Память о прошлом делает человека настоящим.

Пусть женщина хочет и может
От счастья смеяться навзрыд,
Пока от любви изнеможет
У ножек ее Еврипид.

Пусть шепчет призывно и жарко
И требует жервы в ответ,
Чтоб ты, как Лауре, Петрарка
И ей посвятил бы сонет.

И ты ей клянешься «dum spiro…»,
И кофе приносишь в постель.
Читаешь на память Шекспира,
Чирикаешь, как менестрель.

…И женщина дышит и млеет,
И всякие глупости мелет.
06.03.13

С Наступающим Рождеством Христовым!
И да благословит нас, и помилует
и живот вечный дарует нам Спаситель наш!

Попробуй с чистого листа –
Без пятен и помарок.
Пусть будет жизнь твоя чиста
А каждый день – подарок.
Считай в уме, мозги не трать
И почерк не коверкай,
Чтоб стыдно не было опять,
Когда возьмет твою тетрадь
Учитель на проверку!
01.01.13

Мы сушим сети, бросив на каркас.
Попутный ветер раскачал баркас.

Крылом бекаса бьется старый парус.
Залег в траве средневековый пардус.
Он чуткий зверь, он слышит каждый шаг
Засады и облавы в камышах.

Азовскую пронзая синеву,
Летит за горизонт латинский парус.
Охотится в степи горячий август.
Жестокий пардус прячется в траву.

Утробным стоном истекают псы,
Терзаемые предвкушеньем гона.
И пялится с прибрежной полосы.
Античная глазливая Горгона.

И каменеет, превращаясь в скалы,
Окрест нее: и все, и вся, и всё.
Вращается штурвала колесо.
Слышны кимвалы у реки Каялы

И рвется, не выдерживая, шкот.
Осетр шипом нанес удар ахану
И тихо уползает тигрокот.
Он, кажется, перехитрил охрану.

Он осторожно просочился прочь.
Он уходил стремительно и плавно
Лиманом уходил в гнилые плавни,
У переправы догоняя ночь;
Едва живой от страха и бессилия...

Спаси и помоги ему, Россия!
17.12.12

Ванильный аромат наполнил
Окрестности моей души.
Он детство мне мое напомнил
И снега вздох в ночной тиши,

И шорох крыльев белоснежных,
И шепот радостных молитв,
И трепет измерений смежных,
И свет, который их роднит.

Он истекал по длинной хвое,
Одетой к празднику сосны.
Он благость жаловал с лихвою
На все оставшиеся сны.

А во главе угла стояла
Большая, из папье-маше,
Звезда. Она сияла,
Вполне готовая уже…

Я с ней пойду от дома к дому,
Творца за все благодаря.
Меня обычаю такому
Учили старшие не зря.

Я буду петь на всю деревню
Нести звезду, рождествовать,
Пока по-божьему веленью
Не станет солнышко вставать.

С мороза, пахнущий ванильно,
Вернусь, отягощен сумой,
И встретит Божья Мать умильно
Дары, что я принес домой.

И вспыхнет детским счастьем хата,
Деля конфеты и халву.
И сладко будут спать ягнята,
Новорожденные в хлеву.
23.12.12

На днях у меня снова спросили: почему ты так любишь евреев? Может быть, ты сам – один из них? Хотя ты даже на полукровка не похож…
Слышу я этот вопрос на протяжении многих уже лет.
Те, кто читал мои книги, ответ знает.
Сейчас же я хочу раз и навсегда объясниться, причем на весь Интернет. Я люблю их даже не потому, что хирург-еврейка спасла меня от смерти в мои 18 неполных лет. И даже не потому, что меня как литератора воспитал гениальный поэт того же происхождения…
Просто однажды мне, стихийному антисемиту, стало стыдно… за всех тех из нас, кто дурно отзывается об этом народе. Я стал думать, почему так сталось?
От зависти к их способности выживать, к их одаренности?..
Но ведь и среди нашего брата не мало таких, кто обладает этими доблестными качествами.
Отчего же, все-таки?!
Инерция и невежество – вот парочка, которая на протяжении веков творит свой холокост.
Путь к освобождению от этой зависимости прост и не труден. Развивай, наполняй душу светом – и сердце твое станет умнее… С таким сердцем миропонимание, а значит, и взаимопонимание само собой умножаются. Причем процесс этот развивается с геометрической прогрессией...
Среди настоящих и, тем паче, больших людей геноцида не существует. На Олимпе все равны! Любое благое творчество делает человека толерантным.
И чем выше созидательный уровень мастера своего дела, тем больше он в обсуждаемом вопросе ребенок.
Вспомните, когда мы были маленькими, мы не знали межнациональной разницы и тем более розни!
Будьте, как дети! – учит Христос.
Читайте Библию!
Очень она во всех добрых делах помогает…
14.12.12

Дед Мороз проснулся рано –
Собирает свой рюкзак.
Он весь год трудился рьяно –
Тщательно, не кое-как!

Он сложил в него шары;
Много прочей мишуры:
Богатырские доспехи;
Бусы, яблоки, орехи;
Внучке – куклу, бабке – плед,
Дедушке велосипед…
Всем сестрицам – по серьгам,
Молодцам – по сапогам;

В шубе и боярской шапке
В сани – дед, а на запятки
Прыг – знакомые ребятки –
Белки, зайцы… все чесные
Обитатели лесные.
Все болтают без умолку,
Все спешат попасть на елку.
Взмыли сани-вездеход
Аж под самый небосвод.
Сверху видно, как народ,
На базар и в храм идет.
И с утра среди двора
Лепит бабу детвора…
Боже, как земля светла,
Как слышны колокола!

Это родина людей,
Добрых, праведных затей,
Достижений и свершений,
Очень правильных решений…
Здесь одной семьей народ,
В Бога веруя, живет.
Здесь, спустя еще чуть- чуть,
Люди праздновать начнут.

И совсем уже вот-вот
Станет с нами в хоровод
Звездный мальчик Новый год.

Будет с нами мальчик жить
И работать, и дружить,
Запасать нам счастье впрок…
Станет он для нас родным,
А когда настанет срок,
Он уйдет от нас иным;
Он уйдет от нас земным
По метельной замети,
Чтоб остаться в памяти.

Остаются навсегда
В нашей памяти года.
Всякий раз бывает так…
Если жить не кое-как.
13.12.12

(Венок сонетов)



1
Сияла печь трескучими поленьями,
Дышали мы духмяными кореньями,
Настоянными на сухом вине.

И возрождались в медленном огне
Так долго нами прятанного чувства.

На свете нет изящнее искусства, –
Подумалось тогда и ей и мне.

И я сказал: все – в нас, а что вовне,
Пусть там и остается до скончанья.
И мне ее ответное молчанье
Согласием казалось абсолютным.

И, вдохновленный счастьем поминутным,
Под шум дождя, летящего в стреху,
Я рифмы подбирал к ее стиху.

2
Я рифмы подбирал к ее стиху.
Я предавался этому греху,

Хотя и знал без всякого сомненья –
Она бездарна. И стихотворенья

Ее не стоят и глотка рассола,
Когда мозги страдают от раскола…

(Известно, как домашние соленья
Опохмеляют наше населенье!)

Мы удивлялись рифмами своими,
Мы задыхались ритмами, как в дыме…

Поэзия – подруга и жена –
О, как ты безупречно сложена!

Начертанная на листе веленевом
О женщине с красивыми коленями.

3
О женщине с красивыми коленями
Рифмую и теперь я, как тогда,
Ведь до сих пор своими кантиленами
Она в мой сон приходит иногда.

В ней не было ни зависти, ни зла.
Она к губам слова мои несла.
Она сжигала всю себя дотла,
Облокотясь на краешек стола.

Их было много у меня. Но ту…
Но лишь ее, такую бесподобную,
Я вспоминаю памятью подробною:
Ту, что склонялась к чистому листу,
Что целовала каждую строфу,
Что весело болтала чепуху.

4
Что весело болтала чепуху
И что душой душе моей внимала…
Я все собрал. И, потрудясь немало,
Остался верен каждому штриху
Ее характера – простого, как трава.

Я повторял за нею все слова;
Она мои – за мною повторяла;
Меня своим восторгом покоряла.

И крестным знамением осеняя лист,
Она меня на труд благословляла.
И я чертил поэзии лекало –
Провинциальный концептуалист.

Я не жалел таланта и труда.
Я ничего не выдумал тогда.

5
Я ничего не выдумал. Тогда
Струилась родниковая вода.
В ручей студеный ты вступала смело.
Вода вокруг твоих колен кипела
И закипала, кажется, она.
Ты прожигала озерко до дна.
Я пил ту воду, и в жару она
Казалась сладкой и была хмельная –
Иной раз шелковая, иногда льняная,
Как знобкая ночная тишина.

Чтоб сердце билось чаще и звончей,
Я тоже приходил на твой ручей.

В него ты окуналась то и дело…
Все было так, как сердце захотело:

6
Все было так, как сердце захотело;
Журчали птицы, щебетал ручей.
Какое восхитительное дело –
Поэзию творить из мелочей!

Из ветерка, что обеспечил тягу
В печной трубе; из капель за стеклом…
Все это вдруг ложится на бумагу,
Возделанное зорким ремеслом.

«Стихи – плоды. А сад, где их берут,
Ничейный сад. И я была ничья» –
Сказала ты – нечаянная радость…
«Какая восхитительная сладость, –
Подумал я, – что мы вдвоем и тут!»

Опять возникла между «нет» и «да»
Оконца полуночного слюда.

7
«Оконца полуночного слюда
Не ведает ни страха, ни стыда.
Ей все одно, что радость, что беда…
Сюда ты не вернешься никогда.

И я отсюда навсегда уеду.
Ключи от дома отнесу соседу.

Не стану окна забивать гвоздями.
Пусть домик думает: когда-нибудь гостями
Сюда войдут и поживут чуть-чуть
Те, кто решил немного отдохнуть…»

Я думал, слушая спокойный монолог:
«Ее словами размышляет Бог?!»

К Нему душа взывала то и дело
И это восхитительное тело.

8
И это восхитительное тело,
И эта восхищенная душа
(Которая до Бога долетала,
Хотя и собиралась не спеша…)

Гармонии достигли и дуэтом
Запели о себе и о своем –
О том, какое счастье быть поэтом,
О том, какая радость жить вдвоем.

Они его в трудах любви зачали,
Им были все преграды нипочем.
Я был причастен к делу лишь вначале.
Потом я оказался ни при чем.

Коль скоро, что не так, прости, рука!
Коль было, что не так, то лишь слегка.

9
Коль было, что не так, то лишь слегка.
Тогда все было очень живописно.
Мне кажется, с тех пор прошли века.
Они во мне, они со мною присно.

Красавицей осталась неземной
Она во мне, хотя и не со мной.

Ее лицо мелькает в Интернете.
Как много, друг Горацио, на свете,
Что и не снилось… Я же не об этом, -
Она не захотела быть с поэтом.

Она не замужем, не стала депутатом.
От дома нашего нет даже пепелища.
Пустырника священным ароматом
Я приукрасил интерьер жилища.

10
Я приукрасил интерьер жилища.
К жилищу подбираю рифму «пища».
Ищу ее для сердца и ума.
Сегодня штука редкая весьма.

На многое сегодня дефицит.
На верность долгу и «служенью муз»
Объявлен в государстве плебисцит
О том, какой нам по душе союз.

Нет знатоков. Сплошные бакалавры.
Поди, пойми, где барышни, где лярвы.

Тогда зачем, скажите мне, века,
Свечой текла моих стихов строка?

11
Свечой текла моих стихов строка,
Едва мерцая в мире заоконном.
Зачем витает над землей рука,
Мир осеняя Божеским законом?

Зачем мы здесь так долго постигали
Простые истины, сложней которых нет?
Не потому ль, укрытую снегами,
Мы Землю называем Белый свет?

Я помню ссадину на чашечке коленной.
Я проходил сквозь лабиринт Вселенной.
Я знал ее тоннели и калитки…
Я – понимал, кто овцы, кто козлища,
Я – строил домик на спине улитки…
Стихи мои! – Вы размышлений пища.

12
Стихи мои – вы размышлений пища –
Вы – знойный сад и певчих птиц толпища;
Вас написал – литературный профи,
Для женщины, что в гости позвала;

…И – горькая пчелиная смола,
Которую мы добавляли в кофе…

Нас возрождал магический прополис.
Нас призывал небесный мегаполис.

…Пустырник, что растет у родника,
Не возбуждает больше блудника.

…Его душа хмельную вязь сплела
О женщине, которая спала.

13
О женщине, которая спала,
Всю жизнь ты пишешь, кровь твоя – чернила.
Зато душа полна, как пиала,
Сияньем нерастраченного пыла.

О чем ты? Ведь прошло несчетно лет.
Ты сам назвал свои года веками.
Ты собственными поломал руками
Судьбу ее, непризнанный поэт.

Ты за нее решил ее судьбу,
Пока вдыхала печь через трубу
Метеориты Млечного пути.

Пока ты жил своими вожделеньями,

Она ушла. И долго ей в пути
Сияла печь трескучими поленьями.

14
Сияла печь трескучими поленьями,
И я сквозь сон, как будто бы в кино,
Измученный вконец ночными бденьями,
Увидел мельком, как в мое окно

(Была открыта нижняя фрамуга!)
Явилась безбоязненно пичуга;
Крыло свое на перья растерзала
И что-то очень важное сказала…

Был клюв ее подобием кинжала
И крылья были, словно два щита.
Она мне что-то важное сказала…
Лишь рифмы помню: нищета, тщета…

…И как всегда, воюя с привиденьями,
Сияла печь трескучими поленьями.

15
Сияла печь трескучими поленьями,
Я рифмы подбирал к ее стиху –
О женщине с красивыми коленями,
Что весело болтала чепуху.

Я ничего не выдумал. Тогда
Все было так, как сердце захотело:
Оконца полуночного слюда
И это восхитительное тело.

Коль было, что не так, то лишь слегка
Я приукрасил интерьер жилища.
Свечой текла моих стихов строка;
Стихи мои – вы размышлений пища –

О женщине, которая спала,
Облокотясь на краешек стола.
12.12.12

***
Когда твой собеседник вдруг
меняет тему, знай:
общение с тобой ему неинтересно;
когда переводит разговор на погоду –
это значит – ему с тобой говорить не о чем.
06.12.12

***
В мире нет ничего малого,
что не было бы частью великого.
09.12.12

***
Без малого нет великого

ДЕДОВЩИНА
Повстречался деду дед.
Насчитали восемь бед
Выпили на посошок
И придумали стишок:
«Сколько той осталось в жизни,
Слава памперсу и клизме!»
28.09.12

***
Лестный комплимент с похмелья
Очищает нас от зелья.
Нахлобучка натощак
Возбуждает, но не так!
28.09.12

МАРАЗМ – это РАЗУМ
с переставленными
и частично утраченными
буквами.
27.09.12

Владимир Натанович Орлов (8 сентября 1930, Симферополь — 25 ноября 1999, Симферополь), известный детский поэт и драматург, родился в семье типографского рабочего. Прежде, чем стать любимцем детворы, успел поработать слесарем и матросом, растирал краски в художественной мастерской и учился портняжить. Первые его стихи привёз в Москву Маршак. Многие стихи, вошедшие в первые книжки, давно уже стали классикой детской литературы, и порой знают их, не зная даже фамилии автора. Перу Владимира Орлова принадлежат книги для детей «Кто в доме живёт», «Первая дорожка», «Утренний поезд», «Если мы вместе», «Хрюшка обижается» — всего около пятидесяти книг, выходивших в издательствах «Малыш», «Детская литература», «Астрель» и на родине поэта в Крыму. В Крыму в 1983 году вышла книга сатирических и юмористических стихов «Прочтите взрослым». Перу Владимира Орлова-драматурга принадлежат около двух десятков пьес для кукольных театров, из которых самая известная, «Золотой цыплёнок», обошла почти все сцены детских театров в России и многих театров за рубежом [1]. По пьесе-сказке Владимира Орлова был поставлен фильм «Золотой цыплёнок». Владимир Орлов часто выступал как поэт-сатирик, постоянный автор знаменитой полосы «ЛГ» «12 стульев» и был одним из авторов «Детской комнаты» и стихов под именем собирательного образа Евг. Сазонова. На стихи Орлова написано немало популярных песен для детей.

Сайт в Интернете: http://doshkolnik.info/bibl...

MUNDHARMONIKA
Памяти поэта
Владимира Орлова

Я играю на губной гармошке,
Как бегун, прерывисто дышу.
Выдыхаю музыку в ладошки
Осторожно, как борец ушу.

Словно птица на твоем порожке,
Одолев людского дома страх,
Я играю на губной гармошке
Я и сам сейчас, как певчий птах.

В музыку впадаю, словно в ересь,
(А быть может, все наоборот?!)
В музыку впадаю, словно в эрос,
Музыкой спасаемый рот в рот.

И от этих поцелуев губы,
Неземную ощущая боль,
Губы – перегуды и голубы –
И горят, и чувствуют любовь.
09.02.12

Хорошая песня как та женщина, которая не только красива, но и умна.
31.08.12

…Силуэт, очертание, абрис…
Хрусталя карадагского каперс.
Райских яблок дукат
И заката мускат –
Можжевеловый стрекот цикад.
Здесь родился крымчак,
Здесь живет караим.
Стало слово кипчак
Топонимом твоим.
Крым – кизиловый рай,
Абрикосовый край.
Край земли и Отечества край.
Здесь лоза под названьем кефессия,
Сберегаема, словно конфессия.
Крым – реликвия общей семьи!
Крым – агатовый крестик земли!
01.06.12

Изнанка ракушки нежна и перламутр
Сверкает в море ультрафиолета.
Все говорят, что я умен и мудр,
А я лишь сын великого поэта.

Влиянием вселенского гипноза
В счастливый сон я снова погружен.
Мне сладкая незримая заноза
Вливает в душу вечности озон.

Я высь пронзаю взглядом, не мигая.
Я – все и вся, я – некто и никто.
Мгновение прошло – и ты другая.
Мгновение – и все опять не то.

Неуловимы состоянья лета.
Я – только сын великого поэта.
01.06.12

17 мая на канале ТРК «Черноморская» состоялось интервью Валерия Митрохина
http://my.mail.ru/my/extern...
А 24.05.12. в Симферопольской библиотеке им. А.С. Пушкина – презентация однотомника (ОВЕН, СКОРПИЙ романы)!

Несколько лет назад я в очередной раз побывал в священных Киевских пещерах. Когда наша группа добралась до места, где располагаются мощи Ильи Муромца, я почувствовал усталость (заныла поясница - старый недуг от спорта). Глядя на раку Святого Ильи, я подумал: «Какой же он небольшой. А ведь по былинам – богатырь!» В пещере было тесно. Отвлекшись от этой мысли, я нечаянно оперся о край ложа, где лежали мощи Ильи. И со страхом ощутил, как подо мной покачнулся пол. Возникло ощущение землетрясения. Отшатнувшись, я тут же сообразил. Это Илья мне показал свою силушку в ответ на мое сомнение и тем самым напомнил мне, что опираться на него этаким местом негоже.
Пережив такое в Киево-Печерском подземелье,я окончательно уверовал. И больше не сомневаюсь в силе Божиих угодников-чудотворцев и православных святых!

БЕССМЕРТНЫЕ
И в снегопады, и в дожди,
Порой, совсем раздетые,
Идут герои и вожди
Дорогою в бессмертие.

Темнеют бронза и гранит,
Поскольку окисляются.
Что мир о каждом говорит,
Их больше не касается.

Идут рядами и вразброд
Тьмы-тьмущие несметные,
Пытаясь через Вечность вброд
Пройти в свое бессмертие.

И неумолчно, каждый миг
Все в гирях, словно ходики,
Усердно молятся о них
Великие угодники.
25.08.11

СТИХИ НА ПАМЯТЬ
Следы врага давно простыли.
Траншеи заросли быльем.
Мы в сердце всё и всем простили,
Но горькой памятью живем.

Спаситель учит нас терпенью
И тот из нас, кто незлобив,
Призвали и врага к прощенью,
Его, простив и возлюбив.

Но в генах наших от рожденья,
Но в жилах наших и кровях
Не истребить предубежденья…
Пусть нам его прощает враг.

Закажет пусть своим сынам,
Как предки заказали нам.
06.05.12

НОЧНОЕ
Костер пылает и дымит.
Он – знак опознавательный
Того, что здесь витает вид
Вполне - таки сознательный.

Котел кипит. Пасется конь –
Назавтра наедается.
Наверняка земной огонь
Оттуда наблюдается.

Есть водочка и чай у нас,
И анекдот комический.
Глядит на нас небесный глаз –
Невидимый космический.

Пройдет хандра, придут стихи,
Любая боль излечится –
Зажги огонь, свари ухи
На берегу Отечества.
04.05.12

Наступает время, когда
внешняя красота и формы человека:
рост, цвет волос и глаз,
черты лица, пропорции тела…
перестанут быть критериями выбора.
Люди будут любить друг друга только потому,
что они люди.
Скоро, очень скоро
всех разумных сравняет
внутренняя гармония:
маленьких и больших,
толстых и неказистых,
белых и цветных...
Мы станем наслаждаться друг другом
только потому, что мы люди.
19.04.12

Ясный свет уходящего лета.
Красный след уходящего дня.
Звездный звон, что стоит до рассвета,
Поздний сон – полный кубок до дна

Выпиваю. Вина не убудет.
Уповаю: меня не разбудит
Неизбывная эта вина,
Что еще не испита сполна.

Озарен, озадачен… уверенно
Как всегда, просыпаюсь чуть свет.
Жив- здоров, сердце бьется размеренно,
Все в порядке, лишь Родины нет.

Город стар, но стоит себе прочно.
Простоит еще тысячи лет.
Но душа. как всегда, как нарочно,
Тихо шепчет: «Ведь Родины нет!»

На путях, где пророки распяты,
Запустенье, беспамятства суть.
Нет, наверно, страшнее расплаты –
Понимать, что Ее не вернуть!»

Жизнь идет. И детей моих дети
Край чужой называют своим,
Потому что на всем белом свете
Нет иного Отечества им.
04.02.11

Всегда творите истине в угоду!
Такое творчество, как старое вино,
Слегка пьянит и радует оно.
Такое творчество способно дать свободу!
01.01.12

Он приходит – Добрыня и мот –
Красноносый наш собутыльник.
Он приходит всего-то раз в год –
Светоч разума и светильник;
Самый лучший друг детворы
В белом облаке мошкары
То на санках, а то пешком
С звездно-синим заплечным мешком.
У него там на каждый каприз,
Есть отдельный презент и сюрприз.
Но, увы, к сожалению, нет
Укротителя мчащих лет
Удлинителя возраста нет,
Нет и фена для горьких слез,
Нет красителя для волос.
Эликсира против морщин.
Для сиротки ни папы, ни мамы
Бобылю не припасено дамы
Нет достойных… и просто мужчин…
Потому, установка моя
Такова, дорогие друзья:
Чем сидеть в интернете часами,
Бить баклуши и кофий пить,
Мужики, вы ведь сами с усами!
(Ну а бороду можно купить!)
Ждать не следует, действуйте сами.
И скорее! Быть может, успеете:
Чье-то бедное сердце согреете,
Чье-то теплое слово услышите,
В чью-то душу оконце продышите,
Чье-то имя на небе напишите,
В чей-то жизни оставите свет,
В чьей - то памяти радостный след…
Поспешите! Скорее! Вперед!
Чтоб сказать самому себе: «Вот!
Не напрасно был прожит год!»
31.12.11