Все игры

Откройте свой Мир!

Sign up
Discussions
Sort: by updates | by date | by rating Show posts: Full text | Headings
Pablo Escobar, 31-01-2021 15:26 (link)

Инженерный танк T31 Demolition Tank (США)

С 1942 года американская военная промышленность работала над созданием перспективных инженерных танков с ракетным вооружением. Предполагалось, что такие бронемашины смогут перемещаться по полю боя и уничтожать выставленные противником заграждения при помощи неуправляемых ракет со сравнительно тяжелой боевой частью. В 1942-44 годах были созданы несколько проектов такой техники, имевшие заметные различия. Тем не менее, ни одна из этих разработок не продвинулась дальше полигонных испытаний. Следующая попытка создания танка с ракетным оружием была предпринята в конце 1944 года. Этот проект получил известность под обозначением T31 Demolition Tank.


Неудачи предыдущих проектов не остановили военных и конструкторов, которые по-прежнему планировали создать и поставить на вооружение новую инженерную машину с пусковой установкой для ракет. Очередной этап работ в этом направлении начался в ноябре 1944 года. В начале месяца состоялось специальное заседание с участием представителей нескольких структур армии США, в том числе Комитета инженерных войск и Объединённого совета армии и ВМС по экспериментам и испытаниям (Joint Army-Navy Experimental and Testing Board или сокращенно JANET). По результатам заседания была определена необходимость разработки нового проекта инженерной машины со специальным вооружением.

Инженерный танк T31 Demolition Tank (США)
Общий вид инженерного танка T31. Фото Shushpanzer-ru.livejournal.com


11 ноября руководство Объединенного совета JANET направило в Службу обеспечения армии запрос о создании перспективной техники. В документе оговаривались основные требования к будущему инженерному танку, от типа базового шасси и до состава вооружения или специального оборудования. На основе имеющегося опыта специалисты вооруженных сил сформировали оригинальный облик перспективной бронемашины, который теперь требовалось воплотить в виде конструкторской документации и опытной техники.

Изначально проект перспективной машины класса Demolition Tank («Разрушающий танк») получил рабочее обозначение T2. Позже проект переименовали в T31 с сохранением «имени», указывающего на его роль во время сражения. Уже на стадии составления запроса специалистами инженерных войск и JANET были оговорены темпы и объемы требуемых работ. В минимально возможные сроки они требовали построить и представить на испытания три опытные машины нового типа. Позже заказ скорректировали, затребовав четыре прототипа.

Известно, что требования к проекту T2 / T31 были изложены достаточно подробно. Основой новой машины должно было стать доработанное шасси среднего танка M4A3 Sherman. Шасси должно было получить усиленную защиту и возможность применения некоторого инженерного оборудования. Специально для перспективного танка требовалось разработать новую башню с пулеметным вооружением и сразу двумя пусковыми установками для неуправляемых ракет. Также инженерный танк должен был оснащаться струйным огнеметом.

Предъявляемые требования к новому инженерному танку не позволяли просто применить готовую технику, установив на нее некоторое новое оборудование. В соответствии с имеющимся техническим заданием требовалось внести заметные изменения в конструкцию танкового шасси, а также разработать для него совершенно новую башню. Несмотря на явную сложность подобного проекта, все работы были завершены в кратчайшие сроки. Проектирование началось в январе 1945 года, и уже в феврале необходимую документацию передали компании Heinz Manufacturing Company, которой предстояло построить четыре опытных машины.


Вид спереди. Фото Shushpanzer-ru.livejournal.com


По некоторым данным, в течение определенного времени авторам проекта и компании-подрядчику пришлось вести совместные работы, целью которых были сборка и изучение натурных макетов. В ходе таких работ предполагалось уточнить некоторые особенности проекта, в частности, определить наиболее удобную компоновку внутренних агрегатов и т.д. Внутри корпуса и башни требовалось разместить набор разнообразного вооружения и оборудования, ранее не использовавшегося на танках семейства «Шерман». Тем не менее, подобные работы не заняли много времени, благодаря чему вскоре была найдена оптимальная компоновка танка.

В качестве основы для инженерного танка T31 Demolition Tank требовалось использовать шасси бронемашины типа M4A3 Sherman. Эта модификация среднего танка имела сварной броневой корпус с лобовыми деталями толщиной 51 мм и 38-мм бортами. Техническим заданием оговаривалась необходимость усиления защиты бронемашины от мин противника. Из-за этого имеющийся корпус серийного танка получил усиленное днище толщиной 38 мм. Кроме того, в этих же целях предлагалось использовать более широкую гусеницу. На корпусе появились крепления для бульдозерного отвала или иного подобного навесного оборудования.

Компоновка корпуса была переработана в соответствии с требованиями заказчика. В передней части корпуса, под броневой крышкой характерной формы, находились агрегаты трансмиссии. За ними помещалось отделение управления, в котором также разместили часть элементов огнеметного вооружения. В центре корпуса сохранялось боевое отделение, часть которого выделялась под укладки боекомплекта. Корма вмещала моторный отсек, под боевым отделением проходил вал для соединения двигателя и трансмиссии.


Танк получил узнаваемую башню. Фото Zaloga S. "Armored Victory 1945: U.S. Army Tank Combat in the European Theater from the Battle of the Bulge to Germany's Surrender"


Танки модификации M4A3 оснащались бензиновыми двигателями Ford GAA мощностью 500 л.с. При помощи карданного вала сравнительно большой длины двигатель соединялся с трансмиссией, помещенной в передней части корпуса. Механическая коробка передач имела пять скоростей переднего хода и одну заднего.

В составе ходовой части на каждом борту имелось по три тележки с двумя опорными катками. Прототипы танка T31 следовало строить на основе шасси с подвеской типа HVSS. Упругим элементом такой подвески была витая пружина горизонтального расположения. Над промежутками между тележками на корпусе монтировались поддерживающие ролики. Ведущие колеса цевочного зацепления находились в передней части корпуса, в корме – направляющие.

Танки базовой модификации имели пулемет в шаровой установке лобового листа корпуса. Вместо этого оружия в новом проекте требовалось использовать огнемет. На рабочем месте помощника водителя в существующей установке теперь помещался брандспойт струйного огнемета. В правой передней части корпуса также установили бак для огнесмеси емкостью 50 галлонов (около 190 л) и баллоны для сжатого воздуха, необходимого для выброса горючей жидкостью. Применять огнемет должен был помощник водителя.

В рамках проекта T2 / T31 была разработана совершенно новая башня, оснащенная всем необходимым оборудованием, но совместимая с имеющимся погоном. Требования к проекту не позволяли использовать существующий агрегат, из-за чего авторам проекта пришлось создать новую конструкцию, полностью соответствующую техническому заданию и пригодную для размещения указанного вооружения. Необходимо отметить, что именно разработка новой башни с необычным вооружением привела к формированию необычного внешнего вида «Разрушающего танка», благодаря которому эту машину очень трудно спутать с другими образцами бронетехники.


Вид на левый борт. Фото Zaloga S. "Armored Victory 1945: U.S. Army Tank Combat in the European Theater from the Battle of the Bulge to Germany's Surrender"


Башня нового типа имела коробчатую форму и должна была изготавливаться из нескольких броневых листов и литых деталей разных форм и размеров. Лобовая и бортовая проекция башни защищались броней толщиной 51 мм, корму следовало делать 38-миллиметровой. Башня получила изогнутый лобовой лист с вертикальной верхней и наклонной нижней частями. Сверху к нему присоединялась узкая крыша, по бокам – трапециевидные скуловые листы. Центральная часть башни имела прямоугольную форму, а корму выполнили в виде изогнутой литой детали с проемом для установки дверей. На крыше башни находилась командирская башенка, представлявшая собой доработанный вариант существующего изделия серийных танков. Для улучшения обзора из машины, отличавшейся большой высотой, башенку дополнительно подняли на 76 мм.

В нижней части лобового листа помещались две шаровые установки для пулеметов M1919 калибра 7,62 мм. Они могли наводиться самостоятельно в пределах определенных секторов и предназначались для защиты от живой силы или небронированной техники противника. В центре лобового листа жестко крепилась труба, являвшаяся имитатором 105-мм гаубицы. Плотная компоновка боевого отделения не позволила оснастить танк настоящим орудием, однако авторы проекта сочли, что бронемашина нуждается в средствах имитации такого вооружения. Последним элементом комплекса ствольного вооружения был зенитный крупнокалиберный пулемет M2HB, установленный рядом с командирской башенкой.

На бортах башни проектом T31 предлагалось монтировать оригинальные пусковые установки типа T94. От пуль и осколков установка защищалась броневым кожухом, состоящим из двух деталей. Имелся передний изогнутый лист с круглым отверстием для вывода направляющей трубы. Сбоку и сзади внутренние устройства установки прикрывались литым кожухом сложной формы со скошенной нижней частью кормы. Кроме того, в кормовой части кожуха имелось отверстие для вывода пороховых газов.

По имеющимся данным, пусковая установка T94 имела достаточно простую конструкцию. Внутри кожуха помещался барабан револьверного типа с пятью ячейками для размещения неуправляемых ракет. При использовании оружия барабан, используя собственный привод, должен был поворачиваться вокруг продольной оси, попеременно подводя к выступающей трубчатой направляющей ячейки с ракетами. По команде на запуск электрическая система производила воспламенение твердотопливного двигателя ракеты. Пороховые газы выводились через окно в корме пусковой установки.


Вид на корму. Фото Zaloga S. "Armored Victory 1945: U.S. Army Tank Combat in the European Theater from the Battle of the Bulge to Germany's Surrender"


Перезарядку барабана предлагалось производить из боевого отделения. Для этого экипаж должен был открывать люк в бортовом листе корпуса и устанавливать в барабан новые ракеты. После этого можно было продолжать стрельбу. Две пусковые установки могли перевозить готовый к применению боекомплект в виде 10 ракет. Еще два десятка выстрелов размещались в укладках боевого отделения и могли использоваться после перезарядки барабанов.

Пусковые установки типа T94 должны были использовать неуправляемые твердотопливные ракеты калибра 7,2 дюйма (183 мм). Есть основания полагать, что в качестве основного боеприпаса для танка T31 рассматривалась ракета типа T37 или некое изделие на ее базе. Эта ракета являлась модернизированной версией противолодочного боеприпаса корабельного комплекса ASW Mk20/22 и могло применяться на суше. Ракета имела крупный корпус с боевой частью и взрывателем, а также трубчатый хвостовик с двигателем и кольцевым стабилизатором. Длина изделия составляла 890 мм, стартовая масса – 28 кг, из которых 15 кг приходилось на заряд боевой части.

Часть документации по проекту T31 Demolition Tank была передана предприятию Heinz Manufacturing Company, назначенному сборщиком опытной техники, уже в феврале 1945 года. Тем не менее, это не позволило быстро выполнить все требуемые работы. В силу разных причин сборка первого опытного инженерного танка началась только в апреле того же года. Первый прототип предполагалось использовать для подтверждения расчетных характеристик, из-за чего башню решили делать из конструкционной стали. Сборка опытного образца завершилась в августе.

Прямо с завода-изготовителя первый танк T31 отправили на Абердинский полигон, где вскоре состоялась демонстрация перспективной техники представителям военного ведомства. Необычную машину показали командованию бронетанковых и инженерных войск. После этого танк вышел на испытания, в ходе которых должен был показать характеристики подвижности и продемонстрировать боевые качества. Наличие трех пулеметов, огнемета и двух пусковых установок для неуправляемых ракет позволяло рассчитывать на получение высоких характеристик.


Вид сверху. Фото Zaloga S. "Armored Victory 1945: U.S. Army Tank Combat in the European Theater from the Battle of the Bulge to Germany's Surrender"


По имеющимся данным, со ствольным вооружением никаких проблем не возникло. Для самообороны инженерный танк должен был использовать сравнительно старые и хорошо освоенные пулеметы, давно избавленные от недостатков. Проблемы начались при проверках пусковых установок T94, являвшихся основным оружием бронемашины. По задумке авторов проекта, экипаж танка должен был загружать ракеты в два барабана, после чего последовательно мог сделать десять выстрелов (одиночными или залпами по два). За этим следовала перезарядка. Размеры укладок боекомплекта позволяли трижды опустошить оба барабана.

На практике все оказалось гораздо сложнее. С самого начала испытаний возникли проблемы с приводами поворота барабанных пусковых установок. Имеющиеся механизмы не справлялись с нагрузкой, что требовало вмешательства экипажа на разных стадиях подготовки к стрельбе. Наконец, во время очередной проверки барабан левой пусковой установки заклинило, после чего одно из изделий T94 потеряло возможность решения поставленных задач. Правая установка к моменту завершения испытаний тоже осталась без штатного привода. Ее барабан все еще можно было поворачивать, однако теперь это приходилось делать вручную. Подобные поломки основного оружия не позволили продолжать испытания. Ремонт и доводка установок T94 – если и велись – не были завершены.

Испытания перспективного инженерного танка начались буквально за пару недель до окончания Второй мировой войны. Завершение боевых действий привело к закономерному сокращению финансирования, из-за чего американскому военному ведомству пришлось закрывать часть разрабатываемых проектов новых боевых машин, а также урезать расходы на другие. Первым следствием этих событий в контексте проекта T31 стал отказ от строительства трех дополнительных прототипов, требовавшихся исходным заказом. Испытания показали, что строительство такой техники не имеет смысла: с задачей демонстрации имеющихся недостатков и проблем неплохо справился и первый прототип.


Башня с двумя пулеметами и пусковыми установками T94. Фото Shushpanzer-ru.livejournal.com


Поломки пусковых установок привели к фактическому окончанию испытаний. В течение некоторого времени заказчик и исполнители решали дальнейшую судьбу проекта. Специалисты справедливо сочли, что предложенная конструкция бронированной инженерной машины имеет ряд проблем, исправление которых требует времени. Кроме того, инженерный танк основывался на шасси бронемашины M4A1 Sherman, которая уже была снята с серийного производства. В существующем виде проект T31 не имел реальных перспектив и не представлял интереса для армии. 14 января 1946 года. Вышел приказ о полном прекращении работ по проекту T31 Demolition Tank.

К моменту официального закрытия проекта предприятием-подрядчиком был построен только один опытный образец перспективного инженерного танка с ракетным, пулеметным и огнеметным вооружением. Другие машины не собирались и, с определенного времени, даже не планировались. После завершения испытаний единственный прототип T31 отправился на хранение, а затем был разобран за ненадобностью.

В течение Второй мировой войны промышленность Соединенных Штатов предприняла несколько попыток создания инженерных танков, способных разрушать заграждения и укрепления противника при помощи неуправляемых ракет с относительно тяжелым зарядом взрывчатого вещества. Несколько версий такой техники, построенной на базе среднего танка M4 Sherman, дошли до испытаний, однако не смогли показать приемлемые характеристики и заинтересовать потенциального эксплуатанта. Ряд интересных проектов так и остался в истории в качестве любопытного технического курьеза. Необычный инженерный танк T31 Demolition Tank тоже не смог избежать подобной печальной участи.

Андрей Подзоров, 14-06-2019 19:59 (link)

Тяжелые танки СТ-1 и СТ-II

Танк СТ-1 
Обобщив имеющуюся информацию на 1945 год, отечественные инженеры приступили к созданию проекта тяжелого танка. Данная конструкция танка предполагала устранение известных недостатков и внесение новых решений в модель тяжелого танка: 
- строенное орудие крупного или среднего калибра, плюс два пулемета – малокалиберные автоматические пушки; 
- размещение в танке экипажа: механик-водитель – передняя часть танка, наводчик и командир машины – передняя часть башенной установки, заряжающие – задняя часть башни, за командиром и наводчиком соответственно (расположение командира машины не случайно - таким образом, обеспечивается более полный обзор, наличие в танке 2-х заряжающих должно обеспечить повышенную скорострельность); 
- ниша башни имеет карман, в котором расположили боезапас для орудия. Данное расположение возможно для различных типов боеприпасов, что также приводит к повышению скорострельности; 
- кроме того, ограждение гильзоотвода обеспечено центрирующим патроном, качающимся подпружиненным катком, что уменьшило действия заряжания и повышает скорострельность; 
- в конструкции пушки использовали дальнюю сопловую спецнасадку, которая обеспечивает увеличение скорости боеприпаса при стандартных характеристиках орудия и боеприпаса; 
- для стабилизации орудия по вертикали, применили подъемный спецмеханизм стабилизации артиллерийской системы подвижной части артустановки; 
- для стабилизации башенной части в горизонтальной плоскости, применили поворотный спецмеханизм стабилизации; 
- для противодействия воздушным целям на люке одного из заряжающих установили полубронированную мелкокалиберную пушку, обеспеченную наплечником шарнирного типа для улучшения наводки. Ведения огня из данного крупнокалиберного пулемета не сказывается на выполнении задачи экипажем танка – стрельбу ведет один из заряжающих. Такая конструкция осуществлена в образце тяжелого танка; 
- спецподножка с качающимся рычагом ручно-ножного исполнения, обеспечивает удобный ножной привод поворотов по горизонтали башенной части в электро или гидро исполнении; 
- для поворота башни использовали метод Ампледин или Вард-Леонардо. Дублирующие управление поворотом находится у командира машины; 
- точно рассчитанная конструктивно-технологически установка орудия в башенной части танка – применена коробчатая рамка с установленной на цапфах люлька орудия. Сама рамка приварена к люльке, что значительно уменьшает возможные проблемы с установкой орудия внутрь башни; 
- казнозарядный миномет установленный на танке обеспечивает дымомаскировку танка, а также возможность применения мин осколочного типа против живой силы противника; 
- башенная часть имеет три люка – командирский и заряжающих, что повысило время выхода-входа экипажа и возможность обслуживания крупнокалиберного пулемета; 
- имеется возможность установить для командира свободно вращающийся люк; 
- прицелы вооружения - ломающийся монокулярный прицел с увеличением и широким обзором для орудия, визирный и коллиматорный прицелы для крупнокалиберного пулемета; 
- для улучшения вентиляции применили отсос газов из боевого отделения от отстрелянных гильз, что вылетают из казенной части орудия из трубы ограждения гильзового отвода с применением вентилятора; 
- для общей вентиляции применили нагнетающий вентилятор и расположили на орудием; 
- снабжение воздухом агрегатов в башенной части, возможно, дополнительно от двигательной установки по воздушному ВУ; 
- для командира машины установили сиденье вращающегося типа со спецподножкой; 
- заряжающих обеспечили съемными сиденьями подвесного исполнения; 
- практически весь боезапас расположили в башне, для повышения скорострельности; 
- узел амбразур обеспечил повышенную бронезащищенность лобовой части башенного отделения; 
- трубки надувные примененные в спецпазах обеспечили уплотнение юбки башенной части; 
- возможен подводный ход танка, для чего применили гибкий шланг с поплавком для всасывающей трубы двигателя; 
- при подводном ходе в танке предусмотрено повышение давления для минимизации попадания воды внутрь; 
- возможно быстрое снятие орудия, для этого оборудовали башню люком в ее нише; 
- для обеспечения живучести ходовой и увеличения ее динамики использовали катки опорного типа большого размера. 

Танк СТ-II 
Ведущие инженеры проекта – Часовников и Гарин. Танк СТ-II проектировался как мощная бронированная машина со скорострельным крупнокалиберным орудием. Данная конструкция продолжила развитие СТ-1, и главные отличия коснулись улучшения меткости огня и повышения скорострельности орудия: 
- применяется установка в башне 2-х орудий крупного или среднего калибра, а также 2-х пулеметов (малокалиберных скорострельных орудий); 
- орудия обслуживаются 2-мя заряжающими, что обеспечивает высокую скорострельность из двух орудий; 
- танк может точно и быстро поразить цель из второго орудия, вследствие пристрелки из другого орудия; 
- при возможных поломках одного орудия, стрельба продолжается вторым орудием – танк полностью дееспособен; 
- броня, мощность ДУ, масса танка к одному орудию возросла вдвое – повышается меткость и стрельба на ходу; 
По боевым характеристикам такой танк должен превзойти 2 однотипных танка. По остальным характеристикам, агрегатам и узлам СТ-II повторяет проект танка СТ-1. 

Комментарии для проекта 
В деле 395 ЦАМО РФ, где хранится данный проект, есть несколько комментариев, сделанных, скорее всего кем-то из военных: "Данный танк является осмысленным проектом, автором удалось, не внося критических изменений, создать танк с основной особенностью – повышенная скорострельность и вытекающие отсюда положительные моменты", "Грамотный и законченный проект, автор прекрасно разбирается не только в танкостроении, но и в вооружение для танков". 

Ганин В.А. работал на «Большевике» с 1942 года по 1945 год. Был старшим инженером артиллерийского конструкторского бюро №92, больше известен как инженер-ракетчик – автор подводного пуска ракет. Инженер Ганин является автором 62 работ по различным направлениям: артиллерия, авиация, ракеты, и т.д. Имеет 24 свидетельства об авторских правах. Грамотный и квалифицированный инженер. Но в случае с проектами СТ-1 и СТ-II, повторилась история ОСА-76 и башни Савина. Проект хорош, но у автора нет своего конструкторского бюро, нет помощи от известных тогда людей. Да и известная любовь танкистов к артиллеристам сыграла не последнюю роль – проект был «осмеян» и вскоре забыт. А ведь какой танк-то мог быть ……. 

Основные характеристики: 
- масса до 56 тонн; 
- броня корпуса мм: 160 лобовая и 140 бортовая; 
- броня башни мм : до 250 лобовая, маска до 300, 160 бортовая и верх крыша 30; 
- вооружение 100 или 122 мм орудие, один 50 мм миномет, два 7.62 мм ДТ или один 12.7/14.5 мм ДШК или КПВТ; 
- боезапас орудия до 80 боеприпасов; 
- скорострельность до 16 выс/мин; 
- двигательная установка до 850 л.с; 
- скорость хода до 45 км/ч; 
- дальность хода до 150 километров; 
- команда машины – 5 человек; 
- база шасси - объект 701 – танк ИС-4 в своей ранней версии. false

Андрей Подзоров, 09-02-2019 02:05 (link)

Т-34 на службе Вермахта

После захвата первых Т-34/76, немцы присвоили ему маркировку Panzerkampfwagen T-34747(r). Большое количество этих машин было захвачено германской армией и передано своим войскам для боевого использования, тогда как танков Т-34/85 Вермахту удалось раздобыть всего несколько штук. Т-34/76 были захвачены в период с 1941 по середину 1943 года, когда Германия ещё прочно стояла на Восточном фронте, тогда как Т-34/85 появились на полях сражений только зимой 1943 года, когда успех на востоке начал изменять Германии, а дивизии Вермахта были обескровлены после упорного сопротивления и удачных военных операций Красной Армии. Первые трофейные Т-34/76 были направлены в 1-ю, 8-ю и 11-ю танковые дивизии летом 1941 года.

Т-34 на службе Вермахта



Но там не решились их использовать в боевой обстановке, в связи с тем, что наводчики орудий в первую очередь руководствуются силуэтом танка, а не опознавательными знаками. А это могло привести к обстрелу трофейных Т-34 своей же артиллерией или другими танками. В дальнейшем, дабы не допустить таких случаев, на корпус и башню трофейных танков наносились опознавательные знаки или свастика большого размера и в большом количестве. Также, обычным делом было наносить опознавательные знаки на крышу и люки башни, чтобы лётчики Люфтваффе имели возможность опознать принадлежность танка. Другим способом, помогающим избежать поражения трофейных Т-34 своими войсками, было использование их совместно с пехотными подразделениями. В этом случае проблема опознавания практически не стояла. Танк Т-34/76D имел два круглых люка на башне, и был прозван немцами Микки Маусом. При открытых башенных люках он вызывал такую ассоциацию. Примерно с конца 1941 года захваченные Т-34 отправлялись на завод в Риге для ремонта и модернизации пока в 1943 году фирмы Merzedes-Benz (завод в Mrienfelde) и Wumag (завод в Goerlitz) также не стали проводить ремонт и модернизацию Т-34. Там Т-34/76 оборудовались по германскому стандарту: в частности, на башню устанавливалась командирская башенка с распашными створками, радиооборудование и ещё многие нестандартные переделки в соответствии с запросами их новых владельцев. Более 300 Т-34/76 были поставлены "под ружьё" Вермахта. Другие же танки использовались как тягачи для артиллерии, или перевозчики амуниции и боеприпасов. 

Т-34 на службе Вермахта



Некоторое количество сильно повреждённых Т-34 устанавливались на платформы бронепоездов как артиллерийские установки (например, на известный бронепоезд "Michael"). Из подразделений Вермахта, имевших на своём вооружении трофейные Т-34 можно назвать 1-й танковый полк 1-ой танковой дивизии (по состоянию на 15 октября 1941 года имелось 6 танков Т-34/76 1940 и 1941 годов выпуска), 2-ю танковую дивизию, 9-ю танковую дивизию (33-й танковый полк), 10-ю танковую дивизию (7-й танковый полк), 11-ю танковую дивизию, 20-ю танковую дивизию (21-й танковый полк) и 23-ю танковую дивизию. И это ещё далеко не полный список. Некоторое количество трофейных Т-34 оставалось в использовании Вермахта вплоть до 1945 года, например в 23-ей танковой дивизии в Словакии и в Восточной Пруссии. Летом 1943 года несколько Т-34/76 имели даже итальянские экипажи. Согласно статистике германского командования, по состояниюна июль 1943 года в состав группы армий "ЮГ" входило 28 трофейных Т-34, а в состав группы армий "ЦЕНТР" - 22 Т-34. В сентябре 1943 года RONA (Русская Освободительная Армия), под командованием Мечислава Каминского, использовала в борьбе с белорусскими партизанами 24 трофейных Т-34. Даже самые элитные танковые подразделения Вермахта использовали Т-34, например танковая гренадерская дивизия "Grossdeutschland" (одноимённый танковый полк) использовала некоторые экземпляры трофейных Т-34 вплоть до 1945 года. Подразделения SS также не обошлись без Т-34. Их использовали 2-я танковая дивизия SS "Das Reich" (25) и 3-я танковая дивизия SS "Totenkopf" .Одной из интересных германских модификаций, основанной на шасси трофейного Т-34, был танк противовоздушной обороны 2sm. Flakvierling auf Fahrgestell T-34(r). Также известный как Flakpanzer T-34(r), он был оснащён 20мм пушкой Flakvierling 38 или 4-мя (в связке) 20мм зенитными пушками L/115. Пушки устанавливались в башнях, изготавливаемых в полевых мастерских из броневых листов повреждённых танков. Их использовал Heeres Panzerjaeger Abteilung 653 на Восточном фронте в начале и середине 1944 года. Flakpanzer T-34(r) можно сравнить с послевоенной Китайской зенитной установкой Type 63, также использовавшей шасси Т-34, которая оставалась на вооружении Китайской Народной Армии вплоть до конца 1980-х.

Т-34 на службе Вермахта



Эту уникальную машину на базе Т-34 использовали в 653-ем тяжёлом истребительном танковом батальоне (Schw. pz. jag. Abt. 653). Также в этом подразделении использовались и другие экспериментальные танки: Tiger (P) и Panther с башней от Panzer IV. Т-34 был модифицирован под установку зенитных орудий 2cm Flakvierling в частично открытой башне (очертаниями несколько напоминающей башню зенитного танка Ostwind). Машина была приписана к командному взводу этого подразделения.
В 1943 году Красная Армия получила на вооружение улучшенную модификацию - Т-34/85. Этот танк имел экипаж уже из 5-ти человек, был вооружён 85мм орудием. До конца войны было произведено 29430 танков этого типа. Германской армии удалось захватить очень небольшое количество Т-34/85, и ещё меньше - использовать. В середине 1944 года 5-ой танковой дивизии "SS", в ходе ожесточённых боёв под Варшавой удалось захватить один Т-34/85 и использовать его в дальнейшем против Красной Армии. Также один Т-34/85 был захвачен 252-ой пехотной дивизией в боях в Восточной Пруссии, и он также был взят на вооружение.

Андрей Подзоров, 30-09-2018 23:01 (link)

Внутри советского танка Т-34

1939 году, эта машина не была лишена «детских болезней». Но инновационная конструкция, и задел для последующих модернизаций позволили создать танк, совмещавший гениальную простоту с революционными решениями. Созданная в 1944 года модель Т-34-85 с новым орудием и башней привела все характеристики танка в идеальные пропорции. Это подтверждается тем, что серийное производство машины «пережило» всех ровесников (сборка проходила до 1958 года). А его активное боевое применение вплоть до 1990-х годов демонстрирует, что характеристики танка в некоторых условиях оказывались «вне времени». false
Об этом танке было написано множество книг, и столько же – еще будет написано. Не будем повторяться, а просто рассмотрим внутренние объемы танка. Взглянем на условия, в которых танкисты многих стран мира добывали славные победы, и ощущали горечь поражений. false
Экипаж машины состоит из 5 человек, а компоновка - классическая: с расположением моторно-трансмиссионного отделения в корме, и отделением управления в передней части корпуса. Приступим!Механик-водитель false
false
false
Этот член экипажа располагался в отделении управления, слева. Водителю танка были доступны 400 сил дизельного мотора В-2-34. Его запуск осуществлялся стартером СТ-700, или сжатым воздухом, баллоны которого располагались за нижним бронелистом. Поворот осуществлялся «классически» - посредством двух рычагов. Обзор в походном положении происходил через люк в лобовой бронеплите, а при закрытых люках – через два перископических прибора.


Стрелок-радист.Оператор радиостанции орудовал устройством 9-РС, которое ранее располагалось в отделении управления, но позже переместилось в башню (с 1944 года – то бишь, с начала производства Т-34-85). Пулемет в лобовом бронелисте – ДТ калибра 7,62 мм. Стрельба осуществлялась с помощью прицела ППУ-8Т. Справа располагался стеллаж с пятью пулеметными магазинами. В полу под сидением стрелка-радиста находится люк для эвакуации обитателей отделения управления.
Наводчик.
Оператор 85-мм орудия ЗИС С-53 (на части машин - Д-5Т) мог опустить пушку на 5 градусов вниз и поднять ее на 22 градуса. Горизонтальная наводка – 360 градусов. Поворот башни осуществлялся вручную, или с помощью электропривода. Для прицеливания использовался прицел ТШ-16 с углом зрения в 16 градусов и четырехкратным приближением. Кроме того, для лучшей осведомленности наводчик мог использовать прибор МК-4 в крыше башни.
Заряжающий
Третий башнер располагался справа от казенной части орудия. На стенке башни крепилась укладка с четырьмя дисками для спаренного пулемета ДТ. Снаряды укладывались в корме башни, и на полу боевого отделения – за спинами стрелка-радиста и механика-водителя. Два выстрела на хомутах крепились вертикально под правой рукой заряжающего. Масса снарядов: от 5,4 килограмм (подкалиберный) – до 9,5 (осколочно-фугасные).

Командир
Командир располагался за наводчиком и заряжающим. Для обзора поля боя использовался прибор МК-4, который дублировался пятью смотровыми щелями в командирской башенке. Для связи с экипажем использовалось переговорное устройство ТПУ-3-бисФ.

Как видите, танк Т-34-85 – при всей своей инновационности, имел и обратную сторону – весьма тесные внутренние объемы, и плотную компоновку. Но, вероятно, в период его создания приоритеты были иные – технологичность, простота и скорость производства.

Андрей Подзоров, 15-05-2018 22:49 (link)

Sd.Kfz. 254

Sd.Kfz. 254 Mittlerer Gepanzerter Beobachtungskraftwagen — германский средний разведывательный колёсно-гусеничный бронеавтомобиль 1930-х годов.

В 1935 году фирмой Заурер для нужд вооружённых сил Австрии был разработан небронированный артиллерийский тягач на колёсно-гусеничном ходу, получивший обозначение RR-5. К 1937 году, после завершения испытаний прототипа тягача и произведения доработок, фирма-производитель получила заказ на поставку 160 экземпляров модифицированной машины RR-7, и уже к началу 1938 года было развёрнуто серийное производство. До Аншлюса были произведены 12 экземпляров тягача, после чего производство было остановлено — однако в июне 1940 года, после внесения некоторых изменений в конструкцию (так, корпус машины стал бронироваться, стала устанавливаться радиостанция), было возобновлено под названием RR-7/2 (по другим данным — RK-7) уже в качестве бронеавтомобиля передовых артиллерийских наблюдателей, и продолжалось до марта 1941 года. В общей сложности (включая небронированные артиллерийские тягачи RR-7) было произведено 140 экземпляров машины. Введенный в состав вермахта, бронеавтомобиль получил стандартное обозначение Sd.Kfz.254.

Бронированный корпус во многом повторял конструкцию корпуса полугусеничного тягача Sd.Kfz.253. . 

Устанавливали радиостанцию FuG8. Оснащенная рамочной антенной (которую позднее поменяли на штыревую) эта средневолновая станция обеспечивала дальность связи до 30 километров при использовании радиотелефона и до 50 километров при использовании телеграфного ключа.. 

В передней части бронемашины находился моторный отсек, в котором размещался четырехцилиндровый дизельный двигатель жидкостного охлаждения Saurer CRDv, он развивал максимальную мощность 70 л.с. Этого хватало, чтобы машина с массой около 6,4 тонн разгонялась на колесах по шоссе и дорогам с твердым покрытием до 60-65 км/ч. В паре с дизельным двигателем работала стандартная автомобильная коробка переключения передач, которая обеспечивала боевой машине 4 скорости вперед и одну — назад. Доступ к мотору с целью проведения ремонта или технического обслуживания обеспечивала откидная крышка люка в крыше моторного отсека. Через левую стенку последнего выводилась наружу выхлопная труба с глушителем, эта труба тянулась над гусеницей вдоль всего левого борта машины к корме. Радиатор двигателя защищен сплошным бронелистом, поэтому охлаждающий воздух засасывался в моторный отсек Sd.Kfz.254 снизу. 

За моторным отсеком отделение управление. Здесь с правой стороны место механика-водителя, с левой стороны место командира машины. Обзор мехводу обеспечивало окно с бронезаслонкой, в которой имелся смотровой прибор. Вне поля эта заслонка была открыта. Подобные смотровые приборы и с двух сторон в бортах отделения управления. Для посадки и высадки в нижней части расширяющихся кверху бортов отделения управления с правой стороные люк трапециевидной формы, крышка которого откидывалась вниз. Еще два люка в крыше боевого отделения, а в корме достаточно большая двустворчатая дверь. Внутри корпуса машины могли разместить до 5 солдат с полной выкладкой. Сразу за сидением командира машины расположена радиостанция, для которой на стойках смонтирована рамочная антенна. 

Вооружение состояло из одного 7,92-мм пулемета MG 34. При необходимости его можно было перенести в любое место. Боекомлект пулемета из 2000 патронов, пулемет перевозили в укладке.

Необычной является ходовая часть машины — помимо основного гусеничного движителя, она была оснащена четырьмя убирающимися автомобильными колёсами, опускаемыми для движения по шоссе и поднятыми выше нижней кромки гусениц всё остальное время. false

Андрей Подзоров, 15-05-2018 19:47 (link)

АСУ-57


Создавая тяжелый транспортный планер для ВДВ Як-14, в недрах ОКБ Яковлева неожиданно родилась идея создать заодно и легкую аэромобильную САУ для десантников (по всей видимости о проекте ОСА-76 им было известно). Видно, Яковлев решил предоставить заказчику комплексное решение: планер и САУ под него в комплекте. 
Машина получила название АСУ-57. За базу было взято явно шасси ОСА-76 обр.1944г. (Т-70), но творческие авиаторы, внесли свой, новый, взгляд в конструкцию, перекомпоновав ее до неузнаваемости. 
Двигатель перебазировался в корму, а двухместная боевая рубка в нос. Машина получила новый сварной бронекорпус с разнесенным бронированием: лоб 12 мм, крыша двигательного отсека 2,5 мм, борта- нет данных. 
Необычным было и вооружение. АСУ-57 получило 57-мм авиационную автоматическую пушку 113П (НС-57) конструкции Нудельмана. Боекомплект состоял из 51 снаряда. Тело орудия и боекомплект находился в закрытом орудийно/двигательном отсеке. Ствол пушки с мощным дульным тормозом проходил насквозь через боевую рубку и фиксировался в лобовом бронелисте. Горизонтальное и вертикальное наведение в узком секторе (+-7 градусов)производилось с помощью гидроцилиндров. 
Двигатель мощностью 50 л.с. от автомобиля “Победа”. 
Запас хода -167 км; 
Скорость — н.д. 
Боевой вес- 3255 кг; 
Длина ( с пушкой)-4,54м; 
Ширина- 2,150 м; 
Высота-1,350 м; 
Экипаж-2 человека. 
Машина была создана в металле и проходила испытания летом 1948 года на полигоне НИИ Бронетанковых и мотострелковых войск ВС. Испытаний АСУ-57 не прошла. 
В заключении отчета по их результатам говорилось: 
“- <….>.не удовлетворяет требованиям, предъявляемым к современным образцам бронетехники<…> по следующим основным причинам: 
а) агрегаты и механизмы ходовой части не надежны в эксплуатации; 
б) конструкция установки артсистемы и гидравлического механизма наведения не отработаны, в следствии чего ведение прицельного огня невозможно; 
в) отсутствуют элементарные удобства по уходу и обслуживанию самоходной установки, что делаете эксплуатацию весьма затруднительной. 
Выявленные в процессе испытаний принципиальные недостатки представленного образца, обусловили нецелесообразность дальнейших испытаний, в следствии чего, по решению комиссии, испытания были прекращены на 276 км. пробега.” 
В 1951 году на вооружение ВДВ, была принята АСУ-57 (№2) ОКБ-40 Астрова, Мытищинского машиностроительного завода. При том, на испытаниях в НИИ ВВС, весной 1950 года, АСУ-57 Астрова возил в небо, именно планер ОКБ Яковлева Як-14. false

Pablo Escobar, 18-04-2018 21:26 (link)

25 танков в одном бою

false

Традиционно считается, что чемпионом по уничтожению немецких танков в одном бою является Зиновий Колобанов, уничтоживший 20 августа 1941 года в Войсковицком бою под Ленинградом 22 танка противника. Однако есть человек, превзошедший это достижение. Этот человек – Дмитрий Дмитриевич Шолохов. 

В 1939 году Дмитрий Шолохов окончил Саратовское танковое училище. Во время войны с Финляндией 1939-1940 годов младший лейтенант Шолохов участвовал в боях на Карельском перешейке. Однако свой подвиг старший лейтенант Дмитрий Шолохов совершил на Юго-Западном фронте, где был командиром взвода в 158-й танковой бригаде 13-го танкового корпуса 21-й армии. 

В тот день, 30 июня 1942 года, перейдя в наступление из района Волчанска, 6-я армия Паулюса прорвала оборону на стыке наших 21-й и 28-й армий. Ликвидировать прорыв должна была 176-я танковая бригада, но её прибытие ожидалось лишь к вечеру. Единственным подразделением, которое удалось выделить для прикрытия участка прорыва, оказался взвод под командованием Дмитрия Шолохова. Помимо его танка, во взводе также были машины сержантов Сергеева и Калинина. Никто и не предполагал, что число немецких танков, идущих на этот взвод, составит 150 машин. 

Тем не менее, взвод Дмитрия Шолохова вступил в бой с превосходящими силами противника. Нашим танкистом помогли условия местности – немецкие танки могли двигаться только по дну ложбины, упирающейся в деревню Несторное на крайнем северо-востоке харьковской области у самой границы с РСФСР. Удобно устроившись за сараями на околице села, наши танкисты начали обстреливать вражескую колонну. Маневрируя и меняя позицию, они создавали впечатление присутствия крупных сил. Танкам Сергеева и Калинина удалось подбить по два немецких танка. Ещё одну машину подбил в самом начале боя танк Шолохова. 

Решив, что в лоб им в деревню не прорваться, немцы решили обойти позиции наших танкистов с тыла. К тому времени танк Калинина уже погиб вместе со своим экипажем, а танк Сергеева сильно повреждён. Дело в том, что на дворе был уже 1942-й год, и немцы обзавелись кумулятивными снарядами. Поэтому наши танкисты даже на КВ-1 не могли уничтожать десятки танков в открытом бою, также невозбранно, как это делал Колобанов и его менее результативные коллеги в сорок первом, когда немцам броню КВ-1 пробить было просто нечем. 

В большинстве источников говорится, что Шолохов и его товарищи воевали на КВ-1, но на одной из немногих фотографий, правда, зимнего времени, Дмитрий Шолохов изображён на фоне танка Т-34-76, выпущенного, судя по уже двум люкам, в 1942 году. 

Немцы стали обходить Несторное по ещё более узкой ложбине, где танки могли двигаться лишь в колонну по одному. Этого манёвра немцев только и ждал Дмитрий Шолохов, заранее занявший позицию на выходе из ложбины. 

Оказавшись выше танков на склоне выхода из лощины, Дмитрий Шолохов мог бить по первым из них прямо в крышу. Немцы же не могли задрать стволы орудий на такой угол, чтобы танк Шолохова попал в зону их поражения. 

Пользуясь этим обстоятельством Дмитрий Шолохов уничтожил подряд 24 танка. Таким образом, учитывая танк, подбитый в самом начале боя, Шолохов в этот день уничтожил 25 немецких танков. Правда, в наградном листе, подписанном уже осенью, были указаны лишь те самые 24 танка, подбитые во второй фазе боя, а танк, подбитый в самом начале, не учитывался. В послевоенное же время произошло вообще нечто непонятное – при описании этого подвига в литературе стали писать, что Дмитрий Шолохов подбил всего восемь машин. Вероятно, узнав, что Шолохов начал бой вместе со своим взводом, решили поделить число подбитых танков на три. 

Писалось даже так: «Обнаружив танковую колонну врага, танкисты неожиданным и метким огнём уничтожил из засады 24 вражеских танка. Восемь из них поджег экипаж Шолохова». Но в случае, если Шолохов уничтожил восемь танков, то два других экипажа должны были также поджечь по восемь машин, и тогда к званию Героя нужно было представлять не только Шолохова, но и Сергеева с Калининым. 

Если же танки последних двоих подожгли неравное количество немецких танков, то кто-то из них должен был уничтожить и больше восьми, превзойдя результат Шолохова. Из-за этой ошибки послевоенных публицистов, сейчас о Дмитрии Шолохове мало кто знает и путает его с современным дизайнером. Между тем, в четвёртом номере «Огонька» за 1943 год была опубликована фотография Дмитрия Шолохова, под которой указывалось, что подбил он именно 25 танков. 

К вечеру подоспела 176-я бригада, и прорыв удалось ликвидировать. Танк Шолохова был направлен на другой участок, в село Волчья Александровка, где уничтожил 10 грузовиков с пехотой, перебив при этом около сотни немцев. 

Продолжая отважно сражаться с врагом, Дмитрий Шолохов летом 1942 года был назначен помощником начальника штаба 158-го танкового полка по оперативной работе, участник Сталинградской битвы. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 декабря 1942 года старшему лейтенанту Дмитрию Дмитриевичу Шолохову было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». С марта 1943 года Шолохов стал заместителем начальника штаба 36-й гвардейской танковой бригады 4-го гвардейского механизированного корпуса Южного фронта, а вскоре его сняли с фронта и направили на учёбу в академию. 

В декабре 1945 года Дмитрий Шолохов окончил Военную академию бронетанковых и механизированных войск Красной Армии имени И.В. Сталина после чего до самого 1976 года служил в Главном разведывательном управлении Генерального штаба, где в 1975 году даже получил орден Красной Звезды за какую-то до сих пор секретную операцию. Умер Дмитрий Дмитриевич Шолохов 27 июня 1983 года.

Aranno Negro, 19-03-2018 22:59 (link)

Опоздавший на Великую Отечественную

false

Приказ о создании нового танка под индексом ИС-3 был получен руководителями челябинских заводов 16 декабря 1944 года. К 25 января 1945 года было необходимо изготовить восемь из десяти запланированных машин. Танки изготавливались и "доводились" довольно долго и поступили в строевые части лишь к тому времени, когда боевые действия на фронтах Второй мировой войны уже закончились...

ИС-3 имел классическую компоновку. Его ходовая часть не претерпела особых изменений по сравнению с ИС-2 - на борт приходилось по шесть сдвоенных опорных катков с индивидуальной торсионной подвеской, а также по три поддерживающих катка. Заднее расположение двигателя и трансмиссии предопределяло привод на заднюю пару ведущих колёс. Направляющие ленивцы, полностью идентичные и взаимозаменяемые с опорными катками, располагались спереди. 
Корпус, как и планировалось, имел "щучий нос" и корытообразное днище. Верхней части бортов, имевшей толщину 90 мм, был придан обратный наклон, что уменьшало вероятность их пробития и позволяло вместить широкий погон башни. Кормовой лист корпуса сделали откидным для упрощения доступа к двигателю и агрегатам трансмиссии.
Основной особенностью, визуально отличавшей танк от всех предыдущих моделей, стала полусферическая башня. По странному стечению обстоятельств она была лишена командирской башенки, хотя к тому времени такими башенками снабжались все танки, изготавливаемые в СССР. Приборы наблюдения за полем боя устанавливались на створках, вырезанных в большом башенном люке танка. На правой створке устанавливался смотровой прибор заряжающего (МК-4), на левой – смотровой прибор командира (ТПК-1). Еще один прибор МК-4 (для наводчика) устанавливался в верхней части башни, слева по ходу. Башня поворачивалась при помощи электропривода, а максимальная скорость поворота составляла 12 град/сек. В боевом отделении размещались три члена экипажа – командир танка, наводчик и заряжающий.
Основное вооружение танка осталось таким же, как и на ИС-2 – 122-мм пушка Д-25Т образца 1943 года. Полуавтоматический горизонтальный клиновый затвор с полуавтоматикой механического типа обеспечивал скорострельность на уровне 2–3 выстрелов в минуту. Боекомплект по-прежнему состоял из 28 выстрелов, 10 из которых были бронебойными, а 18 – осколочно-фугасного действия. Благодаря телескопическому прицелу ТШ-17 прицельная дальность стрельбы танка прямой наводкой составляла 5000 м, а ведение гаубичного огня с использованием панорамы Герца – 15000 м. 
На крыше башни на специальной турели устанавливался зенитный крупнокалиберный 12,7-мм пулемёт ДШК, боекомплект которого составлял 300 патронов – 6 лент по 50 патронов в каждой. Монтируемый вместе с орудием в орудийной маске, 7,62-мм курсовой пулемёт ДТ обеспечивался боекомплектом в 945 патронов – 15 магазинов по 63 патрона в каждом.
В моторно-трансмиссионном кормовом отделении размещалась 12-цилиндровая 4-тактная дизельная силовая установка В-11-ИС-3, обладавшая мощностью 520 л.с. Трансмиссия танка состояла из главного многодискового фрикциона сухого трения и 8-скоростного КПП с демультипликатором и двухступенчатыми планетарными механизмами поворота. Танк оснащался плавающими ленточными (чугун по стали) тормозами, а бортовые передачи имели понижающие редукторы с простым шестеренчатым и планетарным рядом. Внутри танка располагались четыре бака общей ёмкостью 450 литров, кроме того, машина снабжалась четырьмя наружными цилиндрическими баками ёмкостью по 90 литров каждый, которые крепились на наклонных листах корпуса по бортам кормовой части и сообщались с внутренними. На случай возгорания баки снабжались механическим приспособлением для сброса – защелками с тросовым управлением. 
Танки ИС-3 снабжались радиостанциями 10-РК-26 и танковыми переговорными устройствами ТПУ-4бис-Ф.

В воинские подразделения новые машины стали поступать довольно поздно, поэтому ни в боевых действиях против Третьего Рейха, ни в боях с Японией они не участвовали из-за отсутствия подготовленных экипажей. 
Первый официальный «показ» ИС-3 состоялся 7 сентября 1945 года во время военного парада в Берлине, проведённого союзниками в честь окончания Второй мировой войны. По Шарлоттенбургскому шоссе прошли 52 танка 71-го гвардейского тяжелого танкового полка 2-й гвардейской танковой армии. Иностранные наблюдатели были потрясены наличием у «советов» настолько передовой и мощной бронетехники.
В Советском Союзе танк ИС-3 впервые показали публике на параде 1 мая 1946 года в Москве.

Тем не менее в боевых действиях ИС-3 поучаствовал. Венгерские события стали единственным эпизодом участия ИС-3 в боевых действиях в составе ВС СССР. Мы не будем останавливаться на роли ИС-3 в венгерских событиях, ибо танку прорыва прорывать там было абсолютно нечего.

Незначительное количество китайских ИС-2 и ИС-3 (до 20-25 машин) было замечено в Корее на конечном этапе вооруженного конфликта. Однако, танк прорыва опять применялся не по назначению - исключительно в качестве неподвижных огневых точек.

В конце 50-х годов танки ИС-3 начали поставляться Республике Египет, и уже 23 июля 1956 года они приняли участие в параде в честь Дня независимости в Каире. Всего Египет получил около сотни танков этой модели. Во время Шестидневной войны 1967 года египетские ИС-3 вместе с другой поставленной СССР бронетехникой приняли на себя основной удар бронетанковых сил Израиля. Танки находились на вооружении 7-й пехотной дивизии армии Египта, занимавшей оборону на рубеже Хан-Юнис–Рафах. Ещё 60 танков ИС-3 состояли на вооружении 125-й танковой бригады, которая занимала боевые позиции близ Эль-Кунтиллы. ИС-3 были очень медленными и неповоротливыми для современного танкового боя, отличались низким темпом огня, а их двигатели быстро перегревались в условиях Синайской пустыни. Кроме того, ИС-3 не могли вести огонь с хода, так как их башенные орудия не были снабжены стабилизаторами. И все же основными факторами, приведшими к разгрому египетских танковых подразделений, оказались не недостатки техники, а низкий морально-боевой дух египетских танкистов и их плохая подготовка. Ни базуки израильских десантников, ни другое противотанковое вооружение, ни «Ишерманы» (израильская модификация американских танков "Шерман", вооружённые 105-мм французскими орудиями CN-105-F1), не пробивали лобовую броню ИС-3. Только «Магах-3» (модернизированные американские М-48А2 «Паттон-III») с трудом могли поразить эти танки на приемлемых боевых дистанциях, поэтому все израильские машины этой модификации использовались на Синайском полуострове против египетской армии.

С танками ИС-3 израильтянам пришлось столкнуться уже в первый день войны в ходе штурма Рафахского укреплённого района. Здесь египетская армия создала мощный оборонительный рубеж с траншеями, рвами, минными полями, противотанковыми и противопехотными заграждениями. Оборону на рубеже занимала 7-я пехотная дивизия, в состав которой входил один батальон танков ИС-ЗМ. На Рафах наступала моторизованная бригада израильских парашютистов при поддержке танкового батальона «Магах-3» под командованием полковника Ури Барома. Первой успеха добилась рота лейтенанта Эйн-Гиля, сражавшаяся на южном участке Рафахского укрепрайона. С шестью египетскими ИС-3 на встречных курсах завязали бой четыре «Магах-3», а ещё пять израильских танков вышли к египтянам в тыл. Ведя огонь сзади с дистанции 1000 метров, израильтяне подбили два ИС-3М, а потом ещё три, когда остававшиеся танки пытались сменить позицию. Четыре «Магах-3» другой роты батальона, которой командовал капитан Дани, столкнулись с пятью контратаковавшими их ИС-ЗМ. Израильтян выручила быстрота их танков и скорострельность башенных орудий. В течение нескольких минут все пять ИС-ЗМ были подожжены, но новые подошедшие ИС-3 завязали бой на дальней дистанции, на которой советские танки с их мощным лобовым бронированием и 122-мм пушками обладали преимуществом. В результате боя от всей израильской роты осталось только четыре танка. В бою под Рафахом произошел боевой эпизод, который упоминается практически во всех источниках, посвящённых боевому применению ИС-3 за рубежом. Израильтянам удалось уничтожить один тяжёлый танк, забросив гранату внутрь боевого отделения через открытый люк. Многие зарубежные источники утверждают, что египетские танкисты панически боялись не успеть покинуть танк в случае, если он будет подбит, и сгореть заживо, а потому держали люки своих танков открытыми. На самом деле, при атаке израильских десантников механик-водитель египетского ИС-3М открыл люк, чтобы лучше сориентироваться на местности. С расстояния в 40 метров один из израильских парашютистов умудрился попасть в открытый люк из гранатомёта, и граната взорвалась в боевом отделении. Два танкиста погибли на месте, ещё двое, объятые пламенем, успели покинуть танк.
6 июня танковая группировка генерала Ариэля Шарона вышла к Нахле, где обнаружила множество брошенных танков 125-й египетской танковой бригады, среди которых было более тридцати практически новых ИС-ЗМ с почти нулевым пробегом на спидометрах. 

Всего за шесть дней боевых действий израильтяне подбили и захватили в виде трофеев 820 танков противника, из которых 73 составляли тяжёлые танки ИС-3М. На часть захваченных ИС-3М израильтяне установили двигатели В-54 с подбитых или трофейных танков Т-54А, меняя одновременно с двигателем и крышки моторно-трансмиссионных отделений. Советские тяжёлые танки находились на вооружении ЦАХАЛа до начала 70-х годов, часто принимая участие в военных парадах. ва танка ИС-3 использовались израильтянами в ходе Войны на истощение 1969–70 годов в качестве неподвижных огневых точек в укрепленном пункте «Темпо» («Окраль») на так называемой «Линии Бар-Лева», находившемся в десяти километрах к югу от Порт-Саида. На танках была демонтирована трансмиссия и силовая установка, а высвободившееся пространство использовалось для размещения дополнительных снарядов и зарядов. Еще две такие огневые точки установили в укрепленном пункте «Будапешт», созданном на берегу Средиземного моря в двенадцати километрах к востоку от Порт-Саида. Интересно, что во время Войны Судного дня 1973 года эти машины были отбиты у израильтян прежними хозяевами. К этому времени у египтян ещё оставался полк танков ИС-3М, но подробности его участия в боевых действиях неизвестны.

Aranno Negro, 07-03-2018 09:12 (link)

Последний бой кёльнской "Пантеры": уникальная кинохроника



Для хорошего солдата удача - оказаться в нужном месте с подходящим оружием, для документалиста - в нужном месте и с камерой в руках. В случае с танковым боем, который произошёл на исходе войны в Кёльне, эти обстоятельства совпали.

В уникальную кинохронику попал танковый бой, где экипаж немецкой "Пантеры" противостоял американскому "Першингу". Эти кадры были сняты сержантом сигнального корпуса США Джимом Бейтсом.

В начале марта 1945 года финал войны был уже очевиден: Третий рейх пал. Рейн, деливший город Кёльн на восточную и западную части, был рубежом, с помощью которого немецкое командование рассчитывало хоть как-то сдержать наступление. Для этого нужно было пропустить на восточный берег реки отступающие части, и, подорвав мосты, не позволить противнику ворваться следом.

Чтобы прикрыть сапёров, минировавших мосты в Кёльне, на рассвете 6 марта на западный берег Рейна по мосту перешёл небольшой немецкий отряд. Кроме пехотинцев, в отряд входило три танка: один PzKpfw IV и две "Пантеры". Мосты через Рейн были взорваны до подхода противника. Группа прикрытия успела уйти, но экипаж одной "Пантеры" по неизвестной причине остался один на западном берегу.

Вошедшая в Кёльн американская 3-я бронетанковая дивизия к этому моменту проделала долгий путь от пляжей Нормандии, разменяв длинный список потерь на боевой опыт. Американцы научились воевать на узких улочках средневековых европейских городов, грамотно взаимодействуя с пехотой. Но тактика, рассчитанная в основном на засевших в домах "фаустников", в Кёльне дала сбой.

К площади перед собором вели две улицы: Комедиенштрассе и более узкая Марцелланштрассе. Именно в узком тоннеле около Кёльнского собора и заняла позицию "Пантера", которая не ушла из отрезанной части города. Командир развернул танк лобовой броней в ту сторону, с направления, которое считал наиболее вероятным для атаки противника. И он не ошибся.

Двумя снарядами "Пантера" подбила сначала первый "Шерман", затем второй и сменила позицию - развернулась в сторону Комедиенштрассе. Очевидно, немецкий командир счёл, что американцы пойдут в обход, и подставил под возможный удар лобовою броню, практически не пробиваемую снарядами "Шерманов". Правда, при этом со стороны другой улицы "Пантера" рисковала получить снаряд в тонкий бортовой лист.

Ещё одним источником опасности для "Пантеры" стали окружавшие собор здания. Без пехотного прикрытия танк был фактически беззащитен: в любой момент в окне соседних зданий мог показаться американский солдат с "базукой" или трофейным "фаустпатроном".

И кёльнская "Пантера" действительно попала "в прицел" американцу, забравшемуся в одно из зданий рядом с собором - сержанту сигнального корпуса США Джиму Бейтсу. Правда, его "личное оружие" представляло собой 16-мм кинокамеру. Зато второй боец, вместе с кинооператором рассматривавший "Пантеру" из окна особняка Немецкого трудового фронта, был вооружён солиднее: Роберт Эрли командовал одним из новейших танков М26 "Першинг" с 90-мм пушкой, проходивших в 3-й бронетанковой дивизии фронтовые испытания. Именно ему и было поручено уничтожить "Пантеру".

Оценив из окна обстановку, Эрли решил выдвигаться по более узкой улице Марцелланштрассе. По плану, "Першинг" должен был выкатиться из-за угла, остановится и выстрелить в борт "Пантере"

Однако, как то обычно бывает, всё пошло не совсем по плану. Как вспоминал наводчик американского танка капрал Клэрэнс Смойер: "Нам повезло, что наш М4 заменили на М26 "Першинг" с 90-мм пушкой. Мы продвигались, захватывая Кёльн, и были рядом с центром площади перед кафедральным собором, когда один из наших танков, "Шерман", приблизился к центральной площади и был подбит немецкой "Пантерой". Погибли три танкиста. Когда это произошло, нашему экипажу приказали выехать по соседней улице и уничтожить немецкий танк. Выехать на перекрёсток нужно было настолько, чтобы мы смогли выстрелить в борт вражескому танку, у которого орудие смотрело на другую улицу".

Когда же "Першинг" выкатился на перекрёсток, его механик-водитель увидел, что "Пантера" разворачивает башню в их сторону - то ли немцы что-то просчитали, то ли ещё что... В общем, чтобы не стать неподвижной целью, мехводу пришлось вдавить газ, и танк выскочил на середину перекрёстка. Стрелять первый раз пришлось в движении. Капрал Смойер вспоминает: "Затем мы остановились, и я выстрелил ещё два раза, чтобы убедиться, что они не откроют по нам огонь. Все три наших снаряда пробили броню: один - под орудийной маской и два - в борту. Два снаряда в борт прошли полностью насквозь и вылетели с другой стороны. Ясно, что никто из их экипажа не выжил".

Насчёт числа и мест попаданий капрал был прав, а вот насчёт немецких танкистов - заблуждался. Судя по нечётким кадрам, трое или четверо членов экипажа сумели покинуть подбитую машину. Дальнейшая их судьба достоверно неизвестна, равно как и их имена. Всё, что осталось от того боя - это 46 секунд эксклюзивной военной кинохроники, последний бой кёльнской "Пантеры".

Aranno Negro, 17-02-2018 23:43 (link)

Landsverk L30

false
false
false

Самыми известными колёсно-гусеничными танками являются машины американского конструктора Джона Уолтера Кристи и танки, созданные на их основе. Но тема машин с колёсно-гусеничным движителем гораздо шире. Созданием таких танков независимо от Кристи занимались в Великобритании, Чехословакии, Австрии, а французы стали первыми, кто строил их серийно.
Занимались колёсно-гусеничными танками и немцы. Йозеф Фольмер, первый из немецких инженеров, построивших колёсно-гусеничный танк, работал в Чехословакии. Так появились колёсно-гусеничные танки KH-50 и KH-60. Другой немецкий инженер, Отто Меркер, поначалу создавал такую машину у себя на родине, но позже его работы продолжились в Швеции. Увенчались они созданием колёсно-гусеничного танка L30.

Чем же привлекал инженеров колёсно-гусеничный движитель? За лучшие показатели проходимости гусеничным машинам приходится расплачиваться существенным увеличением расхода топлива. Колёсный, в свою очередь, создает меньшее сопротивлению движению, позволяет развивать бо́льшие скорости. Конечно, можно было проступить проще, как, например, Кристи, или порой поступают на современной технике - поверх колес просто надевают гусеницы. Но военных не устраивало время, требующееся на "переобувку". Потому шли на усложнение конструкции, по сути, разделив привод и поставив одновременно на бронемашину гусеничный и колёсный движители.

Первый патент Меркера предусматривал гусеничное шасси с надеваемыми при необходимости колёсами. И хотя конструкция обладала типичным для таких работ недостатком - долгим временем перехода с колёсного хода на гусеничный и наоборот, его опытный образец произвёл впечатление на выставке Немецкого сельскохозяйственного общества (DLG) в Дортмунде.
Заинтересовала машина и майора Людвига фон Радльмайера из Инспекции моторизованных войск. Меркеру предложили разработать более совершенную конструкцию, причём уже с военным уклоном.

В 1927 году Меркер разработал новую систему колёсно-гусеничного хода, благодаря которой опускание и подъём колёс производилось примерно за минуту, причем вся операция производилась без покидания машины водителем. Именно эта система и легла в основу конструкции новой машины.

Новым местом работы Меркера стал Maschinenfabrik Eßlingen AG - крупное предприятие в Эслингене, входившее в компанию GHH. К середине 20-х годов у GHH появился шведский филиал - AB Landsverk, который стал хорошим прикрытием для запрещённой Версальским договором оборонной деятельности немецкой компании.
В 1928 году Отто Меркер занял пост главного конструктора AB Landsverk.

В 1928 году он создал опытное колёсно-гусеничное шасси Landsverk L5. Всего построили 6 таких машин. Причем одна машина в 1929 испытывалась в СССР на полигоне под Казанью. По документам ТЕКО (Технические курсы Осоавиахима) она проходила как "Танк Г.Х.Х (колёсно-гусеничный)". Сам Меркер неоднократно появлялся на ТЕКО.
Машина хотя и успешно ездила, но имела недостатки, самым главным из которых была низкая удельная мощность. Немецкие военные получили достаточно информации, чтобы сделать вывод об эффективности колёсно-гусеничной схемы. Определённые выводы были сделаны и советской стороной: с Меркером СССР более не сотрудничал, одновременно прекратились и имевшие место контакты с Фольмером. Советские танкостроители обратили внимание на конструкцию Кристи.

Но у Меркера появился иной заказчик - правительство Швеции. После окончания Первой мировой войны шведы, стремившиеся не отставать в танковой гонке вооружений, поначалу старались использовать зарубежную технику. Так, Strv m/21, первый танк шведской армии, был ни чем иным, как немецким LK-II. Позже решили разрабатывать сами, даже был приглашён зарубежный специалист - австрийский инженер Фриц Хейгль. Но в декабре 1930 года Хейгль умер, так ничего путного и не создав.
Шведы снова стали искать зарубежного поставщика. Комиссия KAAD (Департамент артиллерии королевской армии) посетили "Ландсверк", где впечатлились конструкцией Меркера. На основе шасси L5 он предложил шведам танк L30.
Осенью 1931 года KAAD однозначно высказались в пользу танков разработки Landsverk. Да, с немецкими корнями, немецкими моторами и конструктором-немцем, но зато собственной постройки. Причем в её пользу шведы отказались от закупки британского "Виккерс-шеститонного". Вместе с тем военные потребовали создания и чисто гусеничного варианта. Что и было исполнено в машине Landsverk L10.

Шведы оказались не самыми богатыми покупателями. Колёсно-гусеничное шасси стоило дороже чисто гусеничного. Не особо внушали энтузиазма военным и более низкие характеристики подвижности в сложных условиях и защищённости. Так, толщина брони L10 достигала 24 мм, в то время как у L30 - только 14 мм. При том, что боевая масса L30 составила 11,5 тонн, что было на полтонны больше L10. Вооружение машины несли одинаковое - 37-мм пушку "Бофорс" в башне кругового вращения и пару 6,5-мм пулемётов.

В итоге военные предпочли именно гусеничный вариант L10, который получил армейское обозначение Strv m/31. Единственный экземпляр колёсно-гусеничного L30 пополнил ряды учебных машин шведской армии. Ныне машина находится в экспозиции шведского танкового музея Arsenalen.

Андрей Подзоров, 23-01-2018 00:11 (link)

Много пушки и машины, мало подвижности и брони

false

САУ "Фердинанд" в перечне немецких самоходок периода Второй мировой стоит особняком. По ряду показателей, особенно вооружению и бронезащите, эта машина является выдающейся. Выпущено, однако, этих САУ было сравнительно немного. Впрочем, были и другие немецкие истребители танков, вооружённые такой же противотанковой 88-мм пушкой. И построили их немцы гораздо больше. Речь идёт о 8.8 cm PaK 43/1 auf Geschützwagen III/IV (Sf), более известной как "Хорниссе" (Hornisse, шершень), или "Насхорн" (Nashorn, носорог). К слову, очень часто как раз эту самоходку путали с "Фердинандом", что вполне объяснимо: по размерам "Носорог" тоже был совсем не маленьким броневичком.

Всплеск интереса к "самоходным лафетам" у немцев появился в начале 1942 года, в связи с развитием их противотанковой артиллерии. Увеличение мощности влекло увеличение калибра, увеличение калибра - рост размеров и массы. В то же время подвижность для противотанковой артиллерии - весьма важный параметр. И если 37-мм "колотушку" не особо напрягаясь по полю боя катал расчёт, то справится с 50-мм Pak 38 требовалось уже гораздо больше усилий. Весной 1942 года началось поступление ещё более мощных и тяжёлых 75-мм Pak 40. Это орудие могло уверенно бороться почти со всеми русскими танками, но весило почти полторы тонны.

И это был далеко не предел. В июне 1942 года военные заговорили о том, что вермахту не повредила бы и ещё более мощная, 88-мм противотанковая пушка. Первым таким орудием стала Flak 41 фирмы "Рейнметалл-Борзиг". Выдающиеся характеристики пробития пушки сочетались с массой 8 тонн.

Концерн "Крупп" предложил свой вариант - Pak 43. Эта версия зенитки Flak 18 предназначалась лишь для ведения огня по наземным целям, и его боевая масса оказалась значительно ниже. Впрочем, она всё равно оказалась немалой - 3,7 тонны в боевом и 4,7 тонны в походном положении. Такое орудие катать по полю боя расчёт уже был не в состоянии. Вполне логичной была мысль поставить орудие на самоходный лафет.

На совещании в конце июля 1942 года, которое проводил рейхсминистр вооружений и боеприпасов Шпеер, был поднят вопрос о подходящем самоходном шасси. К тому моменту "Рейнметалл-Борзиг" уже работала над самоходным лафетом, предназначенным для установки 15-см гаубицы sFH 18. Его и решили приспособить для 88-мм пушки.
Разработку истребителя поручили фирме "Алкетт", подразделению "Рейнметалл-Борзиг". За основу взяли средний танк Pz.Kpfw.IV, позже к нему присоседились узлы и агрегаты от "тройки", поскольку "Алкетт" параллельно занималась выпуском "Штугов".

Для получения просторного боевого отделения, расположенного в кормовой части, двигатель и систему охлаждения пришлось сместить в центральную часть шасси, что сильно осложнило их обслуживание. Для обеспечения притока воздуха по бортам появились большие воздухозаборники. Рубка была открытой сверху. Бронирование выполнили лёгким, толщина бронелистов превышала 30 мм.
Качающаяся часть орудия ставилась на специальную тумбу. Поскольку оно имело унитарное заряжание, экипаж составил всего 5 человек. Боекомплект состоял из 40 выстрелов. Для самообороны имелся пулемет MG 34 и пара пистолетов-пулемётов MP 40.

В конце января 1943 года САУ получила сквозной индекс Sd.Kfz.164, а также аж целых семь неофициальных имён, чаще использовалось Hornisse.
Первые 14 машин фирма сдала только в феврале 1943 - Гитлер отдал приоритет "Хуммелю", 150-мм самоходной гаубице на том же шасси, что и "Носорог". Всего за год на "Алкетт" построили 370 самоходок - после начались почти непрерывные налёты британских бомбардировщиков, и производство пришлось переносить из разрушенных цехов.
Впрочем, производство"Носорогов" могло прекратиться и без помощи английских бомбардировок. Опыт применения этих САУ летом-осенью 1943 года не внушил немецкому командованию оптимизма. У машины не было ни хорошего бронирования, ни приемлемой подвижности. Самоходку на полном серьёзе собирались заменить на "Ягдпантеру", но какая-то голова уговорила было пессимистов, резонно предположив, что лучше иметь "плохую" САУ, чем не иметь их вовсе - выпуск "Ягдпантер" был очень мизерным. В итоге производство перенесли на мощности Werk Teplitz-Schönau в чешском Теплице.

Впервые понюхать пороху самоходкам довелось в июле 1943 года в ходе операции "Цитадель". Тогда же советские военнослужащие впервые спутали их с "Фердинандами". В частности, в генштабовской книге 1944 года, посвящённой Курской битве, упоминаются два дивизиона "Фердинандов", действовавших на южном фасе Курской дуги, хотя на самом деле это были "Насхорны". Спутать их не так уж и сложно: вооружение одинаковое, силуэт достаточно похож.

Несомненным плюсом САУ являлось очень мощное и точное вооружение. Расчётам удавалось успешно поражать цели на дистанции в 2-3 километра. А вот шасси не уставало преподносить сюрприз за сюрпризом. То перегревались двигатели, то ломались трансмиссии. Нарекания вызвала выхлопная труба, установленная прямо под люками доступа в боевое отделение. Выхлопные газы нагревали аккурат боеукладку. Возникали проблемы с прицелами при движении САУ.

Результаты боевого применения оказались весьма неоднозначными. С одной стороны, батареи рапортовали о десятках уничтоженных советских танков. С другой стороны, к 31 августа 1943 года в 560-м дивизионе (s.Pz.Jg.Abt. 560) из 45 машин осталась только 31 САУ, из них лишь 18 исправных. В s.Pz.Jg.Abt. 655 к тому же времени осталось 40 машин, из них в рабочем состоянии - 26.

Успех сопутствовал "Носорогам" в том случае, если машины находились в обороне, особенно с подготовленной позиции. Ситуация менялась на противоположную, когда немецкая пехота пыталась использовала машины как штурмовые. Да, не только в Красной армии считали, что любая бронированная повозка с пушкой является средством непосредственной поддержки пехоты. Привлечение САУ к не свойственным им задачам вытаскивало наружу все их недостатки. Во-первых, это размеры. По щиту 3 х 3 метра было сложно промахнуться. Во-вторых, щит этот был всего из 30-мм брони. 

В ноябре 1943 года немецкое командование стало задумываться о замене. Опыт боёв показал, что при таком крупном силуэте и отсутствии противоснарядной брони шансов в бою на средних и ближних дистанциях у "Носорогов" немного. К 30 декабря 1944 года из 478 выпущенных на тот момент машин у вермахта осталось только 165, из них 130 исправных.

По мере поступления в войска истребителей танков "Ягдпантера" и "Ягдпанцер IV" ими заменяли "Насхорнов".
Сама концепция такой машины, как Hornisse, оказалась ошибочной. Как "повозка для пушки" она получилась чересчур дорогой, большой и тяжёлой. Лучше могло показать себя что-то более лёгкое и простое. Именно так появилась концепция "Ваффентрагеров" - но это уже иная история.

Один "Насхорн", захваченный во время боёв на Курской дуге, находится в экспозиции подмосковного парка "Патриот". К сожалению, камуфляж выставочного экземпляра машины не соотвествует вообще ничему - немецкие САУ никогда так не красили.

Бессмертная "мотолыга": МЛБШ от АО "Ремдизель"

false
Транспортёр МТ-ЛБ (многоцелевой транспортёр лёгкий бронированный), несмотря на солидный возраст, до сих пор используется в десятках армий мира. В российской армии "мотолыгу" также до сих пор эксплуатируют, проще сказать где её нет, чем перечислять рода войск, где она имеется. Тысячи машин находятся на консервации на складах.

В настоящее время ряд российских предприятий предложили около полутора десятков вариантов модернизаций бронированного ветерана. Самыми новыми являются разработки АО "Ремдизель". Согласно им МТ-ЛБ превращается в "многоцелевое легкое бронированное шасси" МЛБШ ("изделие 7").
Модернизированная машина вместо прежнего 240-сильного двигателя ЯМЗ-238В получает новый 360-сильный дизель КамАЗ-740. На МЛБШ появился гидрообъёмный механизм поворота (ГОП), управление машиной теперь осуществляется с помощью джойстика (что, мягко говоря, совсем неоднозначно и даже странно с точки зрения эргономики для подобного рода техники). Благодаря нововведениям несколько повысилась максимальная и средняя скорости движения, запас хода возрос до 900 км.
Грузоподъёмность машины составляет 2,5 тонны, а масса буксируемого груза может доходить до 7 тонн. "Изделие 7" может стать основой для монтажа различного специального оборудования, применяемого в войсках.

Советский средний танк Т-29

false
Мысли о создании танка прорыва с мощным вооружением. который к тому же обладал бы скоростью и маневренностью танков БТ нашли свое воплощение в Т-29. Работы по созданию этой машины велись в Автотанковом бюро техотдела ЭКУОГПУ тюремного КБ, в котором работали арестованные конструкторы. Поначалу был разработан эскизный проект танка ИТ-3 (истребитель танков). Предполагалось, что танк будет иметь колесно-гусеничный движитель, усиленную броневую защиту, 76.2-мм пушку, два пулемета калибра 12.7-мм и 7,62-мм, а также зенитный пулемет. Башню и части корпуса предполагалось делать штампованными. 


В качестве силовой установки предполагалось использовать хорошо зарекомендовавший себя на танках БТ двига ель М-17Ф.
В 1934 г. на заводе опытного машиностроения им. СМ. Кирова в Ленинграде по доработанному проекту танка ИТ-3 были построены танки Т-29-4 и Т-29-5 П. В их разработке непосредственное участие принимал Н.А. Астров, ведущим конструктором был назначен Н.В. Цейц. В конце 1934 г. разработка танка была закончена.



Советский средний танк Т-29



По своей компоновке танк Т-29 был близок к Т-28. Была использована такая же трехбашенная схема с двумя пулеметными и одной главной пушечной башней. Однако конструкция корпуса и подвески более напоминали аналогичные конструкции в танках БТ. По сравнению с Т-28. Т-29 был
шире на 350 мм и выше на 200 мм, что было обусловлено установкой узлов подвески внутри броневого корпуса. Ходовая часть имела независимую подвеску со спиральными пружинами.



Советский средний танк Т-29



Танк имел четыре пары опорных катков. При движении на колесном ходу три пары задних опорных катков были ведущими, а передняя пара — управляемая. На одном из опытных экземпляров были установлены поддерживающие катки EI Но на танке, проходившем государственные испытания, поддерживающие катки отсутствовали.



Советский средний танк Т-29



Корпус был полностью сварной, из катаных броневых листов. Малые башни были идентичны башням танка Т-28. Конструкция главной башни была заимствована у артиллерийского Т-26-4. Башня рассчитана под установку 76.2-мм пушки КТ-27. В ней также размещались два 7.62-мм пулемета в шаровых установках спереди и сзади. Предусматривалась турельная установка для зенитного пулемета на крыше.

В качестве силовой установки был использован двигатель М-17Ф. Механическая передача танка Т-29 состояла из дискового главного фрикциона, двух бортовых фрикционов, пятиступенчатой коробки передач, двух бортовых передач и ленточных тормозов.



Советский средний танк Т-29



В башне Т-29 устанавливались радиостанция 71-ТК-1 и внутреннее переговорное устройство СПУ-7-Р.
Таким образом, заложенные в проекте характеристики были достигнуты. Испытания показали, что танк неплохо преодолевает препятствия на гусеничном и колесном ходу, обладает при этом скоростными данными танков БТ и вооруженностью Т-28. Танк был признан успешным. В 1936 г. танк Т-29 принимается на вооружение. Производство планировалось наладить на Кировском заводе. В 1937 г. два танка Т-29 покинули стены завода.



Советский средний танк Т-29



Однако их дальнейшая эксплуатация выявила целый ряд неисправностей, в первую очередь связанных с ненадежностью колесно-гусеничного движителя. Недостаточная подготовка механиков-водителей делала невозможной эксплуатацию конструктивно сложных танков Т-29 в регулярных частях РККА. К первоначальным проблемам ходовой части танков БТ прибавлялись проблемы и сложности трехбашенной схемы танков Т-28 и Т-35.
Выпуск танка Т-29 был прекращен в том же 1937 г. Как и было упомянуто, завод выпустил две машины этой марки.



Советский средний танк Т-29



Однако есть информация. что в начале советско-финского конфликта 13 февраля 1940 г. эталонный образец колесно-гусеничного танка Т-29-5. оснащенный пушкой Л-10. был отправлен в 13 армию. О том, принимал ли этот танк какое-либо участие в боевых действиях, неизвестно.

Создание танка Т-29 положило начало новому витку конструктивных разработок среднего трехбашенного танка с колесно-гусеничным ходом. Поиски более или менее удачной конструкции продолжались до середины 1938 г. Были выполнены эскизы, но ни одной машины в металле построено не было.
Впоследствии конструкторы навсегда откажутся от идеи громоздких многобашенных танков на колесно-гусеничном ходу.

ТАНК ПРОТИВОСНАРЯДНОГО БРОНИРОВАНИЯ (ТПБ-115) 115

Последние из известных конструктивных разработок среднего трехбашенного танка с колесно-гусеничным ходом относятся к периоду конца 1937 — начала 1938 г. На ленинградском Кировском заводе в этот период создается колесно-гусеничный танк противоснарядного бронирования, так называемое изделие 115. Проектными его параметрами были: при массе 32—33 т машина имела броню толщиной до 50 мм с наклонным расположением броневых листов, экипаж 6 человек, вооружение в трех башнях: 76.2-мм пушка Л-10 с углом возвышения 70°. (боекомплект —76 выстрелов), два крупнокалиберных и три обычных танковых пулемета. Максимальная скорость по шоссе составляла 50 км/ч. Ходовая часть из пяти катков с передними управляемыми и тремя задними ведущими опорными катками. К сожалению, в металле этот танк изготовлен не был.

Андрей Подзоров, 17-12-2017 10:46 (link)

Мощь пушки и толщина брони трусость командира не компенсируют


false
Поразительный пример крайне неэффективного использования весьма грозной бронетехники можно найти в мемуарах знаменитого немецкого танкового аса Отто Кариуса. В 1945 году он был командиром роты 512-го батальона тяжелых истребителей танков, оснащенного «Ягдтиграми».

Справка
«Ягдтигр» (нем. Jagdtiger), полное официальное название Panzerjäger Tiger — германская самоходная артиллерийская установка (САУ) периода Второй мировой войны, класса истребителей танков. «Ягдтигр» был разработан в 1942-1944 годах на шасси тяжелого танка «Тигр II».
Масса: 75,2 т.
Габаритные размеры:
Длина 10,654 м., ширина 3,625 м., высота 2,945 м.
Экипаж: 6 чел.
Бронирование: от 40 до 250 мм.
Вооружение: 128-мм пушка StuK44 L/55, 7,92-мм пулемет MG-34
Максимальная скорость: по шоссе – 36 км/час, по пересеченной местности – 17 км/час.
Было выпущено всего 79 САУ этого типа.
Наш «Ягдтигр» не желал вести себя так, как мы этого хотели
Надежды на эти машины, судя по воспоминаниям Кариуса, немецкое военное руководство возлагало большие: «Команда подвозчиков боеприпасов имела радиосвязь, чтобы докладывать о каждой остановке. Настолько важным для Верховного командования было наше участие в боевых действиях!... У нас создавалось впечатление, что нас считали секретным оружием, которое все еще могло спасти Германию».
При освоении новой техники экипажами возникало множество проблем: «Когда в Зеннелагере производилось опробование самоходных орудий, мы потерпели первую неудачу. Несмотря на свои восемьдесят две тонны, наш «Ягдтигр» не желал вести себя так, как мы этого хотели. Только его броня была удовлетворительной; его маневренность оставляла желать намного лучшего. К тому же это было самоходное орудие. Не было вращающейся башни, а был просто закрытый бронированный кожух. Любой значительный поворот орудия приходилось осуществлять поворотом всей машины. По этой причине передачи и дифференциалы быстро выходили из строя. И такое чудище пришлось сконструировать не когда-нибудь, а в финальной фазе войны! Лучшая конструкция стопора по-походному для 8-метровой пушки нашего «Ягдтигра» также была абсолютно необходима. Стопор приходилось отключать снаружи во время боевого контакта с противником!
Фиксировать ствол на марше по дороге было, конечно, необходимо. В противном случае держатели лафета изнашивались бы слишком быстро, и точный прицел был бы невозможен. Ко всем этим проблемам примешивался и тот факт, что танкист не мог чувствовать себя комфортно в самоходной установке. Нам хотелось иметь возможность поворачивать орудие на 360 градусов. Когда же этого не было, у нас не было чувства безопасности или превосходства, а скорее что кто-то нам дышит в спину.
Во время пристрелки штабс-ефрейтор Зепп Мозер установил цели на местности за городом... Мы все время мазали, так что нам это скоро до чертиков надоело. Наконец, техник артиллерийско-технической службы проверил, в чем дело, и тогда все пошло лучше. Мы обнаружили, что орудие из-за своей неимоверной длины настолько разбалтывалось в результате даже короткой езды вне дороги, что его регулировка уже не согласовывалась с оптикой. Это обещало много курьезных моментов — техника отказывала даже еще до встречи с противником!»
Этот странный офицер не открывал огонь
Как бы ни тяжелы были «болезни» «Ягдтигра», прежде всего во время движения, в оборонительных боях, но встречая огнем из засады наступающие американские танки, он мог причинять им очень тяжелые потери. Именно с американцами пришлось сражаться 512-му батальону. 128-мм пушка, очень надежно защищенная броней – страшный противник для атакующих танков.
Но... только при наличии желания воевать всерьез у тех, кто «ягдтиграми» командовал. А у немцев, воевавших на Западе, запасы боевого энтузиазма к 1945 году сильно поубавились:
«Произошел случай, который доказал мне, насколько сильно упал боевой дух среди солдат и офицеров. Мой начальник штаба был в боевом охранении на моем «Ягдтигре» в уже упомянутом лесном пятачке. Он взял с собой и мой экипаж. Вдруг мой водитель Лустиг (он ранее воевал на Восточном фронте - М.К.) пришел ко мне пешком на полпути от линии фронта. У меня уже было дурное предчувствие. Добрый малый совсем запыхался и перевел дух только перед тем, как доложить мне, что произошло. «Я только что чуть было не ударил своего танкового командира! Если бы мы еще были в России, он бы уже был мертв!» Потом он объяснил мне, что произошло. Его машина вместе с еще одним «Ягдтигром» находилась на линии леса и была хорошо замаскирована. Длинная колонна танков противника двигалась через линию фронта на расстоянии примерно в полтора километра. И Лустиг считал само собой разумеющимся, что командир даст команду открыть огонь. Для чего же еще находились там наши самоходные установки. Однако тот отказывался сделать хотя бы один выстрел. Среди членов экипажа возник горячий спор. Странный офицер оправдывал свой отказ стрелять тем, что раскроет свое присутствие, если откроет огонь и тем самым привлечет внимание истребителей-бомбардировщиков!
Короче говоря, не было сделано ни единого выстрела, хотя дистанция была практически идеальной для наших орудий. У противника не было бы ни малейшей возможности угрожать нашим «Ягдтиграм».
Однако мало того что этот странный офицер не открывал огонь. Он также приказал вскоре после этого подать назад свою машину из леса. Именно тем самым он и выдал свое местонахождение. На его счастье, в небе в это время не было самолетов. Он отступил в тыл, совершенно не ставя об этом в известность командира второго «Ягдтигра». Этот командир тут же последовал за ним, и оба они понеслись, как будто за ними гнался дьявол. Конечно, нигде вокруг не было видно противника! Из-за небрежного вождения совершенно неопытным экипажем вторая машина сразу же вышла из строя. «Бесстрашного» обер-лейтенанта совсем не волновала машина. Напротив, он упрямо продолжал двигаться, пока его машина тоже не встала. По крайней мере, обер-фельдфебель во второй самоходке взорвал свою собственную машину.
Тогда Лустиг ушел пешком и настаивал на том, чтобы я передал его донесение в батальон. Однако на этом этапе войны это уже не имело смысла. Каждый должен был сам решать, встретить ли конец достойно или как жалкий трус. Сотни бойцов самых различных родов войск залегли в лесу и ожидали конца. Их моральный дух совершенно иссяк».
У немцев, сражавшихся против Красной Армии в 1945 году, тоже не было решительно никаких оснований для оптимизма. Однако на Восточном фронте они вели себя совершенно по-другому, сражались, как правило, зло и упорно до конца. Там была совсем другая война...
Пятеро русских опаснее тридцати американцев
Надо отметить, что в штабе батальона вполне обоснованно ждали от двух «Ягдтигров», отправленных на задание, серьезного успеха: «Я отправился в штаб своего батальона, чтобы доложить о ситуации командиру. Когда я пришел на командный пункт, меня приветствовали со всех сторон. Прошел слух, будто мои парни подбили около сорока танков противника. Я их урезонил, когда сообщил, что мы не подбили ни одного янки, а наоборот, у нас совершенно вышли из строя две боевые машины. Были бы со мной два или три командира танков и экипажи из моей роты, воевавшей в России, то этот слух вполне мог бы оказаться правдой. Все мои товарищи не преминули бы обстрелять тех янки, которые шли «парадным строем». В конце концов, пятеро русских представляли большую опасность, чем тридцать американцев. Мы уже успели это заметить за последние несколько дней боев на западе».
Как же повезло танкистам - янки, избежавшим настоящей бойни. Если бы двумя «Ягдтиграми» командовал настоящий боевой офицер, в американцев бы лупили из 128-мм орудий с «практически идеальной» дистанции. Что бы они могли сделать с расстояния в полтора километра «Ягдтиграм» с их броней? Оставалось только на Бога уповать, да на появление своей авиации.
Вместо этого один «странный офицер», откровенно боявшийся раскрывать свое присутствие, устроил черт знает что. И неопытные экипажи внесли свою лепту, во время откровенного «драпа» сумевшие вывести из строя машины.
Американцам, тридцать из которых были менее опасны, чем пять русских, так посчастливилось потому, что настоящих, матерых немецких солдат и офицеров с 1941 года систематически истребляли на Восточном фронте. К началу 1945 года миллионы их лежали в земле, осваивали протезы или «убирали снег» в Сибири. И все больше в вермахте становилось персонажей вроде описанного выше обер-лейтенанта, большого специалиста по умению «не раскрывать себя» огнем. В 1941 году у немецких офицеров такое умение очень нечасто встречалось, а если все же встречалось, то его надо было тщательно скрывать...

Андрей Подзоров, 15-12-2017 22:48 (link)

T40 (M17) "Whiz-Bang"

false

"Whiz-Bang" дословно переводилось как "вжих-бух" или "свист-взрыв" и было продолжением устанавливаемой на танки же РСЗО Т34 "Каллиопа".
Принцип остался тот же - установка крепилась над башней, наведение по углу места производилось поворотом башни, по вертикали - за счет подъёма/опускания орудия, поскольку пусковая рама была связана со стволом рычагом. При необходимости пусковая установка просто сбрасывалась, и танк действовал как линейный.
На пусковой размещались 20 направляющих для 180-мм (7,2-дюймовых) реактивных снарядов T37 или T21. Дальность стрельбы составляла от 250 метров до 3 км.
Установки Т40 ограниченно применялись в Арденнах и Северной Италии. Широкого распространения не получили, и были вытеснены теми же "Каллиопами" версии T34E2, которые несли по 60 направляющих для 7,2-дюймовых ракет.

Андрей Подзоров, 15-12-2017 22:45 (link)

Pz.Kpfw. 17/18 730 (f)

false

Да, вы не ошиблись - на снимке французский лёгкий танк времён Первой мировой Рено FT-17. С немецкими крестами. Конечно же, снимок сделан уже не во времена Великой войны. Дата снимка - 1941 год. Как известно, в рядах танковых соединений Германии воевала техника чуть ли не всей Европы. Не обошла эта участь даже таких ветеранов, как FT-17.

Французский танк Рено FT-17 (Renault FT-17) - первый серийный танк имевший, башню кругового вращения, а также первый танк классической компоновки. Эта 7-тонная машина была разработана в 1916-1917 годах под руководством Луи Рено как танк непосредственной поддержки пехоты. Он был принят на вооружение французской армией в 1917 году под официальным наименованием Char legerRenault FT modele 1917, если коротко просто - то FT-17. Всего было выпущено около 3,5 тыс. экземпляров.

Эти танки успели провоевать в Первую мировую и заслужить неплохую репутацию. Танки FT-17 производились в двух модификациях: с пулемётным вооружением и с пушечным. Машину с пулемётным вооружением (с 8-мм пулемётом фирмы Гочкисс Hotchkiss Mle 1914), военные прозвали "самкой", а с пушечным (с полуавтоматической 37-мм нарезной пушкой фирмы Пюто Puteaux SA18) - "самцом". Последних построили примерно 1/3 от общего количества.

В 1924-26 годах французы провели модернизацию более 2 тыс. FT-17, установив на них более мощные 50-сильные двигатели и увеличив толщину лобовой брони до 22 мм. Модернизированный FT-17 получил обозначение Рено М26/27.
После прихода к власти в Германии национал-социалистов, французские военные, чувствуя угрозу своей стране, спешно начали дальше модернизировать свои вооруженные силы. Не обошли вниманием и ветеранов Первой мировой, танки FT-17. На "самках" пулемёты Гочкисса заменили на новые 7,5-мм пулемёты Reibel MAC31. Эти машины французские военные неофициально называли FT-31.

Тем временем в Германии первая танковая дивизия, созданная в 1935 году, имела на вооружении всего около 200 танков Pz.Kpfw.I, всё вооружение которого состояло из двух 7,92-мм пулеметов. 37-мм короткоствольная пушка французского танка Рено FT-17 М26/27 по мощи огня превосходила пулемётную спарку немецкого танка Pz.Kpfw.I, а по броневой защите танки Рено ничуть им не уступали.

Ветераны Первой мировой Рено FT-17 М26/27 приняли участие и во Второй мировой войне. Но, как известно, немцы одержали молниеносную победу и Франция скоропостижно капитулировала. Хотя на полях тех сражений для FT-17 было немало достойных соперников.

Всего во Франции немцы захватили исправными и подбитыми более 1700 лёгких танков FT-17 М26/27, как на поле боя, так и в складах и на заводе. Очень многие танки находились в исправном состоянии. 

Прагматичные немцы не стали брезговать FT-17 М26/27 и не говорили, в отличие от французов, что они "безнадежно устаревшие". Бывшие французские танки стали немецкими, получив обозначение Panzerkampfwagen FT-17/18 730(f) или коротко - Pz.Kpfw. 17/18 730 (f).

На лобовой лист и корму трофейных Pz.Kpfw. 17/18 730 (f) немцы крепили германский регистрационный номер и наносили краской трафарет германского креста "Балкенкройца" и тактические символики рода служб.

Ветеранов приспособили к несению патрульной службы в тылу, охране железнодорожных путей и аэродромов, а также использовали в полицейских подразделениях и для облавы на партизан. Использовали их также в качестве подвижных командных и наблюдательных пунктов.
Сотню Pz.Kpfw.17/18 730 (f) с 37-мм пушками выделили для усиления бронепоездов. Их крепили на железнодорожные платформы, с которых танк по специальному трапу мог съезжать с платформы и оказать поддержку десанту.
В июне 1941 года некоторое количество Pz.Kpfw.17/18 730 (f) на бронепоездах выделили для борьбы с партизанами на оккупированных территориях Югославии и СССР. Хотя - странное дело - трофейные FT-17 даже зачастую не упоминаются среди той техники, на которой "арийские полубоги" приехали покорять "восточноазиатских варваров".

Трофейными Pz.Kpfw. 17/18 730 (f) пользовались и Люфтваффе, которые применяли их для охраны аэродромов, а также для расчистки взлётных полос - для этого на танках установили бульдозерные отвалы, демонтировав башни.

FT-17, находящиеся в колониях и заморских территориях Франции, по разрешению германской комиссии по репарациям, остались в распоряжении правительства Виши.
FT-17 вишистских сил вели боевые действия против войск Великобритании в июне-июле 1941 года. Так же французские стальные "блохи" приняли участие в боевых действиях на стороне немецкого Африканского корпуса против британских войск в Северной Африке. В ноябре 1942 года во время англо-американской операции "Торч" вишистские FT-17 приняли участие в боях по отражению англосаксонского десанта. Оставшиеся FT-17 немцы собрали в отдельные резервные танковые роты и продолжали использовать в качестве неподвижных огневых точек на обороне различных объектов, включая аэродромы.

Часть танков пожертвовали свои "головы". Башни от FT-17 устанавливалась в качестве огневых точек в бетонных укреплениях Атлантического вала на побережье Ла-Манша. Такое приспособление получила обозначение F.Pz.DT - Festung-Panzerdrehturm (фортификационная танковая башня поворотная).
Когда в июне 1944 года англосаксонские армии высадились во французской Нормандии, то немцы в спешке просто закапывали в землю Pz.Kpfw. 17/18 730 (f) по башню.

Последние FT-17 с крестами на бортах воевали под Берлином в 45-ом.

Андрей Подзоров, 12-12-2017 20:10 (link)

Советский опытный истребитель танков "Объект 287"


"Объект 287" был создан в 1965 году конструкторами Ленинградского Кировского завода под руководством Жозефа Яковлевича Котина.
В качестве шасси послужил "Объект 432" (танк Т-64).
Это был безбашенный ракетный танк - башня у "Объекта 287" отсутствовала, вместо неё на крыше корпуса была смонтирована вращающаяся платформа, в средней части которой имелся люк для выдвижения пусковой ракетной установки противотанковых управляемых ракет 9М15 "Тайфун" и колпаки двух 73-мм пушек.

Пусковая установка в походном режиме размещалась внутри корпуса танка, во время боя выдвигалась для стрельбы. Осколочно-кумулятивая боевая часть 140-мм ПТУР могла пробить до 500 мм брони, а по осколочному действию была равноценна 100-мм осколочно-фугасному снаряду. Боекомплект пусковой установки составлял 15 ракет в автомате заряжания. Дальность стрельбы составляла от 500 метров до 4 километров. Пуск ПТУР мог производиться как с ходу, так и с места.

Справа и слева от крышки люка приварили по одному броневому колпаку для размещения в каждом из них 73-мм орудия 2А25 "Молния" и спаренного с ним пулемёта ПКТ.
73-мм автоматическая гладкоствольная пушка 2А25 "Молния" имела механизм заряжания револьверного типа емкостью 16 выстрелов. Боекомплект к двум "Молниям" состоял из 32-х активно-реактивных выстрелов ПГ-15В "Копьё", бронепробиваемость которых достигала 300 мм.

Экипаж танка состоял из двух человек - механика-водителя и командира-оператора. Они располагались в передней части корпуса танка в отделении управления, которое было изолировано от боевого отделения перегородкой. Управление комплексом вооружения танка осуществлялось дистанционно. На танке был установлен панорамный комбинированный бесподсветочный прицел с независимой линией прицеливания и стабилизированным в двух плоскостях полем зрения.

Броня танка была комбинированной - 90-мм лист брони, 130-мм лист стеклопластика, снова 30 мм брони. Такой сэндвич не пробивался 122-мм бронебойным снарядом или кумулятивным боеприпасом с бронепробиваемостью до 600 мм. Броня "Объекта 287" противостояла любым танковым пушкам того времени и почти всем ПТУР.

В апреле 1964 два ракетных танка "Объект 287" поступили на заводские испытания на Гороховецкий полигон. Из 45 пусков управляемых ракет было отмечено 16 попаданий в цель, 18 отказов, 8 промахов и 3 незачтённых пуска. К концу 1964 испытания прекратили для устранения выявленных недостатков, среди которых главным была ненадежность системы управления ракет и неудовлетворительная стрельба из пушек 2А25. Позже работы над "Тайфуном" и вовсе прекратили.
В серийное производство "Объект 287" не запускался. false
false
false
false

Андрей Подзоров, 06-12-2017 12:35 (link)

Бронеавтомобиль «Минерва»


Подразделение бельгийских бронеавтомобилей «Минерва» в сентябре 1917 года. Все они вооружены пулеметами «Гочкис», обращает на себя внимание большая фара-искатель.
Сегодня даже в самой Бельгии мало кто знает о бронеавтомобиле «Минерва». Между тем именно в бельгийской армии впервые сумели найти наиболее эффективные способы боевого применения бронеавтомобилей, которые не имели аналогов вплоть до Второй мировой войны.
В августе 1914 года германские войска вторглись в Бельгию, при этом наступление возглавляли, как правило, кавалерийские части. Немцы наступали массированно, их численное превосходство было неоспоримо. Чтобы хоть как-то компенсировать это, а также противостоять кавалерийским атакам, командование бельгийской армии решило использовать бронеавтомобили. Уже к концу месяца первые две автомашины «Минерва» были переоборудованы в бронеавтомобили - их обшили броневыми листами толщиной 4 мм, а с левого борта, за местом водителя, установили пулемет «Гочкис». Вскоре были изготовлены еще несколько таких машин.
Несмотря на малочисленность, бронеавтомобили «Минерва» с успехом доказали, что они способны выполнять самые разные боевые задачи. На них выполнялись рейды, в том числе в глубокий тыл противника, в ходе которых собирались разведданные о перемещениях противника, его силах и средствах, нарушались пути коммуникаций. Кроме того, бронеавтомобили при возможности оказывали огневую поддержку пехоте, нередко весьма эффективно. В тот период войны немцы выдвигались колоннами по дорогам или открытой местности, поэтому внезапное появление бронеавтомобилей, открывавших разящий пулеметный огонь, не раз вызывали панику среди германских войск на марше.

Усвоенный урок
Вскоре война перешла в «окопную стадию» - с октября 1914 года и до 1918-го бельгийские войска занимали одну и ту же линию обороны. Траншеи были оборудованы в местности, мало пригодной для использования бронеавтомобилей - она изобиловала заболоченными участками и нередко была непроходимой для автотранспорта. В связи с этим бронеавтомобили не могли применяться, однако то, как они применялись бельгийцами ранее, послужило уроком для всех тех, кто хотел учиться. Опыт был перенят англичанами, а немцы, усвоив урок, в деле применения бронеавтомобилей пошли дальше.

Безупречная служба
Поскольку на Западном фронте шли затяжные позиционные бои, было сформировано специальное подразделение бронеавтомобилей «Минерва», которое перебросили в распоряжение командования русской армии, сражавшейся с немцами. Там в течение нескольких лет, вплоть до отправки домой в 1918 году, бронеавтомобили прекрасно себя зарекомендовали.
После возвращения в Бельгию подразделение было доукомплектовано новой модификацией бронеавтомобиля «Минерва» - с башней, а прежние модели были переданы полиции, где и оставались на вооружении до 1933 года.
false
false
false

Андрей Подзоров, 02-12-2017 14:24 (link)

Бронеавтомобили Sd.Kfz.221 и Sd.Kfz. 222, Sd.Kfz. 223


Бронеавтомобили Sd.Kfz.221

В 1934 году в Германии начались работы над разработкой нового бронеавтомобиля с повышенными тактико-техническими характеристиками. Первым шагом в этом направлении стало создание шасси для тяжёлой армейской автомашины.
Министерство вооружений определило техническое задание. Четырехколёсное шасси с приводом на все колёса должно было иметь хорошую проходимость. Управление, действующее на все четыре колёса, обеспечивало хорошую манёвренность. Другими достоинствами разрабатываемого шасси были хорошая подвеска, удачная тормозная система, небольшая масса, малое удельное давление на грунт, высокая прочность, простая конструкция, удобный доступ к узлам и вытекающая из этого лёгкость ремонта.
Требования к шасси оказались столь высокими, что исключали использование серийных коммерческих шасси. Все сотрудничавшие с Министерством вооружений компании получили заказ создать совершенно новый прототип. Лучшие образцы были продемонстрированы в 1936 году в Берлине на выставке средств моторизации. Наконец, военные остановили свой выбор на прототипе, созданном на заводе Horch в Цвикау, принадлежавшем компании Auto-Union AG. Было подготовлено два варианта шасси. Первый вариант, получивший официальное название Einheitsfahrgestell I fuer schwerer Personenkraftwagen, имел двигатель в корме и был создан специально под установку бронированного кузова. Второй вариант — Einheitsfahrgestell II fuer schwerer Personenkraftwagen, отличался от первого варианта тем, что двигатель на нём был установлен спереди, это шасси больше предназначалось для легковых автомобилей тяжёлого класса.

Первый вариант, обозначавшийся производителем как Horch 801/EG I, весил 1965 кг. Шасси оснащалось двигателем Horch/Auto-Union V8-108 объёмом 3,5 литра и мощностью 75 л.с. при 3600 об./мин. Коробка передач обеспечивала пять передач вперёд и задний ход. В соответствии с требованиями военных привод осуществлялся на все колеса. Рулевое управление также действовало на все четыре колеса, но при езде по шоссе при скорости свыше 35 км/ч задние колёса фиксировались в нейтральном положении. Колёса подвешивались независимо через два маятника и две спиральные пружины. Шины Continental размером 210-18 имели пневматические камеры низкого давления. Ножной тормоз действовал на все колёса шасси.
На базе шасси Horch 801/EG I был создан новый бронеавтомобиль leichter Panzerspaehwagen mit Einheitsfahrgestell I fuer sPkw. Работы над машиной вела фирма Eisenwerke Wesserheutte из Бад-Ойнхаузена. Бронеавтомобиль выпускался в нескольких модификациях различавшихся вооружением и оснащением.

Sd.Kfz. 221

Первыми в формируемые разведывательные части вермахта стали поступать лёгкие бронеатомобили leichter
 

 Panzerspaehwagen (MG) (Sd.Kfz. 221). С 1936 года они начали постепенно вытеснять старыеKfz 13.
Sd.Kfz. 221 имел кузов, собранный из бронеплит толщиной 14,5 мм. Броня располагалась под углом, что повышало её эффективную толщину. Броня вполне надежно защищала машину от осколков и винтовочных пуль, в том числе и со стальным сердечником. Опытные инженеры из Бад-Ойнхаузена предусмотрели также защиту ступиц колес.
Водитель следил за дорогой через прямоугольное окно, прорезанное в лобовой броне. Аналогичные окна несколько меньшего размера были размещены в левом и правом борту. Во время боя окна закрывались бронированными заслонками с узкими смотровыми щелями.
Доступ к двигателю открывали три прямоугольных люка. За переборкой разделявшей боевое и моторное отделение, находились два топливных бака емкостью по 55 литров.
Экипаж проникал в машину через дверцы, расположенные в бортах кузова. Запасное колесо подвешивалось к правому борту машины.
Sd.Kfz. 222Бронеавтомобиль Sd.Kfz. 221 был вооружен одним 7,92 мм пулемётом, установленном во вращающейся башенке. Башенка имела форму усечённой девятигранной пирамиды. Башня не имела сплошной крыши. Вместо неё сверху боевое отделение защищали два откидывающихся экрана из проволочной сетки. В бортах башни находились смотровые щели.
На прототипах устанавливали старые пулемёты MG-13, но серийные машины оснащались новым пулемётом MG-34. Боекомплект к пулемёту составлял 1050—1200 патронов, но эти цифры не могут быть предельными, так как при желании экипаж мог положить, к примеру четыре ящика патронов, много места они не занимали, но это бы ещё добавило 1000 патронов. Башенка могла вращаться на 360°, а станок пулемёта обеспечивал углы склонения/возвышения от -10° до +69°. Это позволяло вести огонь не только по наземным целям, но и по низколетящим самолётам.
Экипаж Sd.Kfz. 221 состоял из двух человек: механика-водителя и командира, по совместительству стрелка. Штатное вооружение состояло из одного пистолет-пулемёта MP-38 или MP-40 и 6 ручных гранат М-24.

Радиостанции на машине не было, связь поддерживалась при помощи сигнальных флажков.

В виде бронеавтомобиля Sd.Kfz. 221 разведывательные части вермахта получили быструю и маневренную машину. Но у Sd.Kfz. 221 был один серьезный недостаток - слабое вооружение. Уже после начала войны на бронеавтомобили стали устанавливать более тяжелое вооружение. В частности дополнительно их вооружали 7.92 мм противотанковым ружьем PzB 39,которое устанавливали в башне рядом со штатным пулеметом. Это ружье позволяло бороться с легко бронированной бронетехникой противника.
Более удачным решением была установка тяжёлого противотанкового ружья 2,8cm sPzB 41. Эта модификация бронеавтомобиля появилась в 1941 году. Всего таким образом было усовершенствовано 34 машины, в которых на месте пулемёта ставили это противотанковое ружьё. Новое оружие потребовало слегка изменить конструкцию башни (уменьшить высоту передней стенки). Противотанковое ружьё устанавливалось в башню вместе со штатным щитком, что слегка увеличивало высоту машины.

Sd.Kfz. 222
 



В 1938 году на вооружение вермахта приняли бронеавтомобиль leichter Panzerspaehwagen (2cm) Sd.Kfz.222, который в отличие от своего предшественника был вооружен не пулемётом, а 20-мм пушкой.
Кузов бронеавтомобиля изменился незначительно. Лишь немного изменилась конфигурация кормовой брони, а одно большое окно перед местом механика-водителя разделили на две части. Существенно было увеличено вооружение бронеавтомобиля. По мысли военных, пушечные бронеавтомобили должны были обеспечивать огневую поддержку подразделениям, оснащённым только пулемётными машинами. Бронеатомобиль Sd.Kfz. 222 имел увеличенную десятигранную башню, в которой размещалась автоматическая пушка 2cm KwK 30 и пулемёт MG-34. И пушка и пулемёт могли вести огонь как по наземным так и по воздушным целям, угол склонения/возвышения состовлял от -7° до +80°.
В 1940 году по заданию Министерства вооружений фирмы Appel (Берлин) и F.Schichau (Эльблонг) приспособили башню Sd.Kfz. 222 для размещения там Hangellafette 38. Это позволило вооружить бронеавтомобиль 20-мм пушкой KwK 38. Новый лафет обеспечивал угол склонения/возвышения от -4° до +87°, что повышало эффективность пушки в борьбе с самолетами противника. Пушка оснащалась двумя прицелами. Для стрельбы по наземным целям использовались TZF 3a, а для стельбы по самолетам использовали прицел Fligerviseer 38.
Наведение пушки на цель осуществлялась вручную. Спуск пушки и пулемёта был синхронизирован, впрочем, имелась возможность вести огонь только из одного ствола. Обычно в литературе говорится, что боекомплект состоял из 180—200 выстрелов к пушке и 1050—2000 выстрелов к пулемёту, но в реальности экипаж мог взять больший боекомплект, так как в этой машине было достаточно свободного места.
Башня Sd.Kfz. 222 была открыта сверху, и также защищалась двумя экранами с проволочной сеткой. Экраны можно было открыть или закрыть, в зависимости от тактической ситуации. Углы возвышения ствола выше 20° обязательно требовал откинуть экраны.
Экипаж Sd.Kfz. 222 состоял из трёх человек: механика-водителя, командира и наводчика. Штатное вооружение экипажа дополнял один пистолет-пулемёт MP-40 и шесть гранат М-24. Первоначально Sd.Kfz. 222 не оборудовались радиостанцией, но позднее на них стали устанавливать радиостанцию небольшого радиуса действия. Гнездо антенны в этом случае располагалось в задней части башни.

Sd.Kfz. 223
 
 


Одним из важных условий успешной разведки было не только обнаружить врага, но также оперативно передать эту информацию в штаб части. Поэтому уже 1938 году на вооружение вермахта приняли третью модификацию этого лёгкого бронеавтомобиля — leichter Panzerspaehwagen (Fu) (Sd.Kfz. 223), призванную заменить собой старый Kfz.14.
Бронеавтомобили Sd.Kfz. 223 управлялись экипажем из трёх человек: механика-водителя, командира-стрелка и радиста. Вооружение бронеавтомобиля состояло из одного пулемёта MG-34, размещённого в той же башенке, что и Sd.Kfz. 221. кузов радиофицированного бронеавтомобиля конструктивно соответствовал Sd.Kfz. 222.
Машины Sd.Kfz. 223 оборудовали радиостанцией FuSprGer 10 SE30, которую позднее заменили на FuSprGer 12 и FuSprGer «f». Кроме того, бронеавтомобиль оснащался складывающейся рамочной антенной. Но вскоре неудобную и громоздкую рамочную антенну заменили на антенну штыревого типа.

Модификации Sd.Kfz. 222 и 223

Опыт первых компаний заставил ввести в конструкцию бронеавтомобилей ряд изменений. Желая ещё более увеличить ходовые качества бронеавтомобилей, их с 1941 года стали выпускать на базе шасси Horch 801/v. Шасси оснащались двигателем мощностью 81 л.с., который позднее форсировали до 90 л.с., а также гидравлическими тормозами. Соответствующим образом была изменена система обозначений. Старые Sd.Kfz. 222 и 223 получили обозначение Ausfuehrung A, а машины на базе Horch 801/v — Ausfuehrung B.
В мае 1941 года толщину лобовой брони увеличили до 30 мм.
Часто машины оснащались дымовыми шашками, которые устанавливали на лобовой броне. По бортам башни также нередко устанавливали дымовые гранатомёты. Поставив дымовую завесу, бронеавтомобиль имел больше шансов выйти из боевого соприкосновения с противником.

Выпуск

Выпуск лёгких бронеавтомобилей наладили сразу на нескольких предприятиях, в том числе на Einsenwerke
 

 Weserhuette, Maschinenfabrik Niedersachsen-Hanover. Fr. Schichau и Büssing-NAG. С 1935 года по май 1940 года было выпущено 339 машин Sd.Kfz. 221. С 1936 по июнь 1943 года было выпущено 989 Sd.Kfz. 222. Выпуск Sd.Kfz. 223 начался в 1935 году и продолжался до конца 1943 года. Всего построили 550 бронеавтомобилей этого типа. Таким образом, на шасси типа Horch было в общей сложности собрано 1868 машин.
Цена одного Sd.Kfz. 222 без вооружения составляла 19600 рейхсмарок.

Боевое применение

Первые партии новых бронеавтомобилей вермахт получил уже в 1936 году. Лёгкие бронеавтомобили Sd.Kfz. 221, 222 и 223 участвовали в захвате Судет в 1938 году, а также в оккупации Чехословакии в 1939 году. До конца 1939 года немецкая армия получила около 700 машин всех типов. Однако потребностей растущей армиии эта цифра не могла удовлетворить. До лета 1940 года немецкие части вынуждены были использовать даже старичков Kfz. 13.
Большинство новых бронеавтомобилей поступало в разведывательные части танковых и лёгких дивизий, сформированных перед началом польской кампании 1939 года. В соответствии со штатным расписанием 1939 года разведывательный батальон включал в свой состав две роты бронеавтомобилей. Каждая рота состояла из штабного взвода (Sd.Kfz. 247, 263 и 223), взвода тяжёлых бронеавтомобилей (Sd.Kfz. 231 и 232) и двух взводов лёгких бронеавтомобилей (Sd.Kfz. 221 и 222). С течением времени лёгкие бронеавтомобили начали поступать в разведывательные подразделения моторизованных дивизий, а под конец войны их использовали и обычные пехотные дивизии. Лёгкие бронеавтомобили использовались не только в разведке. Часто их использовали в частях связи. Случалось, что лёгкие бронеавтомобили использовались в качестве передвижных пунктов корректировки огня. В первые годы 2-й мировой войны лёгкие бронеавтомобили Sd.Kfz. 221, 222 и 223 действовали очень успешно. Успех сопутствовал им и в Польше и во Франции. Даже в трудных условиях ливийской пустыни эти машины достойно показали себя. Лишь слабое вооружение Sd.Kfz. 221 серьёзно сказывалось на результатах. Кроме того, во фронтовых условиях довольно трудно было обеспечить хорошее техническое обслуживание машины. Инженеры фирмы Horch, пытаясь удовлетворить все требования военных, создали достаточно сложное шасси. Сложная конструкция не только затрудняла выпуск, но и оказалась недостаточно надёжной. Чаще всего из строя выходил ведущий вал, сцепление и подвеска. У двигателей часто разрушались болты креплений коромысел клапанов.
Восточный фронт выявил новые недостатки машины. Несмотря на полный привод, бронеавтомобиль предназначался всё таки для езды по хорошим дорогам. Сравнительно большое удельное давление на грунт позволяло машине уверено двигаться лишь по твёрдому грунту. В результате легкие бронеавтомобили вязли в грязи, а разведывательные подразделения теряли главное свое преимущество — мобильность.
Поэтому с 1942 года в разведывательных подразделениях лёгкие бронеавтомобили постепенно уступали своё место полугусеничным бронетранспортёрам Sd.Kfz. 250/9, которые были оснащены одинаковой с Sd.Kfz. 222 башней.
1 июля 1941 года немецкая армия располагала 947 машинами Sd.Kfz. 221, 222 и 223. Высокие потери, понесённые немецкими частями в ходе летне-осеннего наступления 1941 года привели к тому, что численность лёгких бронеавтомобилей резко сократилась. К 1 апреля 1941 года немецкая армия имела лишь 788 машин всех трёх типов. В 1943 году выпуск этих машин был прекращён, но они оставались в частях вплоть до конца войны. Ещё в 1944 году эти бронеавтомобили широко использовались на восточном фронте, о чём свидетельствуют цифры потерь. В период с 1 декабря 1943 года по 30 ноября 1944 года вермахт потерял 150 машин Sd.Kfz. 221 и 223 и 240 единиц Sd.Kfz. 222.

Андрей Подзоров, 01-12-2017 01:47 (link)

Легкий плавающий танк "Тип 63" (WZ-211)

Легкий танк «Тип 63»В конце 1950 годов в Китай из Советского Союза было поставлено несколько партий легких плавающих танков ПТ-76. На базе ПТ-76 был разработан свой вариант, получивший название "Тип 60". В ходе последующих работ по совершенствованию этого танка была создана модификация, получившая название "Тип 63". В конструкции этой машины используются сборочные единицы ПТ-76 и бронетранспортера тип 77 (китайский вариант советского БТР-50ПК). Корпус сварен из стальных броневых листов. Он разделен на три отделения - боевое отделение в середине, моторно-трансмиссионное в корме и отделение управления впереди. Место механика-водителя смещено к левому борту. Для наблюдения за дорогой он использует три призменных прибора, один из которых может заменяться на водительский ПНВ.
Плавающий танк «Тип 63»

Остальные члены экипажа размещены в башне: командир танка и наводчик слева, а заряжающий справа от пушки. Характерной особенностью башни является куполообразный вентилятор, расположенный на крыше за люком командира. Основным вооружением является 85-мм нарезная пушка. Из нее можно вести огонь бронебойными, бронебойно-фугасными, кумулятивными, осколочно-фугасными и дымовыми боеприпасами. Общий боекомплект пушки 47 выстрелов. С пушкой спарен установленный справа от нее 7,62-мм пулемет с боекомплектом 1000 патронов.
Плавающий «Тип 63»

Приборы прицеливания и наблюдения оптические, не имеющие существенных отличий от приборов "Тип 59". Приводы наведения башни ручные и электрические, подъемный механизм пушки механический. Углы наведения в вертикальной плоскости составляют от -5° до + 18° На части машин устанавливался лазерный дальномер китайского производства, подобный тому, что использовался на основном танке "Тип 59". На шкворне основания люка заряжающего размещен 12,7-мм зенитный пулемет с боекомплектом 500 патронов.
танк «Тип 63»

Машина имеет противопульное бронирование, характерное для полностью амфибийных, т. е. плавающих машин устройство корпуса. Толщины броневых деталей корпуса составляют от 10-мм (борта, крыша, корма, днище) до 14-мм (нижняя лобовая деталь) миллиметров. Верхняя лобовая деталь, имеющая толщину 11-мм и угол наклона 80° к вертикали, дополнительно защищается волноотражательным щитком, укладываемым на нее при движении по суше. Башня сварная из литых и катаных броневых деталей. Используется система противопожарного оборудования, аналогичная ППО ПТ-76.
«Тип 63»

Танк развивает максимальную скорость при движении по шоссе 64 км/ч, на плаву 12 км/ч. Запас хода по топливу составляет 370 км при вместимости топливных баков 545 л. На корме корпуса могут устанавливаться дополнительные бочки. В МТО установлен 12-цилиндровый дизель жидкостного охлаждения мощностью 400 л. с. Механическая трансмиссия обеспечивает 5 передач переднего и 1 заднего хода. В трансмиссии предусмотрен отбор мощности на реактивные водометные движители. Катки подобны каткам советского ПТ-76, подвеска индивидуальная-торсионная. Компоновка ходовой части традиционная,с задним ведущим и передними направляющими колесами. "Тип 63" принимал участие в боевых действиях во время войны с Вьетнамом.
Тактико-технические характеристики легкого танка "Тип 63"Боевая масса, т18,7Экипаж, чел4Габаритные размеры, мм:Танки Китаядлина по корпусу7150ширина3200высота2520клиренс370Броня, мм
 от 10 до 14Вооружение:
 85-мм нарезная пушка; 12,7-мм зенитный пулемет; 7,62-мм пулеметБоекомплект:
 47 выстрелов, 500 патронов калибра 12,7-мм и 1000 патронов калибра 7,62-ммДвигательдизельный, 12-цилиндровый, V-образный, мощность 400 л, с.Удельное давление на грунт, кг/см.кв 
Скорость, км/ч

по шоссе64на плаву12Запас хода по шоссе, км370Преодолеваемые препятствия:
высота стенки, м0,87ширина рва, м2,9глубина брода, мплавающий танк
танк «Тип 63»

Модификации:

  • "Тип 63-I"/WZ-211-1 (серийная модификация с новым двигателем);
  • "Тип 63-II"/WZ-211-2 (установлен лазерный дальномер);
  • "Тип 63A"/ZTZ-63A (105-мм пушка , новая СУО);
  • "Тип 63HG" (опытный танк на базе "Тип 63А" с улучшенной мореходностью).
Машины созданные на базе "Тип 63"/WZ-211:

  • "Тип 99"/WZ-213 (новый плавающий танк; 2000 г.);
  • "Тип 77-I/II"/WZ-511-1/2 (плавающий БТР для морской пехоты).

Андрей Подзоров, 30-11-2017 23:07 (link)

Танкетки Т-27 Красной Армии

Советская танкетка Т-27Танкетка разработана на основе английской танкетки "Карден-Лойд" Мк VI и принята на вооружение Красной Армии в феврале 1931 года. Танкетка имела коробчатый корпус, собранный методом клепки из катаных броневых листов. Благодаря размещению двигателя в средней части корпуса, между местами механика-водителя и пулеметчика, удалось резко сократить длину корпуса. В танкетке широко использовались узлы и механизмы серийно выпускавшихся автомобилей, что позволило значительно уменьшить стоимость производства.
Танкетка находилась в производстве около двух лет. За это время было выпущено более 3300 этих простых и надежных машин. Они использовались в разведывательных подразделениях общевойсковых и танковых соединений, стояли на вооружении воздушно-десантных бригад, где с ними проводились широкомасштабные эксперименты по десантированию парашютным и посадочным способом. На базе танкетки был создан первый советский огнеметный танк. Огнесмесь выбрасывалась с помощью сжатого воздуха на дальность до 25 метров. В середине тридцатых на базе танкетки была создана легкая самоходная артиллерийская установка, вооруженная 76-мм динамо-реактивной пушкой.
Танкетка Т-27

Закупкой британских и американских образцов в 1929 году занималась специальная комиссия Главного управления механизации и моторизации во главе с руководителем Военно-технического управления генералом И.А. Xалепским. Поскольку британцы тогда считались лидерами в разработке танков. Халепский уделил особое внимание закупке в 1931 году машин у единственного и стране производителя танков, компании "Виккерс-Армстронг". В частности, танкетка "Виккерс-Карден-Лойд" Mk IV и танк "Е" послужили основой при разработке некоторых образцов основных советских танков.
Британские танкетки  
Vickers-Carden Loyd Mk.IV

Vickers-Carden Loyd Mk.VI

Vickers-Carden Loyd Mk.VI

Vickers-Carden Loyd Mk.IV

Vickers-Carden Loyd Mk.VI   ранний вариант

Vickers-Carden Loyd Mk.VI

Одной из первых прибыла танкетка "Карден-Лойд". Ее закупили, так как в Танковом уставе Красной Армии указывалось на необходимость иметь легкий разведывательный танк. Советские конструкторы в период с 1927-го по 1930-год, пытались реализовать собственные идеи. На базе шасси от танка Т-16 были разработаны проекты танков Т-17 и Т-25, но они так и остались на бумаге. Была построена лишь экспериментальная танкетка Т-23. На устранение недостатков Т-23 требовалось много времени, поэтому было принято решение закупить проверенный британский проект.
Первые танкетки

Советские инженеры не были в полной мере удовлетворены Mk IV, поэтому группа специалистов во главе с Н.Козыревым на московском заводе №37 внесла ряд изменений. Были установлены более мощный двигатель, новое сцепление и ведомые звездочки большего диаметра. Танкетка Т-27 (так назвали в СССР британскую машину) была вооружена пулеметом калибра 7,62-мм, но в нем отсутствовала радиостанция, что означало, что связь с экипажами других танков должна осуществляться только с помощью флажков. Эта ситуация была нормальной для Красной Армии и объяснялась неразвитостью советской радиопромышленности. Были предприняты попытки установить на Т-27 более мощное вооружение, в том числе 37-мм пушку Гочкисса и 76,2-мм пушку, но от них пришлось отказаться, так как шасси не выдерживало увеличившуюся массу машины. Кроме того, не хватало места для хранения боеприпасов, и машина теряла устойчивость при стрельбе из орудия большого калибра.
Танкетка Т-27

Во время полевых испытаний танкетка Т-27 показала неоднозначные результаты. Простая конструкция не требовала сложного обслуживания, но машина с трудом преодолевала болота и заснеженные территории. так как имела узкие гусеницы. Было также признано, что необходимы вращающаяся башня и способность преодолевать водные преграды вплавь. Позднее на базе Т-27 и с учетом опыта ее эксплуатации был создан легкий плавающий танк Т-37.Но даже при этих условиях Т-27 широко применялась в Красной Армии. К концу 1932 года было сформировано 65 батальонов по 50 танкеток в каждом. Они широко использовались при подавлении басмаческих выступлений в Средней Азии в 30-е годы. Когда в 1941 году началась война с Германией. Т-27 были признаны устаревшими и удалены с передовой. Есть данные об их использовании в боях в 1941 году, но это можно скорее считать проявлениями отчаяния, чем признанием боевых качеств Т-27.
Танкетка Т-27 для перевозки

Тем не менее, решение о начале массового производства танкетки Мк IV с наименованием Т-27, принятое в 1931 году, стало начальным пунктом создания настоящих танковых войск, задуманных командованием Красной Армии в конце 1920-х годов. К моменту снятия с производства в 1941 году было изготовлено 12000 танкеток Т-27. Однако самую важную закупку Халепский совершил в Америке после долгих и сложных переговоров с эксцентричным и вспыльчивым конструктором Джоном Кристи, который разработал уникальную систему танковой подвески М1928. Система предусматривала отдельную пружинную свечную подвеску для каждого опорного катка.
Чертеж Танкетки

Это снижало общий вес: и позволяло танку двигаться по пересеченной местности при минимальной вибрации. Конструкция была далека от совершенства, но к отличие от американской армии Халепский, как и британцы, оценил ее потенциал, и в конце-концов модифицированная конструкция Кристи была положена в основу среднего танка Т-34, который считается одним из лучших из когда-либо созданных танков и стал одним из факторов победы Советского Союза в войне 1941-1945 годов.
Чертеж танкетки Т-27

Опытные образцы танкетки, которые были изготовлены в 1931 г., отличались от своего прототипа установкой более мощного двигателя и утолщенной броней. Серийное производство Т-27 было организовано в 1931 - 1934 гг. на заводе "Большевик", на заводе №37 и Нижегородском автомобильном заводе (ныне ГАЗ). Сборка корпусов машины производилась на заводе КЭС в Москве. Всего было поставлено в войска 3297 машин (заводом "Большевик" в 1931 г. было выпущено 45 машин). Т-27 отличалась незначительными габаритными размерами. Это было достигнуто за счет отказа от вращающейся башни и продольного расположения моторно-трансмиссионного отделения, с правой стороны которого располагалось боевое, а с левой - отделение управления. Экипаж машины состоял из двух человек: командира-стрелка и механика-водителя.
Танкетка была вооружена 7,62-мм пулеметом ДТ, боекомплект которого составлял 2520 патронов. 40 пулеметных дисков с патронами размещались в бортовых коробках корпуса. Для стрельбы использовался простой механический прицел. На танкетках первого года выпуска пулемет устанавливался на специальном лафете, обеспечивавшем вертикальное наведение пулемета и связанным с педалью подъема и специальным сектором. На танкетках последующих выпусков установка пулемета ДТ производилась в специальном фланце, обеспечивавшем более удобное наведение пулемета, как по вертикали, так и по горизонтали, а также лучшую защиту стрелка от пуль и осколков.
Чертеж танкетки Т-27

Броневая защита была противопульной. Она изготавливалась из броневых листов с максимальной толщиной 10-мм. Соединение броневых листов производилось заклепками и болтами на угольниках и накладках. На машинах последнего года выпуска соединение броневых листов производилось с помощью сварки. Все швы корпуса у днища и по бортам на высоту 400-мм имели холщовую прокладку, обеспечивавшую водонепроницаемость корпуса. В верхнем лобовом листе корпуса имелся люк для доступа к тормозным валикам, закрывавшийся броневой крышкой с гайками на специальных шпильках. Кроме того, на верхнем и нижнем лобовых листах болтами крепился броневой кожух, закрывавший выступающую часть картера дифференциала. На большинстве танкеток этот кожух крепился на заклепках и снимался только вместе с лобовыми листами.
Танкетка Т-27 1933 год

На верхнем, наклонном листе трансмиссионного отделения находился люк с броневой крышкой на петлях, который обеспечивал доступ к коробке передач и приводам управления. Кроме того, с правой стороны имелось специальное отверстие для крепления пулеметной установки (на машинах первого года выпуска). В переднем щитке со стороны механика-водителя была сделана смотровая щель для вождения машины при закрытом люке, со стороны командира (стрелка) - отверстие, закрываемое броневыми щитками пулеметной установки. На боковых листах корпуса с наружной стороны крепились патронные коробки с дверцами в кормовой части.
Дверцы коробок крепились на петлях и закрывались двумя болтами. В верхней части боковых листов были сделаны смотровые щели с броневыми задвижками, а в нижней - круглое отверстие для прохода задней трубчатой оси. В верхней части корпуса имелось три откидывающихся колпака, закрывавших люки механика водителя, пулеметчика и люк доступа к силовой установке. На машинах последних выпусков в колпаках люков экипажа были сделаны специальные лючки, закрываемые броневыми заслонками. Колпак люка механика-водителя имел лючок в кормовой части, командира - в крыше и в кормовой части. В колпаке люка силовой установки был сделан лючок для доступа к заливной горловине топливного бака, закрывавшийся броневым колпачком. Спереди перед броневым колпаком силовой установки для доступа охлаждающего воздуха к радиатору системы охлаждения имелось отверстие, закрываемое броневым козырьком.
Танкетка 1933 год

В кормовом листе корпуса перед радиатором были сделаны специальные дверки, управляемые с места механика-водителя. На танкетках последних выпусков вместо дверок был установлен специальный броневой кожух с отверстием направленным вниз. Днище корпуса было сварено из нескольких листов и имело посередине корытообразное углубление. Для слива масла из картера двигателя, коробок передач в днище были сделаны два отверстия, закрываемые навинтными пробками. Для буксировки на корпусе танкетки на верхнем, наклонном листе трансмиссионного отделения была приклепана специальная петля, а в кормовой части - буксирная рама с петлей. Рама крепилась к бортам корпуса танкетки с помощью двух косынок. К бортам корпуса перед патронными ящиками крепились грязевые щитки, предохранявшие экипаж от забрызгивания грязью летом и снегом зимой.
На танкетках последнего года выпуска были введены и кормовые грязевые щитки. Вдоль продольной оси корпуса устанавливался четырехтактный четырехцилиндровый двигатель "Форд-АА" жидкостного охлаждения мощностью 40 л.с. (29 кВт) с карбюратором "Форд-Зенит". Пуск двигателя осуществлялся с помощью стартера мощностью 0,9 л.с. (0,7 кВт) и вручную - заводной рукояткой. В системе зажигания использовались индукционная катушка (бобина), прерыватель тока низкого напряжения и распределитель тока высокого напряжения. Емкость топливного бака составляла 42 л. Запас хода машины по шоссе достигал 110 км.
Танкетка Т-27 1933 год

Трансмиссия, заимствованная у грузового автомобиля ГАЗ-АА, включала сухое, однодисковое сцепление с накладками из ферродо; четырехступенчатую механическую коробку передач; главную передачу; простой дифференциал с колодочными тормозами и два бортовых редуктора. Дифференциал соединялся с коробкой передач с помощью карданного сочленения (шарнира Гука). Подвеска — полужесткая, блокированная. Со стороны каждого борта находилось по три тележки сдвоенных опорных катков. Упругим элементом подвески служили листовые рессоры. Конструкция подвески не отвечала требованиям по подвижности и ее применение объясняется короткой базой машины (длина опорной поверхности гусениц равнялась 1410-мм). В гусеничном движителе применялись опорные катки с наружной амортизацией, ведущие колеса цевочного зацепления и гусеницы с ОМШ. Ширина трака мелкозвенчатой гусеницы составляла 150-мм.
Электрооборудование машины было выполнено по однопроводной схеме с положительным выводом аккумуляторной батареи на корпус. Напряжение бортовой сети составляло 6В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумуляторная батарея ЗСТ-У напряжением 6 В и емкостью 80 Ампч, а также динамомашина мощностью 200 Вт. В 1935 году на военных маневрах продемонстрировалось воздушная транспортировка танкеток Т-27, подвешенных к тяжелым бомбардировщикам ТБ-3. Устройство, с помощью которого осуществлялась подвеска, разработал изобретатель А. Ф. Кравцев. С помощью этого устройства танкетки Т-27 не только подвешивались под самолетами, но и сбрасывались с малой высоты на землю.
воздушная транспортировка танкетки Т-27

Эксплуатация танкетки в войсках показала, что танкетка была достаточно простой и неприхотливой машиной. Однако опыт ее применения на учениях свидетельствовал, что для машин такого класса необходима вращающаяся башня (с установленным в ней вооружением),способность преодолевать водные преграды вплавь и менее плотная компоновка. На 1941 год реальные боевые возможности танкетки Т-27 были очень невелики. Ее броня пробивалась с дистанции порядка 200-300 м бронебойными немецкими винтовочными пулями калибра 7,92-мм,а это означало,что противник мог нанести непоправимый ущерб советской танкетке стреляя из обычной армейской винтовки. Против же имевшихся в большом количестве в Вермахте 7,92-мм противотанковых винтовок PzB 39, не говоря уже о противотанковых пушках, Т-27 была совершенно беззащитна.
Техническое обслуживание

Однако, танкетка Т-27 к июню 1941 года не была бесполезной машиной. Она вполне могла применяться для патрулирования, охраны штабов, как бронированный тягач и транспортер (так, например, вермахт широко использовал устаревшие немецкие и французские танки для охраны мостов, аэродромов и т.п., а также для борьбы с партизанами). Низкий силуэт Т-27 способствовал ее маскировке, что позволяло достаточно эффективно применять ее в обороне.
В целом же учитывая катастрофические потери Красной Армии на начальном этапе Великой Отечественной войны в живой силе и бронетехнике-любая боевая бронированная единица была "на вес золота", поэтому танкетки тоже сыграли свою посильную роль в отражении вероломного нападения Германии на Советский Союз.
Танкетка Т-27. Тактико-технические характеристикиБоевая масса
2,7 т

Размеры: длина
2600 мм

ширина
1825 мм

высота
1443 мм

Экипаж
2 человека

Вооружение
1x7,62-мм пулемет ДТ

Боекомплект
2500 патронов

Бронирование - лоб корпуса
10 мм

Тип двигателя
карбюраторный "Форд-АА"

Максимальная мощность
40 л.с.

Максимальная скорость
40 - 42 км/час

Запас хода
110-120 км

Модификации танкетки Т-27:

  • ОТ-27/ХТ-27 (БХМ-4) - огнеметная танкетка (выпущено 187 машин, 1932-33 г.);
  • ТТ-27 - телеуправляемая танкетка (выпущена опытная партия - 5 машин, 1932 г.);
  • Т-27ПХ - танкетка подводного хождения (опытный образец, 1934 г.);
  • Т-27М (Т-27С) - самоходная установка (опытный образец, 1931 г.).

Андрей Подзоров, 30-11-2017 23:05 (link)

Малый плавающий танк Т-37А

Советский малый плавающий танк Т-37АОпыт эксплуатации в войсках танкеток Т-27 показал, что для эф­фективного использования оружия оно должно размещаться в башне кругового вращения. Кроме того, для выполнения задач по разведке желательно, чтобы боевая машина была плавающей. В 1933 году такая машина была принята на вооружение Красной Армии под названием "малый плавающий танк Т-37А". Танк имел клепаный (или сварной) герметичный корпус из катаных броневых листов. Трансмиссия располагалась в передней части корпуса; боевое отделение и отделение управления были выполнены совмещенными, механик-водитель располагался слева, командир - справа по ходу движения.
Автомобильный двигатель "Форд-АА" располагался сзади, вдоль оси танка. Для увеличения плавучести к надгусеничным полкам слева и справа крепились поплавки, заполненные пробкой. Движение на плаву обеспечивалось гребным винтом, маневрирование - рулем. При этом лопасти гребного винта могли поворачиваться, обеспечивая таким образом реверс хода на плаву. За время серийного производства было выпущено 1909 линейных танков, 643 радиотанка Т-37 ТУ с радиостанциями, а также 75 так называемых "химических" танков с огнеметной установкой.
Плавающий танк Т-37А

Танк Т-37А.  История создания и модернизацияВ конце 1930 года на английской фирме Vickers Armstrong разработали проект легкого плавающего танка. Его прототип, изготовленный к началу апреля следующего года, прошел успешные испытания на реке Темза близ Челси. Первоначально новая машина именовалась в документах, как "Vickecrs-Carden-Loyd amphibious tank".
Танк имел клепаный корытообразный корпус и башню с пулеметом, заимствованную у 6-тонного Vickers Model А. Плавучесть машины обеспечивалась за счет водоизмещения корпуса и установленных вдоль его бортов массивных поплавков из бальзы. Блокированная подвеска состояла из двух двухкатковых тележек (на борт). В качестве упругого элемента использовались четвертьэллиптические листовые рессоры. Ведущие колеса располагались впереди, а в качестве направляющих колес использовались вторые катки задних тележек (следует отметить, что конструкция ходовой части во многом была заимствована у легкого 3-тонного трактора, разработанного фирмой Vickers в 1929 году). На танке устанавливался карбюраторный 90-сильный двигатель Maсdows EST, позволяющий 2,75-тонной машине развивать скорость до 50 км/ч на суше и до 9 км/ч на плаву. Движение на плаву осуществлялось при помощи гребного винта и кольцевого руля. Двигатель с радиатором и четырехскоростной коробкой перемены передач были размещены в корпусе справа, а слева находилась рубка механика-водителя и башня.
Vickecrs-Carden-Loyd amphibious tank

После окончания испытаний опытного образна в конструкцию амфибии был внесен ряд изменений, и в сентябре 1931 года фирма Vickers Armstrong по заказу британской армии изготовила два танка, получивших обозначения А4Е11 и A4E12, различавшихся между собой конструкцией гребных винтов и рулей. Однако английское военное министерство не проявило большого интереса к плавающим машинам, ограничившись закупкой двух вышеупомянутых образцов. Поэтому фирма Vickers проявила активную рекламу своей плавающей машины, фото которой часто мелькали в военных журналах и газетах того времени. Как и в случае с 6-тонным танком Vickers Model А, фирма рассчитывала на зарубежные заказы из стран "второго мира". Надежды руководителей фирмы Vickers Armstrong оправдались, правда, объем закупок был значительно меньше, чем в случае с 6-тонным танком Vickers.
Vickecrs-Carden-Loyd amphibious tank

29 амфибий закупил Китай, по два танка приобрели Голландия и Сиам (Таиланд). Один плавающий Vickers-Carden-Loyd был отправлен для испытаний в Финляндию, военные которой проявили интерес к танку-амфибии. Но после всесторонних испытаний финны отказались от закупки машины и ее вернули Великобритании.
Среди стран, заинтересовавшихся амфибией Vickеrs-Cardеn-Loyd был и Советский Союз. Получив информацию об испытаниях нового английского плавающего танка, руководство Управления механизации и моторизации РККА 5 февраля 1932 года заказало фирме Vickers через представителей советской внешнеторговой фирмы Arcos Ltd. (All Russian Cooperative Society Limited) восемь амфибий. В июне 1932 года были отправлены в СССР первые из заказанных танков, а последние машины прибыли 22 октября того же года.
Vickecrs-Carden-Loyd amphibious tank

Прибывшие амфибии прошли испытания на НИБТ полигоне под Москвой, а также были отправлены на заводы и в танковые части для изучения. Первые амфибии Vickers-Carden-Loyd прибыли в Советский Союз уже тогда, когда были изготовлены и проходили испытания опытные образцы советских плавающих танков Т-33, Т-41 и Т-37. Поэтому утверждение о том, что большинство технических решений первых образцов отечественных амфибий (в особенности Т-33) было скопировано у английской машины, является некорректным.Учитывая опыт, накопленный при проектировании машин Т-41 и Т-37. Управление механизации и моторизации РККА приняло решение о разработке нового плавающего танка для принятия его на вооружение Красной Армии. Предполагалась что машина по компоновке будет аналогична Т-41, но с подвеской от танка Т-37. Постановлением Совета труда и обороны СССР от 11 августа 1932 года, еще до изготовления опытного образца, на вооружение Красной Армии был принят новый легкий плавающий танк, получивший обозначение Т-37А.
Танк Т-37А выпуск лето-осень 1933 года

Создание и организацию серийного производства Т-37А поручили 2-му заводу ВАТО в Mоскве. Сюда передали весь материал по Т-37 разработки ОКМО, а также одну прибывшую из Англии амфибию Vickers-Carden-Loyd. Руководил работами главный конструктор танка Т-41 Н. Козырев.
Несмотря на уже имевшийся на заводе №37 опыт серийного производства танкеток Т-27, развертывание выпуска танка Т-37А шло с большими трудностями. Новая машина была сложнее, чем Т-27, а возможности завода были достаточно ограничены. Тем не менее, готовой план по плавающим танкам на 1933 год, полученный от руководства Спецмаштреста, составлял 1200 машин. Кроме того, параллельно с освоением танка Т-37А завод №37 продолжал выпуск Т-27 (при плане на 1933 год в 507 штук завод изготовил 914 Т-27) - что,естественно, создавало дополнительные сложности.
Возникли проблемы и с производством бронекорпусов Т-37А на Подольском крекинго-электровозостроительном заводе (до этого он выпускал корпуса танкеток Т-27). Дело в том, что корпуса Т-37А должны были изготавливаться при помощи штамповки с последующей цементацией. Первый опытный штампованный корпус, изготовленный из обычной (не броневой) стали, был готов 25 февраля 1933 года, но наладить их выпуск на заводе не сумели. Пришлось искать другие способы, например - гнуть броневые листы на специальных приспособлениях, что потребовало дополнительного времени и средств. Естественно все это отразилось на выполнении задания по выпуску Т-37А на заводе №37: за первое полугодие 1933 года было изготовлено всего 30 танков (из них 12 Т-41) вместо запланированных 225 машин.
Малый танк Т-37А

По поводу этого заместитель наркома обороны СССР М. Тухачевский сообщал в своем докладе "О ходе выполнения танковой программы за первое полугодие 1933 года" следующее:
"...Причины невыполнения программы...по танку Т-37: неподача Подольским крекинг-заводом корпусов, неподготовленность техпроцесса,подача недоброкачественного стального литья броня. Программа по корпусам Т-27 выполнена полностью, по Т-37 подано в течение первого полугодия вместо 250 запланированных только один кондиционный корпус. Основной причиной такого положения является переход на штамповку и цементацию без достаточно серьезных предварительных опытов и подготовительных работ. В настоящее время можно сказать, что завод штамповкой овладевает. Дальнейшее выполнение программы зависит oт подачи кондиционного бронелиста с Кулебакского завода, который до мая-июня бронелиста не подавал из-за отсутствия ферросплавов. В настоящее время на заводе имеются кондиционные ферросплавы и завод начал подавать броневой лист".
Тем не менее, производство Т-37А шло с большим трудом. Представители УMM РККА, посетившие завод №37 в середине октября 1933 года, докладывали: "Заканчивается сдача первой опытной группы Т-37, всего, вместе с Т-41,- 45 машин. К концу года будет, вероятно, не более 800 танков". Однако прогноз был оптимистичным - к 1 января 1934 года завод №37 изготовил всего 126 Т-37А (из них 2 радийных) и 12 Т-41,7 ноября 1933 года первые амфибийные танки Т-37А вместе с Т-41 были продемонстрированы во время парада на Красной площади.
Плавающий танк

В "Отчете о работе заводов Спецмаштреста за 1933 год" о выпуске танков на заводе №37 были сказано следующее:
"На смену снятой с производства танкетки Т-27 завод имеет совершенно новый тип плавающей машины Т-37, которая значительно превосходит по сложности и трудоемкости Т-27. Причины невыполнения плана следующие:отсутствие точно разработанного технологического процесса, абсолютное отсутствие организации производства,неудовлетворительное состояние производственного планирования,несвоевременная поставка кооперированными заводами полуфабрикатов и их низкое качество. Отсутствие системы в работе завода заставило завод прибегать к штурмовщине, то есть напряженной работе в конце месяца, квартала и года и абсолютно спокойной работе в начале этих периодов".
Машины Т-37А выпуска лета-осени 1933 года (в документах того времени иногда именовались танками первой партии или первого выпуска) несколько отличались от более поздних машин, они имели борта корпуса с выштамповками в верхней части, но на них отсутствовал волноотражательный щиток на верхнем листе корпуса и поплавки над гусеницами (вместо последних были установлены плоские надгусеничные полки).
танк с бронекорпусом Подольского завода

Все танки первой партии имели большое количество недостатков и с большим трудом принимались представителями военной приемки. Учитывая их низкое качество изготовления, руководство Управления механизации и моторизации РККА приняло решение о "передаче всех этих машин в учебные подразделения для подготовки экипажей".
В 1934 году руководством Спецмаштреста были приняты меры по улучшению выпуска плавающих танков, на заводе №37 началась постройка двух новых цехов, которые оснащались закупленным за границей оборудованием, несколько увеличилось число рабочих и инженеров. Но, несмотря на это, производство Т-37А шло с большими трудностями.
Так, в отчетных документах треста специального машиностроения за 1934 год о работе завода №37 сообщалось следующее:
"Абсолютно неудовлетворительное как техническое, так и общее руководство заводом в конце 1933 и начале 1934 года создали серьезный прорыв в 1-м полугодии 1934 года...
Смена руководства завода и руководства отдельных участков при напряженной и упорной работе всего коллектива, создали в начале второго полугодия перелом в работе, который и послужил основным фактором выполнения программы по главным изделиям."
Советский танк

В ходе серийного производства в конструкцию Т-37А был внесен ряд изменений. Так, первоначально корпуса танков собирались из брони толщиной 4-мм-6-мм-8-мм, а с марта 1934 пода перешли на листы 4-мм-6-мм-8-мм-10-мм, увеличив толщину бортов с 8-мм до 10-мм. Начиная с 1935 года на танках Т-37А стал использоваться штампованный кормовой лист корпуса (до этого его гнули на специальном прессе), передний лист башни стал крепиться на болтах, а надгусеничные поплавки стали изготавливать пустыми, без набивки их пробкой (такие корпуса в документах того времени иногда назывались "безпоплавковыми").
В ходе серийного производства танки Т-37А оснащались двумя типами корпусов и башен - клепаным и сварным. Первый тип изготавливался на Подольском крекинго-электровозном заводе имени Орджоникидзе и был наиболее массовым. Во время приемо-сдаточных испытаний все танки, догруженные до полной боевой массы и с экипажем из двух человек, совершали 25 километровый марш на подмосковное Медвежье озеро, здесь проходили испытании на плаву.
Сварные корпуса производились Ижорским заводом в Ленинграде, но объем их производства был небольшой. Дело в том, что подольский завод в 1933-1935 годах не мог обеспечить изготовление необходимого количества корпусов для обеспечении выпуска танков Т-37А. Для ликвидации этого, в производстве плавающих танков в 1934 году к производству бронекорпусов Т-37А подключили и Ижорский завод, имевший мощную производственную базу и большой опыт работ в этой области.
Однако Ижорский завод, и без того загруженный изготовлением корпусов для БТ, Т-26, Т-28 и броневиков (не считая заказов военно-морского флота), не справлялся со спущенным планом по Т-37А.
Плавающий танк Т-37А

Только к 1936 году, после проведенной реорганизации и введения в строй новых цехов, Подольский крекинго-электровозостроительный завод имени Орджоникидзе смог полностью обеспечивать бронекорпусами программу по выпуску плавающих танков.
Наряду с линейными танками, с 1934 года выпускались и радийные танки, оснащенные радиостанцией 71-ТК. Первые два радийных Т-37А были готовы осенью 1933 года и участвовали в ноябрьском параде на Красной площади. Они имели поручневую антенну, установленную на надгусеничных полках. Ввод антенны находился за люком механика водителя, а с введением надгусеничных поплавков его перенесли вперед на верхний лист корпуса. Для предохранения антенны при движении танка по лесу и кустарнику в передней части поплавков установили специальные защитные ограждения в виде треугольных рамок.
Всего за 1932- 1936 год было изготовлено 1909 линейных и 643 радийных танка Т-37А.
Малый танк Т-37А

В 1935 году в конструкторском бюро завода "Компрессор" был разработан комплект съемной химической аппаратуры для танка Т-37А. В зависимости от заправки ее можно было использовать для огнеметания или постановки дымовых завес . 21 мая того же года на научно-испытательном химическом полигоне прошло испытание танка с этой аппаратурой. Она состояла из резервуара емкостью 37 литров,баллона сжатого воздуха - 3 литра, приспособления для дачи давления (редуктор, манометры), брандспойта с резиновым шлангом, зажигательным приспособлением и горелкой, трубопровода для дымопуска. Масса всей аппаратуры составляла 89 кг. При полной зарядке резервуара огнесмесью можно было произвести 15 выстрелов на дальность до 25 метров.
Брандспойт установки размешался на верхнем наклонном переднем листе корпуса справа и за счет шарнирного соединения имел углы наведения от -5 до +15 градусов по вертикали и 180 градусов по горизонтали. Для производства выстрела или дымопуска была введена ножная педаль, которая находилась у командира танка.
Вся аппаратура были изготовлена съемной, она могла устанавливаться на Т-37А с минимальными переделками. После проведения испытаний были изготовлено 75 таких танков (34 в 1935-м и 41 в 1936 годах). В документах того времени эти танки походили как "Т-37 химические". Однако эксплуатация химических Т-37А оказалась недолгой - уже в 1938 -1939 годах большая часть оборудования с них была демонтирована. По состоянию на 1 апреля 1941 года в Красной Армии числилось всего 10 Т-37 химических, из них 4 находились на складах.
Плавающий танк Т-37А

Примерно с 1934 года начали разрабатываться различные варианты доставки танков Т-37А по воздуху посадочным способом. Таким образом предполагалось использовать эти машины в составе воздушно-десантных подразделений, для захвата различных объектов в тылу противника. Доставку танков предполагалось осуществлять путем их подвески под фюзеляжем бомбардировщиков ТБ-3. В 30-е годы было разработано большое количество различных вариантов подвесок, большая часть из которых осталась в опытных образцах. Лишь вариант ПГ-12, разработанный в Экспериментальном институте НКТП под руководством П. Гроховского, был использован для доставки нескольких танков по воздуху в ходе так называемых больших Киевских маневров, проходивших в сентябре 1935 года. Следует отметить, что во время полета экипажи Т-37А находились не в танках, как пишут некоторые источники, а в самолете. После посадки танкисты быстро отцепляли боевую машину и шли в бой.
Доставка по воздуху танка Т-37А

Еще одной интересной работой по десантированию Т-37А были опыты по сбросу танков на воду. Такие испытания были проведены в октябре 1936 года на Медвежьих озерах под Москвой. Работы но проектированию подвески и механизма сброса велись под руководством начальника проектно-конструкторского сектора научно-испытательного отдела ВАММ имени Сталина военного инженера 3 ранга Ж. Котина (через два года он возглавит КБ Кировского завода в Ленинграде). Сброс танка в воду осуществлялся с минимально возможный высоты - 15-20 метров. Для предохранения танка при ударе о воду под днищем машины монтировались специальные амортизирующие приспособления различных типов: дубовые брусья, брезентовый экран с сосновыми рейками и еловый лапник. В ходе испытаний был проведен сброс на воду трех Т-37А с различными вариантами амортизации, из которых наиболее удачным оказался вариант с еловым лапником. Тем не менее, все три танка получили серьезные повреждения днища при ударе о воду и затонули. Поэтому дальнейшие эксперименты по сбросу на воду Т-37А были прекращены.
Сброс в воду плавающего танка Т-37А

Электрооборудование выполнено по однопроводной схеме, напряжение бортовой сети 6В. Система зажигания батарейная. Пуск двигателя производился из отделения управления с помощью электрического стартера или специального рычага механизма пуска. Экипаж танка состоял из двух человек: командира-стрелка и механика-водителя. Командир размещался в боевом отделении или отделении управления рядом с механиком-водителем. Поскольку управление Т-37А было дублированным, вождение могли осуществлять оба члена экипажа, что повышало живучесть машины. Танк был оснащен специальным оборудованием: водооткачивающим шестеренчатым насосом с приводом от коробки передач трансмиссии, обеспечивающим сохранение плавучести корпуса при получении пробоин в части, находящейся под водой.
Танк находился в серийном производстве с 1933 по 1936 год. За это время заводом №37 было выпущено 1909 линейных танков, 643 радиотанка Т-37ТУ и 75 химических ОТ-37. С последними, правда, не все ясно. Дело в том, что химическими в то время назывались огнеметные танки. Однако, никаких дополнительных данных о существовании огнеметного варианта Т-37 пока обнаружить не удалось. В рамках развития конструкции танка были изготовлены опытные образцы Т-37Б и Т-37В, а кроме того, опытная самоходка СУ-37 с 45-мм пушкой.
 
Т-41

Т-37А, 
выпуск
1933 г.

Т-37А, 
выпуск
1934 г.

Т-38

Т-40

Боевая 
масса, т
3,5

2,9

3,2

3,3

5,5

Экипаж, чел.
2

2

2

2

2

Длина 
корпуса, мм
3670

3304

3730

3780

4140

Ширина, мм
1950

1900

1940

2334

2330

Высота, мм
1980

1736

1840

1630

1905

Клиренс, мм
285

285

285

300

Вооружение
7,62-мм ДТ

7,62-мм ДТ

7,62-мм ДТ

7,62-мм ДТ

12,7-мм ДШК 
7,62-мм 
ДТ

Боекомплект,
патронов
2520

2140

2140

1512

ДШК-500
ДГ-2016

Бронирование, мм:

лоб корпуса
9

8

9

10

13

борт корпуса
9

8

9

10

10

крыша
6

6

6

6

7

башня
9

8

6

10

10

Двигатель
"Форд-
АА"

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
11

Мощность, л.с.
40

40

40

40

85

Максимальная скорость, км/ч:

по шоссе
36

36

40

40

45

на плаву
4.5

4

6

6

6

Запас хода 
по шоссе, км
180

200

230

250

300

Основные модификации танка Т-37А:
  • Т-37 - опытный плавающий танк (1932 г.);
  • Т-37А - линейный плавающий танк (выпущено 1909 машин, 1933-1936 гг.);
  • Т-37РТ - танк с радиостанцией 71-ТК-1 (1934-1936 гг.);
  • ОТ-37 (БХМ-4) - химический (огнеметный) танк (выпущено 75 машин, 1935-1936 гг.);
  • СУ-37 - самоходно-артиллерийская установка (опытный образец, 1935 г.);
  • ТМ - плавающий танк, дальнейшее развитие Т-37 (1936 г.).
По состоянию на 1 января 1941 года в РККА находилось 2225 танков Т-37А всех модификаций. Всего промышленностью было выпущено 2627 танков.

Андрей Подзоров, 30-11-2017 23:02 (link)

Малый плавающий танк Т-38

Советский малый плавающий танк Т-38В 1935 году была проведена модернизация танка Т-37А, направленная на улучшение его ходовых характеристик. При сохранении прежней компоновки новый танк, получивший обозначение Т-38, стал ниже и шире, что повысило его остойчивость на плаву, а улучшенная система подвески позволила увеличить скорость и плавность хода. Вместо автомобильного дифференциала на танке Т-38 использованы в качестве механизма поворота бортовые фрикционы.
При производстве танка широко использовалась сварка. Машина была при­нята на вооружение Красной Армии в феврале 1936 года и находилась в производстве до 1939 года. Всего промышленностью было выпущено 1382 танка Т-38. Они состояли на вооружении танковых и разведывательных батальонов стрелковых дивизий, разведывательных рот отдельных танковых бригад. Необходимо отметить, что в то время ни в одной из армий мира таких танков не было.
малый плавающий танк Т-38

Эксплуатация плавающих танков в войсках выявила у них большое количество недостатков и недоработок. Выяснилось, что у Т-37А ненадежна трансмиссия и ходовая часть, часто спадают гусеницы, мал запас хода, недостаточен запас плавучести. Поэтому КБ завода №37 получило задание на проектирование нового танка-амфибии на базе Т-37А. Работы начались в конце 1934 года под руководством нового главного конструктора завода Н. Астрова. При создании боевой машины, получившей заводской индекс 09А, предполагалось устранить выявленные недостатки Т-37А, главным образом повысить надежность работы агрегатов нового плавающего танка. В июне 1935 года опытный образец танка, получившего армейский индекс Т-38, вышел на испытания. При проектировании нового танка конструкторы по возможности постарались использовать элементы Т-37А, к этому времени хорошо освоенного в производстве.
Компоновка плавающего Т-38 была аналогична танку Т-37А, но механик-водитель был размещен справа, а башня слева. В распоряжении механика-водителя имелись смотровые щели в лобовом щитке и правом борту корпуса.
Т-38, по сравнению с Т-37А, имел более широкий корпус без дополнительных надгусеничных поплавков. Вооружение Т-38 осталось прежним - 7,62-мм пулемет ДТ, смонтированный в шаровой установке в лобовом листе башни. Конструкция последней, за исключением мелких изменений, была полностью заимствована у танка Т-37А.
На Т-38 был установлен тот же двигатель, что и на его предшественнике ГАЗ-АА мощностью 40 л.с. Двигатель в блоке с главным фрикционом и коробкой перемены передач устанавливался вдоль оси танка между сиденьями командира и механика-водителя.
Трансмиссия состояла из однодискового главного фрикциона сухого трения (автомобильное сцепление от ГАЗ-АА), "газовской" четырехскоростной коробкой перемены передач, карданного вала, главной передачи, бортовых фрикционов и бортовых передач.
малый плавающий танк Т-38

Ходовая часть во многом была идентична плавающему танку Т-37А, от которого заимствовали конструкцию тележек подвески и гусеницы. Была несколько изменена конструкция ведущего колеса, а направляющее колесо по габаритам стало идентичным опорным каткам (за исключением подшипников).
Для движения машины на плаву использовался трехлопастной винт и плоский руль. Винт при помощи карданного вала соединялся с редуктором отбора мощности, закрепленном на коробке перемены передач.
Электрооборудование Т-38 выполнялось по однопроводной схеме с напряжением 6В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумулятор З-СТП-85 и генератор ГБФ-4105.
малый плавающий танк Т-38

Новая машина имела большое количество недостатков. Например, по донесению завода №37 в АБТУ РККА - с 3 по 17 июля 1935 года Т-38 выходил на испытания только четыре раза, все остальное время танк находился в ремонте. С перерывами испытания нового танка шли до зимы 1935 года, а 29 февраля 1936 года постановлением совета труда и обороны СССР танк Т-38 был принят на вооружение Красной Армии взамен Т-37А. Весной того же года началось серийное производство новой амфибии, которое до лета шло параллельно с выпуском Т-37А.
малый плавающий танк Т-38

Серийный Т-38 несколько отличался от прототипа - был установлен дополнительный опорный каток в ходовую часть, незначительно изменилась конструкция корпуса и люка механика-водителя. Бронекорпуса и башни для танков Т-38 поступали только с Подольского завода имени Орджоникидзе, который к 1936 году сумел наладить их производство в необходимом количестве. В 1936 году на небольшое количество Т-38 установили сварные башни производства Ижорского завода, задел которых остался после прекращения производства Т-37А.
малый плавающий танк Т-38

Осенью 1936 года на НИБТ полигоне прошел испытания на гарантийный километраж серийный плавающий танк Т-38 с тележками новою образца. Они отличались отсутствием поршня внутри горизонтальной пружины, а для того, чтобы направляющий стержень не вышел из трубки при возможном случае разгрузки катков, к кронштейнам тележки крепился стальной трос. В ходе испытаний в сентябре - декабре 1936 года этот танк прошел 1300 километров по дорогам и пересеченной местности. Новые тележки, как отмечалось в документах, "в работе показали себя хорошо, показав ряд преимуществ перед прежней конструкцией".
танк Т-38

В выводах, содержащихся в отчете об испытаниях Т-38 было сказано следующее: "Танк Т-38 пригоден для решения самостоятельных тактических задач. Однако для повышения динамики необходимо поставить двигатель М-1. Кроме того, необходимо устранить недостатки: гусеница спадает при движении по пересеченной местности, недостаточна амортизация подвески, рабочие места экипажа неудовлетворительны, водитель имеет недостаточный обзор влево".
С начала 1937 года в конструкцию танка ввели ряд изменений: на смотровую щель в лобовом щитке механика-водителя стали устанавливать броневую планку, предохраняющую от попадания свинцовых брызг при ружейно-пулеметном обстреле танка, в ходовой части стали использовать тележки нового образца (со стальным тросом). Кроме того, и производство пошел радийный вариант Т-38, оснащенный радиостанцией 71-ТK-1 со штыревой антенной. Ввод антенны находился на верхнем переднем листе корпуса между местом механика-водителя и башней.
малый плавающий танк Т-38

Весной 1937 года выпуск плавающих танков Т-38 был приостановлен - из войск поступало большое количество рекламаций на новую боевую машину. После летних маневров 1937 года, приведенных в Московском, Киевском и Белорусском военных округах, руководство Автобронетанкового управления Красной Армии поручило конструкторскому бюро завода модернизировать танк Т-38.
Модернизация должна была заключаться в следующем:
  • повышение скорости движения танка, особенно на местности,
  • повышение скорости и надежности при движении на плаву,
  • повышение боевой мощи,
  • улучшение удобства обслуживания,
  • повышение срока службы и надежности агрегатов танка,
  • унификация деталей с трактором "Комсомолец",снижающее стоимость танка.
Работа по созданию новых образцов Т-38 шла довольно медленно. Всего изготовили два прототипа, получившие обозначения Т-38М1 и Т-38М2. Оба танка имели двигатели ГАЗ М-1 мощностью 50 л.с. и тележки от тягача "Комсомолец". Между собой машины имели незначительные отличия. 
Так Т-38М1 имел корпус, увеличенный по высоте на 100-мм, что давало прирост водоизмещения на 600 кг, ленивец танка опустили на 100-мм, для уменьшения продольных колебаний машины.
танк Т-38М

Корпус Т-38М2 повысили на 75-мм, обеспечив прирост водоизмещения в 450 кг, ленивец остался на прежнем месте, радиостанция на машине отсутствовала. Во всем остальном Т-38М1 и Т-38М2 были идентичны.
В мае-июне 1938 года оба танка прошли широкомасштабные испытании на полигоне в подмосковной Кубинке. 
Т-38М1 и Т-38М2 показали ряд преимуществ перед серийным Т-38 и Автобронетанковое управление РККА подняли вопрос о развертывании производства модернизнроваиного плавающего танка, получившего обозначение Т-38М (или Т-38М серийный).
Всего в 1936 - 1939 годах было изготовлено 1175 линейных, 165 радийных танков Т-38 и 7 Т-38М включая Т-38М1 и Т-38М2.Всего промышленностью было выпущено 1382 танков.
танк Т-38М

В составе стрелковых и кавалерийских частей Красной Армии (к тому времени в танковых бригадах западных военных округов танков-амфибий уже не было) Т-38 и Т-37А приняли участие в "освободительном походе" в Западную Украину и Белоруссию, в сентябре 1939 года. К началу боевых действий с Финляндией. 30 ноября 1939 года в частях Ленинградского военного округа насчитывалось 435 Т-38 и Т-37, которые довольно активно участвовали в боях. Так, например, 11 декабря на Карельский перешеек прибыл 18 отб в составе 54 единиц Т-38. Батальон был придан 136 сд, танки использовались в качестве передвижных огневых точек на флангах и в промежутках между боевыми порядками атакующих пехотных подразделений. Кроме того, на танки Т-38 была возложена охрана командного пункта дивизии, а также вывоз с поля боя раненых и доставка боеприпасов.
малый плавающий танк

Накануне Великой Отечественной войны в штат воздушно-десантного корпуса входил танковый полк, на вооружении которого должны были состоять 50 единиц Т-38. Боевое крещение советские танки-амфибии получили в ходе вооруженных конфликтов на Дальнем Востоке. Правда, использовались они там в весьма ограниченном количестве. Так, в частях и соединениях Красной Армии, участвовавших в боевых действиях в районе реки Халхин-Гол, танки Т-38 имелись только в составе стрелково-пулеметного батальона 11 тбр (8 единиц) и танкового батальона 82 сд (14 единиц). Судя по отчетам, они оказались малопригодными и в наступлении, и в обороне. В ходе боев с мая по август 1939 года 17 из них были потеряны.
 
Т-41

Т-37А, 
выпуск
1933 г.

Т-37А, 
выпуск
1934 г.

Т-38

Т-40

Боевая 
масса, т
3,5

2,9

3,2

3,3

5,5

Экипаж, чел.
2

2

2

2

2

Длина 
корпуса, мм
3670

3304

3730

3780

4140

Ширина, мм
1950

1900

1940

2334

2330

Высота, мм
1980

1736

1840

1630

1905

Клиренс, мм
285

285

285

300

Вооружение
7,62-мм
ДТ

7,62-мм
ДТ

7,62-мм
ДТ

7,62-мм 
ДТ

12,7-мм 
ДШК
7,62-мм
ДТ

Боекомплект,
патронов
2520

2140

2140

1512

ДШК-500
ДГ-2016

Бронирование, мм:

лоб корпуса
9

8

9

10

13

борт корпуса
9

8

9

10

10

крыша
6

6

6

6

7

башня
9

8

6

10

10

Двигатель
"Форд-
АА"

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
АА

ГАЗ-
11

Мощность,
л.с.
40

40

40

40

85

Максимальная скорость, км/ч:

по шоссе
36

36

40

40

45

на плаву
4.5

4

6

6

6

Запас хода 
по шоссе, км
180

200

230

250

300

плавающий Т-38

Основные модификации танка Т-38:
  • Т-38 - линейный плавающий танк (1936, 1937, 1939 гг.);
  • СУ-45 - самоходно-артиллерийская установка (опытный образец, 1936 г.);
  • Т-38РТ - танк с радиостанцией 71-ТК-1 (1937 г.);
  • ОТ-38 - химический (огнеметный) танк (опытные образцы, 1935-1936 гг.);
  • Т-38М - линейный танк с автоматической 20-мм пушкой ТНШ-20 (1937 г.);
  • Т-38М2 - линейный танк с двигателем ГАЗ-М1 (1938 г.);
  • Т-38-ТТ - телемеханическая группа танков (1939-1940 гг.);
  • ЗИС-30 - САУ на базе тягача "Комсомолец" (1941 г.).

Pablo Escobar, 25-11-2017 12:38 (link)

STRV-103

Основной боевой танк Швеции под индексом STRV-103, известный также под обозначением «S» представляет особый интерес, ведь на нем впервые в мировой истории танкостроения были применены достаточно интересные конструктивные решения, в частности – установка двух разнотипных двигателей – дизельного и газотурбинного, отсутствие башни, неподвижная относительно всего корпуса танка пушка с наводкой на цель с помощью поворотов корпуса в горизонтальной и вертикальной плоскостях, двойное бронирование – основное для жизненно важных узлов и экипажа и вспомогательное для второстепенных механизмов. Экипаж шведского танка состоял из 3 человек. Танк массово производился с 1966 по 1971 год, в 1990-х годах был снят с вооружения и заменен на немецкие танки «Леопард-2».

В первые послевоенные годы в Швеции не занимались разработкой новых танков. В 1953 году в Англии были куплены 80 танков «Центурион» Мк3 с 83,4-мм пушкой, а чуть позже еще 270 танков «Центурион» Мк 10 со 105-мм орудием. Однако эти машины не в полной мере удовлетворяли шведскую армию, поэтому с середины 50-х годов здесь приступили к рассмотрению возможности проектирования собственного танка. При этом военное руководство страны руководствовалось следующей военной концепцией: танк – совершенно необходимый элемент в системе обороны страны и сейчас, и в обозримом будущем. Особенно он необходим для защиты южных равнинных районов Швеции и побережья Балтийского моря.

Тщательный учет географических условий Швеции, наряду с системой комплектования ее армии, привел конструкторов к выводу о целесообразности поиска абсолютно новой концепции танка, которая бы идеально вписалась в специфические условия данной скандинавской страны. По мнению специалистов, новый танк должен был превзойти находящийся на вооружении «Центурион» и при этом быть более легким в вопросе обучения экипажа.
Основной боевой танк Швеции – STRV-103


Для выполнения требований по тактической и оперативной подвижности максимальный вес танка был ограничен 43 тоннами, по возможности танку должна была быть обеспечена плавучесть. Данные противоречивые требования еще более усложнялись тем, что танк нуждался в приличной броневой защите, которая бы обеспечивала ему защищенность от новых ПТС. Поиск решения, которое удовлетворило бы требованиям уменьшения размеров танка и одновременно облегчило обучение экипажа, привел к отказу от классической компоновки с вращающейся башней и разноуровневым размещением экипажа (механик-водитель в корпусе, остальные в башне). Данное расположение, особенно с учетом заряжающего, которому необходимо было предоставить пространство почти в человеческий рост, значительно увеличивало высоту боевой машины.

Данные соображения и легли в концепцию нового танка. Танковая пушка и спаренные с ней пулеметы были жестко закреплены в корпусе. Наведение оружия по горизонтали осуществлялась с помощью обычного гидростатического механизма поворота, на сухом грунте танк за секунду поворачивался на 90 градусов, по вертикали наводка осуществлялась перекачкой масла в гидропневматической подвеске от передних опорных катков к задним и соответственно наоборот.

За счет применения необычных компоновочных решений конструкторы смогли объединить в танке при достаточно ограниченной массе высокую огневую мощь, хорошую защищенность и подвижность. Танк получил безбашенную схему компоновки с «казематной» установкой основных вооружений в корпусе. Пушка, смонтированная в лобовом листе корпуса, не имела возможности прокачки по горизонтали и вертикали. Наведение осуществлялось изменением положения корпуса машины в двух плоскостях. В передней части танка было расположено моторно-трансмиссионное отделение, далее отделение управления, которое одновременно было и боевым. В обитаемом отделении справа от орудия находился командир, слева – механик-водитель (он же выполнял функцию наводчика), за ним лицом к корме размещался радист.

Долгое время перед разработчиками стоял вопрос по выбору силовой установки, система охлаждения которой оказалась бы размещена в хорошо защищенном пространстве за боевым отделением и внутри основного броневого корпуса. Дополнительной защитой системе охлаждения служили большие топливные баки, которые устанавливались снаружи основного бронекорпуса и имели противоосколочное и противопульное бронирование. Пространство в передней части дополнительного броневого корпуса сочли подходящим для установки впускных и выпускных коллекторов, воздухоочистителей, так как их повреждение в боевых условиях не вызывало немедленного выхода танка из строя. Данное заключение было подтверждено во время испытаний, танк мог выполнять боевую задачу в течение нескольких часов, перед тем как ему начинал требоваться ремонт. Разработки силовой установки танка начались в 1959 году, после изучения всех возможных вариантов комиссия пришла к единодушному мнению о необходимости использования комбинированной силовой установки из дизельного и газо-турбинного двигателей.


В такой установке их привлекал критерий «стоимость—эффективность», который для данного танка подходил наилучшим образом. Во-первых, такая установка была, по сути, единственным вариантом, который мог быть применен в отводимом для этого пространстве. Все другие потребовали бы существенного увеличения силуэта или ослабления защиты в лобовой части. Во-вторых, установка на танк дизеля и ГТД по обе стороны от орудия позволяла сделать доступным обслуживание данных двигателей. Более того, комбинированная силовая установка, каждый из двигателей которой был в состоянии обеспечить танку подвижность (хоть и с рядом ограничений), была более надежна в условиях боя.

Основным вооружением танка стала 105-мм пушка с длиной ствола 62 калибра, которая получила достаточно простой автомат заряжания и скорострельность в 15 выстрелов в минуту. Магазин заряжания был связан с 3 магазинами боеприпасов, которые размещались в корме танка за боевым отделением. Магазин №1 имел 4 вертикальных шахты по 5 выстрелов по горизонтали – всего 20 снарядов, магазин №2 имел 5 вертикальных шахт и столько же выстрелов по горизонтали – всего 25 снарядов. Магазин под номером 3 имел 1 ряд на 5 снарядов. Таким образом, боекомплект танка состоял из 50 снарядов. Затвор пушки и противооткатные устройства размещались над магазинами между двух блоков системы охлаждения. Такой подход к компоновке позволил обеспечить удобную возможность наполнения магазинов боеприпасами наилучшую баллистическую защиту, высота танка при этом не превышала 1,9 м.

При перезарядке орудия стреляная гильза выбрасывалась через люк, расположенный в кормовой части машины. Вместе с размещенным в средней части ствола эжектором, это существенно уменьшало загазованность обитаемого модуля танка. Перезагрузка опустевших автоматов заряжания производилась вручную через два люка расположенных к корме корпуса и занимала 5-10 минут. С левой стороны лобового листа в неподвижном бронекожухе монтировались два 7,62-мм пулемета, имеющих боекомплект в 2750 патронов. Наведение их так же осуществлялось с помощью поворота корпуса, т.е. пулеметы играли роль спаренных с пушкой. Стрельбу из орудия и пулеметов осуществляли механик-водитель и командир танка. Над люком командира танка на турели устанавливался еще один пулемет, который мог выполнять функцию зенитного. Данная турель могла оснащаться бронещитком.


Механик-водитель и командир танка имели в своем распоряжении бинокулярные комбинированные оптические приборы, с переменной кратностью приближения. В прицел наводчика был встроен лазерный дальномер. Приборы наблюдения командира были стабилизированы в вертикальной плоскости, а командирская башенка в горизонтальной. Помимо этого использовались сменные перископические блоки, 4 блока было установлено в командирской башенке, один у механика-водителя, 2 блока имел радист. Все оптические приборы были прикрыты броневыми заслонками. Защищенность танка обеспечивалась не только толщиной брони его корпуса, но и достаточно большими углами наклона броневых плит, прежде всего, верхнего лобового листа корпуса. Дополнительной защитой служила малая площадь бортовых и лобовых проекций, а также корытообразное днище танка.

Постоянный рост эффективности средств поражения танков на поле боя, вынудил шведских инженеров предпринять модернизацию танка STRV-103, который на протяжении почти 30 лет был ОБТ Швеции. В первую очередь необходимо было повысить защищенность танка от кумулятивных боеприпасов. Конструктивные особенности верхней лобовой плиты корпуса танка не позволяли применять в полном объеме блоки навесной динамической защиты, но шведские конструкторы нашли весьма оригинальный способ выхода из данной ситуации. В передней части корпуса они установили решетку из бронестали, которая была способна выдержать до 4 попаданий противотанковых гранат. Для защиты же бортов шведские инженеры решили использовать 18 навесных канистр (по 9 штук на каждый борт), данное решение помимо ощутимого увеличения запаса топлива (на 400 литров) служило бы еще и защитой от попадания в борт кумулятивных боеприпасов.

Что же все-таки представлял из себя этот шведский танк, во многих странах не решили до сих пор. Так, например, Великобритания, Австралия и США давали ему очень высокие оценки, но как противотанковой самоходке. Шведы же до последнего считали свое детище полноценным танком. Единственное в чем ему никогда не отказывали – это достаточная необычность его конструкции.

Андрей Подзоров, 01-10-2017 17:18 (link)

152-мм самоходная гаубица 2С19 «Мста-С»

«Мста-С» относится к наиболее современным артиллерийским системам Российской армии. На вооружение Советской армии она была принята в 1989 г. и предназначалась прежде всего для уничтожения тактических ядерных средств, пунктов управления войсками, полевых фортификационных сооружений, а также для борьбы с артиллерией и средствами ПВО и ПРО противника. О том какое значение придавало Министерство обороны СССР этой системе, говорит уже тот факт, что для ее серийного производства был построен специальный завод в Стерлитамаке (первые партии этих самоходных установок были выпущены на заводе «Урал-трансмаш» в Свердловске).Особенностью конструкции «Мсты-С», как и самоходных установок «цветочной» серии, является высокая степень унификации с образцами боевой техники, уже поступившими на вооружение и освоенными в серийном производстве.
2190000006
Так, установленная в башне 152-мм гаубица 2А64 по своей конструкции аналогична качающейся части буксируемой гаубицы 2А65 «Мста-Б» и отличается от нее лишь смонтированным на стволе эжектором для удаления пороховых газов из канала ствола после выстрела.
Орудие расположено в бронированной башне кругового вращения. Из-за больших габаритов башни самоходная установка получила в войсках неофициальное название «Сарай», однако именно значительные размеры башни позволили разместить в ней систему автоматизированной подачи и хранения снарядов. Эта система наряду с полуавтоматическими механизмами заряжания дает возможность производить заряжание при любых углах горизонтального и вертикального наведения и обеспечивает скорострельность до 7—8 выстр./мин при использовании боеприпасов, находящихся в башне, и до 6—7 выстр./мин — при подаче выстрелов с грунта.

Возимый боекомплект самоходной гаубицы состоит из 50 выстрелов раздельно-гильзового заряжания. Стрельба ведется осколочно-фугасными снарядами ОФ-45 (масса 43,56 кг), активно-реактивными снарядами ОФ-61 (масса 42,86 кг), кассетными снарядами 3023 каждый с 42 кумулятивными противотанковыми суббоеприпасами (масса 42,80 кг), а также снарядами-постановщиками активных радиолокационных помех ЗНСО и спецбоеприпасами ЗВДЦ8. Возможна также стрельба корректируемыми снарядами с лазерной подсветкой ЗОФ39 «Краснополь» и «Краснополь-М», а также всеми боеприпасами 152-мм гаубиц Д-20 и 2С3.
Дальность стрельбы осколочно-фугасным снарядом ОФ-45 составляет 24 700 м, а активно-реактивным снарядом ОФ-61 — 28 900 м. Во время демонстрационных стрельб САУ «Мста-С» в Абу-Даби корректируемый с помощью лазерной подсветки снаряд «Краснополь» (масса 50 кг) поразил движущийся танк с расстояния 12 тыс. м.
Шасси самоходной установки в значительной степени унифицировано с серийными танками Т-72 и Т-80. Поэтому, несмотря на значительную массу (около 42 т), она развивает на шоссе максимальную скорость 60 км/ч. Ее проходимость по пересеченной местности практически не отличается от проходимости основных боевых танков. Установка преодолевает подъемы крутизной до 30°, вертикальные стенки высотой до 0,85 м и рвы шириной 2,6—2,8 м. Без предварительной подготовки «Мста-С» форсирует броды глубиной 1,2 м, а для преодоления водных преград глубиной до 5 м оснащена, как и основные боевые танки, системой подводного вождения.
В передней части корпуса самоходной гаубицы имеется встроенное бульдозерное оборудование, с помощью которого в считанные минуты может быть вырыт окоп необходимой глубины.
В последнее время проведено усовершенствование этой самоходной гаубицы. Модернизированный вариант 2С19М1 уже поступает в артиллерийские дивизионы Российской армии. Он оснащен системой управления, обеспечивающей автоматизацию наведения и восстановления наводки орудия. Имеется новая аппаратура автономной топопривязки навигации, информационного обмена в телекодовом режиме с машинами управления из состава комплексов автоматизированного управления огнем.


Андрей Подзоров, 14-09-2017 12:37 (link)

Авиадесантная самоходная противотанковая пушка 2С25 "Спрут-СД"

false

Предназначена для борьбы с танками и другой бронетехникой и живой силой противника в составе подразделений воздушно-десантных войск и морской пехоты.
По сути, "Спрут" - лёгкий танк. Причина, по которой 2С25 изначально классифицирована как противотанковая пушка, состояла в том, что заказчиком ОКР являлось ГРАУ, не имевшее полномочий для разработки танков. "Спрут" - преемник плавающего танка ПТ-76. САУ 2С25 сочетает в себе огневую мощь основного танка (вооружена версией 125-мм танковой пушки 2А46М) с высокими характеристиками манёвренности и проходимости лёгкого танка, что позволяет ей быть современной заменой ПТ-76 в подразделениях морской пехоты и сухопутных войск.

Андрей Подзоров, 30-08-2017 06:20 (link)

Танк Neubaufahrzeug

Танк Neubaufahrzeug (Nвfz) – дословно «машина новой конструкции». 
Танк имел три башни, но расположены они были по диагонали слева направо. Слева спереди пулеметная башенка с одним пулеметом МG-13 (позднее МG-34), затем центральная большая башня с командирской башенкой, вооруженная таким же пулеметом в отдельной установке, и двумя орудиями 37 и 75-мм (KBK-3,7L-45 и KBK-7,5L-23,5), спаренными по вертикали, а справа сзади еще одна пулеметная башенка. Боекомплект танка составлял: 37-мм снарядов – 50, 75-мм – 80, патронов к пулеметам – 6000). При таком составе вооружения этот танк был однозначно сильнее английской машины и советского Т-28, но уступал танку Т-35, занимая промежуточное место между ними. При этом два танка под номерами №1 и №2 были сделаны не из броневой, а из обычной стали, то есть являлись по сути дела макетами, хотя и ходовыми. Вооружение на них также присутствовало, но только вот воевать они не могли и в дальнейшем использовались исключительно как учебные машины.
А вот двигатель «Майбах» HL108 TR мощностью в 280 л.с. для танка весом в 23 тонны был явно слабоват. Хотя он и мог разогнать его на шоссе до 32 км/ч. Запас хода составлял всего 120 км. Ведущие колеса находились сзади, что было нетипично для германских машин, ведущие спереди. Двигатель был смещен влево, так как справа находилась башня с пулеметом. Подвеска состояла из 10 спаренных обрезиненных катков небольшого диаметра, сблокированных на пяти тележках. В качестве амортизатора использовались спиральные пружины, так что подвеска была очень проста.
Верхняя ветка каждой гусеницы опиралась на четыре обрезиненных сдвоенных катка, закрепленных в нишах фальшборта на кронштейнах в форме буквы «V». «Обрезинку» имело и переднее ведущее колесо, что уменьшало износ траков и самого катка. Ниже него находился дополнительный ролик, долженствующий помогать при преодолении препятствий. Ширина гусеничной ленты составляла 380 мм, то есть была такой же ширины, что и у первых танков Pz.III и Pz.IV. Опять-таки для такого танка она была слишком узка, что не могло не отразиться на маневренности и проходимости нового танка, но повышало его ремонтопригодность. Ходовая часть имела броневой фальшборт, закрывавший пружины подвески.
Экипаж танка, состоявший из 6 человек, имел хороший обзор и 8 люков для входа и выхода и 4 для техобслуживания. Только на главной башне люков было три: один на командирской башенке и два по бокам, ближе к кормовой части. У двух первых танков люки открывались по ходу танка, что было неудобно. На трех остальных, получивших башню «граненых» очертаний, это учли и сделали их открывающимися против движения, чтобы открытые дверцы служили щитом от пуль. Другим заметным изменением стало расположение пушек. Теперь они размещались не одна над другой, а горизонтально: 37-мм справа от 75-мм. Люки имели пулеметные башенки, рубка водителя и еще два люка-лаза находились в фальшбортах сразу за ведущими колесами. Для связи применялась радиостанция с дальностью действия 8000 м, имевшая на первых двух танках поручневую антенну, а на последних – штыревую. А вот такой важный показатель, как толщина брони на обеих модификациях остался неизменным: 20 мм – броня корпуса и 13 мм – броня башни.А дальше началась служба всех этих машин, причем в очень необычном качестве танков-PR, хотя немцы вряд ли в те годы использовали этом тогда еще сугубо американский термин. Их снимали! Снимали в заводских цехах с разных ракурсов, снимали, снимали… Затем во время норвежской кампании три танка с броневой защитой составе 40-ого отдельного танкового батальона специального назначения отправили в Норвегию, где они прошли парадным маршем через Осло и где их опять снимали, снимали, и снимали. В результате снимки этих танков сначала в заводских цехах, а затем и на улицах Осло обошли весь мир. В результате умело поданной таким образом информации все иностранные военные специалисты убоялись, поместили силуэты нового танка во все свои офицерские справочники и стали утверждать, что танков таких у Германии… много! Очень много! А скоро станет еще больше! Есть эти фото и в наших отечественных изданиях посвященных ВОВ, есть в справочнике Хейгль, есть… везде! Например, в изданном в начале 1941 года «Определителе типов фашистских танков» Nbfz. (под именем «Рейнметалл») указывался в качестве основного «тяжелого танка» немецкой армии, при этом сообщалось, что он имеет солидную толщину брони – 50–75 мм. И все это сделали всего лишь три танка, которые много и умело… снимали!
Что касается боевой службы этих танков, то она оказалась короткой и не впечатляющей. 20 апреля 1940 года эти танки вместе с другими были приданы 196-й пехотной дивизии и направились бить англичан вместе с Pz.I и Pz.II. Дороги в Норвегии узкие, район боевых действий горный, кругом завалы, а мосты ветхие и не рассчитанные на проход такой техники. К тому же англичане вели огонь по ним из своих противотанковых ружей «Бойс» и 25-мм французских противотанковых пушек «Гочкис». В результате из 29 Pz.I, имевшихся у немцев в этом 40-ом танковом батальоне, было потеряно 8 машин, 2 из 18 Pz.II. и 1 NBFZ. Причем последний не был подбит, а просто застрял в болотистой низине в районе Лилихаммера. Вытащить его не удалось, и хотя обстановка не была такой уж драматической, экипаж танк взорвал, чтобы он не попал в руки англичан.
Оставшиеся два танка потом вернули в Рейх, где все они и затерялись. Нет документов, свидетельствующих, что их отправили на Восточный фронт, но нет и тех, что доказывают, что не отправляли. Даже в танковом музее в Мюнстере об их судьбе ничего не известно. Во всяком случае, подбить их для советских танков особого труда не составляло. Но вот их внушительный вид… тут… о, да – они повоевали отлично! Правда, Пенежко вспоминает, что один такой танк он встрелит в 1941 г, впрочем, первого же боя немецкий монстр не пережил. false

Андрей Подзоров, 21-08-2017 20:07 (link)

Немецкие танки первой мировой

Материал посвящен применению немцами танков в ходе первой мировой войны.
Формально германские войска ввели в строй 45 танков: 15 A7V и 30 трофейных Mk IV. На деле их оказалось 49 - 50. поскольку часть поврежденных танков заменили резервными, а часть успели отремонтировать и вновь пустить в бой. Так, первое штурмовое отделение в ходе боев практически полностью обновило материальную часть. Во время подготовки к боевому применению вышло из строя шасси N 502, корпус и вооружение пришлось установить на шасси N 503, по тем же причинам вскоре шасси танка N 544 заменили на шасси N 504. 

Всего сформировали девять штурмовых отделений по пять танков каждое. 1-е, 2-е и 3-е укомплектовали танками A7V, еще пять A7V использовались как резерв. 11 - 16-е отделения оснащались трофейными английскими танками Mk IV. Танки составляли "боевой эшелон" отделения, "технический эшелон" под командованием офицера-техника включал эвакуационный отряд на грузовиках, подвижную мастерскую, машины подвоза боеприпасов, горючего и запчастей, полевую кухню и тягач - всего 9 - 10 грузовых. 2 легковых автомобиля и мотоцикл. Штат штурмового отделения зависел, конечно, от типа танков. Отделение A7V включало 176 человек: командир в звании капитана, 5 младших офицеров (лейтенантов) - командиров машин и 170 фельдфебелей, унтер-офицеров и рядовых, включая мастеров, чинов связи, фельдшера, вестовых и пр. В штат отделения Mk IV входило до 140 человек. Штурмовые отделения подчинялись командующему бронечастями, штаб которого располагался в Шарлеруа, где размещался 20-й Баварский армейский автопарк. В его мастерских готовились к бою и проходили ремонт как А7V, так и трофейные Mk IV. Командующий бронечастями подчинялся начальнику Полевого Автомобильного штаба при Ставке Главного командования. 

У армейского руководства танки по-прежнему не вызывали особого энтузиазма. Начальник Большого Генерального штаба генерал-фельдмаршал Гинденбург, осмотревший в марте в Шарлеруа первые 10 машин, высказался весьма скептически: "Вероятно, они не принесут большой пользы, но так как они уже сделаны, то мы попробуем их применить". В предстоящем наступлении германское командование основной упор делало на внезапность атаки, наступательный порыв пехоты, использование автоматического оружия, огневую мощь артиллерии (количество тяжелых орудий составляло 66% от количества легких) и тщательную организацию ее огня. 

Ставка Главного командования издала инструкцию "Взаимодействие танков с пехотой", гласившую между прочим: "Пехота и танки продвигаются независимо друг от друга... При движении с танками пехота не должна подходить к ним ближе 200 шагов, так как по танкам будет открыт артиллерийский огоны". То есть, по сути, взаимодействие исключалось. 

Во время наступления в Пикардии (операция "Михаэль", 21 марта - 4 апреля 1918 года) на фронте в 765 км немцы ввели в дело 59 дивизий при 6824 орудиях, 1000 самолетах и всего 19 танков (из них 9 - трофейных). Им противостояли 35 дивизий, около 3000 орудий, 500 самолетов и 216 танков союзников. Всего же союзники к началу немецкого наступления имели 893 готовых к бою танка. 

Впервые германские танки вступили в сражение 21 марта 1918 года у Сент-Кантен (километрах в 50 - 52 от того места, где вышли в первый бой английские танки), в полосе наступления 18-й германской армии. Четыре танка А7V 1-го штурмового отделения под командой капитана Грайфа и 5 танков Mk IV вступили в бой утром. Из-за сильного тумана они часто теряли связь с пехотными подразделениями и действительно "продвигались независимо". Mk IV не выполнили своих задач из-за недостатка бензина и повреждений от артиллерийского огня, у двух A7V выявились технические дефекты. Более-менее удачно действовали только А7V N 501 и 506. Все это, а также слабый грунт на пути движения не позволили ясно судить об эффективности применения германских танков. 

И все же впечатление, произведенное ими в первый день на английских солдат, не многим уступает ужасу немецкой пехоты на Сомме в сентябре 1916-го. В одной из записей штаба 18-й германской армии говорилось: "Наши танки в огромной степени укрепляли дух пехоты даже тогда, когда они применялись в небольшом количестве; в то же время, как показал опыт, они производили большой деморализующий эффект на неприятельскую пехоту". 

В ходе этой операции танки 2-го и 3-го штурмовых отделений помогли 18-й армии также в захвате Нуайон и Мондидье, где действовали уже против французских частей. После появления германских танков на поле боя германская пресса заговорила о том, что "только немецкий гений мог развернуть все средства и возможности, доступные танкам". Столь крутой поворот в оценке был логичным в плане пропагандистского обеспечения, но весьма далеким от действительности. 

Наиболее известен бой с участием A7V у Виллер-Бретоне 24 апреля 1918 года. Здесь задействовали все три отделения этих танков. Еще до атаки вышла из строя машина N 540 2-го отделения, а перед боем обнаружилось повреждение головки цилиндров у N 503 3-го отделения. Поэтому только 13 A7V, разбитые на три группы, вступили в бой в полосе наступления 2-й германской армии. Первая группа под командой обер-лейтенанта Скопника (командир танка N 526) включала танки N 526, 527 и 560 1-го отделения и действовала с 228-й пехотной дивизией; вторая под командой обер-лейтенанта Вилайна (танки N 501, 505, 506, 507 2-го отделения, N 541 и 562 1-го отделения) - с 4-й гвардейской дивизией; третья обер-лейтенанта Штайнхарда (танки N 525, 542, 561 и 504 3-го отделения) - с 77-й резервной дивизией. В cоответствии с избранной тактикой танки были направлены на важный тактический пункт - деревню Виллер-Бретоне: первая группа двигалась непосредственно на деревню, вторая - вдоль ее южной окраины, третья - на расположенную поблизости деревню Каши. Танк N 506 ("Мефисто") застрял на местности, но оставшиеся 12, очистив населенный пункт от английских подразделений, продвинулись до Каши и до леса Аббе. 

Здесь в 9.30 три A7V 3-го штурмового отделения встретились с вышедшими из леса тремя английскими Mk IV роты "А" 1-го танкового батальона. Так что первый в истории бой танков с танками носил характер встречного и для обеих сторон был внезапным. Англичане оказались в не самом выгодном положении: из трех машин две были пулеметными ("самки"), а экипажи были измотаны длительным нахождением в противогазах - их позиции накануне обстреляли химическими снарядами. Таким образом, британцы на первый взгляд уступали немцам в огневой мощи, бронировании и работоспособности экипажей. Однако уже в этом столкновении сказались такие факторы, как маневренность танков, опыт и слаженность экипажей. Интересно, что бой проходил возле позиций английской пехоты и на виду у германской артиллерии, но они не приняли в нем участия. Немецкие артиллеристы опасались поразить своих, а английские пехотинцы попросту не имели каких-либо противотанковых средств. Хотя пулеметные Mk IV, получив большие пробоины, вынуждены были вскоре отойти в тыл, пушечный танк продолжал вести огонь. Немецкие машины остановились неудачно - бой фактически вел только один из них (N 561, "Никсе"), стреляя с места из пушек и пулеметов, в том числе бронебойными пулями. В отличие от немецких, английский танк постоянно маневрировал и, сделав несколько выстрелов с ходу, перешел к ведению огня с коротких остановок. После трех попаданий у A7V был поврежден масляный радиатор. Пользуясь тем, что "англичанину" разорвало гусеницу, он смог отойти на небольшое расстояние, после чего экипаж покинул его. Два других отошли. Это дало основание англичанам справедливо считать себя победителями в первой танковой схватке. 

Часть танков второй группы остановилась у первой линии английских окопов за деревней и отошла назад. Вслед за этим английские танки с австралийской пехотой отбили и Виллер-Бретоне. В тот же день восточнее Каши один A7V N 525 (" Зигфрид") встретился с семью средними английскими Mk А "Уиппет" - эти боевые машины впервые вступили тогда в бой. Ведя огонь с места, вместе с артиллерией 4-й гвардейской дивизии, "Зигфрид" подбил один Mk А (еще три подбили артиллеристы) и повредил три. Германские штурмовые отделения потеряли в тот день три машины - N 506 (был вытащен австралийской пехотой 14 июня), 542 и подбитый 561. Довольно успешно действовали N 505 и 507. Бой у Виллер-Бретоне выявил еще одну возможность танка - использование его в качестве эффективного противотанкового средства. Однако больше в течение первой мировой войны танки такой функции не выполняли. 

Подбитый A7V N 561 немцы ночью эвакуировали. Танк N 542 опрокинулся, переходя через воронку, и был брошен экипажем. 15 мая англичане оттащили его двумя Mk IV той же роты "А" первого батальона с помощью солдат 37-й марокканской дивизии. 

Захваченный танк нес имя "Эльфриде" (Elfriede), из-за чего в литературе танки A7V долгое время именовались также "танками типа Эльфриде". Машину внимательно изучали в тылу, ее испытывали французские и английские экипажи. По мнению союзников, "немцы в своей модели повторили большое количество конструктивных ошибок и механических недостатков, позаимствованных ими у первых английских и французских танков". Точнее было бы сказать, что немцы учли многие из недостатков первых танков союзников, но сделали немало собственных ошибок. Англичане отмечали хорошее бронирование A7V спереди, сзади и с бортов при слабой защите крыши (ослабленной вентиляционными решетками). Кроме того, "заслонки отверстий в башне, орудийный щит, пулеметные маски и щели между плитами... были очень уязвимы для осколков ружейных и пулеметных пуль". И, конечно, отмечалась низкая проходимость машины об этом свидетельствовал уже сам факт опрокидывания танка. 

В первый день наступления во Фландрии на реке Лис (операция "Жоржетт", 9 - 30 апреля 1918 года) 15 танков действовали в полосе 6-й германской армии. 

Во время второго германского наступления 1918 года на реке Эн (операция "Блюхер", 27 мая 14 июня) 15 танков были введены в бой в полосе 7-й армии, располагавшей тогда 25 дивизиями, 3953 орудиями и 687 самолетами. В первый день наступления танки действовали вместе с дивизиями 65-го корпуса и 5-й гвардейской дивизией 4-го резервного корпуса у Воклер-Берри-о-Бак. Успех их атаки на французские позиции всячески расхваливала германская пресса. На деле же танки прорвали первую линию обороны, но остановились перед широким окопом второй полосы, именовавшимся "Дарданелльским окопом". Основная тяжесть содействия наступлению пехоты легла тогда на артиллерию (более 1100 орудий на участке указанных корпусов). 

Перед остановкой второго наступления танки приняли участие в атаках 7-го резервного и 15-го корпусов на Реймс, оборонявшийся частями 4-й французской армии. 31 мая здесь участвовали в бою танки 2-го отделения, при этом танк N 529 был потерян от огня артиллерии. 1 июня А7V 1-го отделения, действовавшие северо-западнее, у форта Помпель, имели небольшой успех, но вскоре танки N 526 и 527 были подбиты огнем французской артиллерии (N 527, например, получил прямое попадание в рубку) и покинуты экипажами. Безуспешной была атака и 5 июня. 9 июня восстановленный N 526 1-го отделения вновь подбила артиллерия, а N 527 - гранатометчики. Всего у Реймса огнем артиллерии было подбито 8 германских танков. 

15 июля, в первый день последнего германского наступления (так называемого "сражения за мир" или "второй Марны") танки 1-го и 2-го отделений вновь действовали на Реймском участке, в полосе 1-й германской армии. Атака успеха не имела, поскольку главная полоса обороны французов совершенно не пострадала в ходе германской артиллерийской подготовки. Несколько танков подорвалось на минах. 

9 августа, во время наступления Антанты, 1-е и 3-е штурмовые отделения поддерживали действия 18-й германской армии южнее Нуайона. Три танка 1-го отделения остановились N 560 получил повреждения от артогня, N 562 попал в воронку, у N 541 оказались поврежденными двигатель и трансмиссия. 3-е отделение действовало успешнее, хотя танк N 564 застрял на деревенской улице. 

31 августа танки 1-го и 2-го отделений использовались в контратаке у Фремикур против частей 1-й английской армии, наступавшей на Камбре. Танки N 504 и 528 2-го отделения были подбиты артиллерией и захвачены, N 562 поражен осколками авиабомбы, а у N 563 оказались технические неисправности. После этого 2-е штурмовое отделение перестало существовать, а машины и личный состав передали в подчинение 1-го отделения. У Фремикур действовало и одно отделение трофейных Mk IV. 

7 октября, уже после отхода германских армий на позицию Зигфрида, танки А7V 3-го отделения приняли участие в контратаке частей 3-й германской армии у Сент-Этьенна. Все вышедшие в бой танки в конце концов оказались подбиты. 

8 октября 15 танков (А7V или Mk IV) были введены в брешь германского фронта против частей 1-й английской армии у Камбре. Появление немецких танков снова вызвало панику среди английских солдат, и восстановить порядок удалось лишь после того, как два из них вывели из строя. 

Танки N 525, 563, 501, 540 и 560 1-го штурмового отделения были применены севернее Камбре у Сент-Обере и Иву 11 октября - за месяц до заключения перемирия. Прорыв англичан на этом участке удалось ликвидировать. Атака у Иву стала последним эпизодом применения германских танков в первой мировой войне. 

Вся боевая работа немецких танковых штурмовых отделений свелась к полутора десяткам эпизодов в течение полугода. Танки двигались разрозненно, мелкими группами. В результате одновременно в атаку выходило не более 7 - 8 боевых машин. Бой трех штурмовых отделений у Виллер-Бретоне стал, пожалуй, единственным примером "массированного" танкового наступления со стороны немцев. Взаимодействие с пехотой было плохо организовано. По мнению генерала Эймансбергера, "танки, имевшиеся в германской армии, применялись без всякого знания этого рода оружия". Действительно, за два последних года войны немцы лучше изучили слабые стороны танка, нежели сильные. Иногда атаки штурмовых отделений имели успех. Но в силу малочисленности боевых машин эти частные победы никак не сказывались на общем ходе боевых действий. 

Количество применявшихся германскими войсками танков никак не соответствовало масштабам операций: плотность танков на фронте 18-й армии на 21 марта составляла 0,5 на 1 км, в 6-й армии на 9 апреля - 1, в 7-й армии на 27 мая 0,3 танка на 1 км фронта. Для сравнения - к началу контрнаступления Антанты (18 июня 1918 года) одна лишь 10-я французская армия располагала 16 дивизиями при 1573 орудиях, 531 самолете и 337 танках, а плотность танков составляла 9 - 14 на 1 км фронта. Французские танкисты с апреля по ноябрь 1918 года участвовали в 45 - 47 боях. 

Столь разительное несоответствие всколыхнуло "общественное мнение", особенно после 8 августа - "черного дня германской армии", когда англичане ввели в бой одновременно 415 танков, а германская противотанковая оборона оказалась неэффективной. 2 октября 1918 года на заседании лидеров партий в рейхстаге представитель Ставки Главного командования заявил: "Надежда побороть противника исчезла. Первым фактором, решительно повлиявшим на такой исход, являются танки. Неприятель применил их в громадных, нами непредвиденных массах". Депутаты резко упрекали Военное министерство и Главное командование в пренебрежении таким боевым средством. 23 октября было распространено заявление военного министра генерала Шейха: "Мы уже давно энергично занимались постройкой этого оружия (которое признано важным)... Мы скоро будем иметь дополнительное средство для успешного продолжения войны, если нас к этому вынудят". Полезность "этого оружия" теперь не вызывала сомнений. Но было, увы, слишком поздно. 

Уже после войны бессменный помощник Гинденбурга, бывший генерал-квартирмейстер Ставки Главного командования генерал Людендорф в своих "Воспоминаниях о войне" пытался оправдать и обосновать отношение командования к "танковому вопросу": "Начальник Полевого Автомобильного штаба вовремя получил приказ распорядиться на предмет конструирования танков. Модель танка, продемонстрированная им весною 1917 года перед высшим командованием, не соответствовала предъявленным требованиям. Я ему предложил энергично двигать танкостроение. Возможно, мне следовало производить более твердый нажим; возможно, тогда мы обладали бы к решающему моменту 1918 года немного большим количеством танков, но я не скажу, за счет какой потребности армии их надлежало бы строить... Возможности массового применения танков мы бы в 1918 году все равно не добились, а только в массе танк имеет значение". 

Из 100 заказанных гусеничных шасси A7V только 22 было использовано для постройки серийных танков, причем с двух шасси бронекорпуса и вооружение были вскоре сняты, одно шасси использовано при постройке опытного A7VU. Шасси, не использованные для танков, также нашли применение на фронте. Эти машины упоминают как "тракторы", хотя точнее будет отнести их к разряду гусеничных транспортеров, поскольку большую часть машины занимала огороженная бортами грузовая платформа. Передний и задний края платформы далеко выдавались за гусеничный обвод, а посередине ее возвышалась крытая рубка с двигательным отсеком и кабиной водителя. Дабы при движении по дорогам машина не обрывала телеграфные провода, вдоль бортов крепились дугообразные скобы. На машину могли устанавливаться прожекторы - по одному под платформой спереди и сзади и два поворотных - под потолком рубки. Тракторы-транспортеры использовались вместе с полубронированными грузовиками для снабжения войск в боевой зоне. По разным данным, от 60 до 80 единиц переделали в землеройные машины и бульдозеры. Соответствующее оборудование поставляли фирмы "Орренштайн унд Коппель" (Берлин) и "Везерхютте" (Бад-Осенхаузен). 

Использовавшиеся рейхсвером английские танки Mk IV были как пушечного ("самцы"), так и пулеметного ("самки") типа. Их захватили в основном под Камбре. Поскольку Mk IV применялись германскими войсками на фронте даже в большем масштабе, чем собственно германские танки, мы считаем необходимым привести их ТТХ. 

В ходе боев 1918 года были захвачены также несколько средних английских танков Mk А "Уиппет". Они были подготовлены к боевому применению, однако каких-либо сведений об использовании их немцами на фронте нет.  false


Андрей Подзоров, 07-08-2017 13:13 (link)

Танк для ядерной войны

Этот танк вполне можно считать символом ядерной войны, которая так и не началась. Его конструкция оптимально подходит для противодействия ударной волне, а четырехгусеничная ходовая часть — для движения в условиях вероятной ядерной зимы…
Тяжелый танк — «Объект 279», единственный в своем роде и, без всякого сомнения, уникальнейший.Его корпус имел литую криволинейную форму с тонколистовыми противокумулятивными экранами, дополняя его обводы до вытянутого эллипсоида. Такая форма корпуса должна была предотвратить переворачивание танка взрывной волной ядерного взрыва.
Давайте посмотрим на этот проект подробнее …

 
Может быть начало поста несколько пафосное и преувеличенное, но давайте сначала немного отмотаем события назад.
В 1956 году ГБТУ Красной Армии были выработаны тактико-технические требования к тяжелому танку, который должен был заменить собой Т-10. КБ Кировского завода в Ленинграде приступило к созданию танка, с широким использованием идей и отдельных узлов от танков ИС-7 и Т-10. Получивший индекс «Объект 277″, новый танк создавался по классической компоновке, его ходовая часть состояла из восьми опорных и четырёх поддерживающих катков на борт, подвеска на пучковых торсионах, с гидравлическими амортизаторами на первых, вторых и восьмых катках. Корпус собирался как из катаных, так и из литых деталей — борта выполнялись из гнутых плит катаной брони, в то время как носовая часть представляла собой единую отливку. Башня так же выполнялась литой, полусферической формы. Развитая ниша вмещала механизированную боеукладку для облегчения действий заряжающего.
Вооружение состояло из 130мм орудия М-65, стабилизированного в двух плоскостях при помощи стабилизатора «Гроза», и спаренного 14,5мм пулемёта КПВТ. Боекомплект 26 выстрелов раздельного заряжания и 250 патронов к пулемёту. Наводчик располагал стереоскопическим прицелом-дальномером ТПД-2С, танк оборудовался полным комплектом приборов ночного видения. Силовая установка представляла собой 12-цилиндровый V-образный дизель М-850, мощностью 1050 л.с. при 1850 об/мин. Трансмиссиия планетарная, типа «3К», выполненная в виде единого блока механизма перемены передачь и поворотов. В отличии от трансмиссии танка Т-10, ленточные тормоза планетарного механизма поворотов были заменены на дисковые. Экипаж состоял из 4 человек, трое из которых (командир, наводчик и заряжающий) находились в башне. При массе в 55 тонн танк показал максимальную скорость 55 км/ч.
Было выпущено два экземпляра «Объекта 277″, и вскоре после начала испытаний работы по нему были свёрнуты. Танк выгодно отличался от Т-10  более мощным вооружением и более совершенной СУО, включающей дальномер, но боекомплект был мал. В целом, «Объект 277″ создавался на базе хорошо отработанных в серии агрегатов и не требовал длительной доводки.
 

Вторым конкурсантом стал танк Челябинского тракторного завода — «Объект 770″.  В отличии от «Объекта 277″, танк было решено проектировать «с нуля», опираясь только на передовые решения и с использованием новых агрегатов. Характерной особенностью танка стал полностью литой корпус, борта которого отличались как дифференцированной толщиной, так и переменным углом наклона. Подобный подход прослеживается и в бронировании лба корпуса. Башня так же полностью литая, с переменной толщиной брони, доходящей до 290мм в лобовых частях. Вооружение и СУО танка полностью аналогичны «Объекту 277″ — 130мм орудие М-65 и спаренный 14,5мм пулемёт КПВТ, боекомплект 26 снарядов и 250 патронов.
Интерес представляет силовой агрегат танка, выполненный на основе 10-цилиндровоно дизеля ДТН-10, с вертикальным расположением блоков цилиндров, который был установлен перпендикулярно продольной оси танка. Мощность   двигателя составляла 1000 л.с. при 2500 об/мин. Трансмиссия танка включала в себя гидротрансворматор и планетарную коробку передач, параллельное включение которых позволяло иметь одну механическую и две гидромеханические передачи переднего хода, и одну механическую передачу заднего хода.  Ходовая часть включала по шесть опорных катков большого диаметра на борт, без поддерживающих роликов. Подвеска катков гидропневматическая. Танк отличался лёгкостью в управлении и хорошими динамическими характеристиками.
 

 
Уникальнейший и единственный в своем роде опытный образец тяжелого танка — объект 279 — разработал в 1957 году коллектив конструкторов ленинградского Кировского завода под руководством Л.С.Троянова по предложенным  Управлением начальника бронетанковых войск Советской Армии в 1956 году тактико-техническим требованиям к тяжелому танку. Танк предназначался для прорыва подготовленной обороны противника и действий на труднопроходимых для обычных танков участках местности.
В пику консервативному «Объекту 277», машина создавалась полностью заново, и не только по используемым агрегатам, но и по концепции. Литые корпуса с дифференцированным бронированием, эллиптической формы встречались и ранее, но в данной машине идея была доведена до абсолюта. Собранный из четырёх литых деталей, корпус был по всему периметру прикрыт противокумулятивным экраном, который дополнял его обводы до эллиптической формы (не только в плане, но и в вертикальном сечении). Благодаря уменьшенному до предела заброневому объёму, составившему всего 11,47 м3, удалось добиться беспрецедентных значений толщины брони как по нормали, так и приведённых – лобовая броня корпуса достигала 192мм при больших углах наклона и подворота, бортовая броня до 182мм, при меньших углах. Литая башня приплюснутой полусферической формы имела круговое бронирование 305мм, за исключением кормы.
 

 
Вооружение составляло всё то же 130мм орудие М-65 и 14,5мм пулемёт КПВТ, при боезапасе 24 выстрела в механизированной боеукладке с полуавтоматическим заряжанием и 300 патронов к пулемёту. Совместные усилия заряжающего и кассетного полуавтомата заряжания обеспечивали боевую скорострельность в 5-7 выстрелов в минуту. СУО включала в себя стереоскопический прицел-дальномер с независимой стабилизацией поля зрения ТПД-2С, двухплоскостной электрогидравлический стабилизатор «Гроза» и полный комплект приборов ночного видения.
Силовая установка танка разрабатывалась в двух вариантах – дизель ДГ-1000 мощностью 950 л. с. при 2500 об/мин или 2ДГ-8М мощностью 1000 л. с. при 2400 об/мин. Оба двигателя 4-х тактные, 16-цилиндровые, Н-образные с горизонтальным расположением цилиндров (для уменьшения высоты корпуса). Трансмиссия танка так же отличалась необычностью и новаторским подходом – гидромеханическая и планетарной 3-х ступенчатой коробкой передач, причём переключения между двумя высшими передачами было автоматизировано.
Но наиболее бросающейся в глаза деталью танка безусловно является его ходовая часть, чьей особенностью было применение четырёх гусеничных движетелей!Ходовая часть была смонтирована на двух продольных пустотелых балках, которые выполняли роль топливных баков.  Конструкция гусеничного движителя обеспечивала высокую проходимость по глубокому снегу и заболоченной местности. Она исключала посадку танка на днище при преодолении вертикальных препятствий (надолбы, пни, ежи). Среднее давление на грунт составляло всего 0,6 кгс/см², то есть приближалось к аналогичному параметру легкого танка. Это был уникальный образец тяжелого танка повышенной проходимости.
Применительно к одному движетелю ходовая часть состояла из шести опорных катков, трёх поддерживающих роликов, ленивца и ведущей звёздочки. Подвеска индивидуальная, гидропневматическая, регулируемая. Таким образом, понятие клиренса становилось только формальностью, и танк мог преодолевать вертикальные препятствия без угрозы сесть днищем на них.
 

 
Удельное давление так же было очень мало – всего 0,6 кг/м2, что позволяло преодолевать глубокий снег и топкие участки. Недостатками выбранной ходовой части была плохая маневренность и повышенное сопротивление движению, особенно по тяжелым грунтам. Ремонтопригодность оставляла желать лучшего, ввиду высокой сложности конструкции и труднодоступности внутренней пары гусениц.
Опытный образец танка был построен в 1959 году и начал проходить испытания, однако сразу же стало ясно, что столько дорогая машина не имеет шансов на серийное производство. Преемником Т-10 должен был стать один из двух танков «семьсот семидесятый» либо «двести семьдесят седьмой», но ни один из конкурсантов так и не был принят на вооружение.
 

 
Экипаж танка состоял из четырех человек, трое из которых — командир, наводчик и заряжающий — располагались в башне. Место механика-водителя находилось в передней части корпуса по центру, здесь же имелся свой люк для посадки в машину.
Из всех разработанных одновременно с ним танков объект 279 отличался наименьшим забронированным объемом — 11,47 м3, имея при этом очень сложный бронированный корпус. Конструкция ходовой части делала невозможной посадку машины на днище, обеспечивала высокую проходимость по глубокому снегу и заболоченной местности. Вместе с тем ходовая часть была очень сложной по конструкции и в эксплуатации, не давала возможности снизить высоту танка.
 

 
В конце 1959 года был построен опытный образец, сборка еще двух танков не была завершена.
Объект 279 находится в Музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке.
 

 
 

 

 
 

 
 

 
 

 
 

Фотографии танка «Объект 279″ из экспозиции Военно-исторического музея БТВТ, Кубинка.

Aranno Negro, 01-08-2017 14:41 (link)

Бразильский танк Осорио EE-T2

Танк Осорио (Бразилия)

Осорио - основной боевой танк Бразилии, был разработан в середине 1980-х годов компанией Engesa как для бразильской армии, так и для экспортных поставок. 
Этот танк был разработан частным предприятием, с небольшой поддержкой со стороны правительства. Компания Engesa инвестировала более $ 100 миллионов в этот проект. 
Название «Осорио», танк получил в честь Мануэль Луис Осорио, основателя кавалерии  бразильской армии. Но, к сожалению всего два прототипа были построены (по иным источникам – 4). Первый прототип был завершен в 1985 году, второй - в 1986 году. Вообще это был удачный проект, однако из-за отсутствия финансирования он не был принят в эксплуатацию в бразильскую армию, которая в свое время заказала 300 новых основных боевых танков. 
Этот танк также не получил производственных заказов от иностранных заказчиков. В конце концов, проект Осорио был закрыт, а компания Engesa обанкротилась. В настоящее время в бразильской армии стоят на вооружении танки M60 и Леопард-1, как  основные боевые танки.

Осорио - танк

Осорио был разработан специально с учетом ограниченной инфраструктурой Бразилии. Боевая масса 43 тонны была рассчитана на грузоподъемность автодорожных мостов и путепроводов в Бразилии; 
Кроме того, ограничение размера корпуса, позволило ему транспортироваться  по существующим  дорогам  Бразилии и через железнодорожные туннели.
Инфраструктура Бразилии  была сопоставима с большей частью развивающегося мира в 1980-х годах, и  считалось, что Осорио был бы идеальным танком для экспорта в эти страны.

Танк Осорио

Осорио оснащен композитной броней в передней части корпуса и башни. Эта броня во многом схожа с британским Chobham. Она включает в себя сталь, алюминий, углеродное волокно и керамику. 
Несмотря на то, что броня Осорио является очень легкой, она чрезвычайно эффективна, она противостояла любому противотанковому снаряду по фронтальной дуге, которая были на вооружении до 1986 года. 
Танк оснащен системой пожаротушения. Однако бронеащита этого танка была слабее  большинства западных танков того времени.

Бразильский танк Осорио

EE-T1 Osorio MBT, был вооружен британской нарезной пушкой Ordnance L7A3 105-мм, с боекомплектом 45 выстрелов. 
EE-T2 был предназначен для экспорта и был вооружен более мощной французской GIAT G1 120-мм гладкоствольной  пушкой, с боекомплектом 38 выстрелов. 
Обе пушки полностью стабилизированы и заряжаются вручную. EE-T2 имеет вероятность попадания 80% на расстоянии 2 км по движущейся цели.

Вторичное вооружение EE-T1 состоит из двух 7,62-мм пулеметов. Один из них установлен соосно с пушкой (спаренный), а другой находится в верхней части башни. EE-T2 комплектуется спаренным  7,62-мм пулеметом и 12,7-мм  зенитным пулеметом на башне.

Танк оснащен голландским дизельным двигателем  MWM TBD 234, развивающим мощность 1 040 лошадиных сил. 
На танке установлена немецкая автоматическая коробка передач  ZF LSG300, которая также используется в Leopard 2 , K1 , и C-1 Ariete. 

Двигатель и коробка передач, составляют единый блок и могут быть заменены в течение 30 минут в полевых условиях. 
Существует также вспомогательная силовая установка, которая питает все системы электроэнергией, когда основной двигатель не работает. Осорио имеет британскую гидропневматическую подвеску Dunlop, которая также используется в Challenger 1 и Challenger 2 . 
Осорио использует танковые треки (колеса) от  Leopard 2 MBT.
В 1990 году, Engesa была вынуждена уволить 3 000 сотрудников и объявить о банкротстве. 

Бразилия - танк

Модификации танка Осорио:

Предлагаемая модель с русской гладкоствольной пушкой 2А46 125-мм (не построен);
Самоходная гаубица, вооруженная австрийской GHN-45 155-mm/45 пушкой-гаубицей (не построен);
Самоходная зенитная пушка (не построен);
Бронированный мостоукладчик (не построен);

Осорио

Технические характеристики танка EE-T2 Осторио (Бразилия)
EE-T2 ОсориоВведен в эксплуатациюне принят на вооружениеЭкипаж4 человекаРазмеры и массамасса43,7 тДлина (с пушкой вперед)10,1 мДлина корпуса7,13 мШирина3,2 мВысота2.37 мВооружениеГлавное оружие120-мм гладкоствольная пушкаПулеметы1 х 7,62-мм, 1 х 12,7-ммБоекомплектГлавное оружие38 выстреловПулеметы600 х 12,7; 5 000 х 7,62МобильностьДвигательMWM TBD 234 дизельныйМощность двигателя1 040 л.с.Максимальная скорость по шоссе70 км / чзапас хода550 кмПроходимостьПреодолеваемый подъем60%Уклон40%Вертикальная стенка1,15 мШирина преодолеваемого рва3 мПреодолеваемый брод1,2 мПреодолеваемый брод (с подготовкой)2 м

Aranno Negro, 01-08-2017 14:36 (link)

Бронеавтомобиль БА-27М


ба-27

Масса – 4,4 тонн
Экипаж – 4 человека
Оружие – пушка 37-мм орудие Гочкиса
Мощность двигателя – 35 л.с. 
Максимальная скорость – по шоссе, км/ч 40
В начале 1927 года постоянному члену Артиллерийского комитета (Арткома) Артиллерийского управления РККА А. Рожкову было поручено спроектировать бронированный автомобиль на шасси первого советского полуторатонного грузового автомобиля АМО-Ф-15.

Установка бронекорпуса требовала некоторых изменений в стандартном шасси. По требованию Рожкова конструкторы АМО под руководством инженеров Б. Строканова и Е. Важинского спроектировали шасси АМО Ф15 СП (специальное): был увеличен угол наклона рулевой колонки, переделаны передние педали управления, рычаги переключения передач и тормоза, установлен задний пост управления. Летом 1927 года опытный образец шасси прошёл ходовые испытания в окрестностях Москвы.

Осенью Рожков закончил разработку чертежей бронекорпуса, после чего проект был доработан группой инженеров ГКБ Оружобъединения под руководством В. Заславского. Бронемашина получила индекс Б-27.

Опытный образец бронекорпуса был изготовлен на Ижорском заводе и в начале 1928 года доставлен на завод АМО в Москву для установки на шасси.

24—31 марта 1928 года специально назначенная комиссией Артиллерийского управления РККА провела испытания опытного образца. 31 марта опытная машина совершила короткий испытательный пробег, после чего была доставлена на завод для осмотра узлов и агрегатов. Отчёт испытательной комиссии был направлен начальникам Артиллерийского управления и Управления снабжения РККА. Большинство членов комиссии дали Б-27 положительную оценку, одновременно предложив следующие доработки:
Помощника шофёра и шофёра заднего руля вооружить пистолетами-пулемётами.
Улучшить охлаждение пулемётов для увеличения длительности непрерывной стрельбы.
Усовершенствовать шаровую пулемётную установку.
Оборудовать пулемёт и пушку оптическими прицелами.

К июню 1928 года в конструкцию бронекорпуса были внесены некоторые изменения:
Колпак башни стал открываться назад для более удобного наблюдения за местностью.
Жалюзи в броневых листах защиты радиатора заменили съёмными броневыми листами, которые в походном положении крепились по бортам корпуса.
Большой прожектор заменили внутренним меньшего размера, закрывающимся откидным люком.
Установлены фары меньшего диаметра без броневых крышек.
Схема бронирования мотора изменена так, чтобы позволить его демонтаж без снятия корпуса.
Бензопровод разделен на две магистрали.
Сиденье водителя приподнято на 50 мм.

С 6 июня по 3 июля 1928 года комиссия участием представителей Артуправления, штаба РККА, Инспекции пехоты и бронесил, Инспекции кавалерии авто-броневого дивизиона под председательством начальника 5-го отдела АУ РККА Топилова (позже его сменил Рожков) провела всесторонние испытания Б-27 под Москвой в районе Одинцово, недалеко от Москвы. Машина прошла 627 км, из них 567 по шоссе и 59,4 км по местности. Комиссия признала результаты испытаний удачными и передала отчёты начальнику Управления снабжения РККА Дыбенко. Дыбенко обратился к начальнику штаба РККА с ходатайством «войти с представлением в РВС СССР о принятии на вооружение РККА бронеавтомобиля АМО образца 1927 года с присвоением ему наименования БА-27 (бронеавтомобиль АМО образца 1927 года) и о представлении Артиллерийскому управлению права вносить в конструкцию машины последующие усовершенствования в зависимости от результатов продолжительных испытаний и опыта службы бронеавтомобилей в частях РККА».

24 октября 1927 года постановлением РВС СССР бронеавтомобиль был принят на вооружение Красной армии под обозначением БА-27. Производство поручили Ижорскому заводу, шасси поставлял завод АМО.

19 декабря 1927 года Артиллерийское управление РККА заключило с Ижорским заводом договор за № 5666/95 на бронировку 54 машин БА-27 первой партии, а 6 января 1928 года — с заводом АМО на поставку 54 специальных шасси для них. Впоследствии в договор включили и опытный образец, а 20 броневиков выделили для вооружения частей ОГПУ. Заказ был выполнен в декабре 1928 года.

10 января 1929 года Артиллерийское управление заключило с Ижорским заводом договор № 549/86 на изготовление ещё 74 БА-27, однако выполнение заказа затянулось, поскольку и АМО, и Ижорский завод не имели необходимого оборудования, инструментов, материалов, и достаточного количества квалифицированных рабочих.

28 декабря 1929 года все права и обязанности по договору № 549/86 были переданы вновь образованному Управлению моторизации и механизации Рабоче-крестьянской Красной армии (УММ РККА).

21 февраля 1930 года УММ РККА заключило с Ижорским заводом договор № 9022170 на производство 105 БА-27 третьей партии со сроком окончания заказа к декабрю. Несмотря на то, что производство затягивалось, в сентябре 1930 года с Ижорским заводом был заключён договор ещё на 65 БА-27 со сроком окончательной сдачи в декабре.

Весной 1930 года один бронеавтомобиль из второй партии на 2-м автосборочном заводе в Москве был переставлен на шасси «Форд-АА». Испытания показали, что благодаря более мощному двигателю скорость и запас хода бронеавтомобиля возросли. Однако в связи с уже начатым проектированием новых типов средних бронемашин на трёхосном шасси «Форд-Тимкен» массовую переустановку БА-27 на шасси «Форд-АА» признали нецелесообразной.

Летом 1931 года производство броневиков было прекращено. Из 105 заказанных УММ РККА броневиков третьей партии изготовили лишь 86. К производству четвёртой партии не приступали. Суммарный выпуск БА-27 за 1928—1931 годы составил 215 бронеавтомобилей, включая опытный образец (разбронированный в 1930 году).
Корпус клёпаный, из 3—8-мм броневых листов на каркасе из уголков. Башня в форме шестигранника — по типу башни танка МС-1, сверху прикрыта грибовидным колпаком со смотровыми щелями.

В бортах сделаны две двери для посадки экипажа. Для наблюдения за дорогой с переднего поста управления в лобовом листе корпуса сделаны два люка со смотровыми щелями и два небольших лючка чуть ниже. Для водителя кормового поста управления в кормовом листе сделан лючок аналогичной конструкции. В бортах корпуса есть смотровые щели с броневыми задвижками.

Первоначально вооружение состояло из 37-мм пушки Гочкиса (ПС-1) с плечевым упором и спаренных перевёрнутых 2,5-линейных автоматов системы Федорова, изготовленных на Ковровском пулемётном заводе (на серийных машинах заменены на пулемёт ДТ с плечевым упором). Пулемёт установлен в гнёздное устройство системы Шпагина работы Ковровского пулемётного завода.

Бронемашина оснащалась стандартным карбюраторным двигателем АМО жидкостного охлаждения, мощностью 35 л. с. (26 кВт) с карбюратором «Зенит-42». Запуск двигателя осуществлялся с помощью электростартера «Сцинтилла» мощностью 0,8 л. с. (0,6 кВт) или заводной рукоятки. В системе зажигания использовалось магнето. Воздух для охлаждения двигателя поступал снизу через специальный поддон и жалюзи в передних бронелистах. Аккумулятор 3 СТП-80 ёмкостью 80 А·ч устанавливался в специальном ящике под днищем с правой стороны машины и закрывался броневой крышкой. Электрооборудование выполнено по однопроводной схеме. Напряжение бортовой сети 6 В. Горючее перекачивается насосом из основного бензобака (80 л), отделённого от основного отсека бронированной стеной толщиной 4 мм, или самотёком из дополнительного бачка (8 л). Из основного бака в дополнительный бензин перекачивается с помощью насоса двойного действия.
Экипаж: 4 человека (командир — он же стрелок, два шофёра и один помощник).
Боевое применение

Летом 1928 года БА-27 начали поступать в автоброневые дивизионы (по 12 машин) на замену устаревшим броневикам «Фиат» и «Остин». В 1929 году началось формирование мотоотрядов стрелковых дивизий (по 12 машин). К весне 1930 года в РККА было три таких отряда.

В 1930 году в Наро-Фоминске была сформирована механизированная бригада. В составе лёгкого (разведывательного) полка бригады был дивизион из двенадцати БА-27. Дивизион предназначался для ведения разведки и боевого охранения транспортных колонн на марше. Весной 1931 года механизированную бригаду реорганизовали, по новому штату в ней было 48 бронемашин БА-27 в составе разведывательного батальона.

В 1932 году БА-27 начали поступать на вооружение механизированных соединений в различных военных округах.

В 1933—1935 годах часть БА-27 поступила на вооружение бронеэскадронов кавалерийских дивизий.

До конца 1930-х годов БА-27 состояли на вооружение частей ОГПУ/НКВД. Три бронедивизиона, укомплектованные машинами, участвовали в боях с басмачами в Хорезмском оазисе (1 сентября — 20 октября 1932 года) и под Кизил-Араватом (март 1933 года).

В 1930 году шесть БА-27 отправили на экспорт в Монголию. Они состояли на вооружении монгольской армии вплоть до конца 1940-х годов.
История создания БА-27М

В июле 1937 года на броневой ремонтной базе № 2 (станция Митьково, Ленинская железная дорога) бронекорпус БА-27 установили на трёхосное шасси ГАЗ-ААА (колёсная формула 6×4). Новая машина получила обозначение БА-27М.

В ходе модернизации был демонтирован задний пост управления, а в корме размещён дополнительный бензобак, благодаря чему общая ёмкость баков достигла 150 л. Толщина основных броневых листов доведена до 8 мм. Установлены четырёхступенчатая коробка передач с демультипликатором; зависимая подвеска, состоящая из поперечно расположенной полуэллиптической листовой рессоры с реактивными штангами на передней оси и продольно расположенных полуэллиптических листовых рессор с реактивными штангами на второй и третьей осях; механические тормоза передних колёс и гидравлические тормоза колёс задней тележки. Запасные колёса устанавливались вдоль бортов корпуса и вращались на специальных втулках — они использовались при преодолении бронеавтомобилем бугров, эскарпов и других препятствий, предотвращая опасность повреждения нижней части рамы шасси. Для увеличения проходимости на колёса задней тележки надевались гусеницы типа «Оверолл».

БА-27М превосходил основную модель машины по проходимости и маневренности (преодолевал подъёмы крутизной до 23° против 15° у БА-27). Масса возросла до 4,5 т, скорость движения по шоссе — до 48 км/ч. Увеличение ёмкости топливных баков повысило запас хода по шоссе до 415 км.
Боевое применение

По результатам испытаний АБТУ РККА приняло решение о модернизации всего имеющегося парка БА-27 для использования в составе разведывательных батальонов стрелковых дивизий (по 8 машин), испытывавших большой некомплект бронетехники. Работы производились на броневой ремонтной базе № 2, которой было выделено дополнительное количество шасси ГАЗ-ААА. Полностью переделка БА-27 в БА-27М была завершена к концу 1938 года.

В сентябре 1937 года первые 24 машины поступили в разведбаты 3, 30 и 41-й стрелковых дивизий. В октябре 16 бронемашин поступили в 75-ю и 80-ю сд, 7 — в 23-ю, 2 — в 25-ю. В ноябре по 7 машин получили 14, 49 и 84-я сд, и ещё 4 машины поступили в 25-ю сд.

Летом 1939 года два БА-27М из состава разведбата 82-й сд участвовали в боях у реки Халхин-Гол, но, как отмечалось в документах, эти бронемашины «являлись учебными, пулемёты на машинах были изношены, а к пушкам Гочкиса не имелось снарядов».

Осенью 1939 года три БА-27М в составе 177-го орб 122-й сд 9-й армии участвовали в советско-финской войне. Они использовались для разведки, боевого охранения и связи, но после отступления дивизии на восток были брошены из-за отсутствия горючего. Одну бронемашину финны восстановили и использовали в качестве учебной до конца 1942 года.

Летом 1940 года на заседании АБТУ РККА было принято решение о снятии с вооружения устаревшей бронетехники, в том числе и БА-27. Механизмы предполагалось использовать как запасные части, а корпуса сдать на металлолом.

Несколько машин БА-27М оставались на вооружении разведбатов стрелковых дивизий вместо положенных по штату БА-6 и БА-10. Большая часть машин, находившаяся в приграничных частях, была потеряна в первые недели войны. К концу лета 1941 года оставшиеся машины были выведены из состава разведбатов стрелковых дивизий и переданы в учебные части или ОСОАВИАХИМ. Однако из-за огромных потерь в технике осенью 1941 года БА-27 использовались даже в составе танковых подразделений.

Сохранилось описание одного из боёв с участием БА-27 и Т-27, с конкретными именами.

Ветеран 153-й стрелковой дивизии, в сентябре 1941 года ставшей гвардейской, Трофим Степанович Шапко рассказывает: «Боевое развертывание нашей дивизии началось еще в мае 1941 года в Камышловских летних лагерях. А в конце месяца вся 22-я армия под руководством бывшего командующего УралВО Ф. А. Ершакова двинулась на запад.
Я был в то время начальником химслужбы 208-го саперного батальона, но в первые месяцы войны пришлось побывать и в роли танкиста. Каждая стрелковая дивизия по штату имела разведывательный батальон в составе 16 танков и 13 бронемашин. Бронемашины марки «БА-27», один танк, но, как ни странно, новый тяжелый КВ, а остальные — танкетки Т-27, с одним пулеметом ДТ. Как бронемашины, так и танкетки были изношены до предела, так как служили уже по 10—12 лет. Это и понятно: Уральский военный округ считался внутренним, поэтому техника была старая, учебная. В канун войны подгребали всю технику, а в нашей дивизии не все бойцы имели даже личное оружие. Считалось, что мы идем на маневры.
21 июня дивизия прибыла в Витебск, а на следующий день началась война. Экипажи стареньких танкеток Т-27 приготовились к бою. Командир разведбата майор Насыров приказал проверить обстановку на Минском шоссе. И танкетки, начинавшие свой боевой путь в далеком 1927 году в Средней Азии, пошли в свой последний бой».
Задание командования было выполнено. Обстановка к западу от Минска была выяснена, а командир разведроты Т-27 лейтенант Трофим Шапко лично сбил немецкий самолет-разведчик. Шел всего второй день войны…

В 18-й танковой бригаде 5-й армии, прикрывавшей московское направление, к 10 октября 1941 года было два таких броневика. 21 ноября один БА-27М вместе с ремонтным взводом бригады прикрывал дорогу Тархово — Петровское. В бою с немецкими танками броневик «был подбит и сгорел вместе с экипажем».

По состоянию на 30 марта 1942 года в танковых частях 5-й армии Западного фронта имелось 3 БА-27, но все они требовали капитального ремонта.

До наших дней сохранился один экземпляр БА-27М в военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в посёлке Кубинка Московской области.
false
false
false
false
false




Aranno Negro, 01-08-2017 14:30 (link)

БА-3 Средний бронеавтомобиль


Досрочное принятие на вооружение среднего бронеавтомобиля БАИ не в полной мере решало все задачи, поставленные текущей военной обстановкой. Основное вооружение БАИ, как и большинства средних и легких танков того периода, состояло из 37-мм “короткой” пушки Hotchkiss и её вариантов, представлявшей собой модифицированный вариант морского орудия, выпущенного в конце 1880-х гг. В Советском Союзе “гочкисс” официально приняли на вооружение ещё в 1920 году, хотя на тот момент баллистические характеристики данной артсистемы считались посредственными. Столь долгое время “гочкиссу” удалось продержаться за счёт простой конструкции, небольшой массы и компактным размерам, что позволило устанавливать пушку не только на танки и бронемашины, но и на самолёты.
Первый этап модернизации “гочкисса” провели в 1928 году под руководством инженера П.Сячинтова, доработавшего конструкцию ударного и спускового механизма, а также маску пушки. Модифицированный вариант орудия выпускался под обозначением ПС-1 на заводе №8, хотя армия настаивала на замене 37-мм артсистемы на более современную.
Разработанная Сячинтовым в 1930 году пушка ПС-2 получила должную поддержку и была принята на вооружение под обозначением “37-мм танковая пушка образца 1930 года”. Однако завод, на котором предполагалось наладить её серийный выпуск, всячески уклонялся от выполнения выданного заказа, что оставило это орудие на уровне опытных образцов. Вместо ПС-2 на заводе №8 наладили выпуск орудий Б-3 того же калибра, основой для которых послужила немецкая противотанковая 37-мм пушка фирмы Rheinmetall, но в её конструкции заимствовали отдельные технические решения от ПС-2. Именно эта пушка устанавливалась на танки Т-26 и БТ-2 выпуска 1932-1933 гг., хотя для среднего бронеавтомобиля было выбрано более мощное орудие.
В конце 1931 года конструкторы завода №8 доработали пушку Б-3, путем установки трубы калибра 45-мм и усилив лафет. Новое орудие сначала получило заводское обозначение 19К, но после перепроектирования для установки в танковую башню индекс сменили на 20К. В 1932 году это орудие было принято на вооружение РККА под обозначением “45-мм танковая пушка образца 1932 года”. Разработанный под неё бронебойный снаряд БР-240 имел начальную скорость 757 м\с и с дистанции 100 метров пробивал вертикально установленную бронеплиту толщиной 51 мм. На дистанции 1000 этот показатель снижался до 35 мм, но даже в этом случае поражающая способность 45-мм пушки была вполне достаточной. Именно под установку такого орудия предполагалось модернизировать БАИ.

Ещё в ходе испытаний первого прототипа бронеавтомобиля УММ РККА заключило со спецотделом Ижорского завода договор на №173713 на проектирование и изготовление опытного образца БАИ, оснащенного 45-мм пушкой завода №8 и пулеметами ДТ. Заказ надлежало сдать к 1 ноября 1932 г., предварительная стоимость работ оценивалась в 25000 рублей. Новая машина получила обозначение БА-3 и была готова только в апреле 1933 г. Полугодовая задержка была связана с загрузкой предприятий текущими заказами, а также острой нехваткой оборудования и квалифицированных рабочих кадров. Первый прототип БА-3 получил практически не измененный корпус от БАИ. Он собирался из листов обычной (неброневой) стали толщиной от 4 до 8 мм и имел удлиненную на 50 мм кормовую часть. В бортах моторного отсека были сделаны окна для выброса воздуха, а откидные щитки в боковых дверях, снабженные бронезаслонками, устанавливались на внутренних петлях и в открытом положении удерживались специальными защелками. Для укладки вездеходных цепей на крыльях задних колес предусмотрели специальное приспособление, заодно укоротив подножки под боковыми дверями.
Поскольку установить новую пушку в башне БАИ не представлялось возможным, конструкторы решили заимствовать башню от серийного танка Т-26 образца 1933 года, в целях экономии массы уменьшив толщину стенок до 9 мм. Именно с её установкой были связаны основные изменения в конструкции корпуса – пришлось использовать новый, уширенный погон, к которому на 6 болтах крепилась башня. Поворотный механизм имел 2 передачи, позволяя осуществлять вращение с разными скоростями. Как и на танковом варианте башня БА-3 снабжалась двумя прямоугольными люками в крыше, предназначенными для посадки экипажа, и отдельным лючком для вытяжного вентилятора, флажковой сигнализации и прибора ПТК. В бортах имели смотровые щели со стеклами типа “Триплекс” и три круглых отверстия для стрельбы из пистолета. Пушка 20К устанавливалась в штатной башенной установке и спаренного с ней 7,62-мм пулемета ДТ. Второй ДТ устанавливался в лобовом листе корпуса справа от водителя. Прицельные приспособления включали телескопический прицел ТОП и механические прицелы для пулеметов, хотя в планах было оснащении БА-3 перископическими прицелами ТП-1. Полный боекомплект состоял из 60 снарядов (52 находились в башне и 8 в корпусе) и 3024 патронов (6 магазинов с правой стороны башни и 48 магазинов по бортам корпуса). С внешней стороны кормовой части корпуса крепился шанцевый инструмент, инструментальный ящик и ящик ЗИП к пушке и пулеметам. На опытном БА-3, как и на всех серийных машинах этой модификации, устанавливался карбюраторный двигатель “Форд” мощностью 40 л.с.

Заводскую обкатку первого прототипа БА-3 начали уже в апреле 1933 года. Бронеавтомобиль не получил существенных замечаний, что позволило продемонстрировать его на военном параде 1 мая, проведенного на площади Урицкого (теперь Дворцовая) в Ленинграде. При дальнейших испытаниях расчетные данные БА-3 полностью подтвердились – новая модификация ни в чем не уступала БАИ, а по некоторым параметрам превосходила его. В июне 1934 года опытный образец прошел на НИБТ полигоне 400 км по шоссе и 190 по проселочной дороге. Военная комиссия отметила удобный доступ к двигателю, элементам трансмиссии и вооружению, продуманное размещение экипажа и плавный ход машины. Бронеавтомобиль легко преодолевал подъём в 24°, боевой крен в 30° брод глубиной 0,6 м и стенку высотой 0,4 м. Запас хода по шоссе составил 218 км.
Вести наблюдение за окружающей обстановкой на ходу было весьма затруднительно – водителю приходилось снижать скорость до 15-20 км\ч, что в боевой обстановке могло быть губительно для машины. Вращение маховика поворотного механизма башни требовало больших усилий. Много нареканий вызывала система охлаждения двигателя, так как температура в бронекорпусе при закрытых люках поднималась до температуры 40-45° при наружной температуре 25° через 10-15 минут движения. Вода в радиаторе при той же наружной температуре и закрытых жалюзи закипала ещё раньше – через 6-7 минут. Крепление бронекорпуса тоже не являлось оптимальным и комиссия посоветовала соединять его с полом и лонжеронами через резиновые прокладки.
Похожие недостатки наблюдались ранее у БАИ, поэтому представители УММ РККА сошлись во мнении, что БА-3 следует выпускать серийно, но с учетом устранения выявленных недоработок. Такое решение было принято ещё до завершения полного испытательного цикла неброневого БА-3, но массовое производство бронеавтомобиля началось только весной 1934 г.
Серийные БА-3 получили башни, изготовленные из 8-мм броневой стали, что обеспечивало защиту от бронебойных 7,62-мм пуль со всех дистанций, однако против пуль более крупного калибра такая броня устоять не могла. Вдобавок, первые машины получили дефектные корпуса, имевшие множество трещин из-за плохого качества сварных швов. Сбивать темп выпуска БА-3 было недопустимо и корпуса принимались по специальному разрешению представителя военной приёмки УММ РККА, при этом на трещины ставились определенные ограничения.

Производство БА-3 завершили весной 1936 года, собрав к этому времени 172 машины, из которых 168 выпустил ИЗ и 4 завод ДРО в Выксе. По другим данным общее количество бронемашин БА-3 оценивается в 180 экземпляров. Основная часть бронеавтомобилей была отправления в действующую армию, однако несколько образцов использовали для различных экспериментов.

Модификации бронеавтомобиля БА-3
1934-1938 гг.

В 1935 году на БА-3 в опытном порядке установили радиостанцию 71-ТК-3 с поручневой антенной. Поскольку рация монтировалась в кормовой нише башни укладку снарядов пришлось демонтировать. Впоследствии 71-ТК-3 установили на бронеавтомобили БА-6. Из-за нехваток радиостанций ими оснащали преимущественно командирские бронеавтомобили, которые можно было легко отличить по поручневой антенне на башне.
Менее удачными оказались варианты с крупнокалиберными пулеметами. Первым, в сентябре 1936 г., был установлен пулемет ДК калибра 12,7-мм. Испытания прошли с 16 по 21 ноября, но желаемых результатов не принесли – оружие оказалось недоработанным. В мае 1937 года на БА-3 попытались установить 12,7-мм пулемет ШВАК. Оказалось, что конструкция Шпитального и Владимирова, помимо технологических дефектов, обладает крайне низкой бронепробиваемостью. C дистанции 500 метров процент сквозных пробоин ДК при обстреле 20-мм броневого листа составил 100%, а у ШВАК – всего 43%. На дистанции 700 метров этот показатель у ДК снижался до 17%, а все пули ШВАК бронелист не пробили вообще. Таким образом, ни один из представленных вариантов на вооружение принят не был.
В 1935 году проведи эксперимент по установке БА-3 а железнодорожный ход, после чего машина получила обозначениеБА-3жд. Были получены обнадеживающие результаты, но от массового выпуска комплектов сменных железнодорожных реборд для этого типа бронемашин реши отказаться.
За пять лет непрерывной эксплуатации износ ходовой части и силовой установки БА-3 достиг неприемлемого уровня. В отчете о наличии на 1 января 1938 года в составе РККА боевых машин, снятых с вооружения и негодных для использования в войсках, под эту категорию попало 180 БА-3 (179 линейных и 1 радийный) – то есть, БА-3 признавался небоеспособным типом бронеавтомобиля.
Впрочем, сразу отдавать на слом устаревшие бронемашины никто не собирался. План спасения БА-3 оказался чрезвычайно прост – заменить изношенное шасси “Форд-Тимкен” на отечественное ГАЗ-ААА, которое отличалось лучшей ремонтопригодностью и не имело недостатка в запасных частях. Первый подобный опыт провели на более старых БА-27 – результат получился весьма обнадеживающим и в скором времени большую часть этих машин перевели на новую ходовую часть. В 1938 году настала очередь БА-3, который помимо шасси и двигателя от ГАЗ-ААА получил пулестойкие шины типа ГК. Обновленный бронеавтомобиль “сбросил” почти полтонны веса (полная масса составила 5422 кг), развив при этом скорость 58,3 км\ч и имея запас хода 280 км. После заводской обкатки и устранения выявленных недоработок машину, переименованную в БА-3М, передали на полигон НИБТ в Кубинке, где с ноября 1938 по январь 1939 года она прошла всесторонние испытания. Всего бронемашина прошла 1509 км по шоссе, 959 по проселочной дороге и 336 км по целине. Несмотря на то, что динамические качества БА-3М оказались более высокими, представители полигона отметили сильные колебания корпуса и плохую обзорность при движении по пересеченной местности и неровным дорогам, перегруженность переднего моста и рессор, плохую конструкцию сидений и ненадежность запоров дверей. В отчете об испытаниях было сказано следующее:

“Модернизированный бронеавтомобиль БА-3 на шасси ГАЗ-AAA обладает лучшей тактико-технической характеристикой по сравнению с БА-3 на - Форд-Тимкен". Испытанный бронеавтомобиль за исключением вооружения не отвечает требованиям, предъявляемым к современным бронеавтомобилям. При наличии большого парка бронеавтомобилей на шасси «Форд-Тимкен - требующих модернизации, перестановка корпусов на шасси ГАЗ-AAA вполне целесообразна при усилении переднего моста рамы шасси и устранения недостатков связанных с бронекорпусом. Модернизированный бронеавтомобиль может быть принят на вооружение РККА. Учитывая недостаточную прочность и пулестойкость броневого корпуса считаем, что использование модернизированного бронеавтомобиля возможно:
А) Для учебных целей.
Б) в боевых условиях лишь с учетом конкретной обстановки и возможности выполнения возлагаемых задач по броне”.

Таким образом для БА-3М уготовили ограниченное применение, однако эти рекомендации остались лишь в письменном виде и на практике использовались редко.

Эксплуатация бронеавтомобилей БА-3 в предвоенный период
1934-1941 г.

С середины 1934 года бронеавтомобили БА-3 стали поступать на вооружение механизированных бригад, где они были включены в состав отдельных разведывательных батальонов. Некоторое время БА-3 служили параллельно с более ранними БА-27 и БАИ, по мере износа материальной части заменяя их. Вместе ними в состав бригады входило два танкетных батальона оснащенных Т-27, но уже в 1935 году руководство УММ РККА посчитало, что такая схема является неэффективной. В связи с этим НКО СССР рассмотрел предложение о включении в состав мехбригад двух батальонов средних бронемашин (БАИ или БА-3) и один батальоном с плавающими танками Т-37А.
Одной из первых по такому плану была перевооружена 20-я отдельная легкая механизированная бригада в Забайкалье. К 1 января 1936 года в неё находилось 58 пушечных бронеавтомобилей, из которых 20 были оснащены радиостанциями, но в таком виде бригада просуществовала недолго. Готовясь к нападению японцев со стороны Монголии и Манчжурии советский Генеральный штаб приступил к разработке штатно-организационной структуры более мобильных подразделений. В феврале того же года 20-я ОЛМБр расформировывалась, а на её основе создавалась Особая мотоброневая бригада и Особый мотоброневой полк. К этому моменту БА-3 были практически полностью заменены на БА-6, хотя в составе полка ещё оставалось несколько машин этой модели. На 12 марта ОМП располагал батальоном легких танков БТ-5 (32 единицы), пятью БА-3, тринадцатью ФАИ и более 150 автомобилями различного назначения. С сентября 1937 года оба этих подразделения вошли в состав 57-го Отдельного корпуса дислоцированного на территории Монголии.
Много БА-3 в 1934-1935 гг. было передано в распоряжение механизированных дивизионов и полков, входивших в состав кавалерийских дивизий. Такие подразделения имелись в каждом военном округе и ранее представляли собой автобронедивизионы. В основном на вооружении имелись бронеавтомобили БА-27, которые затем сменили БА-3 и БА-6, а чуть позже – БА-10. К началу войны в РККА имелось два типа кавалерийских дивизий мирного времени: типовая и горно-кавалерийская. В первой имелся танковый полк, оснащенный Т-26 или БТ, и автоброневой эскадрон, состоявший из 11 средних и 7 легких бронемашин. Горно-кавалерийская дивизия оснащалась бронетанковым дивизионом смешанного состава, в котором имелся автоброневой эскадрон аналогичной численности.
Некоторое количество БА-3, по всей видимости, было передано стрелковым подразделениям, однако более точной информацией на этот счет автор не располагает. По штату типовая стрелковая дивизия имела разведывательный батальон с автобронетанковой ротой из 10 средних бронемашин (6 линейных и 4 радийных). Такая же рота сокращенного состава имела всего 3 линейных и 1 радийный бронеавтомобиль, а в горно-стрелковой дивизии числился отдельный кавалерийский эскадрон с ротой из 5 средних бронемашин. Предполагалось, что к 1941 году на их вооружении останутся только БА-6 и БА-10, однако фактически использовались БА-27М, БА-3М и БАИ-М. С конца июля 1941 года бронемашины больше не включались в состав стрелковых дивизий сокращенного состава.

Применение бронеавтомобиля БА-3 в боевых условиях
1936-1942 г.

Боевое применение бронеавтомобилей БА-3 началось в Испании. В рамках оказания военной помощи республиканскому правительству СССР в октябре 1936 года отправил партию из 60 бронемашин, среди которых имелось три БА-3. Впервые их задействовали в ходе оборонительных боёв под Мадридом и в скором времени бронеавтомобили были переданы в распоряжение танковой бригады, сформированной в декабре. В течении следующих месяцев БА-3 участвовали в сражениях в центральной части Испании и все были потеряны в течении 1937 г. По донесениям с фронта 45-мм пушки оказались самым действенным оружием против легких танков и танкеток франкистов, но бронезащита бронемашин оказалась откровенно слабой и не держала огонь крупнокалиберных пулеметов и пушек.

Более массово БА-3 использовались во время отражения японской агрессии у реки Халхин-Гол. Дислоцированный здесь 57-я Особый корпус на 1 февраля 1939 года располагал 284 танками и 534 бронеавтомобилями различных типов. Машины типа БА-3 были в явном меньшинстве, однако при грамотном использовании они показали высокую эффективность.
Например, 20-25 июня броневики 234-го бронебатальона 8-й мотоброневой бригады 175-го артполка оказали большую помощь пехотным подразделениям 149-го стрелкового полка, обнаружившего в районе Дебден-Сумэ японский военный городок. Силы были явно не равны – у японцев имелось два пехотных батальона, кавалерийский полк манчжур, батарея 75-м полевых пушек, батарея 37-мм противотанковых пушек и четыре 13,2-мм пулемета. Советской пехоте пришлось залечь под яростным огнем противника и только появление бронеавтомобилей спасло солдат от больших потерь. Подоспевшая бронерота, в составе нескольких БА-10 и БА-3, а также двух 76-мм орудий, практически в упор расстреляли японские казармы, заставив противника прекратить организованное сопротивление. За время боя было безвозвратно потеряно два БА-10 и один БА-3. Ещё один БА-3, подбитый и застрявший в болоте, пытались вытащить с помощью танка БТ-5, но тот тоже застрял и обе машины пришлось сжечь.
В последовавших за этим боевых действиях основную роль сыграли БА-6 и БА-10, в то время как БА-3 привлекались эпизодически. Общие безвозвратные потери составили 8 машин, пять из которых принадлежали 36-й мотострелковой дивизии и пять 8-й ОМБр.

В освобождении Западной Белоруссии и Украины БА-3 практически не принимали участия – основную работу здесь выполнили БА-10 и легкие танки, в то время как бронемашины более старых типов использовались только для ближней разведки и боевого охранения. Боевых потерь среди БА-3 в сентябре 1939 года не было.

Намного более активно БА-3 пришлось использовать в ходе Зимней войны с Финляндией. К декабрю 1939 года основная масса модифицированных БА-3 была передана пехоте и вместе с ней приняла первые бои на финской границе. Одним из первых, 30 ноября 1939 года, из Пинска (БВО) прибыл 62-й отдельный разведывательный батальон 52-й сд, в котором имелось десять БА-10 и три БА-3. Батальон поступил в распоряжение 14-й армии и был единственным подобным подразделением, укомплектованным бронетехникой. В основном бронеавтомобили применили здесь для патрулирования дорог и охраны штабов, поэтому потерь 62-й орб не имел.
Совсем иначе сложилась ситуация со 177-м орб 122-й сд 9-й армии, предпринявшей в середине декабря 1939 года крайне неудачное наступление в Карелии. Имея в своём распоряжении всего 20 бронемашин (два БА-3М, три БА-20, десять БА-10, восемь Д-8 и два БА-27М) 122-я и 44-я стрелковые дивизии были вынуждены сражаться в окружении вплоть до первых чисел марта 1940 года, потеряв за этот период 17 машин. Оба БА-3М пришлось оставить на территории противника из-за невозможности ремонта и эвакуации.
Ближе к концу войны, в феврале 1940 года, также из Лиды прибыл 69-й разведбат 100-й стрелковой дивизии с девятью БА-10 и двумя БА-3. Хотя на завершающем этапе боёв с финскими войсками работы для него почти не нашлось в Великой Отечественной войне 100-я дивизия показала себя с лучшей стороны во время обороны Минска.

Надо отметить, что в количественно отношении число бронеавтомобилей БА-3М в период с сентября по июнь 1941 г. практически не изменилось. Из почти 90 имевшихся машин больше всего их осталось в Западном ОВО (29 единиц) в составе разведывательных батальонов стрелковых дивизий и механизированных корпусов. В основном они находились в центральной части Белоруссии, в полосе Минского УР и северо-восточных районах. Грамотно распорядится материальной частью удавалось не всегда, поэтому множество бронемашин было оставлено противнику, как подбитыми, так полностью исправными без боеприпасов и топлива. К примеру, 3-я танковая дивизия 1-го мехкорпуса располагала на 22 июня 131 бронеавтомобилем (из них 16 БА-3М) и 338 танками различных типов. Потеряв часть техники во время крайне плохо организованного марша Псков-Ленинград-Славковичи дивизия получила 5 июля приказ выбить противника из г.Остров. Предприняв несколько неудачных атак, и потеряв более 400 танков и бронемашин, командование фронта отдало 11 июля приказ на отвод частей 3-й тд в тыл для переформирования. К этому времени в дивизии оставалось всего 35 танков БТ…
Чуть ранее, 26-29 июня 1941 года, соединениями 100-й и 161-й стрелковых дивизий, имевших некомплектный состав, началась оборона Минска. У защитников белорусской столицы танков насчитывались считанные единицы – каждая дивизия располагала несколькими плавающими Т-37А и Т-38, а на складах и на ремонте находилось около десятка трехбашенных Т-28, которые в боях не участвовали. Чуть лучше обстояли дела с бронеавтомобилями, вынесшими основную тяжесть первого удара. Под Минском, кроме основных типов бронемашин, был потерян, по крайней мере, один БА-3М.
Отойдя на север, командование Западного фронта спланировало мощный контрудар под Лепелем, состоявшийся 8 июля. Атаковавшая здесь противника 13-я танковая дивизия 5-го мехкорпуса имела 78 средних бронеавтомобилей (44 БА-10, 5 БА-6, 7 БА-3М и 22 БАИ-М), сохранив к 8 августа лишь 4. Судьба БА-3М сложилась следующим образом: три машины были уничтожены в бою и четыре пришлось оставить не территории противника.

Собственно, на этом активный период использования БА-3 в боях Великой Отечественной войны завершился. Прибывавшее из тыла пополнение в единичных экземплярах “растаскивалось” по различным подразделениям, чаще всего стрелковым. Например, на 28 июня 1942 года в 10-й мотострелковой бригаде имелось 20 бронеавтомобилей (по одному БА-3М и БА-6, и 18 БА-10М), причем машины старых типов сохранялись здесь до осени. Вероятно, дольше всего в РККА прослужили БА-3М в составе 19-й армии – на 14 апреля 1945 года 97-я рота охраны штаба все ещё использовала три БА-3М и три БА-10. Тем не менее, после войны все устаревшие бронеавтомобили отправили на разбронировку.

Некоторые пригодные к дальнейшей эксплуатации БА-3М (по наиболее достоверным данным – около десятка) были приняты на вооружение вермахта и после ремонта введены в строй под обозначением Panzerspahwagen BA(F) 203(r). Отдельные бронеавтомобили летом-осенью 1941 года использовались для ведения разведки, но большая их часть была переведена в разряд учебных и агитационных машин. Единичный БА-3М, захваченный зимой 1940 года, состоял на вооружении финской армии. Эта машина также капитальный ремонт (благо, трофейного имущества было в избытке) и служила до конца войны по прямому назначению, а в качестве учебного бронеавтомобиля её эксплуатация продолжалась до 1954 года.
Есть также сведения о том, что в 1935-1936 гг. несколько БА-3 было продано китайскому правительству (Гоминьдан), но эта информация не соответствует действительности. До наших дней сохранился всего один БА-3М, выставленный в экспозиции музея бронетанковой технике в подмосковной Кубинке.


Aranno Negro, 01-08-2017 14:28 (link)

Средний бронеавтомобиль – БА-10

В 1938 году на вооружение Красной Армии был принят средний бронеавтомобиль под обозначением БА-10, который был разработан в 1937 года на Ижорском заводе группой конструкторов в составе достаточно известных специалистов: В. А. Грачева, О. В. Дыбова и А. А. Липгарта. Данный бронеавтомобиль представлял из себя дальнейшее развитие советских бронеавтомобилей БА-3, БА-6 и серийно производился с 1938 по август 1941 года. Всего за этот период удалось собрать 3291 бронеавтомобиль БА-10, что автоматически сделало его самым массовым советским бронеавтомобилем довоенной постройки, а также самым массовым средним бронеавтомобилем. Данная машина достаточно успешно применялась советскими войсками в боях на Халхин-Голе, во время зимней войны с Финляндией, а также практически на всем протяжении Великой Отечественной. Некоторая часть БА-10 была поставлена Монголии, кроме того, некоторое количество трофейных автомобилей данного типа использовали армии Германии и Финляндии.

Историю данного бронеавтомобиля необходимо начать еще с 1927 года, когда был готов технический проект нового бронеавтомобиля, получившего название БА-27 (бронеавтомобиль 1927 года). Постройкой данной машины занялись на Ижорском заводе. В 1938 году после проведения серии успешных испытаний данная машина под обозначением БА-27 обр. 1928 года была принята на вооружение РККА. Первоначально она производилась на базе шасси грузовика АМО-Ф-15, но уже с лета 1929 года базой для бронеавтомобиля стало новейшее для того времени шасси полуторатонного грузовика «Форд-АА», который оснащался четырехцилиндровым двигателем жидкостного охлаждения, развивавшим мощность в 40 л.с.

До конца 1931 года было выпущено всего около сотни бронеавтомобилей БА-27. Многие из них приняли активное участие в боях с китайцами на КВЖД и в борьбе с бандами басмачей в Средней Азии. Бронеавтомобиль обладал массой в 4,14 тонны и имел бронирование на уровне 4-7 мм. Его главным вооружением была 37-мм пушка конструкции барона Михаила Федоровича фон Розенберга – дяди того самого Альфреда Розенберга, который являлся одни из идеологов НСДАП. Данное орудие, обладая длиной ствола всего лишь в 19 калибров, имело слабую бронепробиваемость и было непригодно для борьбы с танками. На расстоянии в 200 метров его снаряд пробивал броню в 10 мм, на расстоянии в 100 метров – 12 мм.
Бронеавтомобили семейства БА – Средний бронеавтомобиль – БА-10
Средний бронеавтомобиль БА-6

Полностью осознавая беспомощность данного бронеавтомобиля в борьбе с танками противника, в СССР начали работы над более совершенным бронеавтомобилем. Стремясь усилить огневые возможности машины, в 1934 году конструкторами был разработан новый бронеавтомобиль БА-3, который получил башню от танка Т-26. Разнообразные по назначению 45-мм снаряды установленной в данной башне пушки имели существенно большую начальную скорость и пробитие, а совершенная система наводки помогала вести достаточно точный, прицельный огонь.

К 1935 году на Горьковском заводе было освоено производство нового грузового автомобиля ГАЗ-ААА, имеющего трехосное шасси. По сути это был трехосный вариант полуторки, у которого два задних моста были ведущими. В том же 1935 году ворота завода покинул новый бронеавтомобиль, получивший название БА-6. Его бронирование было увеличено и доведено до 9-мм. Еще через год он был заменен в производстве версией БА-6М и, наконец, в 1938 году методом проб и ошибок был создан новый средний бронеавтомобиль БА-10. Базой для него послужило шасси грузовика ГАЗ-ААА, но с укороченной рамой. Ее задняя часть была сокращена на 400 мм, а из средней части вырезали 200 мм.

Параллельно с ним был спроектирован еще один бронеавтомобиль – БА-9, который вооружался одним 12,7-мм крупнокалиберным пулеметом ДК, который устанавливался в башне вместо стандартной спаренной пушечно-пулеметной установки. Данная машина проходила испытания весной 1937 года. После этого даже было принято решение о ее серийном выпуске, но по причине отсутствия должного количества крупнокалиберных пулеметов БА-9 серийно не производился.
Бронеавтомобили семейства БА – Средний бронеавтомобиль – БА-10

Бронеавтомобиль БА-10 был спроектирован по классической компоновочной схеме, которая предусматривала переднее расположение двигательной установки. Две пары задних колес были ведущими, передние были управляемыми. Экипаж бронеавтомобиля включал в себя 4 человека: водителя, командира машины, наводчика и пулеметчика. Длина бронеавтомобиля составлял 4655 мм, ширина – 2070 мм, высота – 2210 мм. Боевая масса машины составляла – 5,14 т., что позволяло БА-10, оснащенному 50-сильным двигателем М-1, развивать по шоссе скорость до 53 км/ч. Бронеавтомобиль отличался хорошей проходимость, а благодаря низко подвешенным, свободно вращающимся запасным колесам мог спокойно преодолевать даже траншеи.

Корпус бронеавтомобиля был полностью закрытый, клепано-сварной, он производился из листов катаной стали разной толщины, которые везде были установлены с рациональными углами наклона, что увеличивало степень защищенности экипажа. Для изготовления днища применялись листы толщиной в 4 мм, для крыши – 6 мм листы, бортовое бронирование корпуса имело толщину в 8-9-мм, а лобовые детали бронеавтомобиля были представлены листами толщиной в 10-мм. Топливные баки БА-10 прикрывались также дополнительными бронелистами. Для посадки и высадки экипажа по бортам располагались прямоугольные двери, имеющие небольшие окна, которые оборудовались бронекрышками со смотровыми щелями. Для навешивания дверей применялись внутренние петли, что позволяло сократить количество мелких деталей на внешней поверхности корпуса.

За отделением управления располагалось боевое отделение, крыша которого находилась на уровне ниже крыши кабины водителя. За счет применения ступенчатой формы крыши корпуса конструкторам удалось уменьшить общую высоту машины. Непосредственно над боевым отделением находилась сварная коническая башня кругового вращения, имеющая большой полукруглый люк, с откидывающейся вперед крышкой. Через люк можно было попасть в машину или покинуть ее, а также осуществлять наблюдение за местностью. Помимо этого, в боевой обстановке обзор обеспечивался за счет смотровых щелей, которые находились в бортах башни.
Бронеавтомобили семейства БА – Средний бронеавтомобиль – БА-10

В качестве основного вооружения БА-10 использовалась 45-мм пушка 20К обр. 1934 года и спаренный с ней 7,62-мм пулемет ДТ, установленные в цилиндрической маске двухместной башни. Пушка служила для борьбы с бронетехникой противника: танками, самоходками, бронемашинами. Для 1930-х годов ее бронепробиваемость была более чем достаточной. На расстоянии в 500 метров по нормали снаряд, выпущенной из данной пушки, мог пробить 43-мм броню.

Обладало орудие и возможностями борьбы с пехотой. Для этого оно оснащалось картечью и осколочной гранатой. 45-мм осколочная гранта при взрыве образовывала около 100 осколков, которые сохраняли свою убойную силу при разлете в глубину на 5-7 метров и по фронту на 15 метров. Картечные же пули при стрельбе образовывали зону поражения на расстоянии в 60 метров по фронту и до 400 метров в глубину. Помимо этого в боекомплект орудия могли включаться бронебойно-химические и дымовые снаряды. Бронебойно-химические снаряды предназначались для отравления гарнизонов ДОТов и экипажей танков. Они содержали до 16 г. состава, которые в ходе химической реакции превращался в синильную кислоту.

Наведения оружия на цель в вертикальной плоскости производилось в секторе от -2 до +20 градусов. В состав боекомплекта БА-10 входили 49 выстрелов к орудию и 2079 патронов к 2-м пулеметам ДТ. Круговое вращение башни производилось при помощи ручного механизма поворота. Для ведения прицельного огня в распоряжении командира и наводчика машины имелся перископический панорамный прицел ПТ-1 обр. 1932 года и телескопический прицел ТОП образца 1930 года.
Бронеавтомобили семейства БА – Средний бронеавтомобиль – БА-10
Немцы осматривают трофейные бронеавтомобили БА-10

В передней части бронеавтомобиля располагался моторный отсек, в котором устанавливался карбюраторный четырехцилиндровый двигатель жидкостного охлаждения ГАЗ-М1, имеющий рабочий объем в 3280 см3, данный двигатель развивал максимальную мощность в 50 л.с. при 2200 об/мин, что позволяло БА-10 передвигаться по дорогам, имеющим твердое покрытие, со скоростью до 53 км/ч. С учетом полной заправки бронеавтомобиль мог преодолеть от 260 до 305 км. в зависимости от состояния дорожного покрытия. С двигателем ГАЗ-М1 взаимодействовала трансмиссия, в состав которой входили четырехступенчатая коробка передач (4 вперед, 1 назад), однодисковое сцепление сухого трения, демультипликатор, главная передача, карданная передача, механические тормоза. При этом тормоза с передних колес машины были сняты и был введен центральный тормоз в трансмиссии.

Ходовая часть бронеавтомобиля была трехосной и неполноприводной (6x4). В ходовой части использовались шины ГК размером 6,50-20. На передней оси БА-10 были установлены односкатные колеса, на двух задних ведущих осях – двухскатные. Запасные колеса устанавливались по бортам корпуса и свободно вращались на своих осях. Такая схема не позволяла бронеавтомобилю сесть на днище и облегчала преодоление различных препятствий: рвов, окопов и насыпей. Он легко преодолевал подъемы крутизной в 24°, а также броды глубиной до 0,6 метра. Для увеличения проходимости машины на задние скаты могли устанавливаться легкие металлические гусеницы типа «Оверолл». Передние колеса БА-10 прикрывали крылья обтекаемой формы, задние прикрывались широкими и плоскими крыльями, которые образовывали над колесами полки, на которых закреплялись различные ящики с инструментами, с запасными частями и другим штатным снаряжением.

Со временем увидела свет и модернизированная версия машины – БА-10М, которая отличалась новыми бензобаками емкостью по 54,5 литра каждый. Бензобаки были расположены в специальных бронекожухах по бортам машины вдоль крыльев задних колес. Бензопроводы проходили по днищу машины и были уложены в специальные бронированные планки. Ходовые качества от этого не улучшились, но живучесть машины в боевых условиях удалось повысить, так как в случае пробития топливных баков горючее выливалось наружу корпуса. Помимо этого БА-10М получил бронезащиту пулеметной установки, смонтированной в корпусе по ходу движения, ящик ЗИП для прицельного оборудования, а также новый поворотный механизм башни. Также на бронеавтомобиле изменили установку глушителя и ввели ряд других несущественных усовершенствований, которые делали работу экипажа более комфортной. При этом масса БА-10М составила 5500 кг., что никак не отразилось на динамических качествах машины. Стоит отметить, что из-за дефицита в СССР радиооборудования далеко не все бронеавтомобили были оснащены радиостанциями 71-ТК-1.

Андрей Подзоров, 24-07-2017 06:00 (link)

Средний танк Т-28

Средний танк Т-28
Средний многобашенный танк Т-28, наряду со своим тяжелым "собратом" Т-35, был символом мощи Рабоче-Крестьянской Красной Армии в предвоенные годы. Его облик знаком многим по кадрам кинохроники, запечатлевшим могучие стальные крепости, проходящие в парадном строю по Красной Площади.
В 1931 году коллектив Опытного конструкторско-механического отдела Машиностроительного завода "Большевик" в Ленинграде, возглавляемый Н. В. Барыковым, приступил к проектированию трехбашенного среднего танка, предназначенного для качественного усиления общевойсковых соединений при прорыве укрепленных оборонительных полос.
Ведущим конструктором проекта был назначен Н.В.Цейц. В конце года первый прототип нового танка был выведен на заводские испытания.
В главной башне прототипа размещалась 45-мм танковая пушка и пулемет ДТ в шаровой установке. В двух малых пулеметных башнях устанавливались еще два ДТ. Для поворота главной башни использовался электропривод, что являлось новинкой для того времени, а для удобства работы экипажа в ней имелся также подвесной полик. Конструкция ходовой части танка, весившего 18 тонн, придавала ему необходимую плавность хода и обеспечивала преодоление препятствий. Вместе с тем, при первом же испытании в ней выявилось большое число недоработок, как впрочем и в силовой установке.
Средний танк Т-28 в музее
В связи с загруженностью танкового производства завода "Большевик" (выделенного в 1932 году в самостоятельный завод № 174 им К.Е.Ворошилова) программой выпуска танка T-26, серийное производство трехбашенного среднего танка было поручено заводу "Красный путиловец" (с 1934 года - "Кировский завод"). Проектная документация и опытный образец танка поступили туда в октябре-ноябре 1932 года.
Для обслуживания серийного производства при техническом отделе заводоуправления была создана специальная конструкторская группа, преобразованная в 1934 году в специальное конструкторское бюро СКБ-2, которое возглавил О.М.Иванов. Конструкторской же группой первоначально руководил Н.Ф.Комарчев, а с 1933 года А.Г.Ефимов.
Для оказания помощи при организации серийного производства на "Красный путиловец" был направлен начальник ОКМО Н.В.Барыков. В мае 1937 года после ареста О.М.Иванова, начальником СКБ 2 стал 29-летний Ж.Я.Котин.
К 25 февраля 1933 года были изготовлены первые 8 бронекорпусов и началась сборка первых четырех танков. К 1 мая завод выпустил 12 танков, 10 из которых приняли участие в первомайском параде в Москве, а два в Ленинграде. 11 августа 1933 года танк был принят на вооружение мотомеханизированных войск РККА под маркой Т-28.
Танки Т-28 во Львове
1939 г. Сентябрь. 10 танковая бригада вступает во Львов. Угол улиц И.Франко и Пекарской.
Заказ РККА на 1933 год составлял 90 танков, однако в войска была сдана только 41 машина. Т-28 производился в течение восьми лет, и всего за это время было выпущено 503 танка.
 Серийный Т-28 существенно отличался от прототипа. При сохранении общей компоновки и схемы расположения башен существенным изменениям подвергся корпус, конструкция которого стала сварной. В главной башне измененной формы с развитой кормовой нишей, вместо 45-мм установили 76,2-мм пушку.
Подверглись усовершенствованию ходовая часть и моторно-трансмиссионное отделение. Танк Т-28 производился несколькими сериями. Начиная со второй серии, в конструкцию танка вносились многочисленные (более 600) изменения.
 
Компановка танка Т-28
Компановка танка Т-28
Вместе с тем, крупных модернизаций, сильно затронувших боевые характеристики танка, было только три. С 1938 года начала устанавливаться новая более мощная 76,2-мм пушка Л-10. Справедливости ради следует отметить, что исправных Л-10 не хватало и часть танков по-прежнему оснащалась КТ. С декабря следующего года, с учетом опыта боев на Карельском перешейке, броню танка усилили экранами. Толщина лобовых листов корпуса и башен выросла до 50-80 мм, а бортовых и кормовых – до 40 мм. Масса такого танка, получившего индекс Т-28э (экранированный), возросла до 32 тонн. И, наконец, в 1940 году были выпущены танки последней серии, имевшие главные башни конической формы.
фото среднего танка т-28Следует отметить, что в процессе серийного производства удалось достигнуть высокой степени унификации с тяжелым танком Т-35. Например, главная башня (как цилиндрической, так и конической формы) и пулеметные башни на обоих типах машин были одинаковые. Первоначально, танк вооружался 76,2-мм танковой пушкой КТ ("Кировская танковая" - КТ-28) обр.1927/32 года, в установке которой использовалась качающаяся часть 76,2-мм полковой пушки образца 1927 года.
Малые башни вооружались одним пулеметом ДТ в шаровой установке. Каждая башня могла вращаться от упора в стенку кабины механика-водителя до упора в стенку корпуса танка, горизонтальный угол обстрела при этом составлял 165°.
На танках последних серий на люке наводчика появилась зенитная турельная установка П-40 с пулеметом ДТ, снабженным коллиматорным прицелом для стрельбы по воздушным целям.
В целом конструкцию танка Т-28 можно признать достаточно совершенной для своего времени. Состав и расположение вооружения, применительно к идее многобашенной компоновки, были оптимальными. Три башни, размещенные в два яруса, при независимом их управлении обеспечивали эффективное сопровождение пехоты массированным огнем, который мог управляться и корректироваться одним командиром (чего не скажешь о Т-35, пятью башнями которого управлять в бою одному командиру было физически невозможно).
Украина. Лето 1941. Два танка т-28Вместе с тем, танк имел и существенные недостатки, особенно в системах двигателя и трансмиссии. Быстро изнашивалась и ходовая часть: лопались рессоры, выходили из строя детали подвески, ломались шестерни бортовых передач. Танки с трудом проходили приемосдаточный пробег, а затем на завод начинали поступать рекламации из войск. Несмотря на ряд переделок и улучшений - усиление амортизаторов ходовых тележек, применение опорных катков с внутренней амортизацией, постоянное совершенствование агрегатов двигателя и трансмиссии - недостатки полностью устранить не удалось. Во многом это было связано как со скудной агрегатной базой, так и с достаточно низкой технологией изготовления. Не сразу были готовы к приему столь сложных боевых машин и войска.
Боевое применение Т-28.
Фото подбитого танка т-28Первые 10 танков поступили во 2-й отдельный танковый полк Резерва Главного Командования (РГК) Ленинградского военного округа. Отдельные танковые части РГК ведут свое существование с 1924 года. 2-й танковый полк был сформирован в 1929 году. В последующие годы по мере поступления новых танков сформировали еще четыре танковых полка РГК в Смоленске, Киеве, Харькове и Слуцке. Организация этих полков претерпела несколько изменений.
Т-28 по пути на фронт. Зимняя война, 1940.
К концу 1935 года они состояли из трех батальонов по 30 танков в каждом. На их вооружение поступали средние (Т-28) и тяжелые (Т-35) танки. В декабре 1935 года танковые полки были развернуты в отдельные тяжелые танковые бригады. Тяжелая танковая бригада на танках Т-28 состояла из трех линейных батальонов, учебного батальона, батальона боевого обеспечения и других подразделений.
Еще одно фото подбитого танка т-28Организация тяжелых танковых бригад была утверждена Наркомом обороны 12 декабря 1935 года. Приказом Наркома обороны от 21 мая 1936 года тяжелые танковые бригады выделили в Резерв Главного Командования. Танковые части и соединения РГК готовились по специально разработанной программе в соответствии с их общим предназначением. Их предусматривалось использовать для качественного усиления стрелковых дивизий и корпусов при прорыве сильно укрепленных позиций противника. В 1939 году имелись четыре тяжелых танковых бригады. 4-я, 5-я, 10-я и 20-я, дислоцировавшиеся соответственно в Киевском Особом, Харьковском, Западном Особом и Ленинградском военных округах. 5-я танковая бригада была смешанного состава, наряду с Т-28 в ней имелись танки Т-35.
Первыми приняли участие в боевых действиях 4-я и 10-я тяжелые танковые бригады Они отличились во время "освободительного похода" в Западную Украину в сентябре 1939 года.
Два танка Т-28 вступают в бой. Украина. Лето 1941.
По результатам применения танковых частей, автобронетанковые войска Красной Армии в ноябре 1939 года, перешли на новую организацию. Танковые бригады Т-28 теперь должны были быть трехбатальонного состава, по 156 машин (из них 39 БТ). В последующем их намечалось перевооружить танками KB-1.
30 ноября 1939 года начался советско-финский вооруженный конфликт, в котором принимали участие 10-я и 20-я тяжелые танковые бригады. За финскую кампанию 20-я танковая бригада им. С.М.Кирова (командир - комбриг Борзилов) была награждена орденом Красного Знамени.
Танки т-28 на парадеВ "Зимней войне" танки Т-28 использовались в основном для стрельбы прямой наводкой по амбразурам финских ДОТов. При этом 30-мм броня танка не спасала его от огня вражеской противотанковой артиллерии, что и обусловило их довольно высокие потери. Именно по результатам этих боев появился экранированный танк - Т-28э.
Во время конфликта два Т-28 были захвачены финнами. В 1941 году к ним добавились еще пять. В составе единственной финской танковой бригады они использовались практически до 1945 года.
Захваченный финнами Т-28. Зима 1942.
В 1944 году один из них переоборудовали в эвакуационную машину (с него сняли все башни) и использовали в этом качестве вплоть до 1951 года. Никуда более танки Т-28 не поставлялись. Ходят слухи, что в 1935 году два Т-28 были проданы Турции. Однако документов, подтверждающих этот факт, пока не найдено.
С началом формирования механизированных корпусов, в марте 1940 года, автобронетанковые войска Красной Армии стали переходить от бригадной организации к дивизионной. В это время были расформированы все танковые бригады, в том числе и тяжелые, а их танкам укомплектовывались вновь создаваемые соединения. Так например, на 22 июня 1941 года 75 танков Т-28 имелось в составе 8-й танковой дивизии 4-го мехкорпуса, еще пятью машинами располагала 10-я танковая дивизия 15-го мехкорпуса. Эти мехкорпуса входили в состав Киевского Особого военного округа. Имелись Т-28 и в 5-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса и 3-й танковой дивизии 1-го мехкорпуса. Последние мехкорпуса дислоцировались соответственно в Прибалтийском Особом и Ленинградского военных округах. Всего же по состоянию на 1 января 1941 в войсках насчитывалось 441 танк Т-28.
фото танка т-28, вид изнутри15 июля 1941 года 16-й механизированный корпус получил приказ Командующего Юго-Западным фронтон нанести удар по фашистским войскам из района Казатин на Житомир. В этом ударе принимал участие и 29-й танковый полк 15-й танковой дивизии, в составе которого, в числе прочих машин, имелись и Т-28.
Во время контратаки на деревню Семеновку (под Бердичевым) взвод Т-28 под командованием младшего лейтенанта Василия Сумцова поджег три немецких танка, раздавил два противотанковых орудия, миномет семь автомашин, расстрелял до сотни гитлеровцев.
Другой пример с уверенностью можно отнести к числу уникальных. В конце июня 1941 года, когда немецкие войска заняли Минск, в город неожиданно ворвался советский танк. Это был Т-28, управляемый старшим сержантом Д.И.Малько. На предельной скорости он промчался по улицам, давя гусеницами вражеских солдат, тараня тягачи и автомобили. Фактор внезапности сыграл свою роль. Танк прошел практически через весь город (он ворвался в Минск с запада) и был подбит только на его восточной окраине. Малько был ранен, но все же сумел покинуть горящий танк. После войны за этот бой он был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.
Участь Т-28 в первые дни войны мало чем отличалась от участи другой техники, состоявшей на вооружении войск приграничных округов. Практически вся она, включая танки новых типов, была потеряна в первые два месяца войны.
В дальнейшем немногие из уцелевших Т-28 применялись вплоть до 1943 года на Ленинградском фронте и зимой 1941-1942 года в битве за Москву.
Подбитый Т-28. Рядом - мертвый танкист. Лето 1941.
В своей книге "Москва-Сталинград-Берлин-Прага" Д.Д.Лелюшенко вспоминает, что во время боев под Москвой осенью 1941 года 16 танков Т-28 , без моторов, обнаруженные в районе НИБТ Полигона, были зарыты в землю и использовались в качестве неподвижных огневых точек.
К лету 1941 года танк Т-28 считался безнадежно устаревшим. Это безусловно так, поскольку к тому времени полностью отжила сама концепция многобашенной компоновки. Наглядный пример тому - танк Т-34-76. При равной массе и мощности двигателя, примерно одинаковой огневой мощи и несколько более сильном бронировании (а по сравнению с Т-28э даже более слабом) "тридцатьчетверка" оставляла малоподвижному и громоздкому "двадцатьвосьмому" немного шансов на поле боя. Но это Т-34, который при всех своих недостатках, вне всякого сомнения являлся скачком вперед в мировом танкостроении. А что же противник?
Средний танк T-28, схема
 
Почти не превосходя Т-28 (и уступая Т-28Э) в бронировании немецкие средние танки Pz Kpfw III и Pz.Kpfw IV существенно опережали его по подвижности. И это было вполне естественно - по сравнению с ними Т-28 был чудовищно длинным. Отношение L/B (длины опорной поверхности к ширине колеи) равнялось у него 2,04, в то время как у немецких танков 1,2 и 1,43 (у Т-34 - 1,5). А именно это соотношение очень важно: чем оно меньше, тем выше маневренность боевой машины.
По вооружению же Т-28 абсолютно превосходил все немецкие средние танки. Пушка Л-10 (как, впрочем, и КТ-28) могла эффективно поражать танки Вермахта на запредельных для их орудий дистанциях.
На Т-28 в порядке эксперимента устанавливали минный трал ТМ-35, прибор подводного хода (Т-28ПХ). На шасси Т-28 была создана САУ СУ-8, вооруженная 152-мм мортирой. Так же, развивая идею танка с колесно-гусеничным движителем на базе Т-28 был создан колесно-гусеничный танк Т-29, который был даже принят на вооружение в 1936 году, но в серию не пошел.

Легкий танк Т-26




Серийный выпуск танков Т-26 продолжался до 1941 г. На вооружении танковых частей РККА танки Т-26 оставались до конца войны.

История человечества знает немало примеров, когда талантливые, одаренные люди или выдающиеся идеи и изобретения получали признание во всем мире, за исключением собственной родины. Поразительно, но факт — даже история бронетанковой техники изобилует подобными ситуациями. Один из таких примеров — судьба английского танка Vickers-Armstrong Мк.Е, более известного под названием "Виккерс" 6-тонный.Он был создан в инициативном порядке фирмой «Виккерс-Армстронг» в 1930 году в трех вариантах: двухбашенном (А), однобашенном (В) и в варианте танка-истребителя (С).Первый вооружался двумя пулеметами Vickers калибра 7,7 мм с водяным охлаждением, второй— 47-мм пушкой, а третий, внешне походивший на двухбашенный вариант, дополнительно вооружался двумя 37-мм пушками, которые размещались в лобовом и кормовом листах корпуса. Впрочем, танк-истребитель предполагалось изготавливать только по специальному заказу покупателей.Ни один из трех вариантов не вызвал никакого интереса у британских военных. И это неудивительно! Машина не вписывалась в классификацию танков, принятую в Великобритании. С самого начала «Виккерс 6-тонный» предназначался для продажи странам «второго мира» («третьего мира» тогда еще не существовало), под которыми подразумевались государства Восточной Европы, включая СССР, немногочисленные независимые государства Азии, а также страны Латинской Америки. Расчет руководства фирмы оказался верным. Одними из первых танком заинтересовались СССР и Польша.

Советская закупочная комиссия, возглавляемая И.А.Халепским — начальником недавно созданного Управления механизации и моторизации РККА, 28 мая 1930 года заключила контракт с английской фирмой Vickers на производство для СССР 15 двухбашенных танков "Виккерс" 6-тонный. Первый танк был отгружен заказчику 22 октября 1930 года, а последний — 4 июля 1931-го. В сборке этих танков принимали участие и советские специалисты. В частности, в июле 1930 года на заводе Vickers работал инженер Н.Шитиков. Каждая изготовленная в Англии боевая машина обошлась Советскому Союзу в 42 тыс.руб. (в ценах 1931 года). Для сравнения скажем, что сделанный в августе того же года «основной танк сопровождения» Т-19 стоил свыше 96 тыс.руб. Кроме того, танк В-26 (такое обозначение получили в СССР английские машины) был проще в изготовлении и эксплуатации, а также обладал лучшей подвижностью. Все эти обстоятельства и предопределили выбор УММ РККА. Работы по Т-19 были свернуты, а все силы брошены на освоение серийного производства В-26.

Однако первоначально речь не шла о стопроцентном воспроизведении британского прототипа. Так, 16 — 17 января 1931 года состоялось заседание комиссии под председательством начальника технического управления УММ РККА Г.Г.Бокиса, на котором были выданы два технических задания на проектирование танков сопровождения пехоты с использованием удачных конструктивных решений В-26.

Конструкторская группа С.А.Гинзбурга занялась разработкой синтезированного варианта — боевой машины, получившей название Т-19 «улучшенный», с использованием узлов и агрегатов как Т-19, так и В-26. Для него создали новую коническую башню со спаренной установкой 37-мм пушки ПС-2 и пулемета ДТ. Эскизный проект танка был утвержден уже 26 января 1931 года. В заключении комиссии говорилось, что этот танк является не только более мощным, чем В-26, но и «более дешевым, а также простым в производстве, чем простое копирование уже неновой английской машины».
В свою очередь, ВАММ им. И.В.Сталина начала разработку «Танка малой мощности» (ТММ) в двух вариантах — ТММ-1 и ТММ-2. Корпус и компоновка ТММ-1, по сравнению с британским прототипом, были изменены в связи с установкой 6-цилиндрового американского двигателя «Геркулес» мощностью 95 л.с. вместо 4-цилиндрового английского Armstrong-Siddley. Место механика-водителя перенесли справа налево. Лобовую броню усилили до 15 — 20 мм, а в лобовом листе корпуса справа установили пулемет ДТ (первоначально предполагалась 37-мм пушка), который обслуживал четвертый член экипажа. Вооружение в башнях сохранилось как у британского образца—два пулемета Vickers с водяным охлаждением. Трансмиссия танка также была полностью заимствована у В-26.

Танк ТММ-2 помимо двигателя «Геркулес» оснастили улучшенной коробкой передач и механизмом поворота без бортовых фрикционов.
 В качестве третьей огневой точки в корпусе предполагалось установить скорострельный пулемет, но на изготовленном образце он отсутствовал. Впрочем, уже на ранней стадии проектирования целесообразность работы была взята под сомнение. На очередном заседании комиссии под председательством Г.Бокиса 23 января 1931 года против отечественных разработок неожиданно резко выступили представители заводов «Большевик» и ХПЗ К.К.Сиркен и Л.С.Владимиров. Свою позицию они мотивировали тем, что двигатель «Геркулес», которым помимо танков ТММ оснащался и Т-19 «улучшенный», усложнит выпуск танков. В этом плане двигатель В-26 казался им предпочтительнее. С мнением представителей промышленности согласились и представители Мобилизационного управления Красной Армии.

Следует отметить, что впоследствии эта точка зрения нашла свое подтверждение. В ходе испытаний танков ТММ-1 и ТММ-2 в первой половине 1932 года они не продемонстрировали никаких преимуществ перед В-26. Более того, коробка передач и механизм поворота ТММ-2 оказались даже хуже, чем у «Виккерса». Двигатель «Геркулес» из-за неудачного режима работы сильно перегревался, а маневренность танка заметно ухудшилась. В сентябре 1932 года все работы по этим машинам были прекращены.

Но вернемся к В-26. 13 февраля 1931 года постановлением Реввоенсовета СССР танк «Виккерс-26» приняли на вооружение Красной Армии под индексом Т-26. Его производство предполагалось развернуть на строящемся Челябинском тракторном заводе, затем на Сталинградском (тоже строящемся), причем на последнем планировалось создать специальный цех, способный выпускать в военное время до десяти тысяч танков в год. Но в итоге остановились на ленинградском заводе «Большевик» (бывший Обуховский завод), уже имевшем опыт танкостроения. Проектные работы по подготовке серийного производства, как, впрочем, и все дальнейшие работы по модернизации танка, проводились под руководством С.А.Гинзбурга.

Для выполнения большой программы производства Т-26 из завода «Большевик» были выделены цеха, выпускавшие танки, и образован самостоятельный завод № 174 имени К.Е.Ворошилова. В 1931 году изготовлено 120, а сдано армии сто боевых машин.Проанализировав итоги работы завода «Большевик» в 1931 году, Комитет Обороны программу выпуска в 1932 году 1600 танков не скорректировал. При этом заводу было разрешено вносить «изменения в конструкцию и методику изготовления танков, не снижающие их боевых качеств и способствующие увеличению выпуска». Кроме того, к производству бронекорпусов привлекались Кулебакский, Выксунский и Мариупольский заводы. К выпуску же двигателей предполагалось привлечь НАЗ (впоследствии ГАЗ) и АМО.

В феврале 1932 года на базе танкового производства завода «Большевик» был организован новый завод № 174.
Его директором назначили К.К.Сиркена, а главным конструктором С.А.Гинзбурга.Несмотря на все эти мероприятия, план 1932 года выполнить не удалось. Еще в апреле К.К.Сиркен докладывал, что отставание от графика сборки танков происходило главным образом по вине смежников, которые затягивали поставку узлов и агрегатов. Кроме того, последние были крайне низкого качества. По двигателям доля брака доходила до 88%, а по бронекорпусам —до 41%. В 1932 году завод №174 изготовил 1410 танков, предъявил к сдаче 1361, а войска приняли только 950. Подобная картина наблюдалась и в дальнейшем. Тем не менее, до второй половины 1941 года заводские цеха покинули 11 218 танков. Т-26 стал самой массовой боевой машиной Красной Армии в предвоенный период.

Прежде чем приступить к описанию модификаций танка Т-26, необходимо сказать несколько слов об особенностях обозначения советской бронетехники, в большинстве случаев никак эти модификации не выделявших.Так, танки Т-26 различных моделей, выпускавшиеся 10 лет, никаких буквенных индексов не получали. В документах армии и промышленности встречаются в основном два типа обозначений.Первый — использован в приведенной выше таблице. В ней «двадцатьшестые» разбиты на «двухбашенные», «линейные» (т.е. однобашенные с 45-мм пушкой и без радиостанции), «радийные» (то же, что и «линейные», но с радиостанцией), «химические» (т.е. огнеметные, но это уже отдельная тема и не о них сейчас речь, как, впрочем, и о «саперных» или телетанках, обозначенных ТТ-ТУ).

Помимо классификации по числу башен и наличию радиостанции существовала классификация и по второму типу внешних признаков. Так, например, в документах и руководствах службы можно встретить такие обозначения, как «Танк Т-26 с цилиндрической башней», «Радиотанк Т-26 с цилиндрической башней», «Танк Т-26 с конической башней», «Танк Т-26 с конической башней и наклонной подбашенной коробкой» и т.д. Для облегчения распознавания той или иной модификации в литературе обычно используются обозначения типа: Т-26 образца 1933 года или Т-26 образца 1938 года. Эта довольно удобная система обозначений, но не имеющая ничего общего с официальной, и будет использоваться ниже.

 
Танк Т-26 образца 1931 года


С осени 1931 года на танках так называемой «второй серии» стали устанавливаться башни увеличенной высоты со смотровым окном. В крышке люка механика-водителя прорезали смотровую щель, но еще без стеклоблока триплекс.
С 1 марта 1932 года на Т-26 над коробом воздуховывода начали устанавливать специальный кожух, предохранявший от осадков, прежде всего — снега. Спустя месяц этот кожух стал выполняться как единое целое с коробом воздуховывода.

На танке устанавливался карбюраторный, 4-цилиндровый двигатель воздушного охлаждения Т-26, представлявший собой копию английского двигателя «Армстронг-Сиддлей».Цилиндры двигателя располагались горизонтально. Мощность двигателя — 90 л.с. при 2100 об/мин. Диаметр цилиндра — 120 мм, ход поршня— 146 мм. Степень сжатия—4,75 — 4,8. Справа от двигателя размещался топливный бак емкостью 182 л, а в кормовой части танка, за двигателем — масляный бак емкостью 27 л. В качестве топлива использовался очень качественный бензин 1-го сорта, так называемый «Грозненский», а в системе смазки — авиамасла ААС (летом) и АВ (зимой). На более низкосортных бензине и масле двигатель быстро выходил из строя.

Механическая трансмиссия состояла из однодискового главного фрикциона сухого трения, карданного вала, пятискоростной коробки передач, бортовых фрикционов, бортовых передач и ленточных тормозов, располагавшихся на корпусах бортовых фрикционов.В ходовую часть применительно к одному борту входили восемь сдвоенных обрезиненных опорных катков диаметром 300 мм, сблокированных попарно в четыре балансирные тележки, подвешенные на листовых четверть эллиптических рессорах, четыре обрезиненных поддерживающих катка диаметром 254 мм, направляющее колесо с кривошипным натяжным механизмом и ведущее колесо переднего расположения со съемными зубчатыми венцами (зацепление цевочное). Гусеницы шириной 260 мм изготавливались из хромоникелевой или марганцовистой стали.


Средств внешней связи на линейных танках не было. Для связи командира с механиком-водителем первоначально устанавливалась «звуковая труба», впоследствии замененная светосигнальным устройством.

В начале 1932 года встал вопрос об усилении вооружения Т-26, так как пулеметные машины не могли «поражать огневые точки неприятеля на большом расстоянии и обороняться от нападения вражеских танков-истребителей». В марте 1932 года на АНИОП прибыл танк Т-26, вместо правой башни которого была установлена малая орудийная башня опытного тяжелого танка Т-35-1, вооруженная 37-мм пушкой ПС-2. По окончании испытаний, давших удовлетворительные результаты, башню демонтировали и вернули на Т-35-1. В апреле того же года такие башни испытывались еще на двух танках Т-26.

Орудие ПС-2 имело для своего времени очень хорошие характеристики, но на вооружение РККА принято не было, так как ГАУ отдавало предпочтение немецкой 37-мм пушке «Рейнметалл». На основе последней была создана и принята на вооружение пушка Б-3(5К). По сравнению с ПС-2, Б-3 имела меньшие откат и размер казенника, что позволяло установить ее в штатную пулеметную башню Т-26 почти без переделок последней.

Однако завод № 8 им.Калинина не смог наладить выпуск пушек Б-3 в необходимых количествах. Их изготовление производилось без разработки технологического процесса, полукустарным путем. Заказ на 300 пушек, выданный в 1931 году, был выполнен только к концу лета 1933-го. Кроме того, с лета 1932 года все наличные орудия Б-3 передавались для вооружения танков БТ-2. Поэтому в правой пулеметной башне Т-26 устанавливалась 37-мм пушка ПС-1 (или «Гочкис-ПС»), хорошо освоенная промышленностью. Правда, выпуск этих орудий сворачивался, а их запас на складах оказался не столь велик, как ожидалось. Поэтому пришлось демонтировать пушки с передаваемых в ОСОАВИАХИМ или списываемых танков Т-18 и даже «Рено». Согласно плану перевооружения, пушки должны были устанавливаться на каждый пятый танк. В действительности же таких машин изготовили несколько больше: из 1627 двухбашенных танков, выпущенных в 1931—1933 годах, пушкой ПС-1 было вооружено около 450 машин.

В 1934 году с целью повышения огневой мощи двухбашенных танков в правой башне Т-26 в опытном порядке была установлена 76-мм динамо-реактивная пушка Курчевского. Испытания этой артсистемы, состоявшиеся в марте 1934 года, выявили как достоинства ее установки на танке, так и недостатки. Огневая мощь танка резко возросла, но пользоваться орудием было крайне неудобно. Особенно много неприятностей вызывало заряжание, которое можно было осуществить только во время коротких остановок. Кроме того, пороховые газы, отводившиеся назад, могли поразить пехоту, следовавшую за танком.
В марте 1932 года в Научно-испытательном институте связи началась работа по созданию специальных танковых средств связи. Уже в сентябре 1932 года первые 10 танков, оборудованные радиостанцией № 7Н, были переданы на испытания. На танках смонтировали по-ручневые антенны, стойки крепления которых располагались на надгусеничных полках. Антенный ввод находился в передней части крыши подбашенной коробки.

Испытания прошли успешно и, как тогда говорили, «радийный танк», или «радиотанк управления» 1 января 1933 года был принят на вооружение. Однако серийное его производство развернуто не было по причине отсутствия серийного выпуска радиостанций.

 
Танк Т-26 образца 1933 года


В марте 1932 года на вооружение Красной Армии была принята 45-мм противотанковая пушка 19К, разработанная на заводе № 8. Вслед за ней спроектировали установку 19К в танк, которая получила название «45-мм танковая пушка обр. 1932 г.» и заводской индекс 20К. По сравнению с ПС-2, танковая пушка 20К имела ряд преимуществ. Несколько увеличилась бронепробиваемость бронебойными снарядами, резко возросла (с 0,645 кг до 2,15 кг) масса осколочного снаряда, а масса взрывчатого вещества в снаряде — с 22 г до 118 г. Наконец, была увеличена скорострельность за счет введения вертикального клинового полуавтоматического затвора.

Правда, отладка полуавтоматики заняла около четырех лет, и первые серии пушек 20К выпускались с 1/4 автоматики, затем с полуавтоматикой на бронебойных и 1/4 автоматики на осколочно-фугасных снарядах, и только в 1935 году стали поступать пушки с отлаженной полуавтоматикой на всех типах боеприпасов.
В декабре 1932 года Комитет Обороны обязал НКТП выпускать танки Т-26 (начиная с машины с заводским номером 1601) с 45-мм пушкой. Под эту пушку, спаренную с пулеметом ДТ, для танков Т-26 и БТ-2 была спроектирована новая башня. Испытания стрельбой показали полную ее надежность. Производство башен под 45-мм пушку началось в конце 1932 года на двух заводах — Ижорском и Мариупольском. Первый выпускал башни усовершенствованного типа (сварные с большой нишей), а Мариупольский первые 230 башен изготовил по первому варианту (клепаные с малой нишей). Большинство клепаных башен было установлено на танки БТ-5 и лишь очень незначительное количество— на Т-26.

Корпус сварной башни имел форму цилиндра наружным диаметром 1320 мм с развитой кормовой нишей. Ниша имела овальную форму и служила противовесом пушки и одновременно местом для укладки боеприпасов или размещения радиостанции. В кормовом листе ниши находился люк с дверцей для демонтажа пушки. В нишах клепаных башен задняя стенка была глухая, без дверцы. В крыше башни имелся прямоугольный люк для посадки экипажа, закрывавшийся двумя крышками. Вооружение однобашенного танка состояло из 45-мм танковой пушки образца 1932 г. и спаренного с нею пулемета ДТ. Углы вертикального наведения находились в пределах от - 8° до +25°.
Пушка имела полуавтоматический затвор механического типа с электромагнитным и ручным спусками, корытообразную люльку, гидравлический тормоз отката, пружинный накатник и секторный подъемный механизм. Стрельба из пушки и пулемета производилась ножными спусками, педали которых располагались на подножке под правой ногой наводчика.

Прицельные приспособления спаренной установки состояли из двух оптических прицелов, танкового телескопического прицела ТОП обр. 1930 г. и танкового перископического панорамного прицела ПТ-1 обр. 1932 г.Кроме того, пулемет имел свой открытый прицел и мог стрелять независимо от орудия. При независимой стрельбе из пулемета сектор обстрела по вертикали составлял ±4,5°.
Боекомплект состоял из 136 пушечных выстрелов (у танков с радиостанцией — 96 выстрелов) и 2898 патронов (46 магазинов).
Выстрелы были уложены в специальных ящиках, расположенных на полу, в левой части боевого отделения. В этих ящиках 54 выстрела располагались в индивидуальных гнездах вертикально в шесть рядов по 9 выстрелов.

Сверху ящики закрывались откидными крышками, которые одновременно являлись и настилом пола боевого отделения.
Еще 30 выстрелов были уложены горизонтально в нише боевого отделения. Двенадцать выстрелов размещались в башне. Снаряды удерживались специальными захватами по шесть штук справа и слева от спаренной установки. Дополнительные 40 выстрелов у танков без радиостанции размещались в нише башни.

Пулеметные магазины (диски) укладывались в специальных железных ящиках на полу корпуса танка. Сверху ящики закрывались откидными крышками, которые вместе с крышками снарядных ящиков являлись общим настилом пола боевого отделения. В ящиках были размещены 40 дисков, еще 6 дисков располагались в специальном стеллаже на стенке башни с правой стороны.Кроме основного пулемета, в танке перевозился запасной пулемет. Он размещался на специальных кронштейнах под настилом пола боевого отделения у левого борта танка.

Конструкция корпуса однобашенных танков ранних выпусков осталась практически без изменений, по сравнению с двухбашенными. Исключение составлял лишь подбашенный лист, на котором ближе к левому борту устанавливалась башня, а в задней части справа имелось вентиляционное отверстие, закрываемое крышкой.Осенью 1933 года в верхнем наклон ном лобовом листе корпуса появился люк доступа к трансмиссии. Первоначально его крышка открывалась в сторону левого борта, а впоследствии — вверх против хода танка. При этом раз меры люка увеличились.

Уже в 1933 году на части танков начали устанавливать радиостанции 71-ТК-1, имевшие поручневые антенны. И если в первый год выпуска однобашенных Т-26 процент радиотанков был невелик (по-видимому, по причине отсутствия необходимого количества радиостанций), то в последующем он составил половину, а затем и превысил количество танков без радиостанций.
В 1934 году была усилена подвеска: толщину рессоры увеличили с 5,5 мм до 6 мм. Фару, крепившуюся неподвижно на вертикальном лобовом листе подбашенной коробки, перенесли на верхний наклонный лист, сделали откидной и в походном положении закрыли броневым колпаком. Сигнал перенесли с левого борта подбашенной коробки на ее лобовой лист.

С 1935 года на танках устанавливалась 45-мм пушка обр. 1934 г.На этой пушке полуавтоматика механического типа была заменена полуавтоматикой инерционного типа. Последняя работала полностью только при стрельбе бронебойными снарядами; при стрельбе осколочными — как четверть автоматики, т.е. открывание затвора и экстрактирование гильз производились вручную и при вкладывании очередного патрона в камору затвор закрывался автоматически. Это объясняется различными начальными скоростями бронебойного и осколочного снарядов.Кроме того, пушка обр. 1934 г. отличалась от предыдущей конструкцией противооткатного устройства и подъемного механизма, был усилен клин затвора, проволоку ножного спуска заменили тросом, усилили крепление люльки с маской, внесли еще ряд небольших усовершенствований.

С 1935 года корпуса и башни танков стали изготавливать с использованием электросварки. Боекомплект пушки уменьшился до 122 выстрелов (у машин с радиостанцией — 82), была увеличена емкость топливного бака. Масса танка возросла до 9,6 т.В 1936 году ввели съемный резиновый бандаж на опорных катках, изменили натяжной механизм и в нише башни установили второй пулемет ДТ. При этом боекомплект пушки сократился со 136 до 102 выстрелов (на танках без радиостанции), а масса танка возросла до 9,65 т. В 1937 году на части машин стали монтировать зенитные пулеметы ДТ на турельных установках П-40, а позже на более совершенных 56-У322Б. На пушке поставили две фары-прожектора так называемого «боевого света», ввели новое ВКУ-3 и переговорное устройство ТПУ-3.
Двигатель форсировали, и его максимальная мощность возросла с 90 до 95 л.с. В 1937 году выпускались только радиотанки, причем с радиостанциями 71-ТК-З.

Боекомплект танков с радиостанцией достиг 147 выстрелов (107 у танков без рации) и 3087 патронов. Масса танка составила 9,75 т.

Корпус танка, по сравнению с машинами обр. 1933 г. последних выпусков, почти не подвергся изменениям. Лишь в днище боевого отделения был введен люк-лаз, а разборные жалюзи с прямыми планками над масляным радиатором заменили на сварные неразборные жалюзи с угловыми планками.
Вместо цилиндрической установили башню конической формы с 45-мм пушкой обр. 1934 г. В пушках выпуска 1937 и 1938 годов появился электрический затвор, обеспечивавший производство выстрела ударным способом и с помощью электротока. Пушки с электрозатвором оснащались телескопическим прицелом ТОП-1 (с 1938 года—ТОС), стабилизированным в вертикальной плоскости. В отличие от танков прежних выпусков, имевших один 182-литровый топливный бак, на машине поставили два таких бака емкостью 110 и 180 л, что позволило увеличить запас хода. Боевая масса составила 10,28 т.

 
Т-26 образца 1938-1939 гг.


К серьёзной модификации Т-26 приступили в 1937 г., когда был оценен первый опыт боёв в Испании. Как оказалось, "двадцать шестые” вполне могли справиться с любым танком противника, не говоря уже про танкетки типа CV 3/35, долгое время составлявших основу бронетанковых войск франкистов, но против огня малокалиберной ПТО броня Т-26 устоять не могла. В добавок советские танкисты получили возможность бегло ознакомиться с новыми французскими танками типа FCM-36 и Hotchkiss H-35, с мощной бронезащитой и наклонными бронелистами корпуса и башни. Ничего аналогичного в СССР в то время не было, если не считать экспериментов с легкими танками БТ-5 и целого ряда нереализованных проектов. Согласно программе модернизации Т-26, намеченной на 1937-1938 гг., инженерам предстояло оснастить танк двигателем мощностью 105-107 л.с., усиленной подвеской, более мощным бронированием с толщиной лобовых листов 20-22 мм и увеличенным боекомплектом до 204 снарядов и 58 пулеметных дисков. Сделать это оказалось легко только на бумаге.

В первую очередь возникли большие проблемы с форсированием бензинового двигателя Т-26, мощность которого была явно недостаточной. Рассмотренные варианты оснащения танка двигателями других типов поддержки не нашли, поскольку часть из них не годилась для установки в Т-26, в то время как другие ещё не прошли испытаний. Работы по модернизации силовой установки завершились только в 1938 г. Вторым слабым местом была подвеска танка, перешедшая от "виккерса” с минимальными изменениями. На момент начала производства она вполне выдерживала массу Т-26 первых серий выпуска, но после серии доработок подвеска оказалась явно перегруженной. Предложить что-либо новое промышленность тогда не могла и из этого положения пришлось выходить при помощи временной меры. Сохранив прежнюю конструкцию подвески в ней использовали более толстые пластины рессор. Это несколько увеличивало массу, но создавало запас прочности. Помимо этого, в ходовой части начали использовать бандажи из неопрена (синтетического каучука советского производства), траки из стали Гартфилда и закаленный ТВЧ пальцы гусеничных цепей.

Изменения также коснулись корпуса, который по проекту должен был получить наклонные бронелисты подбашенной коробки. Изготовить его к намеченному сроку не удалось, зато с новой башней конической формы проблем почти не возникло. В итоге опытный образец танка имел новую башню, двигатель и модифицированную ходовую часть вместе со старым корпусом.

На испытания модифицированный Т-26 поступил весной 1938 г. и показал довольно посредственные характеристики. Потяжелевший танк по-прежнему обладал слабой бронезащитой и недостаточной мощностью двигателя. Его скорость и проходимость, в виду использования узких гусениц старого образца, только ухудшились, а кроме того наблюдалось разрушение гусеничный цепей при больших перегрузках. К серийному производству он принят не был, но в 1938-1939 гг. была выпущена небольшая серия танков со стандартными корпусами и новыми башнями. В современной литературе их обозначают как Т-26 образца 1938 г.
Полностью процесс модернизации удалось довести лишь к середине 1939 г. На новых танках устанавливался штампованный лобовой щиток механика-водителя, а с 1940 г. ввели лобовые и кормовые листы подбашенной коробки толщиной 20 мм, выполненные из гомогенной стали. Двигатель все же оставили прежним, а вот вооружение усилили. На танке устанавливалась 45-мм пушка образца 1938 г. со стабилизированным прицелом ТОС и перископическим ПТ-1, с которой в общей установке был спарен 7,62-мм пулемет ДТ. Углы вертикального наведения составляли от -6° до +22°. Скорострельность орудия составляла 8 выстрелов в минуту при стрельбе на ходу. Запасной пулемет был изъят и на его месте разместили дополнительную боеукладку на 32 выстрела. Общий боезапас увеличился до 205 выстрелов и 3654 патронов.

В начале производства обновленные Т-26 оснащались башенным кормовым и зенитным пулеметом ДТ на туреле П-40, однако в скором времени от кормового пулемета отказались. Что касается зенитного ДТ, то он устанавливался далеко не на всех машинах. С 1939 г. с "линейных” танков начали снимать командирскую панораму ПТК и прицелы ТОС, так как с последними возникли большие трудности в освоении личным составом.

Радиооборудование танка состояло из радиостанции 71-ТК-1 со штыревой антенной. Внутри связь обеспечивалась при помощи переговорного устройства ТПУ-3 на три абонента, но с 1940 г. его заменили на ТПУ-2 на два абонента (командира и водителя).

Для улучшения ремонтопригодности вышедших из строя резиновых бандажей опорных колес их крепление осуществлялось болтами вместо шпилек. После введения всех доработок масса танка выросла до 10250-10300 кг, что потребовало введения пятилистовых рессор подвески, вместо обычных трехлистовых. Тем не менее, ходовые качества Т-26 только ухудшились. Скорость теперь не превышала 30 км\ч, запас хода сократился до 200-225 км по шоссе и до 150-175 км по пересеченной местности.
И все же, танк был принят к серийному производству. По документам он проходил как Т-26-1, но сейчас за ним прочно закрепилось обозначение "Т-26 образца 1939 г.”

В 1940 году был проведен последний цикл изменений конструкции танка Т-26. На часть машин во время войны с Финляндией установили экраны. Цементированную броню подбашенной коробки толщиной 15 мм заменили на гомогенную толщиной 20 мм. Кроме того, ввели унифицированный смотровой прибор, новый погон башни и бакелетирование топливных баков. Масса Т-26 с экранами превысила уже 12 тонн.

 
Т-26М - последняя попытка


Ещё одна попытка "выжать всё” из конструкции Т-26 была предпринята незадолго до появления модификации Т-26-1. В начале 1938 г. в Советский Союз прибыла чехословацкая делегация фирмы Skoda, вместе с которой прибыл один из новейших танков Skoda S-II-a. Интерес к зарубежной бронетехнике АБТУ и наркомат проявляли неспроста – на тот момент чехословацкий танк, обладавший слабым артиллерийским вооружением и бронированием, имел весьма хорошую конструкцию ходовой части. Это позволяло "нарастить” на нем броню до 40-50 мм без особых последствий для подвески. Испытания танка S-II-a является предметом отдельной статьи. Скажем только, что советские танкисты-испытатели остались довольны ходовыми качествами иностранной техники. После рассмотрения отчета об испытаниях правительство СССР сочло возможным начать переговоры на предмет покупки танка вместе с технической документацией для последующего серийного производства S-II-a, однако закончились они безрезультатно. Причиной тому стала откровенная жадность обоих сторон, но преимущество здесь оставалось за советской стороной. Видя, что чехи готовы отдать свой танк только за большие деньги, с санкции наркома обороны СССР в течении одной ночи у ангара, в котором находился S-II-a, часовой временно "отсутствовал”. За эти несколько часов танк был тщательно обмерян советскими инженерами прибывших с заводов №185 и №37. Внимательно изучив полученные данные в АБТУ пришли к выводу, что S-II-a не так уж хорош, как это казалось ранее. От всего танка наибольшую ценность представляли только элементы ходовой части, а именно: подвеска, КПП, механизмы поворота, а также приборы наблюдения и переговорное устройство.

Поскольку самым близким по классу к S-II-a был Т-26 вышестоящее руководство инициировало создание модифицированного танка под индексом Т-26М. Работы начались в конце 1938 г. на заводе №185 конструкторской бригадой под руководством С.Гинзбурга. Танк получил подвеску типа "Шкода” с опорными катками от среднего танка Т-28 и расширенной до 350 мм гусеницей с увеличенной высотой гребней траков. На испытаниях, проведенных в начале 1939 г., Т-26М прошел 655 км со средней скоростью 26,74 км\ч, показав бесспорно лучшие ходовые качества по сравнению с Т-26-1. Самые лестные отзывы заслужила подвеска и конструкция гусениц.

Не дожидаясь завершения испытаний на заводе №174 начали проводить работы по модернизации танка Т-26-1 и доведения его до уровня Т-26М с использованием более мощного дизельного двигателя Д-744 или Д-745, и усиленной до 25 мм лобовой брони. Новый танк получил войсковое обозначение Т-26-5 и заводской индекс "126”, но в ходе проектирования техническое задание несколько раз изменялось. В итоге это привело к созданию двух совершенно разных машин: Т-26-5 – прямого наследника Т-26 и Т-126(СП) – прообраза легкого танка Т-50 с противоснарядным бронированием.

 
Артиллерийский танк Т-26-4


Как упоминалось выше, фирма Vickers разработала три варианта 6-тонного танка, из которых советской стороной был закуплен только один, предназначенный для поддержки пехоты. Танк огневой поддержки, вооруженный 47-мм пушкой, у закупочной комиссии УММ РККА интереса не вызвал. Наши специалисты посчитали такой калибр недостаточным, поэтому 19 марта 1931 года конструкторскому бюро завода «Большевик», АНИП и ВАММ было поручено «спешно разработать и предъявить в срок не позднее 7 ноября 1931 г. проект арттанка сопровождения типа В-26 с вооружением из 76-мм пушки во вращающейся башне, или без таковой».

Наиболее удачный вариант первым предложил коллектив конструкторско-испытательного отдела УММ РККА под руководством Н.Дыренкова. Испытания разработанной им сварной башни А-43 проходили в ноябре — декабре 1932 года. Из-за большого диаметра башенного погона подбашенную коробку удлинили, установив кормовой лист наклонно. Испытания выявили много претензий к конструкции башни и ее вооружению. Иначе и быть не могло, поскольку в танке не удалось разместить полковую пушку обр. 1927 г. из-за большой длины отката, то на испытания пришла машина с 76-мм противоштурмовой пушкой обр. 1910 г. Однако и после установки в 1933 году новой танковой пушки КТ избавиться от главного недостатка башни А-43 — тесноты — не удалось. В пушке КТ («Кировская танковая») обр. 1927/32 г. использовалась качающаяся часть полевой полковой пушки обр. 1927 г. Она имела укороченную длину отката с 1000 до 560 мм, что достигалось поднятием давления в накатнике и тормозе отката, и как нельзя лучше подходила для артиллерийского танка.

После провала испытаний башни Дыренкова разработку новой конструкции под пушку КТ поручили заводу № 174. Заводские конструкторы пошли по пути увеличения размеров штатной башни Т-26 под 45-мм пушку. Установка 76-мм пушки в новой башне получила индекс КТ-26. В 1933 году УММ заказало пять танков Т-26-КТ, более известных как Т-26-4, три из которых должны были быть вооружены пушкой КТ-26, а два — новой 76-мм пушкой ПС-3.
Происхождение названия Т-26-4 пока выяснить не удалось. Возможно, речь идет о четвертой модификации танка Т-26. Хронологически она действительно была четвертой — после двух двухбашенных и одной однобашенной версий.

Испытания танков с пушкой КТ-26 завершились более удачно, чем с ПС-3, хотя последняя, разработанная П.Сячинтовым, по ряду своих характеристик была и более совершенной, чем КТ-26, и более мощной. Для стрельбы из нее использовались выстрелы от «трехдюймовки»— 76-мм пушки обр. 1902 г. Однако эта мощность оказалась избыточной, во всяком случае, при ее установке в Т-26-4. Испытания ПС-3 в этом танке привели к многочисленным поломкам: деформации погона башни, просадке рессор, прогибу подбашенного листа и т.д. Танк вышел из строя и требовал заводского ремонта. От установки ПС-3 в башне Т-26-4 отказались в пользу КТ-26. Несмотря на принятое решение о выпуске пробной партии Т-26-4, этот заказ долго не выполнялся. Лишь в сентябре 1934 года пять Т-26-4 с пушками КТ поступили в войска. Уже 19 сентября имел место досадный эпизод, положивший конец карьере Т-26-4. В ходе учений в одном из танков произошел прорыв газов через затвор в боевое отделение из-за разрушения гильзы. И хотя это происшествие не было связано ни с башней, ни с танком, заказ на изготовление 50 боевых машин в 1935 году отменили. В дальнейшем артиллерийские танки выпускались на шасси танка БТ-7.

Были и еще машины построенные на основе Т-26, из за скудности информации по ним, я приведу лишь список, если же дорогих читателей заинтересует какая либо из машин, то я смогу предоставить лично информацию по ней.

T-26ПT — двухбашенный танк с радиостанцией 71-ТК-1 (1933 г.), выпущено 96 машин.
OT-26 (ХT-26) — химический (огнеметный) танк (1933–1934 гг.). Вооружение: огнеметная установка и пулемет ДТ, выпущена небольшая партия машин.
T-26ПT — с цилиндрической башней и радиостанцией 71-ТК-1 (71-ТК-З) — (1933–1940 гг.). Выпущено 3938 машин.
T-26A (T-26-4) — артиллерийский танк (1933 г.). Вооружение: 76,2-мм пушка КТ-26 и 2 пулемета ДТ, выпущена небольшая партия машин.
СT-26 — саперный танк (мостоукладчик) (1933–1935 гг.). Вооружение: пулемет ДТ, выпущено 65 машин.
TT-26 — легкий химический (огнеметный) танк подавления, вооружение: пулемет ДТ и огнеметная установка.
TУ-26 — танк управления, вооружение: 45-мм танковая пушка 20K образца 1932/38 года и пулемет ДТ, выпущено 55 машин.
OT-130 — химический (огнеметный) танк (1938 г.). Вооружение: огнеметная установка и пулемет ДТ, выпускался серийно.
OT-131 — химический (огнеметный) танк (1938 г.). Вооружение: огнеметная установка и пулемет ДТ, выпущена небольшая партия машин.
OT-132 — химический (огнеметный) танк (1938 г.). Вооружение: огнеметная установка и пулемет ДТ, выпущена небольшая партия машин.
OT-133 — химический (огнеметный) танк (1939 г.). Вооружение: огнеметная установка и 2 пулемета ДТ, выпускался серийно.
OT-134 — химический (огнеметный) танк (1940 г.). Вооружение: 45-мм танковая пушка 20K образца 1932/38 г., 2 пулемета ДТ и огнеметная установка, выпущен опытный образец. Всего было выпущено 1336 огнеметных танков.

 
Боевое применение


Первым танковым соединением, получившим Т-26, была 1-я механизированная бригада имени К.Б.Калиновского (МВО). Машины, поступившие в войска до конца 1931 года, не имели вооружения и предназначались в основном для обучения. Более или менее нормальная их эксплуатация началась только в 1932 году. Тогда же был утвержден новый штат мехбригады, по которому в ее составе должно было быть 178 танков Т-26. По этому штату началось формирование и других механизированных бригад.
Изучение и обобщение опыта учений, проведенных в 1931—1932 годах, выявили необходимость создания еще более крупных соединений. После предварительной проработки этого вопроса Штаб РККА разработал организационно-штатную структуру механизированного корпуса. Их формирование началось с осени 1932 года в Московском, Украинском и Ленинградском военных округах. В корпус входили две мехбригады, одна из которых имела на вооружении танки Т-26, а другая — БТ. С 1935 года мехкорпуса стали вооружаться только танками БТ.

С момента поступления в войска Т-26 обр. 1933 года типовым в мехбригадах на какое-то время стал смешанный взвод, состоявший из одного однобашенного и двух двухбашенных танков. Однако по мере насыщения войск однобашенными танками двухбашенные машины в основном передали в учебно-боевые парки, а также в танкетные и танковые батальоны стрелковых дивизий. К началу 1935 года танковый батальон стрелковой дивизии состоял из трех танковых рот по 15 Т-26 в каждой.
В августе 1938 года механизированные корпуса, бригады и полки были преобразованы в танковые. К концу 1938 года в Красной Армии имелось 17 легкотанковых бригад по 267 танков Т-26 в каждой и три химические танковые бригады, также укомплектованные химическими танками на базе Т-26.

Боевое крещение Т-26 получили в Испании. 18 июля 1936 года в этой стране начался мятеж против правительства республики, возглавленный генералом Франциско Франко. Мятеж поддержала большая часть армии гражданской гвардии и полиции. Высадив Африканскую армию в континентальной Испании, в течение нескольких недель Франко захватил половину территории страны. Но в крупных промышленных центрах севера— Мадриде, Барселоне, Валенсии, Бильбао и других мятеж не удался. В Испании началась гражданская война.

Уступая просьбе республиканского правительства, правительство СССР приняло решение продать испанцам военную технику и направить в Испанию военных советников, в том числе и танкистов.26 сентября 1936 года в порт Картахена прибыла первая партия из 15 танков Т-26, которые предполагалось использовать для обучения испанских танкистов. Но обстановка осложнилась, и эти танки пошли на формирование танковой роты, командование над которой принял капитан РККА П.Арман. Уже 29 октября рота вступила в бой.

Всего же до конца гражданской войны Советский Союз поставил республиканской Испании 297 танков Т-26 (поставлялись только однобашенные машины образца 1933 года). Эти машины принимали участие практически во всех боевых операциях, проводившихся армией республиканцев, и показали себя с хорошей стороны. Немецкие Pz.l и итальянские танкетки CV3/33, имевшие только пулеметное вооружение, были бессильны против Т-26.

Последнее обстоятельство можно проиллюстрировать на следующем примере.Во время боя у селения Эскивиас танк Т-26 Семена Осадчего таранил итальянскую танкетку CV3 и сбросил ее в ущелье. Вторая танкетка также была уничтожена, а две другие повреждены. Соотношение потерь иногда было еще большим. Так, в период сражения под Гвадалахарой за один день 10 марта взвод из двух Т-26 под командованием испанца Э.Феррера подбил 25 итальянских танкеток!
Следует, однако, подчеркнуть, что советским танкистам противостоял достойный противник. Пехота мятежников, особенно марокканская, неся большие потери от действий танков, не покидала окопов и не отходила. Марокканцы забрасывали боевые машины гранатами и бутылками с бензином, а когда их не было, солдаты противника с винтовками наперевес бросались прямо под танки, били прикладами по броне, хватались за гусеницы.

Боевые действия в Испании, продемонстрировавшие, с одной стороны, превосходство советских танков над немецкими и итальянскими в вооружении, с другой стороны, выявили и их основной недостаток — слабость бронирования. Даже лобовая броня Т-26 легко пробивалась немецкими и итальянскими противотанковыми пушками.
Первой боевой операцией Красной Армии, в которой участвовали танки Т-26, стал советско-японский вооруженный конфликт у о.Хасан в июле 1938 года. Для разгрома японской группировки советское командование привлекло 2-ю механизированную бригаду, а также 32-й и 40-й отдельные танковые батальоны.

Советская танковая группировка насчитывала 257 танков Т-26, в том числе 10 ХТ-26, три мостоукладчика СТ-26, 81 БТ-7 (в разведбатальоне 2-й мехбригады) и 13 самоходных установок СУ-5-2.Здесь небезынтересно будет привести некоторые выдержки из документов, составленных в 1-й армейской группе по итогам боевых действий, в той части, в которой они касаются танков Т-26 и машин на их базе.
«Т-26 — показали себя исключительно с хорошей стороны, прекрасно ходили по барханам, очень большая живучесть танка. В 82-й стрелковой дивизии был случай, когда в Т-26 было пять попаданий из 37-мм орудия, разнесло броню, но танк не загорелся и после боя своим ходом пришел на СПАМ». После подобной лестной оценки следует куда менее лестное заключение, касающееся уже бронезащиты Т-26 (впрочем, и других наших танков): «японская 37-мм пушка пробивает броню любого нашего танка свободно».

Едва отгремела канонада на Дальнем Востоке, как заговорили орудия на Западе. Немецкие дивизии перешли польскую границу, началась Вторая мировая война. Накануне Второй мировой войны Т-26 главным образом состояли на вооружении отдельных легкотанковых бригад (256— 267 танков в каждой) и отдельных танковых батальонов стрелковых дивизий (одна рота —10—15 танков). В составе этих частей и подразделений они принимали участие в «освободительном походе» в Западную Украину и Западную Белоруссию.
В частности, 17 сентября 1939 года польскую границу пересекли 878 Т-26 Белорусского фронта (22 тбр, 25 тбр, 29 тбр, 32 тбр) и 797 Т-26 Украинского фронта (26 тбр, 36 тбр, 38 тбр). Потери в ходе боевых действий во время польского похода были весьма незначительны: всего 15 «двадцатьшестых», а вот по причине разного рода технических неисправностей в ходе маршей вышли из строя 302 боевых машины. Потери танков, в том числе и Т-26, в ходе «зимней войны» были значительно больше.

Советско-финская, или, как ее часто называют, «зимняя» война началась 30 ноября 1939 года. В войне с Финляндией принимали участие 10-й танковый корпус, 20-я тяжелая, 34-, 35-, 39- и 40-я легкотанковые бригады, 20 отдельных танковых батальонов стрелковых дивизий. Уже в ходе войны на фронт прибыли 29-я легкотанковая бригада и значительное количество отдельных танковых батальонов.
Опыт войны заставил внести изменения в структуру танковых частей. Так, в условиях северного ТВД танки Т-37 и Т-38, которыми были укомплектованы две роты в танковых батальонах стрелковых дивизий, оказались бесполезны. Поэтому директивой Главного Военного Совета РККА от 1 января 1940 года предусматривалось в каждой стрелковой дивизии иметь танковый батальон из 54 Т-26 (из них 15 — химические), а в каждом стрелковом полку — танковую роту из 17 Т-26. В это же время началось формирование семи танковых полков по 164 танка Т-26 в каждом. Они предназначались для мотострелковых и легких моторизованных дивизий. Однако последних сформировали всего две.

Парк танков Т-26, использовавшийся во время «зимней» войны, был очень пестрым. В бригадах, имевших на вооружении боевые машины этого типа, можно было встретить и двухбашенные, и однобашенные танки разных лет выпуска, от 1931 до 1939 года. В танковых батальонах стрелковых дивизий материальная часть, как правило, была старой, выпуска 1931—1936 годов. Но некоторые части комплектовались новенькими Т-26, прямо с завода. Всего же к началу боевых действий в танковых частях Ленинградского фронта насчитывалось 848 танков Т-26.Целью данного издания не является подробное описание действий танковых войск вообще и танков Т-26 в частности в операциях «зимней» войны. Достаточно сказать, что, как и боевые машины других марок, «двадцатьшестые» использовались в качестве основной ударной силы при прорыве «линии Маннергейма». В основном привлекались для разрушения фортификационных сооружений: от расстрела противотанковых надолб до ведения огня прямой наводкой по амбразурам финских дотов.

21 ноября 1939 года Главный Военный совет принял решение о реорганизации автобронетанковых войск. Вместо танковых корпусов и отдельных танковых бригад в Красной Армии предполагалось иметь однотипную организацию танковых соединений в виде танковых бригад РГК, вооруженных танками БТ или Т-26, с последующим перевооружением их танками Т-34. В каждой такой бригаде должно было быть 258 танков. Тяжелые танковые бригады планировалось перевооружить танками KB — по 156 танков в бригаде (из них 39 БТ). Предусматривалось сформировать также 15 моторизованных дивизий (257 танков и 73 бронеавтомобиля в каждой).

К маю 1940 года эту реорганизацию в основном удалось завершить: в составе Красной Армии имелись четыре моторизованные дивизии, отдельные танковые и броневые бригады. Они представляли собой полностью сформированные моторизованные и танковые соединения, обеспеченные материальной частью и подготовленными кадрами. Кроме того, в состав кавалерийских дивизий входили танковые полки, а в состав стрелковых дивизий — танковые батальоны. Следует отметить, что советские моторизованные дивизии и танковые бригады 1940 года по числу боевых машин были равны немецкой танковой дивизии того же периода. Новая структура автобронетанковых войск и их боевой состав полностью соответствовали наличию бронетанковой техники, командных и технических кадров, а также сложившимся взглядам и накопленному опыту в области применения этого рода войск. К сожалению, эта структура просуществовала недолго.

Общее число всех Т-26, на 1 июня 1941 г., оценивается в 10268 танков. Если разложить это количество по модификациям, имевшихся на тот момент в Особых Военных Округах, ближе всего находившихся к Германии, то получится следующая картина:
Т-26 "двухбашенный" обр.1931 г. - 589 танков (ЛВО - 87, ПрибОВО - 25, ЗапОВО - 211, КОВО - 230, ОдВО - 36)
Т-26 "линейный" - 2104 (ЛВО - 222, ПрибОВО - 334, ЗапОВО - 719, КОВО - 746, ОдВО - 83)
Т-26 "радийный" - 1528 (ЛВО - 222, ПрибОВО - 148, ЗапОВО - 341, КОВО - 722, ОдВО - 95)
ХТ-26 - 128 (больше всего их имелось в ЛВО - 64 единицы, ПрибОВО - 10, ЗапОВО - 38, КОВО - 16)
ХТ-130 - 180 (из них КОВО принадлежало 113, ЛВО - 12, ПрибОВО - 1, ЗапОВО - 50, ОдВО - 4)
ХТ-133 - 179 (по 67 в КОВО и ЛВО, ПрибОВО - 9, ЗапОВО - 22, ОдВО - 14)
ТТ-26 - 26, все в КОВО
ТУ-26 - 29 (три в ЛВО и 26 в КОВО)
СТ-26 - 12
Т-26Т - 100.

Таким образом, в пяти западных военных округах имелось примерно 3100 — 3200 технически исправных танков Т-26 и машин на их базе, что немногим меньше всего немецкого танкового парка, предназначенного для вторжения в СССР, и примерно 40% от общего числа советских танков, имевшихся в этих округах. В ходе боевых действий первых месяцев Великой Отечественной войны большинство Т-26 оказались потерянными в основном от огня артиллерии и ударов авиации. Много машин вышло из строя по техническим причинам, а недостаточная обеспеченность воинских частей средствами эвакуации и нехватка запасных частей не позволили их отремонтировать. При отходе даже танки с незначительными поломками приходилось взрывать или поджигать.

К осени 1941 года число «двадцатьшестых» в Красной Армии заметно сократилось, но они по-прежнему продолжали составлять значительный процент материальной части. Так, например, на 1 октября 1941 года в танковых частях Западного фронта насчитывалось 475 танков, 298 из них — Т-26. Это составляло 62%! Впрочем, техническое состояние многих из них оставляло желать лучшего. Вот что говорилось, например, в «Отчете о боевых действиях 20-й танковой бригады», получившей 20 Т-26 по пути на фронт в начале октября. «Танки Т-26, прибывшие с рембазы, заводились с трудом, с буксировки, а 14 штук не заводились совершенно». По-видимому, так обстояло дело и во многих других бригадах. Во всяком случае, подобное положение лишь способствовало быстрой убыли боевых машин этого типа.

Спустя месяц, 28 октября 1941 года, в разгар немецкого наступления на Москву, в составе нашего Западного фронта имелся 441 танк. Только 50 из них были Т-26, причем 14 находились в ремонте. «Двадцатьшестые» принимали участие не только в обороне Москвы. Ими был вооружен, например, 86-й отдельный танковый батальон Ленинградского фронта. 20 декабря 1941 года он получил задачу поддержать атаку нашей пехоты из района Колпино в направлении Красный Бор, Тосно. В ходе этой боевой операции совершил свой подвиг командир взвода младший лейтенант М.И.Яковлев.Т-26 продолжали использоваться в боевых действиях на всем протяжении советско-германского фронта от Баренцева до Черного морей в течение всего 1942 года. Правда, уже в значительно меньших количествах, чем в 1941-м.

Последними крупными операциями Великой Отечественной войны, в которых в более или менее заметных количествах принимали участие танки Т-26, были Сталинградская битва и битва за Кавказ.На 15 июля 1942 года «двадцатьшестые» имелись только в 63 тбр (8 единиц) и 62 отб (17 единиц) Южного фронта. В ходе боев к концу июля 15 танков Т-26 были потеряны. В составе войск Приморской группы Северо-Кавказского фронта действовал 126 отб (36 танков Т-26).

Последней же боевой операцией советских Вооруженных сил, в которой приняли участие Т-26, стал разгром японской Квантунской армии в августе 1945 года. На Дальнем Востоке к 1945 году сохранилось довольно много танков старых марок, в первую очередь Т-26 и БТ-7. Ими были укомплектованы несколько танковых бригад, которые всю Великую Отечественную войну находились на манчьжурской границе и не участвовали в военных действиях. С целью повышения их боевых возможностей летом 1945 года с заводов поступило 670 танков Т-34-85, которыми укомплектовали первые батальоны в этих танковых бригадах. На вооружении же вторых и третьих батальонов сохранились танки Т-26 или БТ-7. В таком составе эти части приняли участие в боях с японцами.
 
Оценка машины


Прежде чем давать оценку Т-26, необходимо определиться с классификацией. В большинстве современных справочников эту машину относят к легким танкам. На самом же деле Т-26 — легкий пехотный танк, или легкий танк сопровождения пехоты. Если быть точным, танк сопровождения пехоты — пулеметная версия Т-26. То есть полный аналог британского «Виккерса», который был закуплен СССР. После оснащения Т-26 45-мм орудием получили что-то вроде танка-истребителя. От пехотного танка осталась ограниченная скорость.

Вне зависимости от нюансов классификации надо признать, что «Виккерс 6-тонный» и его аналог Т-26 образца 1931 года вполне соответствовали поставленными перед ними задачам. Их маневренные качества и вооружение полностью укладывались в концепцию легкого пехотного танка. Противопульную защиту на начало 30-х годов нельзя считать недостатком, в конце 20-х годов ни в одной армии мира не было специализированных противотанковых пушек. Отсутствовала теоретическая и практическая база системы противотанковой обороны, танк господствовал на поле боя безраздельно.

Но к моменту принятия на вооружение Т-26 образца 1933 года ситуация уже стала меняться. При оценке бронезащиты танка есть следующий критерий: его броня должна «держать» снаряды собственной пушки. Защита Т-26 абсолютно не соответствовала этому критерию. Не «держала» она и снаряды противотанковых пушек более мелкого калибра, появившихся к тому моменту за рубежом. Бронирование Т-26 надо признать устаревшим уже на 1933 год. Однако понимание этого пришло лишь после применения Т-26 в Испании. Окончательный же приговор Т-26 получил в ходе советско-японских конфликтов и «зимней» войны.

Нельзя сказать, что работы по улучшению защиты Т-26 вовсе не велись. Появление конической башни, а затем и наклонной брони подбашенной коробки, безусловно, привели к большей пулестойкости брони. Но только пулестойкости. От снарядов она по-прежнему не спасала. Кардинальное усиление бронирования было невозможно. И так последние серийные образцы Т-26 весили 12 тонн, что самым негативным образом сказалось на его технической надежности. По большому счету надо было снимать устаревший и технически и морально Т-26 с производства еще в 1937 году, но его продолжали выпускать до второй половины 41 года. Оценить же действительные возможности устаревшей машины в боях с танками «панцерваффе» можно лишь гипотетически. Возьмем три основных параметра: подвижность, защищенность и огневую мощь.

С подвижностью у Т-26 дело было плохо — он уступал всем танкам Вермахта, за исключением чешского 35 (t). Последний был вообще близок по ТТХ к Т-26, так как создавался в рамках той же концепции легкого пехотного танка.
Защищенность у Т-26 была еще хуже — даже немецкий Pz-I, по сути танкетка с вращающейся башней, имел более толстую броню, чем Т-26. Все остальные легкие немецкие танки 1941 года защищались броней в 25–30 мм, а средние до 50 мм.

Пожалуй, только с вооружением у Т-26 было все в порядке. Мощная (для 1939 года) пушка в определенной степени компенсировала недостаточность бронезащиты Т-26 и частично уравнивала шансы в огневой дуэли с немецкими танками.Впрочем, отнюдь не недостатки Т-26 обусловили столь высокие потери 1941 года.

This group may contain posts available to members only.
Join the group to read them