Мебельная фабрика изготавливает изделия под заказ, в зависимости от размеров вам озвучат цену.


Веб сайт компании http://www.mir-mebeli.info/
 

Контакты: СП «SANJAR ASLIDDIN»

Тел./факс.: +998 65 222 26 97

Тел.: + 998 91 406 22 23

Тел.: + 998 91 405 55 70

Город Бухара, Ул. Мустаккилик 52/2 A

Ориентир: Остановка мелодия
Call
Send SMS
Call from mobile
Add to Skype
You'll need Skype CreditFree via Skype

Ищу мастеров по работе с камнем травертином. и др. Отзовитесь мастера! +77015558879 Людмила

 


Требуется сотрудница: копирайтер, рерайтер!



Требования:

грамотная письменная и устная русская речь

знание компьютера, опыт работы с Интернет, умение писать статьи и новости, анонсы,
тексты на любую тему, подготовка и публикация материалов.



Опыт:

Опыт в написание и переделке статей приветствуется,

Должен быть богатый словарный запас,

Возможно вы закончили рус лит, либо работали учителем в образовательных
учреждениях- предпочтение, но не обязательное требование!



Условия:

полный рабочий день‚ зп 300  тыс.



Будут вопросы пишите или звоните 223 55 48 с 9.00 - до 18.00

В наше время Узбекское правительство во главе И.Каримовым без стыда,без совести продолжает ассимиляцию не узбекских народов и этносов. ПОСМОТРИТЕ ФЕРГАНСКАЯ ДОЛИНА:
3 области АНДИЖАН,ФЕРГАНА,НАМАНГАН.
АНДИЖАН там основное население обузбеченные уйгуры КАШГАРЦЫ. По истории УЙГУРОВ КАШГАРЦОВ они в Ферганскую долину были переселены КОКАНДСКИМ ханством в 19 веке,после их притеснения Китайской империей. Ярким свидетельством расселения УЙГУРОВ КАШГАРЦЕВ можно узнать по названиям нынешних махаллей и поселков АЙШАХОНУМ,ХОНДИ,ФАЙЗААБОД,АХТАЧИ,МАДАНИЯТ и т.д. все названия встречаются в Уйгурской автономномии КИТАЯ. КАШГАРЦЫ в своей среде считают себя уйгурами,но в среде узбеков они узбеки,все КАШГАРЦЫ знают о своем прошлом происхождении,некоторые имеют родственников в Китае. Один из представителей данного этноса некий ОБИДОВ опальный Хоким Андижанской области. В Андижанской области проживают таджики тоже паспортами узбеки. Самое интересное все эти этносы в своих махаллях или местах компактного проживания, разговаривают на родных языках.В числе указанных этносов имеются кипчаки,каракалпаки,сарты и предгорные найманы считающие себя неузбеками,у них еще остался свои язык и диалект. Там же проживают УЗБЕКСКИЕ ТУРКИ,не ТУРКИ месхетинцы.ТУРКИ узбеки на территории Андижана и Намангана проживают с 16 века. Ярким представителем ТУРКОВ является знаменитый УЗБЕКСКИЙ певец ШЕРАЛИ ЖУРАЕВ,также как и другие неузбекские этносы, турки узбеки придерживаются своим укладом жизни
НАМАНГАНская область основные населения узбеки и таджики. Таджики в основном проживают в г.ЧУСТ,ПАП,НАМАНГАН процентное соотношение от общего количества населения области 40 процентов,также в своих местах компактного проживания разговаривают на таджикском языке.Есть КИПЧАКИ, одним из представителей КИПЧАКСКОГО этноса был АХМАДЖОН АДЫЛОВ,есть такая народность как КУРАМА (разнородные племена),проживают в Наманганско-ташкентской границе,там же имеются незначительное количество КЫРГЫЗОВ.
ФЕРГАНСКАЯ область основное население таджики и узбеки.Таджикское население преобладает в основном в кишлаках и колхозах.Узбеки в ферганской области составляют процентов 40.Есть этносы как КИПЧАКИ,КЕНЕГЕСЫ,КАШГАРЦЫ,КАРАКАЛПАКИ они уже к сожалению обузбечаны,язык и традиции придерживаются только старики.
ТАШКЕНТ и ТАШКЕНТСКАЯ область основное населения узбеки %45,казахи %30,таджики%20, остальные проценты другие национальности,в число которых входят Среднеазиатские цыгане ЛЮЛИ около 150 тысяч .
САМАРКАНД,БУХАРА преобладающее население таджики,после узбеки. Титульные нации в гг.БУХАРА И САМАРКАНД таджики.ЕСТЬ большое число ЛЮЛИ.
СЫРДАРЬИНСКАЯ,ДЖИЗЗАХСКАЯ ОБЛАСТИ основые населения узбеки %40,таджики%35 и казахи%20. другие национальности5%.
КАШКАДАРЬЯ и СУРХАНДАРЬЯ население в основном обузбеченные ЖУЗЫ,КУНГРАДЫ,МАНГИТЫ,КАРАМОЙНЫ.Язык очень отличается от других регионов УЗБЕКИСТАНА с уклоном к кыпчакской группе языков. В отличие от других регионов Узбекистана эти этносы придерживаются межродовой системе. Одна из особенностей данных этносов это неприязень ко второму по численности населению ТАДЖИКАМ.Таджики составляют примерно 30-35 процентов. Некоторые ЖУЗЫ,КАРАМОЙНЫ,КУНГРАДЫ и МАНГИТЫ себя УЗБЕКАМИ не считают,несмотря на их обузбечивание. Также на территории этих областей проживают ЛЮЛИ и АРАБЫ Камашинский район.
ХОРЕЗМ и ХОРЕЗМИЙЦЫ основное население ХОРЕЗМИЙЦЫ, в некоторых районах ХОРЕЗМА особенно в ХАЗАРАСПЕ есть потомки иранских азербайджанцев,шииты-мусульмане,их количество при переселении составляло около 20000 душ. ИЗ-за этого хорезмский язык имеет схожесть с азербайджанским и туркменскими языками, отсюда ГАЛДИ-ГАТТИ,танцы ХОРЕЗМ ЛЯЗГИСИ (ЛЕЗГИНКА).Этот этнос в 17-18 веках был переселен из Иранского Азербайджана Хивинским ханством,после сокращения численности населения ХИВЫ.Причина ЧУМА и ХОЛЕРА.Они до сих пор подразделятся на т.н.группы как коянлы,койлы,угизли и т.д. Так как,они как рабы были куплены в обмен на животных. Некоторые представители этого народа были расселены на территории КАРАКАЛПАКСТАНА,их раньше называли КУЛ.
ХОРЕЗМ И ХОРЕЗМИЙЦЫ ранее считали себя ХИВАЛЫК или ХОРЕЗМЛИК. Язык и традиции в корне отличаются от узбеков ФЕРГАНСКОЙ ДОЛИНЫ и других частей Узбекистана. Имеют свой язык но разговорный,к сожалению в настоящее время ХОРЕЗМСКИЙ литературный язык(исчезнувший) заменен на УЗБЕКСКИЙ. Основоположенником ХОРЕЗМСКОГО литературного языка, является ХОФИЗ ХОРЕЗМИЙ проживал 13-14 веках,его литературные и лингвистические труды официальная политика ТАШКЕНТА, в лице ИСЛАМА КАРИМОВА неподдерживается и не изучается,из-за боязни роста самосознания ХОРЕЗМИЙЦЕВ и ХОРЕЗМСКОГО НАРОДА. Единственным представителем политической оппозиции ХОРЕЗМА был САЛАЙ МАДАМИНОВ,историк,профессор исторических наук.Ныне проживает в Нью-Йорке США. В 1992 году баллотировался в ПРЕЗИДЕНТЫ Узбекистана.Выдвигал идею создания ХОРЕЗМСКОЙ РЕСПУБЛИКИ включив туда КАРАКАЛПАКСТАН,ТАШАУЗСКИЙ ВЕЛОЯТ ТУРКМЕНИСТАНА и ЧАСТЬ западных территории КАЗАХСТАНА. Часть Хорезмийцев проживают в КАРАКАЛПАКСТАНЕ.
ТОТАЛИТАРНОЕ руководство Узбекистана всеми возможными силами держит развитие указанных этносов,народностей и нации, с целью их обузьечивания.

КАКУЮ ИСТОРИЮ УЗБЕКИСТАНА СКРЫВАЕТ ИСЛАМ АКА КАРИМОВ
  
     Правда в том, что: узбекского государства никогда в истории НЕ СУЩЕСТВОВАЛО, как не было и самой узбекской нации – её искусственно создали большевики в 1924-25гг (так называемые «узбекские племена» – это общее название разнородных смешанных этносов – в первооснове своей это различные племена монголов, смешавшиеся с тюрками, китайцами, таджиками, туркменами и другими этносами; почему эти разнородные монголо-узбекские племена были названы «узбекскими» никто из историков объяснить не может); монголы-узбеки до этого жили разбросанно почти по всей Средней Азии, жили отдельными племенами с примитивными феодальными родо-племенными отношениями, с рабовладельческим строем, и эти монголы-узбеки «одним народом» и «одной нацией» себя отнюдь не считали. Едва ли не впервые упоминающим узбеков автором является составитель, официальной истории Тимура, написанной в 1425г Ш. Ездзи. «Никакого союза узбекских племён не существовало... узбеки, как народ в целом, не был однообразен по своему составу…узбекские роды лелеяли надежды поднять свое благосостояние, ограбив и разорив противника» [Семенов А.А. «К вопросу о происхождении и составе узбеков Шейбани-хана» Труды АН Таджикской ССР. Том XII. 1953]
Не было у этих монголо-узбекских племён и единого языка, а говорили они, в основном, на 3-х тюркских языках; и чего не знают неискушенные европейцы, так это то, что узбеки – не-коренной, а «пришлый народ» – захватчики: кочевые монголо-узбекские племена под предводителтвом Шейбани-хана в XYIв вторглись из Сыр-Дарьинских степей в Среднюю Азию, истребляя местные народы (в основном народы иранской культуры), уничтожая древнюю культуру этой земли. Узбеки это агрессоры и кровавые захватчики на земле Средней Азии; местные народы мужественно сопротивлялись узбекским агрессорам, но они были разобщены и ослаблены междуусобными распрями тимуридов, узбеков же было намного больше. Историк того времени Мухаммад Салих (ХОРЕЗМИЕЦ) и другие свидетельствуют об огромных бесчинствах кочевых узбеков в Средней Азии и о тяжелом положении народных масс на завоёванных узбеками территориях. Так, узбеки в XYI веке поселились в Средней Азии (причём истребляемые народы были тоже мусульманами – как и кочевники-узбеки; причём ныне узбеки гордятся как своей чужой древней культурой, которую они уничтожили, а почти всё местное население истребили в то время, на захваченных узбеками чужих землях).
Средняя Азия сонно жила ещё в «раннем средневековье», при рабовладельческом строе, отстав на тысячи лет от других стран Азии и Востока, не говоря уже об Европе! Многие племена монголо-узбеков вплоть до конца XIX – начала XXв вели примитивный кочевой образ жизни и жили преимущественно на территориях Кокандского ханства и в нескольких районах на территориях Бухарского эмирата. А само Кокандское ханство, войною выделившись из Бухарского ханства лишь в 1709-10 гг., было постоянным многолетним врагом России, Коканд вёл не мирную, но агрессивную, захватническую политику во всей Средней Азии. Кокандские отряды постоянно нападали на земли и подданных России, грабили, убивали, захватывали и угоняли их в рабство (как впрочем, нападали и на всех др. своих азиатских соседей) – все эти действия проводились по науськиванию и с одобрения Англии; за нападения на Российские границы Коканд получал от Англии подачки и послушно выполнял все английские указания во внешней политике. Англия напрямую готовила Коканд к войне с Россией; в 1860 г. Коканд объявил русским «священную войну» (газават); под крепостью Узун-Агач многочисленное войско кокандцев было разгромлено малым русским отрядом (русских – 700 человек при 4-х орудиях, против 20 тысяч кокандцев); затем в 1875 г. кокандцы, вновь (во 2-й раз!) объявили русским «священную войну» и нарушив договор 1868 года вторглись в российские пределы, зря понадеявшись на помощь Англиию Под Ходжентом кокандцы были вновь разгромлены русскими войсками (русских – 2400 человек при 20-ти орудиях против 10 тысяч кокандцев; кокандцы без единого выстрела сдали г.Маргилан и Коканд); в 1876 году многолетний враг России – Кокандское ханство было ликвидировано. (Точно так, как мы, русские, разгромили и других своих внешних врагов: шведов в 1240 году и под Полтавой в войне 1700-09 годов; немцев – на Чудском озере в 1242 году и в 1945 году; французов в войне 1812-14 годов; поляков в их вторжении и войне 1609-1618 годов, казанских татар в 1545-15 52 годах; турок в войнах 1768-1828 годах; японцев в 1945 году). К тому времени кокандский хан уже потерял все рычаги управления, и всё разложившееся Кокандское ханство потрясали смуты и беспорядки, ханство было накануне захвата и очередной азиатской резни многолетним противником – более сильным Бухарским эмиратом. Россия выполнила миссию «белого человека»(так узбеки сами назвали русских): принесла в Туркестан мир и свободу от рабства, принесла цивилизацию и науку, более прогрессивные производственные и общественные отношения; Россия ликвидировала постоянную угрозу среднеазиатским народам со стороны агрессивного Кокандского ханства, принесла мир и порядок и самим его жителям. Средняя Азия после многовековых войн наконец могла спокойно мирно жить, торговать и работать. По определению К.Маркса (а уж он-то был намного умнее г-на И.Каримова) культура русского народа несла тёмным народам Среднй Азии свет современной науки, свободолюбивые идеи. А вот строки современника, поэта, писателя-классика узбекской литературы Фурката (1858-1909): «Россия принесла земле счастливый век, Наукою теперь владеет человек» – это что Россия принесла его земле, в Туркестан!
Но как получилось, что будучи национальным меньшинством в Средней Азии, никогда не имея ни своего государства, ни национальности ни даже единого языка (монголо-узб.племена жили разобщено и рассеяно отдельными родами и племенами почти по всей Средней Азии), узбекам вдруг досталась территория других народов, чужие ресурсы и на этих чужих землях Ср.Азии образовалось сказочное какое-то «узбекское государство» – которого прежде никогда не было?!
Дело в том, что Узбекская ССР – это огромный большевистский миф. Большевикам потребовалось в обоснование более значительного мифа «о братстве бывших угнетённых народов и о многонациональном государстве рабочих и крестьян СССР» создать «братские советские республики» и тут к месту появился многообещающий, верный большевикам из местных, из Бухары тов. Ф.Ходжаев («младобухарец» и потом вдруг коммунист, потом «враг народа» – известная в истории Узбекистана личность), он то и подсунул Москве разработанную в Бухаре схемку создания нового государства в Средней Азии – «государства узбеков» (в 1924 году ЦК Бухарской компартии одобрил проект Ф. Ходжаева «Основные положения по созданию Узбекистана»); но идея национально-государственного размежевания возникла намного ранее – в 1920-21 годах партийные и советские органы Туркестана впервые вынесли предложение об образовании Узбекской, Туркменской и Киргизской республик, причём – в составе России.
Например, ещё в 1917 году была образована «Кокандская автономия» (полное название: «Временное правительство автономного Туркестана») – непризнанное государство, краткое время существовавшее с 27 ноября 1917 года по 18 февраля 1918 года на территории прежнего Кокандского ханства. Правительство «КА» возглавил казахский народный деятель М.Чокай. «КА» мыслилась только в составе России. Во вступительной речи М.Чокай сказал: “Построить сходу полнокровное государство нелегко. Для этого нет ни кадров, ни опыта. И главное – нет армии, чтобы защитить будущую автономию. Как бы ни была ослаблена Россия, она гораздо сильнее нас. С Россией мы должны жить в мире и дружбе. Это диктует сама география…».

И ещё: «Весной 1924 года элитой Бухары и Туркестана активно обсуждалось вопросы создания национальных республик. Были приняты резолюции, в которых говорилось, что «противоположность интересов, как культурно-национального, так и экономического характера» между разными народностями порождает трения и вражду, сохранение «разделенных» между разными республиками народностей «могло бы задержать развитие сил каждого народа и способствовать их замкнутости и культурной отсталости», что созрели предпосылки объединения однородной «как по национальному признаку, так и по формам хозяйства и быта» каждой народности «в отдельную самостоятельную единицу, политически и экономически представляющую одно целое» [«Туркестан в начале XX века: к истории истоков национальной независимости». Ташкент, 2000].

Обязательно необходимо отметить особенности народонаселения в Ср.Азии в тот исторический период:

1) Все этносы проживали настолько перемешано – этакий азиатский аралаш-ералаш; если образно представить карту расселения этносов в Ср.Азии, то было бы похоже на разноцветную шкуру леопарда.

2) Были этносы которые не могли себя отнести к какой-нибудь национальности и в этом нет ничего удивительного так как прежде они называли себя по территории проживания, например, кокандцы, хивинцы, бухарцы (эти государственные образования нельзя назвать национальными, поскольку покоились на других, вне-национальных основаниях. Например, 15.09.1920 года Ф.Ходжаев – глава правительства Бухарской Республики (БНСР), а БНСР не входила в Российскую Федерацию и была суверенным государством, в телеграмме Афганскому эмиру Аманнуле-хану выразил намерение поддерживать «…добрососедское отношение между афганским и бухарскими народами», из чего видим, что в то время сам Ф.Ходжаев «бухарцев» не считал «узбекским народом» и что бывший Бухарский эмират никогда узбекским НЕ БЫЛ!)

3) И ещё существовали многочисленные так называемые полу-этносы: «полу-национальности».

Младоузбекские историки переписали всю историю Узбекистана: практически очертить границы какого-нибудь одного народа и определить ему государство было просто невозможно без ущемления множества других народностей, проживающих рядом на этой же территории (в подтверждение: нынешние взаимные многочисленные территориальные претензии друг к другу независимых среднеазиатских «братских» государств). Разделить народы по национальным границам и образовать отдельные национальные государства – это была авантюра чистейшей воды и она была нужна только новоиспечённым среднеазиатским «революционерам» – так называемой «национальной элите», «национальным лидерам». Эта новая национальная элита Средней Азии хотела властвовать, хотела править, хотела быть новыми «ханчиками» и «эмирчиками» в новых, ими же изобретённых среднеазиатских государствах. Из исторических документов видно: вовсе не большевики (не хваля их) и не Москва, но сами среднеазиатские лидеры аборигены-жители Туркестана решили разделиться по народам (государствам) и азиаты сами определили границы этих своих новых государств! Причём, только в составе России! Это им – национальным лидерам и национальной элите – сильно, очень сильно захотелось стать правителями в пусть небольших, но отдельных государствах. Вот в чём правда!

В Москве пошли навстречу и подписали идею создания новых советсикх и социалистических государств в Среднец Азии, в том числе – государства узбеков: «Узбекию» (как первоначально назвали). Но В.И.Ленин потребовал ещё представить карту расселения народов в Средней Азии.

Однако, чтобы создать «Узбекию», необходимо было обеспечить узбекам статус титульной нации. Это могло быть возможно только в том случае, если бы они составили большинство на отведенной республике территории. В действительности узбеки, по данным дореволюционной статистики, хотя и населяли в различных пропорциях многие районы Средней Азии, но составляли большинство только на территории лишь некоторых районов. Поэтому узбеками (и отцами-создателями Узбекии) были осуществлены напрямую подлог, обман и фальсификация, заключавшиеся в том что в «узбеки» умышленно записали другие народы, этносы. И тем не менее, даже с учётом узбекских подтасовок, ещё в 1920 году, по материалам к Постановлению III-й чрезвычайной сессии ЦИК Туркестанской АССР о нац.-государственном размеживании, всего из числа узбеков проживали: в Туркестанской АССР – 66,5%; в бывших ханствах: Бухарском – 22%, а в Хивинском – всего 11%. Тем более, документам 1924 года и вовсе веры нет, там сплошная ложь! Например, такая национальность как «сарт» были все произвольно записаны в узбеки и к 1924 году не осталось ни одного сарта. По этому поводу, кстати, американский этноантрополог Дж. Шоберлейн выражал свое удивление: «Около 1,7 млн. сартов Средней Азии не могли попросту исчезнуть за один день». Схожая ситуация была и со многими другими национальностями, причём не только малых, но и многочисленных – как казахов, таджиков, киргизов – их тоже множественно записали в «узбеки». Если посмотреть материалы к Постановлению III-й чрезвычайной сессии ЦИК, то там можно обнаружить народности, которые больше не существуют; как такое возможно и куда они вдруг делись?! Узбекская фальсификация была выявлена, но должной оценки тогда это почему-то не получило. Большую роль и помощь узбекам здесь оказала Комиссия товарища еврея И.Магидовича и он лично. А в России ни В.Ленин, ни И.Сталин ничего о названных узбекских подлогах и фальсификации так и не узнали
27 октября 1924г II Сессия ВЦИК Советов удовлетворила ходатайство ТурЦИКа, 5-го Всебухарского и 5-го Всехорезмского Курултаев «о национально-государственном размежевании» и образовании новых советских социалистических республик и областей; Создание Узбекской ССР было официально объявлено 13 февраля 1925 года на I съезде курултаев (советов) в Бухаре. Управление Узбекской ССР в момент ее становления было доверено бухарской политической элите. О преемственности УзССР и Бухарской НСР говорит то, что учредительные съезды Советов УзССР и Компартии Узбекистана были созваны в г. Бухаре и именно Ф. Ходжаев возглавил Ревком Узбекской ССР, а с образованием Узбекской ССР стал первым премьером – Председателем Совета народных комиссаров); так что границы УзССР в 1924-25 годах были незаконно и обманным путём определены и земли туркестана незаконно захвачены самими узбеками – вот правда об образовании УзССР!!! Узбеки были в нац.меньшинстве, но втёрлись в доверие к большевикам, изображая самых-самых верных среднеазиатских последователей коммунизма, при этом узбеками были захвачены земли никогда им не принадлежавшие – это земли бывших Кокандского, Хивинского ханств, Бухарского эмирата и некоторые другие земли Туркестанского края Российской Империи, из которых с большой натяжкой «узбекскими» можно назвать только некоторые территории бывшего Кокандского ханства (хотя в ханстве многочисленно проживали таджики, киргизы, казахи, уйгуры и др.народы). Это и есть «историческая родина узбеков», правда только с XYI века. Узбеки захватили земли других народов и создали на захваченных землях своё новое узбекское государство – новую узбекскую империю – УзССР! Причём первоначально узбеки хотели отхватить территории ещё в три раза больше чем у них ныне(!), но Москва не дала! Второй любопытный факт: феодалы, баи и особенно исламское духовенство в 1924-25 годах были против и осуществляли противодействие образованию нового узбекского государства – УзССР! Вот как получается на деле: исламское духовенство были противниками и врагами независимости Узбекистана!

И вот в Средней Азии появилось новое государство – Узбекская ССР, по далеко идущим перспективным планам большевиков – «маяк, форпост и оплот большевизма» в Средней Азии, а узбеки-руководители УзССР показывали себя твёрдыми, верными коммунистами и последователями большевизма. Масштаб этого политического проекта был точно охарактеризован М.Калининым на съезде Компартии в Бухаре в феврале 1925 года: «...Узбекистан, имея огромный культурный потенциал, технические возможности, наиболее богатые города Востока и людские ресурсы, должен играть в Центральной Азии огромную роль, можно сказать, роль гегемона».

В подтверждение – ранее, из письма В.И.Ленина председателю Комиссии ВЦИК и СНК РСФСР по делам Туркестана М.П.Томскому от 7.081921 года: «Конечно, Вы правы, что «9 миллионов баранов» нам (Москве) необходимы. Во что бы то ни стало их взять!...» [Луис Фишер. «Жизнь Ленина». London 1970,с.789]. Эти строки с обидой приводит очень известный узбекский политолог и националист узбек Б. Мусаев. Что тут сказать, как русские говорят: «из песни слов не выкинуть»; ну значит, очень нужны были в те времена эти 9 миллионов «среднеазиатских, мусульманских баранов» В.И.Ленину для его каких-то политических целей... А нам – русским людям – приходится до сих пор из-за этих ленинских устремлений расплачиваться. Надо было бы этих среднеазиатских, мусульманских дикарей и нахлебников вышвырнуть из состава России и пусть бы они сколько им угодно конфликтовали, резались и делились между собою (как азиатские «братские народы» ныне и делают)!

А вот слова узбекского национального героя – советского лидера Ш.Рашидова (ему и памятник поставлен в центре столицы): «С образованием своей суверенной социалистической республики и добровольным вхождением её в состав Союза ССР, узбекский народ стал на путь подлинного национального возрождения, вышел на широкую дорогу исторического творчества.»

В УзССР были незаконно включены целые народы и их территории, узбеки проигнорировали права, национальные интересы и духовные ценности этих народов, узбеки беспощадно эксплуатировали, грабили (как и ныне делают) земли и природные богатства др.народов. Затем эти народы узбеками были выдавлены, изгнаны и даже физически уничтожены (последние характерные примеры: геноцид и изгнание турок-месхетинцев и крымских татар из Узбекистана). Итоги мы сейчас и видим: менее, чем за 100 лет узбеки в результате «обузбечивания», вытеснения и геноцида других народов из национального меньшинства стали «преобладающей национальностью», «титульной национальностью» по всей территории нынешнего Узбекистана (численностью – 80%).

Всего на карте Средней Азии появилось 4 новых азиатских государства; о справедливости такого размежевания может говорить следующее: таджики будучи более многочисленной и более древней нацией чем «узбеки», вдруг каким-то образом, оказались в автономии и в сильно урезанном виде в составе УзССР. В 1929 году ввиду такого откровенного беззакония и несправедливой делёжки территории, ввиду массовых притеснений от узбеков – таджики запротестовали; тогда им в Москве тоже пошли навстречу и выдели им своё отдельное таджикское государство из УзССР, что, кстати, вызвало огромное и смешное недовольство и многолетнюю обиду узбеков на русских. Об этом пишет и историк Р. Масов (директор Института истории Таджикистана), не стесняясь в выражениях, в серии своих работ, изданных в Душанбе. Р. Масов сформулировал несколько ключевых тезисов: революция 1917 года была «величайшим событием» в истории таджикского народа, национально-государственное размежевание было исторически правомерно и необходимо; но задуманное Советской властью было реализовано неправильно, «начало геноциду в отношении таджикского народа» положили пантюркисты («великоузбекские шовинисты»). Узбеки вытеснили таджиков в горы, ассимилировали таджиков, отняли у них земли, присвоили себе их культуру и достижения, уничтожили «исторический Таджикистан», а в 1920-е годывсячески препятствовали созданию Таджикского государства. «Во всем виноваты узбеки» – это один из главных лозунгов директора Р. Масова и таджикских национал-патриотов, и данный лозунг имеет под собой основание! Сегодня Таджикистан претендует на узбекские территории: Ферганскую долину, на Наманганскую область особенно, но прежде всего на Бухарский и Самаркандские регионы, Кашкадарьинскую и Сурхандарьинскую области Узбекистана, считая их исконно своими.

Имеются территориальные претензии и у Кыргызстана к Узбекистану: в Джалал-Абадской и Ошской обл. имеются около 75-ти спорных участков, которые постепенно попадают под влияние Узбекистана (узбеки незаконно и самовольно захватывают земли, принадлежащие более слабому Кыргызстану).
У Казахстана многовековые территориальные споры и огромные претензии к Узбекистану! По словам известного публициста и политолога из Казахстана Е.Нарымбая «В современном мире узбеки, несомненно, представляют одну из серьёзных внешних угроз для Казахского государства, проявлением чего, по мнению казахов, и является пограничный вопрос, который был решён… несправедливо в пользу Узбекистана…Цена вопроса о границах между Казахстаном и Узбекистаном – почти 6 млн. га (или 60 тыс. кв. км), которые находятся сейчас в составе Узбекистана. Только в этом веке спорная территория переходила «из рук в руки» 4 (!!!) раза. С 1924 г. по 1940 г. она находилась в составе Казахстана. В 1937 г. и 1946 г. Казахстан под нажимом… передаёт некоторые свои земли «во временное пользование». К моменту распада СССР площадь Казахстана уменьшилась и составляла уже 2717,3 тыс кв. км. «Похудение» Казахстана произошло в пользу Узбекистана за счёт Южно-Казахской обл (основная часть) и Кызыл-Ординской обл. (1,15 млн. га); тер. претензии есть и в Ташобласти.

Так же незаконно и безосновательно «верные большевики» – узбеки – выпросили у Москвы в 1936 г. И к Узбекистану насильственно присоединили (передали) Каракалпакию (Каракалпакскую АССР – ок. 165 тыс. кв. км), отобрав у Казахской ССР и совершенно проигнорировали мнение народа, хотя каракалпаки – родственный не узбекам, а именно казахам народ, и таким образом ещё намного увеличили территорию узбекской империи – УзССР (нын.Узбекистан – составляет 447 тыс. кв. км) – и тем самым дали узбекам выход и пользование огромными богатейшими ресурсами Аральского моря и огромными нефтяными и газовыми залежами и другими ресурсами приаралья – чужим добром! 14 декабря 1990 года сессия Верховного Совета Каракалпакской АССР приняла «Декларацию о государственном суверенитете», что предполагает полную независимость государства, но народ Каракалпакии был лишен права на самоопределение Ташкентом. Узбекистан ныне незаконно оккупировал и силою удерживает Каракалпакию, грабит природные богатства чужой страны, подавляет национально-освободительное движение каракалпаков и уже много столетий каракалпакский народ исторически терпит от узбеков притеснения и беззакония.

Положение Каракалпакии в составе Узбекистана очень сложное; Республика находится в зоне экологического бедствия и считается беднейшей областью Узбекистана, несмотря на то, что в ее недрах хранятся очень крупные залежи природного газа, есть золото, нефть и другие полезные ископаемые. Абсолютно нищий край, погибающий на глазах равнодушного Ташкента вместе с Аральским морем, где средний доход на душу населения не достигает и 3-х долларов в месяц, где половина детей рождается инвалидами, где почти нет воды (так, при средней норме 125 л воды в день местные жители получают только 15-20 л). Но не только нужда в воде обрушилась на многомиллионный регион. Сегодня он страдает и от нищеты, голода, а также различных эпидемий и болезней – вот что такое сегодняшняя Каракалпакия. Центр – Ташкент – особо не стремится решить проблемы этого суверенного образования в своем составе. Без свободы Каракалпакии от Узбекистана невозможно выживание как такового самого каракалпакского народа. По неофициальным данным, на территорию Казахстана, после объявления независимости Узбекистаном, от притеснений переехало (бежало) уже более 100 тысяч граждан Каракалпакстана. Уже в 1980-х гг появились подпольные движения Halk mapi («Интересы народа»), «Молодёжь Каракалпакстана» и «Свободный Каракалпакстан» – последнее недавно распространила в «Интернете» призыв к согражданам добиваться свободы и независимости этого региона от Узбекистана! Все названные группы Национально-освободительного движения в Каракалпакии действуют в условиях тотальной слежки, угрозы репрессий – только подпольно!

Далее происходило как по сценарию простых советских довоенных комедий: на протяжении целых десятков лет в Москву по отдельности ездили официальные делегации ходоков от среднеазиатских республик выпрашивать спорные территории (районы) – то есть, чтобы у соседней «братской» республики Москва отобрала и им передала. Так Москва и мучилась этой «головной болью»: то давала по просьбам, то не давала, то отбирала у кого-то, то последние обижались и посылала обиженные делегации вернуть назад их якобы исконные районы. Эти территориальные споры до сих пор сильно жгут отношения между «братскими» среднеазиатскими государствами. И только в одном 1991 году на территории Средней Азии имело место 36 конфликтов на национальной почве!!!
Сразу с 1924-25 годов узбекским руководством началось усиленное сколачивание и расширение новой «узбекской нации» и насильственное «обузбечивание» в УзССР: людей насильственно записывали в узбеки (в паспортах), причём «исчезали» целые народности десятками-сотнями тысяч человек; не-узбеков всячески изгоняли с их территорий; узбеков переселяли на территории других этносов, чтобы искусственно переломить в районах национальное соотношение в пользу узбеков; повсеместно насильственно навязывался и тюркский карлукский язык (на нём говорило узбекское население Ферганы), названный «ново-узбекским» языком, что тоже – узбекский парадокс, так как основным элементом в Средней Азии так называемой «узбекской народности» – узбекских племён – составляло монголо-тюркское племя мангытов (ногаев).

Основатель новой узбекской империи – УзССР – и основатель узб.нации и государства Ф.Ходжаев, затем его большой продолжатель 1-й секретарь КПУз Ш.Рашидов и нынешний 1-й президент-диктатор И.Каримов, они все поняли «узбекскую национальную идею» и немало сил приложили к созданию узбекской нации из этого конгломерата разнородных народностей и этносов, что населяли и населяют Узбекистан. После независимости 1991 года новые узбеские власти продолжают прежнюю национальную политику: идею «главного атахона» Ф.Ходжаева: людей так же насильственно записывают-переписывают в «узбеки», также искусственно насаждается на всех уровнях в официальном производстве, в узбекской литературе и в обучении так называемый «ново-узбекский язык» – то есть, тюркско- карлукский язык. Современные узбекские власти всячески внушают и вдалбливают узбекам (этническим и искусственным узбекам) якобы об их однородности (общности), о необходимости следовать одним нац.идеям и идеалам – ведётся огромная, масштабная гос.пропаганда по обузбечиванию на всех уровнях, в ТВ и в СМИ. Теперь, через десятилетия, узбеки в Узбекистане стали наконец «большинством населения страны» – 80%, но это только на бумаге… По данным (2005 г.) публициста и политолога из Казахстана Е.Нарымбая: «Большая численность этнических узбеков и подавляющее большинство населения Узбекистана – это, очевидно, большая ложь. Переписанные в «узбеки» составляют половину списочного состава узбеков и состоят по преимуществу из таджиков (50%), казахов (25%), уйгуров Андижанской области (15%)., киргизов и др. (10%). (Показательна фальсификация в Андижанской области: примерно из 1,5 млн. паспортных узбеков здесь порядка 65-80% – это этнические уйгуры). В результате чего узбеки составляют не более 50% населения Узбекистана». Правда в том, что узбеки настолько заврались и теперь даже сами не знают: сколько же на самом деле «узбеков» в Узбекистане!

Но почему молчали народы, когда их насильственно записывали в «узбеки»?! Нет, люди не все молчали, но такова особенность азиатско-исламского менталитета – это средневековая, рабская, феодальная, исламская, покорная трусость (особенно перед властью) – свойственная и сегодня всем народам Средней Азии, а также инертность населения и низкое национальное самосознание рядового, нищего, по-рабски забитого и запуганного местного азиатского населения. Многие всерьёз даже не знали свою национальность, а другим просто-напросто было без разницы, кем их запишут! Характерный пример номенклатурного правителя периода создания «Узбекского государства», некоего Абдуллы Рахимбаева: он, как отмечает современный таджикский историк Р.Масов, «несколько раз изменял национальную принадлежность в зависимости от того, где, когда и на какую очередную должность его выдвигали» [Масов Р. “История топорного разделения”. Душанбе, 1991, с.35]. На самом деле, А. Рахимбаев был типичный «сарт», сын богатого Ходжентского торговца и таких, как он, поли-национальных руководителей среди «узбекских» руководителей того времени (УзССР) было немало.

Но узбекский подлый, нечистоплотный расчёт верен: пройдут ещё годы, и если в сельской местности, в местах компактного проживания групп этносов, переписанных в «узбеки», те ещё используют свой язык, обычаи и культуру и знают свою настоящую национальность, то в городе обстановка иная – там люди оторваны от своих корней и, возможно, через поколениенасильственно переписанные уже будут называть себя «узбеками». Никто уже и сейчас не может сказать, какой же в действительности национальности были предки «нынешних узбеков» ещё в 1924-25 годах, не говоря уже об 1897 годе!!! Поэтому в антропологическом отношении лица нынешних узбеков представляют такую пеструю азиатскую разнородность, хотя монголоидные черты и типы лиц, несомненно преобладают среди подавляющего большинства узбеков, эти монголоидные узбекские лица – с явными признаками вырождения и дебильности!

Так в беседе «за круглым столом» по проблемам Средней Азии, проведенной радиостанцией «Голос Америки» на русском языке в мае 1992 года журналист В.Чилидзе дискутирует о том, в какой мере население этих стран «является нациями», поскольку обращение к истории показывает, что страны эти были созданы «сталинским карандашем на карте» – то есть, искусственно. Да, национальность – это такая историческая общность, которая самосоздаётся, сплавляется столетиями, а не циркулярами властей или насильственными записями в паспортах людей, и также не на общности единого только языка (который также вводится насильно) – как происходит в Узбекистане. Так и узбеки в нынешнем Узбекистане до сих пор НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ОДНОЙ НАЦИЕЙ. Между жителями регионов Узбекистана – неприязнь, подозрительность, недоверие и даже враждебность – они не считают себя равными или «одной народной общностью». Еще в 1937 году 1-й секретарь ЦК КПУз А.Икрамов признавал, что до национального размежевания большинство узбеков не ощущало себя единой нацией: «Трудящиеся массы узбеков не осознавали себя как единую национальность. Ферганских узбеков обычно называли коканлыками – по названию ханства; зарафшанских, кашкадарьинских, сурхандарьинских узбеков называли бухарцами. Кочевые узбеки Кашкадарьи и Сурхандарьи узбекское население наших городов не считали узбеками. Хорезмийцы, например, всех узбеков, приезжавших из других частей Узбекистана, называли почему-то таджиками…и т.д. и т.п.». Сейчас всё остаётся точно также, как и было с древних времён! Вот правда, которая так ненавистна узбекским национал-патриотам! Никакого «узбекского народа», по сути дела, не существует и по нынешнее время; есть только некое искусственное, насильственное объединение совершенно разных этнических групп, толком и не понимающих друг друга даже на уровне разговорного языка! Даже ислам не смог объединить эти пёстрые, разномастные этносы. Мнимое единство узбек.нации в современном Узбекистане держится силою и страхом лишь на авторитарном, деспотическом, полицейском, не демократическом режиме президента И.Каримова!

Но есть и призабавные факты в современном осуществлении «узбекской национальной идеи»: президентом-диктатором И.Каримовым было обещано узбекам за 10-15 лет независимости «стать великими», но «не получилось» и тогда вопреки исторической ПРАВДЕ нынешние узбекские власти во главе с самим диктатором И.Каримовым, пользуясь безграмотностью населения, закрытостью и отсутствием демократических институтов в стране, решили возвеличить «узбекскую нацию» и заодно себя тоже, решив это сделать путём фальсификации истории. Так как монголо-узбеки были ничем не примечательными, примитивными, отсталыми, кочевыми племенами, промышлявшими скотоводством и воровством, постоянно мелко враждуя между собой, так же как и более поздние их узбекские потомки прославились только воровством – вспомним «хлопковое дело» во времена СССР; то их потомки – нынешние узбекские власти – всех мало-мальски известных в Средней Азии с древности личностей взяли и... записали в «узбеки» и в «знаменитых предков узбеков». Иначе говоря, узбеки просто-напросто украли чужих предков, а все культурные достижения других народов, живших до вторжения и захвата Средней Азии узбекскими кочевыми племенами в XYI в. – тоже приписываются узбекам – что просто несерьёзно, смехотворно и даже наивно-недоразвито! По словам известного узбекского политолога Б.Мусаева «…подтверждения тому – постыдная практика экспроприации «чужого» наследия, связанная, в частности, с присвоением выдающихся деятелей литературы, искусства, поэтов, философов или известных полководцев, исторических деятелей соседних народов». Как пишет узб.историк А.Ильхамов: «По всей видимости, доказательства древности происхождения той или иной нации…используются для обоснования легитимности ее национальной государственности». На самом деле древняя культура Средней Азии сначала подверглась сокрушительному удару ислама–арабов-захватчиков в YIII веке, затем громилась монголами Чингис-хана в XIII веке и наконец, была окончательно уничтожена кочевыми узбекскими племенами-захватчиками в XYI веке. По данным доктора исторических наук АН Таджикистана Камолова Х.Ш. [«История вторжения кочевых племен Дашт-и кипчака в Среднюю Азию (XVIв)», Душабе, 2007] «Последствия узбекского нашествия были весьма тяжелыми. Узбеки грабили знать и простой народ, уводили людей в плен. Насилие и грабежи были явлениями обычными и ежедневными. Производство хлеба, овощей и фруктов сократилось до крайности, дороговизна настала страшная, голод и обнищание настали невероятные. Узбекским племенам, вторгшимся в Мавераннахр была чужда земледельческая культура и поэтому с завоеванием страны наблюдается хозяйственный упадок и обезлюдение плодородных оазисов».

У самих же кочевых узбеков никаких культурных достижений или известных культурных деятелей никогда не было и нет по сей день! Да и о чём можно говорить, если узбеки, известному азиатскому средневековому захватчику XIYв, насильнику грабителю, садисту, извращенцу, пьянице и серийному убийце – монголу А.Тимуру понаставили памятников в Узбекистане, очень уж узбеков привлекают поступки и жизнь кровавого мясника и захватчика А.Тимура; хотя А.Тимур, как и его известные монгольские потомки Шахрух, М. Улугбек, З. Бабур и другие постоянно воевали с узбеками, истребляли их; Тимур даже в своём «Уложении» пишет, как он безжалостно истреблял узбеков и всячески нелестно поносит их, а современные узбеки ему памятники понаставили и даже назвали этого своего врага-монгола – «великим предком» (не имея своих достойных предков и в тем более считая себя «тюрками»!), пытась возвеличиться за счёт его неприглядных, кровавых дел. Причём, по данным выдающегося востоковеда В.П. Юдина всё племя барлас имело характерную родовую кличку, прозвище – «ишак» [Юдин В.П. Центральная Азия в XIV-XVIII веках глазами востоковеда. Алматы, 2001, с. 131] – о чём современные узбекские историки помалкивают. Ни один народ мира до такой примитивной, смехотворной глупости не додумался – поставить памятники своему врагу и своему убийце, да ещё и назвать его своим «великим предком» – кроме узбеков! Узбекский националист и политолог Б. Мусаев по данному поводу высказался: «нонсенс, что памятник Тимуру и музей Тимура являются составляющими национального проекта государства, которое носит имя так называемой титульной нации, то есть, узбеков».
Что ещё вносит забавный штрих, так это то, что узбекские исламисты тоже купились на желании стать «великими» за счёт воровства чужих предков и фальсификации среднеазиатской истории, и сейчас эти исламисты в союзе с узбекскими гос.органами поддерживают официальную ложь! (Видно исламским духовным лидерам, так же как и главарям власти и президенту-диктатору И.Каримову в Узбекистане обидно и стыдно за то, что они руководят узбеками, а узбеки – это такой, на самом деле, не знаменитый, ничем не примечательный и такой недалёкий, неумный и никчёмный среднеазиатский народец!).
Как признаёт политолог, узбекский ярый националист и, в то же время, оппозиционер режиму И.Каримова – узбек Б.Мусаев: «нет таких известных событий, связанных с историей Туркестана, в которые бы наши историки «не вмешались», не вырвали из контекста целого, изменив их реальное содержание чаще в угоду власти и господствующей идеологии, именуемой «идеологией независимости». В итоге мы имеем то, что имеем: собственно не историю, реально имевших место в прошлом событий в нормальном изложении, а «историю без истории», которая представлена нагромождениями темных и светлых мифов, преданий и легенд, ... строим нашу историю на фальсификации.» (Причём по утверждению правозащитных сайтов, за свои политические оппозиционные высказывания националист Б.Мусаев пострадал от каримовского правящего режима не только морально, материально, но и физически – в своём райотделе РОВД – такой вот не цивилизованный, низкий и аморальный средневековый метод нынешний режим не редко практикует против любой оппозиции в Узбекистане).
Так что, в 1989 году узбеки поступили точно как их далёкие кочевые предки-дикари: насильственно сгоняли людей с их земель, уничтожали местных жителей и их культуру, захватывали их имущество. После Ферганской резни узбеки в Ферганской долине стали составлять 97,5%, а к примеру по данным переписи 1897 года в Ферганской области жило всего— 153780 узбеков, или это составляло только 9,8% от всего населения области.
2) Другая цель Ферганской резни – чисто «исламская»: показать влияние ислама – кто «истинный хозяин в Узбекистане», продемонстрировать силу, организованность и готовность действовать кровавыми, экстремистскими, насильственными методами; здесь тоже явно видимые исламские цели: а) запугать всё население Узбекистана, силой и страхом заставить их соблюдать исламские религиозные каноны (На 1989 год в УзССР среди лиц узбекской национальности кандидатов и членов КПСС было около 460 тысяч человек и членов ВЛКСМ – 2 миллиона 50 тысяч человек – это около 2,5 миллионов человек – коммунистов и комсомольцев – открыто объявивших себя безбожниками; б) показать исламским международным спонсорам из-за границы, что денежные подачки на исламские экстремистские акции хорошо и успешно «отрабатываются» и что Узбекистан подходит для выделения местным исламским вожакам дальнейших денежных подачек на последующие кровавые акции; в) тренировка и обыгрывание сценария захвата власти исламистами в УзССР неконституционным путём.
3) Цель: получить независимость и самостоятельность от Центра-Москвы; но до конца 1990-х годов о полном отделении и речи не было, так как у узбеков никогда государства своего не было, да и любой узбекский ультра-патриот знал одну национально-ментальную особенность «своих узбеков» – ленивое узбекское население совершенно не склонны к какому-либо порядку и техническому производству и вообще к созидательному труду; «ну не хотят узбеки работать, а хотят только сидеть на базарах и торговать перекупленным товаром, но не производить»! Как говорят сами узбеки: «Деньги к деньгам, кетмень – дуракам». С этим явлением столкнулось первым Советское государство, когда решило создать промышленность в УзССР, но оказалось, что узбеки не склонны к техническому производству и не желают работать на производстве, а желают только сидеть на базарах не работая, поэтому Советское государство стало насильственно направлять «по распределению» специалистов из России работать на вновь созданные промышленные предприятия в Узбекистан;
Причём все промышленные предприятия Узбекистана построены за счёт России и финансировались из средств Союзного бюджета, но которые в 1991г нецивилизованно и незаконно были объявлены «собственностью Узбекистана» – проще говоря все предприятия были просто захвачены, «украдены» узбеками, в то время как это была не узбекская, а «союзная собственность»! На конец 2006 года государственный долг Узбекистана России составлял около 500 млн долларов, но за незаконно захваченные в 1991 году предприятия узбеки платить не хотят!
А правда – которую неискушённые европейцы и другие люди не знают и поэтому возможно, кое-кто верит узбекской лжи, в том, что здесь, в Узбекистане советской власти как таковой фактически не было! Внешне в УзССР всё было как в РСФСР и др.созных республиках Советского Союза. Такие же внешне, вроде, советские, профсоюзные, общественные и партийные органы (от районного, кишлачного до республиканского ранга), с одинаковыми вывесками; одинаковые транспоранты на улицах, схожие передовицы местных газет, красные флаги везде, но на самом деле узбеки жили так же как и много лет назад рабскими, феодально-родо-племенными отношениями. Только узбекские феодалы и баи приспособились и имели название советских или партийных руководителей или лидеров (так от районного, кишлачного до республиканского ранга). Их тут простой народ так и называл «советские баи» и «партбасмачи» (к примеру: если в конце 1917 годы в составе Советов края (Туркестанская АССР) лица местных национальностей составляли 10-20% его членов, то в конце 1920 года – 65-70%, в 1924 году – уже 90%. И все руководители республики вплоть до 1989-91годов были узбеками). И все в УзССР это прекрасно знали и играли в этот масштабный спектакль. А главный режиссер этого спектакля был очередной на то время узбек – 1-й секретарь ЦК КП УзССР! Классик узбекской литературы писатель Г. Гулям (1903-1966) так высказался о своих-узбеках: «Общественный строй в Узбекистане объявили «социализмом», а сознание узбеков как было, так и осталось на средневековом феодальном уровне»! А, собственно то же самое как и сейчас, в настоящее время: «общественный строй в Узбекистане объявили «капитализмом», а сознание, мировоззрение узбеков как было, так и осталось на том же примитивном средневековом рабском, феодально-родо-племенном уровне»! В УзССР сложилась своя национальная государственно-партийная мафия – «сов.баи и сов.ханы» – истинные, вместо народа, хозяева Узбекистана, только на словах и внешне проповедующие постулаты социализма. Стоит только прочесть биографии узбекских национальных лидеров начального периода.
«Узбекское государство – одна большая Махалля, с общинным укладом, коллективной ответственностью и почитанием власть имущих и состоятельных «мирз». Махаллинская психология подменяла собой не только партийную дисциплину, но и являлась краеугольным камнем мировоззрения, все окружающее пространство четко делилось по черно-белому принципу на «земляков» – своих, родных, дружественных и «чужаков» – плохих, посторонних, опасных. Махалля – это дисперсная «большая– семья. Вместо большой семьи – большая махалля, с такой же коллективистской психологией и ответственностью, такими же законами внутреннего общежития. и т.д.» [Источник –«Номад», В.Андреева «Миф об узбекском государстве», 2003 г.]
Узбекам неплохо жилось в УзССР, особенно звену управленцев и партийной элиты (национальной государственно-партийной мафии) при миллиардных дотациях из Союзного бюджета. Дело обстояло так: в УзССР существовал свой Госплан, который планировал рост производства, сельского хозяйства и увеличение благосостояния народа, затем под эти планы в Москве выпрашивались средства (так как Узбекистан была дотационной республикой и кроме грязного, третьесортного сортного хлопка ничего не могла поставить в Союзный «амбар»), но потом все полученные из Центра средства узбеками разворовывались начиная с республиканских партийных главарей (элиты) и кончая председателями колхозов и райсполкомов. И до основного узбекского кишлачного населения уже ничего не доходило, дехкане жили и трудились почти на рабском состоянии. А не-кишлачные узбеки, не работая, пристроились на базарах и очень неплохо жили за счёт русскоязычного трудового населения. В УзССР во всех органах власти и управлении были в подавляющем количестве только лица узбекской национальности; так что если узбеков кто и угнетал, то это свои местные узбекские «совбаи, -ханы и –феодалы» типа ферганского директора А. Одилова (А. Адилова). Справка: АДЫЛОВ Ахмаджон-ака – это очень примечательная и характерная личность для всех узбеков и всего Узбекистана. Этот «узбекский ферганский герой» родился в 1925 году в Ферганской области. С 12 лет работал в колхозе. Был генеральным директором Папского АПК Наманганской обл., Герой СоцТруда, член ЦК КПСС, Депутат ВС СССР. В 1984 году арестован, обвинен в средневековых выходках: строительстве колхозного зиндана, незаконных насильственных действиях, в применении пыток, варварские убийства людей (даже были случаи закатывал людей в асфальт), приписках, в порче природы, нарушениях отчётности и ещё много, много в чём!!! Восемь лет сидел в «Бутырке». В 1991 году освобожден, реабилитирован. В 1993 году вновь арестован и 6 раз судим. А.Одилов воистину был небольшим, но «реальным ханом» в своём отдельно взятом районе, при объявленным в УзССР «развитом социализме» и при наличии, но при полном бездействии узбекских советских партийных, контрольных и органов власти. А.Одилов – это лакмус, типаж узбеков, это и есть сам Узбекистан и его истинный национальный герой! Москве попался на глаза, был разоблачён и привлёкся только один Ахмаджон-ака, а таких реальных «советских ханчиков» различной величины в Узбекистане было много.
           Каримов хороший знаток истории. На территории Узбекистана никогда не было единого ханства,были БУХАРА,КОКАНД и ХИВА.Почему три ханства?потому что в этих ханствах проживали различные этносы и народности, которые имели свои менталитет,культуру и языковые особенности. Эти особенности до сих пор имеются. Сколь бы не работала идеологическая машина Каримова по созданию НОВОГО Узбекистана,с использованием лжепроотца всех узбеков АМИРА ТИМУРА,она все равно не будет принята всем населением Узбекистана. ТЕМЕРЛАНУ поставили памятник,создали музей,но Каримов спрашивал у ХОРЕЗМИЙЦЕВ их мнение и отношение к А.Тимуру. Амир ТИМУР по истории несколько раз делал военные походы против ХОРЕЗСКОГО НАРОДА, уничтожая прекрасную цивилизациюХОРЕЗМИЙЦЕВ. Спросите жителей ФЕРГАНСКОЙ долины какое отношение имеет к нынешнему УЗБЕКСКОМУ народу БАБУР,он никогда не былУЗБЕКОМ,он четко пишет свое неприязненное отношение к УЗБЕКАМ. С книгой "БАБУРНАМА",Каримовское правительство вычеркивает целые предложения где описываются отношение БАБУРА к УЗБЕКАМ.
Это единственный народ который сделал из своих врагов ИДОЛА для ПОКЛОНЕНИЯ и ВОСХИЩЕНИЯ. До того нынешняя идеология Узбекистана погрязла в обмане своего народа,что всех выдающихся людей,наследников всех народностей СРЕДНЕЙ АЗИИ как ИБН СИНО,ЖАЛОЛИДДИН МАНГУБЕРДИ,АЛЬ_БЕРУНИ,АЛЬ_ХОРЕЗМИ,БАБУРА и других, за 20 лет Независимости Узбекистана сделалиУЗБЕКАМИ.

НУЖНА ЛИ ДЕМОКРАТИЯ ДЛЯ РУКОВОДИТЕЛЕЙ УЗБЕКИСТАНА?

Демократия для Узбекского правительства не НУЖНА,они не хотят разделения УЗБЕКИСТАНА по сценарию ЮГОСЛАВИИ (один народ,язык,но разные языковые диалекты,культура,обычай и традиции).
ДЕМОКРАТИЯ для УЗБЕКИСТАНА означает его ПОЛНЫЙ РАСПАД как государства,на мелкие этнические,национальные и религиозные образования. КАРИМОВ сдерживает демократические перемены,а без демократии не построить нормальную рыночную экономику.Сейчас происходит обнищание всех слоев общества, идет рост населения республики,нехватка питьевой и орашаемой воды. Проводятся тотальные репрессии,слежки и другие государственные преступления против своего народа. В последствий будут происходить рост националистических и религиозных столкновении,массовые беспорядки и различные бунты (например Андижанские события 2005 года).
Рано или поздно любой не демократический,тоталитарный и авторитарный строй падет.
В любом случае ДЕМОКРАТИческие преобразования в УЗБЕКИСТАНЕ наступят. Население УЗБЕКИСТАНА является частью НАСЕЛЕНИЯ МИРА,они не МАРСИЯНЕ.

КАК МЫ ТАДЖИКИ ПОТЕРЯЛИ НАШУ ИСТОРИЮ КУЛЬТУРУ И ЯЗЫК ! В 1924 года таджики потеряли древние города "Бухара, Самарканд, Мерв, Термез, Насаф т.е. Карши, Коканд и Андижан. А также богатые долины, как Сурхандарья (не оазис, а именно долина ) и Фергана, бескрайние степи Карши, Шахрисабза, Джизака и др. Таджики в своей истории построили более 100 городов.
В годы правление И.Сталин , в свою очередь, обещал Б.Гафурову, что он вернет Самарканд и Бухару Таджикистану после того, как наступят лучшие времена, - шел послевоенный восстановительный период. Что же касается Н.Хрущева, то, по мнению С.Аюбзода, бывший советский руководитель, также обещал Т.Ульджабаеву вернуть исторические города. Автор с сожалением и горечью пишет, что после вынужденной отставки Т.Ульджабаева с поста первого секретаря ЦК Коммунистической партии Таджикистана, ни один последующий руководитель этой республики уже не посмел ставить этот вопрос перед правительством СССР
Если эти наши центры, Самарканд и Бухара принадлежали бы нам, сохранились бы эти политические, экономические, культурные основы, тогда трагедия Гражданская война 1992-1994 годов
в Таджикистане не произошла бы . Таким образом, мы таджики не только потеряли минувшую свою историю, но и все наши центры оказались перед историческим тупиком.
К сожалению, и в современной таджикской поэзии и литературе встречаются националистические выпады в адрес узбеков. К таким литераторам можно отнести Бозора Собира, Хаета Негмата, Гесуи Джахонгири. К их измышлениям и прислушивается С.Аюбзода. Ссылаясь на Г.Джахонгири, отмечает, что, якобы, среди таджиков Узбекистана появились поговорки: "В Самарканде наш сахар превратился в яд", а "в Бухаре мы испарились, как в аду". Обыгрывается древнее название Самарканда - "Мараканда" по-таджикски означает "мой сахар", тогда как "бухор гардидан" звучит, как "мы исчезли или испарились в Бухаре". Не отстает Хает Нигмат. Поэт страдает от того, что, "бедного таджика разрубили и части тела разбросали по разным сторонам".
"После того, как таджики потеряли Самарканд и Бухару, – это было второй трагедией в жизни таджиков

Уважаемые Бухарцы,
Создана новая Доска объявлений Бухарской области

Bozorcha.Uz

- тут вы можете публиковать  о  продаже своих товаров и услуг или найти то что вам необходимо!

Удачи... :-)

Оцените сайт, спасибо! )

15 мая в Бухаре прошла церемония открытия фестиваля «От шелка до специq».В этом году фестиваль проводился в десятый раз.

В организации данного фестиваля приняли участие представители Совета по ремесленничеству Азиатско-Тихоокеанского отделения ЮНЕСКО, а также ассоциации туристических фирм и малого бизнеса и Центра развития ремесел.

В фестивале участвовали мастера из древних городов Узбекистана - Самарканда, Коканда, Хивы и конечно, священной Бухары, а также ремесленники и гости из Кыргызстана, Таджикистана, Казахстана, Туркменистана, Малайзии, Индонезии, Индии.

Скажу смело я присутствовал на церемонии открытия фестиваля и слушал выступление посла Германии Маттиаса Майера, по речи которого понял, что представители Запада  
с восхищением и большим интересом относятся к таким мероприятиям.

Только чувство гордости и трепета может развивать культуру народа, а также укреплять сотрудничество в области культуры. Необходимо знакомить гостей города с узбекским музыкальным и театральным искусством. 

Мне жаль, что мало времени я уделил этому визиту в замечательную Бухару. Так многого не довелось увидеть - выступление германского оркестра под руководством дирижера Клауса-Петера Модеста и выступление солистов театра комической оперы Берлина, которые как мне известно, исполнили произведения немецкой и узбекской классической музыки совместно с музыкальными группами Узбекистана.

HAR GOH,KI RÖDAKI DAR DOMONI KÖHI BUCHORO VA E DAR KANORI OBI RAVONI RÖDI VORÖI ON, NISCHASTA TSCHANG VA E BORBAD MENAVOCHT SAMSAMAI BULBULONI BUSTONHO ,JUSCHI CHURUSCHI DAREHO GÖE,KI CHOMUSCH MESCHUDAND.SCHUKUFAHO AS SCHODI CHANDA VA TANNOSI MEKARDAND.HAMA CHURDU KALON PIRU JAVON BA GIRDI Ö JAM MESCHUDAND VA AS SCHUNIDANI SOSU OVOSI Ö LASSAT MEBURDAND.
 
HAR BOD ,KI AS SÖI BUCHORO BA MAN OJAD,
BO BÖI GULU MUSCHKU NASIMI SUMAN OJAD.
BAR HAR SANU HAR MARD KUJO BAR VASAD ON BOD,
GÖI MAGAR ON BOD HAME AS CHUTAN OJAD.
                                                              RÖDAKI
 
AGAR ON TURKI SCHEROSI BA DAST ORAD DILI MORO,
BA CHLI HINDUASCH BACHSCHAM SAMARKANDU ,BUCHORORO.
BIDEH SOKI MAI BOKI KI DAR JANNAT NACHOHI EFT,
KI OBI RUKN OBUDU GULGASCHTU MUSAFFORO.
                                                             HOFISI SCHEROSI
 
HEJ SCHODI NEST ANDAR IN JAHON ,
BARTAR AS DIDORI ERI DÖSTON.
HEJ TALCHI NEST BAR DIL TALCHTAR,
AS FIROKI DÖSTONI PURHUNAR
                                             RÖDAKI
 
AS QAARI GILI SIJAH TO AVJI SUHAL,
KARDAM HAMA MUSCHKILOTI GETIRI HAL.
BERUN JASTAM SI BANDI HAR MAKRU HIJAL
HAR BAND KUSCHODA SCHUD MAGAR BANDI AJAL.
                                               ABÖALI-IBN- SINO.
 
EY DÖST NAKUN KI RÖSHORO FARDOST,
NEKIVU ,BADI TSCHU RÖSI RAVSCHAN PEIDOST.
DAR MASHABI OSCHIKI CHIENAT NARAVOST,
MAN ROST RAVAM TU KAJ RAVI NOJAD ROST.
                                       JALOLIDDINI RUMI
 
MURGI BEBOLU PARE DIDAM DILAM OMAD BA ED,
NOLAE JUGSE SCHUNIDAM MANSILAM OMAD BA ED.
AS FIREBU AHDHOI Ö SCHUDAM ROSI BA MARG,
SCHAB HAMA SCHAB DASTITEGU KOTILAM OMAD BA ED.
                                                                  SAIDOI NASAFI
 
GAR GUL NABUVAD NASIBI MO CHOR BASAST,
VAR NUR BA MO NAMERASAD NOR BASAST.
GAR CHIRKAVU CHONAKOHU SCHAYCHI NABUVAD,
NOQISU KALLISIOHU SUNNOR BASAST.
                                                           UMAR  CHEIEM
                                                              
 

Бухорои Шариф. гарчанде имруз дар марзи точикон набошад хам аммо рухи бузургони миллати точик дар ин сарзамин боки мондааст, ин сарзаминро авлодони номбардори обод карда будаанд, аммо бо мурури замон тахти марзбандихои сунъи дар он тарафи кишти мондааст. Мо аминем, ки забони ноби форси-дари точики дар ин сарзамин то абад боки хохад монд.
Мо ягон хусумат ба ягон халку миллат надорем, мехохем дар фазои сулху осоиш зиндаги кунем. Вакт худ двари бузург аст.

Денег не надо: http://www.kab.tv/rus/

К.Абдуллаев: Саид Алим Хан и "бухарская революция"
История в лицах. Последний мангыт

Предлагаемый читателям цикл исторических очерков представляет собой выдержки из готовящейся к публикации монографии таджикского историка Камолудина Абдуллаева От Синьцзяня до Хорасана. История среднеазиатской эмиграции 1917-1934 годов. Он состоит из трех рассказов: об Алим Хане, Энвер Паше и Ибрагимбеке. Этот цикл призван возродить традицию естественного и необходимого для всякого цивилизованного народа уважения к себе и своему прошлому, в котором каждый человек имеет непреходящую ценность и заслуживает от потомков элементарного внимания. Сквозь призму конкретных персоналий, автор постарается дать объективную картину некоторых страниц истории Средней Азии первой трети ХХ века, оставляя читателю право составить собственное отношение к прочитанному.
Бухорои Шариф

Культурным центром региона Средней Азии начала ХХ века являлась, несомненно, Священная Бухара (Бухорои Шариф). Это был не просто знаменитейший город, столица самого крупного государства региона. Это был символ величия веры для мусульман всего Среднего Востока и Южной Азии. На протяжении тысячи лет Бухара была средоточием удивительной персо-мусульманской культуры. Придворная историография начала ХХ века награждала Бухару самыми лестными эпитетами, в том числе "Богчаи олам" и "Маркази ислом" ("Садик вселенной" и "Центр ислама"). В городе находилось около 400 медресе, мечетей и мавзолеев. Две самые известные из мечетей - "Масчиди лаби хавзи дивонбеги" и "Масчиди болои хавзи Али" собирали по пятницам до 4 тысяч мусульман. В 1910-х гг. 19 главных религиозных авторитетов - хазратов и мавлоно - составляли своеобразный синод эмирата.1 В столице эмирата примерно 800 мударрисов2 обучали религиозным и светским наукам 34000 учащихся.

Бухара поражала великолепием своих мечетей и медресе. Однако, большинство из них были построены до XVIIIвека. В ХХ век Бухара вошла отсталой окраиной Российской империи. Это была дряхлая монархия, полуколония России с основанным на архаичных формах эксплуатации, хозяйством. Вся экономика Бухары была ориентирована на внешний рынок, главным образом, Россию. В текстильные предприятия Иванова и других городов России отправлялись хлопок-волокно, шерсть. Ценнейший бухарский каракуль начинал входить в моду в Старом Свете и высоко котировался на европейских аукционах. До революции Бухара ежегодно экспортировала 2-2, 5 миллиона каракулевых шкурок. Каракуль в Европу направлялся также через Москву. За пределы Бухары также вывозилось до 2 миллионов пудов хлопка.3 В Россию экспортировались, кроме того, солодковый корень, кишки домашних животных. В 1913 г. Бухара вывезла в Россию своего сырья более чем на 45 млн. рублей. Взамен Бухара получала русскую мануфактуру, чай, металлические изделия и другие товары.

Государственные институты существовали, но архаичные, сформировавшиеся еще во времена Саманидов (Х век). Бухарская регулярная армия современного типа стала создаваться сразу после российского завоевания, в 60-х гг. XIXвека под руководством беглого урядника Сибирского казачьего войска, оставшегося известным в бухарской истории по имени Усман. Позже, в 1870- гг., Усман был казнен "за развратный образ жизни". Внешние сношения были сведены к минимуму и контролировались русским губернатором Туркестана. В короткий период независимости, с февраля 1917 г. по сентябрь 1920 г., когда с Бухары был снят запрет на занятие внешнеполитической деятельностью, эмирское правительство пыталось найти свое место в международном пространстве между революционным Туркестаном, конфессионально и этнически близким Афганистаном, Британской Индией и шиитской Персией. Однако говорить о какой-либо продуманной внешнеполитической деятельности эмира в 1917-1920 гг. не приходится. Как признавался свергнутый премьер-министр бухарского правительства советскому следователю в конце 1920 г., "соглашения (межгосударственные) может и были, но чисто в мусульманском духе, основанном на дружеских чувствах по отношению к Афганистану".4

Саид Алим Хан и "бухарская революция"

Русская революция 1917 года, изменившая судьбы десятков миллионов людей как на Западе, так и на Востоке не пощадила Бухарский эмират и его правителя Саида Алим Хана - последнего (десятого) из династии тюркских кочевников-мангытов, правивших Благородной Бухарой с 1746 г. История оставила нам не так уж много упоминаний об Алим Хане. Официальная советская историография представляет его опытным контрреволюционером, агентом Англии и ставит в один ряд с адмиралом Колчаком и белогвардейским генералом Дутовым. В легковесной литературе встречаются также сплетни о его гареме, мальчиках и т. п. Такого рода уничижительные данные, даже будучи правдивыми, являются тенденциозными, так как исходят от авторов, представляющих победившую сторону.5 Их следует рассматривать с позиций идеологического противостояния советских времен. Оскорбительные замечания в адрес эмира были призваны оправдать насилие по отношению к Алим Хану. Их конечной целью была моральная дискредитация эмира и всей эмиграции.

Итак, Алим Хан родился во дворце своего отца - эмира Бухары Абдул Ахад Хана в 1880 г. - почти одновременно со Сталиным, Троцким и Фрунзе. Отправленный отцом в возрасте 13 лет в Санкт-Петербург для обучения в царском Пажеском корпусе, наследник престола Бухары пробыл там всего 4 года. За это время он успел лишь овладеть начальными знаниями русского языка и европейской культуры. Учился он без особого успеха. Молодого Алим Хана больше привлекали породистые голуби, быстрая езда на фаэтонах, а также игра на музыкальных инстументах - дутаре и тамбуре. За полноту, праздность и лень, Абдул Ахад Хан прозвал своего наследника "Олими гов" (с таджикского: корова Алим). Алим Хан взошел на престол в 1911 г. после смерти эмира Абдул Ахада.

Восшествие Алим Хана совпало со стремительным ростом, который переживали Европа и Россия в начале ХХ века. Видимо Алим осознавал необходимость перемен, однако серьезных мер для них не предпринимал. Больше всего его заботили проблемы сохранения своего богатства. Свержение царизма в феврале 1917 г. послужило для Алим Хана первым признаком надвигающейся беды. Алим Хан попытался вывезти свои денежные вклады из Российского Государственного банка в Европу. Летом 1917 г. через посредничество русского резидента в Бухаре Миллера и промышленника И. Стахеева он положил во французские и английские банки 150 млн. рублей. Таким же образом были перечислены еще 32 млн. рублей. Это были поистине огромные деньги. Ведь Абдул Ахад и его сын Алим Хан правили Бухарой с 1885 по 1920 гг., то есть в период невиданного расцвета экономики России – главного и фактически единственного экономического партнера Бухары. В считанные годы в регион Средней Азии хлынула огромная масса российского капитала. Русские капиталисты не скупились и щедро платили налоги, а также "откаты" лично эмиру за предоставление концессий и оказание услуг. Именно тогда в регионе появилась прослойка богатой бухарской буржуазии, ориентированной на светские ценности и западный (прежде всего российский) рынок.

Однако, как утверждает английская исследовательница Гленда Фрезер, эмир так и не смог воспользоваться банковскими вкладами, так как документы о перечислении первой суммы он оставил во время своего бегства из Бухары, а квитанцию о перечислении второго вклада вовсе не получил.

Финансовые проблемы, даже с учетом их масштабов, все же, были не столь значительны как политические. Ставшая после свержения царизма и независимой, Бухара имела мало шансов оставаться таковой после победы большевиков в Петрограде и Ташкенте. Стремясь наладить отношения между государствами, эмир в июне 1920 г. отправил посольство в Москву для возобновления и подписания договора с Россией. В самой Бухаре проходили переговоры уполномоченного Наркоминдела Гопнера с эмиром и его правительством. Тем не менее, весь июнь и июль в Каган стягивались советские войска. Зная, что Россия привлекает на свою сторону джадидов, эмирское правительство сделало и им шаг навстречу. Правители Бухары послали джадидам в Каган баранов и риса в надежде, что те одумаются и придут к эмиру каяться. Успокоенные, эмирские министры отпустили солдат в увольнение.

Тем временем, Михаил Фрунзе, на которого по распоряжению Ленина и Троцкого была возложена задача советизации Бухары, 28 августа 1920 г. прибывает со своим штабом в Самарканд. Оттуда он руководил операциями Красной Армии в Бухаре. Под самое воскресное утро 29 августа Красная армия из Кагана, русского поселения близ Бухары, начала обстрел города. Свидетель тех событий, наш соотечественник мулло Мухаммадали Балджувони написавший в 1920-х гг. книгу воспоминаний "Тарихи Нофе’и", вспоминал, что из бухарского арка начали выбегать вооруженные люди, приговаривая: "Доверились мы джадидам, а они видишь, как нас обманули. Делать нечего, надо защищаться". Из шести бухарских ворот бухарцы начали беспорядочную пальбу в сторону Кагана. Как свидетельствует Балджувони, поднялся большой шум и переполох, "во время которого многие роженицы раньше времени разрешились от бремени".

Силы, конечно же, были неравны. С одной стороны винтовки и старинные пушки, с другой - бомбометание с аэропланов и обстрел из дальнобойных орудий с бронепоезда. Одиннадцать аэропланов летали над городом, наводя ужас на горожан и разрушая многочисленные памятники архитектуры. Возбужденные муллобачча (студенты мадраса), в свою очередь палили из старых курковых ружей в воздух, тщетно стараясь сбить летающие машины. Эмир находился в своей загородной резиденции Ситораи Мохи Хоса, откуда пытался организовать сопротивление. На следующий день русские окружили горящую Бухару. К тому времени армия эмира пополнилась 3 новыми полками: "Турк", "Араббача", "Шербача". Последний состоял из муллобача (студентов медресе). Все бойцы были плохо вооружены и необучены военному делу. Первым выступил двухтысячный "Турк" (Турецкий полк) который вошел через самаркандские ворота и, выйдя через каршинские начал беспорядочную – пушечную и оружейную – пальбу по бронепоездам. Некоторые, взяв лопаты и кирки, как и во время "колесовского похода" 1918 г. кинулись было разбирать железнодорожный путь. Потеряв несколько человек убитыми, они возвратились ни с чем, так как подходы к железной дороге контролировались красными. Абдулрауф Фитрат (джадид, ярый противник эмира) позже вспоминал, что оборона города была организована из рук вон плохо. Эмир сидел в своей загородной резиденции, а козикалон (верховный судья) Бурхониддин и раисикалон (член правительства) мулло Азамидин отсиживались в городе, утоляя жажду в чайхане. Многие военачальники не решались выйти на поле боя и все больше суетились рядом с эмиром, тайно помышляя о бегстве.6 Достаточно сказать, что вечером, не дождавшись продовольствия и боеприпасов, турецкий полк... разошелся по домам, даже не оставив караульных. На следующий день бой возобновился с новой силой. От ударов и звуков сотрясались все здания.7 30 августа бои продолжались. Горели торговые ряды, много людей погибло под разрушенными зданиями. Балджувони считает, что только в этот день погибло 2 тысячи мирных жителей и защитников города. По свидетельству члена Туркомиссии (полномочного представительства ЦК партии большевиков в Средней Азии) Сокольникова красные потеряли за три дня штурма 600 человек убитыми и раненными. По городу было выпущено 12 тысяч снарядов, которые разрушили 1/5 часть города.

1 сентября, явился переломным днем. Через проемы в стене в город стали проникать красноармейцы, в то время как деморализованная бухарская армия оказалась неспособной защитить город. Командиры Красной Армии обнаружили, что "противника в городе нет, а население собирается большими толпами в мечетях и медресе и ждет прихода красных".8 Но приказа отставить стрельбу не было, и всю первую половину дня красная артиллерия продолжала ураганный обстрел города.

По словам Балджувони, первое сентября 1920 г. осталось в памяти бухарцев как "рузи фирок" ("день расставания"). Именно тогда начался исход, давший начало бухарской эмиграции. В тот день бой дошел до центра города. Последняя попытка сопротивления была оказана у водоема Лаби Хавзи (в других написаниях Ляби Хауз, Лаби Хауз, см. Википедия. – прим. ИА "Фергана.Ру") Дивонбеги бухарскими войсками под командованием Абдусатторбека тупчибоши. Не выдержав натиска превосходящих сил противника, солдаты (а это были, главным образом, необученные студенты) отступили, побросав в водоем свои пушки. Сам Абдусатторбек в том бою был убит. Афганский отряд, защищавший самаркандские ворота, после того как в него попал снаряд, убивший нескольких бойцов и, разнесший на куски сами ворота вместе с частью стены, также покинул свои позиции. Козикалон и раисикалон бежали из города, но по дороге были остановлены бойцами "Араббача". Разъяренные солдаты содрали халаты с эмирских чиновников, связали и привели их к эмиру, который вернул им одежду, отобранную до этого возмущенными бойцами, и отпустил на все четыре стороны. Все, кто мог передвигаться покинул город. Много люда собралось в Ситораи Мохи Хоса, поближе к эмиру. Выслушав доклад афганцев о сдаче города, эмир, по словам очевидца, глубоко вздохнул и сказал: "Такова судьба. Делать нечего, надо бежать". Алим Хан и его приближенные разместились в 6-7 фаэтонах. Воздев руки к небу, все присутствующие попросили у Бога удачи. Как вспоминал Балджувони, "тысячи людей, не выдержав, начали стонать и плакать. Дочери, матери, сыновья и отцы, не стесняясь друг друга, кричали: "вой шариат", "вой дини ислом"! ("о, шариат", "о исламская религия"). Это было сильнейшее психологическое потрясение. Падение эмира в массовом представлении явилось сильнейшим ударом по самой исламской религии. Тот день запомнился бухарцам не только как "рузи фирок", но и как "киемати асгар" (малый конец света). В тот же день, следуя примеру правителя, тысячи конных, пеших, военных и гражданских отправились прочь от города. Премьер-министр Низамеддин Дивонбеги (Мирзо Урганджи) с несколькими тысячами аскаров 1 сентября из Ситораи Мохи Хоса через ворота Каракул вошел в город с "джихадом", но потерпел поражение и отступил на юго-восток, вслед за эмиром.

Малочисленная, плохо вооруженная и необученная бухарская армия, несмотря на упорство и большие жертвы не могла оказать серьезного сопротивления красным войскам. Штурм вызвал грандиозный пожар, который продолжался несколько дней, до 6 сентября. Очевидец утверждает, что в результате красной атаки в Бухаре сгорело и было разрушено 1000 дуканов (магазинов), 20 дворцов, 29 мечетей, три тысячи жилых домов. Помимо резиденции эмира - Арка, сгорело примерно 300 зданий. "История Бухары еще не знала такого", писал Балджувони. Масштабы разрушений подтверждают и сами документы партии большевиков:

"Революция, оказавшись неподготовленной, превратилась в форменное выступление Красной Армии, ничем не прикрытое, нарушившее все представления о праве бухарского народа на самоопределение, и Бухара фактически оказалась оккупированной страной. По Бухаре было выпущено несколько миллионов пуль и несколько тысяч пушечных снарядов, из которых было немалое количество и химических. Сила артиллерийского и пехотного огня была настолько велика, что возможность перехода бухарских солдат на сторону революции сама по себе отпала. Бухара в центре и в местностях, прилегающих к вокзалу, оказалась совершенно разрушенной. Уничтожены исторические памятники. Повреждены мечети, а некоторые из оставшихся в целости (2/3 из них), были превращены в казармы и конюшни. Начатые пожары и грабежи оказали самое вредное влияние не только на настроение народных масс, но и на Бухком (самых преданных товарищей), которые возмущались и открыто говорили что Бухару "грабят большевики", - сообщалось в докладе Совинтерпропа.

Тем временем, большевистское руководство послало в Москву победную реляцию. Второго сентября 1920 г. Фрунзе телеграфировал Ленину:

"Крепость Старая Бухара взята сегодня штурмом соединенными усилиями красных бухарских и наших частей. Пал последний оплот бухарского мракобесия и черносотенства. Над Регистаном победоносно развевается Красное Знамя мировой революции".

Сразу после победы революционный комитет провозгласил Бухару "независимой Бухарской Советской Республикой". Однако очень скоро бухарские революционеры убедились, что с независимостью все не так просто. В Бухару был направлен ленинец В.В.Куйбышев, в качестве представителя РСФСР при правительстве Бухары и уполномоченного ЦК РКП (б) и Коминтерна при ЦК КП Бухары. Он вел "тонкую" политику, соблюдая внешнее уважение и признание суверенитета новой советской республики. Однако на деле Москва взяла бухарские дела под свой жесткий контроль. Вскоре были сформированы органы власти, куда вошли бухарские коммунисты и младобухарцы. Всебухарский революционный комитет возглавил сын бухарского богача, противника эмира Абдукадыр Мухиддинов, правительство - Файзулла Ходжаев (Файзулла Ходжа). В начале октября в Бухаре был собран Всебухарский курултай (съезд) народных представителей, на котором была провозглашена Бухарская Народная Советская Республика (БНСР). Вновь образованная республика обратилась к богатым бухарцам помочь правительству. На призыв откликнулись богатейшие бухарские фамилии, в первую очередь Ходжаевы. Представители этой фамилии – Файзулла Ходжа, и его двоюродные братья Ата Ходжа и Усман Ходжа вошли в высшее руководство молодой Советской республики (последний позже, в 1922 г. перейдет на сторону басмачей и эмигрирует).

Тем временем, избегая столкновения с многочисленными частями Красной Армии, эмир и его свита отступали в юго-восточном направлении. Население Западной Бухары (Карши - Гузар - Шахризабз) ровно ничего не понимавшее в происходящем, но напуганное начавшимися военными действиями, последовало за эмиром. Большое скопление беженцев - торговцев, дехкан, солдат, при высокой температуре [воздуха] вызвало массовый падеж, эпидемии, ежедневно уносившие до 200 человек.

Вот как описывает поведение эмира в тот момент полномочный представитель РСФСР в Бухаре:

"Эмир, по словам Мухамед Таги бека, видевшего его в Дербенте, молчалив, с блуждающими словами, все время вздыхает, часто слышатся слова: "Аллах акбар", нетерпеливо наводит справки, где находятся русские, вызывает к себе то бывшего казначея Имам куля, то следующего с ним бывшего афганского консула в Ташкенте Мухамед Аслам хана. Ест мало, жалуется на усталость в области легких и пояснице. С эмиром следует свита и около 300 человек разбитых остатков Бухарской регулярной армии. Бухарцев 200 человек и около 100 человек афганцев под предводительством Аслам хана".

Непривычного к тряским дорогам грузного мангыта сняли с седла и уложили на арбу. В Бойсуне беглецов настигли сведения о приближающемся красном отряде. Пришлось срочно отправляться по направлению Гиссара.

Сопротивление и бегство

Первой реакцией свергнутого режима была попытка самозащиты. Было решено занять восточные бекства (Сари Асия, Денау, Гиссар, Кабадиан, Курган-тюбе), укрепиться там и начать борьбу за восстановление эмирской власти. С приходом эмира в Восточной Бухаре стали восстанавливаться суровые эмирские порядки, собираться непомерные налоги на "джихад". Находясь в Гиссаре и Душанбе, Алим Хан пытался организовать население на борьбу. К нему на помощь от ферганских басмачей Шер Мухаммада (Куршермата) прибыло около 300 джигитов. Они были направлены в Денау, для отражения возможного нападения русских. Однако, как пишет Балджувони, "постояв там некоторое время, в конце концов, они (ферганцы) вернулись к своему старому занятию. День и ночь они грабили имущество бедного люда. Народ возмутился и напал на грабителей. Много людей было перебито в той войне".

Тем временем, эмир приступил к организации местного ополчения. Одним из его героев стал Ишан Султан. В 1921 г. ему было примерно 35 лет. Родом он был из кишлака Язган, близ Чилдара (Дарваз). Жители этого горного края промышляли добычей золота из реки Оби Хингоу. Отец Султана был также ишан и имел много мюридов, которые после его смерти перешили к сыну. Ишан Султан, совершивший три паломничества в Мекку, был авторитетнейшей фигурой в Каратегине и Дарвазе. В 1921 г., прибыв в Гиссар, Алим Хан вызвал к себе Ишана Султана и предложил ему, как святому человеку, сформировать отряд и бороться с русскими. Ишан Султан принял предложение и вскоре стал одним из лидеров повстанцев до осени 1922 г., когда ему было суждено быть повешенным по приказу турецкого офицера Селим Паши.9

Действуя подобным образом, эмир организовал 10-тысячное войско ополченцев – "каракалтак" ("черные палки"). Эти отряды возглавили таджики Ишан Султан, Фузайл Максум из Каратегина, балджувонский тюрок Давлатмандбий и другие. Ополченцы были посланы на Запад навстречу врагу. Ими были заняты Денау, Бойсун, Шахрисабз, Китаб, Чиракчи. Выступившие в джихад каракалтаки также показали себя не с самой лучшей стороны - грабили, убивали мирное население. В это время сам эмир, находясь в Душанбе, чинил расправу над всеми, заподозренными в "джадидизме". В их число попал Баратбек Хидоячи – правитель Каратегина.10

Видя низкую эффективность местного ополчения, эмир пытался в своей борьбе заручиться поддержкой из-за рубежа. Куда обращаться, откуда можно было ожидать помощи?

Запад нам поможет?

Еще в начале 1920 года эмиру стало ясно, что не стоит надеяться на Афганистан. Тогда Алим Хан попросил поддержки Кабула в предстоящей борьбе с Россией. На что в письме, подписанном матерью Амануллы (Аманулла-хан – король Афганистана. См. Википедия / - прим. ИА"Фергана.Ру"), могущественной Улия Хазрат, недвусмысленно говорилось:

"Видя все несчастия мусульман всего мира, я пришла к следующему заключению: если Афганистан не станет окончательно свободным, то мой дорогой сын так и не сможет рассчитаться за своего брата, эмира Бухары и за других братьев-мусульман... Вот почему он оставляет за собой право не объявлять священную войну против неверных".

Итак, государственные интересы взяли верх над чувством религиозного единства афганского правителя. Алим Хану осталось уповать на помощь Англии. 21 октября 1920 г. из Душанбе он направляет письмо королю Великобритании Георгу V. Обращение к "старшему брату" было составлено в двух идентичных экземплярах. Одно из них предназначалось королю Англии, другое – вице-королю Индии. Экспедиция из 15 бухарцев, на которую так надеялся Алим Хан, покинула Гиссар 14 октября с твердым намерением вручить письмо лично самому высшему английскому чиновнику в Дели. Однако 4 ноября миссия была остановлена на китайской территории, в местечке Узбел в 140 милях западнее Кашгара. Несмотря на то, что ей было отказано в следовании в Индию, сами письма были приняты английскими представителями. Последние заверили бухарцев, что послание непременно будет доставлено адресату. 20 ноября бухарская миссия, с чувством выполненного долга, отправилась обратно в Гиссар, ждать ответа. В английской миссии в Кашгаре обращение было переведено с персидского на английский и направлено по назначению только в феврале 1921 г. В нем, в частности, говорилось:

"Я надеюсь, что в этот трудный час Ваше Величество окажет мне свою доброту и благосклонность и отправит мне в качестве дружеской поддержки 100 000 фунтов стерлингов в счет государственного долга, 20 тысяч ружей, 30 орудий с боеприпасами и 10 аэропланов с необходимым оснащением. Если оказанию помощи вы предпочтете связаться с русскими, чтобы бороться против них, я буду признателен, если 2 тысячи вооруженных солдат будут посланы мне срочно через Каратегин".

Это была мольба о помощи. Она давала Великобритании формальный повод для интервенции. Речь, по сути, шла о крупномасштабной военной операции с индийской территории, чреватой развязыванием войны с Советской Россией. Лондон был, разумеется, встревожен вторжением Красной Армии в пределы Бухарского эмирата. Появление российских полков на Памире и в Дарвазе, означавшее замыкание большевистского фронта на самых подступах к британской империи объективно укрепляло большевистские позиции в регионе и открывало благоприятные перспективы для дальнейшей экспансии революционных войск на восток. Тем не менее, Британия воздержалась от прямого вмешательства в дела Бухары.

Чиновники индийского правительства рассуждали следующим образом:

"Нас выгнали из Кавказа, Персии. Вероятно, придется уходить и из Багдада... В Афганистане мы удерживаемся с большим трудом. У нас нет времени для еще одной авантюры в Средней Азии".11

На тот момент главной задачей Англии было удержание Индии. Для этого приходилось мириться с потерей позиций в Афганистане. В такой ситуации, претендовать на "русскую" Среднюю Азию было бы безумством. Необходимо напомнить, что просьба Алим Хана была направлена в Кашгар в конце 1920 г., то есть после поражения Англии в англо-афганской войне 1919 г. В ее результате, Афганистан приобрел независимость во внешних делах. Одновременно, в правящих кругах Кабула усилились пророссийские настроения. То есть, было совершенно очевидно, что Аманулла будет против английского вмешательства в бухарские дела. Однако и Британия имела все основания опасаться "русской угрозы". Ее особенно встревожил "бухарский вопрос", когда она увидела, что Советская Россия, преследуя Алим Хана, приблизилась к приграничной Аму Дарье и была готова перейти на афганскую территорию. Рассматривая реальную угрозу советского вторжения и перенесения военных действий в Афганистан, в сентябре 1920 г. вице-король Индии предложил следующую альтернативу. Первое: помочь Афганистану напрямую, заключив оборонительный союз для борьбы с Советской Россией. Второе - ограничиться пассивной поддержкой и поставлять афганцам оружие. Первый вариант как слишком обременительный был отклонен. Второй - помощь оружием и инструкторами - также мало устраивал англичан, так как поставки оружия могли быть использованы против Англии, найдя дорогу на Северо-западный фронт к пуштунам. Не исключалось также, что часть оружия могла попасть к русским.12 Другими словами, у Дели и Лондона не было полной уверенности в том, что в случае "накачки" региона оружием и расширения театра военных действий, ситуация не выйдет из под контроля. Советское вторжение в Афганистан, таким образом, было для Англии крайне нежелательным. Она решила всеми путями блокировать его. Любой неосторожный шаг против России мог спровоцировать ее на "экспорт революции" в Афганистан и Индию. Таким шагом могла стать поддержка свергнутого эмира и его басмачей в Восточной Бухаре. В такой ситуации Англия обратилась к своей излюбленной политике "искусного бездействия" (masterlyinactivity), оставшейся в наследство со времен "Большой игры" XIXвека.

В свете изложенного, вполне понятна позиция Англии по отношению положения дел в Бухаре. Мольба Алим Хана о дипломатическом признании и оказании помощи вызвала некоторую дискуссию в Дели и Лондоне, но вскоре английские чиновники, отдав должное "наивному и откровенному" тону письма, отправили его пылиться на архивные полки.

В конце февраля 1921 г. когда части Красной Армии подошли к Душанбе, экс-эмиру пришлось принимать срочное решение об эвакуации. Последние надежды на желанное покровительство британцев были похоронены вместе с известиями об укреплении Советской власти на Памире и начавшимися снегопадами, сделавшими непроходимыми горные перевалы на пути в Индию. Алим Хану оставалось рассчитывать на гостеприимство другого "брата" - афганского эмира Амануллы Хана.

В конце февраля части 3 кавбригады выступили из Гиссара для преследования эмира. Через Локай они двинулись на р. Вахш, переправились на другой берег у Кызыл Кала и Курган-Тюбе и пошли далее на Куляб. Все это время шли проливные дожди и дороги превратились в грязевое мессиво. 26 февраля красноармейцы без боя заняли Куляб и подошли к границе. Затем красные отряды вышли на переправы Бешкапа, стремясь перехватить эмира, но выяснилось, что они опоздали всего на один день.

Покинув Бухару через переправу Чубек (современный Хамадонийский, бывший Московский район Хатлонской области) 4 марта 1920 г., Алим Хан прибывает в Ханабад. На протяжении первых 40 дней он не терял надежды получить пропуск в Британскую Индию.

"Я хотел переправиться в Читрал через Бадахшан и остаться в Дели на один день, чтобы цитировать Коран и воздать хвалу душе моего деда Тимура, и затем, отправиться в Лондон для беседы с моим братом, королем", - так описывал свои планы изгнанный правитель Бухары. Напрасно! Он так и не дождался ответа от англичан. Зато последовало уважительное по форме, но недвусмысленное по содержанию послание от Амануллы Хана:

"Я и Вы единоверцы. Моя мать считает Вас своим сыном. Потому приезжайте в Кабул и нанесите ей визит".

Тем временем, войска эмира рассеялись. Часть, около 1300 человек, ушла вместе с эмиром в Афганистан. Туркменские отряды отправились к себе на родину, а ферганский курбаши Шермат - через Каратегин назад, в Фергану.

Гость, беженец или пленник?

Появление Алим Хана и его свиты в Афганистане в качестве "гостей, ищущих убежища" вызвало острое недовольство советской стороны. По этому поводу представитель РСФСР в Бухаре получил следующее указание своего ташкентского начальства:

"Бухарское правительство должно немедленно обратиться нотой непосредственно в Кабул... Если в последствии окажется, что бухэмиру были оказаны царские почести, то такое обстоятельство равно разрыву дипломатических отношений. Пока Бухара должна настаивать на разоружении и интернировании всех приближенных бывшего эмира и воспрещении ему жительства в столице и вблизи бухарской границы, а также воспрещении собирать вокруг себя и содержать какую-либо вооруженную часть. Афганцам следует обращаться с ним как с частным лицом, нашедшим себе убежище и сложившим оружие. Это один вариант. Пусть Бухревком обсудит и другой вариант, по которому афганское правительство должно отказать бухэмиру в убежище. Устройте так, чтобы Бухревком без нас бы не принимал окончательного решения, а я поставлю этот вопрос на прямой провод Москве. Пусть готовят оба варианта. Надо спешить, так как бухэмир находится на пути в Кабул".

В вопросе о судьбе эмира бухарское правительство, состоявшее из джадидов-младобухарцев и коммунистов, было настроено самым решительным образом. Правительство БНСР вскоре отправило телеграмму в Кабул с требованием: "1) обезоружить находящиеся при эмире вооруженные силы и интернировать их, а вооружение возвратить бухарскому народу как его достояние; 2) запретить бывшему эмиру находиться близ границы и в столице Афганистана; 3) принять бывшего эмира как обыкновенного гражданина, запретив ему группировать вокруг себя каких-бы то ни было лиц и агитировать."

Аманулла почти полностью выполнил требования Москвы и Бухары, за исключением пункта о размещении знатного беглеца. Афганский эмир высказал уважение правителю-изгнаннику выделив ему почетную резиденцию в селении Кала-и Фату, в 18 километрах от Кабула, в долине Чардех. Вместе с экс-эмиром поселились около 200 его приближенных. 17 мая 1921 г. Аманулла даже устроил большой прием по случаю прибытия Саида Алим Хана. Тем не менее, от частных встреч с беглым эмиром он уклонялся. Статус домашнего арестанта, определенный Алим Хану, таким образом, вполне устраивал всех: Кабул, Москву, Лондон, советскую Бухару. Всех, кроме самого Алим Хана. В афганской столице он стал почетным пленником Аманулла хана. Последний не был намерен портить отношения с Москвой из-за беглого эмира Бухары. Достаточно сказать, что в первые три месяца Алим Хан лишь два раза был допущен к Аманулле. Во время одного из визитов экс-эмир высказал свое желание совершить паломничество в Мекку. Как вспоминал Алим Хан, Аманулла ответил на просьбу следующим образом:

"Я могу просить Вас, но не могу приказывать. Вы можете идти куда пожелаете. Я - Ваш слуга. Хадж Вам не положен, так как Вы оставляете свою жену, детей и иждивенцев. Но я пошлю человека с полномочиями Вашего правительства в Великобританию, Францию, Германию, Турцию и Персию просить помощь тамошних правительств и рассказать, что мой единоверец, правитель Бухары нашел убежище в Афганистане. Надеюсь, затем они предложат помощь. Но если Вы отправитесь в Мекку, вся моя работа окажется напрасной".

Алим Хан был достаточно умен, чтобы правильно интерпретировать слова афганца. "Вы препятствуете моему паломничеству в Мекку", - сказал он.

Аманулла, который пригласил в гости Алим Хана под предлогом обсуждения общей стратегии освобождения Бухары, на деле изолировал своего сановного гостя. Дальше Джалалабада (70 км на восток от Кабула) он так и не путушуствовал. Правда, за бывшим эмиром признавалось моральное (но не юридическое) право оказывать влияние на своих бывших поданных – эмигрантов из Священной Бухары, расселенных вдоль северной границы. Афганское правительство мирилось с тем, что Алим Хан поддерживал связи со своим последователями, боровшимися против Советской власти, используя афганскую территорию. Но в целом, Аманулла шел на сближение с Россией. Находясь в Кала-и Фату Алим Хан мог наблюдать маневры афганского правительства, направленные на достижение соглашения с Советской страной. События в Кабуле развивались не в пользу беглого эмира Бухары. Всю свою оставшуюся жизнь он нес в сердце обиду и недовольство Амануллой и его политикой.

Находясь в кабульской эмиграции, Алим Хан неоднократно и безуспешно делал попытки добиться дипломатического признания и военной помощи. С таким же постоянством англо-индийские власти отказывали последнему мангыту в его настойчивых просьбах получить политическое убежище на территории Индии. Государственный секретарь Великобритании лорд Дж. Керзон своем письме от 23 июня 1923 г. советовал английскому послу в Кабуле Ф.Хэмфрису:

"Мы уполномочиваем посла ответить экс-эмиру как можно более недвусмысленно, а именно: не только помощь оружием и деньгами не может стать предметом обсуждения, а более того, наши последние взаимоотношения с Россией не позволяют допустить, чтобы наши территории использовались для враждебных действий против России. Экс-эмир может прибыть в Индию (в конце концов, мы понимаем, что трудно будет отказать) при условии, если он откажется от всех интриг против России и ограничит себя в пределах определенной резиденции, выбранной правительством Индии, которое будет руководствоваться стремлением выполнения обязательств договора с Россией и будет контролировать ее соперников".
Другими словами, британцы заявили, что вероятно при определенных обстоятельствах они пустят Алим Хана, но тому придется довольствоваться еще более суровыми условиями содержания, чем те, какими он пользовался в Кабуле. Позже было принято неоднозначное решение не допускать Алим Хана в Индию. Британцы опасались также, что вслед за эмиром в Индию хлынет поток бухарских беженцев, в рядах которых могли оказаться большевистские агенты. Единственное, что ему было позволено сделать, это нанести пограничный визит, но было рекомендовано, что если ему хочется поселиться в Британской империи, он может рассчитывать на Цейлон или Сейшелы или какое-либо другое место, "только бы его политические интриги были бы затруднены".

Англичанам не было дела до судьбы Бухары и ее правителя. Несмотря на некоторые противоречия, Россия и Англия не допускали в вопросе о бухарском эмире разногласий. Чиновники британского правительства Индии (а именно они определяли политику в Средней Азии) рассуждали, что поскольку Бухара является "от природы государством Российской империи, то эмир является, в конечном счете, восставшим против правительства де-факто". Другими словами, они считали, что большевики, как русские, наследовали от царизма право владения Бухарой. Следуя этой империалистической - по форме и по содержанию - логике, действия Алим Хана, направленные на сопротивление Советской власти, рассматривались ими как незаконные. Чиновники колониальной администрации рассматривали эмира как еще одного местного князька-махараджу, мечтающего об английском покровительстве.

Что же настроило британцев против Алим Хана? Казалось бы, Англия - вечный противник России, могла обрести в сановном бухарце верного союзника. Ведь до своего появления в Кабуле он в одиночку полгода сопротивлялся большевикам, и теперь, в эмиграции был полон энергии продолжать борьбу.

Можно говорить о том, что Англия вышла из войны и готовила торговый договор с Советской Россией и поэтому не хотела портить отношения с Москвой. К тому времени англичане прекратили интервенцию и оказание помощи контрреволюционным силам России. Однако главное состояло в том, что стороны, участвовавшие в диспуте о судьбе Алим Хана, играли по правилам "Большой игры", то есть заботились о своих собственных интересах. Москва и Лондон слезам не верят. Империи предпочитали не обострять отношений между собой и договариваться, когда речь шла о местных народах.

Ничего, кроме равнодушия и легкого раздражения со стороны Лондона, а также ненависти со стороны Москвы и революционной Бухары, Алим Хан не вызывал. Для всего остального мира падение Бухары и невзгоды, выпавшие на долю ее правителя, остались вовсе незамеченными.

То, что Великобритания была вынуждена "проглотить пилюлю" и решить вопрос с Алим Ханом в пользу России, не означает того, что она оставалась в бездействии перед активностью большевиков в регионе. Ее дипломатия и могущественная секретная служба продолжали скрытую, но напряженную борьбу за сохранение и укрепление империи.13

Смерть в изгнании

По словам Мирбадалева - близкого поверенного эмира, Алим Хан в Кабуле не располагал большими денежными средствами. Денежные вклады эмира в зарубежных банках еще следовало найти и предъявить на них права. Точных сведений не имеется, но можно предположить, что Советская Россия сделала все возможное, чтобы не допустить экс-эмира до этих вкладов. Наверняка у Алим Хана было достаточно денег на личные расходы, но их не хватало на масштабное финансирование широкого военного движения. Его "руководство" муджахидами ограничивалось моральным одобрением и раздачей эмирских орденов, званий и единичных подарков.

Поведение правителей соседних стран, проигнорировавших отчаянную мольбу о помощи и отказавших в поддержке, вызвали в душе изгнанного монарха глубокую досаду и разочарование. Большая часть его несметных сокровищ ушла в красную Москву, расходовалась бухарским правительством на различные нужды. Миллионы в европейских банках были для него недоступны. Немало бухарского золота было разграблено победителями и мародерами. Наибольшую ценность, которую Алим Хан привез с собой в изгнание, представляло собой стадо прекрасных каракулевых овец, лучших в мире. Позже эти овцы значительно улучшат каракулеводство в Афганистане. Алим Хан привез в Кабул также горсть священной бухарской земли. Она была засыпана в два серебряных сосуда, в которые, в свою очередь были вставлены два бухарских флага.

Тяжелобольной и почти ослепший, Алим Хан в последние годы своей жизни превратился в заурядного афганского пенсионера и торговца каракулем. О своих несметных богатствах он почти перестал мечтать, так как благодаря стараниям СССР на его банковские счета был наложен запрет. По рассказам современников он любил сидеть на берегу Кабул реки и декламировать персидские стихи о Благородной Бухаре.14 Алим хан умер на руках своих жен и детей в Кабуле 29 апреля 1944 г. Последним тяжелым потрясением для него было известие о поражении гитлеровских войск под Сталинградом и на Кавказе и разгром прогерманской и проэмирской агентуры в Афганистане в 1943 г.

Английская разведывательная сводка сообщает, что на джаноза (отпевание) бывшего эмира в кабульской мечети Шахи Душамшера присутствовал премьер-министр Хашим Хан с несколькими министрами своего правительства. Король Захир Шах распорядился поминать покойного в этой мечети все сорок дней после кончины. Впрочем, со стороны короля это было не более чем вежливость и соблюдение этикета. Наверняка, он вздохнул с облегчением, узнав о кончине Алим Хана, принесшего немало беспокойства правительству Афганистана. Все долгие 23 года эмиграции от имени Алим Хана из Афганистана совершались нападения на советскую территорию. К последнему эмиру Бухары устремлялись все, кто – по разным причинам – желал навредить Советской власти и СССР. Среди них были басмачи Восточной Бухары и Ферганы, афганские клерикальные круги, немцы, турки, японцы и многие другие. Надо ли говорить, что эти действия приносили немало хлопот афганцам, которые были вынуждены считаться с интересами СССР и Англии в своей стране? Теперь же, ушел из жизни последний мангыт, считавший себя потомком Чингиз Хана и халифом всех мусульман. Ушел побежденный, не оставивший наследника, покинутый своими приближенными и частью многочисленной родни. Последним актом внимания афганского правительства к экс-эмиру была пенсия, назначенная его многочисленным вдовам, сыновьям, дочерям и тещам (всего 50 человек).15

Алим Хан оставил многочисленное, но разрозненное потомство. Известно, что несколько его сыновей (по-видимому трое - Шахмурад, Абдурахимхан и Султанхан) еще в 1920-х были взяты в Москву на "перевоспитание". Трое детей от его последнего брака, заключенного в Кабуле с таджичкой из Гиссара жили вместе со своей матерью в Афганистане, пока Советское вторжение 1979 г. (для них второе) не заставило бухарцев пойти на вторую эмиграцию в Пакистан, затем в Германию и США.

В 2000 г., когда автор данной статьи встречался с младшей дочерью Алим Хана Шукрией Раад, 93-летняя жена последнего эмира Бухары проживала в доме престарелых под Вашингтоном. По словам Шукрии, она не любила вспоминать о жизни с героем нашего очерка. В настоящее время дети эмира - сыновья Саид Умархон Олими, Саидакбар Олими и дочь Шукрия Олими Раад (последняя работает в фарси-дари-таджикской секции "Голоса Америки"), проживают в США и не имеют никаких связей с Таджикистаном и со своими родственниками, проживающими в России.

Заключение

Алим Xан, в отличие от Энвер Паши и Ибрагимбека (о которых речь пойдет позже) не стал героем. Он не вызвал и не вызывает симпатий ни у эмигрантов ни, тем более, у более широкой массы среднеазиатов. Сегодня в регионе никто не заикается ни о его реабилитации, ни, тем более, о реставрации эмирата. Публикация его воспоминаний в поздний советский период явилась заурядным событием и сочувствия к их автору не прибавила. Корень его непопулярности не только в том, что Алим Хан – ленивый и эгоистичный правитель, который не был любим, когда находился у власти. Он нелюбим даже не потому, что повинен в падении Бухарского эмирата. Не в этом дело, а в том, что за ним – пустота. За Энвером была популярная и романтичная идея вооруженной борьбы во имя единения на религиозной и национальной основе, в то время как Ибрагимбек являлся олицетворением идеи общинной целостности и племенной защиты. Первый заслуживает обожания турецких патриотов и пантюркистов, а второй – соплеменников-локайцев и остальных узбеков. В то время как Алим Хана любить некому. У него даже не было семьи в нормальном понимании этого слова. Такой, как у Николая Романова, который вызывает вполне понятную жалость и симпатию за приверженность к семейным ценностям. Наш же герой представлял себя самого, некую опосредствованную идею абсолютной, тиранической, ханской власти, с ее выдуманной связью с Пророком Мухаммадом (мир ему) и амиром Тимуром - жестоким подражателем Чингиз Хана.

На фоне общего политического пробуждения Среднего Востока и его сопротивления западному экспансионизму Алим Хан являлся одиозной мусульманской силой, целиком поддерживавшей англичан, вернее короля империи, стоявшей на грани своего исчезновения и упадка. Его мемуары, названные "История угнетенной Бухары" свидетельствуют, что Алим Хан не сделал никаких выводов из своего падения, а лишь стремился создать вокруг себя ореол мученика и жертвы случайных обстоятельств.

И все же, будем снисходительны. Быть властелином "Садика вселенной" и в одночасье потерять все свое могущество, власть, друзей и союзников означает быть подвергнутым жесточайшему удару. Только личность, обладающая недюжинной силой духа, способна в таком состоянии посмотреть на себя со стороны и признать неизбежность поражения. Люди такого масштаба – большая редкость.
Алим Хана похоронили на кабульском кладбище "Шухадои солихин" - "Кладбище святых мучеников". Говорят, он завещал выбить на могильной плите следующие сроки:

"Амири беватан зору хакир аст
Гадо гар дар ватан мирад – амир аст"
("Эмир без родины жалок и ничтожен
Нищий, умерший на родине – воистину эмир")16

Камолудин Абдуллаев – историк, член экспертного совета ИА "Фергана.Ру", живет в Душанбе.

ПРИМЕЧАНИЯ:
1 Балджувони Мухаммад али ибн Мухаммад Саид. Таърих-и нофеъ-и. Душанбе: Ирфон,1994. С.14.
2 Мударрис – преподаватель медресе высокого ранга, своего рода профессор.
3 Туркестанская правда, 9 марта 1923 г.
4 Российский Государственный Военный Архив (РГВА), ф.110, оп.3. д.1000, л.6
5 Айзенер, Р. Некоторые предварительные заметки о проживании эмира бухарского в эмиграции в Афганистане. Рукопись, с 1.
6 Фитрат. Давраи хукмронии амир Олимхон.-Душанбе: Палатаи давлатии китобхо, 1991. С. 60.
7 Там же.
8 Государственный Архив Республики Таджикистан (ГАРТ), ф.4511, оп. 1, д. 147, л. 44.9 РГВА, ф.110, оп.3, д.1102, л.186.
10 Балджувони. Указ. соч. С.65.
11 India Office Library (London) IOR: L/ P&S / 10/950.
12 Ibid.
13 Об этом см. например: Hopkirk P, Setting the East Ablaze: Lenin’s Dream of an Empire in Asia.London: Oxford, 1986.14 Из беседы автора с американским исследователем Ричардом Фраем (Гарвард), который посещал Афганистан в годы войны и видел Алим Хана.
15 IOR: L/PS/12/918.
16 См.: Насриддин Назаров. Мухаммад Иброхимбек Лакай. DocumentdetravaildeI’IFEAC. Серия "Рабочие документы ИФЕАК" Выпуск 20 (июнь 2006). Ташкент, 2006. С. 14-15.

Источник - Фергана.Ру

29 апрели соли 1944 дар Кобул охирин амири сулолаи мангитиёни Бухоро аз дунё гузашт. Порае аз васияти Амир Олимхон, амири хаштум ва охирини мангитиёни Бухоро:

«Охирин васиятнома. Шахри Кобул. Афгонистон. Агар дар хар кучои ин чахон вафот шавам, ворисонам маро ба таври амонат ба хок биспоранд. Вакте ки ватанам Бухорои Шариф аз чанги русхои болшевик озод ва истиклолияти худро хосил намуд, маро аз хок кашида, часадамро ба ватанам баранд ва дубора ба хок биспоранд»

Саид Аъзам Бухорихудро сухангуйи хонадони амир ва раиси Бунёди ба номи Амир Олимхон, ки такрибан ду мох кабл дар Кобул, пойтахти Афгонистон созмон ёфт, муаррифимекунад. Окои Бухоримегуяд, бо гузашти 17 сол аз истиклолияти Узбакистону Точикистон, сарзаминхои таърихии Бухорои Шариф хечяк кушише аз суйи хукумати ин кишвархо чихати бозгардонидани маркади Амир Олимхон ва бозмондагонаш ба ватан анчом наёфтааст.
Саид Амир Олимхон - охирин амири Бухоро 5 апрели соли 1921 сарзамини Бухороро тарк кард ва ба хоки Афгонистон гузашт. Ривояте накл мешавад, ки вакте амири Бухоро ба хоки Афгонистон ворид шуд, мардум ба пешвозаш бо гулу гулдаста баромаданд ва шеъре дар васфаш кироат карданд. Аммо амир нагузошт, ки шеър ба охир расад ва гуфт: «Акнун ман на амир, балки хамчун гадо ба даргохи шумо омадам. Дар васфи ман шеър нахонед!»

Амир Олимхон 23 соли дигар дар Афгонистон ба сар бурд ва то лахзахои охирини хаёташ фикри бозгашт ба Бухороро аз сар дур накард. Яке аз пуштибонони аслии харакати озодихохива ба таъбири замони шурави, босмачигарии Осиёи Миёна буд. Аммо баъди хосил шудани тавофук миёни Иттиходи Шуравива Афгонистон шох Амонуллоххон фаъолиятхои амирро тахти назорати шадид гирифт ва уро хабси хонагикард. Баъд аз шикасти Амонуллоххон аз суйи Хабибуллоххони Гозимаъруф ба Бачаи Сакко дар Афгонистон рох ба суйи муборизахои Амир Олимхон боз шуд. Аммо баъди нух мохи давлатдориБачаи Саккоро Нодиршох шикаст дод ва Амир Олимхон боз хабси хонагишуд.

Саид Аъзами Бухори, набераи амир мегуяд, давлати Шурохо бо Нодиршох сари сарнавишти Амир Олимхон ба тавофуки нав расиданд. Шуравибарои будубоши Амир Олимхон ва хонаводааш ухдадор шуд солона 500 хазор рубл пардохт кунад. Аммо набераи Амир мегуяд, аз ин маблаг танхо 70 хазор рубл ба Сайид Олимхон мерасид.

Бо он вучуд ки фаъолиятхои Амир Олимхон аз суйи хукумати Афгонистон тахти назорати шадид карор гирифта буд, бакия фирориёни Бухоро дар Кобул созмони сиёсиеро тахти унвони Нахзати мухочирини Бухоро ташкил доданд, ки хадафаш бозгашт ба ватан буд. Ин нахзат ба хангоми Чанги дуюми чахонибо Олмони гитлеридар тамос шуд ва артиши 15 хазоранафариро дар шимоли Афгонистон созмон дод. Аммо хукумати Афгонистон ба боз шудани чабхаи нав алайхи давлати Шуравимонеъ гашт.
Амир Олимхон 29 апрели соли 1944 даргузашт ва маркадаш холо дар кабристони Шухадои Солехини Кобул вокеъ аст.

Баъд аз ба истиклолият расидани Узбакистон дар соли 1992 Ислом Каримов, раисчумхури Афгонистон ду маротиба фарзандони Амир Олимхонро ба Тошканд хост. Дафъаи аввал валиахди амир Сайид Умархонро аз Амрико ва дафъаи дуввум Саийд Иброхимхон ва Сайид Мансурхонро аз Туркия даъват кард ва бо онхо шахсан сухбат орост.

Сайид Аъзами Бухоримегуяд, мавзуъи аслии ин сухбатхо интиколи маркади амир аз Кобул ба Бухоро буд. Вай афзуд, аммо ба далелхои номаълум ин мавзуъ то хануз халли худро наёфтааст:

«Ман дар даст мактуберо дорам, ки чаноби Каримов аз онхо даъват кардааст. Онхоро дар Тошканд хар дафъа пазироива баъд гусел мекарданд. Чаро хостанд ва чаро масъалаи интиколи часади бобоям сурат нагирифт, нафахмидам. Сулолаи мангитиён 173 сол дар Бухоро хукм ронданд. Ин як гапу кори содда нест. Таърих аст, таърихи Бухоро».

Давлати Бухоро дар харитаи сиёсии чахон вучуд надорад. Худудхояш миёни Узбакистону Точикистон таксим шудаанд.

Сухангуйи хонадони Амир Олимхон мегуяд, дар холи нокомии музокирот бо Тошканд, хонадонаш интиколи маркади амир ба худудхои Точикистонро як далели мантикимедонанд. Вай афзуд, модари амир аз Файзободи Точикистон аст ва мухимтар аз хама хар чое, ки набошад, сарзамини Бухоро бошад.

Дар хамин хол, коршиносони Точикистон руйи ин мавзуъ мавкеи яксон надоранд.

Вакте ин мавзуъро бо яке аз нафари баландмаком ба миён гузоштем, гуфт, Точикистон ва хукумати имрузи кишвар бо амирони мангит робитае надорад, аз ин хотир, интиколи маркади амир ба худудхои Точикистон гайримантикист. Ва Искандар Асадуллоев, коршинос дар умури сиёсимегуяд, Амир Олимхон як шахсияти номуассир дар таърихи Осиёи Марказиаст:

«Унатавонист дар Осиёи Марказимуковимати шадид ба вучуд орад. Унатавонист алайхи русхо мардумро рохбаладикунад. Як шахсияти хеле беистеъдод ва тасодуфибуд. Уву гузаштагонаш Ахмади Донишро, ки ба ислохоти чиддии давлатдоридаъват мекард, на факат нафахмиданд, балки аклашон ба хечягон ислохот намерасид. Бехирадии Олимхон ба заволи кишвархои мустакили Осиёи Марказиовард. Сониян, умангит аст. Ахмади Донишро бихонед, ки дар бораи бедодиву бадахлокии мангитихо чихо гуфтааст. Пас чаро мо ин гуна инсонро дар сарзамини худ чо дихем?»

Дар хамин хол, ТаваралиЗиёев, коршинос дар умури таърих мегуяд, он тафаккури шурави, ки шохону амирон золим буданду чохил, далели манкурт мондани чомеаи мост. Вай афзуд, онхо бо неку бадашон вокеияти таърихи мо буданд, ки ба мо тааллук дорад:

«Имруз паси айбу нукси амир шудан маънинадорад. Амир Олимхони мангит хамон кадар ки аз дасташ омад, хамон кадар барои Бухоро – давлати точикон кард. Алайхи артиши сурх истодагарикардан берун аз имкониятхои убуд. Дар Бухоро ягон инкилоб нашудааст. Ин табадуллоти низомиаз тарафи Русияи болшевикибуд. Агар мо худро, гузаштаи худро эхтиром кунем, мо на факат часади Амир Олимхонро ба Точикистон орем, балки дар пеши онхое, ки бо номи босмачимахкум шудаанд, тавба кунем».

Мухаммадчон Шакури, донишманди точик мегуяд, интиколи маркади Амир Олимхон бояд сурат гирад, тавре дигар кишвархо ин корро кардаанд, то ки шахрвандонашон гарибхок набошанд:

«Бехтараш ба Бухоро баранд. Он чо махсус чое хаст ба унвони Гурхонаи амирони Бухоро ва пеши бобу чаддаш дафн шавад бехтар аст. Аксашро агар бинед чехрааш точикиаст, чехраи мугулинадорад, яъне хунаш точикишуда буд. Китобхояш ва фармонхояшро хам ба точикинавиштааст. Агар Точикистон биёранд хам хак доранд. Ихтиёри ин ба дасти фарзандонаш аст. Аммо Точикистони мо кабул мекарда бошад, агар хамчунин пешниход шавад?»

Абдуллохи Рахнамо, коршинос дар умури сиёсидар посухи ин суол, ки аз забони окои Шакурисадо дод, гуфт, аз нигохи фархангива таърихиба Точикистон интикол додани маркади Амир Олимхон кори дуруст ва баркарор кардани адолати таърих аст. Вай афзуд, аммо аз нигохи вокеиятхои сиёсиин маънии даъвои Бухоро, маркази таърихива фархангии точикон карданро дорад:

«Вакте ки ба амири Бухоро иддаъо ва сохибият карда мешавад, ин масъала дар зимни худ навъе ишора ба масъалаи марзихам дорад. Аз ин хотир, хукумати Узбакистон ба ин масъала пеш аз хама аз хамин назар норозихохад шуд. Яъне овардани часади Амир Олимхон ба Точикистон як навъе масъалаи бо точикон ва аз точикон будани Бухороро пеш мегузорад. Масъала буъди сиёсимегирад ва Узбакистон мухолифат мекунад. Аз ин хотир, Узбакистон, ки баъзе ахромхои фишори иктисодибар Точикистонро дар даст дорад, метавонад онхоро истифода кунад ва холо ин масъала аз нигохи сиёсиба нафъи Точикистон нест».

МавлавиМухаммадали, яке аз рухониёни саршиноси Точикистон бар он назар аст, ки худ интиколи часад аз як чо ба чои дигар хилофи шариати ислом аст, зеро тибки ислом, хама чо замини Худост:

«Ин масъала холо шояд як масъалаи милливу нажодибошад. Аммо мо такя ба ислом мекунем, ки берун овардани часадро аз кабр махкум мекунад»

Саид Аъзами Бухори, сухангуйи хонадони Амир Олимхон мегуяд, амирро мардуми Бухоро нарондаанд, балки тачовузгарони хоки Бухоро ронданд, аз ин хотир ичрои васияти удалели пирузиаш бар тачовузгарони ватанаш аст:

«Ин васияти бобоямон аст. Чун васият аст, мо дигар чорае надорем. Ин охирин васият ба забони худашон ва ба калами худашон навишта шудааст. Охирин орзуяшон аст, ки дар охирин рузхои хаёти худ батакрор мегуфтанд: ман меравам, ман бояд ба хоки худ биравам. Хадафи мо бозгашт ва баркарор кардани хукумат нест. Мо дар Афгонистон хама чиро дорем. Аммо мавзуи ватан як чизи дигар аст. Мо наметавонем гуем, ки аз Бухоро нестем. Мо бухороибудем, хастем ва хохем буд».

Набераи амири Бухоро мегуяд, дар холати ризоияти хукуматхои Узбакистон ва Точикистон бозмондагони амири Бухоро низ омодаанд баргарданд, Вай афзуд, аммо онхо хадафи бозгашт ва баркарории хукуматашонро надоранд. Ва тибки васияти бобояшон омодаанд сармояи Амири Олимхонро, ки холо дар бонкхои чахон нигахдоримешаванд, танхо ба ободии сарзамини Бухоро харчкунанд. Ба таъйиди Саъид Аъзами Бухори, танхо дар Бонки миллии Русия худуди сесад миллион доллари амир нигахдоримешавад ва хамчунин маболиг дар бонкхои Туркияву Аврупо низ вучуд доранд. Вай гуфт, кушишхои хукумати Узбакистон барои ба даст овардани сармояи амир натича надодаанд, зеро танхо валиахдаш хакки истифода аз ин сармояро дорад.

Наберахои Амир Олимхон

Бухарское ханство, позднее Бухарский эмират - государство с центром в Бухаре, существовавшее с 1500 по 1920 на части территории современного Узбекистана и включавшее в себя почти весь современный Таджикистан.

Эмират образовался в 1785.

В 1868 эмират был захвачен Россией и получил статус протектората.

Эмират был ликвидирован после революции в России. 2 сентября 1920 Красная Армия заняла Бухару, а 15 сентября была провозглашена Бухарская Народная Советская Республика, которая в 1924 вошла в состав СССР, а её территория по национальному признаку была разделена между Таджикистаном и Узбекистаном.



География

Бухарское ханстворасположено главным образом в бассейне реки Аму-Дарьи, между Закаспийской областью, Туркестаном и Афганистаном. Владения Бухары ограничиваются на севере Туркестанским краем Российской империи (Ферганская и Самаркандская область и Аму-Дарьинский отдел), граница с которой, начиная с востока, идёт на запад по Алайскому и Гиссарскому хребтам через хребет Хазрети-Султан, по Шахрисябзским (Шаар-Сабиз) горам почти до меридиана Хатырчи, откуда поворачивает на север, пересекает западнее Катта-Кургана долину реки Зеравшана, направляется на северо-запад по горам Нура-тау к горной группе Арслан-тау, откуда, повернув на запад, идёт через Кызыл-кум до урочища Ичке-Яр (Уч-учак) на реке Аму-Дарье. Перейдя на западный берег реки Аму-Дарьи, западная граница Бухары, касаясь Хивинских владений у урочища Дагани-шир, направляется на юго-восток (Закаспийская область), следуя параллельно Аму-Дарье, невдалеке от неё, до селения Босага, откуда начинается граница с Афганистаном. От селения Босага южная граница Бухары с Афганистаном идёт на восток вверх по реке Аму-Дарье (левый берег — афганский, правый — бухарский) приблизительно до 38° северной широты, где у селения Богарак пересекает Пяндж и, направляясь по реке Зарнут, левому притоку Пянджа, идёт по совершенно неизвестным горам, гранича с Бадахшаном до впадения в Пяндж реки Таньшиу, и затем переходит на правый берег Пянджа, направляясь на Памир. Восточная граница Бухары, примыкая на севере к русским частям Памира, южнее становится вполне неопределённой, проходя по почти безлюдным местностям, посещаемым изредка то почти независимыми киргизами, то афганскими разъездами. В означенных пределах Бухара с Каратегином, Дарвазом, Рошаном и Шугнаном занимает 217 674 кв. верст или 4498 кв. миль. Без Рошана и Шугнана, находящихся в настоящее время (1900) отчасти в сфере афганского влияния, поверхность Бухары равняется приблизительно 3602 кв. милям.

(В терминах 2007 г., бывшую территорию Бухарского ханства занимают в настоящее время центральная часть Узбекистана, юго-западный Таджикистан, и узкая полоса на востоке Туркменистана (часть Лебапского велаята по обоим берегам Аму-Дарьи))



Рельеф

В отношении устройства поверхности Бухарское ханство может быть разделено линией Нурата-Хатырчи-Карши-Келиф на две различные части — восточную и западную.

Западная часть представляет степную, местами пустынную равнину, высота которой не превышает 1000 футов над уровнем моря; восточная же наполнена хребтами и их отрогами, достигающими весьма значительной высоты и принадлежащими большей частью к Памиро-Алайской системе.

Главнейшим хребтом в восточной, горной части Б., является хребет Гиссарский, представляющий непосредственное продолжение Алайского хребта и идущий от западной его оконечности на запад-юго-запад к Аму-Дарье. Гиссарский хребет отделяет бассейны рек Зеравшана и Кашка-Дарьи от бассейна реки Аму-Дарьи и правых её притоков — Сурхана, Вахша и Кафирнигана; высота его весьма значительна, вершины покрыты вечными снегами, а имеющиеся перевалы, за исключением более западных, труднопроходимы.

Наиболее известный из проходов — перевал Мура, ведущий к озеру Искандер-куль в Каратаге, — лежит на высоте 12000 футов. Несколько западнее озера Искандер-куль Гиссарский хребет быстро понижается, образует массив Хазрети-Султан и разделяется на два отрога, из которых северный называется грядой Кара-Тюбе, а южный — хребтом Байсун-тау. Между этими двумя отрогами Гиссарского хребта, постепенно расходящимися и понижающимися к западу, находится плодородный бассейн Кашка-Дарьи, в котором расположены значительные и важные города: Карши, Китаб, Шаар, Чиракчи и Гузар.

Бассейн Кашка-Дарьи сообщается проходами и перевалами через Северный отрог Кара-Тюбе с Самаркандом, Ургутом и Пенджикентом, а через хребет Байсун-тау — с Ширабадом, Байсуном и Гиссаром, лежащими на правых притоках реки Аму-Дарьи.

К югу Гиссарский хребет даёт несколько отрогов, наполняющих пространство между ним и Аму-Дарьей и служащих водоразделами между правыми вышеуказанными притоками этой реки. Из других значительных хребтов Памиро-Алайской системы в Бухарском ханстве следует указать на очень высокий (выше 20 тыс. футов) хребет Петра Великого, идущий по левому берегу Сурхаба и составляющий границу между Каратегином и Дарвазом, и хребет Дарвазский, отделяющий бассейн реки Оби-Хингоу от бассейнов рек Ванча и Пянджа.

К востоку от этих хребтов тянутся высокие нагорья, примыкающие к Памиру. На северо-восточной границе ханства, к северу от городов Хатырчи и Зиаэтдин, тянутся невысокие горы Нура-тау, составляющие крайние северо-западные отроги Памиро-Алайской системы и достигающие местами 7000 футов. К северо-западу от оконечности гор Нура-тау, уже в равнинной части ханства, разбросаны отдельные гряды Арслан-тау, Казан-тау и т. п., состоящие из голых скал, вокруг которых расстилаются пески. Некогда все эти гряды составляли, по-видимому, одно целое с хребтом Нура-тау, впоследствии размыванием разделенным на части.

Западная часть ханства представляет обширную равнину, покрытую во многих местностях сыпучими песками и солончаками, лишённую текучих вод и почти совершенно пустынную. За исключением местностей, годных для оседлой жизни, имеющих вид оазисов, расположенных в низовьях Зеравшана, по Аму-Дарье и Кашка-Дарье, все остальное пространство представляет степные и пустынные равнины, непригодные для оседлой и мало годные для кочевой жизни. Из 3602 кв. миль, составляющих поверхность Бухары, лишь около 10 % приходится на обработанные, культурные земли; из них около 50 кв. миль — в долине Зеравшана, около 30—40 по Кашка-Дарье и около 300 кв. миль по Аму-Дарье и её притокам. Сыпучие пески, подвигаясь под влиянием северных и северо-восточных ветров на культурные земли, уменьшают и без того незначительное их пространство. Песками засыпаются оазисы Кара-кум, Варданзи, Ромитан и др.; от них даже страдает сама столица.



Орошение

Количество атмосферных осадков, выпадающих в ханстве, в общем весьма незначительно и, кроме того, распределено крайне неравномерно. В восточной, гористой части ханства осадков выпадает довольно много, причём высокое положение этой страны над уровнем моря обуславливает здесь значительные скопления снега и ледников, таяние которых питает многочисленные потоки и реки, берущие начало в горах и стекающие в Аму-Дарью. Таким образом, за немногими исключениями, в восточной Бухане воды достаточно как для орошения полей, так и для надобностей скотоводства. В западной, равнинной части ханства осадков выпадает мало, снега стаивают быстро, образуя быстровысыхающие потоки, вследствие чего вся эта страна страдает от недостатка влаги. Обработка значительных пространств плодородной земли невозможна, потребности скотоводства могут быть удовлетворены только ранней весной и поздней осенью, движение же караванов, вследствие отсутствия воды, крайне затруднительно, а иногда невозможно.

Все реки Бухарского ханства принадлежат к системе Аму-Дарьи, хотя многие из них, в настоящее время, даже в половодье не достигают её, теряясь в разливах, озерах, песках или расходуясь на орошение полей до последней капли. Аму-Дарья образуется слиянием Пянджа и Вахша (Сурхаб), несущих большую часть вод, стекающих с Памира, северных склонов Гиндукуша и южных склонов Алайско-Гиссарского хребта. При слиянии Пянджа и Вахша Аму-Дарья имеет ширину около 1 версты, глубину около 6 футов, наименьшую скорость течения в малую воду около 6 верст в час и вполне пригодна для судоходства. Из притоков Аму-Дарьи замечательны правые — Кафирниган и Сурхан; с левой стороны река лишена притоков, так как незначительные речки, стекающие с южных склонов Гиндукуша, разбираются на орошение и до неё не доходят.

Вниз по течению Аму-Дарья становится шире и на ней появляются острова; на линии Закаспийской железной дороги ширина её достигает 2—2½ верст. По берегам Аму-Дарьи единственными пригодными местами для оседлой жизни являются тугаи — низменные площадки, возникшие вследствие наносов или перемены русла реки. Судоходное движение по реке поддерживается от устья Сурхана плотами, каюками (лодками, поднимающими от 800 до 1000 пудов) и судами Аму-дарьинской флотилии, совершающими рейсы от Керки до Петро-Александровска в низовьях Аму-Дарьи. Из притоков Аму-Дарьи судоходство существует только по реке Сурхану, и то в ничтожных размерах.

Река Зеравшан, берущая начало в пределах России в Зеравшанском леднике Алайского хребта, вступает в бухарские пределы ниже Катта-Кургана, у селения Хаджи-Курган; по мере движения к западу, река эта, разбираемая сотнями каналов, быстро уменьшается и мелеет. У города Бухары Зеравшан представляет небольшую речку, обильную водой только в неирригационное время; в Каракуле он превращается в жалкий ручей и в 20 верстах западнее теряется в песках, не дойдя 30 верст до Аму-Дарьи. Негодный для судоходства Зеравшан допускает сплав леса из русских пределов лишь до селения Гурбун, лежащего в 7 верстах к северо-востоку от города Бухары; но, как показывает само его название (Зеравшан — дающий золото), имеет громадное значение для страны, в смысле источника для орошения наиболее значительного и важного оазиса. Общее протяжение реки Зеравшана в Бухарском ханстве — 214 верст; на этом протяжении река выделяет по правую сторону 25 и по левую 18 главных арыков (каналов), общая длина которых достигает 955 верст. Главные арыки выделяют в разные стороны 939 второстепенных, из которых проводятся канавы, снабжающие водой отдельные участки полей.

Кашка-Дарья, составляющаяся из нескольких речек, берущих начало в северо-западной и северной части Гиссарского хребта, имеет также большое значение для страны, орошая огромный оазис Шахри-Сябзь (вернее Шаар-Сабиз), но для судоходства и сплава, вследствие мелководья, непригодна; пройдя около 150 верст, Кашка-Дарья теряется, несколько западнее города Карши, в песках и полувысохших озерах.

Вода в реках Бухарского ханства, за немногими исключениями (Ширабад-Дарья и проч.), пресна и хороша для употребления. В равнинной части Бухарского ханства, лишённой проточных вод, в местностях, где имеется подножный корм и разводится много скота, а также вдоль караванных путей, разбросано множество колодцев и цистерн, служащих единственным источником воды в степях. Вода в колодцах обыкновенно солоновата и пригодна только для скота; в цистернах же, представляющих водоемы, выложенные кирпичом и покрытые куполом, — значительно лучше, хотя летом и приобретает дурной вкус. Колодцы снабжаются подпочвенной влагой, в цистерны же проводится снеговая и дождевая вода. Из предыдущего ясно, что воды Бухарского ханства имеют громадное значение как источники воды для орошения полей, без которого немыслимо здесь земледелие; для судоходства же, за исключением Аму-Дарьи, они непригодны.



Климат и растительность


Климатические условия Бухарского ханства, расположенного между 35° и 41° северной широты в глубине азиатского материка и отделённого громадными пустынями и высокими хребтами от океана и морей, обуславливаются его географическим положением и орографией. В общем климат Бухарского ханства континентальный, сухой, довольно суровый зимой и жаркий в течение лета, причём восточная, горная часть страны значительно отличается по своему климату от западной, равнинной. Вся равнинная часть Бухарского ханства, включая низовья Зеравшана, долину Шаар-Сабиза, прибрежную полосу Аму-Дарьи, а также долины рек Ширабад-Дарьи, Сурхана, Кафирнигана и нижнего Вахша, возвышаясь от 500 до 2500 футов над уровнем моря, имеет климат очень сухой, жаркий летом и довольно суровый в течение короткой зимы. В конце ноября или в начале декабря наступают морозы, достигающие зимой иногда 30° Ц., и выпадает снег, который, впрочем, долго не держится и толщина которого незначительна. Нередко бывают и такие годы, когда температура зимой опускается лишь на несколько градусов ниже нуля, снег вовсе не выпадает и в течение зимы идут более или менее обильные дожди. Аму-Дарья замерзает недели на 2—3, и то не всегда. С середины февраля начинается быстрое таяние снега и наступают дожди, продолжающиеся до начала или середины марта. В это время степные пространства и невысокие предгорья покрываются травой и посещаются кочевниками. Короткая весна в равнинной части Бухарского ханства продолжается до конца апреля или редко до начала мая, когда жаркое солнце выжигает всю травянистую растительность и иссушает последние источники воды, образовавшиеся от таяния снегов и дождей. В течение всего лета, под влиянием палящих лучей солнца и вследствие совершенного отсутствия дождей, вся равнинная часть Бухарского ханства представляет почти безлюдную пустыню, и растительность остаётся только по берегам рек и в оазисах, орошаемых проведёнными из рек каналами. Лишь в позднюю осень степи вновь оживляются кочевниками, стада которых находят здесь кое-где растительность, выросшую под влиянием осенних дождей, а также засохшие на корню травы, которые дают им корм в течение короткой зимы. По берегам рек растёт здесь тополь, различные породы ив, карагач, джидда, камыши и некоторые другие формы, а в степи местами попадается саксаул и почти повсюду — пригодная для топлива колючка. Восточная горная часть Бухарского ханства, а именно местности, лежащие от 2500 до 8500 футов над уровнем моря, имеет климат теплый летом и суровый зимой, продолжающейся здесь около четырёх месяцев. Снег в этих частях Б. выпадает в октябре и держится иногда до начала апреля, а морозы достигают 30—35° Ц., вследствие чего все эти местности с октября до начала весны почти безлюдны (на местах остаётся только незначительное оседлое население) и оживляются только в апреле, когда на склонах гор, увлажненных таянием снега, зазеленеют пастбища. По мере высыхания травы, под влиянием летней жары в низких частях этой полосы кочевники со своими стадами поднимаются выше и в конце лета пасут их на высоте около 9000 футов, после чего спускаются в долины, где и водворяются на зимовки. Древесная растительность группируется по берегам горных речек и ручьев или покрывает склоны горных долин Гиссарского и Алайского хребтов; здесь растут: тополь, джидда, грецкий орех, яблоня, дикий абрикос, боярышник, чинар и т. п., а на склонах упомянутых хребтов — почти исключительно арча (древовидный можжевельник, доставляющий жителям топливо, лес на поделки и материал для выжигания угля). В Дарвазе и большей части Алайского хребта арча совсем не встречается. Ещё более высокие местности восточной части Бухарского ханства, лежащие на высоте от 8½ до 20 тыс. футов над уровнем моря, имеют холодный и суровый климат. Глубокие снега выпадают здесь в сентябре и лежат до июня, заваливая перевалы и прекращая всякое сообщение, а морозы достигают 40° по Ц. Вершины гор на громадном протяжении представляют обширные поля вечного снега и ледников. В июне и июле, когда наступает короткое и довольно дождливое лето, склоны гор покрываются местами хорошей травой, привлекающей сюда кочевое население, но уже августовские морозы принуждают их спускаться ниже. Древесной растительности в этой полосе нет, на топливо идут привозимая из менее высоких мест арча, некоторые травы и кизяк. Господствующими ветрами в Бухарском ханстве являются северные и северо-восточные. Равнинная часть ханства и берега Аму-Дарьи в течение лета посещаются иногда сильными южными и юго-западными ветрами, которые сопровождаются горячими песчаными бурями (гарм-сир), делающими движение караванов очень затруднительным и даже невозможным, изнуряющими людей и животных и вредно влияющими на некоторые культурные растения (хлопок и т. п.). Постоянная жара летом, сухость воздуха, обуславливающая сильное испарение, колебания температуры, антигигиенические условия жилищ и т. п. — причины, вызывающие различные болезни и вообще вредно отзывающиеся на здоровье туземцев. Кроме лихорадок, злокачественные формы которых составляют частое явление, в Бухарском ханстве развиты болезни глаз, тиф, дизентерия и другие инфекционные заболевания. К числу местных болезней, встречающихся лишь в некоторых местностях, следует отнести: сартовскую болезнь, зоб, проказу и ришту (Filaria m e dinensis), производящую нарывы на теле и в особенности распространённую в городе Бухаре. О фауне ханства — см. Закаспийская область, Туркестан и Памир.



Ранняя история


(в соответствии с ЭСБЕ, 1900)

История Бухары состоит из двух частей: древней или истории Трансоксании (мавераннахр, мавера-ун-нахр — заречье по-арабски) и новой или истории Бухарского ханства.



Маверанахр

Под именем Трансоксании разумелись собственно все земли, лежащие по правую сторону Аму-Дарьи и составившие впоследствии ядро Бухарского ханства, но уже в конце IX столетия правители Трансоксании владели обширными провинциями и на левом берегу этой реки. Возникновение Трансоксании теряется во мраке неизвестности и приписывается преданиями жителям низовьев реки Зеравшана, то есть приблизительно того места, на котором ныне расположен город Бухара, столица ханства. Первые поселенцы долины Зеравшана (в древности Согд) были, по-видимому, иранского происхождения и исповедывали вероучение Зороастра, но уже в древнейшие времена к ним присоединились выходцы из Турана, с которыми водворился и буддизм. Возникшая затем племенная борьба между местными иранскими и пришлыми туранскими элементами была в то же время религиозной борьбой парсизма с занесенным сюда северными пришельцами вероучением Будды.

Первые правители Трансоксании жили в Бейкенде (город Бухара ещё не существовал) и Джемкенте, получившем впоследствии, по свидетельству историка Наршахи, имя Бухары. По словам того же писателя, владетель Трансоксании, правление которого совпало с началом магометанского летосчисления, назывался Бендун; при жене, наследовавшей ему вследствие малолетства сына (Тугшаде) и носившей имя Хатун, произошло событие, имевшее весьма важное значение в жизни страны, а именно появление в Трансоксании арабов.



Араби

Правительницей Хатун заканчивается господство первых династий Трансоксании; последующие владетели были ими лишь номинально, фактическая власть перешла к арабам, овладевшим Бейкендом (672), Самаркандом, Кешем и Карши. В 709 году перед полководцем их, Кутейбе, отворила ворота и Бухара. Параллельно с покорением страны шло деятельное обращение её жителей в ислам.



Саманиды

В последней четверти IX века в Трансоксании выдвинулась династия Саманидов из Балха, в течение 145-летнего правления которой Мавераннахр достиг значительного могущества и процветания. Вследствие постоянного благоволения, оказываемого арабами Саманидам, смуты и неурядицы, столько времени терзавшие Трансоксанию, прекратились и стал мало-помалу водворяться порядок. При знаменитом Саманиде — эмире Исмаиле (892—907) — Мавераннахр из части Хорасанской провинции возрос до степени могущественного государства, простиравшегося на север до степей, на восток — до Тянь-Шаня, на юг — до Персидского залива и на запад — почти до Багдада. Центром и столицей Трансоксании был город Бухара, который славился богатством и ученостью, будучи в то же время религиозным оплотом ислама и средоточием мусульманских учёных правоведов и богословов. Преследуемый арабскими правителями, иранский язык под покровительством Саманидов, а в особенности эмира Исмаила, стал развиваться с новым блеском; а заглохшая иранская культура нашла в Саманидах покровителей и почитателей. После Измаила могущество Саманидов стало быстро клониться к упадку; вновь наступило время смут и междоусобий, и, наконец, в 999 Бухару покорили югуры, тюркское племя из Туркестана. С падением Саманидов и нашествием югуров в Трансоксании наступила полнейшая анархия, вследствие столкновения коренных обитателей страны — иранцев, мало изменившихся с принятием ислама и его культуры и более склонных к науке, торговле и вообще к мирным занятиям, — с преданными военному делу тюрками, занимавшими высшие должности уже при последних Саманидах присвоившими себе верховную власть в стране.



Сельджукиды

Вскоре после падения Саманидов в Средней Азии возвысились Сельджукиды (1004—1133), тюркские завоеватели, господство которых простиралось почти над всеми странами магометанского Востока; тем не менее власть их в Трансоксании была только номинальная, действительное же господство находилось в руках различных местных или югурских владетелей. Таким образом, первая династия тюркского происхождения почти ничего не сделала для политического возвышения Трансоксании; под покровительством государей из этой династии иранский язык успешно соперничал с арабским, распространённым в письменности; тюркское же наречие употреблялось лишь как разговорный язык в тесном кругу господствовавшей династии.



После сельджукидов

С падения Сельджукидов до появления монголов Мавераннахр составляет предмет раздора между югурским Курханом и владетелями Хорезма (теперешнее Хивинское ханство).



Монголы

Основная статья:Монгольское завоевание Средней Азии

Осенью 1219 монгольская армия численностью около ста пятидесяти тысяч человек под предводительством Чингис-хана и его сыновей Джучи, Чагатая, Угэдэя и Толуя через долину Или и северную Фергану вторглась в Среднюю Азию.

В 1220 году пала Бухара, разграбленная кочевниками и затем сожжённая дотла. Цветущий город обратился в груду развалин; десятки тысяч мирного населения погибли от руки палача, остальные же были обращены в рабство и рассеяны по всей Средней Азии. В марте того же года пал Самарканд и весь Мавераннахр оказался в руки Чингисхана.

В 1224, при делении громадного государства между сыновьями Чингисхана, Мавераннахр с Туркестаном достался Чагатаю и стал известен под именем Чагатайского улуса.

После нашествия монголов Мавераннахр превратилась в сплошную груду развалин; прославленные плодородием оазисы были заброшены, земледельцы и ремесленники разогнаны, промышленность исчезла, цветущие города лежали в развалинах и всякое проявление духовной жизни погасло. Последние искры иранской культуры под напором монгольского погрома исчезли, а Бухара и Самарканд, умственные центры Мавераннахра, никогда уже не могли вернуться к прежней духовной деятельности. Господство получили казуистика и фанатизм. В течение почти 200-летнего владычества потомков Чингисхана Мавераннахр представлял арену дикого своеволия монгольских тиранов, споривших из-за власти, — постоянных усобиц, войн и опустошений, терзавших эту несчастную страну.

С течением времени монголы, с последними потомками Чагатая во главе, приняли ислам и, отчасти подчинившись влиянию местной культуры, стали ревностными поборниками магометанства. Главнейшим результатом нашествия монголов на Трансоксанию следует признать изменение этнографического состава её населения: тюркские элементы получили повсеместное преобладание над иранскими. Пока потомки Чингисхана находились в силе, югуро-тюркские племена, родственные монголам по своим наклонностям, были у последних в полном подчинении; но с падением власти монголов они везде старались занять место своих прежних владетелей.

В этом отношении в особенности быстрые и колоссальные успехи сделал Тимур или Тамерлан, монгол из отюреченого рода Барулас, основавший во второй половине XIV столетия огромное государство. При Тимуре (1363—1405) Мавераннахр, со столицей в Самарканде, в последний раз стал средоточием магометанского могущества в Азии. Владения Тимура простирались от Гоби до Мраморного моря и от Иртыша до Ганга, а столица их — Самарканд — сделалась центром просвещения, промышленности, наук и искусств. Великолепие и богатство Самарканда, его бесконечные сады, грандиозные дворцы и мечети, кипучая торговая деятельность этого города, куда приходили караваны из Индии, Китая и Западной Азии, отодвинули на второй план прежнюю столицу Трансоксании — Бухару.

При преемниках Тимура (1405—1500) (См. Тимуриды) начались вновь кровавые междоусобия и войны, последствием которых было распадение государства Тимура на мелкие владения; около ста лет спустя после его смерти в руках Тимуридов оставался один Мавераннахр.



Узбеки и образование бухарского ханства


Около 1500 года с севера на земли при Оксусе (Аму-Дарья) нахлынули новые завоеватели. Тюрко-монгольское племя узбеков, под предводительством Шейбани, пользуясь постоянной враждой местных владетелей покорило Трансоксанию, а затем и весь Хорасан. С падением последних Тимуридов и нашествием узбеков Мавераннахр потерял остатки своего прежнего политического значения; с этого времени начинается её быстрое падение и преобразование из могущественного государства в незначительное Бухарское ханство.



Шейбаниды (1510—1597) и Аштарханиды (1597—1737)

При Шейбанидах (1510—1597) и наследовавших им Аштарханидах (1597—1737) история Бухарского ханства представляет ряд усобиц и войн, которые вели владетели Бухары с Персией и Хорезмом.

Из Шейбанидов в особенности замечателен Абдуллах-хан, ревностно заботившийся о процветании и счастье своего народа. Правитель этот в течение своего более чем сорокалетнего царствования построил множество учебных заведений, мечетей, бань, караван-сараев и мостов, развел тенистые сады в главных городах ханства, устроил почтовое сообщение, и вообще был усердным покровителем земледелия, торговли и науки. Имя Абдуллах-хана и поныне пользуется необыкновенной популярностью в Бухаре; в глазах бухарца каждый памятник прежних времён кажется результатом щедрости и любви к изящным искусствам этого правителя. Правление Шейбанидов ознаменовалось также постепенным обособлением восточно-магометанского мира от западного и необыкновенным возвышением власти и влияния учёных мулл и богословов, вследствие чего богословские науки заняли в медресе Бухары первое место.



Династия Мангыт(1738-1920)

Аштарханидов сменила династия Мангыт (боковая ветвь, по женской линии, Джучи, сына Чингисхана), члены которой правили Бухарой до революции в России.

Последний эмир Бухары, Сейид Мир Мохаммед Алим-хан (* 3 января 1880; † 1944) - правил до захвата Бухары большевиками 30 августа 1920 г., после чего бежал в Афганистан.



Бухара и Россия


Первые отношения России с Бухарой, при посредстве купцов и торговых людей, начались ещё до появления на историческом поприще монголов; но сведения об этих отношениях настолько скудны, что не дают возможности составить о характере их никакого понятия.

Одно из первых посольств в Бухару, о котором имеются более точные данные, было посольство, снаряжённое царем Алексеем Михайловичем в 1675 к бухарскому хану Абдул-Азису (Аштарханид), и состоявшее из Василия Александрова Даудова, астраханца Махмета Юсупа Касимова, подъячего посольского приказа Никифора Венюкова и подъячего Казанского дворца Ивана Шапкина.

Пётр Великий, неоднократно пытавшийся завязать отношения со Средней Азией, в 1719 посылал в Бухару Флорио Беневени разузнать о возможности воспользоваться Аму-Дарьей для торговых целей. В 1774 Ф. Ефремов, захваченный в плен киргизами, совершил чрезвычайно интересное путешествие по Средней Азии и сообщил много ценных сведений о Бухаре.

С водворением в Бухаре династии Мангыт, отношения России с этой страной сделались довольно частыми (в особенности при Наср-Улла-хане).

В 1820 было отправлено в Бухару русское дипломатическое посольство под начальством Негри; принимавшие в нем участие офицеры генерального штаба и в особенности натуралисты Эверсман и Пандер значительно расширили наши сведения о Бухаре.

В 1834 ориенталист Демезон прошёл из Оренбурга в Бухару и обратно, а в следующем 1835 туда ездил политический агент Виткевич, с целью добиться освобождения русских пленных. В 1841, когда аванпосты англичан, воевавших с Афганистаном, приблизились к левому берегу Аму-Дарьи, из России, по приглашению бухарского эмира, была отправлена в Бухару политико-научная миссия, состоявшая из начальника её, горного инженера Бутенева, ориенталиста Ханыкова, натуралиста Лемана и др. Миссия эта, известная под названием Бухарской экспедиции 1841, в политическом отношении не достигла никаких результатов; зато члены её издали много весьма ценных естественноисторических и географических работ о Бухаре, между которыми особенно выдается "Описание Бухарского ханства" Н. Ханыкова, не потерявшее научного значения и до настоящего времени. Наконец, в 1859 в Бухаре был полковник Игнатьев.



Попадание в вассальную зависимость от России 1868


Наср-Улла-хану, скончавшемуся в 1860 после тридцатичетырехлетнего бесславного правления, наследовал его сын Сеид-Мозаффар-Эддин-хан, при котором Бухара потеряла окончательно своё значение и самостоятельность, попав в вассальную зависимость от России. Мозаффар-хан, враждуя подобно своему отцу с Кокандом, поддерживал там партию Худояр-хана против другой, ему враждебной. Это обстоятельство ввело Мозаффар-хана в столкновение с Россией, которая в это время уже завоевала города Хазрети-Туркестан, Чимкент, взяла Ташкент и вообще твёрдой ногой стала на Сыр-Дарье, на землях, принадлежавших прежде Коканду.

Надменный образ действий бухарского эмира, потребовавшего очищения Россией завоёванной территории и конфисковавшего имущество проживавших в Бухаре русских купцов, а также оскорбление русской миссии, посланной для переговоров в Бухару, привели к окончательному разрыву.

20 мая 1866 генерал Романовский с 2-тысячным отрядом нанёс бухарцам у Ирджара, на левом берегу Сыр-Дарьи, первый и настолько решительный удар, что вся армия эмира обратилась в бегство, оставив в руках победителя весь лагерь, богатую палатку эмира и артиллерию. Сам Мозаффар-Эддин лишь с большим трудом мог убежать в Джизак. Ирджарский погром страшно возбудил бухарцев, подстрекаемых фанатиками-муллами против эмира; большинство из них приписывали катастрофу его поспешному бегству и даже обвиняли эмира в тайном соглашении с Россией. Ввиду такого положения дел, понуждаемый общественным мнением, эмир должен был уступить общему желанию продолжать войну с русскими до последней крайности, что ускорило решение участи Бухары.

В октябре 1866 русские взяли крепость Ура-Тюбе, а вскоре после этого пал и Джизак. После этого туркестанским генерал-губернатором, генералом Кауфманом, были предложены бухарскому эмиру условия мира, но последний, желая выгадать время, затягивал под разными предлогами переговоры и в то же время, войдя в отношения с мятежным Джурабаи в Шахрисябзе, собирал войска для священной войны (газават, газа). В то же время бухарские шайки постоянно делали набеги на покорённую территорию и даже сделали ночное нападение на русский лагерь в Ключевом (под Джизаком). Такое положение дел побудило русских принять решительные меры против Бухары.

13 мая 1868 был отдан приказ двинуться на Самарканд, а на следующий день, после совершенного поражения и бегства 40-тысячной бухарской армии, на высотах Чупан-ата на берегу Зеравшана, этот прославленный город Средней Азии сдался генералу Кауфману. Александр Македонский был, по преданию, первым завоевателем Самарканда, Александру же II суждено было покорить его в последний раз.

Вскоре после падения Самарканда была взята сильная крепость Катта-Курган, а 2 июня 1868 эмир потерпел окончательное поражение на Зерабулакских высотах и был вынужден просить у России мира. По мирному договору 23 июня 1868 Бухара должна была уступить России Самаркандское, Катта-Курганское, Пенджикентское и Ургутское бекства, из которых два первые представляют лучшие места и земли цветущей долины Зеравшана. Кроме того, бухарский эмир обязался уплатить 500 тысяч рублей военного вознаграждения, предоставить русским купцам свободу торговли в ханстве, защищать их имущество и личную безопасность, дозволить учреждение торговых агентств во всех городах, взимать пошлину с ввозимых русских товаров не свыше 2½% их стоимости и предоставить русским купцам свободный проезд через ханство в другие земли. Таким образом договор этот нанёс последний и решительный удар самостоятельности Бухарского ханства и низвел его на степень вассала России. Бухарский эмир стал беспрекословно исполнять желания русского правительства, которое, в свою очередь, оказывало ему поддержку во время смут и волнений, вспыхнувших в Бухаре после окончания войны с Россией.

Дворец эмира в Бухаре. Фотография С. М. Прокудина-Горского, 1909 год

В том же 1868 русские войска, по просьбе эмира, разбили в Каршинском бекстве скопища бухарцев, восставших против эмира Мозаффара с целью возведения на престол его старшего сына Катта-Тюря, и овладели городом Карши, который тотчас же был возвращен эмиру. В 1870 году русские войска под командованием генерала Абрамова взяли штурмом мятежные города Шаар и Китаб, вследствие чего все Шахрисябзское бекство вновь присоединилось к Бухаре. В