Первый опыт всегда странен и может даже показаться безумием. И тем не менее, в один пре­красный день последняя дряхлеющая рептилия впер­вые на этой планете стала первой юной птицей. На что это похоже, когда вы, ни с того ни с сего отрываясь от земли, вдруг возноситесь в полете, хотя до вас в небе, рассуждая по-рептильи, никогда не было ни одной летающей твари? Это совершенно ненормально, и, наверное, многие пожилые дино­завры в недоумении пожимали своими спинными гребнями: “Это невозможно, это просто галлюцина­ция”. От одной галлюцинации к другой - и вот уже снуют туда-сюда людишки в костюмах и галстуках. Ну, а дальше что?

Всякий раз в этой ужасной эволюционной зоологии требуется «пионер», который делал бы шаг через смерть своего старого вида, или из-за самой этой смерти. Препятствие всегда является средством.

Среди нас есть существа, глаза которых более открыты, либо Огонь стремления более интенсивен, чем тот, который мы расточаем по пустяковым целям или на краткие триумфы, рушащиеся всегда. Этот Огонь — это всегда средство, поскольку он исходит от одного и того же Солнца повсюду.

Вся человеческая жизнь - сплошное заблуждение. От других ви­дов мы отличаемся не столько умением расщеплять молекулы, изобретать радары или исследовать кос­мическое пространство, сколько способностью совершать ошибки. Животное не ошибается, его знание непосредственно. Что же до нашей науки, то весь ее арсенал - в сущности гигантское нелепое сооруже­ние, призванное восполнить недостаток простого, врожденного знания и обеспечить нас тысячами рук, антенн и механизмов, чтобы заменить ими действие инстинкта. А на деле мы, оказывается, катастрофи­чески бессильны со всей этой Машиной, которая по идее должна стать нам эффективным подспорьем, - стоит ей сломаться, как мы становимся беспомощнее животных.

Мы меньше всего “живем” в своем теле: мы почти целиком заняты тем, что крутится у нас в голове, да еще, пожалуй, небольшой толикой более или менее радостных и печальных эмоций.

Есть “старая”, привычная материя, видимая сквозь стеклянные стенки нашего аквариума, и другая... где нет ни стенок, ни глаз, рыбьих или человечьих - материя, как она “видится” сама себе, если так можно выразиться, или, точнее (поскольку слово “видится” предполагает все-таки наличие внешнего органа), как она переживает себя.


То, что мы видим здесь [Материя нашего зрительного восприятия, ее можно назвать “ложной”], то, что мы пытаемся передать словами, грубо, как недоделанная скульптура - грубо, ут­рировано, искажено чувством обособленности эго А вот ТАМ - не знаю, как и сказать - все ЕДИНО единое принимает различные формы, не разделяя центры восприятия - ощущение, зрение, понима­ние... ЕДИНАЯ, необычайно пластичная, субстан­ция целостно воспринимает любое движение всего сущего.

Открытие физического ума имеет поистине необычайную важность. А между тем он находится у нас под самым носом, без конца жужжит нам в самое ухо и управляет всеми, даже мельчайшими движениями нашего существа. Мы просто его не замечаем...Только физический ум и удушает нас - незаметно, непре­станно и беспощадно. Вот, где наша тюрьма. Вот, где стены человеческого аквариума.Хотя бы “высшая”, если можно так выразиться, часть физического ума нам знакома: она, подобно неугомонной, беседующей с самой собой старушке, без конца твердит мелкие, пустые мысли, касающие­ся чисто житейских проблем материальной стороны жизни. Если физический ум не приструнить, то он, как испорченная пластинка, будет часами без устали бормотать: “А дверь-то ты закрыл? Иди-ка, посмотри на всякий случай...”,- хотя ты прекрасно знаешь, что с дверью все в порядке. Он будет тщательно перемалывать решительно все: малейший жест, обрывок фразы, легкую запинку при подъеме по лестнице, - он с безукоризненной точностью вспомнит об этом и двадцать лет спустя. Памятливость его неумолима. Но такова уж у него работа - держать нас в упряжке.

Другим его “достоинством”, отчасти известным нам по его проявлению в “высших”, “видимых” слоях, является страх. Он постоянно ожидает все мыслимые и немыслимые катастрофы, болезни, несчастья и конечно же смерть, о! это в первую очередь.
Можете быть уверены, что вам не удастся преобразовать тело, не преобразовав прежде ум.

Одним из самых серьезных препятствий является то, что внешнее, невежественное, лживое сознание принимает за непреложную истину все так называемые законы физики с их нерушимой причинно-следственной связью, а также все научные открытия.

Обыкновенное сознание постоянно трепещет. Когда понимаешь это, приходишь в ужас! Пока этого не осознаешь, все кажется вполне естественным, когда же приходит понимание, спрашиваешь себя, как люди не сходят с ума - только милость хранит их! Сознание трепещет на микроскопическом уровне.

Передо мной предстают все ментальные построения, воплощение и реализация которых когда-либо предпринимались на Земле: великие Школы, великие Идеи, великие Свершения, и потом... чуть ниже, религии; о, каким же детством мне все это сейчас кажется Откуда-то из глубин Материи поднимается уверенность, что решение ЗДЕСЬ. Сколько было шуму, сколько тщетных усилий! Спуститесь в самих себя, в глубины своего существа, сохраняйте покой, и тогда "это случится. "Это" невозможно понять - "этим" необходимо БЫТЬ.

... У каждой секунды своя собственная веч­ность и свой собственный закон - закон абсолют­ной истины.
А затем ячейки сети снова закрываются.

Недавно я убедилась на собственном опыте: обе вибрации [трепещущая лжи и легкая истины] всегда перемешаны друг с другом и проникают одна в другую. Наверное, когда взаимопроникновение достаточно велико, чтобы стать доступным восприятию, случается чудо. Но я чувствую - и очень определенно, - что это происходит постоянно: все время, повсюду исподволь истина понемногу вливается в ложь; при определенных обстоятельствах, заметных извне, это выглядит как распространение света. [Видимо, так было в мае 1968 г.] Но вообще говоря, это происходит все время, непрестанно, во всем мире.

Замена вибрации. Чудо Земли заменит ее ложь. А что если это произойдет на коллективном уровне? Что если миллионы, да, миллионы молодых
- тех, кто по горло сыт ложью старой Земли, серыми очередями за дипломами на вечное право умирать, - что если их сердца вдруг растают, легкие наполнятся свежим весенним воздухом, и они закричат миллионами юных чистых голосов: "НЕТ, довольно всего этого!"
Все клетки разом выйдут из своего гипнотического состояния.
"Когда же? Когда?" - вопрошает голос Земли.

Я полагаю, это произойдет, когда появится достаточно много сознательных людей, которым станет совершенно ясно, что иного пути нет. Нужно, чтобы все, что было и все, что существует, показалось абсурдом, который не может больше продолжаться - это произойдет лишь тогда, не раньше. Несмотря ни на что, придет время, когда это случится, наступит час, когда движение перейдет в новую реальность. Подобный МОМЕНТ уже был - тогда ментальное существо смогло появиться на Земле. Наступит и такой МОМЕНТ, когда человек достигнет состояния, которое позволит супраментальному сознанию проявиться в человеческом разуме. Это не резина, которую можно растягивать до бесконечности: все может произойти в одно мгновение, как вспышка молнии.