StasZ Fenix,
26-12-2010 15:35
(ссылка)
Ошибки анархистов
Главные ошибки анархистов, которые выделил анархо-фениксизм (фениксизм):
1. Поддержка Лукашенко.
Причина в том, что он диктатор, а анрхия не может поддерживать тирании и диктатуры. Т.е. такие анархисты сами себе перечят.
2. Отказ некоторых анархистов от революции.
3. Отказ некоторых украинских анархистов от отмены в Украине неприкосновенности.
Отмена неприкосновенности - путь к равенству всех людей и общества.
Но если анархисты отвергают отмену неприкосновенности, то значит, что они поддерживают власть и порядки разделения общества на власть и ему подчиненных (угнетенных).
4. Исторические аспекты:
- сотрудничество анархистов с большевиками и коммунистами;
- поддержка революционных сил большевиков;
- сотрудничество с правительством и партийными структурами;
- сотрудничество с националистами и прочими неанархическими организациями.
1. Поддержка Лукашенко.
Причина в том, что он диктатор, а анрхия не может поддерживать тирании и диктатуры. Т.е. такие анархисты сами себе перечят.
2. Отказ некоторых анархистов от революции.
3. Отказ некоторых украинских анархистов от отмены в Украине неприкосновенности.
Отмена неприкосновенности - путь к равенству всех людей и общества.
Но если анархисты отвергают отмену неприкосновенности, то значит, что они поддерживают власть и порядки разделения общества на власть и ему подчиненных (угнетенных).
4. Исторические аспекты:
- сотрудничество анархистов с большевиками и коммунистами;
- поддержка революционных сил большевиков;
- сотрудничество с правительством и партийными структурами;
- сотрудничество с националистами и прочими неанархическими организациями.
Неизвестно Неизвестно,
29-05-2009 12:57
(ссылка)
спасите китов!!
люди, кому не безразлична судьба животных, голосуйте! возможно ваш голос станет решающим для судьбы многих сотен китов!!жмякаем сюда и голосуем голосовать можно и не один раз..
Махно, Нестор Иванович(1888-1934) БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
Батько Махно, 1918 г.
Редакторская преамбула
Махно Нестор Иванович (27 октября 1888 - 6 июля 1934), человек в высшей мере беспокойный, буйный, непоследовательный. По праву его можно считать персонифицированным воплощением октябрьской революции 1917 года. Когда в феврале тончайшая интеллигентная прослойка, желавшая привить стране демократию по англо-французскому образцу - петербургские масоны - сама не поняла, что же она натворила, Махно не столько понял, сколько почуял, что надо делать. Русский народ - и Махно как его частица - стихийно ответил февралю новой пугачевщиной, которую - теперь-то мне совершенно ясно - правильнее было бы назвать, по аналогии с пугачевщиной, махновщиной. Не действия локальных отрядов в южных степях - махновщина, а ВСЕ то, что совершалось с 1917 по 1920 годы.
Как Махно только не метался, против кого только не воевал. Всюду на него натыкаешься. Читаешь биографию Столыпина - Махно чуть не заработал "столыпинский галстук". И с Лениным-то он встречался. В советские времена, в ходе героизации неких абстрактных бойцов революции экскурсоводы и школьные учителя упорно молчали (оттого, что сами не знали), что Врангеля из Крыма выкурили именно махновцы, именно они переправились через Сиваш и прорвали оборону белых в Перекопе. Махновщина - это мощное народное движение.
А жизнь свою он окончил тихим послушным обывателем в парижской больнице... Бедный, несчастный, ничтожный...
Махно в эмиграции. Париж, конец 20-х годов
Арестант со стажем
Махно Нестор Иванович (1888, с. Гуляйполе Екатеринославской губ. - 1934, Париж) - участник гражданской войны. Род. в крестьянской семье. Ранняя смерть отца и нужда вынудили Махно оставить учебу в начальной школе. Батрачил на богатых хуторян, в 1903 поступил чернорабочим на чугунолитейный завод. В 1906 вошел в организацию анархистов-коммунистов "Союз бедных хлеборобов", участвуя в террористических актах и "экспроприациях" богачей. Дважды подвергался аресту, но был отпущен. За убийство в 1908 чиновника военной управы в 1910 Махно был приговорен к смертной казни, но, т.к. на момент совершения преступления ему до совершеннолетия (21 год) не хватало полгода, П.А. Столыпин подписал помилование. Бессрочную каторгу Махно отбывал в Бутырской тюрьме в Москве. Здесь Махно сидел с анархистом П.А. Аршиновым, к-рый впервые познакомил его с теорией анархизма. Из-за постоянных столкновений с тюремной администрацией Махно часто сидел в карцере, где и получил чахотку; в тюремной больнице у него было удалено одно легкое. Время заключения Махно использовал для самообразования. Был освобожден Февральской рев. 1917. Вернувшись в Гуляйполе, сформировал отряд "Черная гвардия", с к-рым проводил экспроприации, и провозгласил "помещичьи, монастырские и государственные земли общественным достоянием". Во время мятежа Л. Г. Корнилова Махно был избран главой Комитета спасения рев. и выступал против Временного правительства и Учредительного собрания, решая аграрный вопрос с помощью захватов земли. Октябрьскую рев. принял благосклонно, как и большинство защищаемых им крестьян. Махно боролся против Центральной Рады Украины и немецких оккупантов. Весной 1918 был в Москве, встречался с П.А. Кропоткиным, Я.М. Свердловым, В.И. Лениным. Ленин произвел на Махно большое впечатление, но и его Махно обвинил в разгроме анархистских организаций Москвы. Выехав в Гуляй поле, Махно возглавил отряд, с к-рым успешно дрался с гетманщиной, совершив более 120 налетов. Прославился личной храбростью (получил 14 ранений за время гражданской войны) и удачливостью. В сформированной Махно армии, к-рая к нояб. 1918 насчитывала ок. 80 тыс. человек, воевали представители практически всех национальностей, населявших южную Украину. После поражения гетманщины и немцев Махно воевал с С.В. Петлюрой, соединившись в 1-й Заднепровской дивизии с отрядами П.Е. Дыбенко. Когда на освобожденных от белых территориях большевики стали вводить продразверстку, а конфискованные земли использовать для организации колхозов, Махно в февр. 1919 заявил: "Если товарищи большевики идут из Великороссии на Украину помочь нам в тяжелой борьбе с контрреволюцией, мы должны сказать им: "Добро пожаловать, дорогие друзья!" Если они идут сюда с целью монополизировать Украину, мы скажем им: "Руки прочь". В апр. на III Гуляйпольском съезде Махно заявил, что Сов. власть изменила рев., а компартия узурпировала власть и "оградила себя чрезвычайками". В июне Махно был объявлен Сов. властью вне закона. Осенью снова заключил с большевиками союз и при наступлении А.И. Деникина совершил рейд по тылам белой армии, подойдя к ставке Деникина в Таганроге. Был вновь объявлен вне закона после отказа подчиниться приказу И. В. Сталина выступить против Польши. Полагая своей задачей защищать деревню от города, ликвидировать эксплуатацию крестьян кем бы то ни было и установить "истинно народную власть", Махно боролся против всех властей и режимов, возникавших во время войны. Он участвовал в борьбе против П.Н. Врангеля, но надеялся, что Красная Армия будет воевать вместе с ним за "свободные Советы". Борьба против "большевистской диктатуры" завершилась летом 1921, когда с остатками своих людей Махно бежал в Румынию, а оттуда в Польшу. Сов. правительство потребовало выдачи Махно После суда над Махно в Польше он был оправдан и в 1924 уехала Германию, потом во Францию. Будучи серьезно болен, существовал преимущественно на пожертвования анархистов. Оставил трехтомные мемуары.
Н.И. Махно в лагере для перемещенных лиц. Румыния. 1921 год.
Нестор Махно. 30-е годы, Париж.
Махно в юные годы
Против красных
МАХНО Нестор Иванович (17.10.1889-06.07.1934) Анархист (с 1905). В период революции 1905—1907 сблизился с анархистами, участвовал в революционной деятельности. В 1909 г., находясь в анархической группе Вольного союза анархистов-коммунистов, которая признавала террор как средство борьбы с существующей властью, убил полицейского пристава. Арестован, осужден на смерть, приговор заменили 20 годами каторги. В заключении в Бутырской тюрьме (1909—03.1917). Освобожден 03.1917 как политический заключенный, уехал на Украину. Жил в станице Гуляй-Поле. Избран председателем Совета крестьянских депутатов в Гуляй-Поле. Создал (04.1918) анархистский отряд и вступил в борьбу с австро-немецкими оккупационными и гетманскими войсками в районе Гуляй-Поля — Екатеринослава; за храбрость выбран и назван «Батькой». В июне 1918 был принят в Кремле Лениным и Свердловым. Отправлял в города России эшелоны с хлебом с надписью на вагонах: «От Батьки Махно». Воевал против войск ВСЮР генерала Деникина (корпуса Слащева и Шкуро), имея до 50 000 — 80 000 сабель и штыков. Весьма мешал и затруднял наступлению Белых армий на Москву. Трижды присоединялся к Красной армии и входил в ее состав как командир 3-й бригады Заднепровс-кой дивизии Красной армии (с 02.1919). Самовольно оставил фронт (05.1919) и вышел из состава Красной Армии. Еще дважды повторял такие действия, воюя то против Красной армии, то против Петлюры, то против Добровольческой армии генерала Деникина. Части Махно (10.1919) первыми ворвались на Литовский полуостров в Крым, форсируя и преодолев в брод Сиваш; положили начало оккупации Крыма и разгрома войск Русской армии генерала Врангеля в целом. Однако с конца 1920 Нестор Махно игнорировал власти совдепов и повел вооруженную борьбу уже с войсками Красной армии. Но силы были явно неравны и в 1921 г. войска Махно были разгромлены Красной армией (Котовским, Буденным, Пархоменко и другими). За время Гражданской войны 12 раз был ранен в боях. Бежал 26.08.1921 в Румынию, затем в Польшу (1922). В эмиграции в Париже (Франция) с 1923 г. Работал сапожником и типографским рабочим. Умер в 1934 г. от туберкулеза легких (чахотки) в Париже. (Первая жена — Гаенко Фео-дора Лукьяновна — убита 20.03.1920 в станице Гуляй-Поле при преследовании войск Махно частями Котовского. Вторая жена вместе с дочерью были арестованы в 1945 г. в Германии агентами НКВД, привезены в СССР, осуждены, содержались в ГУЛАГе. Брат Махно, Савва, расстрелян большевиками в 1919 г.)
В революции 1917 года
Махно Нестор Иванович (27 окт. 1888, с. Гуляйполе Александровского у. Екатеринославской губ.,- 6 июля 1934, Париж). Из бедной крест, семьи. С 7-летнего возраста подпасок, с 12-летнего возраста, после окончания начальной школы, работал в экономиях нем. колонистов и в имениях помещиков, затем на гуляйпольском чугунолитейном з-де. В 1906 вступил в кружок молодёжи Укр. группы хлеборобов анархистов-коммунистов. Участвовал в террористич. актах, дважды в 1906-07 арестовывался. В 1908 застрелил чиновника воен. управы и вскоре был арестован. В марте 1910 приговорён к повешению, просидел в камере смертников 52 дня. Но т.к. к моменту совершения преступления Махно не достиг совершеннолетия (21 год), смертная казнь была заменена на бессрочную каторгу. Отбывал её в Бутырской каторжной тюрьме (Москва). Здесь сблизился с анархистом ПА Аршиновым, оказавшим большое влияние на дальнейшее формирование взглядов Махно. Он постарался использовать тюрьму "в целях самообразования и проявил в этом отношении крайнюю настойчивость. Он изучил рус. грамматику, занимался математикой, рус. лит-рой, историей культуры и полит, экономией... Упорный, не могущий помириться с полным бесправием личности... он всегда спорил с начальством и вечно сидел по холодным карцерам, нажив себе, таким образом, туберкулёз лёгких" (Аршинов П., История махновского движения, Берлин, 1923, с. 50).
Комбриг Нестор Махно и командир Заднепровской дивизии П.Е. Дыбенко.
1919 год. Мариуполь.
В ходе Февр. рев-ции 1917 вышел 2 марта из тюрьмы. Связался с Лефортовской группой анархистов. В Гуляйполе приехал ок. 24 марта с убеждением, что отсюда, "из недр населяющего крестьянства, родится та мощная рев. волна самодеятельности масс, на к-рую рев. анархизм должен опереться" (Махно Н.И., Воспоминания, кн. 1, К., 1991, с. 10). 25 марта Махно сделал доклад группе анархистов, в к-ром говорил о необходимости организации Крестьянского союза, что "даст возможность крестьянам самим подойти вплотную к вопросу о земле и провозгласить её обществ. достоянием, не дожидаясь решения об этом важном для крестьян вопросе "рев. пр-ва"" (там же, с. 12). В тот же день Махно выступил на собрании местного Обществ, к-та, возглавлявшегося офицерами пулемётной команды, где добился решения о его перевыборах и о том, что будущий к-т перейдёт под контроль организующегося Крест. союза. Это было необходимо, как считал Махно, для того, чтобы помочь рабочим и крестьянам понять, "что они, при сознательном отношении к делу рев-ции. окажутся единственно верными носителями идеи самоуправления, без опеки каких бы то ни было полит. партий и их слуг-правительств" (там же, с. 15). На выборах в к-т Крест, союза 28-29 марта Махно был единогласно избран его членом, а вскоре и председателем. Почти одновременно был избран чл. Обществ, к-та. Махно не отказывался от важного, с точки зрения анархизма, средства борьбы - экспроприаций. Вскоре после приезда он во главе отряда захватил в ссудо-сберегат. кассе с. Жеребцы неск. тысяч руб., на к-рые закупил оружие. 1 мая Махно был организатором манифестации под лозунгом "Долой пр-во и все партии, стремящиеся навязать нам этот позор" (войну до победы- Автор). В мае на уездном крест, съезде в Александровске Махно заявил, что трудовое крест-во не доверяет дела рев-ции Обществ, к-там, был поддержан эсерами, и съезд вынес резолюцию о переходе земли в пользование трудового об-ва без выкупа, избрал зем. к-т.
Вскоре Гуляйпольский Крест. Совет принял декларацию о том, что трудовое крест-во р-на "считает своим неотъемлемым правом провозгласить помещичьи, монастырские и гос. земли обществ. достоянием". Декларация получила популярность среди сел. населения юго-вост. Украины. К Махно приезжали делегации с вопросом: с чего и как начать? (там же, с. 32-33). В июне по просьбе металлистов и деревообделочников вступил в их профсоюз и руководил забастовкой с требованием повышения зарплаты. Хозяева уступили. Июльский расстрел демонстрации в Петрограде Махно назвал "гнусным, ничем не оправданным преступлением буржуазии" (там же, с. 46). В том же месяце назначил себя комиссаром Гуляйпольского р-на. В авг. Махно был делегатом губ. съезда Советов рабочих, крест., солд. и казачьих доп., постановившего реорганизовать на местах все крест, союзы в крест. советы. Махно осудил участие в работе Гос. совещания ПА Кропоткина, к-рого очень уважал и считал одним из столпов анархизма. По получении телеграммы о выступлении ген. Л.Г. Корнилова Махно организовал митинг. Был избран главой К-та защиты рев-ции, к-рый он мыслил как орган защиты "не только от отрядов Корнилова, но и от Врем. пр-ва и от всех, его идеям следующих соц. партий" (там же, с. 65). К-т постановил создавать вооруж. отряды, начать разоружение буржуазии и ликвидировать частную собственность в р-не. После ликвидации корниловщины волостной съезд Советов (сент.) принял резолюцию, отвергающую Врем. пр-во во главе с А.Ф. Керенским и Учред. Собрание, было заявлено, что "анархиста Махно по-прежнему считают своим другом и руководителем в рев-обществ, делах" (там же, с. 72-73). В августе - сентябре в р-не началась конфискация земель помещиков, наложение на них контрибуции, многие из землевладельцев уезжали: крестьяне не платили за аренду, земля осталась в распоряжении зем. к-тов: рабочие осуществляли контроль над предприятиями.
Отношение Махно к Окт. рев-ции неоднозначно. Будучи убеждённым антигосударственником, он отмечал как положительное то, что покончено с бурж. гос-вом. Но "то обстоятельство, что этот рев. переворот привёл к власти партию большевиков и левых социалистов-революционеров, не обольщало укр. рев. тружеников", по его мнению, "сознательные крестьяне и рабочие видели в этом новый этап вмешательства власти в рев. творчество тружеников на местах и, следовательно, новую волну борьбы власти с народом" (там же, с. 96). С др. стороны. Махно утверждал, что Октябрь 1917 явился "инициатором в борьбе против пр-ва за право расширения и углубления антигосударственнического рев. процесса", а потому в первые два месяца... торжество окт. переворота в России укр. тружениками на местах было только приветствовано" (там же, с. 99). В дек. в Екатеринославле на губ. съезде Советов Махно выступил против украинцев-"шовинистов" членов "Селянской спилки". Вернувшись, на волостном съезде Советов призвал к вооруж. борьбе с армией Укр. Нар. Республики: "Это дубьё несёт на своих штыках смерть рев-ции и жизнь врагам её" (там же, с. 111). Махно приветствовал Брест-Литовский договор и считал его одним из самых удачных тактических манёвров, какие могли только развернуться в общей рев. стратегии (см.: Комин В.В., Н. Махно: мифы и реальность, Калинин, 1990, с. 16). После оккупации Украины Махно возглавил в р-не отряды "рев. повстанчества". В отместку укр. и нем. военные власти сожгли дом его матери и расстреляли старшего брата. К кон. апр. 1918 отряды Махно отступили к Таганрогу и по решению конференции повстанцев самораспустились.
В мае 1918 Махно приехал в Москву, посетил Аршинова и др. известных анархистов. Пришёл к выводу, что здесь "центр бумажной рев-ции", способный только на советы. Но на всю жизнь запомнились слова, сказанные ему П.А. Кропоткиным: "Нужно помнить, дорогой товарищ, что борьба не знает сентиментальностей. Самоотверженность, твёрдость духа и воли к намеченной цели побеждают всё" (там же, с. 13). Встречался с Я.М. Свердловым и В.И. Лениным. После беседы с Лениным, заявившим о готовности сотрудничать с такими анархо-коммунистами, как Махно, последний заявил: "Я лично почувствовал, что начинаю благоговеть перед Лениным" (там же, с. 14-15). 29 июня Махно покинул столицу, чтобы продолжить вооруж. борьбу с оккупантами и гетманщиной. Родилась "махновщина", к-рую сам Махно характеризовал как "могучее ан-тигос. рев. движение широких укр. масс" ("Воспоминания", с. 5-6). Гуляйпольским анархистам Махно 4 июля писал: "Общими усилиями займемся разрушением рабского строя, чтобы вступить самим и ввести Других наших братьев на путь нового строя. Организуем его на началах свободной общественности, содержание к-рой позволит всему не эксплуатирующему чужого труда населению свободно и независимо от гос-ва и его чиновников, хотя бы и красных, строить всю свою социально-обществ. жизнь совершенно самостоятельно у себя на местах, в своей среде... Да здравствует наше крест, и рабочее объединение! Да здравствуют наши подсобные силы -бескорыстная трудовая интеллигенция! Да здравствует Укр. социальная рев-ция!" (Комин, с. 15-16).
Возглавив вначале небольшой партиз. отряд, Махно проявил незаурядные организаторские способности и личное бесстрашие (за годы Гражданской войны был ранен 14 раз). Его отряды в конце ноября насчитывали ок. 6 тысяч чел. Махно отверг предложение Директории о союзе, заявив: "Петлюровщина - авантюра, отвлекающая внимание масс" (Комин, с. 21). В дек. 1918 заключил соглашение с Кр. Армией, но в мае 1919 нарушил его и 8 июня был объявлен Сов. властью вне закона. Осенью этого года заключил новый союз с Красной Армией. 26 сент. прорвал фронт белых и совершил дерзкий рейд в направлении на Бердянск и Таганрог, отвлекая на себя крупные силы деникинцев. За эту операцию был награжден орденом Красного Знамени (№ 4).
9 янв. 1920 отказался выступить на фронт против поляков и снова был объявлен вне закона. В июле отклонил предложение П.Н. Врангеля о союзе против Советов и до кон. сент. вёл войну на два фронта. 27 сент. подписал соглашение с Красной Армией. Его части участвовали в штурме Перекопа и освобождении Крыма. 26 ноября, после отказа влиться в Красную Армию, части были окружены и разгромлены. В дек. Махно формирует свою последнюю армию (10-15 тыс. чел.). Его борьба против "большевистской диктатуры и её контрреволюции" продолжалась до 23 авг. 1921, когда он, преследуемый Красной Армией, с малочисленным отрядом ушёл в Румынию. В 1922 жил в Польше. С 1923 во Франции. Работал в типографии, сапожничал. Часто и тяжело болел, умер от ран и туберкулёза.
Махно на излечении в Старобельском госпитале. Осень 1920 года.
Ворвался на Литовский полуостров
МАХНО Нестор Иванович (17.10.1889-06.07.1934). Анархист (с 1905). В период революции 1905—1907 сблизился с анархистами, участвовал в революционной деятельности. В 1909, находясь в анархической группе «Вольного союза анархистов-коммунистов», которая признавала террор как средство борьбы с существующей властью, убил полицейского пристава. Арестован, осужден на смерть, приговор заменили 20 годами каторги. В заключении в Бутырской тюрьме (1909—03.1917). Освобожден
03.1917 как политический заключенный, уехал на Украину. Жил в станице Гуляй-Поле. Избран председателем Совета крестьянских депутатов в Гуляй-Поле. Создал (04.1918) анархистский отряд и вступил в борьбу с австро-немецкими оккупационными и гетманскими войсками в районе Гуляй-Поля — Екатеринослава; за храбрость назван и выбран «Батькой». В июне 1918 был принят в Кремле Лениным и Свердловым. Отправлял в города России эшелоны с хлебом с надписью на вагонах: «От Батьки Махно». Воевал против войск ВСЮР генерала Деникина (корпуса Слащева и Шкуро), имея до 50к000 — 80к000 сабель и штыков. Весьма мешал и затруднял наступлению Белых армий на Москву. Трижды присоединялся к Красной армии и входил в ее состав как командир 3-й бригады Заднепровской дивизии Красной армии (с 02.1919). Самовольно оставил фронт (05.1919) и вышел из состава Красной армии. Еще дважды повторял такие действия, воюя то против Красной армии, то против Петлюры, то против Добровольческой армии генерала Деникина. Части Махно (10.1919) первыми ворвались на Литовский полуостров в Крым, форсируя и преодолев вброд Сиваш, начав разгром войск Русской армии генерала Врангеля. Однако с конца 1920 Нестор Махно игнорировал власти совдепов и вел вооруженную борьбу уже с войсками Красной армии. Но силы были явно неравны, и в 1921 войска Махно были разгромлены Красной Армией (Котовским, Буденным, Пархоменко и другими). За время Гражданской войны 12 раз был ранен в боях. Бежал 26.08.1921 в Румынию, затем в Польшу (1922). В эмиграции в Париже (Франция) с 1923. Работал сапожником и типографским рабочим. Умер в 1934 от туберкулеза легких («чахотки») в Париже.
Родня:
Махно с женой и дочерью
Нестор Иванович Махно и дочь Елена Михненко.
Первая жена — Гаенко Феодора Лукьяновна убита 20.03.1920 в станице Гуляй-Поле при преследовании войск Махно частями Котовского. Вторая жена вместе с дочерью были арестованы в 1945 в Германии агентами НКВД, привезены в СССР, осуждены, содержались в ГУЛАГе. Брат Махно, Савва — расстрелян большевиками в 1919.
Коммунистическая характеристика Махно:
Махно Нестор Иванович [17(29).10.1889, Гуляйполе, ныне Запорожской обл.,—6.7. 1934, Париж], один из главарей мелкобуржуазного контрреволюционного анархо-кулацко-крестьянского движения на Украине в Гражданскую Войну. Во время Революции 1905—1907 годов вступил в анархистскую группу, участвовал в террористических актах. В 1909 году за убийство полицейского пристава был приговорён к смертной казни, заменённой 10 годами каторги. Освобождённый после Февральской революции 1917 года, вернулся в Гуляйполе и в апреле 1918 года создал вооружённый анархистский отряд, который вначале вёл партизанскую борьбу против австро-германских оккупантов и гетманской власти в районе Синельниково, Екатеринослав (ныне Днепропетровск). Махно неоднократно заявлял о признании Советской власти, чем приобрёл популярность среди крестьян. В конце декабря 1918 года совместно с советскими отрядами участвовал в освобождении Екатеринослава. В феврале 1919 года отряд Махно влился в состав войск советского Украинского фронта как 3-я бригада 1-й Заднепровской дивизии, но в мае Махно самовольно увёл бригаду с фронта и начал борьбу против Советской власти. На протяжении 1919—1920 годов Махно трижды вступал в соглашение с Советской властью и трижды его нарушал, поднимая антисоветские мятежи. Махно отличался жестокостью, под его руководством махновцы беспощадно расправлялись с коммунистами, советскими работниками, бойцами продотрядов, нападали на тылы советских войск. В 1921 году отряды Махно окончательно превратились в банды грабителей, насильников и были разгромлены советскими войсками. В августе 1921 года Махно бежал в Румынию, в 1922 году переехал в Польшу, а в 1923 году во Францию, поддерживал связи с анархистами, вёл антисоветскую деятельность. Написал 2 тома воспоминаний, проникнутых ненавистью к Советской власти.
Кладбище Пер-Лашез. Последнее пристанище Нестора Ивановича Махно.
Samira Dusheva,
01-12-2008 22:48
(ссылка)
Без заголовка
АНАРХИЯ. Это очень большое понятие... Для Бакунина это стихия революции.. Для Крапоткина - мать порядка... А для меня это есть внегосударственная форма существования, все что не отягощенно государством и есть анархия... и это совершенно не хаос, который тоже есть порядок. Жить вне государства - быть анархистом
Метки: анархия
Стихи Нестора Ивановича Махно
Проклинайте меня, проклинайте
Проклинайте меня, проклинайте,
Если я вам хоть слово солгал,
Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал.
За тебя, угнетенное братство,
За обманутый властью народ.
Ненавидел я чванство и барство,
Был со мной заодно пулемет.
И тачанка, летящая пулей,
Сабли блеск ошалелый подвысь.
Почему ж от меня отвернулись
Вы, кому я отдал свою жизнь?
В моей песни не слова упрека,
Я не смею народ упрекать.
От чего же мне так одиноко,
Не могу рассказать и понять.
Вы простите меня, кто в атаку
Шел со мною и пулей сражен,
Мне б о вас полагалось заплакать,
Но я вижу глаза ваших жен.
Вот они вас отвоют, отплачут
И лампады не станут гасить...
Ну, а батько не может иначе,
Он умеет не плакать, а мстить.
Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал...
(1921)
Кони версты рвут наметом
Кони версты рвут наметом,
Нам свобода дорога,
Через прорезь пулемета
Я ищу в пыли врага.
Застрочу огнем кинжальным,
Как поближе подпущу.
Ничего в бою не жаль мне,
Ни о чем я не грущу.
Только радуюсь убойной
Силе моего дружка.
Видеть я могу спокойно
Только мертвого врага.
У меня одна забота,
Нет важней ее забот...
Кони версты рвут наметом,
Косит белых пулемет.
Ответ большевику Дыбенко
Большевику не веря,
Кричали все в одно:
"Не ври как сивый мерин,
Мы все идем к Махно!"
Я в бой бросался с головой
Я в бой бросался с головой,
Пощады не прося у смерти,
И не виновен, что живой
Остался в этой круговерти.
Мы проливали кровь и пот,
С народом откровенны были.
Нас победили. Только вот
Идею нашу не убили.
Пускай схоронят нас сейчас,
Но наша Суть не канет в Лету,
Она воспрянет в нужный час
И победит. Я верю в это!
(1921)
Проклинайте меня, проклинайте,
Если я вам хоть слово солгал,
Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал.
За тебя, угнетенное братство,
За обманутый властью народ.
Ненавидел я чванство и барство,
Был со мной заодно пулемет.
И тачанка, летящая пулей,
Сабли блеск ошалелый подвысь.
Почему ж от меня отвернулись
Вы, кому я отдал свою жизнь?
В моей песни не слова упрека,
Я не смею народ упрекать.
От чего же мне так одиноко,
Не могу рассказать и понять.
Вы простите меня, кто в атаку
Шел со мною и пулей сражен,
Мне б о вас полагалось заплакать,
Но я вижу глаза ваших жен.
Вот они вас отвоют, отплачут
И лампады не станут гасить...
Ну, а батько не может иначе,
Он умеет не плакать, а мстить.
Вспоминайте меня, вспоминайте,
Я за правду, за вас воевал...
(1921)
Кони версты рвут наметом
Кони версты рвут наметом,
Нам свобода дорога,
Через прорезь пулемета
Я ищу в пыли врага.
Застрочу огнем кинжальным,
Как поближе подпущу.
Ничего в бою не жаль мне,
Ни о чем я не грущу.
Только радуюсь убойной
Силе моего дружка.
Видеть я могу спокойно
Только мертвого врага.
У меня одна забота,
Нет важней ее забот...
Кони версты рвут наметом,
Косит белых пулемет.
Ответ большевику Дыбенко
Большевику не веря,
Кричали все в одно:
"Не ври как сивый мерин,
Мы все идем к Махно!"
Я в бой бросался с головой
Я в бой бросался с головой,
Пощады не прося у смерти,
И не виновен, что живой
Остался в этой круговерти.
Мы проливали кровь и пот,
С народом откровенны были.
Нас победили. Только вот
Идею нашу не убили.
Пускай схоронят нас сейчас,
Но наша Суть не канет в Лету,
Она воспрянет в нужный час
И победит. Я верю в это!
(1921)
От оргкомитета XXI Съезда АДА
По предварительной информации, с 22 по 24 августа в г. Питере состоится очередной XXI Съезд Ассоциации Движений Анархистов. Оргкомитет просит всех, кто собирается принять участие в работе Съезда в качестве гостей и участников, сообщить о своём желании прибыть на Съезд заранее по адресам: an.press (at) gmail.com и maridze (at) gmail.com.
Источник: http://lj.rossia.org/users/anarchofront/22235.html
Источник: http://lj.rossia.org/users/anarchofront/22235.html
настроение: Революционное
Петр Кропоткин. Налог - средство обогащать богатых.
Налог так удобен! Наивные люди - "дорогие граждане", как их именуют во
время выборов, - привыкли видеть в налоге средство для совершения великих
дел цивилизации, полезных для народа. Но правительства великолепно знают,
что налог представляет им самый удобный способ создавать большие состояния
за счет малых, делать народ бедным и обогащать некоторых, отдавать с
большими удобствами крестьянина и рабочего во власть фабриканта и
спекулянта, поощрять одну промышленность за счет другой и все вообще
промышленности - за счет земледелия и в особенности за счет крестьянина или
же всего народа.
Если бы завтра в палате депутатов решили ассигновать 20 млн. руб. в
пользу крупных землевладельцев (как лорд Сольсбюри сделал в Англии в 1900
г., чтобы вознаградить своих избирателей-консерваторов), то вся страна
завопила бы как один человек; министерство было бы немедленно низвергнуто. А
при помощи налога правительство перекачивает те же миллионы из карманов
бедняков в карманы богачей, так что бедные даже не замечают этой проделки.
Никто не кричит, и та же цель достигается удивительным образом - настолько
ловко, что это назначение налогов проходит незамеченным даже теми, кто
делает своей специальностью изучение налогов.
Это так просто! Достаточно, например, увеличить на несколько копеек
налоги, платимые крестьянином за каждую лошадь, телегу, корову и т.д., чтобы
сразу разорить десятки тысяч земледельческих хозяйств. Те, кто уже с большим
трудом едва-едва сводят концы с концами и кого малейший удар может
окончательно разорить и отправить в ряды пролетариата, гибнут на этот раз от
самого ничтожного увеличения налогов. Они продают свои участки земли и
уходят в города, предлагая свой труд владельцам фабрик и заводов. Другие
продают лошадь и с удвоенным усердием начинают работать лопатой, надеясь еще
поправить свое положение. Но новое увеличение налогов, неизбежно вводимое
через несколько лет, добивает их до конца, и они становятся также
пролетариями.
Эта пролетаризация слабых государством, правительством производится
постоянно из года в год, и никто не кричит об этом, кроме самих разоренных,
голос которых не доходит до широких кругов публики. Мы видели, как это
производилось в грандиозном масштабе в течение последних сорока лет в
России, особенно в центральной России, где мечты крупных промышленников о
создании пролетариата осуществлялись потихоньку при помощи налогов, между
тем как если бы был издан закон, который стремился бы одним почерком пера
разорить несколько миллионов крестьян, то это вызвало бы протесты всего
мира, даже в России при самодержавном правительстве. Налог, таким образом,
мягко достигает того, что правительство не смеет делать открыто.
И экономисты, присваивающие себе название "научных", говорят нам об
установленных законах экономического развития, о "капиталистическом
фатализме" и о "самоотрицании", между тем как простое изучение налогов легко
бы объяснило добрую половину того, что они приписывают предполагаемой
фатальности экономических законов. Таким образом, разорение и экспроприация
крестьянина, которое происходило в XVII в. и которое Маркс назвал
"первоначальным накоплением капитала", продолжается до наших дней из года в
год при помощи такого удобного орудия - налога.
Вместо того чтобы увеличиваться согласно неизбежным законам, сила
капитала была бы значительно парализована в своем распространении, если бы
она не имела к своим услугам государства, которое, с одной стороны, создает
все время новые монополии (рудники, железные дороги, вода для жилых
помещений, телефоны, меры против рабочих союзов, судебное преследование
забастовщиков и т.д.), а с другой стороны, создает состояния и разоряет
массы рабочих посредством налога.
Если капитализм помог создать современное государство, то так же - не
будем забывать этого - современное государство создает и питает капитализм.
Адам Смит в прошедшем столетии уже подчеркнул эту силу налога и наметил
главные линии, по которым должно было идти изучение налога; но после Смита
такое изучение не продолжалось, и чтобы показать теперь эту мощь налога, нам
приходится собирать там и сям соответствующие случаи и примеры.
Так, возьмем земельный налог, являющийся одним из самых могучих орудий
в руках государства. Восьмой отчет Бюро труда штата Иллинойса дает массу
примеров, доказывающих, как - даже в демократическом государстве - создаются
состояния миллионеров, просто при помощи того, как государство облагает
земельную собственность в городе Чикаго.
Этот громадный город рос очень быстро, достигнув в течение пятидесяти
лет 1 500 000 жителей. Облагая налогами застроенные земли, в то же время как
незастроенные земли, даже на самых центральных улицах, облагались лишь
слегка, государство создало состояния миллионеров. Участки земли на одной
такой большой улице, которые стоили пятьдесят лет тому назад 2400 рублей за
одну десятую часть десятины, ныне стоят до двух с половиною миллионов.
Притом вполне очевидно, что если бы налог был по стольку-то за каждую
квадратную сажень застроенной или незастроенной земли или если бы земля была
бы муниципализирована, то никогда подобные состояния не могли бы
накапливаться. Город воспользовался бы ростом своего населения, чтобы
понизить налоги на дома, населяемые рабочими. Теперь же наоборот; так как
именно дома в шесть или десять этажей, населенные рабочими, выносят главную
тяжесть налога, то, следовательно, рабочий должен работать, чтобы позволять
богатым сделаться еще более богатыми. В вознаграждение за это он должен жить
в нездоровых, плохих помещениях, что, как известно, останавливает духовный и
умственный рост того класса, который живет в этих помещениях, и вместе с тем
отдает всецело власть фабриканта. Восьмой двугодичный отчет Бюро рабочей
статистики Иллинойса 1894 г. полон поразительных сведений на эту тему.
Или возьмем английский арсенал в Вуличе. Некогда земли, на которых
вырос Вулич, представляли из себя дикие луга, обитаемые только кроликами. Но
с тех пор, как государство построило там свой большой арсенал, Вулич и
соседние деревни сделались большим городом с значительным населением, где 20
000 человек работают на фабриках государства, изготовляя орудия разрушения.
Однажды в июне 1890 г. один депутат потребовал от правительства
увеличения заработной платы рабочим. "Зачем? - ответил министр-экономист
Гошен. - Это все равно будет отобрано у них домовладельцами!.. В течение
последних лет заработная плата увеличилась на 20%, но плата за квартиры
рабочих за это время увеличилась на 50%. Увеличение заработной платы
(цитирую дословно) вело, таким образом, только к тому, что в карманы
домовладельцев (уже миллионеров) поступала гораздо большая сумма денег".
Рассуждение министра, очевидно, верно, и факт, что миллионеры отбирают
большую часть увеличения заработной платы, заслуживает того, чтобы его
хорошенько запомнили. Он совершенно точен.
С другой стороны, все время жители Вулича, как жители всякого другого
большого города, были принуждены платить двойные и тройные налоги для
устройства канализации, дренирования, мощения улиц, и город, таким образом,
из полного всяких болезней превратился теперь в здоровый город. Благодаря же
существующей системе земельного налога, и земельной собственности вся эта
масса денег пошла на то, чтобы обогатить уже богатых земледельцев и
домовладельцев. "Они перепродают плательщикам налогов по частям те выгоды,
которые они получили благодаря санитарным улучшениям и которые были оплачены
этими самыми плательщиками", - замечает совершенно верно газета вулических
кооператоров "Comradeship" ("Товарищество").
Или еще: в Вуличе завели паром для переезда через Темзу и сообщения с
Лондоном. Сначала это была монополия, которую парламент создал в пользу
одного капиталиста, поручив ему установить сообщение с паровым паромом.
Затем, по прошествии некоторого времени, так как монополист ввел слишком
высокие цены за переезд, муниципалитет выкупил у него право держания парома.
Все это стоило плательщикам более 2 000 000 руб. налогов в течение восьми
лет! И вот маленький кусок земли, расположенный у парома, поднялся в цене на
30 000 руб., которые, конечно, были положены в карман землевладельцем. И так
как этот кусок земли будет продолжать всегда возрастать в цене, то вот вам
новый монополист, новый капиталист в добавление к легионам других, уже
созданных английским государством.
Но этого мало! Рабочие государственных заводов Вулича кончили тем, что
основали профессиональный союз и в результате долгой борьбы удерживали свою
заработную плату на более высоком уровне, чем на других заводах подобного
рода. Они основали также кооператив и уменьшили этим на одну четверть свои
расходы на существование. Но "лучшая часть жатвы" все-таки идет в карман
господ! Когда кто-нибудь из этих господ решается продать кусочек своих
земель, то его агент помещает в местных газетах следующее объявление
(цитирую дословно):
"Высокая заработная плата, платимая арсеналом рабочим, благодаря их
профессиональному союзу, и существование в Вуличе прекрасного кооператива
делают эту местность в высшей степени подходящей для постройки домов с
рабочими квартирами". Иными словами, это значит: "Вы можете дорого заплатить
за этот кусок, господа строители домов с рабочими квартирами Вы получите все
это назад очень легко с рабочих квартирантов". И строители платят, строят и
затем с излишком собирают затраченные деньги с рабочего.
Но это еще не все. Вот несколько энтузиастов сумели после ужасных
затруднений и колоссального труда основать в самом Вуличе род кооперативного
городка с домиками для рабочих. Земля была куплена кооперативом,
дренирована, канализирована; были проведены улицы; затем участки земли
продавались рабочим, которые благодаря кооперативу могли на хороших условиях
выстроить себе свои домики. Основатели радовались и торжествовали. Успех был
полный, и они захотели узнать, на каких условиях им можно будет купить
соседний кусок земли, чтобы увеличить кооперативный городок. Они платили
раньше за свой участок 15 000 руб. за десятину, теперь же с них спросили 30
000... Почему?..
- Но, господа, ваш городок идет очень хорошо, и поэтому стоимость нашей
земли удвоилась, - говорили им.
- Великолепно! Значит, так как государство создало и поддерживало
земельную монополию в пользу какого-нибудь капиталиста, то кооператоры
работали только затем, чтобы еще обогатить этого капиталиста и чтобы сделать
дальнейшее распространение их рабочего города невозможным!
- Да здравствует государство!
- Работай для нас, бедное животное, раз ты веришь, что можешь улучшить
свою судьбу кооперативами, не осмеливаясь затрагивать в то же время
собственность, налог и государство!
Но оставим Чикаго и Вулич, - разве мы не видим в каждом большом городе,
как государство, воздвигая дом в шесть этажей, гораздо больший, чем частный
особняк богача, создает этим самым новую привилегию в пользу богача? Оно
позволяет ему забирать себе в карман излишек стоимости, приданной его земле
увеличением и украшением города, особенно домом в шесть этажей, в котором
гнездится беднота, работающая за нищенскую плату над украшением города.
Удивляются тому, что города растут так быстро за счет деревни, и не
желают видеть, что вся финансовая политика XIX столетия направлена к тому,
чтобы обложить как можно больше налогами земледельца - истинного
производителя, так как он умеет добыть из земли в три, четыре, в десять раз
больше продуктов, чем раньше, в пользу городов, то есть в пользу банкиров,
адвокатов, торговцев и всей банды прожигателей жизни и правителей.
И пусть нам не говорят, что создание монополий в пользу богатых не есть
самая главная суть современного государства и симпатий, которые оно
встречает среди богатых и образованных людей, прошедших через школы
государства. Вот последний великолепный пример того, как употребляли налоги
в Африке.
Всем известно, что главной целью войны Англии против буров было
уничтожение бурского закона, не позволяющего принуждать негров работать в
золотых копях. Английские компании, основанные для эксплуатации этих мин, не
давали тех доходов, на которые они рассчитывали.
Вот что недавно заявил по этому поводу в парламенте лорд Грей: "Вы
должны оставить навсегда идею о возможности разрабатывать ваши копи при
помощи труда белых. Нужно найти способ, как притянуть к этому негров... Это
можно было бы сделать, например, при помощи налога в один фунт на каждую
хижину негров, как мы это уже делаем в Басутоланде, а также при помощи
небольшого налога (12 шиллингов), который будет взиматься с тех негров,
которые не смогут предъявить удостоверения о том, что они четыре месяца в
году работали у белых" (Гибсон Дж.А. Война в Южной Африке. - Hobson. The War
in South-Africa. P. 234).
Вот вам крепостное право, которое не осмеливались вводить открыто, но
которое ввели при помощи налога. Представьте себе каждую жалкую хижину,
обложенную налогом в десять рублей, и вы имеете перед собой крепостное
рабство! И Рэдд, агент известного Родса, пояснил это предложение, написав
следующее:
"Если под предлогом цивилизации, мы истребили от 10 000 до 20 000
дервишей нашими пушками Максима, то, конечно, не будет насилием заставить
туземцев Южной Африки отдавать три месяца в году честному труду". Всегда те
же два, три дня в неделю! Больше этого не нужно. Что же касается оплаты
"честного труда", то Рэдд высказался по этому поводу очень определенно: от
24 до 30 руб. в месяц - это "болезненный сентиментализм". Четверти этого
хватит за глаза (там же, с. 235). При таких условиях негр не разбогатеет и
останется рабом. Нужно отобрать у него назад при помощи налога то, что он
заработает как жалование; нужно помешать ему давать себе отдых!
Действительно, с тех пор, как англичане сделались господами Трансвааля
и "черных", добыча золота поднялась с 125 млн руб. до 350 млн руб. Около 200
000 "черных" принуждены теперь работать в золотых копях, чтобы обогащать
компании, которые были главной причиной возникновения войны.
Но то, что англичане сделали в Африке, чтобы довести черных до нищеты и
навязать им силой работу в рудниках, государство делало в течение трех веков
в Европе по отношению к крестьянам; и оно еще делает это теперь, чтобы
навязать тот же принудительный труд рабочим городов.
А универсанты нам еще толкуют о "незыблемых законах" политической
экономии!
Оставаясь все время в области новейшей истории, мы могли бы привести
другой пример ловкой операции, проведенной при помощи налога. Это можно было
бы назвать - "Как британское правительство взяло с народа 2 000 000 руб.,
чтобы отдать их крупным чаеторговцам - водевиль в одном акте". В субботу 3
марта 1900 г. в Лондоне разнеслось известие, что правительство собирается
увеличить ввозные пошлины на чай на два пенса (8 копеек) на фунт. Немедленно
после этого в субботу и понедельник 22 000 000 фунтов чаю, который лежал на
лондонской таможне, ожидая уплаты пошлин, были взяты коммерсантами,
уплатившими пока пошлину по старой ставке; а во вторник цена чая в
лондонских магазинах была повсюду увеличена на два пенса. Если будем считать
только 22 000 00 фунтов, взятых в субботу и понедельник, это составляет уже
чистую прибыль в 44 000 000 пенса (около 4 600 000 франков или почти 2 000
000 руб.), взятых из карманов плательщиков и переложенных в карманы
чаеторговцев. Но то же самое было проделано и в других таможнях - в
Ливерпуле, в Шотландии и т.д., не считая чая, вышедшего из таможен раньше,
чем узнали о предстоящем увеличении пошлины. Это, без сомнения, выразится в
сумме около 5 000 000 руб., подаренных государством купцам.
То же самое с табаком, пивом, водкой, винами, - и вот вам, богатые
обогатились приблизительно на десяток миллионов, взятых из карманов бедных.
А посему: "Да здравствует налог! И да здравствует государство!"
И вас, детей бедных, учат в первоначальной школе (дети богатых узнают
совсем другое в университетах), что налог был создан для того, чтобы дать
возможность бедным жителям деревень не отбывать более принудительных работ,
заменив их небольшим ежегодным взносом в кассу государства. И скажите вашей
матери, согнувшейся под бременем многих лет труда и домашней экономии, что
вас учат там великой и прекрасной науке - политической экономии!..
Возьмемте на самом деле образование. Мы прошли длинный путь с тех пор,
когда коммуна находила сама дом для своей школы и для учителя, где мудрец,
физик, и философ окружали себя добровольными учениками, чтобы передать им
секреты своей науки или своей философии. Теперь мы имеем так называемое
бесплатное обучение, доставляемое государством за наш же счет; мы имеем
гимназии, университеты, академии, научные общества, существующие на субсидии
от государства, научные миссии и так далее.
Так как государство всегда чрезвычайно радо расширять сферу своих
отправлений, а граждане не желают ничего лучшего, как избавляться от
обязанности думать о делах общего интереса и - "освободиться" от своих
сограждан, предоставляя общие дела кому-нибудь третьему, все устраивается
удивительным образом. "Образование? - говорит государство. - Прекрасно,
милостивые государыни и милостивые государи, мы очень рады дать его вашим
детям! Чтобы облегчить вам заботы, мы даже запретим вам вмешиваться в
образование. Мы составим программы, - и, пожалуйста, чтобы не было никакой
критики! Сначала мы забьем головы вашим детям изучением мертвых языков и
прелестей римского права. Это сделает их податливыми и покорными. Затем,
чтобы отнять у них всякую наклонность к непокорности, мы расскажем им о
добродетелях государств и правительств и научим презирать управляемых. Мы
внушим им, что они, выучив латынь, сделались солью земли, дрожжами
прогресса, что без них человечество погибло бы. Это вам будет льстить, а что
же касается до них, то они проглотят это с величайшим удовольствием и станут
донельзя тщеславными. Это именно то, что нам нужно. Мы научим их, что нищета
народных масс есть "закон природы", - и они будут рады узнать это и
повторять. Видоизменяя, однако, народное обучение сообразно изменяющемуся
вкусу времени, мы также скажем им, что такова воля Божия, что таков
"незыблемый закон", согласно которому рабочий должен впасть в нищету, как
только он начнет немного богатеть, потому что в своем благосостоянии он
забывается до того, что хочет иметь детей. Все обучение будет иметь целью
заставить ваших детей поверить, что вне государства, ниспосланного
провидением, нет спасения! А вы будете нас хвалить за это, не правда ли?
После того, заставив народ заплатить расходы на народное образование
всех ступеней - первоначальное, второй ступени, университеты, академии, - мы
устроим дела таким образом, чтобы сохранить наиболее жирные, лучшие части
бюджетного пирога для сыновей буржуазии. А этот большой добродушный
богатырь, народ, гордясь своими университетами и своими учеными, даже не
заметит, как из правительства мы устроим монополию для тех, кто сможет
платить за роскошь гимназий и университетов для своих детей. Если бы мы
сказали всем прямо и открыто о нашей цели, "что, мол, вами будут управлять,
вас будут судить, защищать, учить и дурачить в интересах богатых", то они,
конечно, возмутились бы и восстали. Это ясно. Но с помощью налога и
нескольких хороших и очень "либеральных" законов - например, заявив народу,
что для того, чтобы занять высокий пост судьи или министра, нужно пройти и
выдержать по крайней мере двадцать различных экзаменов, - добродушный
богатырь найдет, что все очень хорошо!
Вот каким образом, потихоньку и постепенно, управление народа
аристократией и богатыми буржуа - против которых народ некогда бунтовал,
когда он встречался с ними лицом к лицу, - теперь устраивается с согласия и
одобрения народа - под маской налога!
О налоге военном мы не станем говорить, так как все должны бы уже
узнать, что думать о нем. Когда же постоянная армия не была средством
держать народ в рабстве? И когда регулярная армия могла завоевать страну,
если ее встречал вооруженный народ?
Но возьмите какой угодно налог, прямой или косвенный: на землю, на
доходы и на потребление, чтобы заключать государственные долги или под
предлогом уплаты их (потому что они ведь никогда не выплачиваются, а все
растут да растут); возьмите налог для войны или для народного образования -
разберите, к чему он нас ведет в конечном счете, и вас поразит громадная
сила, могущество, которое мы передали нашим правителям.
Налог - самая удобная для богатых форма, чтобы держать народ в нищете.
Он дает средство для разорения целых классов землевладельцев и промышленных
рабочих, когда они, после ряда неслыханных усилий, добиваются небольшого
улучшения своего благосостояния. В то же время он есть самый удобный способ
для того, чтобы сделать правительство вечной монополией богатых. Наконец, он
позволяет под благовидными предлогами подготовлять оружие, которое в один
прекрасный день послужит для подавления народа, если он восстанет.
Как морское чудовище старинных сказок, он даст возможность опутывать
все общество и направлять все усилия отдельных личностей к обогащению
привилегированных классов и правительственной монополии.
И пока государство, вооруженное налогом, будет существовать,
освобождение пролетариата не сможет совершиться никаким образом - ни путем
реформ, ни путем революции. Потому что если революция не раздавит это
чудище, то она сама будет им задушена; и в таком случае она сама окажется на
службе у монополии, как это случилось с революцией 1793 г.
время выборов, - привыкли видеть в налоге средство для совершения великих
дел цивилизации, полезных для народа. Но правительства великолепно знают,
что налог представляет им самый удобный способ создавать большие состояния
за счет малых, делать народ бедным и обогащать некоторых, отдавать с
большими удобствами крестьянина и рабочего во власть фабриканта и
спекулянта, поощрять одну промышленность за счет другой и все вообще
промышленности - за счет земледелия и в особенности за счет крестьянина или
же всего народа.
Если бы завтра в палате депутатов решили ассигновать 20 млн. руб. в
пользу крупных землевладельцев (как лорд Сольсбюри сделал в Англии в 1900
г., чтобы вознаградить своих избирателей-консерваторов), то вся страна
завопила бы как один человек; министерство было бы немедленно низвергнуто. А
при помощи налога правительство перекачивает те же миллионы из карманов
бедняков в карманы богачей, так что бедные даже не замечают этой проделки.
Никто не кричит, и та же цель достигается удивительным образом - настолько
ловко, что это назначение налогов проходит незамеченным даже теми, кто
делает своей специальностью изучение налогов.
Это так просто! Достаточно, например, увеличить на несколько копеек
налоги, платимые крестьянином за каждую лошадь, телегу, корову и т.д., чтобы
сразу разорить десятки тысяч земледельческих хозяйств. Те, кто уже с большим
трудом едва-едва сводят концы с концами и кого малейший удар может
окончательно разорить и отправить в ряды пролетариата, гибнут на этот раз от
самого ничтожного увеличения налогов. Они продают свои участки земли и
уходят в города, предлагая свой труд владельцам фабрик и заводов. Другие
продают лошадь и с удвоенным усердием начинают работать лопатой, надеясь еще
поправить свое положение. Но новое увеличение налогов, неизбежно вводимое
через несколько лет, добивает их до конца, и они становятся также
пролетариями.
Эта пролетаризация слабых государством, правительством производится
постоянно из года в год, и никто не кричит об этом, кроме самих разоренных,
голос которых не доходит до широких кругов публики. Мы видели, как это
производилось в грандиозном масштабе в течение последних сорока лет в
России, особенно в центральной России, где мечты крупных промышленников о
создании пролетариата осуществлялись потихоньку при помощи налогов, между
тем как если бы был издан закон, который стремился бы одним почерком пера
разорить несколько миллионов крестьян, то это вызвало бы протесты всего
мира, даже в России при самодержавном правительстве. Налог, таким образом,
мягко достигает того, что правительство не смеет делать открыто.
И экономисты, присваивающие себе название "научных", говорят нам об
установленных законах экономического развития, о "капиталистическом
фатализме" и о "самоотрицании", между тем как простое изучение налогов легко
бы объяснило добрую половину того, что они приписывают предполагаемой
фатальности экономических законов. Таким образом, разорение и экспроприация
крестьянина, которое происходило в XVII в. и которое Маркс назвал
"первоначальным накоплением капитала", продолжается до наших дней из года в
год при помощи такого удобного орудия - налога.
Вместо того чтобы увеличиваться согласно неизбежным законам, сила
капитала была бы значительно парализована в своем распространении, если бы
она не имела к своим услугам государства, которое, с одной стороны, создает
все время новые монополии (рудники, железные дороги, вода для жилых
помещений, телефоны, меры против рабочих союзов, судебное преследование
забастовщиков и т.д.), а с другой стороны, создает состояния и разоряет
массы рабочих посредством налога.
Если капитализм помог создать современное государство, то так же - не
будем забывать этого - современное государство создает и питает капитализм.
Адам Смит в прошедшем столетии уже подчеркнул эту силу налога и наметил
главные линии, по которым должно было идти изучение налога; но после Смита
такое изучение не продолжалось, и чтобы показать теперь эту мощь налога, нам
приходится собирать там и сям соответствующие случаи и примеры.
Так, возьмем земельный налог, являющийся одним из самых могучих орудий
в руках государства. Восьмой отчет Бюро труда штата Иллинойса дает массу
примеров, доказывающих, как - даже в демократическом государстве - создаются
состояния миллионеров, просто при помощи того, как государство облагает
земельную собственность в городе Чикаго.
Этот громадный город рос очень быстро, достигнув в течение пятидесяти
лет 1 500 000 жителей. Облагая налогами застроенные земли, в то же время как
незастроенные земли, даже на самых центральных улицах, облагались лишь
слегка, государство создало состояния миллионеров. Участки земли на одной
такой большой улице, которые стоили пятьдесят лет тому назад 2400 рублей за
одну десятую часть десятины, ныне стоят до двух с половиною миллионов.
Притом вполне очевидно, что если бы налог был по стольку-то за каждую
квадратную сажень застроенной или незастроенной земли или если бы земля была
бы муниципализирована, то никогда подобные состояния не могли бы
накапливаться. Город воспользовался бы ростом своего населения, чтобы
понизить налоги на дома, населяемые рабочими. Теперь же наоборот; так как
именно дома в шесть или десять этажей, населенные рабочими, выносят главную
тяжесть налога, то, следовательно, рабочий должен работать, чтобы позволять
богатым сделаться еще более богатыми. В вознаграждение за это он должен жить
в нездоровых, плохих помещениях, что, как известно, останавливает духовный и
умственный рост того класса, который живет в этих помещениях, и вместе с тем
отдает всецело власть фабриканта. Восьмой двугодичный отчет Бюро рабочей
статистики Иллинойса 1894 г. полон поразительных сведений на эту тему.
Или возьмем английский арсенал в Вуличе. Некогда земли, на которых
вырос Вулич, представляли из себя дикие луга, обитаемые только кроликами. Но
с тех пор, как государство построило там свой большой арсенал, Вулич и
соседние деревни сделались большим городом с значительным населением, где 20
000 человек работают на фабриках государства, изготовляя орудия разрушения.
Однажды в июне 1890 г. один депутат потребовал от правительства
увеличения заработной платы рабочим. "Зачем? - ответил министр-экономист
Гошен. - Это все равно будет отобрано у них домовладельцами!.. В течение
последних лет заработная плата увеличилась на 20%, но плата за квартиры
рабочих за это время увеличилась на 50%. Увеличение заработной платы
(цитирую дословно) вело, таким образом, только к тому, что в карманы
домовладельцев (уже миллионеров) поступала гораздо большая сумма денег".
Рассуждение министра, очевидно, верно, и факт, что миллионеры отбирают
большую часть увеличения заработной платы, заслуживает того, чтобы его
хорошенько запомнили. Он совершенно точен.
С другой стороны, все время жители Вулича, как жители всякого другого
большого города, были принуждены платить двойные и тройные налоги для
устройства канализации, дренирования, мощения улиц, и город, таким образом,
из полного всяких болезней превратился теперь в здоровый город. Благодаря же
существующей системе земельного налога, и земельной собственности вся эта
масса денег пошла на то, чтобы обогатить уже богатых земледельцев и
домовладельцев. "Они перепродают плательщикам налогов по частям те выгоды,
которые они получили благодаря санитарным улучшениям и которые были оплачены
этими самыми плательщиками", - замечает совершенно верно газета вулических
кооператоров "Comradeship" ("Товарищество").
Или еще: в Вуличе завели паром для переезда через Темзу и сообщения с
Лондоном. Сначала это была монополия, которую парламент создал в пользу
одного капиталиста, поручив ему установить сообщение с паровым паромом.
Затем, по прошествии некоторого времени, так как монополист ввел слишком
высокие цены за переезд, муниципалитет выкупил у него право держания парома.
Все это стоило плательщикам более 2 000 000 руб. налогов в течение восьми
лет! И вот маленький кусок земли, расположенный у парома, поднялся в цене на
30 000 руб., которые, конечно, были положены в карман землевладельцем. И так
как этот кусок земли будет продолжать всегда возрастать в цене, то вот вам
новый монополист, новый капиталист в добавление к легионам других, уже
созданных английским государством.
Но этого мало! Рабочие государственных заводов Вулича кончили тем, что
основали профессиональный союз и в результате долгой борьбы удерживали свою
заработную плату на более высоком уровне, чем на других заводах подобного
рода. Они основали также кооператив и уменьшили этим на одну четверть свои
расходы на существование. Но "лучшая часть жатвы" все-таки идет в карман
господ! Когда кто-нибудь из этих господ решается продать кусочек своих
земель, то его агент помещает в местных газетах следующее объявление
(цитирую дословно):
"Высокая заработная плата, платимая арсеналом рабочим, благодаря их
профессиональному союзу, и существование в Вуличе прекрасного кооператива
делают эту местность в высшей степени подходящей для постройки домов с
рабочими квартирами". Иными словами, это значит: "Вы можете дорого заплатить
за этот кусок, господа строители домов с рабочими квартирами Вы получите все
это назад очень легко с рабочих квартирантов". И строители платят, строят и
затем с излишком собирают затраченные деньги с рабочего.
Но это еще не все. Вот несколько энтузиастов сумели после ужасных
затруднений и колоссального труда основать в самом Вуличе род кооперативного
городка с домиками для рабочих. Земля была куплена кооперативом,
дренирована, канализирована; были проведены улицы; затем участки земли
продавались рабочим, которые благодаря кооперативу могли на хороших условиях
выстроить себе свои домики. Основатели радовались и торжествовали. Успех был
полный, и они захотели узнать, на каких условиях им можно будет купить
соседний кусок земли, чтобы увеличить кооперативный городок. Они платили
раньше за свой участок 15 000 руб. за десятину, теперь же с них спросили 30
000... Почему?..
- Но, господа, ваш городок идет очень хорошо, и поэтому стоимость нашей
земли удвоилась, - говорили им.
- Великолепно! Значит, так как государство создало и поддерживало
земельную монополию в пользу какого-нибудь капиталиста, то кооператоры
работали только затем, чтобы еще обогатить этого капиталиста и чтобы сделать
дальнейшее распространение их рабочего города невозможным!
- Да здравствует государство!
- Работай для нас, бедное животное, раз ты веришь, что можешь улучшить
свою судьбу кооперативами, не осмеливаясь затрагивать в то же время
собственность, налог и государство!
Но оставим Чикаго и Вулич, - разве мы не видим в каждом большом городе,
как государство, воздвигая дом в шесть этажей, гораздо больший, чем частный
особняк богача, создает этим самым новую привилегию в пользу богача? Оно
позволяет ему забирать себе в карман излишек стоимости, приданной его земле
увеличением и украшением города, особенно домом в шесть этажей, в котором
гнездится беднота, работающая за нищенскую плату над украшением города.
Удивляются тому, что города растут так быстро за счет деревни, и не
желают видеть, что вся финансовая политика XIX столетия направлена к тому,
чтобы обложить как можно больше налогами земледельца - истинного
производителя, так как он умеет добыть из земли в три, четыре, в десять раз
больше продуктов, чем раньше, в пользу городов, то есть в пользу банкиров,
адвокатов, торговцев и всей банды прожигателей жизни и правителей.
И пусть нам не говорят, что создание монополий в пользу богатых не есть
самая главная суть современного государства и симпатий, которые оно
встречает среди богатых и образованных людей, прошедших через школы
государства. Вот последний великолепный пример того, как употребляли налоги
в Африке.
Всем известно, что главной целью войны Англии против буров было
уничтожение бурского закона, не позволяющего принуждать негров работать в
золотых копях. Английские компании, основанные для эксплуатации этих мин, не
давали тех доходов, на которые они рассчитывали.
Вот что недавно заявил по этому поводу в парламенте лорд Грей: "Вы
должны оставить навсегда идею о возможности разрабатывать ваши копи при
помощи труда белых. Нужно найти способ, как притянуть к этому негров... Это
можно было бы сделать, например, при помощи налога в один фунт на каждую
хижину негров, как мы это уже делаем в Басутоланде, а также при помощи
небольшого налога (12 шиллингов), который будет взиматься с тех негров,
которые не смогут предъявить удостоверения о том, что они четыре месяца в
году работали у белых" (Гибсон Дж.А. Война в Южной Африке. - Hobson. The War
in South-Africa. P. 234).
Вот вам крепостное право, которое не осмеливались вводить открыто, но
которое ввели при помощи налога. Представьте себе каждую жалкую хижину,
обложенную налогом в десять рублей, и вы имеете перед собой крепостное
рабство! И Рэдд, агент известного Родса, пояснил это предложение, написав
следующее:
"Если под предлогом цивилизации, мы истребили от 10 000 до 20 000
дервишей нашими пушками Максима, то, конечно, не будет насилием заставить
туземцев Южной Африки отдавать три месяца в году честному труду". Всегда те
же два, три дня в неделю! Больше этого не нужно. Что же касается оплаты
"честного труда", то Рэдд высказался по этому поводу очень определенно: от
24 до 30 руб. в месяц - это "болезненный сентиментализм". Четверти этого
хватит за глаза (там же, с. 235). При таких условиях негр не разбогатеет и
останется рабом. Нужно отобрать у него назад при помощи налога то, что он
заработает как жалование; нужно помешать ему давать себе отдых!
Действительно, с тех пор, как англичане сделались господами Трансвааля
и "черных", добыча золота поднялась с 125 млн руб. до 350 млн руб. Около 200
000 "черных" принуждены теперь работать в золотых копях, чтобы обогащать
компании, которые были главной причиной возникновения войны.
Но то, что англичане сделали в Африке, чтобы довести черных до нищеты и
навязать им силой работу в рудниках, государство делало в течение трех веков
в Европе по отношению к крестьянам; и оно еще делает это теперь, чтобы
навязать тот же принудительный труд рабочим городов.
А универсанты нам еще толкуют о "незыблемых законах" политической
экономии!
Оставаясь все время в области новейшей истории, мы могли бы привести
другой пример ловкой операции, проведенной при помощи налога. Это можно было
бы назвать - "Как британское правительство взяло с народа 2 000 000 руб.,
чтобы отдать их крупным чаеторговцам - водевиль в одном акте". В субботу 3
марта 1900 г. в Лондоне разнеслось известие, что правительство собирается
увеличить ввозные пошлины на чай на два пенса (8 копеек) на фунт. Немедленно
после этого в субботу и понедельник 22 000 000 фунтов чаю, который лежал на
лондонской таможне, ожидая уплаты пошлин, были взяты коммерсантами,
уплатившими пока пошлину по старой ставке; а во вторник цена чая в
лондонских магазинах была повсюду увеличена на два пенса. Если будем считать
только 22 000 00 фунтов, взятых в субботу и понедельник, это составляет уже
чистую прибыль в 44 000 000 пенса (около 4 600 000 франков или почти 2 000
000 руб.), взятых из карманов плательщиков и переложенных в карманы
чаеторговцев. Но то же самое было проделано и в других таможнях - в
Ливерпуле, в Шотландии и т.д., не считая чая, вышедшего из таможен раньше,
чем узнали о предстоящем увеличении пошлины. Это, без сомнения, выразится в
сумме около 5 000 000 руб., подаренных государством купцам.
То же самое с табаком, пивом, водкой, винами, - и вот вам, богатые
обогатились приблизительно на десяток миллионов, взятых из карманов бедных.
А посему: "Да здравствует налог! И да здравствует государство!"
И вас, детей бедных, учат в первоначальной школе (дети богатых узнают
совсем другое в университетах), что налог был создан для того, чтобы дать
возможность бедным жителям деревень не отбывать более принудительных работ,
заменив их небольшим ежегодным взносом в кассу государства. И скажите вашей
матери, согнувшейся под бременем многих лет труда и домашней экономии, что
вас учат там великой и прекрасной науке - политической экономии!..
Возьмемте на самом деле образование. Мы прошли длинный путь с тех пор,
когда коммуна находила сама дом для своей школы и для учителя, где мудрец,
физик, и философ окружали себя добровольными учениками, чтобы передать им
секреты своей науки или своей философии. Теперь мы имеем так называемое
бесплатное обучение, доставляемое государством за наш же счет; мы имеем
гимназии, университеты, академии, научные общества, существующие на субсидии
от государства, научные миссии и так далее.
Так как государство всегда чрезвычайно радо расширять сферу своих
отправлений, а граждане не желают ничего лучшего, как избавляться от
обязанности думать о делах общего интереса и - "освободиться" от своих
сограждан, предоставляя общие дела кому-нибудь третьему, все устраивается
удивительным образом. "Образование? - говорит государство. - Прекрасно,
милостивые государыни и милостивые государи, мы очень рады дать его вашим
детям! Чтобы облегчить вам заботы, мы даже запретим вам вмешиваться в
образование. Мы составим программы, - и, пожалуйста, чтобы не было никакой
критики! Сначала мы забьем головы вашим детям изучением мертвых языков и
прелестей римского права. Это сделает их податливыми и покорными. Затем,
чтобы отнять у них всякую наклонность к непокорности, мы расскажем им о
добродетелях государств и правительств и научим презирать управляемых. Мы
внушим им, что они, выучив латынь, сделались солью земли, дрожжами
прогресса, что без них человечество погибло бы. Это вам будет льстить, а что
же касается до них, то они проглотят это с величайшим удовольствием и станут
донельзя тщеславными. Это именно то, что нам нужно. Мы научим их, что нищета
народных масс есть "закон природы", - и они будут рады узнать это и
повторять. Видоизменяя, однако, народное обучение сообразно изменяющемуся
вкусу времени, мы также скажем им, что такова воля Божия, что таков
"незыблемый закон", согласно которому рабочий должен впасть в нищету, как
только он начнет немного богатеть, потому что в своем благосостоянии он
забывается до того, что хочет иметь детей. Все обучение будет иметь целью
заставить ваших детей поверить, что вне государства, ниспосланного
провидением, нет спасения! А вы будете нас хвалить за это, не правда ли?
После того, заставив народ заплатить расходы на народное образование
всех ступеней - первоначальное, второй ступени, университеты, академии, - мы
устроим дела таким образом, чтобы сохранить наиболее жирные, лучшие части
бюджетного пирога для сыновей буржуазии. А этот большой добродушный
богатырь, народ, гордясь своими университетами и своими учеными, даже не
заметит, как из правительства мы устроим монополию для тех, кто сможет
платить за роскошь гимназий и университетов для своих детей. Если бы мы
сказали всем прямо и открыто о нашей цели, "что, мол, вами будут управлять,
вас будут судить, защищать, учить и дурачить в интересах богатых", то они,
конечно, возмутились бы и восстали. Это ясно. Но с помощью налога и
нескольких хороших и очень "либеральных" законов - например, заявив народу,
что для того, чтобы занять высокий пост судьи или министра, нужно пройти и
выдержать по крайней мере двадцать различных экзаменов, - добродушный
богатырь найдет, что все очень хорошо!
Вот каким образом, потихоньку и постепенно, управление народа
аристократией и богатыми буржуа - против которых народ некогда бунтовал,
когда он встречался с ними лицом к лицу, - теперь устраивается с согласия и
одобрения народа - под маской налога!
О налоге военном мы не станем говорить, так как все должны бы уже
узнать, что думать о нем. Когда же постоянная армия не была средством
держать народ в рабстве? И когда регулярная армия могла завоевать страну,
если ее встречал вооруженный народ?
Но возьмите какой угодно налог, прямой или косвенный: на землю, на
доходы и на потребление, чтобы заключать государственные долги или под
предлогом уплаты их (потому что они ведь никогда не выплачиваются, а все
растут да растут); возьмите налог для войны или для народного образования -
разберите, к чему он нас ведет в конечном счете, и вас поразит громадная
сила, могущество, которое мы передали нашим правителям.
Налог - самая удобная для богатых форма, чтобы держать народ в нищете.
Он дает средство для разорения целых классов землевладельцев и промышленных
рабочих, когда они, после ряда неслыханных усилий, добиваются небольшого
улучшения своего благосостояния. В то же время он есть самый удобный способ
для того, чтобы сделать правительство вечной монополией богатых. Наконец, он
позволяет под благовидными предлогами подготовлять оружие, которое в один
прекрасный день послужит для подавления народа, если он восстанет.
Как морское чудовище старинных сказок, он даст возможность опутывать
все общество и направлять все усилия отдельных личностей к обогащению
привилегированных классов и правительственной монополии.
И пока государство, вооруженное налогом, будет существовать,
освобождение пролетариата не сможет совершиться никаким образом - ни путем
реформ, ни путем революции. Потому что если революция не раздавит это
чудище, то она сама будет им задушена; и в таком случае она сама окажется на
службе у монополии, как это случилось с революцией 1793 г.
Махно Н.И. - Азбука анархиста(совсем чуток)
Нестор Иванович Махно (1888–1934) -- в истории Гражданской войны фигура легендарная. Исповедуя идеи анархизма, он создал в 1918 году на Украине «Революционную повстанческую армию», насчитывавшую до 50 000 бойцов, и, говорят, сам изобрел знаменитую «тачанку». «Батька Махно» вынужден был воевать на нескольких фронтах одновременно – против немецко-австрийских оккупационных войск, против украинских националистов Петлюры, против армий Деникина и Врангеля, против большевиков. Не имея никакого военного образования, проявил незаурядные способности в руководстве своей армией, почти чудом выходя победителем из всех сражений и оставаясь неуловимым. Лишь в 1921 году окруженный красными, он вынужден был прекратить сопротивление и с горсткой соратников ушел за границу. В эмиграции жил бедно, умер в парижской гостинице от туберкулеза и был похоронен на кладбище французских коммунаров Пер-Лашез.Мемуары «батьки» подробно описывают зарождение и развитие «махновщины» на Украине с марта 1917 по декабрь 1918 года. В них рассказано о детстве и юности Махно, о его участии в экспроприациях «для голодающих», о том, как воспринял он Февральскую, а затем и Октябрьскую революцию, о встречах с В.И.Лениным и Я.М.Свердловым, а также с видными теоретиками анархизма, об организации на Украине движения сопротивления немецко-австрийскиим оккупантам, о первых победах отряда народных мстителей…Болезнь и смерть помешали автору довести работу до конца. Однако написанное дает достаточное представление о Махно – фигуре яркой и, безусловно, трагической.
Анархистская символика
А в круге — определённо, самый известный на сегодняшний день символ анархии. Это монограмма, которая состоит из заглавной буквы «А», окруженной заглавной буквой «О». Буква «А» прооисходит от начальной буквы слов «анархия» и «анархизм» в большинстве европейских языков, которая одинаково выглядит как в латинском шрифте, так и в кириллице. Буква «О» означает «порядок». Вместе они означают «Анархия — мать порядка» — знаменитую фразу Прудона.
История анархистского использования
Впервые А-в-круге было использовано Федеральным Советом Испании Международной Рабочей Ассоциации (1-й Интернационал).
Позже этот символ использовался во время гражданской войны в Испании.Сохранилась фотография анархиста из «ударной группы», на обратной стороне чьего шлема чётко изображено «А в круге». Позже этот символ был перенят Брюссельской организацией Alliance Ouvriere Anarchiste (АОА) 25-го ноября 1956-го года, а ещё позже — французской организацией Jeunesse Libertaire («Либертарная Молодёжь») в 1964 г.
Анархистский чёрный крест
Главной задачей организации «Анархистский чёрный крест» является ликвидация всех тюрем. Она впервые возникла в царской России как организация, поддерживающая политических заключённых. Их символом является чёрный крест, увенчанный сжатым кулаком, символом, также связанным с анархизмом, отрицанием власти. Кулак также означает союз, так как «слабые пальцы, объединяясь, образуют сильный кулак».
Крест является модификацией эмблемы Красного Креста, используемой Международным Комитетом Красного Креста, крупнейшей мировой гуманитарной организацией. Изначально называясь «Анархистский красный крест», организация изменила своё название в 1919, чтобы избежать путаницы с Международным Комитетом Красного Креста, который тоже начал работу по освобождению заключённых.
Чёрная кошка
Чёрная (также дикая) кошка, как правило, с выгнутой спиной и выпущенными когтями, тесно связана с анархизмом, а особенно с анархо-синдикализмом. Дизайн символа был разработан Ральфом Чаплиным, игравшим значительную роль в организации «Индустриальные рабочие мира - ИРМ» (Industrial Workers of the World — IWW). Символ призывает к диким стачкам и радикальному унионизму. IWW был важным индустриальным профсоюзом и первым американским профсоюзом, принимавшим и организовывавшим женщин и цветных. Он сыграл немаловажную роль в установлении 8-часового рабочего дня и в борьбе за свободу слова в начале 20-го века в США.
Происхождение символа чёрной кошки неясно, но, согласно одной истории, всё началось на одной неудачной поначалу стачке. Несколько участников забастовки были избиты и попали в госпиталь. В то же время в лагерь бастующих забрела тощая чёрная кошка. Рабочие начали подкармливать её и как только она начала поправляться, дела бастующих тоже пошли на поправку. В конце концов рабочие добились желаемого и с тех пор чёрная кошка стала их талисманом.
Деревянный башмак
Деревянный башмак использовался анархистами как символ в 19-м и начале 20-го вв. Сейчас этот символ почти забыт. Слово «саботаж» предположительно происходит от французского названия деревянного башмака, сабо. Так называлась тактика голландских профсоюзных деятелей, бросавших деревянные башмаки в механизмы фабричных станков, вызывая тем самым остановку работы.
Чёрный флаг
Чёрный цвет ассоциируется с анархизмом с 1880 г. Название многих анархистских групп содержит слово «чёрный». Также существует масса анархистских периодических изданий под названием «Чёрный флаг».
Однородный чёрный цвет этого флага символизирует отрицание всех опрессивных структур. Простой чёрный флаг — это почти антифлаг (государства, как правило, используют красочные флаги). К тому же, белый флаг традиционно является знаком сдачи на милость победителя и, таким образом, чёрный флаг можно рассматривать как полярную противоположность капитуляции. Предполагается также, что чёрный цвет флага символизирует скорбь по погибшим в результате борьбы за правое дело.
Чёрный флаг также использовался пиратами, известными своим свободолюбием и непокорностью.
ИЗ ИСТОРИИ
В 1831 году землекопы города Реймс (Франция) подняли бунт под чёрным флагом, на котором был лозунг "Труд или смерть!". Знаменитое восстание ткачей в Лионе 1831 г. также проходило под чёрным флагом.
Позже, после разгрома Парижской Коммуны, чёрное знамя стало символом скорби по вольному городу.
В 1918-1921 гг. гуляйпольские анархисты во главе с Нестором Махно сражались под чёрными анархистскими знаменами.
Чёрно-красный флаг
Чёрно-красный флаг является символом анархо-синдикализма и анархо-коммунизма. Принципы анархо-синдикализма, как части профсоюзного движения, базируются как на анархизме, так и на социализме (в большей степени, чем другие анти-капиталистические анархистские движения). Именно поэтому их флаг комбинирует черный цвет анархизма и красный цвет социализма.
Впервые чёрные и красные флаги использовались при восстании в Лионе в 1831 г. Позже под чёрно-красные знамена встали итальянские, испанские и мексиканские анархисты.
Современный чёрно-красный флаг появился в Испании и Франции в начале 20-го в.
Чёрно-зелёный флаг
Чёрно-зелёный флаг является модификацией традиционного чёрно-красного флага. Этот флаг используется движением социальной экологии, эко-анархистами и примитивистами. Он призван символизировать анархизм, который заботится не только о людях, но и об окружающей природе (лесах, животных, биосферах и т.д.). Поэтому в него и включен зелёный цвет как символ природы
Чёрно-пурпурный флаг
Разновидность чёрно-красного анархистского флага, чёрно-пурпурный флаг является символом анархо-феминизма. Он призван отображать борьбу против сексизма и патриархата.
"Ешь богатых"
Символ "Ешь богатых" ("Eat the Rich") - вариация Весёлого Роджера, существует с 1980-х гг. На первый взгляд он выглядит как Весёлый Роджер, но скрещенные кости заменены на вилку и нож. Это, по большей части, символ анархо-панка.
Слоган "Ешь богатых" был популяризирован среди анархо-панковского общества благодаря одноимённой песне Motörhead, выпущенной в 1987 г, а также одноимённой песне группы Aerosmith с альбома "Get a Grip" (1993 г.).
Содружество Красных и Анархистских Скинхедов использует в качестве символа круг с тремя красными или белыми стрелами внутри. Стрелы обозначают «Свобода, Равенство, Солидарность».
Символ трёх стрел появился в начале 1930-х годов в Германии как эмблема Железного Фронта.
Cимвол рыночного анархизма
Символ рыночного анархизма представляет собой комбинацию «А в круге» и знака пацифизма.
Libertatis Equilibritas (баланс свобод) — новый весьма спорный анархистский символ. Больше всего он напоминает золотой знак доллара. Его изобретатели утверждают, что этот символ родился как производное трёх хорошо известных символов: «А в круге», «Инь-ян» и международного символа доллара $.
«А в круге» является основой Libertatis Equilibritas, так как является самым узнаваемым и важным символом анархизма. Этот знак объединяет два других и образует внешнее кольцо Libertatis Equilibritas.
«Инь-ян» традиционно символизирует единство и борьбу противоположностей. В символе Libertatis Equilibritas знак «Инь-ян» означает баланс свобод и прав.
Знак доллара — наиболее спорная часть Libertatis Equilibritas. Традиционно он означает валюту США либо, в более широком смысле, является символом капитализма. Однако авторы Libertatis Equilibritas утверждают, что в их символе знак доллара призван означать свободу обмена, будь то идеи, товары или услуги.
Libertatis Equilibritas — символ правых либертарных анархистов.
Чёрная роза — малоизвестный анархистский символ. Он происходит от ирландской песни «Маленькая чёрная роза», в которой поётся о борьбе ирландского народа против британцев. С тех пор он является символом сопротивления и бунта.
Африканский анархизм
Этот символ используется в основном анархической коммунистической федерацией Zabalaza (Zabalaza Anarchist Communist Federation, также ZACF или ZabFed). ZabFed — это федерация анархистских групп Южной Африки, вдохновленная Организационной Платформой либертарных коммунистов. Члены ZabFed разделяют вгляды касательно теоретического и тактического единства, коллективной ответственности и федерализма, предложенных Платформой.
Символ объединенной Африки, исполненный в традиционных черно-красных анархистских тонах, важен как символ смешения различных демографических групп, представленных Zabalaza в социальной пост-колониальной среде с различными расовыми и сексуальными проблемами.
В этой группе, возможно, есть записи, доступные только её участникам.
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в группу
Чтобы их читать, Вам нужно вступить в группу
