А тебя не удержать, преисполнен сожалений,

кошка рыжая опять улеглась мне на колени;

догорел в ночи закат, две трамвайных остановки

пробежать, не виноват тот, кто жмёт на пульте кнопки…

Чёрный кофе в пять утра под стихи десятилетий,

Боже мой, и мне пора стать предлогом междометий,

и до лампы мотыльком, и сгореть, чтоб не осталось,

я припрячу под замком, отчего вдруг сердце сжалось…

Ты чуть позже подмети да развей меня по ветру,

отчуждение прости, не ревнуя к километру,

что пройти ещё дано – так нелепо и немного,

дай мне силы доползти до заветного порога…

Там за дверью листопад и хандра осенней лени,

- Кошка рыжая, я рад, что ложишься на колени;

в старом кресле мы вдвоём и качаемся уютно,

то молчим, а то поём, то вздыхаем поминутно……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116101309542

Лангольеры время съедят,

и назад нам уже не вернуться;

не увидеть в окне листопад,

не уснуть, чтобы снова проснуться

на одной из планет

через тысячу лет вдвоём…



Лангольеры время съедят,

как ненужную старую книжку,

вот они за спиною летят,

их жужжанье пугает мальчишку;

да и старец от страха дрожит,

и не в силах хоть раз оглянуться,

время встало и время бежит,

на какой же минуте очнуться…?



Чтоб увидеть последний рассвет

и прощальные блики заката,

ты услышишь знакомый куплет

в музыкальном нутре автомата;

разливая в бокалы вино,

я изящные скрою манеры,

не смотри, дорогая, в окно,

там повсюду снуют лангольеры…



Им на завтрак вчерашний пейзаж,

на обед не пришедшее завтра,

а на ужин тройной экипаж,

проезжающий мимо Монмартра;

на закуску сожрав целый мир,

со вселенной сняв тяжкое бремя,

лангольеры устроили пир,

главным блюдом на нём было время…



Лангольеры время съедят,

и нам в прошлое вновь не вернуться;

не увидеть ночной звездопад,

не уснуть, чтобы снова проснуться

на одной из планет

через тысячу лет вдвоём…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116100808928

На золото не укажу,

на серебро тоже,

я просто туда ухожу,

где чувства гнездятся под кожей;

и им там не тесно, нет,

как кошкам в просторном подвале

на трубах уж несколько лет –

поели и тут же поспали…

В последнее время дождь

мне кажется приторно липким,

скажи, как ты долго живёшь,

не видя моей улыбки;

вопрос, а живу ли я

в трёхмерном эфирном пространстве,

лишь скульптор всего бытия

меня обличит в постоянстве…

Да, видно стальная душа

и нет в её корпусе течи,

а время идёт не спеша,

калечит, калечит, калечит!

И вот уже старец с клюкой,

ведомый собакой до дому,

но был ведь когда-то иной

и помнится, жил по-другому…

Спасибо, увы, не скажу,

я благо дарю той, что ближе

к краям, где по звёздам хожу

нагой, бесшабашный, бесстыжий;

где молча взираю с небес

на сине-зелёную точку,

допишет кто – ангел иль бес

мою предпоследнюю строчку…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116100708680

Успей согреть, успей обнять,

сумей безумие принять,

идущее по свету,

к художнику, к поэту и к певцу;

не всё подходит подлецу,

как этой даме шляпа

из перьев страусиных

таких напыщенно красивых, что аж жуть…

Быть может ты когда-нибудь

окажешься у кассы,

среди безликой серой массы,

возьмёшь билет, зажмёшь в кулак,

словно лекарство натощак, -

надежду, веру и любовь

в себя впихнёшь, чтоб стыла кровь у тех, кто рядом…

(Кто там командует парадом!?)

Устал… Он день и ночь стихи читал

на площади восстаний,

но вот удар, толпа других просила знаний и ждала

в тени крыла огромной чёрной птицы…

(Сложила нянечка в шкатулку свои спицы…)



Носки готовы, слава Богу,

а значит нам с тобой в дорогу,

то ли бежать, то ли идти,

я попрошу, чтоб по пути,

чтоб вместе, нераздельно!

Как рельсы ляжем параллельно,

пусть поезд пролетит,

Господь нам всё тогда простит……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116100508745

Я заклинаю длинную дорогу,

в ночь не петлять по кочкам да оврагам,

я заклинаю нервную тревогу,

не доверять просроченным бумагам,

я заклинаю истину остаться

такой как есть, пусть даже самой чёрной,

я заклинаю губы целоваться

с душой родной на вечность обречённой…



Я заклинаю листья на деревьях

перед полётом отряхнуть все капли,

я заклинаю птицу в белых перьях

ходить походкой обалдевшей цапли,

я заклинаю светлячков за речкой

играть на скрипках бешенное танго,

я заклинаю лунных человечков

плясать в садах, где зацветает манго…



Я заклинаю искренней молитвой,

и вот вам крест, мне большего не надо,

я заклинаю, словно перед битвой,

найди меня, моя последняя награда,

я заклинаю приступы удушья,

повременить и дать мне отдышаться,

я заклинаю принцип равнодушия

ко всем любовью утром умываться…!



Я заклинаю ножевую рану

не истекать на землю алой кровью,

я заклинаю ангелов из рая

встать со свечами прямо к изголовью,

я заклинаю мысли торопиться,

ведь жизнь одна, а их несметно много,

я заклинаю чудо повториться, -

любовь, рождение и дальняя дорога……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116092808055

Они преследуют меня, неведомые тени,

то не дают мне спать, то даже днём тревожат,

и гложет, гложет, сердце гложет страх;

а на далёких островах раскрылся лотос,

его пьянящий аромат пополз по всей округе,

(как туман…)

О, боги, сладок был обман,

но был ли он желанным,

меня ведь здесь не называли званным…

Пришёл и сел, и закурил,

и даже вдруг заговорил с самою тьмой,

а может быть с самим собой…?

Не помню, не сплю уж третьи сутки,

как злой итог не детской шутки иль игры…

Костры горят, и ноздри тянут дым,

не бойся, мальчик, что седым ты станешь,

и что звезды той не достанешь;

что лишь полюбишь, тут же, сука,

в дверях появится разлука…

Гони её, гони! Метлою по подъезду,

по лестнице к чертям, во двор

на растерзанье псам, (не тут-то было) …

Стояла в том дворе кобыла и ждала,

жевала жвачку, и бабы шли на водокачку,

несли своё, да и чужое,

но всё добротное – льняное, пошитое впотьмах,

и домовой жил в тех домах, где разливался вечер,

там мне уж сон погладил плечи,

(я подтянул колени), и снова жду, когда приснятся тени…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116092509305

Когда умру, как одинокий гений,

в забвении и полной нищете,

уснувши над венцом своих творений,

иль просто растворившись в темноте;

мой призрак бледный промелькнёт в пространстве,

а может это буду и не я,

но попытаюсь с дивным постоянством

вам доказать всю тщетность бытия…



Что от рождения весь путь до самой смерти

усыпан чем-то так похожим на стекло,

меня не Бог писать учил, учили черти,

да на бумагу всё же божие легло;

но кто-то брал и клал листы в растопку,

и хорошо, коль согревал огонь,

и освещая мне ночами тропку,

свечу держала женская ладонь…



Наверно мама шла со мною рядом,

куда вела, так важно ли теперь?

Когда в окно стучалась листопадом

и сквозняком пошатывала дверь;

я не боялся, знал, что не обидит,

всегда поможет, выведет на свет,

но пусть она вовеки не увидит,

как я во тьме блуждаю сотни лет…



Горит звезда давно на небосклоне,

я ей стихов немало посвящал,

она Любовь – причина всех агоний,

конечно всё ей завсегда прощал;

и бил родник из вечности жестокой,

но жажда до сих пор мне сушит рот,

и я иду, иду к звезде далёкой,

который год, мой Бог, который год…



Останутся для памяти, не спорю,

те строки от терзания души,

что не скажу ни разу в разговоре,

лишь прошепчу пред зеркалом в тиши;

то не молитва, заговор поэта,

таблетка сердцу, эликсир уму,

я на пути к сияющему свету

воскликну только: - Как и почему!?



Уйду ли я, как одинокий гений,

или уйду во славе и в цветах,

почив на лаврах всех своих творений

и даже тех, что лишь родятся на устах;

успеть бы мне их положить в копилку

и бережливо залепить её края,

а где-то ты вновь расчехляешь скрипку,

чтобы сыграть про тщетность бытия…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116092007888

Снаружи и внутри сгущается туман,

и что ни говори – сплошной самообман,

попробуй всем воздать, как завещал нам Он,

но ждущих от тебя – огромный стадион…



Чтоб зацвело добро, брось в землю корень зла,

вознёс калёный меч над тайнами узла

славянский богатырь под колокольный звон,

таких богатырей – один на миллион…



А нынче вдвое безопасней на дне, на дне…

Уже поставлен жирный крест на мне, на мне…

И сверху смотрит тот, кто держит печать;

да говорит, что мол полезней молчать,

как же ему отвечать в такое смутное время?



Снаружи и внутри ползёт ночной туман,

куда ни посмотри – кругом самообман,

мчит всадник по степи, к драконам на поклон,

он, как всегда, один, а их там легион…



А если что-то не сгорает в огне, в огне…

Наверно скоро возродится во мне, во мне…

По краю неба пролёг млечный путь,

пойдёшь гулять, так про меня не забудь,

нам бы сберечь свою суть в такое смутное время!








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116090608302

В простом карандаше, заточенном девочкой,

живёт моя душа без лика, без имени,

лишь связана с небом синею ленточкой,

а кто её там встретит, пригреет, обнимет ли?

Нарисуй, малышка, птицу над тучей,

а из тучи, чёрт с ним, пусть хлынет дождь,

но такого нигде никогда на земле не найдёшь…

Чтоб рубаха на теле, как саван к лету,

и за новою рифмой обращаться к поэту,

знать, прости, не хочу, что уже ты ко мне не придёшь…!



На альбомном листе, разукрашенном мальчиком,

живёт моё сердце без срока, без времени,

там белая кошка в лукошке калачиком,

она только что разрешилась от бремени…

Нарисуй, малыш, солнце над тучей,

а под тучей, Бог с ним, пусть плачет дождь,

да такого нигде никогда в небесах не найдёшь…

Чтоб слеза стекала, как кровь на плаху,

я отчаялся ждать и срываю рубаху,

не поверю вовек, что ко мне ты уже не придёшь…!



Мимо кассы прошёл, не купил ничего

в магазине, где окна да двери,

я в нём счастье искал, а на полках одно –

лишь потери, потери, потери…

стар уходит и млад, глянь, отцвёл виноград;

и шиповник давно уже в чае;

меж любимых стою, я им в лица смотрю,

неизбежную старость встречая……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116090308516

Молчит в прихожей телефон,

и старец смотрит в календарь,

над головой горит неон,

как будто уличный фонарь;

под фонарём стоит она,

в руках невянущий букет,

и может быть моя вина

её печальный силуэт…

И может быть моя любовь

лишь обожгла, не обогрев,

и может быть мои слова

упали в снег, не долетев,

и может быть мои стихи

найдут в созвездии Стрельца,

где злой финал одной строки

мной не дописан до конца…

Пусть всё вовне, сгорит в огне,

а что внутри, побереги,

когда луна мелькнёт в окне,

ты просыпайся и беги,

беги по звёздам и туда,

куда зовёт вселенной даль,

молчит в прихожей телефон,

и старец смотрит в календарь…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116090303138

Кошка, которая любила рок,

ходила кататься со мной на каток,

курила сигары, пила glintwein,

была так похожа на over game;

её звали Матильда – хитрая бестия,

над ней не властен был сплин и никакая депрессия…



Кошка, которая умела читать,

почти до рассвета не ложилась спать,

из всей коллекции книг давался с лёгкостью Ницше,

она мечтала хоть раз очутиться в Париже;

её звали Матильда – умная бестия,

о ней писали в журналах и в газете "Известия"…



Кошка, которая не красила губы,

знавала мужчин брутальных и грубых,

садилась в их Доджи, Порше, Кадиллаки,

и тем доводила ревнивцев до драки;

её звали Матильда – красивая бестия,

она являлась ночами из другого созвездия…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116090201898

Конечно не ты и наверно не я,

этот город проглотила большая свинья,

под левым ботинком история века,

как в общем и целом спасти человека;

и вроде не морда, скорее лицо,

он крепко сжимает зубами кольцо,

от первых шагов до предсмертной палаты

мы носим всю жизнь на спине плащ-халаты…



Вот что-то такое возникло в душе,

его поливают слезами уже,

а в кожу вставляют кусочки металла,

чтоб тихо сидела и не доставала

ни воем своим, ни печалью о лете;

эй, кто там пред Богом за это ответит,

оплатит без срока, без денежных знаков,

а кровью царя из семьи вурдалаков…



Новые дети больших площадей,

вы не похожи на прошлых людей,

тех уже нет, лишь за домом цветёт их сад…

Вы же в плену бетонных вагонов

ловите там не своих покемонов,

и демон во тьме непременно безумию рад…



Наверно не ты и конечно не я

в этой бешеной машине летим без руля,

колёсики, винтики, болтики, гайки,

есть шрам на спине от казачьей нагайки;

Есть чёрные зимы и лютые стужи,

и яд с магазина был подан на ужин,

молитесь же, сёстры, неистовей, в чаще

вам явится ангел любви настоящей…



Мой город очнётся не раньше, чем в среду,

мне всё надоест, я отсюда уеду,

а вас же оставлю, дурное колено,

улыбку стирать на лице Гуинплена;

И пусть это будет не то чтобы сказка,

но жить в этом мире настолько прекрасно,

настолько, что я не поставлю здесь точку,

идите ко мне, всем раздам по цветочку…



Взрослые дети стальных площадей,

вы не похожи на прежних людей,

те уж ушли, лишь за домом цветёт их сад…

Вы же, зверея от лязга вагонов,

ловите взглядом чужих покемонов,

и демон во мгле бесконечно безумию рад…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116082107982

Полетели, полетели,

понедельники, недели,

воробьи, вороны, галки,

инвалид в своей каталке;

полетели на рассвете,

пока дует южный ветер,

полетели без причины,

что по мне, мы все едины…



Полетели по асфальту,

словно листья под метлою,

полетели без боязни,

не мирясь с такой судьбою,

что одним – любовь и крылья,

а другим всю боль потери,

как в оконном свете пылью

полетели, полетели…



Полетели, как частицы трёхминутных настроений,

полетели вереницы дней прощаний, дней рождений,

полетели над вокзалом и над городом, что скоро

растворится и исчезнет за туманным косогором…



Полетели, полетели

сквозь года, века и вечность,

мы поэты-менестрели

воспеваем бесконечность;

полетели, признавая,

смерти нет на той странице,

где мы смело расписались,

взяв в ладонь перо жар-птицы…



Полетели в невозможность, в нереальность расставаний,

полетели в безнадёжность, в неизбежность расстояний;

Бог укроет нас простынкой перед сном в своей купели,

и приснится, будто в детстве, - полетели, полетели…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116081309109

Я не ищу известности, известен,

известен Богу, совести, душе,

ещё бумаге, на которой тесно

моим словам в простом карандаше;

ещё любимым, тем, что уже скоро

меня встречать придут в вишнёвый сад,

я им стихи свои прочту и снова

сердцам открытым буду очень рад……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116072907605

На стене висит картина мастера Луи,

ах, куда же мы, мой мальчик, ночью забрели;

не видать вокруг дороги, только силуэт,

мы пойдём за ним, а он нас выведет на свет…



Пили водку за здоровье, вот и все дела,

Баба Маня раньше срока в дворницкой слегла;

почтальон стучится в двери уж который год,

да ведь каждому по вере Боженька даёт…



Не тяни, прочти молитву и поставь свечу,

я попам вином да златом позже отплачу;

а пока чисты ладони, без следа гвоздей,

мне на них святой водицы из ковша полей…



Сказки бабушка читала маленькому солнцу,

солнце утром заставало мамку у колодца,

они вместе шли по полю в гости к облакам,

прилипали рожь с пшеницей к их босым ногам…



Ближе к вечеру в беседке собирались люди,

что-то вкусное томилось на старинном блюде;

чай бежал из самовара, словно был рекою,

дед от мошек отбивался правою рукою…



А на левой две наколки, жизни два сюжета,

за спиной четыре ходки, пятой было лето;

когда просто отпустили, выписали справку.

- Дед, тебя тогда простили? – я присел на лавку…



Он вздохнул; - Не помню даже, было ли такое,

помню, словно день вчерашний, небо голубое,

помню корочку от хлеба да осьмушку сала,

помню ту, что без опаски в лагерь мне писала…



Ты, внучок, послушай, милый, рано знать про горе,

спать ложись, и пусть приснится алый парус в море;

под подушку непременно положи фасоль,

вот тогда ты встретишь скоро и свою Ассоль…



Тишина, уснули кошки, мышки тоже спят,

лишь на станции далёкой фонари горят;

часовой с винтовкой ходит и плюёт в овраг,

ему видится в тумане недобитый враг…



Петухи пропели, черти разлетелись вмиг,

над кроваткой засветился Николая лик;

чудотворная икона, весть благая в дом,

в то, что не было погромов, верится с трудом…



Не забыть бы на рассвете покормить скотину,

подмести на книжных полках пыль да паутину;

окунуться в чан с водою, изнутри омыться,

поглядеть, как небо режет северная птица…



На стене висит картина мастера Луи,

Боже мой, в какую темень все мы забрели;

Повторяя шаг за шагом, след кладём на след,

кто бы нас схватил за шкирку, выволок на свет…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116072809534

В коридоре что направо нету права,

пьют соседи и безбожно матерятся,

в коридоре что налево, так несмело

две девчушки в комнатушечке ютятся;

громко лает обалдевшая собака,

ей кота не достаёт для дружбы с миром,

почему вы ту коробку шоколада

так упорно называете зефиром…



В коридоре что напротив я не против,

только тихо, чтобы всё-таки прилично,

вы такого даже в сказках не найдёте,

я вам позже покажу при встрече личной;

Будет тесно, будет жарко, но приятно,

чёрт возьми, столкнуться снова на проходе

и скорее, что уже невероятно,

вы ко мне под вечер в комнату придёте…



В коридоре время восемь, вот и осень,

листья жёлтые на стареньких штиблетах,

ну давайте о судьбе и жизни спросим

эту даму во французских туалетах;

она верно разбирается в вопросах,

повидала и отведала немало,

отвечает дама вежливо, с прононсом:

- Извините, но я так от вас устала!



В коридоре что направо – переправа,

да вот берега соседнего не видно,

в коридоре что налево – неумело

и до слёз, и до безумия обидно;

Кот залез на подоконник, бедолага,

ему пса недостаёт для дружбы с миром,

отчего же вы коробку с шоколадом

так настырно называете зефиром……






© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116072106993

Моих листьев с каждым годом будет меньше,

мои ветви обволакивает осень,

у солдата царской гвардии потешной

на висках уже видны печаль и проседь;

чай английский за беседою с сестрицей

в час, когда в пруду уснули чашки лилий,

я письмо отправлю первой голубицей

с просьбой, чтоб вы обо мне не позабыли…



Мои листья с каждым годом всё желтее,

мои ветви раз за разом всё короче,

об ушедшем я нисколько не жалею,

по любви тоска приходит ближе к ночи;

по графине – моей Оленьке далёкой,

по княжне нежнейшей – свет Екатерине,

да по панночке – Елене черноокой

я грущу, как море красок на картине…



Нарисованной, написанной с размахом,

будто сердце не сдержало буйство линий,

но не только лишь стихами по бумаге,

мы телами до горячности любили;

обнажались и входили в эту воду,

говорят, ею нельзя омыться дважды,

да и Бог с ней, я в любую непогоду

ещё верю да надеюсь, что однажды…



Мои листья упадут к одной из женщин,

мои ветви ей поклонятся учтиво,

а она, не замечая чёрных трещин,

улыбнётся мне загадочно красиво

и обнимет ствол от боли постаревший,

и поделится со мною соком жизни,

я ли дерево с листвою облетевшей,

я ли лист, что вдруг на ветке станет лишний…






© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116071507696

Дело мастера боится,

сталь на кузне плавится,

если в жизни что-то плохо,

знай, вот-вот наладится

и пойдёт по тропке длинной

яблоневым садом

от весны да через лето

осень листопадом…

Подметёт устало дворник

и достанет спички,

у костра листвы осенней

сядет по привычке,

поглядит с тоскою в небо,

а потом закурит,

ветер северной Пальмиры

мне в окошко дует…



Время спать, да всё не спится,

книга на коленях,

там по снежной тундре мчатся

дикие олени;

и жена у чукчи в чуме

допивает водку,

ночь нависла над рекою,

я спускаю лодку…

Вёсел нет, да и не надо,

понесёт течением,

встречу ту под виноградом

назову влечением,

назову звезду тобою

над большими крышами,

как нам дальше друг без друга,

коль друг другом дышим мы…



Есть болезнь, а кто микстуру

поднесёт на ложечке,

на открытках в дни рождений

всё коты да кошечки,

да букеты, а ответы

спрятаны в кармане,

дочка в горе и бежит

со слезами к маме…

Утешитель, мой хранитель,

я ему пожалуюсь,

от меня, печаль земная,

уходи пожалуйста!

Я тебя на неземную

променяю с радостью,

ещё бьётся молодица

на мечах со старостью…



Дело мастера боится,

сталь в горниле плавится,

если в жизни очень трудно,

верь, вот-вот наладится

и пойдёт по тропке дивной

персиковым садом

от весны да через лето

осень листопадом…

Где метёт устало дворник

и сжимает спички,

у костра листвы осенней

курит по привычке,

то глядит с тоской на небо,

то в окно со шторами,

ветер северный гуляет

за его просторами……






© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116070906986

Был бы я серым, как серая тень,

мокрый асфальт под ногами людей,

неземная грусть, о, неземная грусть…



Сон, в магазине за полцены счастье,

словно сгрузили с души в одночасье

неземную грусть, неземную грусть…



Жёлтое фото на нём те же лица,

в люльках детишки, да что им не спится,

неземная грусть, ах, неземная грусть…



У звездочёта закончились звёзды,

кто-то увозит с собою в морозы

неземную грусть, неземную грусть…



Семечки горкой в нагретом кармане,

я потихоньку пожалуюсь маме,

неземная грусть, да, неземная грусть…



Ночью скребётся, как с улицы кошка,

или же это сидит у окошка –

неземная грусть, неземная грусть…



Любви, как обычно, случилось немного,

двери открою, узрю за порогом

неземную грусть, неземную грусть…



Недалеко до больного припадка,

я этот лист исписал без остатка,

неземная грусть, эй, неземная грусть…!



Тише же тише, до будущей встречи,

а ты, как снежинки, ложишься на плечи,

неземная грусть, неземная грусть…



И постепенно белеет пальто,

смотрит ворона, как садится в авто

неземная грусть, неземная грусть…



Всё исчезает в предутренней дымке,

я променяю её на улыбки

неземную грусть, ту неземную грусть…



Так и сочтёмся на пафосной ноте,

но кто там меня ожидает к субботе, -

неземная грусть, неземная грусть……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116070308331

Не изгнан, но был брошен на чужбину

коротким росчерком кровавого пера,

я верил вам и думал, не покину

ни этот сад, ни эту розу у окна;

ни это странное знакомое томленье,

что всякий раз рождается в груди,

ни приходящее под утро изумленье,

вот новый день, что будет впереди…

Пройдёт ли дождь или подует ветер,

а может солнце вновь возницу позовёт,

чтоб прокатиться в огненной карете

и растопить в замёрзшем сердце лёд;

а может просто будет очень тихо,

и лишь в пруду лягушку запоют,

да я пройду, не поминая лиха,

туда, где молча на пол-литра подают…

И выпью с ним, а с ней потом в обнимку

по улицам и лужам босиком,

не помню, то ли Катьку, то ли Нинку

я обнимал, скорей всего тайком;

открыто же в любви не признавался,

хоть так манил девичий силуэт,

увы, немного вижу обознался,

и ей совсем уже не двадцать лет…

Куда же молодость, а молодость к раздумью,

порой бы опыт поменять на баловство,

и прибегая за советом к полоумию,

понять, чем дышит безрассудства естество;

и написать на желтизне извёстки

слова, которыми я с детства дорожу,

но получаются корявые полоски,

я их стереть в трёхсотый раз спешу…

Бог любит Троицу, не стоит сомневаться,

так дай и мне всем сердцем полюбить,

а если нет, зачем здесь оставаться,

пришла моя минута уходить;

но ведь не гонят, только пишут – до свидания,

и ставят штамп, и на двери звонок

уже не просит от клиента понимания,

ведь я ступил ногою первой за порог…

Хотя второй увяз ещё поглубже,

эй, кто-то там держит, ну-ка отпусти!

Хреново дома, да на чужбине хуже,

всё ж уезжаю, Господи, прости…

 








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116062506858

Пой мне, девочка, пой

о минувшем и прошлом,

об ушедшем давно в край ночных мотыльков;

пой мне, девочка, пой

лишь о чём-то хорошем,

о прекрасной поре телефонных звонков…



От друзей и родных, и, конечно, от милой,

от соседки, в дверях позабывшей ключи,

и от мамы моей, что меня так любила,

пой же, девочка, пой, я прошу не молчи…



Пой мне, девочка, пой

под гитару весь вечер,

пусть не рвётся струна, и всё выдержит гриф;

Пой мне, девочка, пой,

как ложатся на плечи –

то вселенская грусть, то печали прилив…



И опять я плыву по волнам за тобою

без руля и ветрил, прочь отбросив дела;

пой же, девочка, пой, чтоб поспорив с судьбою,

меня жизнь к алтарю, словно агнца вела…



Пой мне, девочка, пой

о душистых просторах,

о ветрах молодых и полянах в цветах;

пой мне, девочка, пой,

как ночным перегоном

вдаль летят поезда да на полных парах…



А в одном из них я всё скитаюсь по свету,

может стоило мне на минуту сойти?

Пой же, девочка, пой, о краях куда еду,

и объявят когда остановку в пути……








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116061608882

Пишу, как дышу, а когда не пишу, задыхаюсь,

из белых полей всё струится весенний туман,

там слог обнажив, со строкой, как с женой обнимаюсь,

а тем ли грешу, что за словом не лезу в карман…



Лихие деньки, может взять хоть один на поруки,

изрезать и сшить, залатать, прострочить поперёк;

за что ты, Любовь, тех двоих обрекаешь на муки,

за что же меня, мне, увы, всё никак невдомёк…



А мёд на губах, а на небе такая погибель,

то танго ворон под летящий срезающий ритм,

то вальс одиночества, чья-то святая обитель,

где вечно душа, как свеча над иконкой горит…



Молитв не учил, поступал по велению свыше,

и друга поил, а подругу купал в молоке;

когда приходили голодными в домик мой мыши,

им сыр выносил от души своей в левой руке…



И спорил со Смертью, она заходила под вечер

в промокшем плаще, ей давал посидеть у огня

да нежно массировал уставшие старые плечи,

пускай же уснёт хоть на час и отпустит меня…



Пожить, погулять, надышаться, напеться, напиться,

трамвай пропустить или даже последний вагон;

и встретиться с кем-то, в кого-то безумно влюбиться,

нажать на педаль и с судьбой на запретный обгон…



Стоит постовой, вдруг в лице поменялся, бедняга,

я мимо лечу подгоняемый ангелом в рай;

эй, чёрт, не дури! Тьфу-ты, это всего лишь дворняга,

звучит за спиной на прощанье её громкий лай…



Дышу, как пишу, а когда не дышу, то забвенье,

потеря сознания, мгла или небытие;

но стоит вдохнуть, как из сердца сочится творение

бежит от окна по дорожке к зелёной луне…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116061208452

Как медленно тают снега, мой друг,

одно бездорожье, гляди, вокруг,

застыли деревья, и спят в колыбели дома,

наверно уже не закончится эта зима…



Вот сани, в санях одинокий седой старик,

он едет себе через поле к реке напрямик,

на шапке его белоснежная зимняя вязь,

он едет, тихонько в душе за здоровье молясь…



Но храм далеко и погашена кем-то свеча,

упала рубаха ночная, как тяжесть с плеча;

то смуглый татарин, то русич – стоят у дверей,

а в профиль посмотришь, так то настоящий еврей…



Как медленно тают снега, прости,

мне пару годков до ухода туда скости,

вся жизнь суета, балаган, кутерьма,

наверно уже не закончится в мире зима…



Вот стая ворон, у ворон есть небес дар,

порою молчать или с дуру кричать – кар;

на крыльях у них белоснежная зимняя вязь

летит сквозь века ничего на пути не боясь…



И кажется мне, я надолго застрял во сне,

прижавшись щекой к очень мудрой столетней сосне,

всей грудью вдыхаю познаний её закрома,

отходит от сердца и тает моя зима……





 








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116061001931

Быть может проживу чуть больше срока,

мне отведённого небесной синевой,

а в час, когда я встану у порога,

то млечный путь расстелет предо мной

рука Владыки от рождения до смерти,

меня ведущая, как куклу на канате,

лежит письмо в заклеенном конверте,

и нет ошибки ни в едином адресате…



И нет ошибки, только чувство долга,

я от него избавиться не в силах,

одна просила, вроде ненадолго,

другая просто, - вовсе не просила;

а лишь смотрела, вопрошала взглядом,

так, словно в душу проникая извне,

лежит письмо с открытым адресатом,

и нет в нём строк с налётом укоризны…



За что винить, ещё придёт расплата,

мосты сведут, покажется так близко,

твоя любовь последняя палата,

окно больничное, увы, не очень низко,

чтобы залезть, режим не нарушая,

да там больных всего лишь только двое,

лежат в обнимку, да друг дружку утешая,

всё вспоминают про ушедшее былое…



Оно им светит с маленькой веранды,

а может быть с широкого карниза,

струятся запахи желанья и лаванды,

он ей маркиз, она ему маркиза;

тот сладкий сон уже изведал вечность,

как эвфемизм фантазии Де Сада,

пишу письмо куда-то в бесконечность

и лобызаю образ адресата…



И лобызаю, и живу, хоть это жизнью

назвать нельзя, одно сплошное бденье,

прости, твои не уберёг я письма,

но сердцем их читаю в каждый день рождения;

в январский и в ноябрьский любимый

до той до самой точки невозврата,

когда шепчу: - "Мой Свет неповторимый,

нет, ты ни в чём, ни в чём не виновата!"



Быть может проживёшь чуть больше срока,

тебе отпущенного звёздной тишиной,

а в час, когда ты встанешь у порога,

то млечный путь расстелет пред тобой

рука Владыки от рождения, а смерти,

а смерти нет, лишь приближение заката,

лежит письмо в заклеенном конверте

и ждёт, когда напишешь адрес адресата… 








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116052806209

Когда я стану, как большой воздушный шар,

меня отпустят люди прямо в небо;

- Эй, там, внизу, Гудбай, Оревуар!

Любовь всегда – и Альфа, и Омега…

В любом пути – начало и конец,

и там, и тут есть белые наряды,

если ведёшь невесту под венец,

не жди от жизни более награды…



Не жди того, чего и так кругом сполна,

бери руками и вдыхай свободно грудью,

отпей из чаши королевского вина,

пойми, что дней таких потом уже не будет…

Не сядет дважды над скамейкой воробей,

и в реку вновь ты не войдёшь, как ни старайся;

так пролетая над скоплением людей,

ты им тепло и мило улыбайся…



Когда умру, наверно будет поделом,

долги оплачены и все подбиты сроки;

кому-то – Здравствуй, а кому-то и – Шалом,

ну что ж, вы, топчетесь, не стойте на пороге…

Сегодня жарко, и горит акаций куст,

а у меня прохладно на веранде,

я там тихонько струн души своей коснусь,

ох, зазвучат они, как будто по команде…



И эту музыку услышат за стеной,

врата откроются, и выпорхнет карета,

ну где же та, что вечно бегала за мной

нелепым призраком ночного силуэта…

Манила взгляд мой переливом чёрных чар,

казалась мне предутренним туманом;

- Эй, там, внизу, Гудбай, Оревуар!

Я стал теперь большим воздушным шаром…








© Copyright: Денис Готтесман, 2016

Свидетельство о публикации №116042708750