Home Channels Upload
You can move the cover
Мария Пахоменко
Мария Пахоменко пела всегда. Даже в ее школьном дневнике красовалось: «Поёт на уроках». Школьные подружки во главе с Машей организовали вокальный квартет. «Сделаем уроки, друг за другом зайдем, соберемся, встанем в подворотне и как запоём до слез, так нам нравилось, — вспоминала она. — Прохожие восторгались: Ой, девчонки, кто вас научил так петь? Спойте еще!». Попасть на эстраду помог случай. Дом культуры Промкооперации в Ленинграде проводил набор в молодежный ансамбль. На прослушивании талантливых девушек заметил известный музыкант Анатолий Бадхен. Квартет в полном составе был принят. А вскоре девушкам представился уникальный шанс начать профессиональную карьеру. С гастролями в Ленинград п...
Мария Пахоменко пела всегда. Даже в ее школьном дневнике красовалось: «Поёт на уроках». Школьные подружки во главе с Машей организовали вокальный квартет. «Сделаем уроки, друг за другом зайдем, соберемся, встанем в подворотне и как запоём до слез, так нам нравилось, — вспоминала она. — Прохожие восторгались: Ой, девчонки, кто вас научил так петь? Спойте еще!». Попасть на эстраду помог случай. Дом культуры Промкооперации в Ленинграде проводил набор в молодежный ансамбль. На прослушивании талантливых девушек заметил известный музыкант Анатолий Бадхен. Квартет в полном составе был принят. А вскоре девушкам представился уникальный шанс начать профессиональную карьеру. С гастролями в Ленинград приехал знаменитый Олег Лундстрем. Он услышал пение девичьего квартета на репетиции в Доме культуры. «Лунстрем сказал: «Девочки, вы хотите работать у нас в оркестре? Если вы скажете да, то уже будете зачислены". Вы представляете наше ощущение? Мы чуть в небо не улетели. Домой все летели на крыльях, а мы жили рядышком, на этой же улице. Пришла и рассказываю матери и отцу, что вот такая вот история, что вот сам Лунстрем… Отец говорит: "Выброси все это из головы, а то я тебе покажу такого Лунстрема, что долго будешь помнить". И с этой мечтой было покончено», — рассказывала Мария Леонидовна. Окончив школу, Мария Пахоменко хотела поступить в институт иностранных языков. Сдала все экзамены, набрала проходной бал. Но ее не приняли, объяснив, что пятерки она получила не по тем предметам. Девушка подала документы в первый попавшийся институт – Радиотехнический. И единственной радостью стал для нее эстрадный ансамбль. Но судьба, видно, знала, что делала. Там Мария познакомилась с Александром Колкером, в то время, в середине 50-х, начинающим композитором. Никто тогда и не предполагал, что буквально через несколько лет он станет автором настоящих шлягеров. Говорят, что, ухаживая за Марией Пахоменко, он никому другому не оставил ни малейшего шанса… После рождения дочери репетиции в ансамбле пришлось приостановить. Квартет распался. Впервые Пахоменко вышла на сцену одна в 1963 году. Поначалу Мария не хотела выступать с сольными номерами. И тогда Александр Колкер настоял, убедил, что, имея такие вокальные и внешние данные, бояться не стоит. Кроме того, песня «Качает, качает», написанная им для спектакля «Иду на грозу» — это стопроцентный шлягер. Так оно и получилось… Уже через несколько месяцев песня звучала отовсюду. Зрители певицу обожали, Мария была им благодарна. «Я привозила целый багажник цветов. Потом ночью я наливала ванную воды, развязывала букеты, топила. А утром их по вазам расставляла. Это мой любимый ритуал был», — вспоминала она в телепередаче «Кумиры». В 1968 году было продано более двух с половиной миллионов ее пластинок, она была удостоена «Нефритовой пластинки» — престижной международной премии, вручаемой в Каннах. А в 1971-м представляла СССР в Болгарии, на конкурсе «Золотой Орфей». Примечательно, что сама Мария Пахоменко на фестиваль ехать не хотела. Опасалась, что проигрыша ей дома не простят: наши «Золотой Орфей» еще ни разу не получали. Кроме того, она не хотела ехать без супруга — Александра Колкера, как это часто бывало в то время, вместе с ней из страны не выпускали. Но в Ленконцерте Марии сказали: «Не хочешь ехать — звони министру культуры Фурцевой и объясняйся сама». Она посчитала, что проще согласиться… Прямо перед выходом на сцену певица хотела причесаться. И не смогла — тряслись от волнения руки. Тогда она просто распустила свои длинные, роскошные волосы. На жюри это произвело дополнительное впечатление… Когда узнала о победе, радостная Маша позвонила в Москву, в министерство: «Ура! "Гран-при" — наш!» — воскликнула она. Но важный клерк оказался не самым просвещенным: «Чего кричишь?! Гран-при, гран-при! А где первая премия?!» Кстати, денежную часть премии Мария Пахоменко потратила на праздничный банкет для друзей. А позолоченная статуэтка «Золотого Орфея» чуть не осталась в Москве. Екатерина Фурцева, хотела поставить ее у себя в кабинете. Но тут Пахоменко проявила характер и отказалась отдавать заслуженную награду. В начале 70-х певица могла сняться в кино. Да еще в каком – «Семнадцать мгновений весны»! В разгар гастролей раздался звонок, и Татьяна Лиознова сказала: «Я вас приглашаю сняться в этом фильме. Поверьте мне, что это будет очень хороший фильм, вы там должны будете сыграть жену Штирлица. А Штирлица сыграет Вячеслав Тихонов». Но слова «многосерийный фильм» остановили певицу, она извинилась и отказалась. Если бы Лиознова не забыла сказать «эпизод», всё могло сложиться иначе. Известно, что самые лучшие песни для Марии Пахоменко написал муж, известный композитор Александр Колкер. Причем, сам Александр Наумович признался в интервью, что для него быть мужем Пахоменко намного почетнее, чем автором всем известных мелодий. В 1976-м Марии Леонидовне было присвоено звание заслуженной, в 1999-м – народной. Но самое главное — ее искренне любят миллионы поклонников.
Week's Top
24 •  29.05.2016