Сергей БЕЗРУКОВ:
«Я свою позицию не меняю, тем более в отношении «Бригады». Роль для меня закончилась с 2002 году, исключая небольшое камео, которое я сделал для Алексея Сидорова, когда он снимал «Бой с тенью». Это был просто дружеский автограф в помощь режиссеру, с которым мы снимали большой проект, причем я сделал это совершенно бесплатно, просто из уважения к Алексею.
В течение 8 лет ко мне не раз обращались со всевозможными вариантами сценариев продолжения «Бригады», но я всегда отказывался и отказываюсь. Еще раз становиться Сашей Белым я не хочу. Если создатели захотят использовать в новом фильме что-то из старого материала, отснятого 8-9 лет назад, запретить им этого я, к сожалению, не могу – образ Саши Белого принадлежит создателям картины, продюсерам. Новых съемок с моим участием не планируется, и даже если мне предложат сняться в маленьком эпизоде, делать этого я не буду – для меня эта тема закрыта».
Cлушать аудио-комментарий Сергея от 16.06.2010

Отрывок из интервью каналу ВОТ! (С.-Петербург), 1.03.2008


Сергей БЕЗРУКОВ:
«Я свою позицию не меняю, тем более в отношении «Бригады». Роль для меня закончилась с 2002 году, исключая небольшое камео, которое я сделал для Алексея Сидорова, когда он снимал «Бой с тенью». Это был просто дружеский автограф в помощь режиссеру, с которым мы снимали большой проект, причем я сделал это совершенно бесплатно, просто из уважения к Алексею.
В течение 8 лет ко мне не раз обращались со всевозможными вариантами сценариев продолжения «Бригады», но я всегда отказывался и отказываюсь. Еще раз становиться Сашей Белым я не хочу. Если создатели захотят использовать в новом фильме что-то из старого материала, отснятого 8-9 лет назад, запретить им этого я, к сожалению, не могу – образ Саши Белого принадлежит создателям картины, продюсерам. Новых съемок с моим участием не планируется, и даже если мне предложат сняться в маленьком эпизоде, делать этого я не буду – для меня эта тема закрыта».
Cлушать аудио-комментарий Сергея от 16.06.2010

Отрывок из интервью каналу ВОТ! (С.-Петербург), 1.03.2008



О «Бригаде-2″Сергей БЕЗРУКОВ:
«Я свою позицию не меняю, тем более в отношении «Бригады». Роль для меня закончилась с 2002 году, исключая небольшое камео, которое я сделал для Алексея Сидорова, когда он снимал «Бой с тенью». Это был просто дружеский автограф в помощь режиссеру, с которым мы снимали большой проект, причем я сделал это совершенно бесплатно, просто из уважения к Алексею.
В течение 8 лет ко мне не раз обращались со всевозможными вариантами сценариев продолжения «Бригады», но я всегда отказывался и отказываюсь. Еще раз становиться Сашей Белым я не хочу. Если создатели захотят использовать в новом фильме что-то из старого материала, отснятого 8-9 лет назад, запретить им этого я, к сожалению, не могу – образ Саши Белого принадлежит создателям картины, продюсерам. Новых съемок с моим участием не планируется, и даже если мне предложат сняться в маленьком эпизоде, делать этого я не буду – для меня эта тема закрыта».

Дорогие мои, хорошие…
К сожалению, повод для обращения к вам – грустный… Сегодня не стало Светланы Петровны Есениной, родной племянницы великого русского поэта Сергея Александровича Есенина.
Мы всей семьёй были знакомы с ней. Я помню её искреннее отношение ко мне, она всегда говорила, что у меня свой Есенин, чтобы я берег эту роль…
Она успела посмотреть мой спектакль «Хулиган», осталась им довольна, и это отношение тем более дорого. Потому что это Светлана Петровна Есенина…
Мы вместе с ней пытались установить справедливость, ибо она, так же как и многие поклонники творчества С.А.Есенина, никогда не верила в официальную версию его гибели – в самоубийство. Я бы даже сказал, что Светлана Петровна была настоящим бойцом, борцом за светлую память своего Великого предка.
Я горжусь, что был лично знаком с ней, она поистине была достойна этой дорогой моему сердцу фамилии – ЕСЕНИНА…
Я выражаю соболезнования родным и близким Светланы Петровны. Светлая ей память…
Сергей Безруков
P.S.  Горько сознавать, что все наши с ней попытки установить справедливость – в отношении гибели поэта, его насильственной смерти, – все наши письма, её обращения  и совместные походы в прокуратуру так и остались безрезультатными. Власти до сих пор глухи к этой проблеме, и ответы генпрокуратуры выглядят очередной отпиской, шаблонным отказом. Но мы  не оставляем надежды, что рано или поздно правда восторжествует. Главное не отчаиваться и верить…

Наталья Казакова. Афиша Одессы, 9.05.2005

О том, что скоро выйдет новый многосерийный телефильм с Сергеем Безруковым в главной роли, истинные поклонники его таланта знают достаточно давно. Но получить детальную информацию из первых рук всегда интереснее, а посему мой первый вопрос актеру был именно об этом фильме, который и стал основной, весьма волнующей собеседника темой.
— О Сергее Есенине нужно говорить в полном объеме, сразу давать зрителю полную информацию об этом нашем великом гении, русском Моцарте, потому что в киноленте все равно от чего-то придется отказаться, что-то убрать. Существует шаблонный образ, с чем мы попытались побороться, и помимо того, что уже знает зритель, донести то, чего зритель никогда не знал. Рассказать о Есенине, как о настоящем патриоте, о человеке, который любил Родину. Сейчас это важно, потому что это — то самое чувство и то самое качество, которое с годами порой утрачивается. В России, равно, как и в Украине, этого чувства — хорошего патриотизма, любви к Родине — часто не хватает.
— Что лично для вас значит Сергей Есенин?
— Это русский человек. Это настоящий русский и абсолютный гений в своем непредсказуемом поведении. Все его скандалы, провокации были очень яркой формой протеста против режима большевиков. Он всегда говорил правду, если о Маяковском говорят как о человеке, который наступил на горло собственной песне, то о Есенине таких слов не говорят. Он остался верен своей лире, своему слову и своей Родине, которую никогда не предавал. В отличие от других советских нарождающихся поэтов и писателей, которым пришлось смириться с существующим строем и петь дифирамбы, Есенин даже в самых щекотливых вопросах оставался Поэтом и Человеком.
— Вам легко далась эта роль? Насколько комфортно вы себя в ней ощущали?
— Комфортно, потому что я шел к этому очень давно. С детства. В семье был культ Есенина. «Культ», может быть, нехорошее слово («не сотвори себе кумира?»), но тем не менее, любовь к России и Есенину была у меня, в моей семье, с детства. А в 1995 году, в столетие со дня рождения Есенина, я сыграл его в театре, и играл семь лет подряд. Потом отец написал роман «Сергей Есенин» и сценарий, с которым я ходил по всем инстанциям и всевозможным продюсерским компаниям, дабы убедить их снять многосерийный фильм о Сергее Есенине. Не все верили, потому что слишком дорогой проект. Это историческое кино, требующее огромных средств. Но Первый канал воспринял идею, как имеющую место быть, они поверили, что это может быть грандиозно. И я рад, что работал именно с ними. Они молодцы, вложили большие средства, отнеслись к проекту серьезно: если нужна была американская актриса на роль Айседоры Дункан — была приглашена именно американская актриса, Шон Янг, — голливудская звезда, которая блестяще сыграла Айседору. Да и вообще актерский состав замечателен: Константин Хабенский в роли Троцкого, Гоша Куценко — Блюмкин, Катя Гусева — Миклашевская, Ксения Раппопорт — Бениславская.
— С какими актерами вам легче всего работается на сцене, на съемочной площадке?
— Со всеми, кто сами по себе очень искренние и добрые люди. Есть профессионалы — и я их люблю. Я отношусь к профессии искренне и со всей душой, и когда я вижу такое же отношение у партнера — просто рад работать с таким актером.
— Бывает ли у вас такое настроение, с которым сложно выйти на сцену? И если да, то как вы с этим справляетесь?
— Простоя понимаю, что это моя профессия, — вот и все. Каждый вправе выбирать ту профессию, которая ему нравится, а раз уж выбрал, то не криви душой, а работай.
— Далеко не все дети из театральных семей становятся актерами либо режиссерами. Что вас подтолкнуло к этой профессии?
— Моя околотеатральная жизнь. Постоянные походы в театр, отцовские спектакли, жизнь театральная (прошу не путать ее с богемной!). Меня забирали в театр, порой я сидел на репетициях. Но богему я не любил с детства, равно как и сейчас я ее не люблю.
— То есть вы не светский человек?
— Нет, меня вытащить куда-либо очень сложно. Если это все же происходит, то обычно мне это бывает глубоко неприятно, я очень мучаюсь на светских раутах. Пытаюсь играть и делать вид, что мне очень хорошо и что я как рыба в воде, а на самом деле это не так. Я люблю слово «работа» и «творчество». Для меня гораздо важнее новая роль, погружение в другую атмосферу, поездки и гастроли, встречи с новыми интересными людьми, нежели какая-то тусовка, развлечение, которое ничего, кроме тупой расслабухи, не приносит.
— Как же вы отдыхаете?
— Активный отдых! Люблю ездить по миру. Пассивно отдыхать можно и в ближнем зарубежье — например, приехать в Одессу. Здесь есть, что посмотреть, и в то же время можно полежать на пляже. Но если уж ехать подальше куда-нибудь — допусти, в Италию или Испанию, — то там грех лежать на пляже, там надо смотреть.
— Есть ли города, в которых вас не узнают на улицах?
— За границей. Единственно, там сейчас очень много русскоязычного населения. Русских много везде, и русское — это понятие объемное. И порой узнают даже иностранцы, но только те, которые по какой-либо случайности или по какому-либо знакомству с «нашими» видели «Бригаду» в переводе. Например, сейчас я был в Венеции (мы снимали сцену с Айседорой Дункан), и мой прилет ознаменовался тем, что в аэропорту нас встретила девочка, подбежала, и первое, что она мне сказала (с акцентом): «Саша Белый». То, что она говорила потом, я не понял, потому что говорила она на итальянском и еще на каком-то языке, а потом добавила: «Будапешт». Я знаю, что сериал «Бригада» идет в Болгарии, в Прибалтике и еще нескольких странах (его купили, как зарубежный сериал), и я понял, что его и в Будапеште, наверное, уже знают. К сожалению, знают именно Сашу Белого. И это обидно, потому что Саша Белый — это персонаж, ничего общего со мной не имеющий. «Бригада» — просто очень качественное телевизионное кино, тема его сама по себе манкая, щекотливая и смотрибельная. Мне очень нравится сериал «Участок», который снят «вкусно», хорошо и по-доброму. Настоящая русская деревня показана во всей своей красе, искренности и непредсказуемости — вот это я люблю. Не знаю? Может быть, отсюда и есенинское чувство любви к Родине. Что касается Саши Белого, которого я сыграл, — это просто герой, в которого я, может быть, добавил положительности, которой на самом деле нет и быть не может. А я просто решил сделать из него хорошего человека, и получился фантом, несуществующий персонаж, которого восприняли как живого человека, что само по себе немножко странно.
— Значит, люди вам верят?
— Да, верят, и я рад тому, что и другие мои роли смотрят и воспринимают. Другим героем, милиционером, я немножко смутил умы некоторых людей, потому что уж как-то непохоже это было на то, что я сделал в «Бригаде». Я просто сыграл двух антиподов — бандита и милиционера, и мне это было интересно. Два совершенно разных человека, даже внешне абсолютно разных. Одна медаль, но две разные стороны. Вот это мне нравится. И более нежному поколению девчонок больше нравится мой Кравцов, потому что он настоящий мужик. За ним — как за каменной стеной, потому что он настолько честный и положительный, что с него можно брать пример во всем. Например, герой из «Бригады» в некоторых ситуациях выглядит достаточно нелицеприятно: он мужественный, сильный, но есть за что его поругать. А герой из «Участка» — наоборот, кристально положительный во всех отношениях, отчего сам порой мучается. И с него брать пример не грех.
— Вы легко выходите из роли?
— Да. Но вхожу в другие роли постепенно. Вот сейчас, наконец, сбылась моя десятилетняя мечта — увековечить образ любимого поэта в кино. Это большой художественный телевизионный фильм, где мы впервые покажем зрителю свою версию гибели легендарного человека Сергея Есенина. Его знают и любят до сих пор. Потому что он свой, русский, его чувствуют. И что для меня было важно — в картине он таким и остался: своим, близким, русским. Надеюсь, что после выхода фильма хотя бы немножко сложится впечатление обо мне как о человеке, играющем не только социальные типажи — криминальные или, наоборот, правоохранительные. Хочется, чтобы посмотрели «Есенина» — и потом, встречая на улицах, говорили: «Да это Есенин!». А еще лучше — взяли в руки книги и заново открыли для себя творчество замечательного русского поэта. Я на 100% уверен, что так и будет, потому что вы увидите живого человека — и вам захочется его почитать, и вы опять найдете в нем столько современного и настоящего.
— Часть этого фильма снималась в Одессе?
— Да. В Одессе снимали пляж Лидо, остров Лидо (это рядом с Венецией). Так что часть Венеции мы сняли здесь, у вас в Одессе. Получилось не хуже — белый песок, голубое небо и зеленое море. Поскольку было немножко холодно, то получились просто ярчайшие картинки. Я видел отснятый материал. Одесситы могут гордиться тем, что мы здесь воссоздали Италию, и получилось очень ярко и красиво — такого нет даже в самой Италии. Я, когда был в Венеции, побывал на острове Лидо, в тех местах, где отдыхали Есенин с Дункан. Песок там коричневый. А у вас — белый. Но уж Венеция, извините, в фильме настоящая! Гондолы, гондольеры — реальные, специально ездили снимать. Отличить где что — невозможно, но вы знайте. Что часть этой Венеции снималась у вас (равно как и Баку). Просто в Одессе, оказывается, можно найти любой климат и снять все, что душа пожелает.
Свой профессионализм, о котором часто упоминается в интервью, Сергей Безруков в полной мере продемонстрировал несколькими часами позже, выступив нВ сцене Театра музыкальной комедии в отнюдь не комедийной роли авантюриста Феликса Круля. И это был как раз то случай, когда после встречи с прекрасным в собственной голове появляется новая пища для размышлений. Так что пожелание актера о том, чтобы зрители вернулись к чтению классики после просмотра нового фильма «Есенин» с его участием, кажется весьма осуществимым. Осталось дождаться осени.

1 сентября
Поздравляем сегодня всех школьников, студентов, а также мам и пап с началом нового учебного года! А в Театре Табакова сегодня – начало нового театрального сезона, предваряемое по традиции сбором труппы – впервые после летних каникул. Сергею Безрукову и всем актерам театра – новых ролей, творческого азарта, увлекательного поиска – и, конечно же, любви зрителей! А всех любителей театра – с началом нового театрального сезона!

14 августа
17 августа к юбилею Олега Табакова на 1 канале – премьера документального фильма Александра Мохова «Олег Табаков. Зажигающий звезды». Начало в 23.30
В фильме участвуют:
Олег Табаков, Марина Зудина, Антон Табаков, Павел Табаков, Мария Табакова, Евгений Миронов, Сергей Безруков, Константин Райкин, Алла Покровская, Алексей Серебряков, Валерий Фокин, Евдокия Германова, Сергей Газаров, Авангард Леонтьев, Андрей Смоляков, Ольга Хенк

25 августа
В понедельник 30 августа на телеканале Культура смотрите программу «Сати. Нескучная классика…» с Сергеем Безруковым и Андрисом Лиепой. Начало в 20.05
Много лет назад один венский священник нарушил тайну исповеди: он сообщил миру, что перед смертью Антонио Сальери признался в убийстве Моцарта. Антонио Сальери был автором более чем 40 опер, учителем Людвига ван Бетховена, Франца Шуберта и Ференца Листа. Но все последние 200 лет люди помнят Сальери только лишь как отравителя гения. Действительно ли было совершено преступление? Разобраться в тайнах этого детектива Сати Спиваковой помогут артист Сергей Безруков, который перевоплощается в Моцарта в спектакле МХТ им. А.П. Чехова «Амадей», и танцовщик, балетмейстер Андрис Лиепа, который танцевал партию Сальери в балете Большого театра.

Этот раздел обязан своим появлением на свет исключительно тому, что, к сожалению, на белом свете существует масса людей, которые любят на досуге придумывать нелепые истории, распускать слухи, – вобщем,  сочинять всякую ЧУШЬ. Иногда диву даешься, откуда чего берется? Но раз уж есть этот вирус, вся эта чушь несусветная,  приходится изобретать АНТИчушь. Итак, поехали…
Сергей Безруков снимется-таки в «Бригаде-2»!
Комментирует Сергей: «Я свою позицию не меняю, тем более в отношении «Бригады». Роль для меня закончилась в 2002 году, исключая небольшое камео, которое я сделал для Алексея Сидорова, когда он снимал «Бой с тенью». Это был cвоеобразный «дружеский автограф» в помощь режиссеру, с которым мы снимали большой проект, причем я сделал это совершенно бесплатно, просто из уважения к Алексею.
В течение 8 лет ко мне не раз обращались  со всевозможными вариантами сценариев продолжения «Бригады», но я всегда отказывался и отказываюсь. Еще раз становиться Сашей Белым я не хочу. Если создатели захотят использовать в новом фильме что-то из старого материала, отснятого 8-9 лет назад, запретить им этого я, к сожалениию, не могу – образ Саши Белого принадлежит создателям картины, продюсерам. Новых съемок с моим участием не планируется, и даже если мне предложат сняться в маленьком эпизоде, делать этого я не буду – для меня эта тема закрыта».

30 марта
Всем-всем-всем!!!
Дорогие мои, хорошие! Рад сообщить об официальном открытии моего антрепризного театра!
Спешу поделиться с вами этой новостью, потому что для любого человека, когда появляется свое дело, это поистине настоящая радость, а для актера – особенно. Появляется чувство независимости, чувство творческой свободы, а это порой так важно!
Пока мы играем спектакль «Страсти по Емельяну», в планах очень много самых различных постановок. Так что, поживем – увидим. Главное, начало положено!
Искренне ваш,
Сергей Безруков

Дорогие мои, хорошие!
Милые, прекрасные!
Очаровательные, ранимые, тонкие, полненькие:)))), умные, обаятельные, застенчивые и смелые, самые-самые-самые-самые!
Эпитеты можно говорить вам бесконечно. Так устроен мир, что без вас мы – никуда, без прекрасной половины человечества нет смысла жизни. Только благодаря вам мы пытаемся быть сильными и главными в этом непростом мире. Все наши победы – это, в конечном итоге, лишь подспудное желание привлечь ваше внимание к нам, чтобы вы оценили, чтобы вы полюбили. Вообще ваша любовь к нам способна вершить чудеса! Благодаря этой любви мы, мужчины, становимся сильнее, чем мы есть на самом деле, умнее, чем есть на самом деле, и представить жизнь без вас, без милых прекрасных женщин, просто невозможно. Не было бы ни стихов, ни песен, ни картин, ни романов, повестей, ни других произведений искусства. Вы – наше вдохновение, вы наша страсть к жизни! Бесконечно могу признаваться в любви вам, и в этот праздничный день, как ни странно, хотел бы пожелать всем мужчинам – найти свою половинку, найти ту, ради которой были бы все эти подвиги. Найти ту, в глазах которой вы будете и умными, и сильными, и самыми-самыми!!!
А милой и прекрасной половине человечества желаю быть найденными:)), и стать теми самыми половинками для нас, для мужчин.
Любви, любви, любви, и еще сто тысяч раз любви!!! С началом весны всех вас!
Искренне ваш,
Сергей Безруков

Сергей Безруков: “Высоцкого я играть отказался”
Красив. Хорошо сложен. Девки сходят с ума. Везунчик. Баловень судьбы. Ему всего-то 36, а послужной список — как у ветерана сцены. А уж улыбнется… Что тут скажешь? Мистер Обаяние собственной персоной — Сергей Безруков!
— Мистер Обаяние?.. — говорит он — и ни тени улыбки, только бровки поплыли, как у Пьеро. “Что-то не то?” — думаю я, а он:
— Надо же! Значит, надо постоянно улыбаться? Хорошо, главное, чтобы не подумали: дурачок.
— Ты напрасно иронизируешь. Ведь обаяние — редкий дар, и по пальцам можно пересчитать его обладателей — Миронов, Высоцкий, Мастроянни…
— Я помню, когда я только пришел в “Табакерку”, и уже пошли первые роли, про меня журналисты писали: “Обаяние молодости”. Вроде – молодец, но это пройдет. Сейчас мне 36, но как-то не проходит. Обаяние, не обаяние… Могу только сказать, что какую бы роль я ни играл, у меня ощущение такого (с кайфом! — М.Р.) азарта! Азарта, понимаешь?..
— Табаков — твой учитель. Но говорят, что своих учеников он не очень-то баловал: хвалил мало, приходил на занятия нечасто.
— Конечно, доставалось от него. Мне, например, досталось “4 с плюсом”, и это было плохо, потому что я заканчивал школу-студию с красным дипломом. Не потому что отличник — просто любил учиться. Но он мне по мастерству поставил “4 с плюсом” — за чрезмерное увлечение характерными ролями. Потому что во мне видел героя. Для меня же Ромео, Гамлеты и прочие как бы понятны, но так всегда хотелось приклеить бороду, из гумоза что-то сделать на лице… И до сих пор я чувствую нехватку таких ролей. Может быть, Чичиков в “Похождениях” — результат моей давней мечты. Вот я очень хотел сыграть Хлестакова, а мне дали Чичикова. Ну уж я в него вложил и Хлестакова, и Акакия Акакиевича, и многих других.
Но главное, чего мне хотелось добиться от Чичикова, — это эффекта осинового листа, такой, что ли, тремолы внутренней. Ведь ему и немного нужно было — всего каких-то 200 тысяч. Ну какой сегодня олигарх согласится на такие скромные деньги? Ему миллионы, миллионы подавай!!! А Чичиков за 200 тысяч дрожит, вибрирует, сидит на копчике, на кончике стула, в любой момент готовый сорваться, как воробышек, которого шуганули от хлебных крошек. Вот что не играли в Чичикове прежде и играю я теперь. И отсюда моя любовь к недоигранным характерным ролям. У меня ведь и Сирано с ужасным носом. Хотя мне говорили: “Серега, играй со своим”. А мне хотелось эффектного урода.
— Про Сирано еще поговорим. Ты вот лучше скажи: когда Табаков тебе поставил “4 с плюсом” и гонял за характерные роли, ты сказал себе: “Ну погодите, Олег Павлович, вот выйдем с вами на сцену, и я уж тогда…”
— Однажды Табаков сказал очень мудрую вещь, которую я запомнил на всю жизнь: “Я вас воспитывал для… себя. Вы должны быть мне партнерами по сцене. Не просто учениками, а чтобы с вами играть”. Согласись, куда приятнее, когда у тебя партнеры, в которых ты умираешь. И они работают честно, отвечают взаимностью.
— Поэтому в спектакле “Амадей” (он как Сальери травит тебя — Моцарта) ты на поклонах встаешь на колено перед ним и отдаешь свои цветы. Эффектно, но не слишком ли?
— Не всякий раз, могу сказать честно, делаю это. Но это спектакль Табакова, Табакова! После моей премьеры (а я играю Моцарта 13 лет) он позвонил в ночи и сказал: “Ты знаешь, Серега, если раньше в спектакле был один лирический герой — Антонио Сальери, то теперь их два”. Видать, это нужно было и самому Олегу Павловичу, и зрителю, который любит Моцарта, но и сочувствует Сальери, который убивает любя.
— Можешь ответить: на поклонах артисты считают цветы — у кого больше? Ну, как мерило успеха, что ли.
— Мне бывает очень неловко, что у меня их оказывается больше. Это ему нужно нести цветы, а я обойдусь. Как только прошел сериал “Бригада” и я для всех стал Сашей Белым, бандитом, мы приехали в Волгоград с антрепризным спектаклем. Смешная итальянская комедия “Искушение” на троих — Люба Полищук, покойная, Боря Щербаков и я. И вот в тех спектаклях, что были до “Бригады”, я пахал как всегда, но публика шла на Полищук и на Щербакова. Меня кто-то знал, кто-то смотрел по телевизору “Куклы”, но цветы несли в основном Любе и Боре, хотя за хорошую работу в спектакле и мне перепадало. А потом вышла “Бригада”, и в том же Волгограде я только появился на сцену, и — овация. Я даже остановил зрителя — невозможно было говорить: мне дальше играть, а они хлопают.
Ну, отыграли. И в конце овации были такие, что Люба с Борей постояли в сторонке, посмотрели-посмотрели и просто ушли. Я их звал, но они так и не вышли. Мне было обидно: получалось, что они не могли пережить чужой успех. Ну казалось, что им, при их звездности и народности? С чего взялась ревность? Я растерялся…
“Шлейф Саши Белого сыграл свою роль”
— Вот насчет Саши Белого хотела спросить. Этот отчаянный парень — твой ровесник. Можно ли в таком случае считать, что благодаря сериалу ты, мальчик из благополучной семьи, узнал бандитский мир, в который с улицы тебя никто бы не пустил?
— Вообще-то Саша Белый на четыре года постарше меня. В 90-е годы я закончил школу и сразу поступил в школу-студию. Я был лишен общения с улицей и только издали видел людей в малиновых пиджаках, с цепями. Для меня эти люди были где-то там, далеко. И когда я прочитал сценарий, мне по-мальчишески страшно захотелось сыграть гангстера. Я сразу увидел “Крестного отца”, “Однажды в Америке”… Проснулось что-то честолюбивое — потягаюсь-ка я с молодыми Аль Пачино, с Де Ниро.
Поиграть с пистолетиками, надеть кожаное пальто или сесть в крутой “мерс” — ребячество, но тут… Оказалось, что помимо этой бравады надо сыграть много серьезного. Есть, например, сцена, когда после смерти матери Саша приходит в дом, а там все зеркала завешены черным, и он говорит с умершей матерью. Операторов на съемках этой сцены просто колотило. Или финал, когда Саша потерял всех ребят. Ко мне подошел Леша Сидоров, режиссер: “Серега, сейчас солнце взойдет, а нам нужна ночь. Похоже, будет один дубль, поэтому, прошу тебя, соберись”. Ну, я — человек театра, мхатовской школы — собрался, и… Это такой химический процесс (рассказать невозможно) и вера в предлагаемые обстоятельства. Я поверил, пошел, а дальше себя отпустил. Организм сам подсказывал, как вести себя в данной ситуации. Я готов был разорвать всех за своих друзей и заорал так, что люди шарахнулись и мурашки пошли по коже: все кончено, рухнул мир. И это все за один дубль.
— После “Бригады” ты получил кредит доверия у криминала, как в свое время Валентин Гафт после “Воров в законе”?
— Я не знаю, насколько этот кредит открылся, но поклонников у этой роли было много. Сейчас, когда я сам стал продюсером, некоторые мои инвесторы вспоминают Сашу Белого. Понятно, что они давали деньги на мою сказку мне, но шлейф Саши Белого сыграл свою роль. С другой стороны, я знаю людей, которые на дух не принимают эту роль. И для них куда важнее роль моего участкового (сериал “Участок”. —М.Р.). Мне потом многие говорили: “Серега, ты как-то хитро себя повел в этом сериале”. “Как?” — спрашиваю. “Да ты ничего не играл”. А я ничего и не играл, потому что пошел по пути созерцания: мой участковый сидит и как будто со стороны изучает людей и жизнь с ее особенными законами.
— Может, твой участковый — единственный, кто может сегодня реабилитировать милицию в глазах общества.
— Может быть. Кто-то в него поверил, а кто-то скажет, что таких участковых не бывает. Зато дети всегда просят меня: “Скажите голосом Цезаря”. Что-то в нем есть от Анискина, от Золотухина из “Хозяина тайги”…
“Ощущение звездности для меня — смешное понятие”
— Сережа, внеси ясность: все-таки ты будешь играть Высоцкого в сериале по сценарию его сына Никиты или не будешь?
— Я не буду играть Владимира Семеновича, чтобы успокоились те, кто этого так не хочет. Я был и остаюсь поклонником этого великого человека, артиста, поэта. Я продолжаю петь его песни, но играть его отказался.
— Ясно, что дело темное. А ты помнишь свою первую роль в кино?
— Еще бы. “Ноктюрн для барабана и мотоцикла” назывался. Мне так повезло, потому что моим партнером был Армен Борисович Джигарханян. Я помню, что во время съемок я жутко куда-то опаздывал, нервничал, а он сказал мне: “Сынок, чего ты нервничаешь? Кино такое дело — ты отдыхай. Это пускай они нервничают”. Такое тонкое замечание я запомнил навсегда. Он — великий мастер. Великий!
— Простой, не культовый фильм “Китайский сервиз” — судьбоносный для тебя?
— Да, там мы познакомились с Иришкой. Ну, если быть честным, несколько раньше у нас все началось.
— Вот с этого места поподробнее, пожалуйста.
— Пусть останется тайной, где и при каких обстоятельствах мы с Иришей познакомились. И как все было. В “Китайском сервизе” снимались, уже находясь в романтических отношениях.
— Предполагал, что они перейдут в более серьезные?
— В 24 года предполагать что-либо сложно. В 24 ты такой хулиган, и тебе море по колено. Все считали, что я по жизни абсолютный баловень, но я всегда трудился, я пахал. Боже, сколько я работал! “Псих” в “Табакерке” на выпуске и параллельно в ермоловском театре — “Жизнь моя, иль ты приснилась мне”, роль Есенина. Никто не верил, что я выдержу такие космические перегрузки: два спектакля на разрыв аорты, на надрыв голоса и психики. Премьеры шли с разницей в два дня. Кстати, на Есенине я впервые узнал, что такое настоящие овации, когда 800 человек, одним дыханием и криком… А ведь я тогда еще не был Сашей Белым.
— В общем, ты почувствовал, что такое держать мир в руках и жизнь за хвост?
— Было такое ощущение, но я его честно отрабатывал. Может быть, поэтому ощущение звездности — это для меня такое смешное понятие, такое относительное. “Мы — звезды”, — слышу я и смотрю на ребят: ой-ой-ой, думаю… Если тебе Бог дал роль, которая понравилась зрителю, — береги ее и работай честно, потому что в любой момент отберут, и Он (показывает наверх. — М.Р.) тоже отберет, если ты зазнался, зазвездился.
Вот у меня есть такая формула интересная: когда ты начинаешь чувствовать себя звездой, надо вспомнить, что никогда не будешь ярче той, что на небе. Ни-ко-гда! Поэтому скромненько веди себя, работай… И когда мне говорят, что я себя загоняю, я думаю: “Не-е-т, буду работать, сколько Бог даст”. Есть Иришка, есть другие люди, кто сдерживает и дает мне по голове: “Надо отдыхать”. Но в нашем деле есть такое упоение! (Так в детстве едят мороженое. — М.Р.) Ну да, бывают депрессии, плохое настроение, но выходишь на сцену — и, как говорят во МХАТе, “делом занимаешься”, т.е. партнерами, ролью, а не своими ощущениями. И депрессия уходит.
Я вот сейчас отыграл в Ростове свой спектакль “Хулиган”. Я его сделал, потому что почувствовал недосказанность после сериала “Есенин”. Там мало было стихов, а мне хотелось, чтобы они звучали. И я придумал такой ход: поэт приезжает в город, ему идут провокационные вопросы из зала и потом — стихи. Он исповедуется перед людьми: его слезы, его эмоции…
“Сдохну, но сделаю”
— Только честно: бережешь голос?
— Знаешь, он от перегрузок, мне кажется, еще больше закаляется. Я не опереточный артист, и для меня исполнение песни — это прежде всего актерский характер. Вот я читаю “Черного человека” — поверь, это страшно звучит… Ни один вокалист не возьмется: сначала ты рвешь связки, а потом поешь. Но я делаю такой эксперимент над собой.
— Если бы существовала машина времени, с кем бы из актеров прошлого ты хотел выйти на сцену?
— Ну, с Грибовым, Яншиным. Интересно было бы поработать с Михаилом Чеховым. Эх! Загадка он, загадка! Эзотерика, другой подход к технике. Это, что называется, для продвинутых дайверов. Михаил Чехов, выросший из Станиславского, как медиум, искал что-то особенное в ролях. Не сам от себя шел к образу, а образ начинал диктовать ему некое состояние.
— Это очень опасно, спроси психиатра.
— Опасно, но очень интересно.
— Можно сойти с ума или заиграться.
— Периодически бывает. И с ролью Саши Белого было. Помню, когда я приходил домой после съемок, Иришка смотрела на меня и говорила: “Стоп, стоп, вот все, что в тебе есть, оставляй за дверью”. Когда ты живешь своим героем, взгляд меняется, энергетика, речь. Даже в быту меняются отношения, как будто в тебе сидит другой человек. В “Есенине” так было у меня, в “Пушкине”. Страшно. Можно заиграться, может не хватить не то что кислорода при погружении на глубину, а смеси, и тогда ты там останешься навсегда.
— О, чувствую дайвера со стажем! Погружаешься?
— Знаю что говорю. Мы с Иришей проходили обучение этому делу на Дальнем Востоке — там один из лучших клубов. Удостоверение есть. Ходил на 28—30 метров, но технодайвом не занимался.
В нашем деле есть эффект машины времени, когда ты переносишься в другие времена: надел, скажем, камзол — и ты в XVII веке, а визитка, фрак, сюртук гарантируют век XIX. Я не служил в армии, но китель, когда я его надел в “Адмирале”, сразу диктовал определенную осанку. И я уже руки высоко не поднимал, как простолюдин, — все движения только от локтя (показывает, как учился манерам с книжками под мышками. — М.Р.). И хотя я происхождения крестьянского абсолютно, в какой-то момент что-то щелкает внутри.
— В “Адмирале” ты работал без дублера?
— Да, без дублера. Но первое падение в воду с конем делал каскадер. Поскольку конь провалился целиком и нужен был монтажный подхват, мне пришлось залезть по горло в воду. Конь падал на меня, и мы так вместе выбирались. Не очень приятно барахтаться в ледяной воде.
— А в “Июне 41-го” ты, как русский Рэмбо, уничтожал в одиночку немцев. Прости, но как-то не верится в правдивость этой истории.
— Да ничего в нем от Рэмбо нет. Рэмбо воевал с армией, а этот — со взводом. Спроси любого военного: взвод для него — это не враг, а фактор внезапности. Тем более в первые дни войны, когда немцы считали себя абсолютными победителями и расслабились. Вот когда ты играешь такого человека, значит, все должно быть по-настоящему — роль диктует. Я практически делал все сам, только с дамбы прыгал каскадер. А я срывал руки в кровь, когда тащил в гору пограничный столб, увязая в песке, — мне важны были эти ощущения. Это мне добавляло жесткости и злобы на самого себя — я должен, должен допереть этот столб! Сдохну, но сделаю. А что ты предлагаешь? Сидеть в теплом вагончике? Но в шоколадном состоянии, когда с тебя сдувают пылинки, и такое сыграть невозможно. “Ой, какой я грязный! Ой, принесите мне апельсиновый сок!” Нет, надо самому все испытать: мороз — значит, мороз, грязь так грязь, падение, нечеловеческая усталость, ледяная вода…
“Я просто дрался за свою любовь”
— А что ты испытал, когда играл Иешуа в “Мастере и Маргарите”? Трудно быть Богом?
— Я играл не Бога, я играл философа, экстрасенса, доброго человека. И сейчас я очень тоскую по состоянию, которое у меня было тогда, — ощущение доброты и света внутри. Я тогда серьезно постился. Это Булгаков придумал такого Бога — с фингалом под глазом, который потирал затекшие от веревок руки. И у Булгакова этому посвящен целый абзац. Сила духа, сила мысли — вот во что мне надо было поверить, испытать. Этого сейчас мне сильно не хватает.
— Ты часто нарушаешь замысел режиссера? Например, в продолжении “Иронии судьбы” твой Ираклий оказался симпатичнее главного героя. Перешел дорогу Хабенскому?
— Ни в коем разе: Косте нельзя перейти дорогу. Мы с ним большие приятели. Я просто дрался за свою любовь, потому что в первом фильме Ипполит (гениальный, ну какой же гениальный Яковлев!) с самого начала был обречен на провал. Здесь же мне дали карт-бланш. Энергичный современный человек борется за свою любовь, а его подставляют так, что он невольно вызывает симпатию. Пойми, он человек из будущего, а будущее и настоящее не сочетаются.
— И вот про Сирано — твою последнюю грандиозную работу в театре…
— Я перечитал Ростана и понял, что каждая сцена цепляет и отзывается во мне. Тут же стал импровизировать. Придумал, что они с Роксаной — ровесники и съезжают с горки на задницах, как в детстве. Гасконцы — это горцы, поэтому Сирано у меня в бандане. То, как играли артисты ранение у Сирано: “царапина, пустяк”, — у меня вся рука располосована. И этой раненой рукой он с силой бьет об стол, чтобы заглушить душевную боль: “Я не любим!” А в финале — опять детские голоса: “Сирано, Сирано…” Ведь смерть — это уход в детство. Как бы я хотел сыграть своего “Сирано” в Париже! В переводе Соловьева, в котором и идет спектакль, “Париж средь мрачной тишины, как призрак опустевшей сцены…”.
“В быту со мной легко”
— Деньги — это зло или благо?
— Искушение. А для меня — возможность реализовывать собственные проекты. Нет, я на деньги совсем не заточен, но так устроен мир, что от денег зависят мои идеи.
— Ты хочешь иметь свой театр? У Табакова — два театра, у Евгения Миронова — тоже уже театр.
— Зарекаться не буду. Я дозрел до того, что уже могу встать по ту сторону рампы. Пока у меня появился свой продюсерский центр, который делает кино. Плюс есть спектакль “Ведьма”.
— Ты не уходи от ответа насчет собственного театра.
— Как сказал бы Василий Иванович: наукам не обучен. А я бы сказал: не знаю всех ручейков-пригорочков административной жизни театра. Возможно такое, но при хорошем директоре. Я могу что-то придумать, найти тему, угадать направление, у меня хорошая интуиция. Но нужен хороший директор. Честно — пока не готов.
— Ты как муж — подарок или наказание?
— Можно перефразировать: тот еще подарочек. Думаю, что в быту со мною легко, я человек покладистый.
— И тем не менее ты же увел женщину из семьи.
— Тут надо говорить, что семья существует тогда, когда есть любовь. Не увел. Просто любви там не было. А мне было море по колено. И когда мы встречались, это была лишь романтическая влюбленность без каких бы то ни было перспектив. Потом, когда уже Ириша стала свободной, это переросло в желание иметь семью. Кстати, столько добреньких темненьких людей предсказывали нам и развод, и желали столько “хорошего”, а мы — вместе. Держаться надо, держаться. И потом, выбор всегда остается за женщиной — либо так, либо иначе. Есть шутка замечательная: женщина — это хранительница очага, в котором сгорает семейный бюджет.
— Дети или карьера? Тебе, между прочим, 36. Пора — не пора? Или только карьера?
— На все воля Божья. Могу только сказать, что работаем в этом направлении.
— Талант — это дар или наказание?
— Конечно же дар. Но и наказание. Расплачиваться приходится. Когда что-то есть, то и отдаешь что-то — одно другое замещает. Раз есть успех, значит, у тебя что-то заберут. Каждый раз, выходя на сцену, надо поражать и удивлять. Каждый раз… И это, наверное, наказание.
— Чичиков, Есенин, Пушкин, Глумов, Сирано и другие. Ты уже столько переиграл — тебе не страшно?
— Страшно, что не успею все сыграть. Играть одно и то же мне скучно. Я продвинутый дайвер, из глубоководных, у которых всегда есть риск не вернуться. Но я все равно пойду на глубину — испытать свои нервы, здоровье. Говорят, что отсутствие адреналина — это болезнь для адреналинщиков. Я как раз из этих.

Сергей Безруков в пятый раз подряд занимает первое место в рейтинге «7 Дней» в номинации «Самый популярный актер». Это – абсолютный рекорд нашего опроса, превзойти который в ближайшее время вряд ли кто сможет. Беседовать с актером №1 нам пришлось в гримерке МХТ после спектакля – другого времени для общения у чрезвычайно занятого и такого погруженного в творчество Безрукова просто не было.
- Когда узнал, что вновь победил в вашем опросе, мне было приятно, и немного неловко. Спортивный азарт в нашей профессии необходим. Но я предпочитаю просто работать, а не пытаться в очередной раз понравиться зрителю и уж тем более «работать» на рейтинги. Ведь я по-прежнему ничего особенного для популярности и не делал. Не снимался в рекламе, не участвовал в телешоу (за меня это делали ребята из «Большой разницы» – количества пародий на меня там не счесть). Но новых ролей у меня действительно было много. И каждая из них просто подарок судьбы для меня – Сирано, Фигаро…
О Фигаро мечтал давно. До сих пор помню абсолютно потрясающий «Безумный день…» в Театре Сатиры и гениального, легкого Андрея Миронова в главной роли. Понятное дело, «завидки брали» и так хотелось сыграть своего Фигаро. И вдруг в Театре Табакова решили ставить Бомарше! Кстати, когда шли репетиции, я на себе почувствовал, что значит выражение «Фигаро здесь, Фигаро там». В это время я параллельно начал работу над кинопроектом «Самая реальная сказка» и спектаклем «Страсти по Емельяну» – в них обоих я и актер и продюсер (в начале 2009 года я создал свою продюсерскую компанию). В перерыве между репетициями «Фигаро» я прибегал из МХТ в ближайшее кафе. Там с кинорежиссером Андреем Мармонтовым работал над нашей «Сказкой» – сначала мы придумывали саму историю, потом писали сценарий. Потом бегом возвращался в театр и превращался в Фигаро. Затем летел в Казань – смотрел место, где планировались  съемки, вел переговоры с инвесторами. Продюсерство оказалось очень сложным делом – несколько месяцев жил в состоянии стресса… Наблюдая мои бесконечные перемещения в пространстве, Олег Павлович Табаков – Граф из «Женитьбы Фигаро» – даже как-то спросил у меня: «Какой длины путь ты себе отмерил при такой занятости? 75 лет или ….» Я подумал и сказал: «Олег Палыч, намек понял, я хочу, как вы» Он улыбнулся: «Тогда побереги себя!» Мы с Олегом Павловичем вместе работаем не в одном спектакле. И я каждый раз убеждаюсь, что он великий мастер. Несмотря на свои лета, он выходит на сцену и заводит зал – это высочайший класс!..
В театре я уже больше 20 лет. Но до сих пор на сцену выхожу с трепетом. Значит, еще жив, как актер (Смеется) Правда, когда у актера уже есть успешные, по мнению зрителей, роли, в каждой новой работе приходится заново подтверждать «заслуги». Зритель иногда приходит в театр с претензией: «Ну-ка, удиви-ка нас». Я эту ответственность ощущаю – отсюда порой лишние нервы, мандраж. Мой отец Виталий Безруков, много лет проработавший в театре Сатиры, вспоминал, как Анатолия Папанова просто колотило перед премьерой. Батя однажды спросил его: «Почему вы волнуетесь – Вы, Папанов?! Люди счастливы уже тому, что просто видят вас!» А тот ответил: «Нет, Виталий, каждый вечер нужно доказывать, что ты – Папанов» Да, каждый спектакль надо максимально «тратиться». Хотя от случайностей никто не застрахован. В начале 2009 года на гастролях в Минске мы играли на огромной площадке – во Дворце Республики. Из-за огромных размеров помещения пришлось повесить над сценой микрофоны. И все равно мы говорили на повышенных тонах, перенапрягали связки. Поэтому на второй день я попросил микрофоны-петлички. И «как в воду глядел»: у исполнителя роли Ле Бре Игоря Копылова во время нашей с ним сцены пропал голос – видимо, сказалось вчерашнее перенапряжение. Катастрофа! Но я тут же сообразил и в секунду тоже перешел на шепот. Самое удивительное, что из-за этого наша сцена получила новый смысл! Я как будто тихо делился с другом самым сокровенным: «Ты любишь, Сирано? – Уже который год…» Так что зал ничего не заметил…
Актерство это все-таки тяжелый труд, даже каторжный. У нас не бывает больничных – раз билеты проданы, надо играть. И еще моя любимая профессия совершенно не оставляет времени на отдых. Неделя на море с отключенным телефоном – для меня это нереально. Да просто свободные вечера в семье, с Иришей, или поездка к родителям, которые живут всего в 15 минутах от нас, бывают очень редко. Очень хочется свободы, отдыха, но пока о них я только мечтаю…

Фильм "Адмиралъ", с успехом прошедший год назад практически во всех кинотеатрах страны, превратился в сериал. Премьера показа телевизионной многосерийной версии картины состоялась в понедельник. Телепроект состоит из десяти серий, и создатели называют его не иначе как эпопея.
Режиссер фильма Андрей Кравчук, как пишет газета Время и Деньги, заявил: "Многосерийный фильм "Адмиралъ" – это эпопея, в ней значительно больше точек зрения на судьбу адмирала Колчака, появляется больше сюжетных линий и героев. В кино – и телеверсии совпадает совсем небольшое количество эпизодов, в основном это сцены экшн".
Вопреки мнению скептиков, создатели уверяют, что сериал будет интересен для просмотра даже тем, кто год назад видел фильм на широком экране. Как пишет КП, у картин были разные сценаристы. Сценарий полнометражного "Адмирала" писал Владимир Валуцкий, а для телевизионного сериала – знаменитая Зоя Кудря ("Курсанты", "Граница. Таежный роман", "Пелагия и белый бульдог" и др.).
Каждая серия, по словам авторов, имеет свое название и является самостоятельным эпизодом, поэтому уместнее называть этот проект историей жизни адмирала Колчака в 10 фильмах. Причем, история эта изложена более развернуто и детально.
Сергей Безруков, исполнитель роли генерала Каппеля в полнометражном фильме и, соответственно, в многосерийной картине "Адмиралъ" в интервью "Российской газете" рассказал: "То, что можно рассказать за 10 серий, невозможно вложить в один фильм. Потому что существует формат кино со строго определенным лимитом времени. В телеверсии появится более объемная картина, более подробная история любви Колчака и Тимиревой. Неспешное и подробное повествование, которое может позволить многосерийный фильм, выигрышно для исторической картины".
Основой развития сюжета в полнометражном фильме служила история любви Колчака и Тимиревой, все остальное отходило на второй план. В формате сериала это упущение будет восполнено. Линия супруги адмирала Софьи Федоровны, которую играет Анна Ковальчук, в телепроекте будет представлена значительно более полно. Также куда больше времени будет и у супруга Анны Тимиревой Сергея (его исполнил Владислав Ветров). Однако этого создателям сериала-эпопеи показалось мало. По словам режиссера, в телевизионной киноленте появятся и другие интересные работы: одну из ролей, например, сыграет Барбара Брыльска, которая в кинокартине появлялась только в одном кадре на общем плане; полноценно раскрываются герои, которых играют Кирилл Плетнев и Егор Бероев. Виктор Раков, Кирилл Пирогов, Андрей Руденский, Лариса Малеванная, Анатолий Лобоцкий появляются только в многосерийной версии фильма, сообщает газета Время и Деньги.
Но и на этом сюрпризы не закончатся. Впереди главная неожиданность. Как уверяет режиссер, финал телесериала будет отличаться от окончания полнометражного фильма! Всех секретов съемочная группа раскрывать не хочет – придется ждать.
Стоит отметить, что Кравчук пошел к съемкам серьезно: он изучил все труды об эпохе, мемуары, протоколы, дневники, опросил историков и собрал мнения экспертов, в том числе прочитал научную работу Колчака об образовании льдов. Сценаристы старались максимально восстановить речь героев по письмам, а военные сражения – по известным хроникам. Некоторые платья героинь Анны и Софьи являются копиями их настоящих нарядов, которые также были воссозданы по фотографиям и картинам того времени.
В целом на съемки фильмов ушло 5 лет, а бюджет обеих картин составил 20 млн. долларов. И только время покажет, насколько это было оправданно. Время и рейтинги.

я желаю сваему самаму любимаму  актеру насыете  щястья здоровье любви и много новых главных ролей в кино и тятре

сергей безруков  это супер
сергей безруков  это класс
сергей безруков я люблю вас
сергей безруков  аиловью

Каникулы строгого режима
 
Монтажно-тонировочный период

По мотивам одноименного романа Андрея Кивинова и Федора Крестового

Это история о том, как двое не самых молодых людей (Кольцов и Сумароков) волею судьбы оказались вожатыми в пионерском лагере в компании в меру энергичного руководства и не в меру энергичных детей. Все бы ничего, да только попали они туда прямо с арестантской шконки. В лагере бывшие заключенные терпят самые разнообразные издевательства со стороны детей переходного возраста в лучших традициях пионерских лагерей. От стараний любыми способами сделать свой отряд лучшим и достойным заветной награды — поездки в Петербург, Сумароков и Кольцов раскрывают в себе уйму талантов и нерастраченного душевного тепла…

Режиссер — Игорь Зайцев

В ролях: Сергей Безруков, Дмитрий Дюжев, Алена Бабенко, Владимир Меньшов, Александр Лыков и др.