«Старо, как мир», - мы часто говорим…
А думаем: «Чем старее, тем хуже…»
Стары, как мир, Господь и Херувим…
Лишь Бог в душе, быть может, нам и нужен…

Чтоб Ум всегда был с Совестью в ладу…
Чтоб поступали только так, как надо…
Несли смиренно Радость и Беду,
Они всегда – Всевышнего награда,

Иль испытанье, или тяжкий крест,
Который всем дарован нам Судьбою…
И пусть звонит пасхальный Благовест,
И пусть сердца наполнятся Любовью!

Все нравственные истины стары…
Но только в них заложены основы…
Как Вечность и как Мир, они мудры,
Хотя бывают к нам, порой, суровы…

Мы играем спектакль под названием «Жизнь»,
Кто талантливо, кто-то не очень…
Мы стремимся поклонников заворожить.,
Каждый ролью своей озабочен…

И трагедии, драмы повсюду кипят,
И комедии кто-то играет…
Я ловлю на себе иронический взгляд –
Знать, правдивости мне не хватает…

Как всегда выдают почему-то глаза,
Я смеюсь, хохочу до упаду…
А душа моя снова в горючих слезах
И тихонько мне шепчет: «Не надо»…

Я выпускаю из ладоней сны,
Они летят, как будто облака,
И, отдыхая в области луны,
На землю нашу смотрят свысока…

Вот розовый взлетает, словно шар,
Вот голубой взволнованно парит,
А этот красный дарит сильный жар,
А вот и фиолетовый летит…

Я выпускаю из ладоней сны…
Мне нравится за ними наблюдать:
Летят они в объятья тишины,
Мне оставляя Божью благодать…
Я выпускаю из ладоней сны…

Закружила осень по лесам,
Намела тропинки и дорожки,
Шляпы мухоморам на глаза
Сдвинула по-модному, немножко…

Раздарила ветреный янтарь
И в рубин черемухи одела…
Лишь дрожат осинки, как и встарь:
Золото им быстро надоело…

Затуманен взгляд прудов, и рек,
И на юг летят, прощаясь, птицы,
И стремится каждый человек
Торжеством недолгим насладиться…

В жизни ничего нельзя исправить,
И перечеркнуть ничто нельзя…
Как бы ни пытались мы лукавить –
Но с тобой, увы, мы не друзья.

Хорошо: не стали мы врагами,
Но дружить с тобой? Увы, уволь!
Я шагаю мелкими шагами
И унять пытаюсь в сердце боль…

Вновь с тобою встретилась случайно…
Ничего поделать не могу:
Резко стала строгой и печальной,
И перемешалось все в мозгу.

И картинки прошлой жизни всплыли:
Как же хорошо было тогда -
Мы с тобой без памяти любили!
Но любовь ушла уж навсегда…

Почему же сердцу так тревожно?
Почему в висках вновь кровь стучит?
На вопросы мне ответить сложно:
Мозг мой перемешанный молчит.

Да и ты глаза поднять не смеешь…
Здравствуй! Как дела? – Все хорошо…
Ты меня словами не согреешь,
Я не буду уж твоей душой…

Как бы ни пытались мы лукавить –
Но с тобой, увы, мы не друзья.
В жизни ничего нельзя исправить,
И перечеркнуть ничто нельзя…

Закружила весна ароматом цветущих садов,
На прощанье махнув фиолетовой веткой сирени,
Пригласила нас всех в терема изумрудных лесов,
Где концерты звучат, где на бис соловьиные трели…

И запела душа, зазвучала она в унисон
Говорливой листве и горластым небесным раскатам…
Я сижу на траве, слышу ландышей радостный звон…
И на сердце легко, словно в детстве далеком когда-то…

Я такая, как есть: сумасбродна порою,
Эгоисткой бываю, от бессилья кричу…
То до слез хохочу, то дружу я с тоскою,
То весь день говорю, то, вздыхая, молчу.

Я такая, как есть: романтична, капризна,
Недостатков не счесть, и достоинства есть…
Иногда слишком много бывает лиризма,
Иногда мною правит упрямая спесь…

Я такая, как есть: и в огонь я, и в воду,
И сквозь медные трубы, коль надо, пройду…
Я безумно люблю край родной и природу,
Видно, так повелось у меня на роду…

Начну все с чистого листа,
А значит, все начну сначала,
Чтобы любовь и чистота
Вновь в моем сердце зазвучала…

Начну все с чистого листа,
И вновь построю отношенья…
В них будет только красота-
Вот каково мое решенье!

Начну все с чистого листа,
Не повторю былых ошибок…
Прочь горечь, боль и суета!
Хочу чудес! Хочу улыбок!

Начну все с чистого листа…
С другим пойду в долину счастья.
Пусть радостней горит звезда!
Пусть прочь уходят все ненастья!

В его глазах – любовь и трепет,
И восхищенье, и восторг,
Словам ее, вздыхая, внемлет,
Чуть утро – у ее он ног.

Сюрпризы разные готовит,
Исполнит он любой каприз.
Ее желанья жадно ловит,
Ее улыбка – лучший приз.

О, эта фаза обожанья!
Все чувства новы и свежи!
Какие страстные признанья
Из самой глубины души!

Она одна на белом свете,
Ее милей и краше нет!
Он не нуждается в совете,
Она уйдет – он смотрит вслед…

В его глазах – любовь и трепет,
И восхищенье, и восторг,
Словам ее, вздыхая, внемлет,
Чуть утро – у ее он ног.

Ни о чем не прошу, ни о чем не жалею,
То, что было, - прошло, обновлен календарь.
Я тихонько иду по тенистой аллее,
Где когда-то сказала: «Прости и прощай».

В жизни много всего после этого было:
И любила сама, и любили меня.
А теперь мое сердце как будто остыло,
Нет давно уже в нем никакого огня.

Все равно мне не жаль ни любви, ни разлуки,
Равномерно давно по теченью плыву.
Лишь болят по ночам мои ноги и руки,
И от боли во сне тихо маму зову.

На работу опять сыновья уезжают,
И у дочери жизнь, несомненно, своя.
Их зовут и манят теперь новые дали,
А меня, как и прежде, родная земля…

К СОЖАЛЕНЬЮ
Очень грустно: метель за окном завывает,
Ветер стонет в трубе, и гудит в доме печь.
К сожаленью, и в жизни так часто бывает:
Как закрутит судьба – нет минутки прилечь,
Отдохнуть и подумать о прошлых ошибках…
Но идем мы вперед, совершая их вновь,
По дорогам идем, позабыв о тропинках,
Говорим мы слова – лучше б было без слов.

Словно снежный комок, те слова налипают,
Объяснить мы пытаемся часто своё,
Только нас почему-то не так понимают…
Потому мы клянем и судьбу, и житьё.
Разобраться, так жизнь – все ж хорошая штука,
Только часто другого не можем понять.
И живем мы, любовь заменяя разлукой,
И привыкли друзей в этом мире терять.

Очень грустно бывает в такой круговерти,
За окном же пурга, завывая, метет.
Посещают порою нас мысли о смерти,
К сожаленью, пока еще смертен народ.
А так хочется жить, а так хочется верить,
И любить всей душой, и любимыми быть,
И входить вновь и вновь в так знакомые двери…
К сожаленью, порой заедает нас быт…

Когда себя я чувствую больной,
Всегда грущу по стороне родимой
И представляю дом отцовский мой,
И он к себе зовет неотвратимо.

Я вспоминаю церковь и погост,
Родных, друзей печальные могилы.
Сказал поэт: «Я в мире этом гость»,-
Сказал от сердца, искренне и мило.

Мы все уйдем когда-то « в мир иной»,
Но хочется пожить на этом свете,
Вновь повидаться с матушкой родной,
Ей прочитать катрен в своем сонете.

Пройтись по саду, яблочко сорвать,
Поесть кусками сотового меду.
Отца седого с нежностью обнять,
Услышать вновь, какого мы с ним роду…

Ворчит он: «Стали корни забывать,
Уехали из стороны родимой!»
Ты прав, отец! Дано нам осознать,
Что нет святей любви неугасимой.

Ты такая красивая, дочка моя.
И сегодня глаза твои светятся счастьем.
Подарила любовь тебе море огня,
Оттого твои очи, как солнце, лучатся.

Ты его не гони, а пойми и прости,
Ты бываешь резка и слегка грубовата.
Только лучше тебя все равно не найти,
И я чувствую в чем-то себя виноватой.

Может, слишком балую тебя, моя дочь,
Ты по-прежнему ведь для меня, что принцесса.
И во всем я стремлюсь тебе, дочка, помочь.
И я делаю все лишь от чистого сердца.

Ты такая красивая, дочка моя.
И сегодня глаза твои светятся счастьем.
Подарила любовь тебе море огня,
Оттого твои очи, как солнце, лучатся.

Свинцовые тучи плывут над селом,
А ветер ломает кусты и деревья,
И стонет от грохота старый наш дом,
И древние я вспоминаю поверья.

Да, видимо, сильно прогневался Бог,
Что за ураганом вновь шторм посылает:
То к совести нашей заглохшей звонок,
Господь нас опомниться всех призывает.

Как много в нас стало коварства и зла-
Стихии природные плата за это.
Нас просят вернуться под сени добра,
Лишь только оно спасет нашу планету.

О Господи! Прости мои грехи,
Прости уныние мне и гордыню,
Прости несовершенные стихи –
Пою я в них Россию как святыню.

Ее люблю я искренне навек,
Любуюсь православными церквями,
Хочу, чтоб здесь был счастлив человек,
Чтоб мир, согласье были всюду с нами.

А в душах пусть смиренье и покой
Поселятся отныне и вовеки,
Пусть радость течет бурною рекой,
Пусть просветлеют все душевные калеки.

Продрогший лес в белесой дымке,
Сорокаградусный мороз,
Застыли на рябинах льдинки-
Зима надолго и всерьез.

Вот прилетел под крышу дома
Погреться бедный воробей:
Заиндевевшая солома
В скирдах, и не согреться в ней.

Кричат сороки у окошка,
Стащили у собаки хлеб.
И равнодушно смотрит кошка,
А пес как будто бы ослеп,

Не хочет вылезать из будки,
А может, смотрит сладкий сон:
Весна, тепло и незабудки,
Их аромат со всех сторон.

Ну, а сейчас трещат березы,
Озябли яблони в саду.
Деревья, крыши – всё белесо,
Кусты, заборы – все во льду.

Рождество на просторы Сибири
Принесло всюду снег и мороз,
Серебром все деревья прикрылись,
Я иду, пряча в шарфик свой нос.

На душе так легко и спокойно,
А из сердца ушла разом грусть:
Слышу радостный звон колокольный…
С Рождеством, православная Русь!

Собралась за праздничным столом
Вся большая дружная семья,
Зазвенел веселым смехом дом,
Полилась беседа, как струя.

Затянули песню сыновья,
Полетела песня на простор.
Призадумалась немного я,
Слушая шутливый разговор.

Новый год наполнил нам сердца
Радостью, весельем, торжеством.
Я благодарю сейчас Творца,
Что собрал детей в родимый дом.

Пути Господни неисповедимы…
И в этом часто убеждаюсь я.
Романтикой иль чувствами гонимы,
Разъехались по свету все друзья.

Кто в Швецию, в Израиль, а кто в Штаты –
России разлетелись сыновья.
Там, говорят, комфортно и богато,
Роскошней жизнь, красивее поля…

Но все же вижу я: они скучают
Все по родной истерзанной земле.
Я в письмах между строчек замечаю,
Что страшно им с собой наедине…

Им снится часто подмосковный домик,
Иль снежная сибирская зима,
Уютный, тихий вологодский дворик,
Иль петербургский утренний туман…

Пути Господни неисповедимы…
И в этом часто убеждаюсь я.
Романтикой иль чувствами гонимы,
Разъехались по свету все друзья…

Иногда так хочется одиночества,
Понимаю, что устала я от людей,
Видеть никого тогда мне не хочется,
Даже самых близких мне из друзей.

Что-то надломилось вдруг в грешной душеньке,
Лопнула какая-то там струна.
Не помогут сестры мне и подруженьки.
С этим могу справиться я одна.

Потому и хочется одиночества,
Разобраться в жизни чтоб не спеша.
Может, в сердце снова любовь попросится,
Может, и оттает моя душа…

Все мы ходим под Богом… Пусть не судит тех строго,
Кто когда-то уехал от родного порога,
Кого дали позвали и романтика тоже.
Они часто в печали. Не суди за то, Боже!

В сердце вечные муки оттого, что в разлуке
С отчим домом давно я… Сердце ноет и ноет.
От тоски я устала, а родители стары.
Я люблю их сердечно, но они же не вечны…

Редко их навещаю, потому и страдаю.
В сердце вечные муки оттого, что в разлуке…
Все мы ходим под Богом…Пусть не судит тех строго,
Кто когда-то уехал от родного порога,

Горит рябина у крыльца,
И вновь я вспомнила отца.
Всегда мне в детстве говорил:
-Зимой в рябине много сил!

Зимою ягода вкусна,
И помогает нам она.
Отец рябину приносил
И есть ее меня просил.

Горит рябина у крыльца
И наши радует сердца:
Кругом бело, она красна.
Зима нам нынче не страшна.

Для пташек малых корм готов,
Горит огнем среди снегов.
-Зимой в рябине много сил,-
Отец мне в детстве говорил.

Есенин и Блок воспевали Россию,
Рубцов и Васильев – твои соловьи.
И мне тоже дорог простор небес синий
И золотоглавые церкви твои.

Мне снова укажут: -Что нового в этом?!
И церкви все те же и тот же простор.
- Не быть Вам, Любовь, знаменитым поэтом!
-Скажите, кто будет читать этот вздор?!

А я говорю не для вас, не для славы –
Я просто люблю сердцем Родину-мать.
И нет для меня лучше нашей державы,
Тому, кто не любит, меня не понять.

Конечно, кругом нищета, запустенье,
Деревню сгубили, взялись за село.
Народ чудеса проявляет терпенья,
Но промысел жив, и живет ремесло.

И радуют сердце луга с Иван-чаем,
Домов деревянных узор расписной.
Тайга меня кедром сибирским встречает,
А горы: Саяны, Алтай –крутизной.

Любуюсь я всюду ромашковым лугом
И простеньким ситцем стройняшек-берез.
А ивушка стала мне лучшей подругой,
А друг у меня – наш сибирский мороз.

Есенин и Блок воспевали Россию,
В некрасовских строчках – тревожная грусть.
Я верю в твое возрожденье и силу,
Моя необъятная матушка Русь!

Уходят люди, и уходят, и уходят…
В незримый край, откуда всем дороги нет.
А души их на небесах неслышно бродят,
Оберегая, сколько могут, нас от бед.

Друзей, знакомых мы теряем и теряем,
Все меньше, меньше на Земле родных сердец.
Мы вместе с ними постепенно исчезаем,
Наступит час, нас заберет к себе Творец.

Людей мы помним человечных и не очень,
Их обижаем и совсем не бережем,
Не замечаем, как зима сменяет осень
И что метели завывают под окном.

Уходят люди, мы жалеем их и плачем,
На части рвем свои мы души и сердца.
Как ни хотели б, жить не можем мы иначе.
И все уйдем мы во владения Творца.

Закружил, заплясал снегопад,
Укрывая деревья и землю.
Мотыльками снежинки летят,
Долетая, ложатся и дремлют.

На кустах бриллианты кругом,
И пушистый ковер на поляне.
Осыпает метель серебром
И алмазное дарит сиянье.

Снится часто мне родная деревушка
Наша низенькая белая избушка,
Моя яблоня, что свесилась над баней,
Где когда-то я встречалась летом с Ваней.

Пахнет яблоками, клевером и медом…
Помню я всегда, что из деревни родом.
Вязкой тиной затянуло нашу речку –
Вспоминаю и трепещется сердечко.

Разрослись вокруг черемухи и клены,
И ракиты с водой шепчутся влюблено.
На лугах у нас растут ромашки с мятой…
Жаль, отсюда я уехала когда-то.

Опять я слышу звон колоколов.
Его я слышу вечером и утром.
Взметнулось в небо золото крестов,
И радость, и любовь в том звоне мудром.

Россия православная моя,
Всегда жива ты звоном и молитвой,
Многострадальная священная земля,
Выигрывала битву ты за битвой.

Колокола звенели, как набат,
Колокола звенели величально,
Боялся их ретивый супостат,
И вырывал язык их неслучайно.

Но вновь и вновь звонят колокола
И славят силу матушки России,
Им не страшны ни бури, ни ветра,
Звонят они, как встарь всегда звонили.

Давно живу на станции Мочище,
В России таких станций, знаю, тысячи.
Ютятся близ огромных городов,
Ни предприятий, ни больших домов.

Есть храм «Скоропослушница» у нас,
Народу тьма бывает в нем подчас,
Идут иконе люди поклониться
И от недугов разных излечиться.

И каждый день звонят колокола,
На солнце золотом сверкают купола.
А рядом жизнь обычная течет,
Где потихонечку спивается народ.

Другие богатеют год от года,
Воруя у страны и у народа.
Цистернами солярку продают,
Зато красиво, в роскоши, живут.

Давно живу на станции Мочище,
В России таких станций, знаю, тысячи.
Проблемы здесь, как и в любом селе,
На нашей горестной, святой земле.

Меня бросает с корабля на бал
И вновь кидает в пенную пучину.
Нелегок путь, но я держу штурвал,
И мною восхищаются мужчины.

Я так устала править кораблем
И так хочу расслабиться немного,
Но знаю я, что один раз живем,
Судьба и жизнь во власти только Бога.

А я хочу передохнуть чуть-чуть,
Хочу найти для передышки гавань,
А мне кричат: ты мужественней будь,
И коль взялась, твоя задача – плавать,

Превозмогая боль, борясь за жизнь,
Пройди через ветра, через пороги.
Взяла штурвал, так верный курс держи,
Забудь ты страх, сомненья и тревоги.

Разбазарив все золото,
Разрыдалась вдруг осень,
А ветра на все стороны
Те рыданья разносят.

Льются слезы привычные
Проливными дождями,
Это дело обычное –
Плачет осень ручьями.

Слезы с грязью размешаны,
На дорогах сплошь лужи.
И ветра ревут бешено,
Навевая нам стужу.

Исчез в тумане образ дорогой,
А вместе с ним все то, что было свято.
Я слышала: живешь в стране чужой,
Женат, любим, красиво и богато.

Я ж не могу уехать из страны,
Многострадальной матушки России,
Красоты мне другие не нужны,
Тем более, что мы всегда чужие

В другой стране. Мы русские, и нас
Не очень любят и боятся даже
За то, что свет лучистый не погас,
За то, что нам милей свои пейзажи.

Мне говорят, что ты любим, богат
Я очень рада, что ты счастлив, милый.
Неужто ты забыл вишневый сад
И прадедов печальные могилы?!

По обочинам дороги лужи, лужи,
Небо серо и чернеют облака…
Я сказала, что ты мне совсем не нужен…
По столу забарабанила рука…

А в груди забилось птенчиком сердечко,
Запульсировала вена у виска.
Я сняла с руки своей колечко,
Тихо молвила: «Прощай…Прости…Пока…»

Стремительно проносятся года,
А время мчится, словно колесница.
И молодость исчезла навсегда,
Крылом махнув, как сказочная птица.

Сказал поэт: «Мне прошлого не жаль».
И я согласна с гением поэта,
Но все ж с тоской смотрю на календарь:
Уходит безвозвратно бабье лето!

Печаль и грусть в душе моей опять,
В глазах моих смятенье и усталость.
Я знаю: жизнь не повернуть мне вспять,
И пройдено уж больше, чем осталось…

Ах, какая разная рябина!
Вот одна, нагая уж совсем,
А другая выпрямила спину
И стоит во всей своей красе.

Платье изумрудное, как летом,
Золото совсем ей ни к чему.
Спорит она с осенью и с ветром,
По душе живет, не по уму.

Знаю я, что век ее не долог:
Чуть морозец – облетит листва.
Ветер соберет все листья в ворох,
Мигом станет лысой голова…

Сентябрь полыхает огнем,
Цветут георгины и астры,
И розы у нас под окном
В Сибири цветут, так прекрасно!

Рубином пылает ранет,
Рябины горят, как гранаты.
Все позже и позже рассвет,
Все раньше и раньше закаты.

А ветер-буян разбросал
Вокруг золотые монеты…
Вчера ты негромко сказал:
-Конец скоро бабьего лета.