ВНИМАНИЕ! ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС!"НАПИСАНО ПЕРОМ"
В Конкурсе может участвовать любой автор произведения объемом от 5 а.л. на русском языке. Возраст, цвет кожи, вероисповедание – не имеет значения. 
ПОДРОБНОСТИ >>> 
http://napisanoperom.ru/Konkurs/ 

Награды
 
1. Победитель в каждой номинации получает контракт с издательством на издание и распространение книги в электронном и бумажном виде.
2. 01 сентября 2012 года после подсчета купленных конкурсных произведений объявляется размер Призового Фонда Конкурса, который делится поровну между победителями.

Писатель-фантаст Василий Звягинцев


Делаю страничку об известном писателе-фантасте Василии Звягинцеве. На страничке довольно полно представлены интервью, данные автором в разные годы. Несколько фотоальбомов. Для тех, кто хочет больше узнать об авторе "Одиссей покидает Итаку", предлагаю ссылку:
http://zelenokumsk2006.naro...

1) Роджер Макбрайд Аллен, "Инферно" (Москва, "ЭКСМО-пресс", 2000);
2) Роджер Макбрайд Аллен, "Валгалла" (Москва, "ЭКСМО-пресс", 2000);
оба
- из серии "Стальная крыса"; почему на обложках написано "Айзек
Азимов", не известно никому (полагаю, что даже и редакции издательства)
— видимо, это была такая тонкая "шутка юмора";
3) Фредерик Пол, "Дальние берега времени" (Москва, "АСТ", "Ермак", 2003) из книжной серии "Золотая библиотека фантастики".
Все три книги — покетбуки.
Состояние у всех — хорошее.

4)
Сборник фантастических произведений Сергея Синякина "Владычица морей"
(Москва, "АСТ", 2000, серия "Звёздный лабиринт"): роман "Владычица
морей", повести "Феникс" и "Время Апокалипсиса" и рассказ "Скучный
вечер на Марсе".
Прекрасное состояние.

5) Последнее произведение Бориса Штерна.
Как
охарактеризовал его сам покойный автор, "фаллическо-фантастический
роман из жизни замечательных людей" "Эфиоп, или Последний из КГБ".
Москва, "АСТ", Донецк, "Сталкер", 2002.
Хорошее состояние.

6) Сборник произведений Итало Кальвино.
Серия "Мастера современной прозы", издательство "Радуга", Москва, 1984.
Содержание:
романы "Тропа паучьих гнёзд", "Несуществующий рыцарь", "Раздвоенный
виконт", "Барон на дереве", повесть "Облако смога", рассказ "Путь в
штаб".
Состояние книги хорошее.

7) Последний роман Ф.К. Дика.
"Свободное радио Альбемута".
Необычно даже для Филиппа Кендредовича.
Рассказывать бесполезно — лучше прочитать.
Москва, "Аст", 2002. Прекрасное состояние.

8) Научная фантастика в мягкой обложке обычного формата:
А) Клемент Хол, "Звёздный свет" (СПб, "Сфинкс", 1994, обычный формат), состояние облжки удовлетворительное;
Б) Ольга Ларионова, "Сказка королей" (повести и рассказы, Ленинград, "Лениздат", 1981), состояние книги на "3";
В) Леонид Панасенко, "Без вас невозможно" (повести и рассказы, Киев, "Молодь", 1987), состояние книги на "4";
Г) Олесь Бердник, "Звёздный Корсар" (Москва, "Советский писатель", 1991).

Могу недорого продать.
Если заинтересует — пишите лично.

Предлагаю назначить модератора для раскрутки и расширения сообщества. Предлагаю свою кандидатуру!!!!!!!!

Матвей никогда в жизни никому не верил. Не верил родителям, не верил воспитателям в детстве,  преподавателям в школе, не верил профессорам в университете. Не верил друзьям и, особенно, девушкам, так как не единожды был обманут представителями слабого пола. Отчего-то эти самые представители
неохотно шли с ним на контакт. А если уж и соглашались на общение, то очень
быстро разочаровывались в возможностях Матвея и тихо, без объяснения причин,
исчезали. Может виной тому была нескладная фигура, с выдающимся животом, а
может быть, их отталкивало мясистое, побитое жирными прыщами лицо юного
геолога, недавно покинувшего стены Альма-матер, Саратовского Государственного Университета. 
Не поверил он и указанию директората явиться в экспедицию на Сеймуре. Точнее, не верил, пока не оказался
в вертолете, медленно ползущим над бескрайним зеленым полотном тайги, несущем его в   далекий, заброшенный рабочий поселок на краю света, в котором расположилась геологоразведочная экспедиция. 
— Ну, вот и прибыли, — громко возвестил пилот, когда тяжелая машина, взбивая воздух гигантскими крыльями, приземлилась на небольшой полянке. 
Распахнулся громадный люк, выпуская Матвея из железного чрева воздушного миксера. 
Вдыхая влажный, пахнущий плесенью воздух, Матвей шагнул вперед, не ощущая под ногами твердой земли, лишь упругий ковер необычайно густой травы, легкое головокружение и звон в ушах.  Встряхивая головой, огляделся. 
Никого. Никто его не ждал, никому он не нужен. Только сгущающаяся тьма, осторожно выглянула из-за деревьев. 
— Ну ладно, я полетел, — пролепетал вертолетчик, испуганно посматривая  на громадные сосны, окружающие поляну.  
— Ты иди! Прямо! Вот туда, — махнул пилот рукой в сторону едва заметной тропинки, исчезающей между толстыми стволами.   — Метров через пятьсот увидишь старые бараки.  Там где-то и ваши.  
Матвей уставился на вертолетчика.
— Место дурное, — шепотом оправдался тот, ловя удивленный взгляд. 
Весельчак и балагур, всю дорогу травивший анекдоты, вдруг превратился в испуганного  мужичка. Беспрестанно оглядывался и сутулился, словно старался выглядеть как можно незаметнее.  
— Все! Полетел я.
Тяжелый люк быстро захлопнулся, и мощные винты, оторвав тяжелый аппарат от земли, потащили его прочь от поляны. 
«Черт! Вечереет уже, — подумал Матвей, шагая по узкой извилистой тропинке.  — Успеть бы до темноты до лагеря добраться».
Чем дальше от поляны он уходил, тем быстрее становился его шаг. 
«Место дурное, — крутились в голове слова пилота, а мозг лихорадочно придумывал причины странного поведения вертолетчика.
« Чушь все это! Не верю!» — сдался мозг геолога-практиканта, уставший от долгих размышлений. 
— Лес, как лес! - успокоил себя Матвей, наслаждаясь собственным голосом, прозвучавшим в густеющем мраке
особенно громко.    
— Мяуу!  — истошно завопила, дурная кошка над головой,  и что-то темное и бесформенное вспорхнуло с
веток и умчалось в непроглядную вышину. 
«Кошки не летают! — поправил себя Матвей. — Да и откуда кошки в глухой тайге, да еще на дереве?» 
«Совпадение! Вначале заорала кошка, а потом…» — решил он. 
Улыбаясь своим страхам, он вдруг заметил, что сумрачный лес, тут же, просветлел. 
Послышались отдаленные голоса, и за скрученными ветвями густого кустарника замелькал яркий огонек. 
Обойдя переплетенные заросли, вставшие на пути, Матвей вышел на окраину заброшенного поселка. Двухэтажные полуразвалившиеся деревянные бараки, стоя рядком, мертво пялились друг на друга черными провалами лишенных стекла окон. Сразу за бараками  приютилось маленькое здание с тусклой, покореженной вывеской «МагазинЪ», с тяжелыми, чугунными буквами и распахнутыми дверями, болтающимися на проржавевших петлях. 
— Скрип, скрип! — громко пищат двери, мерно раскачиваясь. А кругом запустение. 
Серые потрескавшиеся стены, дрожащие отблесками пламени в свете костра, горячий треск алых головешек и противный скрип деревянных створок.
Несколько больших армейских палаток робко высовываясь из-за унылых бараков, прижались к большому столу из свежеструганных досок, в которые уткнулся человек в замызганной телогрейке. 
Матвей прислушался к голосам, доносившимся из дальней палатки.
— Пять дней без сна — больше я не смогу, — басил тяжелый мужской.
— Я уже на пределе, — вторил ему голос, потоньше и помоложе. 
Матвей громко кашлянул, стараясь привлечь к себе внимание. 
Голоса тут же смолкли. 
Подойдя к столу,  Матвей присмотрелся к спящему  мужчине. 
Бородатый мужчина, с крупными чертами лица, спал прямо в тарелке, с остатками гречневой каши. 
— Митрич? —  донесся шепот из палатки. Полог отодвинулся, и в щель высунулось серое лицо, с воспаленными глазами. Всклоченные волосы шевельнулись, покрасневшие глаза на мгновенье пропали за густыми ресницами, упавшими вниз, затем вцепились испуганным взглядом в Матвея.
— Ты хто? — поинтересовался обладатель замученного лица и тут его взгляд коснулся спящего бородача. 
— Митрич уснул! — завопил он, исчезая в глубине палатки, и через секунду из нее высыпали возбужденные мужики.
—  Сейчас начнется! 
— Я Егоров, практикант, — попытался представиться Матвей, но его грубо отпихнули в сторону. 
— Некогда! — прошипел над ухом чей-то голос.  — Сейчас начнется наступление Муяк.
— Муяк? — переспросил Матвей.
— Прищельцев! —  выпалил мужчина, с опухшим лицом и тяжелыми мешками под глазами.  
— Я бригадир, Михаил, — розовощекий парень, лет тридцати,  больше похожий на
большого доброго медведя, чем на человека разумного, на мгновенье приблизился к
растерянному Матвею и, оглянувшись, посмотрел на темную стену леса. 
— Беги! – зашипел он громко.
— Куда бежать? Зачем? — шарахнулись в голове испуганные мысли.
Матвей, глядя на мечущихся мужиков, шагнул в темноту. Упираясь в железную печку, вставшую на его пути,
обнаружил низенький покосившийся колодец. 
— Куда? — зарычал за спиной голос бригадира. 
— Мяяуууу! — жутко завыло из колодца.
— Уууу! — зловеще застонала сирена.
— Кто не спрятался, я не виноват! — предупредил странный хрипловатый голос из глубины, когда Матвей приблизился и, все еще не веря в реальность происходящего, заглянул в прохладную бездну.
— Уходи! — завопил, пробегающий мимо, взъерошенный и грязный, незнакомый человек. 
Что-то жуткое посмотрело на Матвея  из глубины, и он отпрянул, падая
на землю, успел ощутить себя полным кретином, но, не раздумывая, вскочил и
рванул прочь, на ходу замечая тень, выползающую из мокрой темноты. Он бежал за
улепетывающим бригадиром, думая, что тот хочет побыстрее спрятаться в бараках,
но бригадир, услышав призывное «Мяу» из проема слепого окна, затормозил, словно
натыкаясь на невидимую стену и, развернувшись, припустил в обратную сторону,
прочь  от развалин. 
«Как они без женской ласки обходятся, ведь до ближайшего поселения верст двести — не меньше», — подумал Матвей ни с того, ни с сего, но обдумать интересную, но неуместную  мысль 
не успел.
— Не стой! — резануло сбоку, и он продолжил свое позорное бегство, чувствуя тяжесть в уставших ногах и зарождающееся в  душе раздражение.   
Стопка дровишек слева демонстрировала торчащие из-под нее ноги. Неглубокая узкая канава, вытолкнула из темноты тощую руку, махающую в сторону.
«Занято! — отчаянно сигналила человеческая конечность. — Проходи мимо!»
— Что же это такое?! — взвыл Матвей, прижимаясь к влажной шершавой коре. 
Сил передвигать ногами больше не осталось — чужды физические нагрузки организму Матвея.
— Не стой! — захрипел пробегающий здоровяк, с ног до головы заляпанный мазутом. 
— Начинают! — провалился в фальцет его хриплый голос. 
Матвей, не хотел думать, он, тупо выпучив глаза, стоял и смотрел на приближающиеся темные тени, постепенно обретающие очертания, бредущих между деревьями человеческих фигур. Странные
палки в их  руках вдруг превратились в страшные винтовки, неземного 
происхождения, изрыгающие короткие языки пламени. 
«Огнеметы», казалось, разогревались. Пока не прозвучала команда. 
— Огонь! — пролаял дрожащий голос, словно рожденный старым, времен прошедшей войны громкоговорителем. 
Из ствола-раструба тут же выплеснулось большое огненное облако и полетело в сторону убегающих людей. 
Меж них, расширяясь, возник  здоровенный огненный шар. 
Пылающая сфера догнала бригадира, и пламя мгновенно охватило телогрейку испуганного сибирского мужика.
 — Ааааа! — заревел громадный детина, пытаясь стряхнуть языки пламени.
Матвей метнулся на помощь, но дорогу ему преградила сплошная стена огня, выплеснувшаяся из раструба ближайшего «темного человека».
Грязный и «мазутный» мужичок, секунду назад мелькнувший перед глазами, заблажил, скрываясь в пелене огня. 
Со всех сторон орали геологи. Стучал и гудел, как маленький колокол, кусок железного рельса, подвешенный на толстой ветви дерева, качающейся в свете костра. Мальчишка, (откуда интересно здесь дети)  лупил металлическим прутом по тяжелой железяке, и эхо гулких ударов разносилось по лесу, теряясь в кронах вековых деревьев. 
Матвей понимал, что ему ничего не остается, лишь стоять и наблюдать, как горят его новые сослуживцы. Всякий к кому он бросался на помощь, вспыхивал яркой свечкой и исчезал в пламени.
— Не верю! — стиснув зубы, прошипел он и хлопнул ладонью себя по лбу. 
Завыла теперь уже пожарная сирена и из-за деревьев на утрамбованную, бегущую по просеке дорогу, выскочила древняя пожарная машина. Постукивая лестницами, привязанными к бокам пузатой
заржавевшей бочки, архаическое чудо техники расплескивало грязную воду. 
— Поберегись! — заорал мужик за рулем.
Раритет, достойный любого музея,  пролетел мимо остолбеневшего Матвея и
неожиданно застыл в нескольких метрах от мрачного чужака, вытянувшего в его
сторону раструб грозного огнемета. 
— Поберегись! — повторил пришелец, копируя голос пожарного, и струя пламени, словно живая, прыгнув к
пожарнику,  оторвалась от необычного ствола.
Огнеборец, выпрыгнув из машины, успел выхватить брезентовый шланг с массивным 
брандспойтом на конце. 
Мутная струя, вначале неохотно, затем бодро, рванулась навстречу приближающемуся пламени. Шипя и расширяясь, серое облако пара охватило старенькое авто неизвестной «породы», и перед ним
разыгралось настоящее сражение двух стихий — шипела вода, ревело пламя. 
— Врешь — не возьмешь! — вскинулся незнакомый мужик, сжимая толстую
подрагивающую змею пожарного шланга, но в это время и вода, и машина, и даже
земля под колесами, вспыхнула и словно взорвалась. 
Рвануло так, будто насос качал бензин, а не воду. 
Горела бочка, горел шланг, горел сам пожарник. Пылающий факел, вспыхнувший на месте огнеборца, нелепо вскидывал руки. Взмахивая огненными крыльями, жуткая птица устремилась прочь. Вопли
смешивались со стонами, крики перекликались с жутким воем и сухим громким
треском огня.
 Матвей огляделся по сторонам и, вдруг,  обнаружил странный факт: вокруг мелькали
огненные фигуры, превращенные в факелы, люди орали, падали, катались по земле,
опять вскакивали, бежали дальше, но никто из них не сгорал, прекращая свой бег,
хотя многим пора бы было остановиться и … умереть.  
 — Ой! — всхлипнул Матвей, теряясь в гудящем
пламени, накрывшем теперь уже и его с головой, однако верить в происходящее не
хотел. 
Его словно окружило облако, более плотного горящего воздуха, которое, однако, имитируя огненную стихию, на самом деле ею не являлось. Языки  пламени мелькали пред глазами, заслоняя, страдающих... или галлюцинирующих сослуживцев, а Матвей стоял и думал: «Что же это?»  
На долю секунды он впустил в свою душу страх, и тут же тело обожгла адская боль.
Он чувствовал жар, кожа плавилась и шкварчала, сползая  скручивающимися
чернеющими лоскутам, обнажая темнеющую в огне розовую плоть. 
 — Нет! — приказал себе Матвей. — Не смей бояться!
 Его ошалевший мозг с трудом прогнал обжигающий  страх. Все муки ада тут же
исчезли, превратившись вначале в яркое бутафорское пламя; затем и оно погасло,
словно и не было. 
 — Царбера! — вспыхнуло в мозгу и погасло странное слово, мелькнуло призывно.
Матвей хлопнул ресницами и в тот момент, когда его зрение восстановилось, обнаружил, что чужаки исчезли. 
Вокруг бродили лишь орущие геологи, с безумными, выпученными глазами. Гудящая насосами пожарная машина, изрыгающая из ползающего по земле, брезентового шланга мощную струю грязной
воды, в последний раз рявкнула мотором и заглохла. 
— Опаньки! — заржал бородатый пожарник, собирая широкую волосатую лопату громадной пятерней. 
— Обманка! 
— Кто-нибудь расскажет мне, что здесь происходит, — возмутился Матвей, запоздало соображая, что он, пожалуй, единственный кто ничего в происходящем не соображает. Ощущая себя полным
идиотом среди довольных такой развязкой мужиков, он стоял и смотрел на расходящихся геологов.  
— А ты молодца! — выдохнул розовощекий бригадир. 
— Галлюцинации, получается... — пробормотал он, отворачиваясь. 
Когда Матвей попытался остановить его, он недовольно пробормотал: 
— Не все сразу.  
И как-то неприятно блеснул глазами.
Геологи молча разбредались. 
— Зайди к Маше! — кивнул бригадир на мелкую палатку, стоящую дальше к лесу и. 
— Она тебя оформит и прочитает инструкцию по технике безопасности.
— Хотя какая тут техника безопасности! — пробормотал он, оглядываясь, махнул рукой. 
Матвей, понимая, что от бригадира больше ожидать нечего, нехотя двинулся на привычный и обычно нудный инструктаж, но как только он поднял полог палатки, тоска в его душе исчезла, а поникшие
плечи и невысказанный вопрос в глазах уступил место удивленному возбуждению: навстречу
Матвею встала молоденькая девушка в обтягивающем комбинезоне. Сказать, что она была красива — нечего не сказать. Она была великолепна. Длинные ноги переходили в... Громадные глаза на
милом личике, большие спелые вишенки слегка припухших губ, легкий румянец на
белоснежной коже. Рыжие волосы, перехваченные суровой тесьмой, колыхнулись, вспыхнув факелом, возвратили Матвея к недавним событиям.
— Вы, стало быть, наш новый работник? — проворковала Машенька, и громко (как показалось Матвею) хлопнула длинными ресницами. 
— Да...  я! — проблеял смущенный новичок, понимая, что выглядит явно не грациозно, постарался втянуть торчащий живот.
— Вы… видели? — спросил он, в очередной раз, в мыслях, перескакивая к «огненному прошлому».
Ресницы Матвея странно потяжелели.
— Итак… Начнем с инструктажа, — не замечая возбуждения, и не слыша слов Матвея, то ли спросила, то ли
предложила Машенька. Глухо так спросила, издалека.
— А, впрочем, ну его! — засмеялась девушка и, протянув маленькую потрепанную книжицу с крупной надписью «Техника безопасности», неожиданно приблизилась. 
— Почитаете на досуге, — нежно проворковала, касаясь теплой ладошкой лба Матвея .
Помолчала, ожидающе глядя в глаза.
— Матвей! — подсказал тот, теряясь в бездонной синеве девичьего взгляда. 
— А сейчас, отдыхайте, а то на вас смотреть страшно, словно после сражения. 
«А то!» — подумал Матвей и, выпятив челюсть, гордо хмыкнул.
— Пойдемте, я вам покажу вашу палатку. 
Матвей согласно кивнул и покорно засеменил за длинноногой красавицей, забывая о горящих геологах, странных чужаках, и странных кошках. Взгляд его, не отрываясь, следил за  покачивающимися упругими округлостями, обтянутыми зеленоватым сукном. 
«Откуда в таежном захолустье такая красота?» — подумал он, ощущая как реальный мир, окончательно ускользает в недостижимой дали. 
— Маша, Маша, Машенька, — шептала его душа, а взгляд, прикованный к волшебным выпуклостям, словно приклеенный, следил за ритмичным покачиванием. 
— Глаза побереги! — тяжелая рука грубо толкнула в макушку и в поле зрения появилась смуглая физиономия.
— Новичок? — спросил азиатского покроя мужчина и тут же, не дожидаясь ответа, протянул руку, в мазуте и грязи. 
— Али!— поспешил представиться чумазый азиат, (вероятно казах) глянул на девушку, идущую впереди, и  тут же, во всеуслышание,  заявил:
— Машенька я провожу новичка в его палатку и все ему покажу. Можете заняться своими делами.
Хорошо, Алимджан Исламбекович, — колокольчиком прозвенел девичий голосок, и таежная королева смутилась. Свернув, поспешила к ближайшей палатке.
— Я к Тимофею Иванычу загляну. Посмотрю, как идет его выздоровление.
Смуглый и смущенный Али хотел было что-то сказать — уже открыл было рот — но так и замер с поднятой рукой и выпученными глазами. 
— Лечение… Пьет наш Иваныч беспробудно, вторые сутки, — прошипел казах, как только изящный комбинезон исчез в палатке, откуда доносился тяжелый хрип.
— Достали! — воскликнул голос за толстым брезентом. — Нужно сообщить куда следует о пришельцах и готовящемся захвате, — бормотал пьяный голос, а хитро улыбающийся Али тащил Матвея подальше
от шумной палатки.
— Пойдем сосед, посмотришь наше общежитие!
Палатка оказалась стандартно укомплектованной, обычно применяемой для четверых человек. Здесь же они была рассчитана на двоих. Две пружинные кровати, небольшой деревянный стол, с
керосиновой лампой и висевшим под потолком мощным электрическим фонарем. 
Матвей быстро сбросил тяжелый рюкзак, о котором он совсем забыл.
— Что-то бы брат сам не свой, — буркнул азиат. — Отдыхай!
Матвей нервно потер щеку и недовольно отмахнулся.
— Будешь тут своим. Отдыхай, отдыхай! Может, хоть вы мне расскажите, о том, что здесь происходит.
Улыбчивый казах повернул е нему смуглое лицо и смачно цыкнул. 
— Не шуми дорогой. Здесь даже деревья имеют уши. 
Затем подмигнув, притянул голову Матвея к себе. Прошептал на ухо:
— Они все слышат и даже знают, о чем ты думаешь. 
Это было уже чересчур, и Матвей разозлился. Серчая, он обычно становился шумным, но сейчас, отчего-то, только  гневно зашептал, сдвигая густые брови. 
— Во-первых. Кто они? Пришельцы? Бред какой-то! — выдохнул он уже громче, опасливо оглядываясь. 
Что-то тяжелое постоянно висело в воздухе, не давая ни на секунду забыть о своем существовании. Гнетущая напряженность постепенно затягивала Матвея в свои сети. Пройдясь из угла в угол, он выглянул
из брезентового убежища и, взглянув в темнеющее небо, прошептал.
— Б р е д! 
«Однако очень реальный бред», — подумал про себя.
Возвращаясь, он посмотрел на хмурого казаха — тот зажег доисторическую лампу — и заговорщески зашептал.
— И все-таки. Кто они?
Али, прикрывая глаза, покачал головой:
— Потом брат. Все потом. 
Как-то неожиданно наступила ночь. Только что солнце лениво опускалось за верхушки деревьев сплошным частоколом, окружавшим десяток палаток, стоящих посреди вымершего поселка и вот уже за брезентовым
пологом нависла сплошная, непроглядная темнота.
— Ты поспи! — предложил Али и неожиданно поинтересовался.
— У тебя с фантазией... как?
— Как у всех, — пожал плечами Матвей.
— Кхмм! — кашлянул Али. 
— Это-то и плохо, — буркнул он и замолчал. 
Некоторое время назад Матвей собирался хоть от кого-то добиться 
правды о происшедшем, но сейчас забыл об этом. Усталость навалилась на
плечи, непереносимой тяжестью потянула воспаленные ресницы вниз. Измученный
напряжением последних часов и утомленный непробиваемой тайной, он вдруг
почувствовал, что его силы на  исходе.
«Завтра все выясню!» — заверил он себя. 
Падая на бесконечно мягкую сетку кровати, прикрытую тощим матрасом, коснулся горячей щекой угловатой подушки и провалился в теплое небытие, где его ждала пышногрудая и длинноногая Машенька,
с широко открытыми удивленными глазами, в короткой, едва прикрывающей нежные
кружева дорогих чулок юбке.
— Матвей... иди ко мне... — шептали алые, припухшие губки, а голубые глазки хитро и как-то уж очень зазывающе смеялись.
— Вставай герой! — загремело над ухом и, испуганно озираясь, Матвей открыл глаза и удивленно затряс головой. 
— Быстро одевайся и в столовую! — поторопился Али — Пока наши Мяуки на утренний променад не вышли, потом не до жрачки будет. 
События минувшего дня мгновенно всплыли в просыпающемся мозгу.
— Черт! Черт! — забубнил таежник второго дня, вскакивая с постели, натянул тяжелый сапоги, появившиеся у изголовья кровати, посмотрел на качающего головой казаха и удивился его виду. Казалось,
Али вовсе не спал. Воспаленные глаза, окруженные тяжелыми серыми мешками...
Одетый и готовый к выходу он ждал пока Матвей справиться с брезентовым бушлатом. 
— Быстрее! — поторопил Али. — Нас еще бригадир ждет. Нужно успеть к нему, пока и его Мяуки не посетили. Сегодня его очередь.
Матвей удивленно вскинул брови.
— Он, кстати, рассказал, как ты вчера всех выручил, а то мужики всю ночь мучились, как же Мяуки всех отпустили, так просто. Теперь все от тебя ждут чего-то сверхъестественного. Да и я, тоже
надеюсь, что теперь мы сможем хоть сколько-нибудь сопротивляться этим тварям.
— Чего ждут? О чем рассказал? — не понял Матвей, но Али прикрыл его рот холодной ладонью. 
— Теперь слушай, — торопливо заговорил он. — Все одно они скоро начнут, а перед этим они ничего не видят. 
И пока они шли к столовой, Матвей слушал рассказ о страшных и непонятных
событиях, о странном свечении в небе, о последовавшем за этим появлении
незнакомцев, появляющихся каждый вечер в лагере нефтяников, затем о визитах с
утра и катастрофах, с которыми приходилось бороться от зари и до зари. 
Идя мимо палатки вчерашнего больного, послушали гимн Бахусу и звон бокалов. 
— Черт, неужели уже началось? — взвыл Али, поясняя не ходу: 
— Это наш Тимофей Иванович загуливает. Он перед самой вахтой пить бросил, но душу-то не обманешь. Во сне, говорит, сниться, как друзья приходят. И он с ними опохмеляется. 
Из палатки, тем временем, доносились веселые голоса, шум бутылок и звон бокалов.
— Да уж! — пробормотал Матвей, поглядывая на пристанище бурного веселья. 
— Постой, постой! Ты хочешь сказать, что ваш пропойца сейчас с пришельцами водку квасит? — до Матвея начало потихоньку доходить, что ему пытался сказать Али. 
— Именно! — выдохнул тот, переводя тревожный взгляд на замершую в туманной дали палатку бригадира.
— Нет дружище! Не сходиться! — засопел Матвей.
— Ладно, алкоголику водка мерещилась, и он ее получил. Но вчерашний пожар кому так сильно нужен был?
— Кхм! — хмыкнул Али и полез за пазуху. Заскреб невидимую грудь.
Куртка распахнулась, и Матвей с удивлением уставился на сморщенную, обгорелую 
кожу.
— Старое находит нас повсюду, возвращаясь, раз за разом.
— Но как? — только и смог вымолвить Матвей, хотя у него в голове начало проясняться. 
— Мне кажется, они каким-то образом копаются в наших мозгах, вытаскивая сокровенные, глубоко запрятанные мысли, которые мы не хотели не то что показывать всему  свету, но и самим вспоминать. Ищут гаденыши наши слабые места, чтобы потом делать нас слабыми и уязвимыми. 
Матвей замотал головой, пытаясь освободиться от назойливой мысли, просачивающейся в голову.
— Да, да! Именно так! Они надеются захватить Землю, вытаскивают из нас наши страхи, — приняв движение Матвея за несогласие, убеждал Али. 
— Прошлый пожар мы до конца дня не смогли осилить, пока мяуки сами нас не отпустили. Ночью они исчезают. Всегда! — пояснил он, подходя к палатке, из которой доносилось безудержное
рыдание женщины и плач ребенка. 
— Но, ничего! Теперь у нас есть ты. С тобой мы справимся с ними. Ведь только ты смог не поверить их видениям. Ты отличил их от реальности... — спешил Али. 
Не понятно было, чего он хочет добиться своими словами — толи приободрить себя, то ли убедить Матвея  в своей правоте, передать ему свою уверенностью.
— Ты сможешь, а мы за тобой. Захвата не будет!
«Захват? — улыбнулся Матвей. — Как дети ей Богу!"
— Откуда, ты говоришь, приходят образы? — с замиранием в груди спросил он. 
В основном, из наших сновидений, — пояснил Али, переступая порог бригадирской палатки. 
— Тогда нам кранты! — пробормотал Матвей, оглядываясь. 
— Захват состоится, — шептали его губы, расплываясь в хищной улыбке. 
От опушки отделились две темные фигуры и двинулись в его сторону. Длинноногие и большегрудые, как две капли воды похожие на инструктора по технике безопасности. 
Блондинка, с громадными голубыми — и брюнетка с бездонными, темными глазами. 
Нечто невесомое, обтягивающее полупрозрачное и очень короткое, с трудом прикрывало ажурные резинки, темного цвета чулок.
— Нет! — заорал Али, глядя на открывшийся рот новичка, на его трясущиеся руки, рисующие в воздухе шарообразные силуэты. 
— Нет! — отразилось издалека.  
А из-за спины встряхивающих шикарными густыми волосами девиц, выдвигались темные фигуры с широкими
раструбами огнеметов в руках. 
— Нет! — повисло в воздухе.


Если понравилось загляни сюда http://zhurnal.lib.ru/g/gataulin_s/

Всем привет! Хочу представить вам отрывок из моего произведения. Если понравится будет продолжение. Итак..(только не судите строго):
РАЗОЧАРОВАННЫЕ - 1

«ВСТРЕЧА СТАРЫХ ДРУЗЕЙ»

    Автобус, в
котором находился парень двадцати шести лет, плавно пересек границу
города «Фишкуйска». Табличка именно с таким названием пронеслась перед
взором этого самого парня, когда он в очередной раз взглянул за окно.
Парень судорожно сжал спортивную сумку, лежащую рядом с ним на соседнем
сидении, и внимательно принялся разглядывать очертания пригорода,
проносящиеся за окном автобуса. От его взгляда не скрылось и то, что
погода, казалось бы, ни с того, ни с сего, стремительно начала
портиться. Небо постепенно заволокли огромные хмурые тучи, а резкие
порывы ветра, беспощадно принялись трепать листья на деревьях.

*


  
Казалось, само небо оплакивало, безвременно покинувшего бренную землю,
человека. Едва четверо крепких мужчин вынесли из огромного особняка
гроб, и понесли его сквозь толпу, поголовно облаченную в траурные
наряды, как над их головами блеснула яркая вспышка, и на головы
собравшихся упали первые тяжелые капли дождя.
   Погрузив гроб в катафалк, мужчины пропустили в салон нескольких человек, и не спеша, захлопнули за ними дверь.
  
Остальные присутствующие не торопясь, принялись расходиться по стоявшим
вокруг особняка машинам, в пол голоса переговариваясь друг с другом.
   Еще пара минут, и процессия направилась в сторону кладбища.


*

  
Он вошел в помещение бара, стряхнул с себя капли дождя, сделал
несколько шагов, и уселся за свободный столик, находящийся около
огромного окна, за которым продолжала разыгрываться стихия. Спортивную
сумку он пристроил прямо под столом. Поездка через чур утомила его, и
по этой причине, он не стал подзывать к себе одну из официанток,
проворно, лавирующих, между посетителями. Вместо этого он принялся
разглядывать посетителей бара. Несколько молодых пар, большая веселая
компания, и еще несколько одиноких посетителей, промелькнули перед его
взглядом, прежде чем, он услышал над своим ухом миленький голосок: -
Что будете заказывать?
   Парень обернулся на голос, и обнаружил рядом с собой молоденькую девушку в униформе. Бейджик на ее груди гласил «Марина».
- Марина, пожалуйста, кофе и какую-нибудь сдобу к нему, - улыбнувшись, ответил новоявленный посетитель.
-
Минутку, - проворковала официантка, и уже было, собралась отправиться
выполнять заказ клиента, как за ее спиной раздался хрипловатый голос: -
И бокал пива, Мар. О кей?
   Девушка, испуганно обернулась на голос, и ее взгляд уперся в говорящего одновременно с взглядом посетителя.
  
Официантка и парень, устроившийся за столом, увидели молодого человека.
Он оказался довольно худощавым субъектом с зелеными глазами. При улыбке
на его левой щеке выступала небольшая ямочка. Одет он был в коричневую
легкую куртку, зеленые брюки и черные, до блеска отполированные туфли.
- Привет, Паш, - произнес субъект, и приземлился напротив вновь прибывшего посетителя.
- Петя? – удивленно осведомился его оппонент.
- А кого, интересно ты хотел здесь увидеть в это время суток? – улыбнулся Петя.
Знаешь, если честно, то только ты мог появиться таким уникальным образом, – признался Павел.
-
Мар, ты все еще здесь? – на секунду отвлекся Петр на официантку,
которая тут же удалилась от столика, поспешив выполнить заказ.
- Каким ветром, Паш? – тут же переключился на собеседника Петя.
Мне бы давно уже пора привыкнуть к твоим шуточкам, - улыбнулся Павел: - Но все ни как не могу. Веришь, нет?
-
Каким шуточкам, Паш? – придав своему лицу серьезное выражение,
поинтересовался Петр: - Мы не виделись с тобой около десяти лет, а ты
собрался смеяться.
- Ну, если серьезно, то шесть, - уточнил Павел.
-
Тем более, - продолжил Петя: - Сбрось со своего лица это кислое
выражение, и расскажи своему старинному другу, каким ветром вас сюда
принесло. Надолго? Или только на пол минуты? Говори, не стесняйся.
После того, как ты с родителями покинул свою родину ни у кого не
возможно добиться о тебе ни слова.
- А ты пытался? – спросил Паша.
- Что именно? – сделал вид, что не понял Петр.
- Поинтересоваться обо мне хоть у кого-нибудь, - уточнил Павел.
- Обижаешь, Паш, - закатил глаза Петя: - Но, ведь информация из первых уст на много ценнее, чем досужие домыслы, а? Так как?
- Это длинная история, - погладив под столом бок своей спортивной сумки, ответил Павел.
-
Вот только этого не надо, - попросил Петр: - На свете нет ни чего, что
не возможно было бы укоротить. Но, если хочешь по длиннее, то,
пожалуйста, закажу себе еще одну кружку пива, - он подмигнул Марине,
которая успела к этому времени вновь оказаться у их столика, и
расставляла заказ на его поверхности: - Да, Мар? – Петя подмигнул
официантке.
- Потрясающая оперативность, - отметил Паша, едва официантка удалилась от их столика.
-
Ты о Мар? – спросил Петр: - Брось, в Фишкуйске еще и не такое можно
увидеть. Будто ты не знаешь. И так, я жду, - он отхлебнул пиво из
кружки, и уточнил: - Историю твоей жизни за последние шесть лет.

Ссылка на сачивание http://files.mail.ru/SKQC8A

Вашему вниманию предлагается первый номер первого некоммерческого журнала «Все грани фантастики». Вы думаете таких полно, но я вас огорчу. Как ни странно, журналов печатающих фантастику не так уж много, по пальцам пересчитать можно. И только два из них весьма знамениты - это журнал фантастики «Если» и альманах Бориса Стругацкого «Полдень 21 век», где действуют свои правила и требования и не все под них попадают.

Да полно сайтов, где можно разместить рассказы и повести никому еще неизвестных авторов. Но тут одно «но», на любом таком сайте есть свой уже сформировавшийся кружок писателей, которые друг другу помогают. Их объединяет общее видение, как надо писать, о чем надо и кому можно продолжать, а кому лучше бросить это дело. Тем самым, они не дают новичкам развивать свои идеи, а принуждают писать по их шаблонам. Да новичок может оставить свой рассказ на сайте, но мало кто его увидит, так как его никто не поддерживает.

Концепция «Всех граней» - это в первую очередь предложить читателю:

· Никому не известных начинающих авторов-фантастов.

· Увидеть разнообразие стилей и жанров, объеденных под знаменем фантастики.

· Прочитать порой короткие рассказы, с быстро развивающимся сюжетом.

· Узнать, как писать книги по науке, какие литературные сайты есть и где можно напечатать свои произведения и т.д.

Как проект, журнал «Все грани фантастики» только начал развиваться и может измениться как по оформлению, так и по структуре. Августовский номер станет пилотным.

В нем есть и космическая опера, и фэнтези, и немного эзотерики, и даже для любителей игр есть свое место.

Самое главное это ваше участие и желание, будь то предложение своих рассказов и повестей. Или вы хорошо умеете работать с графикой, присылайте свои рисунки. Любому желающему найдется место в журнале, даже тем, кто пишет миниатюры, рецензии или хочет поместить свою рекламу.



С уважением Иван Атморков

Если Вы любите фантастику, можете зайти по ссылке и увидеть, что пишут нынешние Российские авторы и я в том числе. http://zhurnal.lib.ru/g/gat...

Когда легенда превращается в легенду? Почему миф становится мифом? Сколько веков должно пройти, чтобы полузабытые события преобразились в сказку? И почему некоторые факты так и остаются бесспорными, тогда как достоверность других подвергается сомнению, если они, вообще, не ветшают и не стираются в памяти?
     Ракбет, в созвездии Стрельца, был желтой звездой класса G. В его систему входило пять планет и еще одна, блуждающая - захваченная и связанная узами тяготения в последние тысячелетия. Третья планета системы имела атмосферу, воздухом которой мог дышать человек, достаточно воды, которую он мог пить, и силу притяжения, позволявшую ему уверенно стоять и ходить на своих ногах. Люди открыли и быстро колонизировали ее: так они поступали с каждым, пригодным для жизни миром. Но затем - то ли по забывчивости, то ли в результате крушения империи (причину колонисты так и не узнали, и в конце концов это перестало их занимать) - колонии предоставили самим себе.
     Когда люди впервые высадились на третьей планете Ракбета и назвали ее Перном, они почти не обратили внимания на пришлую планету, двигавшуюся вокруг вновь обретенной звезды по вытянутой и неустойчивой эллиптической орбите. Сменилось несколько поколений, и люди вовсе забыли о ее существовании. Однако траектория космической скиталицы пролегала так, что та один раз в двести земных лет вплотную приближалась к Перну.
     При благоприятных обстоятельствах и достаточно малом расстоянии между мирами - а так случалось почти всегда - развившаяся на пришлой планете жизнь пыталась пробиться сквозь космическую брешь и перебраться на более гостеприимный Перн.
     Ненадежная связь с Землей оборвалась как раз тогда, когда развернулась отчаянная борьба с этой угрозой, низвергавшейся, подобно серебряным Нитям, с небес Перна. С каждым последующим поколением память о родине уходила из перинитской истории: сначала эти воспоминания превратились в миф, затем они были преданы забвению.
     В поисках защиты от вторжения смертоносных Нитей, периниты, с присущей их земным предкам изобретательностью, приручили уникальный вид фауны Перна. Людей, способных ж тесному эмоциональному контакту, - а некоторые из них обладали и врожденными телепатическими способностями, стали обучать обращению с необычными животными, способность которых к телепортации в жестокой войне за очищение Перна от Нитей была бесценным качеством.
     Крылатые, длиннохвостые, огнедышащие драконы (название это было заимствовано из сохранившейся в памяти земной легенды), их наездники, воспитывавшиеся отдельно от остальных перинитов, угроза, с которой они сражались, - все это легло в основу множества новых легенд и мифов.
 
Бей, барабан, трубите горны -
     Час наступает черный.
     Мечется пламя, пылают травы
     Под Алой Звездой кровавой.
 Из Вейра, из чаши вулкана глубокой,
     Всадники, мчитесь в простор синеокий!
     Сияют драконы, взлетая, как дым,
     Зеленым, коричневым и голубым.
     Вот бронзой сверкнуло крыло вожака
     И стая исчезла, мелькнув в облаках.

добро пожаловать на сайт нового фантастического романа - EXCIDIUM
http://excidium.info/

уже выложена первая глава!




Увеличить