Записи с меткой: Александра Бернадотт
Axel Charlotte Bernadotte,
22-04-2008 22:16
(ссылка)
Без заголовка
Критик.
Он родился в семье критиков, или как им больше нравилось - ценителей. Где родовое дело передавалось из поколения в поколение, шлифуя своих потомков, дабы каждый последующий был лучше предыдущего.
Ценители рождаются взрослыми и любят полутона, полузвуки, получувства. Они не творят историю, они смотрители. Они не спешат, их слова не бывают резки, их слова окутают и удушат, незаметно, убивая нежностью и безразличием, обжигающим холодом. Они как манящий яд, игристый, сладкий и дурманящий опиум. Приближаясь к ним, теряют опору, чувство пространства. Им страшно понравиться.
Его нарекли Кантом 16, на социальной арене был больше известен как Великий Оценщик за номером 2.
Ему невозможно было понравиться... намеренно... Он сам выбирал, точнее отбирал, разбирал. Его тяготило движение.
Его интерес был небрежен, мимолетен, неуловим. Интерес даже не человеком, а так, силуэтом, бликами, образом, восставшим в сознании. И вот жертва уже не нужна, и он перекрывает кислород, отбрасывает как тряпичную куклу, ему безразлична ее судьба.
Прикрывает глаза и уже играет со слепком, творя, выдыхая в него жизнь, короткую - до следующего вздоха.
Но жертва, та, что послужила на мгновенья, на забаву, прикрыть хандру, всё оставшееся "утекающее время" пытается войти в ушедший образ, надеясь вернуть скользнувший взгляд, натянуть убегающие, расходящиеся в бесконечность, кванты. Но он уже определил ей место.
Но все смертные и бессмертные, как членистоногие, сбрасывающие хитиновый панцирь прошлого, регенерируют, но ничто не позволит вновь надеть стремительно ушедшие секунды. Все ценное, все нужное, все, требующее отчаянного противостояния сохранению энергии, всё размоет время, разотрет до пыли, раскидает по ускоряющейся пустоте Вселенной. Всё пронумерует Великий Ценитель.
Его зовут Великим Критиком за номером 2. И он должен был стать первым. Он великий мастер – он различает семь миллиардов оттенков серого. Но требуется время, чтобы стать первым. И время на его стороне, ведь он младше первого на целых десять лет.
Он был справедлив – безукоризненно точен, неподкупен. Он знал место каждого, но знал и своё – критик за номером 2. Для него не было ничего важнее правды. Поэтому он никогда не думал о перевороте. Красота точности, гармония ряда была для него счастьем.
Он был уже очень стар и многие только для успокоения пророчили ему близкое первенство. Но он перестал ждать, нет, он не сдался, он просто перестал ждать. Чем старше он становился, тем меньше хотел перемен: «перемены разрушают гармонию», -говорил он. Ему нравилось положение вещей – почти всё было пронумеровано в этом царстве, лишь рождение нового жителя требовало определить ему место. Каждый смотрел в затылок другому, каждый знал своё место и потому не мог хотеть чужого.
На тридцать третьем году правления Канта 15, на 16 день второго месяца, почил Кант 16, Великий Ценитель за номером 2. Он умер спокойно, потому что знал, что служил верно и сохранил порядок.
Но история на этом не кончается.
После смерти Кант 16 прозрел, посмотрел на своё царство и ужаснулся. Там не было порядка – синие стояли за красными, желтые, оранжевые, зеленые помыкали другими желтыми и оранжевыми. Царство напоминало неаккуратную палитру художника. И не было среди всего этого буйства красок ни одного серого. И не было в этом смешении цвета гармонии.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Александра Бернадотт
Он родился в семье критиков, или как им больше нравилось - ценителей. Где родовое дело передавалось из поколения в поколение, шлифуя своих потомков, дабы каждый последующий был лучше предыдущего.
Ценители рождаются взрослыми и любят полутона, полузвуки, получувства. Они не творят историю, они смотрители. Они не спешат, их слова не бывают резки, их слова окутают и удушат, незаметно, убивая нежностью и безразличием, обжигающим холодом. Они как манящий яд, игристый, сладкий и дурманящий опиум. Приближаясь к ним, теряют опору, чувство пространства. Им страшно понравиться.
Его нарекли Кантом 16, на социальной арене был больше известен как Великий Оценщик за номером 2.
Ему невозможно было понравиться... намеренно... Он сам выбирал, точнее отбирал, разбирал. Его тяготило движение.
Его интерес был небрежен, мимолетен, неуловим. Интерес даже не человеком, а так, силуэтом, бликами, образом, восставшим в сознании. И вот жертва уже не нужна, и он перекрывает кислород, отбрасывает как тряпичную куклу, ему безразлична ее судьба.
Прикрывает глаза и уже играет со слепком, творя, выдыхая в него жизнь, короткую - до следующего вздоха.
Но жертва, та, что послужила на мгновенья, на забаву, прикрыть хандру, всё оставшееся "утекающее время" пытается войти в ушедший образ, надеясь вернуть скользнувший взгляд, натянуть убегающие, расходящиеся в бесконечность, кванты. Но он уже определил ей место.
Но все смертные и бессмертные, как членистоногие, сбрасывающие хитиновый панцирь прошлого, регенерируют, но ничто не позволит вновь надеть стремительно ушедшие секунды. Все ценное, все нужное, все, требующее отчаянного противостояния сохранению энергии, всё размоет время, разотрет до пыли, раскидает по ускоряющейся пустоте Вселенной. Всё пронумерует Великий Ценитель.
Его зовут Великим Критиком за номером 2. И он должен был стать первым. Он великий мастер – он различает семь миллиардов оттенков серого. Но требуется время, чтобы стать первым. И время на его стороне, ведь он младше первого на целых десять лет.
Он был справедлив – безукоризненно точен, неподкупен. Он знал место каждого, но знал и своё – критик за номером 2. Для него не было ничего важнее правды. Поэтому он никогда не думал о перевороте. Красота точности, гармония ряда была для него счастьем.
Он был уже очень стар и многие только для успокоения пророчили ему близкое первенство. Но он перестал ждать, нет, он не сдался, он просто перестал ждать. Чем старше он становился, тем меньше хотел перемен: «перемены разрушают гармонию», -говорил он. Ему нравилось положение вещей – почти всё было пронумеровано в этом царстве, лишь рождение нового жителя требовало определить ему место. Каждый смотрел в затылок другому, каждый знал своё место и потому не мог хотеть чужого.
На тридцать третьем году правления Канта 15, на 16 день второго месяца, почил Кант 16, Великий Ценитель за номером 2. Он умер спокойно, потому что знал, что служил верно и сохранил порядок.
Но история на этом не кончается.
После смерти Кант 16 прозрел, посмотрел на своё царство и ужаснулся. Там не было порядка – синие стояли за красными, желтые, оранжевые, зеленые помыкали другими желтыми и оранжевыми. Царство напоминало неаккуратную палитру художника. И не было среди всего этого буйства красок ни одного серого. И не было в этом смешении цвета гармонии.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Александра Бернадотт
Метки: Александра Бернадотт
В данном сообществе, возможно, есть записи, доступные только его участникам.
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в сообщество
Чтобы их читать, Вам нужно
