Предоставляю для информации материал, который завтра ляжет на стол на самом верху власти. Несмотря на то, что НПГ России всячески блокируют, нам удалось найти "кривой ход". Надежда небольшая, что будут сдвиги, но кто-то должен поднимать эти вопросы.

Независимый профсоюз горняков России (НПГ России) полагает, что в масштабах России есть проблемы, на которые стоит обратить внимание.

Специфическая модель рыночной экономики российского образца, с несовершенными формами социального партнерства, не содержит также основополагающего для любой более или менее нормальной экономики механизма воспроизводства трудового потенциала.
Независимый профсоюз горняков России (НПГ России) считает, что в России назрела необходимость изменения характера и форм государственных гарантий в области заработной платы, особенно для работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда.

В настоящее время государство, в сфере регулирования заработной платы ограничилось установлением основной государственной гарантии по заработной плате в форме величины минимального размера оплаты труда в Российской Федерации (МРОТ).
В рыночной экономике заработная плата выполняет несколько функций – воспроизводственную, стимулирующую, регулирующую и др.
Наиболее важная из них, воспроизводственная функция, которая состоит в обеспечении возможности воспроизводства рабочей силы на социально-нормальном уровне потребления. По своей сути, МРОТ – величина, обеспечивающая воспроизводственную функцию зарплаты.
В результате проведенных, за 20 лет в России, реформ решение вопросов по оплате труда законодательно переместилось на уровень предприятий.
Регулирование заработной платы через систему социального партнерства нормально для моделей рыночной экономики развитых стран, при наличии в этих странах достаточно мощного профсоюзного движения и отлаженного механизма сотрудничества между профсоюзами и работодателями.
Вместе с тем в России реальные, организованные силы работников пока на порядки ниже, чем требуется, чтобы работодатели (собственники) всерьез считались с ними по вопросам уровня оплаты труда. Поэтому вопрос регулирования заработной платы решается в неравноправном диалоге между работниками и работодателями.
Ориентация собственников только на общегосударственные нормы оплаты труда, установленные в законодательном порядке – на МРОТ, а также инертность большинства профсоюзов ФНПР, за которыми законодательно закреплена монополия на представительство работников в переговорах с работодателями, лишь способствует этому.
Такую ситуацию констатировал и Президент России Д.А. Медведев в апреле 2011 г., на совещании по вопросам улучшения условий труда рабочих, где он сказал: «Анализ показывает, что коллективные договоры и соглашения отражают в основном требования Трудового кодекса… Хотя такая договорная кампания охватывает 92 процента рабочих, эта договорная кампания является формальной… Диалог между работниками и работодателями практически всегда не является равноправным…».
Существующая практика регулирования заработной платы для работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда, также подтверждает такое положение дел.
Например, отраслевым соглашением по угольной промышленности минимальная месячная тарифная ставка для рабочих I разряда, занятых на подземных работах установлена в размере 5 252 рубля в месяц, а соглашение по горно-металлургическому комплексу устанавливает, что минимальный размер заработной платы не может быть ниже 1,3 прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте.
В результате размеры тарифных ставок и окладов на предприятиях горно-металлургического комплекса, горнодобывающих и угледобывающих предприятий, где трудятся работники, занятые на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда, основываясь на которые рассчитывается основная часть заработной платы работников, не выполняет функцию базовой оценки результатов труда.
Такие размеры тарифных ставок и окладов не обеспечивают воспроизводственный потенциал минимальной заработной платы работников данной категории.
Несмотря на рекомендации, после произошедшей на шахте «Распадская» трагедии, Председателя Правительства России В.В. Путина изменить тарифные ставки шахтерам, в большинстве компаний, они изменены (увеличены) не были.
В.В. Путин рекомендовал: «работодателям совместно с профсоюзами внести в существующее федеральное отраслевое соглашение изменения – изменения к тарифным ставкам, которые обеспечили бы рост условно постоянной части заработной платы до 70%, как минимум».
Однако, внесенные 2 июля 2010 г. работодателями и Росуглепрофом (профсоюзом ФНПР) дополнения в Федеральное отраслевое соглашение по угольной отрасли, не содержали изменения (увеличения) тарифных ставок, в основном определяющих величину постоянной составляющей в структуре оплаты труда шахтеров.
Ограниченные только величиной МРОТ государственные гарантии по оплате труда не могут в полной мере защитить интересы работников, что приводит к росту социальной напряженности.
Например, проведенный, в октябре 2010 г. НПГ России целевой опрос горняков в трех регионах страны более 3 500 шахтеров (свыше 2% всех работников угольной отрасли) показал, что подавляющее большинство знает о предложении Председателя Правительства РФ В.В. Путина увеличить их тарифные ставки и поддерживает его. Почти столько же (93,9%) считают, что в оплате труда и тарифных ставках ничего не изменилось. 77,8% опрошенных уверены, что их заработок зависит только от премий за выполнение и перевыполнение плана. 67,6% опрошенных готовы добиваться изменения положения участием в забастовках. Опрос также показал, что открытое игнорирование Росуглепрофом и работодателями прямо заявленной позиции В.В. Путина, ведет к росту социальной напряженности – люди обеспокоены возможностью стихийных выступлений, но при этом в некоторых местностях более половины опрошенных в случае возникновения беспорядков лично готовы в них участвовать, иногда до 80%.

НПГ России предлагает расширить формы государственных гарантий в области заработной платы и вернуть работодателя (собственника) в границы общественно эффективного правового пространства.
Опыт регулирования заработной платы в развитых стран показывает, что в этих странах соотношение минимальной и средней заработной платы поддерживается, как правило, на уровне не ниже 40–50%. При этом минимальная заработная плата может устанавливаться как на общегосударственном, так и региональных и отраслевых уровнях.
В Советском Союзе, в 1989 г., минимальная заработная плата составляла 27% от средней зарплаты. В России соотношение минимальной и среднемесячной начисленной заработной платы по стране к весне 2011 г. составляло около 20%.
Соотношение указанных показателей на предприятиях горно-металлургического комплекса, горнодобывающих и угледобывающих предприятий в 2010 г. было в пределах 15,5 – 17,6%
НПГ России предлагает начать приводить государственные гарантии по оплате труда в соответствие с нормами Европейской социальной хартии и Конвенции МОТ № 131 «Об установлении минимальной заработной платы с особым учетом развивающихся стран».
В качестве первого шага в этом направлении предлагается установить государственные гарантии по оплате труда для работников, которые заняты на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда, с целью приведения соотношения между их минимальной и средней заработной платой, до уровня развитых стран – не ниже 40%.
НПГ России предлагает использовать существующий механизм государственного регулирования оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда предусмотренный нормами статьи 147 ТК РФ.
Действующим Постановлением Правительства РФ № 870 от 20 ноября 2008 г. работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда установлена компенсации в форме повышения оплаты труда не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.
Вместе с тем, тарифные ставки для работ с нормальными условиями труда устанавливаются работодателем практически самостоятельно, в неравноправном диалоге с работниками. Да и подход, который предполагает выплату доплат за вредность не соответствует существующим мировым тенденциям.
НПГ России предлагает регулировать минимальные размер заработной платы работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда Постановлениями Правительства Российской Федерации.
Данное предложение не противоречит концепции Трудового кодекса РФ, так как величина МРОТ, согласно статье 130 ТК РФ, входит в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников, при этом, оплата труда работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда регулируется нормами статьи 147 ТК РФ.
НПГ России предлагает, посредством Постановления Правительства РФ, установить, что:
«Минимальный размер оплаты труда, без учета компенсационных и стимулирующих выплат (минимальная месячная тарифная ставка или оклад) работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда не может быть ниже двукратной величины прожиточного минимума для трудоспособного населения, утверждаемого Правительством Российской Федерации».
Согласно классификации тяжести и напряженности трудового процесса, труд работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда, относится к вредному (тяжелому) труду 1 или 2 степени. Категории тяжести и напряженности труда связаны главным образом и, прежде всего, с необходимостью различных уровней и качества питания. Например, нормы потребления по основным белковым продуктам при работе по классу условий труда «вредный (тяжелой) труду 1 или 2 степени» выше по сравнению с прожиточным минимумом для трудоспособного населения в 2,1–3,2 раза.
С учетом того, что величина прожиточного минимума для трудоспособного населения рассчитывается пока по устаревшей методике, двукратная величина прожиточного минимума для трудоспособного населения будет, практически, соответствовать минимальному потребительскому (воспроизводственному) бюджету работника, занятого на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда.

При реализации данного предложения соотношение минимальной и средней заработной платы работников предприятий горно-металлургического комплекса, горнодобывающих и угледобывающих предприятий, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда, будет выходить на уровень развитых стран - не ниже 40%.
Установление таких государственных гарантий по оплате труда будет стимулировать работодателей (собственников) предприятий горно-металлургического комплекса, горнодобывающих и угледобывающих предприятий увеличивать производительность путем модернизации и технологического перевооружения производства, а не повышением интенсивности труда, как это зачастую происходит, так как неквалифицированный труд в больших масштабах применять будет затратно.
Произойдет повышение престижности профессий данной категории работников, так как повысится оплата их квалификации, которая при эксплуатации технически сложного современного производственного оборудования, в настоящее время серьезно недооценена.
При этом реально реализуется позиция, высказанная В.В. Путиным, об увеличение работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и опасными условиями труда постоянной составляющей до уровня не менее 70% от общей суммы оплаты труда.

11 июля 1989 года в г. Междуреченске
Кемеровской области  началась массовая забастовка всех угледобывающих
предприятий города. Шахтеры вышли на центральную площадь и, избрав
забастовочный комитет, начали круглосуточный митинг. Начались переговоры с
министром угольной промышленности СССР.  По истечении нескольких дней
забастовка была поддержана большинством угольных предприятий Кузбасса. 17 июля 1989 г. шахтерами был сформирован Кемеровский областной стачечный комитет. Комиссия ЦК КПСС, Правительство СССР и ВЦСПС была вынуждена садиться за стол переговоров с этим комитетом. На сессии Верховного Совета СССР выступил Президент СССР М.С. Горбачев, который назвал требования шахтеров Кузбасса «справедливыми» и заявил, что ЦК КПСС и Правительство СССР могут дать «твердые гарантии удовлетворения требований шахтеров Кузбасса». Это выступление вызвало волну новых шахтерских забастовок, но уже по всей стране.  В считанные дни забастовка охватила другие основные угледобывающие регионы СССР – Донбасса,  Воркуты и Караганды. Во всех шахтерских регионах огромной страны забастовки проходили по одной схеме, что очень сильно озадачивало и руководство отрасли, и Политбюро ЦК КПСС. Ранее отдельные забастовки проходили на различных предприятиях, но они не имели столь массового характера и такой организации, как в шахтерских регионах. Председатель КГБ СССР Чебриков докладывал на одном из заседаний Политбюро в конце лета 1989 года, что разного рода забастовки происходят в 46 областях страны. «Надо разрушать эту структуру», – говорил о забастовочных (стачечных) комитетах Председатель КГБ (1). Санкцию на «разрушение» стачкомов ни КГБ, ни МВД не получили. Политбюро ЦК КПСС просто не знало, что делать, и даже, что говорить по поводу неожиданно развернувшегося в стране рабочего протестного движения, основу которого составляли шахтеры. Параллельно с рабочим движением в СССР нарастало национальное движение, и оно вызывало у М.С.Горбачева и у ЦК КПСС гораздо большее беспокойство.Шахтерские забастовки продолжались более двух недель, лишь в конце июля они закончились. Шахтеры, после окончания забастовки, сохранили забастовочные (рабочие) комитеты в городах и регионах. Они стали органами контроля со стороны рабочих за выполнением  Постановления Совета Министров СССР от 3 августа 1989 г. № 608 «О мерах по обеспечению выполнения совместных решений, принятых правительственными комиссиями с участием ВЦСПС и забастовочными комитетами трудящихся угольных регионов страны» и региональных соглашений.
КСТАТИ,  ДО СИХ ПОР ШАХТЕРЫ ПОЛЬЗУЮТСЯ ТЕМИ ЗАВОЕВАНИЯМИ, КОТОРЫЕ ОНИ ДОБИЛИСЬ В ИЮЛЕ 1989 г.- НОЧНЫМИ, ХОДОВЫМИ, ОТПУСКАМИ….
Забастовочные (рабочие) комитеты шахтеров в 89-90 годах были фактически параллельными структурами власти. Ни одно важное решение на предприятии или в местных органах власти не принималось без согласования с ними. Забастовочные (рабочие) комитеты попытались изменить и работу профсоюзов. Выражая мнение шахтеров,  они требовали от выборных профсоюзных работников перестроить свою работу, выйти из-под влияния КПСС, руководства предприятий и встать на сторону  рабочих.
Однако профсоюзы отказались перестраивать свою работу. Тогда представители
забастовочных (рабочих) комитетов приняли решение о проведении всесоюзного
съезда шахтеров. 16-17 июня 1990 года в городе Донецке прошел первый, в истории СССР, съезд рабочих организованный самими рабочими.  Подавляющее большинство делегатов были рабочие – в составе съезда на 80% были делегаты из рабочих и около 17%  делегаты от инженерно-технического персонала. Обсудив ситуацию в стране, в угольной отрасли и в профсоюзах I-й съезд шахтеров СССР пришел к выводу, что шахтерам нужно иметь постоянно-действующее соглашение с Правительством. Съезд проголосовал за необходимость создания нового профсоюза и принял решение о проведении II-го съезда шахтеров. Он сформировал организационный комитет II-го съезда, поручив ему подготовить проекты документов, необходимых для создания профессионального союза. Второй съезд шахтеров СССР прошел 24-26 октября 1990 года в городе Донецке. На съезде присутствовало 814 делегатов. Съезд утвердил проект Генерального типового тарифного соглашения между шахтерами и Правительством СССР.Затем съезд  был преобразован в Учредительный съезд профсоюза горняков и, после продолжительных дискуссий, был учрежден Независимый профсоюз горняков СССР – за его учреждение проголосовало 642 делегата. Так, вследствие июльских шахтерских забастовок 1989 года и развития рабочего движения, в октябре 1990 года в Советском Союзе произошли два исторических события:1. Впервые в СССР, самими рабочими, был составлен проект тарифного
соглашения, между наемными работниками и работодателем, и было выдвинуто требование заключения такого соглашения. Основная идея тарифного соглашения заключалась в отказе от сдельной оплаты труда. Труд шахтеров, в основном должен оплачиваться по затраченному ими рабочему времени (с выплатой фиксированной доли от прибыли предприятия), в соответствии с их квалификацией и по индексируемой тарифной ставке, определенной исходя из текущей стоимости потребительской корзины.Потребительская корзина должна соответствовать реальному прожиточному минимуму шахтера, позволяющему произвести затраты на: оплату расходов на питание и непродовольственные товары, оплату различных услуг и обязательных платежей, сборов (в том числе оплаты услуг ЖКХ) и иных расходов, необходимых для поддержания работника в общественно-нормальном состоянии жизнедеятельности, и для содержания его семьи. Такой прожиточный минимум должен был, по мнению съезда,  предоставить  шахтеру возможность не терять значительной доли заработка, в случае невыполнения им нормативов и норм труда по причинам устранения горно-геологических нарушений, непланового ремонта техники, соблюдения техники безопасности или простоев, в том числе связанных с загазированием выработок.  2.  Был учрежден Независимый профсоюз горняков (НПГ). Тем самым шахтеры СССР, в лице НПГ, фактически восстановили Всероссийский союз горнорабочих, ликвидированный большевиками в 30-е годы.
В программных документах съезда отмечалось, что создан профсоюз
горняков-рабочих, без участия администрации предприятий и отрасли, и что
профсоюз отказывается выполнять функции, навязанные профсоюзам государством и администрацией предприятий.Таким образом, забастовка шахтеров, начавшаяся 11 июля 1989 г. положила начало новому периоду развития рабочего и профсоюзного движения и трудовых отношений в стране – фактически возрождению рабочего движения. В феврале 1991 года на совместном заседании  представителей созданных, к тому времени, организаций НПГ и забастовочных (стачечных) комитетов, в связи
с отказом Правительства СССР вести переговоры о  реализации решений
съездов шахтеров и невыполнением им достигнутых ранее соглашений, было принято решение о подготовке общесоюзной забастовки. В марте 1991 года общесоюзная  забастовка шахтеров началась. Она длилась два месяца.Однако к тому времени, в ход развития событий уже вмешались иные силы, которые попытались использовать естественное желание активистов рабочего движения улучшить материальное положение рабочих  для реализации собственных интересов. Есть все основания предполагать, что с целью взятия рабочего движения под контроль уже в  августе 1989 года был создан оргкомитет Конфедерации труда (КТ). В состав оргкомитета  вошли представители Межгородского рабочего клуба,  множество либеральных и социал-демократических групп, а также объединений кооперативных предприятий, которые взяли на себя финансирование всей работы «по созданию независимого рабочего движения». Результатом работы Оргкомитета стал проведенный 30 апреля - 2 мая 1990 года в г. Новокузнецке учредительный съезд движения, на котором и было провозглашено создание Конфедерации труда. Несмотря на то, что шахтерское рабочее движение отличалось обособленностью, часть представителей Совета рабочих комитетов Кузбасса пошла на тесное сотрудничество с так называемыми демократами – например, в июне 1990 года, они уже встречались с лидером Межрегиональной депутатской группой, председателем Верховного Совета РСФСР Б.Н. Ельциным.Можно предположить, что в результате такого сотрудничества, отдельные лидеры рабочих комитетов  Кузбасса, в марте 1991 года, когда забастовка шахтеров лишь разворачивалась, заявили о создании Координационного совета стачечных комитетов. Такие действия были нарушением принятых в феврале 1991 года на совместном заседании  представителей НПГ и забастовочных (стачечных) комитетов решений о характере требованиях и способах ее координации.  Оказавшись в руководящих органах забастовки шахтеров марта-апреля 1991 года, эти «лидеры» сумели навязать свое мнение о необходимости выдвижения политических требований отставки президента СССР, а не требований о заключении Генерального типового тарифного соглашения между шахтерами и Правительством СССР и введения элементов повременной оплаты труда.Одно из основных требований Второго съезд шахтеров СССР –  установление тарифной ставки шахтера в размере реального прожиточного минимума работника занятого тяжелым физическим трудом, включающего в себя затраты на: оплату расходов на
питание и непродовольственные товары, оплату различных услуг и обязательных
платежей, сборов (в том числе оплаты услуг ЖКХ) и иных расходов, необходимых
для поддержания работника в общественно нормальном состоянии жизнедеятельности, и для содержания его семьи, было этими «лидерами» проигнорировано. Таким образом, общесоюзная забастовка шахтеров из экономической превратилась в политическую, а ее результатами воспользовались в первую очередь политики, а не шахтеры – наступило время распада Советского Союза. Вместе с тем забастовочное движение шахтеров 1989-1991 годов положило начало новому периоду развития рабочего и профсоюзного движения и трудовых отношений в стране. В апреле 1991 г. сотни тысяч рабочих на предприятиях  различных отраслей Белоруссии и Украины, многих промышленных центров России стали протестовать против резкого повышения цен. Рабочие, следуя примеру шахтеров, организовывали забастовочные комитеты, которые, впоследствии, становились основой, как для создания новых профсоюзов, так и реформирования традиционных профсоюзов. И самое основное – впервые в СССР было выдвинуто требование заключения отраслевого тарифного соглашения, как документа регламентирующего экономические, социальные и трудовые отношения между рабочими и администрацией (государством), рассчитана потребительская корзина работника занятого тяжелым физическим трудом. Впоследствии практика заключения отраслевых тарифных соглашений получило широкое применение в России
и странах бывшего СССР.После распада Советского Союза борьба за права и интересы шахтеров продолжалась.
Многочисленные забастовки, марши украинских шахтеров на Киев, а белорусских на Минск и казахских шахтеров на Караганду, а также «рельсовая война» и шахтерский пикет у здания Правительства России с требованием отставки Президента России Б.Н. Ельцина в 1998 году, лишь небольшая верхушка «айсберга» шахтерского рабочего движения того времени.
 В 1999 году аналитики  Фонда «Общественное мнение» писали: «Шахтерское движение имеет довольно четкую организацию, основу которой составляют профсоюзы горняков… Высокая сплоченность шахтерских коллективов, большой опыт протестных действий свидетельствуют  о том, что шахтерское движение перестало быть частным явлением... Протестная активность шахтеров оказывает влияние на разные сферы общественной жизни – экономическую, политическую, правовую, сферу государственного управления, а также на социальное самочувствие всего общества» (3).
Ярким примером шахтерского движения являются действия шахтеров во время четырехмесячного пикет у здания Правительства России  в июне-октябре 1998 года.  Шахтеры, в то время, не дали разыграть «шахтерскую карту» в угоду интересов политиков – а попытки бросить пикетирующих шахтеров на штурм Белого Дома или Кремля и спровоцировать гражданскую войну предпринимались неоднократно. Шахтеры по максимуму «выжали», из сложившейся ситуации, для шахтеров – в сентябре 1998 года первым заместителем Правительства РФ был подписан Протокол с представителями шахтеров, пикетирующих здание Правительства РФ. Первый пункт этого протокола гласил: «Правительство Российской Федерации признает ответственность государства за часть задолженности по заработной плате работникам угольной отрасли, образовавшейся в результате недостаточного финансирования из федерального бюджета организаций потребляющих уголь, тепловую и электрическую энергию, получаемую при сжигании угля…». Для погашения согласованной задолженности по заработной плате государством выделено 1,98 млрд. руб., что составляло две трети общей задолженности по заработной плате шахтерам.Шахтерское движение создало Независимый профсоюз горняков (НПГ) – как природный результат самоорганизации рабочих, которые осознали необходимость организованного выражения и защиты собственных интересов, необходимость организовываться не на принципах «приводных ремней от верхов к низам», а на принципах самостоятельности, самоорганизации, открытости и добровольности.Рабочие, вступившие в НПГ,  стали придерживаться  совершенно иных ценностей и принципов чем те, которые сложились в тоталитарном обществе, и к которым привыкло большинство населения – в бывшем Союзе большинство жило, да и сейчас в наших странах живет – думая одно, говоря второе, делая третье. Члены НПГ стараются – открыто говорить то, что думают и
делать то, о чем говорят и думают. Многими исследователями отмечается, что в государствах, формирующихся из «советской цивилизации», новые ценности не органично вплетаются в существующие, а накладываются, как пласт, на устоявшиеся нормы и ценности, образуя новые социальные группы. Независимый профсоюз горняков, стал такой новой социальной группой. Ее участниками, в первую очередь, становятся  свободомыслящие, инициативные и активные личности, коих всегда малое количество не только в шахтерской среде, но и во всем обществе в целом. Эта новая социальная группа пока не в состоянии внятно сформулировать ценности, ее объединяющие.  Однако она уже способна выявить и более-менее ясно выразить экономические, социальные и профессиональные интересы большинства шахтеров. В ней уже десятки тысяч человек, ей удалось не только создать сотни первичных организаций, но и структурировать их, в ряде стран, на  национальных уровнях. Это показывает ее потенциал.Будучи профсоюзом, по форме, по сути своей деятельности такая структура более разнообразна и разнопланова. В первую очередь она занимается распространением в рабочей среде понимания необходимости совместной солидарной борьбы за свои права. Через эту солидарную борьбу происходит формирование из рабочих полноценных граждан –  осознающих свои права и желающих эти права  реализовать. В немалой степени эта структура занимается и формированием общественно-политического строя называемого «демократическое правовое государство», чему способствуют: принуждение работодателей работать по закону, работников прокуратуры к выполнению своих обязанностей по надзору за соблюдением законодательств и принуждение государственных органов различного уровня к корректировке их экономических и социальных планов, с учетом интересов горняков.  Являясь неотъемлемой частью шахтерского рабочего движения, профсоюзы горняков выполняют координирующую и представительскую функции по всем возникающим у шахтеров вопросам – такую задачу шахтеры поставили в программных НПГ.Представители НПГ  считают, что сохранения даты «11 июля» и  данного события – массовой шахтерской забастовки –  в исторической памяти является важной задачей для рабочих и граждан. В этих целях, а также для прекращения использования в собственных интересах определенными личностями
данной  даты, 11 июля регулярно проводятся мероприятия, в которых
участвуют не только шахтеры, но и представители рабочего и профсоюзного
движения России, Украины, Беларуси и Казахстана, ученые и другие известные
люди.  В 1992 году был проведен первый слет в Москве, в 1993 году слет в Донецке. В 1994 и 1999 годах были проведены конференция и съезд, прошедшие в городе Междуреченске, где 11 июля 1989 года началась забастовка, послужившая толчком к массовым забастовкам шахтеров. В 2004 году в Москве был проведен международный съезд профсоюзов России, Украины, Беларуси и Казахстана, посвященный 15-летию первой всеобщей забастовки шахтеров на территории СССР под лозунгом – «15 лет борьбы – итоги и вызовы». 11 июля 2009 г. в г. Москве прошла международная конференция посвященная 20-летию «Дня
возрождения рабочего движения», ее провел НПГ России.
В настоящее время в России, несмотря на то, что реальные, организованные силы работников пока на порядки ниже, чем требуется, чтобы  государство и
работодатели (собственники) всерьез считались с ними (нельзя считать профсоюзы ФНПР, где председателей зачастую выбирают по согласованию с начальством настоящими профсоюзами), НПГ России продолжает бороться за права и интересы горняков и членов их семей.Малая (с точки зрения статистики) численность НПГ России обусловлена причиной того, что членами НПГ России становятся инициативные личности, занимающие активную жизненную позицию, коих всегда малое количество не только в шахтерской среде, но и во всем обществе в целом. Конечно, в 2000-е годы, в связи с установленной законом монополией на представительство интересов наемных работников за профсоюзами ФНПР, возможности НПГ России были ограничены.Вместе с тем, в настоящее время, НПГ России, используя любую возможность, активно влияет на формирование социально-экономической политики страны (только некоторые примеры: http://www.pravda.info/protest/3898.html
, http://www.regnum.ru/news/523520.html,
http://expert.ru/2007/03/20/avarijashahta/,
http://ikd.ru/node/2484,
http://www.russia-today.ru/tema-nomera/620-aleksandr-sergeev-shaxtery-govoryat-my-lyudi-a-ne-bydlo.html,
http://www.ng.ru/economics/2010-12-16/4_miners.html)Последовательные действия, с 2003 г., НПГ России по восстановлению 
законодательно установленных ранее соотношений между средней пенсией по
стране и пенсией горняков привели к тому, что в 2010 г. был принят закон
«О дополнительном социальном обеспечении отдельных категорий работников
организаций угольной промышленности».
Позиция НПГ России, изложенная в Программе Профсоюза, которая принята в 1999 г. – «НПГ России будет добиваться… увеличения в общем заработке повременной (постоянной) составляющей, выплачиваемой вне зависимости от результатов деятельности предприятия, до уровня не менее 75%», а также задача запрещения подземной добычи угля без обязательной комплексной дегазации, о необходимости которой НПГ России заявил в 2004 г.,  в 2010 году были наконец-то приняты Правительством России.В мае 2010 г. после трагедии на шахте «Распадская», председатель Правительства РФ В.В. Путин, заявляя о необходимости изменения системы оплаты труда шахтёров, повторил, практически, тезисы Программы НПГ России – «рекомендую работодателям совместно с профсоюзами внести в существующее федеральное отраслевое соглашение изменения – изменения к тарифным ставкам, которые обеспечили бы рост условно постоянной части заработной платы до 70%, как минимум…» (http://premier.gov.ru/events/news/10602).
В связи с тем, что поручил реализовать он эту задачу Росуглепрофу (профсоюзу
ФНПР), естественно на большинстве предприятий тарифные ставки шахтерам не
подняли. Тарифные ставки были увеличены (или установлены доплаты к ним) на тех предприятиях, где есть реально действующие организации НПГ.
Мудрость народа имеет множество пословиц и поговорок, которые актуальны и сейчас, когда многие жалуются на свою жизнь например « под лежачий камень вода не течет»  и т.п. Конечно многие находятся в апатии, сомнениях, не знают что делать чтобы изменить жизнь к лучшему…
Лично я, в середине 90-х годов, тоже находился в сомнениях – все ли мы правильно делаем. Мы помогали «демократам»  установить политические свободы – сейчас результаты выборов зависят от толщины кошелька или мнения чиновника.Мы помогали отобрать у бюрократов не принадлежащие им шахты. Мы хотели работать на своем месте свободно, не кланяясь  каждый день направо и налево, а сейчас почти вся собственность разошлась по оборотистым дельцам, которым наплевать на простой народ.Мы стремились к рынку, как к свободному обмену товаров – чтобы каждый открыто получал от других за свою работу столько, сколько он сам принес пользы другим людям. Сейчас экономикой, вместо рынка, управляют господа, накрывшиеся 
«коммерческой тайной».Но однажды, в Воркуте, старый шахтер сказал мне: «Жили  мы при прежней власти как животные. Пахали на «Хозяина» от зари до зари. Спали как в хлеву, ели объедки с  его стола. Надоела нам такая жизнь, сломали мы изгородь и убежали в лес, на свободу. А на воле тоже оказалось несладко – хищники кругом, то снег то дождь. Пропитание надо самим искать. Не понравилось это многим.  Заскулили они – не хотим такой жизни, хотим обратно. А «Хозяин» уже готов обратно нас принять, он хлев почистил, покрасил, корыто заменил на импортное. Так вот у нас, шахтеров, два пути – обратно в стойло или объединяться и заставлять «Хозяина» признать в нас Людей равных ему».Выбор за ВАМИ!!!!В заключение, поздравляю всех шахтеров с памятной датой!!!

Александр Сергеев,
Член городского рабочего комитета г. Междуpеченска с 11 июля 1989 г.,
Член Кемеровского областного стачечного комитета  с  17 июля 1989 г.,
Делегат I-го и II-го съездов шахтеров СССР, заместитель председателя исполнительного бюро НПГ, учрежденного на 2-м съезде шахтеров СССР, В настоящее время - председатель НПГ России.

Профсоюз!
У вас есть возможность реально привести безопасность шахты в надлежащее состояние.
Это достаточно просто. необходимо всего лишь организовать прием заявков от шахтеров.
Шахтеры сигнализируют НПГ о нарушениях по схеме:
1. вид нарушения
2. конкретное место нарушения
3. дата обнаружения нарушения.

НПГ передает эти данные в Технадзор официально: "Поступила информация о том, что _______. Прошу проверить информацию, при необходимости принять меры к устранению и наказать виновных."

Через неделю Баканяев пригласит вас за стол переговоров.

Возможные опасности:

Будут провокации, т.е. заведомо ложные сигналы с целью дискредитации профкома. Это решается просто: либо перепроверять сигналы, либо реагировать на сигналы от доверенных людей.

Будут прессовать вплоть до стрельбы (как Василия, даже покруче). Это тоже решается путем освещения в СМИ и официальных обарщений во ВСЕ инстанции: от местного УВД до прокуратуры РФ и президента.

Будут пытаться подкупить лидеров. Чтобы исключить эту возможность, работа профсоюза должна быть прозрачной.

Сейчас у профсоюзов уникальная возможность реально повлиять на руководство шахты. Это не отразится даже на зарплате горняков! Следовательно, шахта не сможет стравить профсоюз с шахтерами.

Дерзайте!

Государство сократит льготы работникам, занятым на вредном производстве.
http://svpressa.ru/society/article/20535/

Вот что было выхвачено после мониторинга анонимных ресурсов:



А теперь подумаем, стал ли бы некий преступник блокировать ж/д? Ведь он по факту озабочен лишь получением прибыли, а прибыль с такого движения неочивидна. Так что назревает несколько вариантов:

1. Этот преступник является лидером сопротивления. Тут всё логично, если никто не врал а лишь недоговариал. Минус властям: шахтёры уже не разрозненная сила, а вполне себе самостоятельная группировка.
2. На самом деле почти вся цитата- враньё. С 20 алкоголиками ОМОН договариватся не стал бы, разогнали бы в миг. И естественно, нет никакого профита алкашам блокировать ж/д, ведь получение люлей от ОМОН - а очевидно. Если и правда из них многие не работали, властям опять же в минус: население сочувствует сопротивлению.
3. Вся статья враньё. no comment

---

Ещё один комментарий "шестого этажа":

Я с этих шахтёров фигею, товарищи.
Сначала поотключать все системы безопасности, потому что им работать мешают, метановые датчики мокрыми телогрейками обмотать, потом дождаться взрыва и себя же ещё невинными жертвами считать.
Я бы не компенсации этим мудакам платил, а взыскал с них стоимость восстановления шахты.

---

посмотрел сейчас видео с места событий - толстая полярная лисичка там. здоровенные лбы, вместо того, чтобы работать, бухают толпами на улицах города, мотивируя это тем, что никто из руководителей шахты не попросил у них прощения. дескать и скорбь у них фальшивая и 30-35 тысяч в месяц - зарплата маленькая (средняя з/п в россии сейчас - 18 т.р.)

чувствую, дождутся, что на шахтах китайцы будут работать, в конце концов.

---

о, всё становится совсем ясно. шахтёры, оказывается, столкнулись с рынком - понабрали кредитов, ссуд, жилья в ипотеку, погуляли, а теперь за это надо платить. а платить не хочется. практически все бастующие говорят, что вот я, мол, получаю зарплату и почти всю отдаю банку за кредит.
интересно, где у этих людей были мозги, когда они кредиты брали? куда они эти кредиты прогуляли? и главное - почему за них должны теперь остальные налогоплательщики расплачиваться?

пожалуй и вправду в провинции живёт тупое уголовное 6ьiдлo.

---

Так и работали, просто уже накипело, последняя капля в чаше терпения.
А вот с зарплатами... Сам задумайся, кто должен больше получать - конторский работник или шахтёр, работающий глубоко под землёй в опасных условиях? И естественно что они понабрали себе ништяков на кредиты - их жизнь коротка
------
Ну учитывая, что именно шахтёрские выступления в москве, со стучанием касками по брусчатке, помогли развалить СССР и перейти к дикому капитализму, я думаю вполне естественно предоставить невидимой руке рынка решать, кто сколько должен получать. Если шахтёры завидуют офис-менеджерам, пусть идут работать в московские офисы, делов-то.
------
Ты думаешь сейчас реально так легко приехать в москву? Да гэбня их тупо в самолет не пустит. А что касается Междуречинска, то друг оттуда говорит, что там натурально весь город выходил на улицы, но это один Междуреченск, там много рабочих людей. В любом другом среднестатистическом городе в стране бомжей и планктона больше чем работяг. А бомжам и планктону нахрен не сдалось что либо, ибо быдло

---

       Уставы отечественных профсоюзов практически не отличаются
от европейских, но наши профсоюзы почти не проводят массовых акций,
распространенных в странах Западной Европы. Хотя у нас условия труда на порядок хуже, а заработный плата такова, что пособие по безработице в развитых странах намного выше - члены ФНПР не пользуются своим конституционным правом на забастовки, ведь ФНПР – соглашательские профсоюзы, которые выполняют волю руководителей предприятий и власти в целом, — Их уставные задачи не выполняются, работников они не защищают. Кроме того, наше законодательство по забастовкам сознательно принято так, что работник реально не может воспользоваться этим правом. Свободные профсоюзы пытаются задавить, они малочисленны и постоянно вынуждены вести неравную борьбу с органами власти и работодателями.
       Наши скромные зарплаты не всегда связаны с низкой производительностью труда, например Распад работает на современном импортном оборудовании, добыча ничем не уступает западным компаниям, даже рекорды по добыче на комплекс JOY ставились, при этом зарплата раза в три меньше. Значит это сговор работодателей и профсоюзных лидеров не платить достойно. Директору Распада проще заплатить одному председателю профсоюза, например выслугу 60 тыс за 2009г. И профсоюз будет закрывать глаза на все безобразия работодателя.
        Мне кажется надо срочно всем выходить из такого профсоюза, зачем шахтёру отдавать взносы по 5 тыс руб в год, если на такие деньги он только к Новому Году получает подарок стоимостью 800 руб.