народ и получал на каждом шагу подтверждение, что эта масса обладает гигантским историческим опытом, здравым смыслом, своим пониманием, что есть добро, что зло.
В чем причина краха «Великих реформ»? Или провала столыпинских реформ? Столыпин поездил по Европе, у него было имение на прусской границе, он сказал: «Как здорово! Давайте устроим в России Пруссию. Будут у нас гроссбауэры – кулаки. Мы делаем ставку на трезвых и сильных, а не на слабых и пьяных». Ничего не получилось, все получилось прямо наоборот, потому что есть объективные законы [истории].
У народа есть свои представления о том, что есть добро, а что есть зло.
Так, реформаторы двадцать лет что–то реформируют и ничего не получается, тогда как НЭП и революция решили аграрную проблему, вопрос о земле, которую не могли десятилетиями решить, начиная с комиссии Киселева XIX века. Сидели яйцеголовые мужики и думали как облагодетельствовать крестьянство. Да оставьте вы людей в покое, дайте жить так, как они хотят!
Вот что такое Декрет о земле? Собрали крестьянские наказы, ничего туда не вносили. Из этого сделали свод, который стал государственным законом, это единственный случай в истории, между прочим, когда воля народа становится законом. Не опосредованная, через интеллектуальные какие–либо круги, а непосредственная. Вот такая у Ленина была особенность.
И вторая особенность, которую важно понять сегодня. Он понимал, что всякое социальное потрясение, такое как революция, оно очень многослойно.
Да, там есть авангард, сознательные пролетарии, но когда людей десятилетиями топчут ногами, когда им плюют в душу, при этом население неграмотное, необразованное, формы протеста будут уже не как в Германии, с оркестром, с флажками. Это будет пугачевщина, то, чего боялись все в 1905 и 1917 году, а он считал, что задача в том, чтобы внести свет и разум в эту поднявшуюся на борьбу массу. Сам Ленин и партия ничего бы не сделали, если бы правильно не выразили настроение вот этой гигантской волны.
Часто задают вопрос: «А вот если бы не было Ленина, была бы революция?» Так она без него и началась. В феврале 1917 он сидел в Швейцарии, читал по газеткам, что там происходит. Но он сумел выразить боль вот этой гигантской волны, на этом большевики пришли к власти.
Ленин – это настолько крупная фигура, что становится смешно, когда какой–нибудь доцент начинает рассуждать «я думаю...».
Думает он. А вот перед вами Бернард Шоу, который презирал любую власть, просто презирал, всех как ничтожеств. Это было распространенное мнение. Так вот, когда Шоу прислал Ленину свое «Назад к Мафусаилу», он написал:
«Единственному политическому деятелю, достойному того высокого...». Вообще письмо, полное пиетета, уважения. Вы вообще не найдете среди интеллектуалов ХХ века, крупнейших, например писателей, Ромен Ролан, Сартр, кто угодно, ни найдете ни одного, который высказался против Ленина. Эйнштейн, например, сказал, что это был один из тех людей, которые способствуют развитию человеческой морали.
Поэтому, когда генерал от политуправления Волкогонов начинает рассуждать по поводу Ленина и дает ему оценки, это все смешно.
– Обращаясь к биографии Ленина, мы часто видим моменты, когда против него и его позиции обращались видные большевики, высокопоставленные члены партии. Политически Ленин был одинок, у него было то, что сейчас называют командой?
– Команда у него была всегда, но это Сокольников, по–моему, после его смерти написал: «Мы все были, как молодой лес, который качался на ветру, но была в этом лесу одна сосна. И это был он, который видел дальше».
Я никогда не скрывал, что я его люблю как человека, как мыслителя. Я сейчас пишу о 1922–23 годах. Он часто видел то, что не видели другие. Это был другой масштаб. Вот его отношение к Гегелю. Тот, кто читал Гегеля, знает, что это хорошая гимнастика для ума.
У него были очень интересные отношения с Гегелем. Когда он только начинал, первая ссылка в Шушенском, Крупская пишет, что у него на табуретке рядом с кроватью лежали книжки Гегеля и Пушкина. Он часто делал пометки, когда читал. Он перечитал темное место один раз, потом второй, потом в 1915–16 годах он вообще начал штудировать работы Гегеля. Он считал, что невозможно стать коммунистом–марксистом, не освоив всего этого.
Его последние годы опять же были сопряжены с обращением к Гегелю. Даже в Горки Ленин брал с собой пять томов Гегеля. Тот, кто читал Гегеля, может понять. Очень серьезное напряжение ума. Есть у нас такой тип руководителя – «мне моей башки хватит, нужны исполнители, помощники, ты – сбегай туда, ты – принеси то. Моих мозгов мне с избытком».
Ленин был другим типом человека и руководителя, он искал общения. Я пишу третий том в своем исследовании о Ленине, про 1922 год, самый закат его жизни. И очень бросается в глаза, что он видит то, что не видят другие.
Троцкий в журнале «Под знаменем марксизма» писал о разрыве между молодым и старым поколениями большевиков. Старые пришли к пониманию истории и к большевизму жизненным опытом, а молодые принимают все в готовом виде. Это не становится фактором их мироощущения, мировоззрения. То, что раньше жизнь вбивала гвоздями, те тюремные университеты, где изучали Гегеля, «Капитал»...
Причем рабочие, простые рабочие, такие как Василий Шелгунов, привели Ленина в рабочее движение.
Троцкий, в отличие от Ленина, не схватывал каких–то более масштабных вещей. Ленин мог устоять против общественного мнения. Троцкому это было труднее.
– Но Ленин в разные эпохи был «разным». После его смерти каждый новый руководитель объявлял себя последователем Ленина. Сталин, Хрущев, Брежнев. Перестройка начиналась как возвращение к ленинскому курсу.
– В этом трагедия истории, что она всегда является базой для легитимности нынешнего.
Они сами превратили Ленина в нечто полурелигиозное, святое. Раньше висел Николай угодник, а теперь – Ленин. Моральная легитимизация происходила на этой почве: «верный ученик Ленина», «продолжатель дела Ленина».
Ленин давно перестал быть тем реальным человеком, которым он был когда–то, со всеми своими привычками, особенностями характера, манерой общения. Он стал символом. Особенно в низовой массе людей. Раньше в каждой деревенской избе стояла богоматерь и государь император с наследником. А потом, читаешь мемуары Горбачева, у него там, в деревне, могла быть богоматерь сверху, а рядом Маркс–Энгельс–Ленин. Так Ленин–легенда оторвался от реального Ленина.
– А кто из советских вождей, по–Вашему, был действительным последователем Ленина?
– Да никто не был. Они совершенно не поняли хода истории. Я недавно, перечитывая Дэн Сяопина, увидел у него такой стиль ленинский, очень похоже. Но дело не в этом. Выход из НЭПа, например, это не воля Сталина, это ход истории. Хотя история всегда многовариантна, нет единственной самой короткой дороги, есть множество дорог. Последователи Ленина пошли по другой дорожке. Они не хорошие, не плохие, но так сложились обстоятельства. Можно тома написать об этом. А можно было пойти другим, ленинским путем.
– А как, по–Вашему, Ленин, это больше фигура российского или мирового масштаба?
– Скорее мирового масштаба. В чем смысл ХХ века? Каждый век должен иметь какой–либо смысл. Смысл ХХ века заключается в том, что на арену выходят народы, доселе находящиеся в историческом анабиозе: Китай, Индия, Латинская Америка. Страны с миллиардным населением. Ведь мы как изучали историю: есть цивилизованная Греция, потом расширяется Древний Рим с Византией, потом Европа. Ведь до сих пор господствует евроцентризм. А смысл ХХ века в том, что на арену выходят миллиарды людей. После первой русской революции последовала революция 1917 года, в это же время революция в Мексике, Панчо Вилья. В Латинской Америке тоже мужики жгли помещичьи усадьбы. Как в России. Отсюда, кстати, и смысл XXI века: либо мы найдем баланс между Севером и Югом, либо...
как говорил Ленин, «история – мамаша суровая». Так вот, Ленин стал символом выхода на историческую арену многомиллионных масс.
На Западе в 1918 году выходит книга Джона Рида25, это дает понять, что за рубежом были хорошо информированы об Октябрьской революции и о Ленине и не нашими авторами, а блистательной плеядой американских журналистов.
Понимаете, у нас считают, что все, что происходит в истории России, это событие уездного масштаба.
К примеру, когда подписали известное Беловежское соглашение, один из самых мудрых людей России Никита Николаевич Моисеев, крупнейший ученый, ныне покойный, бывший тогда в Президентском совете, встретив приехавшую из Беловежской пущи компашку, в том числе того же Бурбулиса, воскликнул: «Что же вы наделали!». Бурбулис сказал: «Никита Николаевич! Как ты не понимаешь, ведь теперь над нами никого нет».
Это же уровень уездных начальников! И вот они думают, что Октябрьский переворот в Петрограде был уездным событием. А ведь оно действительно потрясло мир! Посмотрите, как все пошло сразу: всколыхнулись Латинская Америка, Китай, Иран.
А имя Ленина стало известно, прежде всего, именно благодаря революции.
...какие цели, по вашему мнению, преследуют авторы и создатели телепрограмм и статей о Ленине, имеющих антиленинское направление?
Проблема отношения к Ленину настолько политизирована, что к реальной истории она не имеет ни малейшего отношения.
Дело не в том, что кто-то что-то знает, а кто-то что-то не знает, что какие-то документы есть, а каких-то документов нет – это чисто политическая проблема. Мне понятна ситуация со Сталиным: пройдет какое-то время, и наша власть найдет какой-то Modus Vivendi4 – в том смысле, что она употребит его как государственника, а с Лениным это не сделаешь, поскольку Ленин – это символ какой-то борьбы, если выражаться примитивно, бедных против богатых, символ борьбы за справедливость, каким он в сознании сложился во всем мире. Не надо забывать, что Ленин – это не фигура уездного масштаба и не отношение каких-то наших авторов определяет отношение к нему в мире.
Наоборот, когда люди приезжают из тех же Штатов, они спрашивают: «А что вы все с ума что ли сошли?». Понимаете, Ленина никуда не впишешь, и отсюда идет «заказуха», и причем совершенно чудовищная, глупая, но вполне на уровне того интеллектуального убожества, которое характерно для нашего телевидения и прочих СМИ. Поэтому все абсолютно прозрачно и понятно.
Кстати, сейчас вообще появилась еще и литература, исходящая слева, а не справа – от тех, кто себя считает поклонниками Ленина. Я имею в виду книгу В.А.Сахарова (доктор исторических наук, доцент кафедры политической истории МГУ) «Политическое завещание» Ленина». Я напишу об этом в своей книге.
Жалко мне его, казалось бы, такой добросовестный автор, который впервые занялся источниковедением, но, простите, есть же предел всяким домыслам. Есть же предел домыслам!
У нас по этому периоду, связанному с завещанием, есть несколько источников. Есть книга записей дежурных секретарей, есть записи дежурных врачей, есть различного рода записки и т.д., и если все это в сумме рассмотреть, то смешно подозревать, что Крупская в заговоре с Троцким что-то фальсифицировала. Простите, ну есть же предел!
И в своей книге я все это по деталям, часам, минутам буду расписывать. И это единственное, наверное, что убеждает, когда все так спокойненько-спокойненько раскладываешь по фактам. Опять же – книга Сахарова отражает нынешнюю ситуацию. Конечно, сегодня, когда те, кто считает себя коммунистами, считают возможным всякое.
Вот у них иные взаимоотношения с церковью, иные взгляды по национальному вопросу. Поэтому одну из очень важных ленинских работ по автономизации (речь идет о письме Ленина «К вопросу о национальностях и «автономизации»», которое он надиктовал М.А.Володичевой 30 и 31 декабря 1922 года), по их мнению, мог написать только русофоб, и, конечно же, это был Троцкий.
Я лично знал секретарш Ленина, ту же Володичеву (Володичева Мария Акимовна. До июля 1918 года – секретарь бюро печати Совнаркома, с 1918 по 1924 год – машинистка в СНК и помощник секретаря СТО и СНК), поэтому читать о том, что они составили заговор и сфальсифицировали документы – ну побойтесь же вы бога! И предполагать, что Крупская в заговоре с Троцким могла пойти против Ленина не надо – это уже что-то совсем больное.
- Кстати, из разряда «больного». Немало есть тех, кого мучит вопрос: действительно ли было противостояние Ленина со Свердловым?
- Помню, первым, кто задал мне вопрос по поводу Свердлова, как это ни смешно, был Борис Николаевич Ельцин.
Я ему ответил, что Ленин относился с величайшим уважением к Свердлову, а для Свердлова Ленин был вообще большой личностью. Опять же надо понимать взаимоотношения внутри большевистской элиты: у них у всех было особое отношение к Ленину, но оно не имело отношения к каким-то сакральным сюжетам – это было просто величайшее уважение к вождю.
А подобные вопросы родились, когда появились работы Фельштинского (Фельштинский Ю.Г. (род. 1956) – американский публицист, соратник А.Солженицына. Автор ряда псевдоисторических трудов, публикатор архивов Л.Д.Троцкого, материалов деникинской Особой следственной комиссии по расследованию злодеяний большевиков), в которых он стал говорить, что не было покушения на Ленина, а был заговор Свердлова и Дзержинского. Для профессионала это звучит как записки сумасшедшего!
Потом идет утверждение, что не было левоэсеровского мятежа, а был также заговор Свердлова – это опять же смешно! Знаете, когда мы делали фильм «Шестое июля», я разыскал одну яркую левоэсеровскую фигуру – это был начальник боевых дружин левых эсеров Орешкин. Он, кстати, был одним из главных персонажей восстания 6 июля, а при создании нашего фильма был его консультантом. Мы с ним долго ходили по Трехсвятительскому переулку, зашли в дом, где помещался штаб левых эсеров и полк Попова. И Орешкин обо всем этом рассказывал очень подробно: вот здесь стояли пушки, а здесь было так-то. И после этого нам говорят, что есть другая точка зрения! Простите, да это не другая точка зрения, а, будем это называть, болезненность какая-то.
У нас часто думают, что толерантность заключается в приятии всех точек зрения, я бы сказал, что это постмодерн по-бердищевски, но простите, где белое и где черное, все-таки надо различать. Если мне один из главных фигурантов этих событий Орешкин рассказывает, где чего и как было, а потом Фельштинский начинает писать, что было совсем не так - ну, в общем, нет слов.
Понимаете, мы живем в эпоху интеллектуальной деградации – это можно видеть по состоянию образования, медицины, космонавтики, Вот в такие периоды и появляются такие историки, которые считают так: «Сейчас мы все перевернем и напишем по-новому!». А чем еще можно прославиться?
Когда я читал у того же Сахарова про весь этот секретариат Ленина, и это при том, что их всех я хорошо знал, еще раз вам повторяю. Я же писал даты жизнедеятельности к 45 и 35 тому полного собрания сочинений Ленина, мы много разговаривали, беседовали, была достаточная степень откровенности, потому что и время было все-таки уже немного другое – после XX съезда. И когда я про них читаю все эти упражнения, в общем, давайте это будет называться новым прочтением.
- Какой ваш метод как историка – рациональный анализ фактов или психологическое вживание в эпоху, характер?
- Одно связано с другим: вы никогда не поймете документ, если вы не чувствуете эпоху. Чему я учу студентов? Я им говорю: вы должны взять книгу, понюхать ее и понять – дерьмо это или на нее стоит потратить деньги, купить ее. Если вы не живете в этой эпохе, если вы не чувствуете ее атмосферу, то вы и документ не поймете. Это же глупо кричать: «Вот документ доказывает!». Что доказывает? Кому доказывает? Что за документ? Есть же такие науки, как источниковедение, документоведение и т.д, и это все надо понимать.
И получается, что одни и те же документы служат основанием для диаметрально противоположных позиций. В главе о завещании будет примерно такой же круг документов, что и у Сахарова, но я-то их совершенно по-другому читаю. И не потому, что у меня какой-то субъективизм. Я могу ошибаться, сколько влезет.
Тем же студентам говорю: «Ребята, никому на слово не верьте! Мало ли кто вам что наплетет или лапши на уши навешает!» Надо чувствовать эту эпоху, понимаете?
И понять взаимоотношения! А иначе будем читать про заговор Свердлова с Дзержинским! Боже мой, очнитесь!
Когда я тем же будущим режиссерам читаю во ВГИКе курс «Историческое кино», я им не говорю: «Они были хорошие, а вы плохие», я говорю, что давайте договоримся так: они были другие!
- Тут просто вспоминается история с Брестским договором, когда Ленин оставался в оппозиции практически ко всем, и отсюда и всплывают эти рассуждения о заговоре. Начинают проводить психологические параллели, проходит полгода, а соратники якобы все еще злые на Ленина…
- Ощущение одиночества у Ленина бывало очень частым. Это был человек, у которого все-таки был другой масштаб, он просто видел дальше и понимал многое.
Когда-то Карлейль36 написал, что Наполеон был последним великим историческим деятелем, но, наверное, он неправ: сегодня, в эпоху измельчания политических деятелей, мы просто не понимаем, что такое масштаб видения. Когда Ленин был в ссылке в Шушенском, у него рядом с кроватью, на табуретке, лежали книги двух авторов – Пушкина и Гегеля37. Попробуйте почитать Гегеля – вы через две строки голову себе поломаете! Это очень сложное дело!
Но, как говорил Ленин, лучше иметь дело с умным идеалистом, чем с дураком-материалистом. Это был другой масштаб мышления, и поэтому бывали периоды, когда он просто действительно видел дальше – только и всего.
Поверьте – я не рисую из него господа бога, так получилось, но ведь были же люди, у которых была, по выражению того же Ленина, «физическая сила ума». К примеру, так он говорил о Плеханове: «Смотрите – сразу видно: умный человек!». Дома у Ленина в библиотеке было пять томов Гегеля, и в 1922 году он опять сильно их почитывал. И когда читаешь переписку Ленина с тем же Молотовым и другими, например, накануне XI съезда партии, видно, что все они отличные мужики, но вот не понимают, чего хочет Ленин – они вообще не понимают предмета разговора!
- Передо мной сейчас находится вышедшая в прошлом году книга Светланы Поповой «Между двумя переворотами. Документальное свидетельство о событиях лета 1917 года в Петрограде». В ней речь идет о том, кто запустил фальсификацию по поводу немецкого золота. Эта работа вам встречалась?
- Попова еще в свое время написала статью о французской разведке и «немецком золоте», которую я с удовольствием использовал, тем более она писала ее, когда не были рассекречены документы разведок. Сейчас они рассекречены и могут сказать, что все описано ею точно. Повторюсь, что порой в какой-то посторонней книге находится эпизод, событие, и так хочется сказать спасибо огромное автору – это очень важно.
Сейчас, когда многие молодые ребята приходят из школ – а в школах, сами знаете, что происходит с преподаванием истории, у них такая каша в голове, и такого труда стоит хоть как-то, хоть чуть-чуть разгрести все это и определить, что это – север, а это – юг, восток, запад.
К сожалению, сейчас тип мышления у молодых ребят – клипово-интернетный: они очень легко воспринимают эти клипы и застревают на них, и из-за этого в работах ребят иногда соседствуют взаимоисключающие мысли. Ему говоришь: «Ну что же ты ерунду написал какую-то?» - он понимает, но в голове-то эти клипы сидят. Ну, правильно, если они с утра до ночи сидят в интернете, книги они, как правило, не читают, а если взять уровень преподавания в вузах – мне бывает просто очень неудобно за коллег.
- Как бы вы оценили перспективы Октябрьской революции, если бы Ленин сохранил работоспособность и прожил еще лет десять?
- Здесь нужно исходить, как когда-то говорили, из роли личности в истории. Вы знаете, что революция в России началась без Ленина: он находился в то время в Швейцарии. Начало всех событий происходит в марте-апреле 1917 года: завязываются все узлы и приводят к Октябрю. Здесь основное значение имеет тот гигантский революционный вал, который прорвался в 1917 году, и никто не хочет понять, что Первая мировая война увеличила разрыв между народом и властью. А он был чудовищный: власть жила своей жизнью, а народ своей при абсолютном ее неприятии.
Все благостные картинки, которые сейчас рисуют про то время, просто выглядят смешно, к тому же существует множество документов на эту тему. Война изменила характер диалога между народом и властью: ведь 15 миллионов человек получили винтовки! И если раньше любой урядник мог подойти к человеку и дать в морду, то теперь у него в руках винтовка. Отсюда и развитие этого гигантского революционного вала.
Взгляните на июльские события 1917 года – что говорят пулеметчики большевикам: или вы пойдете с нами, или мы пойдем без вас. А накануне октябрьского восстания рабочие говорят: «В общем, так, ребята, вы можете решать, как хотите, но мы пойдем без вас, если вы не примите наше решение».
Вот эта волна решала все! То, что произошло потом, не было результатом какой-то злой воли или еще чего-то.
Раньше, когда мы спорили вокруг НЭПа, то всегда говорили фразу, которую какой-то дурак придумал: «История не любит сослагательного наклонения!». Но история всегда состоит из альтернатив: между пунктом A и пунктом Б всегда существует множество путей, и самый короткий не является самым лучшим. И поэтому все могло быть по-другому.
В 1928 году сложилась ситуация, когда нам надо было выходить из НЭПа. Но сегодня мы имеем пример Вьетнама, пример Китая, которые идут по путям НЭПа, если правильно понимать НЭП, а не так, как его описывали в учебниках. Эти страны же нашли возможность для колоссального движения вперед, и сегодня у Китая вторая экономика в мире. У нас, кстати, ужасно не любят Китай, потому что он многие вещи ставит на место, и, конечно, у нас могла быть другая экономика. Но повторяю: объективных причин для свертывания НЭПа было достаточно много.
Или вот скажем, Ленин переписывается с Молотовым в 1922 году о порядке приема в партию, и они не понимают друг друга. Ленин объясняет, в какой ситуации сейчас находимся, что мы – это капля в море и вся политика пролетарской диктатуры держится на узком слое этой старой гвардии, что достаточно небольших разногласий – и авторитет партии рухнет, и все в стране вообще пойдет по-другому.
И что? XI съезд партии все-таки принимает пункты резолюции Зиновьева, а не предложения Ленина, а после смерти Ленина в партию сразу принимают тысячи рабочих, хотя спор шел как раз об этом.
В те годы шли миллионы серьезнейших процессов, которые Ленин видел, а другие не очень. Так, например, понятие «рабочий» стало уже формально-бюрократическим. Когда писали социальное происхождение и многие указывали «рабочий», Ленин спрашивал: «Что значит «рабочий»? Сколько времени он рабочий? Когда он стал рабочим? Почему?». Поэтому, повторюсь: по-другому быть могло, потому что на примере Китая и Вьетнама видно, что на путях соединений всех начал, которые были положены в основу НЭПа, СССР мог вырваться из хлебного кризиса, который сложился в 1927-1928 годы, до начала коллективизации.
- Очень часто недобросовестные публицисты и историки озвучивают мысль, что Ленин брал власть не потому, что хотел сделать хорошее людям, а потому, что у него была чистая и стерильная жажда власти. Как людям объяснить, что такого не бывает?
- В своей книге я привожу слова американских и французских разведчиков и того же Мартова (Мартов Ю.О. (1873-1923) – революционер, один из основателей меньшевистской фракции в РСДРП. Отрицательно относился к Октябрьской революции и к большевистскому правительству),
которые отмечают, что не было у Ленина никакого тщеславия. А взять пример, когда ему врачи сказали, что надо сдавать дела, он ответил: «Все, начну сдачу дел».
В чем ошибка наших исторических фильмов и передач? В том, что они критерии отношений и нормы взаимоотношений сегодняшнего дня перекладывают на другую эпоху и других людей.
Например, отмечают, что у Ленина была партийная касса, а он пишет, что у него не было денег. Как же так? Он не мог взять? А вы знаете, были такие люди, которые не могли брать чужое. Некоторые говорят, что, глядя на нынешних, в это трудно поверить. Конечно, трудно поверить.
Поэтому никогда не надо совершать ошибки: перекладывать нормы сегодняшнего дня и сегодняшних отношений на других людей и другую эпоху.
- Еще к тому же идет попытка переложить мирное время на военное…
- И это самое главное заблуждение. Когда мы изучаем все эти ужасы Гражданской войны, я говорю студентам: «Был такой философ Эммануил Кант. Он был очень миролюбивый, но говорил: «Есть право до войны, есть право во время войны и право после войны». И представьте себе – 17-летняя девочка достала винтовку с оптическим прицелом и 300 мужиков уложила! Кто она? В мирное время она серийный убийца, а во время войны – это, простите, Герой Советского Союза, снайпер Павлюченко». Вот и вам разница. В условиях Гражданской войны всегда действуют другие законы.
- В очередную годовщину смерти Ленина вновь всплыл вопрос о его перезахоронении. Как, по-вашему, к этому нужно относится?
– К предложениям о перезахоронении Ленина надо относиться с брезгливостью.
Всякий раз, когда в России возникают острые проблемы, лучшим способом увести людей в другую сторону остается, в частности, призыв: «А давайте зароем Ленина!». Но это лишено здравого смысла.
Некоторые предлагают похоронить Ленина по христианскому обычаю, но, простите, Иисуса Христа разве предали земле? Поэтому такая идея глупа еще и потому, что власти нашей страны накануне 100-летия Ленина в 1970 году консультировались с Русской Православной Церковью – к тому времени тело Владимира Ильича в Мавзолее уже находилось ниже уровня земли, а вскоре – еще глубже. Между прочим, в тот год православные священники читали молитвы за упокой души Ленина.
Конечно, самому Владимиру Ильичу и в страшном сне не могло присниться, что он будет лежать в Мавзолее, но поймите – так сложилось. Когда Италию освободили от фашистов, многие итальянские парламентарии говорили: «Надо снести все памятники, связанные с этой эпохой!» На что лидер коммунистов страны Пальмиро Тольятти ответил: «Если бы памятники в Риме сносили всегда, когда менялась власть или режим, Рим никогда не стал бы вечным городом».
Поэтому вопрос не в том, выносить или не выносить тело Ленина, а в том, что это политические игры, связанные совсем с другими проблемами.
Да, Ленин остается в массовом сознании наших людей мифологизированной фигурой, неким символом многих явлений, но с этим надо как-то считаться.
Источники:
Владлен Логинов.
Ленин вчера и сегодня.Интервью
http://scepsis.ru/library/id_3001.html
Интервью с Владленом Логиновым.
http://dmpokrov.livejournal.com/275202.html
Метки: ленин, замечательные люди России, история
Марина Ляпина,
17-01-2012 16:06
(ссылка)
Островок социализма
Из своего детства запомнились детские клубы и библиотеки. И там и там была возможность общения со сверстниками, мы играли в настольные игры, читали журналы, обменивались впечатлениями о прочитанных книгах. В одном из таких клубов даже полтора года посещала занятия по игре на фортепиано. А недавно словно снова вернулась в советское детство, когда одна из родительниц из параллельного класса предложила отмечать новогодний утренник с детьми в клубе им. Виталия Баневура.
Несмотря на то, что клуб носит имя прославленного героя-комсомольца, боровшегося против белогвардейцев на Дальнем Востоке, его за 20 лет перестройки не переименовали, и даже на стенде напечатана краткая биография Баневура и его портрет:
Администрация города тоже не против клуба им. Баневура:
Все кружки в клубе абсолютно бесплатные, разве что костюмы приходится шить за свой счет тем, кто ходит в танцевальный кружок. Коллектив очень дружный, многие работают там много лет. Дети любого возраста могут найти себе занятие по интересам, а родители могут быть спокойны за своих чад, потому что в клубе к ним относятся очень хорошо и ответственно.
Вот перечень кружков:
1. Музыкальные:
- вокальная студия «Зарянка»,
- гитара,
- фольклорная студия «Ладушки»,
- индивидуальное обучение игры на фортепьяно, гитаре.
2. Танцевальный:
- танцевальная студия «Радуга».
- танцевальный кружок "Фабрика звёзд"
3. Художественно-прикладные:
- лепка,
- студия вязания «Клубочек»,
- изостудия «Карандашик»,
- студия «Дизайн одежды».
4. Кружок английского языка.
5. Детское общественное пионерское объединение «Страна Баневурия».
6. Экологический кружок "Живое море"
Все помещения клуба украшены произведениями детских рук - талантливых и креативных:
Скромная благоустроенность клуба не означает его ущербности перед элитными евроремонтными студиями развития детей, наоборот создает простую домашнюю обстановку, где отсутствие компьютеров и игровых автоматов с лихвой компенсируется непринужденным общением, игрой, дурачеством и конечно же творчеством, которое в любом возрасте приносит удовольствие, стимулирует ум и позволяет насладиться результатом уникальных работ, созданных своими руками под руководством добросердечных и отзывчивых педагогов-наставников, с которыми можно обсудить свои проблемы и поделиться радостями, посоветоваться и просто попить чай в дружеской обстановке. Клуб им. В.Баневура - это место, где детям искренне рады, где детям хорошо и уютно, радостно и каждый имеет возможность проявить свои способности и умения.
Наше завтра начинается сегодня - с каждого из нас, а еще с умения замечать большой труд людей, которые живут рядом, с умения замечать то прекрасное, что есть даже в это нестабильное и, казалось бы, беспросветное время.
Несмотря на то, что клуб носит имя прославленного героя-комсомольца, боровшегося против белогвардейцев на Дальнем Востоке, его за 20 лет перестройки не переименовали, и даже на стенде напечатана краткая биография Баневура и его портрет:
Администрация города тоже не против клуба им. Баневура:
Все кружки в клубе абсолютно бесплатные, разве что костюмы приходится шить за свой счет тем, кто ходит в танцевальный кружок. Коллектив очень дружный, многие работают там много лет. Дети любого возраста могут найти себе занятие по интересам, а родители могут быть спокойны за своих чад, потому что в клубе к ним относятся очень хорошо и ответственно.
Вот перечень кружков:
1. Музыкальные:
- вокальная студия «Зарянка»,
- гитара,
- фольклорная студия «Ладушки»,
- индивидуальное обучение игры на фортепьяно, гитаре.
2. Танцевальный:
- танцевальная студия «Радуга».
- танцевальный кружок "Фабрика звёзд"
3. Художественно-прикладные:
- лепка,
- студия вязания «Клубочек»,
- изостудия «Карандашик»,
- студия «Дизайн одежды».
4. Кружок английского языка.
5. Детское общественное пионерское объединение «Страна Баневурия».
6. Экологический кружок "Живое море"
Все помещения клуба украшены произведениями детских рук - талантливых и креативных:
Скромная благоустроенность клуба не означает его ущербности перед элитными евроремонтными студиями развития детей, наоборот создает простую домашнюю обстановку, где отсутствие компьютеров и игровых автоматов с лихвой компенсируется непринужденным общением, игрой, дурачеством и конечно же творчеством, которое в любом возрасте приносит удовольствие, стимулирует ум и позволяет насладиться результатом уникальных работ, созданных своими руками под руководством добросердечных и отзывчивых педагогов-наставников, с которыми можно обсудить свои проблемы и поделиться радостями, посоветоваться и просто попить чай в дружеской обстановке. Клуб им. В.Баневура - это место, где детям искренне рады, где детям хорошо и уютно, радостно и каждый имеет возможность проявить свои способности и умения.
Наше завтра начинается сегодня - с каждого из нас, а еще с умения замечать большой труд людей, которые живут рядом, с умения замечать то прекрасное, что есть даже в это нестабильное и, казалось бы, беспросветное время.
Метки: замечательные люди России, Владивосток
Марина Ляпина,
15-01-2012 15:09
(ссылка)
Памяти Беспаловой З.А.
Когда сегодня слушала выпуск "Социалистического радио", то очень тронули слова Зинаиды Петровны о роли малых городов, о людях, которые там работают и воспитывают новое поколение.
Я хочу рассказать об одном таком человеке, знакомство с которым воспринимаю, как величайший дар судьбы. Это заслуженный деятель искусств, заведующая отделением струнных инструментов и преподаватель моих детей по классу скрипки Зинаида Алексеевна Беспалова.
Пишу эти строки со слезами, комок стоит в горле от горя, потому что сегодня в 4 часа утра ее не стало.
Более 40 лет отдала она обучению юных скрипачей. Ее выпускники являются гордостью России - они выступают и работают в лучших коллективах нашей страны и за рубежом, являются победителями международных конкурсов. Благодаря ее стараниям наша 1-я центральная музыкальная школа им С.Прокофьева в прошлом году заняла 20-е место среди российских музыкальных школ. а ведь только в столицах - Москве и Петербурге сотни музыкальных школ.
Особенность, отличавшая Зинаиду Алексеевну от других педагогов в том, что она работала с самыми маленькими детьми. Самой юной ее ученице - Любочке Трофименко было всего 1,5 года, когда ей в руки дали самую настоящую маленькую скрипку. И девочка, буквально у материнской груди, с молоком матери впитавшая очарование музыки, тянулась за старшей сестрой, посещала вместе с ней и мамой концерты знаменитых исполнителей, приезжавших с гастролями в наш город.
Даже мы, родители, порой не замечали, какие успехи на самом деле делают наши дети. Мама 7-летней Марины Гетиа была искренне удивлена, когда ее дочери предложили выступить на городском фестивале "Новые имена", и Мариночка за 2 недели выучила незнакомое произведение да еще так, что не стыдно было перед искушенной публикой.
Когда я, обеспокоенная ошибками и трудностями постижения инструмента, спросила напрямую у Зинаиды Алексеевны, а стоит ли нам продолжать заниматься, будет ли толк? В ответ услышала: "А вы знаете, что ваша дочь в 7 лет, обучаясь в 1 классе, играет произведения за 3-й класс? Что она за четверть выучивает в разы больше, чем предусмотрено программой музыкальной школы? А вы знаете, что детям постановка пальцев на скрипке дается намного сложнее, потому что они растут, размеры скрипок меняются, и каждой новой нужно привыкать, приспосабливаться?
Ее отношение к детям было настолько проникнуто вниманием, искренним интересом, насколько это вообще возможно только у действительно любящего детей человека. В каждой девочке или мальчике, которых она учила, она умела находить те особенности, которые были необходимы для их развития. Строгая, подчас жесткая в своих требованиях, нетерпимая к малейшей фальши в произведении, она последовательно и целенаправленно добивалась лучших результатов. Ее ученики всегда были гордостью музыкальной школы, но ей было мало того, она умела всех остальных учеников и их родителей заставить равняться на лучших, стремиться к постоянному совершенству. Имена старшеклассников - лауреатов городских и всероссийских конкурсов Димы Колясникова, Даши Яровой, Насти Онопа и других знали все, она требовала присутствия школьников и их родителей на их выступлениях, в расписании чередовала сильных и слабых, юных и заканчивающих школу, чтобы они встречались на уроках, слышали друг друга.
Она помнила дни рождения всех учеников, даже тех, кто выпустился десятилетия тому назад, следила за их успехами и достижениями. Когда меняла скрипки новым ученикам, то увлеченно рассказывала, кто и когда играл на этом инструменте, чем запомнился, чего достиг.
Вслед за великим скрипачом и педагогом не уставала повторять: "Мне не нужны талантливые дети, мне нужны талантливые родители", требовала присутствия родителей на уроках, даже самых взрослых, выпускников школы, объясняла, чего добивается, на что дома обратить внимание. Союз родителей и педагога в обучении считала необходимым и основополагающим.
Ее мудрость, многолетний опыт, который был не застывшей лавой некогда бурного вулкана, а постоянно обновлялся, впитывал все новое и прогрессивное, которым она щедро делилась со своими учениками и их родителями, навсегда останутся в наших сердцах, нашей памяти, в успехах наших детей.
Благодаря ее требованиям и вниманию мы с детьми посещали все концерты скрипачей, которые приезжали в наш город, и не только скрипачей. Музыка входила в нашу жизнь, звучала даже тогда, когда просто шли по улице и что-то напевали с детьми себе под нос. А оказывалось, что напеваем, услышанное на уроке.
Слезы. Горе. Пустота. Сейчас не одни мы испытываем эти чувства. Плачет мама Марины Гетиа, плачут ученики и их родители, родные и знакомые, все те, кто был счастлив ее знать. Светлая, добрая и преданная своему делу до последних минут жизни дорогая наша учительница. Она работала по 12 часов в день, по 6, а то и 7 раз в неделю - всегда. Даже летом, когда школа закрывалась на ремонт, она приглашала учеников к себе домой и занималась, занималась с детьми, потому что знала, что инструмент надолго оставлять нельзя, что за каникулы он расстроится, что руки нуждаются в постоянной тренировке. Я ни разу не видела ее без дела, без работы, ученики всегда были в ее классе, даже если кто-то не мог придти, она звонила и приглашала на это время других. Ругала и детей и родителей, если пропускали без уважительных причин. Требовательная к себе и другим, она не позволяла себе болеть. Даже в тяжелейшем состоянии приходила на уроки, потому что знала, что там ее ждут дети, которым она отдавала всю себя: свой опыт, знания и душевную доброту.
Я хочу рассказать об одном таком человеке, знакомство с которым воспринимаю, как величайший дар судьбы. Это заслуженный деятель искусств, заведующая отделением струнных инструментов и преподаватель моих детей по классу скрипки Зинаида Алексеевна Беспалова.
Пишу эти строки со слезами, комок стоит в горле от горя, потому что сегодня в 4 часа утра ее не стало.
Более 40 лет отдала она обучению юных скрипачей. Ее выпускники являются гордостью России - они выступают и работают в лучших коллективах нашей страны и за рубежом, являются победителями международных конкурсов. Благодаря ее стараниям наша 1-я центральная музыкальная школа им С.Прокофьева в прошлом году заняла 20-е место среди российских музыкальных школ. а ведь только в столицах - Москве и Петербурге сотни музыкальных школ.
Особенность, отличавшая Зинаиду Алексеевну от других педагогов в том, что она работала с самыми маленькими детьми. Самой юной ее ученице - Любочке Трофименко было всего 1,5 года, когда ей в руки дали самую настоящую маленькую скрипку. И девочка, буквально у материнской груди, с молоком матери впитавшая очарование музыки, тянулась за старшей сестрой, посещала вместе с ней и мамой концерты знаменитых исполнителей, приезжавших с гастролями в наш город.
Даже мы, родители, порой не замечали, какие успехи на самом деле делают наши дети. Мама 7-летней Марины Гетиа была искренне удивлена, когда ее дочери предложили выступить на городском фестивале "Новые имена", и Мариночка за 2 недели выучила незнакомое произведение да еще так, что не стыдно было перед искушенной публикой.
Когда я, обеспокоенная ошибками и трудностями постижения инструмента, спросила напрямую у Зинаиды Алексеевны, а стоит ли нам продолжать заниматься, будет ли толк? В ответ услышала: "А вы знаете, что ваша дочь в 7 лет, обучаясь в 1 классе, играет произведения за 3-й класс? Что она за четверть выучивает в разы больше, чем предусмотрено программой музыкальной школы? А вы знаете, что детям постановка пальцев на скрипке дается намного сложнее, потому что они растут, размеры скрипок меняются, и каждой новой нужно привыкать, приспосабливаться?
Ее отношение к детям было настолько проникнуто вниманием, искренним интересом, насколько это вообще возможно только у действительно любящего детей человека. В каждой девочке или мальчике, которых она учила, она умела находить те особенности, которые были необходимы для их развития. Строгая, подчас жесткая в своих требованиях, нетерпимая к малейшей фальши в произведении, она последовательно и целенаправленно добивалась лучших результатов. Ее ученики всегда были гордостью музыкальной школы, но ей было мало того, она умела всех остальных учеников и их родителей заставить равняться на лучших, стремиться к постоянному совершенству. Имена старшеклассников - лауреатов городских и всероссийских конкурсов Димы Колясникова, Даши Яровой, Насти Онопа и других знали все, она требовала присутствия школьников и их родителей на их выступлениях, в расписании чередовала сильных и слабых, юных и заканчивающих школу, чтобы они встречались на уроках, слышали друг друга.
Она помнила дни рождения всех учеников, даже тех, кто выпустился десятилетия тому назад, следила за их успехами и достижениями. Когда меняла скрипки новым ученикам, то увлеченно рассказывала, кто и когда играл на этом инструменте, чем запомнился, чего достиг.
Вслед за великим скрипачом и педагогом не уставала повторять: "Мне не нужны талантливые дети, мне нужны талантливые родители", требовала присутствия родителей на уроках, даже самых взрослых, выпускников школы, объясняла, чего добивается, на что дома обратить внимание. Союз родителей и педагога в обучении считала необходимым и основополагающим.
Ее мудрость, многолетний опыт, который был не застывшей лавой некогда бурного вулкана, а постоянно обновлялся, впитывал все новое и прогрессивное, которым она щедро делилась со своими учениками и их родителями, навсегда останутся в наших сердцах, нашей памяти, в успехах наших детей.
Благодаря ее требованиям и вниманию мы с детьми посещали все концерты скрипачей, которые приезжали в наш город, и не только скрипачей. Музыка входила в нашу жизнь, звучала даже тогда, когда просто шли по улице и что-то напевали с детьми себе под нос. А оказывалось, что напеваем, услышанное на уроке.
Слезы. Горе. Пустота. Сейчас не одни мы испытываем эти чувства. Плачет мама Марины Гетиа, плачут ученики и их родители, родные и знакомые, все те, кто был счастлив ее знать. Светлая, добрая и преданная своему делу до последних минут жизни дорогая наша учительница. Она работала по 12 часов в день, по 6, а то и 7 раз в неделю - всегда. Даже летом, когда школа закрывалась на ремонт, она приглашала учеников к себе домой и занималась, занималась с детьми, потому что знала, что инструмент надолго оставлять нельзя, что за каникулы он расстроится, что руки нуждаются в постоянной тренировке. Я ни разу не видела ее без дела, без работы, ученики всегда были в ее классе, даже если кто-то не мог придти, она звонила и приглашала на это время других. Ругала и детей и родителей, если пропускали без уважительных причин. Требовательная к себе и другим, она не позволяла себе болеть. Даже в тяжелейшем состоянии приходила на уроки, потому что знала, что там ее ждут дети, которым она отдавала всю себя: свой опыт, знания и душевную доброту.
Метки: Россия, замечательные люди России
В данном сообществе, возможно, есть записи, доступные только его участникам.
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в сообщество
Чтобы их читать, Вам нужно
