СУРА 68 ЧАСТЬ ВТОРАЯ

(34) Истинно, набожным у Господа блаженные сады.
(35) Поступим ли Мы с Подчиненными как с теми, что грешны?
(36) Что с вами и каково суждение?
(37) Или у вас писание, а в нём учение
(38) Что вам, поистине, любое предпочтение?
(39) Или у вас Наши клятвы вплоть до Дня Предстояния о том, что вам – плод вашего суждения?
(40) Спроси их, кем будут клятвы подтверждены?
(41) Или у них – святые? Пускай же приведут своих святых, если правдивы они.
(42) В тот день, когда откроются все тайны, и призовут земной поклон вершить, они не смогут сделать преклонение –
(43) Опущены их взоры и их постиг позор, а ведь могли они пасть ниц, (когда спустилось повеление).
(44) Оставь Меня с теми, кто ложью считает этот рассказ – когда они не будут знать, их жизнь постигнет завершение –
(45) Я дам отсрочку им, ведь замыслы Мои прочны.
(46) Или ты просишь награды и у них от платы отягощение?
(47) Или, быть может, пишут они тайное откровение?
(48) Ты дотерпи! Господь решит! Не будь подобен спутнику кита. Вот он воззвал, когда его постигло заточение.
(49) И если б не Господня милость, то был бы выброшен он на пустырь, его постигло б унижение.
(50) Избрал его Господь и сделал человеком правоты.
(51) А те, кто отвергает, своими взорами тебя готовы опрокинуть, и, слушая Упоминание, говорят: «Его коснулось бесов проникновение»
(52) Но это - не что иное, как Упоминание для народов, (ниспосланное с Божьей высоты).


Тимур Джумагалиев - ответственный за перевод.


Источник: http://blogs.mail.ru/mail/timjum/62F437EA42AA03A5.html

СУРА 68 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

(1) Нун-буква. И записью и тем, что пишут клятва!
(2) Не ты охвачен бесом по милости Господней (необъятной)!
(3) И не иссякнет для тебя награда (и как она приятна)!
(4) Великим нравом обладаешь ты.
(5) Ты увидишь и они, (и станет понятно),
(6) В ком из вас безумие (было вероятно).
(7) Истинно Господь твой знает сбившихся, и знает идущих по Его пути.
(8) И тем, кто не поверил, не поддавайся ты.
(9) Они бы хотели, чтоб ты не противился, и они бы отнеслись халатно.
(10) И не поддавайся ничтожному, чьи клятвы пусты,
(11) Клеветнику, разносящему сплетни (для вражды),
(12) Препятствующему Добру, беззаконнику, тому, чьи поступки дурны,
(13) Тому, чьи действия грубы, а после этого низки,
(14) Хоть у него сторонники, а карманы деньгами полны.
(15) Когда ему читают знаки Наши, он говорит: «Благодаря сказаниям древних они сочинены»
(16)Мы поставим ему клеймо на рыло его (за слова, адекватно).
(17)Мы испытали их, подобно испытанию владельцев сада, когда те поклялись, что утром соберут плоды,
(18) Не захотев воздать хвалу, (что было б благодатно).
(19) Когда же спали - налетел на сад от Господа тайфун (внезапно).
(20) Наутро сад стал землею пустоты.
(21) И утром звали, (не зная постигшей беды):
(22) «Ступайте на участок, если хотите собрать плоды»
(23) Они отправились, шепча между собой (отвратно):
(24) «Пускай сегодня не входит к вам туда достигший бедноты».
(25) И стали сердиться они.
(26) Когда ж увидели свой сад, сказали: «Ведь, что мы сбились - (нам понятно).
(27) Напротив! Мы лишены плодов - (невероятно)!»
(28) Лучший средь них промолвил: "Что Бога восхвалить должны - не я ли говорил вам внятно?"
(29) Они сказали: "Господу хвала! Деяния наши злом омрачены".
(30) И стали упрек бросать друг другу (безрезультатно).
(31) Они сказали: "Горе нам! Произвол вершили мы.
(32) Возможно, Господь наш заменит сад лучшим, чем он. Ведь с просьбой к Господу мы возвращаемся обратно".
(33) Таково страдание. Страдание ж Последнего мира больше, если б знали они (знатно)!


Тимур Джумагалиев - ответственный за перевод.

Обсуждение здесь:
http://blogs.mail.ru/mail/timjum/369691C599B070A7.html

Сегодня, благодаря тех помощи удалось заблокировать страницу, которую у меня выкрала Ирина Ведунья.  

ВЕДУНЬЯ - НИЗКАЯ ЖЕНЩИНА, ЗАХВАТИВШАЯ ЧУЖУЮ СТРАНИЦУ! СТРАНИЦУ НАСТОЯЩЕЙ ИРЫ СОБОЛЕВОЙ! ДРУЗЬЯ, ГОСТИ ИРИНЫ, ПОСМОТРИТЕ - ОНА ДАЖЕ ФАМИЛИЮ ИРИНЫ УБРАЛА И ПОСТАВИЛА СЛОВО "ВЕДУНЬЯ". ДРУЗЬЯ - УДАЛЯЙТЕ ЭТУ ЖЕНЩИНУ ИЗ СВОИХ ДРУЗЕЙ! МАЛО ТОГО, ОНА ОСМЕЛИЛАСЬ УГРОЖАТЬ ИРИНЕ! ПОДУМАЙТЕ, С КЕМ ВЫ ОБЩАЕТЕСЬ?! ОНА ДУМАЕТ, ЧТО ПРАВОСЛАВИЕ В НАШЕЙ СТРАНЕ МОЖНО ПОБЕДИТЬ ПРИВОРОТОМ И ГАДАНИЕМ - ВЕДОВСТВОМ! ДРУЗЬЯ И ГОСТИ НАСТОЯЩЕЙ ИРИНЫ - ЗАКЛЕЙМИМ ПОЗОРОМ НАГЛУЮ ЛГУНЬЮ И ЧЁРНУЮ КОЛДУНЬЮ! Я НЕ СТЕСНЯЮСЬ СВОЕГО ДОБРОГО ИМЕНИ КОНСТАНТИН БАЖИН.

Как-то в дождливый день
Послал одной даме…
Истомлённый тоской,
К небесам над домом твоим
Взгляд устремил,
И вдруг, туман разрывая,
Хлынул весенний дождь.        
             
               * * *

Тоскует душа
Не по той, чей образ прелестный
Стал взору доступен,
А по давней поре, когда
Я ещё никого не любил.
            
               * * *

О безответной любви
Злополучный,
Сам я себе ненавистен.
Пусть и тебе
Ненавистен я стану, хоть в этом
Будем едины с тобой.
            
               * * *

Раз так, обещай,
Что хотя бы в грядущем мире
Встреча нас ждёт.
Ведь я скоро уйду, не снеся
Горестей этого мира.
            
               * * *

Ответ (мать Тэйка)
Надейся и верь,
Лишь одно полагая опорой –
Нами данный обет.
А весь этот горестный мир -
Сон мимолётный, не более.
            
               * * *

Лишь отдаёмся дремоте,
Как вдруг разорвётся плавучий
Мост горестных грёз –
Проснусь, и в осеннем небе
Растает желанный образ.
            
               * * *

Чувства душу
Мне переполняют. В небо,
В сторону твою, гляжу, -
И сквозь туман весенний
Мелкий дождь летит!
            
               * * *

Встреча нам
Не суждена, - и в хижине,
Бамбуком скрытой,
Густо падает слёз роса
На полночное ложе моё.
            
               * * *

Печаль со мной,
Как будто в зыбком сне
Мы встретились, -
Сердце, пленённое тобой,
Страстными чувствами полно.
            
               * * *

Любил, страдая …
Когда встречались, твой облик
Укоризну выдавал, -
Так лучше б не любить
Нам вовсе той любовью!
            
               * * *

Кто вновь
Под цветущими померанцами
Вспомнит обо мне,
Когда и я далёким,
«Давним другом» стану?
            
               * * *

В этом мире
Горестей поросль густа,
Но в зарослях бамбука
Страннику сыщется ночлег,
Привидится любимая во сне.
            
               * * *

Водоросли,
Что рыбак срезает,
В волнах сокрыты,
Побережье Нагуса – тебя,
Любимая, ищу, страдая.     

Красавица, заказывавшая у нас кимоно, делится результатами своей фотосессии. Любуйтесь :-) По ссылке - остальные фото.


красавица в кимоно

Фото из японских журналов



прически к кимоно - на длинные и короткие волосы, для взрослых и девочек

Сегодня, 3 марта, - хина мацури, праздник девочек, когда достают кукол хина, изображающих императорский двор, девочки надевают самые нарядные кимоно (мамы - кто как), ходят в гости и пр. Вот здесь можно почитать о том, как празднуют хина-мацури японцы.
Ну а мы отпраздновали как могли ;-)))

Лав-тян всех приглашает на наш праздник :-0


На форуме - много-много фотографий, но несколько покажу прямо тут.
Императрица, император и наша помощница в самом настоящем сусохики - кимоно гейши (1930 гг). О сусохики и о том, как его надевать, я расскажу в другой раз :-)


А пока - милости прошу на японско-московский праздник кукол

в середине ноября, 15 числа, по всей Японии отмечается гораздо менее официозный, а потому намного более любимый всеми старинный японских праздник сити-го-сан, что в переводе обозначает «семь-пять-три». Этот праздник, история которого насчитывает уже более 300 лет, является как бы общим днем рождения всех детей, которым в текущем году исполнилось 3, 5 или 7 лет. Эти нечетные цифры издревле считались в Японии магическими, а соответствующие им возраста отражали важные, переломные этапы взросления детей. Празднику сити-го-сан сопутствует множество традиционных обрядов и традиций. К примеру, в старину, для мальчиков и девочек, достигших трехлетнего возраста, очень важным считался обряд камиоки - «сбережение волос». В древней Японии в раннем детстве детей брили наголо, для того чтобы потом у них росли длинные красивые волосы, всегда справедливо считавшихся предметом гордости японцев. Ко дню камиоки волосы мальчиков отращивали так, чтобы их можно было завязать на затылке, а девочкам завязывали пучки волос по бокам.


В день совершения церемонии камиоки по традиции самый уважаемый в общине пожилой человек дарил детям пучки белого шелка, символизирующего седые волосы, до которых ребенку желали дожить. Также в средние века в аристократических семьях мальчикам в три года впервые надевали хакама (традиционная мужская одежда в виде широких брюк со складками; сей мужественный наряд на трехлетних японских карапузах выглядит чрезвычайно трогательно). Позже этот обряд стал проводиться в пять лет, именно в этом возрасте самураи представляли детей своим феодалам, вводя их в круг взрослых. Для девочек более важен возраст семи лет, так как в этот день им впервые надевают «взрослый» пояс для кимоно – оби. Этот обряд, называемый оби-токи («перемена пояса»), символизирует взросление, поскольку в этот день девочка первый раз в жизни одевается как взрослая женщина. Маленькие девочки, наряженные во взрослые нарядные кимоно, выглядят чрезвычайно красиво и трогательно.

Вообще, возраст семь лет, в Японии считается наиболее важным этапом взросления маленького человека – раньше люди в Японии верили, что с рождением ребенка в дом вселяется само небесное существо, либо его посланник и что до семи лет ребенок – это не простой человек, а божественное создание. Этим поверьем объясняется то чересчур снисходительное, на первый взгляд, отношение, которое проявляют японские родители по отношению к своим малолетним детям, безоговорочно потакая любым их шалостям и капризам. Мало где еще маленькие дети так избалованы, как в Японии. Однако по достижении ребенком «критичного» семилетнего возраста отношение к нему меняется, поскольку с этого времени он, как считается, превращается в обычного человека, а на смену безоблачным годам счастливого и безмятежного малолетства приходит период требовательного и сурового воспитания. Но в праздник сити-го-сан дети – маленькие императоры.

Родители всегда заботились о том, чтобы сделать этот праздник запоминающимся и ярким в жизни ребенка. Главный торжественный обычай праздника – церемония мия-маири, посещение храма: родители приводят празднично наряженных мальчиков трех и пяти лет и девочек трех и семи лет в синтоистский храм, чтобы поблагодарить богов за то, что дети выросли здоровыми и счастливыми. Если вы заглянете в этот день в ближайший храм неподалеку от дома, то увидите очаровательное зрелище, наполняющее сердце радостью и умилением: милые японские малыши, наряженные в яркие национальные костюмчики, торжественно и чинно шествующие за ручку с растроганными и гордыми родителями.

источник japon.ru (Левченко М.)

Скромное домашнее фото. Владелица нашей коллекции японских кимоно в неформальной обстановке :-)
И кимоно на ней не шелковое, а всего лишь шерстяное


И еще 15 шерстяных кимоно на странице кимоно комон

Вы эти фотографии наверняка видели - хоть на аватарках ;-) И я их видела. Но только недавно узнала, кто автор. Это Чжан Цзинна, китайская фото-художница.

японские фантазии Zhang Jingna

"Кимоно носят без украшений" - если эта фраза вызывает у вас смех, значит, вы достаточно начитались моих записей ;-) Или не моих, но достаточно.
Про шпильки кандзаши уже было, про обиаге-обидзиме - тож. Сегодня речь пойдет о цацке, о которой в Рунете, как всегда, информации нет: об оби-доме. Нет, это не дом для оби ;-)
Это - ювелирное украшение, надеваемое на обидзими.
Вот эти два скоро будут жемчужинами нашей коллекции:

Размеры - 5 х 3 см. Современные; алюминий, эмаль, стразы.
На английских сайтах оби-доме называют брошью для оби. Но, строго говоря, брошью это тоже не является: оно не прикалывается к оби, а обидзими продевается в него.
Эта весьма дорогая игрушка входит в парадный комплект майко.

...продолжение на форуме. Фантастическое оби-доме 19-го века, старинные, современные. Я собрала все материалы по _к_кимоношным цацкам в большой тред "Украшения для кимоно".

Открываем сегодня посылку с кимоно, а там (при всех прочих кимонАХ) вместо открыточки, которую японцы вкладывают всегда, лежит... веер.
То есть там еще два маленьких веера, входящих в парадный комплект кимоно, но мои японцы знают, что эти веера не мне; ну вот и решили меня тож не обделять.
Вот он какой! С лица золотой, с изнанки - серебряный


Вы пока любуйтесь, а я буду рассказывать ;-)
В комплект парадного кимоно веер входит обязательно. Им не пользуются, он торчит за поясом "для формы". Узоров на нем нет, просто золотая и серебряная бумага. Этот веер меньше обычного.


Продается такой маленький веер в комплекте с обиаге и обидзими. Обиаге - это шарфик, который скрывает технические детали узла оби. Тончайший, нежнейший шелк.
На обиаге как правило, есть узор, но он почти не виден, когда этот шарфик надет. Так что любуйтесь. Беленький, с веерами.


Обидзими - это шелковый шнурок, который закрепляет узел оби. Сплетен из тончайшего шелка - и в итоге толстый такой, жесткий. На верхнем фото он лежит во всю длину. На нем висит ритуальный узелочек в виде хвостатой черепахи (извините, отсняла как смогла...) И вот узор на обидзими.


Про аксессуары всё, теперь уделим немного внимания поясам-оби (оба оби - 70-ые годы).
Черный - в нашу коллекцию, на нем - Золотой павильон, храм Кинкакудзи в Киото. Этот оби - роспись, и поэтому нам пока его не с чем надеть, поскольку принцип подбора кимоно и оби - "тканое к росписи и роспись к тканому". А кимоно с тканым рисунком у нас нет... пока ;-)
Из какого материала сделаны окошки у храма - не знаю. ВЫглядит очаровательно.

На талии - зеркальный рисунок. В надетом состоянии виден один из двух.


Серебристый оби уйдет к счастливой заказчице. На нем, как вы видите, сцены быта эпохи Хэйан. Объяснять тут нечего, просто вдохнуть и не выдыхать ;-)

(превьюшки кликабельны)

На сегодняшний день комплект обидзими, обиаге и веер стоят 4000 рублей. Что будет завтра - я не знаю, доллар творит сами видите что...

От самого начала до самого конца:

Всем заинтересованным - все этапы надевания кимоно и оби

Оби с линейным кораблем. Не такая уж и редкость - европейские корабли, замки и города на кимоно и особенно оби ;-)

(кликабельно)

Поэзия разных поэтов – "хокку"

  
 


Осенний дождь во мгле!
Нет, не ко мне, к соседу
Зонт прошелестел.
                            Ранран

               * * *

Видели всё на свете
Мои глаза – и вернулись
К вам, белые хризантемы.
                                  Иссё

               * * *

Цветок… И ещё цветок…
Так распускается слива,
Так прибывает тепло.


               * * *

Я в полночь посмотрел:
Переменила русло
Небесная река.


               * * *

Набежавшая волна
Моет уходящую…
Как прохладно на реке!


               * * *

Осенняя луна
Сосну рисует тушью
На синих небесах.
                     Рансэцу


               * * *

Вишни в весеннем цвету
Не на далёких вершинах гор –
Только в долинах у нас.


               * * *

Быстрая молния!
Сегодня сверкнёт на востоке,
Завтра на западе…


               * * *

Качается, качается
На листике банана
Лягушонок маленький.


               * * *

Свет зари вечерней!
На затихшей улице
Бабочки порхают.


               * * *

Утренняя звезда!
Нет среди вишен покоя
Облачку на горе.


               * * *

Яркий лунный свет!
На циновку тень свою
Бросила сосна.
                         Кикаку


               * * *

Прошло уж десять лет,
А кажется, вчера его не стало…
Плакучей ивы тень!
              В годовщину смерти Басё


               * * *

Утренняя звезда!
Нет среди вишен покоя
Облачку на горе.


               * * *

Осенняя луна.
О, если б вновь родиться
Сосною на горе!
                                 Рёта


               * * *

Прохладой веет ночь!
По тени собственной ступаю
На отмели речной.


               * * *

От этой ивы
Начинается сумрак вечерний.
Дорога в поле.


               * * *

К западу лунный свет
Движется. Тени цветов
Идут на восток.


               * * *

Долгие дни весны
Идут чередой… Я снова
В давно минувшем живу.


               * * *

Море весною
Зыблется тихо весь день,
Зыблется тихо…


               * * *

Я поднялся на холм,
Полон грусти, - и что же:
Там шиповник в цвету!


               * * *

Хорошо по воде брести
Через тихий летний ручей
С сандалиями в руке.


               * * *

О, какая жалость!
Этот храм я миновал,
Там цветут пионы!


               * * *

Уходят сразиться друг с другом
Двое монахов-разбойников,
В летней траве исчезая…


               * * *

Зелёную сливу
Красавица надкусила…
Нахмурила брови.


               * * *

Тихий звон комаров –
Каждый раз, когда облетает
Жимолости цветок.


               * * *

Скоро зайдёт луна,
Пятеро неутомимых
Пляшут ещё на лугу.


               * * *

С запада ветер летит,
Кружит, гонит к востоку
Ворох опавшей листвы.


               * * *

Большой снегопад!
Скоро закроют заставу,
Близится ночь.


               * * *

Прохладный ветерок.
Колокола покинув,
Плывёт вечерний звон.


               * * *

Осенний ветер
Мелкие камни бросает
В колокол храма.


               * * *

Луна так ярко светит!
Столкнулся вдруг со мной
Слепец – и рассмеялся…
                                  Бусон


               * * *

 мой ловец стрекоз!
Куда в неведомой стране
Ты нынче забежал?             
На смерть маленького сына


               * * *

О светлая луна!
Я шла и шла к тебе,
А ты всё далеко.


               * * *

Спящий мотылёк!
Что увидел он во сне?
Крыльями взмахнул.


               * * *

Роса на цветах шафрана!
Прольётся на землю она
И станет простой водою…
                                    Тиё


               * * *

Смолк осенний вихрь.
Всё, что от него осталось, -
Дальний шум волны.
                                  Гонсуй


               * * *

Майские дожди!
Заплыла лягушка
В дом через порог.
                     Сампу


               * * *

Наверно, руки твои
Смешались с высокой травою
И машут мне издали вслед.           
Расстаюсь с другом на горной тропе


               * * *

Какая прохлада!
Сквозь набежавший ливень –
Закатное солнце.
                                      Кёрай

               * * *

Уток звонкий крик
Замок окружил кольцом.
Забелел рассвет.
                              Кёроку

               * * *

Паутина на ветке!
Вновь пахнуло жарой на меня
В этой летней роще.
                                   Оницура

               * * *

И поля и горы –
Снег тихонько всё украл…
Сразу стало пусто!


               * * *

Снега холодней,
Серебрит мои седины
Зимняя луна.


               * * *

Листья потонули.
Там они, на самом дне,
Устилают камни.
                            Дзёсо

               * * *

Плывёт гряда облаков…
Как бережно светлую луну
Она несёт на себе!
                                  Бонтё

               * * *

Бушует осенний вихрь!
Едва народившийся месяц
Вот-вот он сметёт с небес.
                                  Какэй

               * * *

О кленовые листья!
Крылья вы обжигаете
Пролетающим птицам.


               * * *

Как я завидую тебе!
Ты высшей красоты достигнешь
И упадёшь, кленовый лист!
                                            Сико

               * * *

Уходящая осень
Красные листья клёнов
По пути рассыпает.
                             Оцую

               * * *

Я сейчас дослушаю
В мире мёртвых до конца
Песнь твою, кукушка!
                     Перед казнью
Неизвестный автор


               * * *

Качелей лёгкий взлёт!
Привет от милой льётся
С небесной высоты.
                             Тайги

               * * *

Холодный горный ключ.
На дне блестят монеты:
Их путник обронил.
                             Тайро

               * * *

Как ноги сполоснуть?
Я замутить не смею
Прозрачную волну.
                       Фухаку

               * * *

Лист летит на лист,
Все осыпались, и дождь
Хлещет по дождю.
                             Кётай

               * * *

Идёшь по облакам,
И вдруг на горной тропе
Сквозь дождь – вишнёвый цвет!
                                             Кито

               * * *

Верно, в прежней жизни
Ты сестрой моей была,
Грустная кукушка.


               * * *

Вновь прилети весной!
Дом родной не забудь,
Ласточка, в дальнем пути!


               * * *

Вот выплыла луна,
И самый мелкий кустик
На праздник приглашён.


               * * *

Эй, не уступай,
Тощая лягушка!
Исса за тебя.
Наблюдаю бой между лягушками


               * * *

Вишен цветы
Будто с небес упали –
Так хороши!
                            Исса

 
 
Мацуо Басё (1644 – 1694 г.г.) – Великий Басё!
   
 
 

"Осень уже пришла!" –
Шепнул мне на ухо ветер,
Подкравшись к подушке моей.  
 

               * * *

Поник головой до земли, -
Словно весь мир опрокинут вверх дном,
Придавленный снегом бамбук!
                            Отцу, потерявшему сына
 
               * * *
 
Бабочки полёт
Будит тихую поляну
В солнечном свету. 
 
               * * *
 
И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьёт торопливо
С хризантемы росу.
 
               * * *
 
Порывистый листобой
Спрятался в рощу бамбука
И понемногу утих.
 
               * * *
 
О проснись, проснись!
Стань товарищем моим,
Спящий мотылёк!

               * * *

Старый пруд.
Прыгнула в воду лягушка.
Всплеск в тишине.
 
               * * *
 
Первый снег под утро.
Он едва-едва пригнул
Листики нарцисса.

               * * *

Ветку, что ли, обломил
Ветер, пробегая в соснах?
Как прохладен плеск воды!

               * * *

Как быстро летит луна!
На неподвижных ветках
Повисли капли дождя.
 
               * * *
 
Снова встают с земли,
Тускнея во мгле, хризантемы,
Прибитые сильным дождём.
 
               * * *

Жизнь свою обвил
Вкруг висячего моста
Этот дикий плющ.

               * * *

Срезан для крыши камыш.
На позабытые стебли
Сыплется мелкий снежок.
 
               * * *

Весна уходит.
Плачут птицы. Глаза у рыб
Полны слезами. 
 
               * * * 
Летние травы
Там, где исчезли герои,
Как сновиденье.
  на старом поле битвы
 
               * * * 
Белее белых скал
На склонах каменной горы
Осенний этот вихрь!
 
               * * *
 
Зимняя ночь в саду.
Ниткой тонкой – и месяц в небе,
И цикады чуть слышный звон. 
 
               * * *

Колокол смолк вдали
Но ароматом вечерних цветов
Отзвук его плывёт.
 
               * * *
 
Минула весенняя ночь.
Белый рассвет обернулся
Морем вишен в цвету.
 
               * * *

Роняя лепестки
Вдруг пролил горсточку воды
Камелии цветок.
 
               * * *
 
Пьёт свой утренний чай
Настоятель в спокойствии важном.
Хризантемы в саду.
                                        В монастыре
                * * *
 
Откуда кукушки крик?
Сквозь чащу густого бамбука
Сочится лунная ночь.
 
               * * *
 
Печального меня
Сильнее грустью напои,
Кукушки дальний зов!

               * * *

В ладоши звонко хлопнул я.
А там, где эхо прозвучало,
Бледнеет летняя луна.
 
               * * *
 
Глубокою стариною
Повеяло … Сад возле храма
Засыпан палым листом.
 
               * * *
 
Так легко – легко
Выплыла – и в облаке
Задумалась луна.
 
               * * *
 
Отоприте дверь!
Лунный свет впустите
В храм Укимидо!
 
               * * *
 
Опала листва.
Весь мир одноцветен.
Лишь ветер гудит.
 
               * * *
 
Посадил деревья в саду.
Тихо, тихо, чтоб их ободрить,
Шепчет осенний дождь.
 
               * * *
 
Есть особая прелесть
В этих бурей измятых,
Сломанных хризантемах.

               * * *

С ветки на ветку
Тихо сбегают капли …
Дождик весенний.

               * * * 
Все волнения, всю печаль
Твоего смятенного сердца
Гибкой иве отдай.
 
               * * * 
В лунном сиянье
Движется к самым воротам
Гребень прилива.
 
               * * *
 
Кукушка вдаль летит,
А голос далеко стелется
За нею по воде.
 
               * * *
 
По озеру волны бегут.
Одни о жаре сожалеют
Закатные облака.
 
               * * *
 
Жаркого лета разгар!
Как облака клубятся
На грозовой горе!
 
               * * *
 
Прозрачный водопад …
Упала в светлую волну
Сосновая игла.
 
               * * *
 
Аромат хризантем …
В капищах древней Нары
Тёмные статуи Будд.
 
               * * *
 
Туман и осенний дождь.
Но пусть невидима Фудзи,
Как радует сердце она!
 
               * * *
 
Весеннее утро.
Над каждым холмом безымянным
Прозрачная дымка. 
               * * * 
Странник! Это слово
Станет именем моим.
Долгий дождь осенний …
Письма странствующего поэта
 
               * * *
 
Парящих жаворонков выше
Я в небе отдохнуть присел, -
На самом гребне перевала.
 
               * * *
 
С шелестом облетели
Горных роз лепестки …
Дальний шум водопада.
 
               * * *

Словно вешний дождь
Бежит под навесом ветвей …
Тихо шепчет родник.
         Ручей возле хижины Сайгё

Участницы нашей выставки - от самых юных...


Экскурсия и - в редкую минуту затишья :-)


Надеваем кимоно на посетительниц. Вот какая красавица :-)


Классическая славянская красавица в классическом японском кимоно ;-)
... еще один рабочий день позади, щас сядем в машину. Особенности национального (в смысле русского) кимоно: плюс шубка и сигарета ;-)))


До встречи в музее Востока 3 и 4 января :-)))

Наверное уже ни для кого не секрет , что любой язык , в том числе японский можно развивать через пение- караоке.
Предлагаю песни и для людей, только начинающих изучать японский, - это "Boku wa kuma" ("Я мишка") в исполнении Utada Hikaru , которая подойдёт также для детей , и песни для среднего , а также продвинутого уровня . Есть песни с переводом на английский -это песня очень известного японского ансамбля The Boom ("Shima Uta").
Utada Hikaru

Возможно для кого-то уже, полюбившаяся песня First Love. А теперь её можно спеть с певицей:

http://www.youtube.com/watc...
На ромадзи:
http://www.youtube.com/watc...

Sakura Drops
На ромадзи

http://www.youtube.com/watc...


The Flavor of love



Boku wa kuma



Nagabuchi Tsuyoshi


Kanpai (kampai)

На ромадзи
http://www.youtube.com/watc...

The Boom



Shima uta

http://www.youtube.com/watc...

>

Кандзаши, а точнее хана-кандзаши - шпильки с искусственными цветами.


Для интересующихся - собрала по разным источникам текст и картинки обо всех типах кандзаши и раскадровку создания искуственных цветов

Древний ЭДО
ГОРОД, слепленный из кусочков
Ориентироваться в японской столице очень трудно. Неопытный турист может в считанные минуты затеряться в городских лабиринтах, в бесчисленных тупичках и переулках, не имеющих названия и никуда не ведущих. Для жителей Нью-Йорка, легко находящих нужные адреса в скрещении пронумерованных улиц и авеню, или для москвичей, привыкших к четко выраженной радиальной структуре города, токийская неразбериха неприемлема. А если не знать японского языка, то каменные джунгли Большого Токио становятся почти непроходимыми. Но ведь была какая-то логика, в соответствии с которой в течение четырех столетий развивался этот мегаполис? Чаще всего запутанную структуру этого города объясняют тем, что Эдо (с 1868 года - Токио) сформировался из естественного слияния нескольких расположенных вокруг феодального замка деревень, которые, постепенно разрастаясь, превратили этот населенный пункт в "созвездие" субцентров, окруженных кружевом городских кварталов. В этом есть доля правоты, но - лишь малая доля.
Город, который в самом начале 17 века был задуман сегуном Иэясу Токугавой в качестве своей ставки, удаленной от интриг императорского двора, изначально имел мало общего не только с европейскими канонами градостроительства, но и с привычными схемами японских столиц - Нара и Киото, построенных по китайским прописям. Сегун Токугава, новый военный лидер Японии, к тому времени по уши погрязшей в многовековых кровавых междоусобицах феодалов, не мог себе позволить беспечности в обустройстве семейной цитадели и окружающего пространства. Неблагоприятный опыт предыдущих столиц Японии, оказавшихся неготовыми противостоять вторжению войск противника, заставил сегуна с самого начала так спланировать строительство Эдо, что и поныне этот город напоминает собой галактику, хаотически разлетающуюся во все стороны после вселенского взрыва.
Для неприятеля, пожелавшего бы ворваться в город, не было оставлено ни единого пути, прямиком ведшего к холму с сегунским замком. Цитадель была окружена заполненными водой рвами, которые расходились от замка по спирали, постепенно переходя из одной линии обороны в другую. Путь к замку вел через немыслимый лабиринт рвов, валов и стен, с которых в случае нападения дождем бы сыпались на головы врагов стрелы и копья.
Городские посады, выросшие вокруг замка, тоже имели свои системы запутывания наступающих врагов, хотя и попроще. По вершинам холмов Яма-то тэ, окружавших замок сегуна, были построены усадьбы вассалов, которые в случае нужды легко превращались бы в отдельные форты, узлы обороны. А мастеровым и купцам для жилья были выделены места в низинах. Кварталами бедняков можно было легко пожертвовать, и в дни обороны они могли превратиться в огненные западни для противника.
К счастью, Эдо так и не подвергся нападениям извне. Город испытывали на прочность лишь естественные силы - многочисленные пожары и землетрясения. Поэтому задуманная изначально как сугубо оборонительная мера городская планировка сохранилась, обслуживая теперь не столько военные, сколько социальные интересы сегуната. Разделенное на четыре сословия (самураи, крестьяне, ремесленники и купцы) общество и в пределах Эдо соблюдало ранжирование. Богатые князья и самураи жили в Верхнем городе, тянувшемся по вершинам Яма-но тэ, а представителям низших сословий был отдан Нижний город (Ситамати). Врочем, это искусственное социальное деление не могло сохраняться вечно. Феодальная пирамида сословий постепенно размывалась. Обедневшие самураи пополняли ряды плебса, а богатеющее купечество требовало своего места под солнцем.
Формальная система каналов и рвов, служившая и задачам сословного разграничения, ветшала и физически и морально. Но пока она существовала, горожанам нужны были "отдушины" в строго регламентированной законами сегуната жизни. И такими "отдушинами" становились городские границы, в которых существовал старый Эдо. Эти границы, как правило, шли по рекам. Водные перевозки служили в те времена основной транспортной инфраструктуры страны. Вдоль берегов рек, протекающих через городские кварталы, строились бесчсленные причалы, торговые склады, магазины.
После великого пожара Мэйрэки, в 1657 году уничтожившего за два дня почти весь город и погубившего около 100 тысяч жителей, через реки были переброшены мосты. К ним сходились дороги, соединявшие сегунскую столицу со всеми провинциями страны. Поэтому вскоре у мостов, как грибы после дождя, появились различные харчевни, дешевые ночлежки, прилавки постоянно действовавших базаров. В тени мостов поджидали свою клиентуру жрицы любви. В легких балаганах разворачивались непритязательные театральные действа. Сюда в свободное время стекались горожане, чтобы обменяться новостями, поглазеть на приезжих и получить свою скромную долю телесных удовольствий. Такие перекрестки назывались сакариба (бойкое место).
Сакариба появлялись, вернее - формировались, без всякого плана. Они буквально бурлили энергией, предоставляя зажатым всяческими сословными ограничениями горожанам возможность свободно вздохнуть. Это были места эскапизма и свободы, где грань между сословиями была в значительной степени размыта. Сакариба постепенно становились культурными, торговыми, развлекательными центрами города. Так, сакариба в Асакусе превратилась в магнит для театралов, Ёсивара - в лицензированный квартал "красных фонарей".
Со временем сакариба стали привлекательными не только для простонародья, но и для знатных вельмож. В моду вошли лодочные прогулки по реке, посещение многочисленных чайных домиков, обосновавшихся у самого уреза воды. Романтичность такому времяпрепровождению придавал и возвышавшийся в 100 км к западу изящный конус Фудзиямы, в ясные дни четко видимый с реки и открытых пространств сакариба.
С 1733 года у перекинутого через реку Сумида моста Регокубаси, к которому примыкала крупнейшая в городе сакариба, стали в жаркие июльские дни устраивать фейерверки (эта традиция сохранилась и до наших дней). Здесь проводились и наиболее массовые городские праздники. Естественно, что прилегающие к сокариба земельные участки были нарасхват. Они становилис ьестественными центрами района, спонтанными градообразующими элементами, вокруг которых складывалась своя среда, свои улицы и переулки, тяготеющие к "бойкому месту", свои гостиницы, бани, храмы.
Вторая очередь Токийских субцентров сформировалась в конце 19 века. Примечательно, что и на этот раз их появление было впрямую связано с потребностями транспорта. В 1870 году началось строительство первой в Японии железной дороги, соединившей столичный район Симбаси с кварталом Сакурагите в Йокогаме. Принципиально нового в городскую планировку она не внесла, поскольку фактически дублировала привычную трассу сухопутных и водных перевозок. То есть рельсы прошли по уже сложившимся вдоль побережья Токийского залива сакариба. Но это было лишь началом грандиозной модернизации. Удобства нового вида транспорта настолько пришлись по вкусу столичным властям, что решено было проложить в черте Токио несколько линий железной дороги, принявших на себя в конце 19 - начале 20 веков основную тяжесть внутригородских перевозок. Наиболее важную в этом роль сыграла кольцевая дорога, связавшая холмы Яма-то тэ и во многом заменившая засыпанные к тому времени каналы старого Эдо. Кольцо не только соединило между собой оживленные места, сложившиеся некогда при въезде в город, но и заложило основу формирования новых городских кварталов, таких как Сибуя, Синдзюку, Икэбукуро. Появившиеся на пустырях железнодорожные платформы, словно маленькие кристаллики соли, брошенные в перенасыщенный раствор, стали центрами быстрого формирования огромных кристаллических друз. В Токио появились новые сакариба, на глазах превращавшиеся в крупные торговые и развлекательные центры, вокруг которых теми же темпами формировалась инфраструктура жилья.
Надо признать, что у властей Токио неоднократно случалсиь поводы для кардинальной перестройки столицы, используя опыт и знания градостроителей, способных заменить хаотичные скопления улиц и тупиков на нечто более логичное и красивое. Как правило, такие поводы были связаны с катастрофическими бедствиями - пожарами, обращавшими целые районы в пепел, землетрясениями, врезультате которых столица превращалась в огромную руину, налетами американских самолетов, зажигательными бомбами выжегших почти весь город. Конечно, для перестройки по новым проектам понадобились бы мучительные переговоры с владельцами земельных участков, выкуп одних - под новые магистрали и нарезка других в более удобных для города местах. Но для этого у муниципальных властей не нашлось ни времени, ни сил, ни финансов. Каждый раз возникавший из пепла город, как клон, воспроизводил искривленный скелет прошлого.
Третий этап формирования Токийского мегаполиса впрямую связан со строительством метрополитена. Весьма разветвленная сеть линий городской подземки, конечно же, была предназначена соединить уже сложившиеся субцентры города в единое целое. Но и закладывавшиеся "промежуточные" станции быстро преобразовывали раскинувшиеся над ними тихие жилые кварталы в "бойкие места", плотные сгустки человеческой энергетики.
Таким образом, запутанная структура города-гиганта складывалась не столько за счет поглощения новых и новых городков и деревень по периферии Токио, сколько благодаря появлению новых сакариба на транспортных узлах. Именно транспорт - водный, железнодорожный, автомобильный, - развивавшийся по своим заонам, зачастую не совпадавшим с интересами градостроительства, повинен в том, что городской план Токио ныне напоминает собой бесформенное скопление "заплаток", постепенно разрастающихся, сливающихся в единое целое, при виде которого архитекторы вспоминают о страшных кошмарах.
По материалам журнала "Япония сегодня"
http://www.japantravel.ru/r...

Поддержите пожалуйста ,  Integru , которая входит  в наше сообщество ,в дуэли))) 
http://blogs.mail.ru/mail/s... 
Проголосуйте за неё!!!!!!!

7 декабря (в воскресенье) наши кимоно 19-21 веков будут представлены на выставке "Самураи. Art of War". Наша площадка работает строго с 12 до 18 часов, экскурсии в 12, 13, 15 и 17 часов, не считая стихийно возникших ;-)))
Даем надеть девичье кимоно, свадебную накидку или кимоно-куртку.


наша экспозиция