СУРА 68 ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

(1) Нун-буква. И записью и тем, что пишут клятва!
(2) Не ты охвачен бесом по милости Господней (необъятной)!
(3) И не иссякнет для тебя награда (и как она приятна)!
(4) Великим нравом обладаешь ты.
(5) Ты увидишь и они, (и станет понятно),
(6) В ком из вас безумие (было вероятно).
(7) Истинно Господь твой знает сбившихся, и знает идущих по Его пути.
(8) Тому, кто не поверил, не поддавайся ты.
(9) Они бы хотели, чтоб ты не противился, и они бы отнеслись халатно.
(10) И не поддавайся ничтожному, чьи клятвы пусты,
(11) Клеветнику, разносящему сплетни (для вражды),
(12) Препятствующему Добру, беззаконнику, тому, чьи поступки дурны,
(13) Тому, чьи действия грубы, а после этого низки,
(14) Хоть у него сторонники, а карманы деньгами полны.
(15) Когда ему читают знаки Наши, он говорит: «Благодаря сказаниям древних они сочинены»
(16)Мы поставим ему клеймо на рыло его (за слова, адекватно).
(17)Мы испытали их, подобно испытанию владельцев сада, когда те поклялись, что утром соберут плоды,
(18) Не захотев воздать хвалу, (что было б благодатно).
(19) Когда же спали - налетел на сад от Господа тайфун (внезапно).
(20) Наутро сад стал землею пустоты.
(21) И утром звали, (не зная постигшей беды):
(22) «Ступайте на участок, если хотите собрать плоды»
(23) Они отправились, шепча между собой (отвратно):
(24) «Пускай сегодня не входит к вам туда достигший бедноты».
(25) И стали сердиться они.
(26) Когда ж увидели свой сад, сказали: «Ведь, что мы сбились - (нам понятно).
(27) Напротив! Мы лишены плодов - (невероятно)!»
(28) Лучший средь них промолвил: "Что Бога восхвалить должны - не я ли говорил вам внятно?"
(29) Они сказали: "Господу хвала! Деяния наши злом омрачены".
(30) И стали упрек бросать друг другу (безрезультатно).
(31) Они сказали: "Горе нам! Произвол вершили мы.
(32) Возможно, Господь наш заменит сад лучшим, чем он. Ведь с просьбой к Господу мы возвращаемся обратно".
(33) Таково страдание. Страдание ж Последнего мира больше, если б знали они (знатно)!

Тимур Джумагалиев - ответственный за перевод.

Прошу вас, пишите свои комментарии в этот блог: http://blogs.mail.ru/mail/timjum/369691C599B070A7.html

СУРА 96

Читай! Во имя Господа, который сотворил!*
Он человека сотворил из сгустка ДНК-чернил**.
Читай! Господь - Дающий уважение,
Который Записью дал обучение.
Он человека научил, где не было учения.
Нет! Истинно, человек произволу рад,
Видя, что он богат -
Истинно, к Господу твоему возврат.
Видал ли ты того, кто строит множество преград
Служителю, вершащему молитвенный обряд?
Видал ли ты, быть может, он на Пути (получения Божьих наград)?
Или приказывал он набожность (боясь ужасный ад)?
Видал ли ты, быть может, не поверил он и совершил от истины откат?
Неужто он не знал, что Божьи очи это зрят?;
Нет! Если он не прекратит, Мы схватим его за чуб волос -
Чуб*** лжи, вины - (и будет спрос).
К тому, к кому взывал, пусть сделает он помощи запрос,
Мы ж созовем охранников огня, (и будет в ад ужасный перенос).
Нет! Не поддавайся ты ему, а соверши земной поклон и ближе к Богу стань.

Тимур Джумагалиев - ответственный за перевод.

*Именно слово "читай" явилось первым словом, ниспосланным людям через Мухаммада (мир ему). Процесс чтения запускает работу Разума, поэтому так важно читать. С этой суры и началось ниспослание Корана.
**По поводу 'аляк - я думаю, это нечто большее чем принятое толкователями значение "сгусток крови" Если посмотреть корневые значения слова 'аляк, то выходят такие значения: "сцеплять, связывать", а слово 'алляка имеет значение "писать комментарии на полях". Молекула ДНК как раз и представляет определенную цепочку, связь, также представляет собой запись генетической информации человека.
*** Как сообщает профессор Кейт Мур, только в наше время было открыто, что передняя часть головного мозга отвечает за ложь и правду, хорошее или греховное поведение. Именно оттуда растет "насия", что было переведено как "чуб".

P.S. Прошу вас, пишите комментарии в моем блоге: http://blogs.mail.ru/mail/timjum/4103363D4E7D4EB1.html

Дьявол — большой оптимист, если думает, что людей еще можно ухудшить ©.

Яркие огни города мерцали, словно звезды на небосклоне. Потоки машин,
витрины магазинов, толпы людей — вот что значит город. Черная ночь
скрывает в себе многие вещи. Она поглощает темную сторону людей, словно
сумрак окутывает пятна на белом покрывале. Так сладко и упоительно
слышать ссоры, доносившиеся до Его ушей из высотных домов там, внизу.
Так будоражит кровь звук выстрела и предсмертный, последний стук сердца.

«Прах к праху. Дух к духу. Все мы — часть целого», — пронеслось в Его мыслях.

Он стоял на крыле летящего самолета на высоте больше тысячи метров. Его
не смущала ни скорость, ни нехватка воздуха. Его не заботила та стайка
птиц, которая так сильно желала нагнать самолет. Дьявольская улыбка была
печальной, чуть хитрой, но с толикой сочувствия. Он посмотрел на свои
руки. Жилистые длинные пальцы. Широкая теплая ладонь. Ничем
не отличается от человеческой.
«Людишки. Вы живете и пытаетесь
придумать себе смысл. Вы грешите, пытаясь найти в себе святое.
Вы поступаете опрометчиво, желая большего. Вы ненасытны. Вы хуже чертей
в аду, который сами же себе придумали для устрашения. Вы бренны. Но вы —
это я. Вы — это природа. И все мы — Вселенная. Все мы. Вас так тянет
во тьму, маленькие мои дети... Что-то ты засиделся здесь, Итачи. Люди
смертны, беспамятны, аморальны. И времени у них не так много», — высокий
мужчина с черными волосами, которые сливались со тьмой покрова ночи,
легким движением ноги оторвался от крыла самолета и канул вниз. — «Так
ведь можно и пропустить самое веселье. Не ты ли хотел стать
наблюдателем?» — Итачи отчитывал сам себя — привычка, выработанная
тысячелетним одиночеством. Но он был прав. То, что для него идет как
секунда, для людей там, внизу, все протекает очень медленно,
растягиваясь на год и более... Конечно они живут в одной реальности,
особенно теперь, когда печать с него была снята. Но ощущение времени
у них разное.
Его ступни коснулись крыши высотного дома, а птица
залетела в турбину самолета, который он только что покинул. Его плащ,
развеваемый ветром, опустился, а люди в салоне запаниковали. Его взгляд
был устремлен в глубь города. Туда, где сейчас молодая семья собиралась
ужинать, рассаживаясь за столом и включая телевизор. На экране были
видны съемки разбившегося самолета — журналисты экстренного канала
новостей работают оперативно. Кровь, пламя и суета — вот, что предстало
глазам Дьявола.
«Они не любят убивать. Но убивают. Они не любят
рисковать, но рискуют. Они глупы настолько, что не видят, насколько
черны их жалкие души трусов. Во все времена. Во все эпохи истории.
Во всех странах и континентах. Одно и то же. Одно и то же...» — словно
расстроившись от собственных выводов, Итачи прекратил улыбаться
и посмотрел вверх — на белую полную луну. — «Прекрасна. Как прекрасна
она. Белая, нетронутая пеплом и прахом. Словно сияние святого на фоне
дьявольского крыла. Я не понимаю свет. Зачем? Зачем тьме то, что
подчеркивает ее? Зачем? Все мы — бренны. Все — едино. Но, с другой
стороны, разве так — не скучно жить?» — Дьявол снова улыбнулся. — Я сам
вдыхаю жизнь в этот порядок беспорядком. Я возвожу уравновешенный хаос,
но ради чего? — его тихие слова растворились в тишине ночи, развеялись
холодным ветром и бессмысленно пропали, не достигнув ни единой души.
— «Наблюдатель?» — пока Итачи, раздумывая над ответом на свой вопрос,
брел по пустынным улицам ночного пригорода, уже начал заниматься
рассвет.
Черный плащ. Черные ботинки. Черная одежда. Черные длинные
волосы. Черные удушающие глаза. Черная великая безгрешность.
Дьявольская черная хитрость мироздания. Его обыкновенная «отмазка»
от Кары Божьей. Безгрешность. Зло во добро. То, что не дано понять и то,
что существует и среди людей. Ни зло — ни добро. Все едино,
нераздельно, связано, сцеплено, слито. Нет грани, нет понимания. Ничего.
Тьма. Чернь. Ночь. Такова мораль Дьявола.
Третье возрождение после
сна. Тысячная попытка вырваться из сетей времени. Миллионное
утверждение, что нельзя найти край в бесконечности. Биллионная тоска.
Такова судьба Дьявола.
Люцифер. Самаэль. Вельзевул. Всех имен
и не упомнить, но суть одна. В этот раз появится еще одно. Скорее
всего то, как его окрестила святая сила. И в этот раз оно будет
олицетворять всего лишь наблюдателя. Дьявола, который ищет свой ад.
Божества, которое ищет свой рай. Но Дьявол он или же Бог судить не тем,
кто его ни разу и не видел. Судить не тем, кто погряз в собственных
цепях. Но Мир потрясают те, кто втоптан в грязь. С Олимпа же можно
метать лишь молнии.
«Он такой же. Такой же как и я. Святой грешник.
Создавший смерть ради жизни. Мы схожи. Начну, пожалуй, с него...» —
размышлял мужчина в черных очках. Солнце слепило его, а силы
использовать было так лень... — Превосходное утро, не правда ли?
— осведомился он тихим баритоном у маленькой девочки, которая проходила
мимо и засмотрелась на незнакомца. Она испуганно моргнула, но когда
вновь ее глаза открылись — Его уже не было.
Доля секунды — столько
нужно человеку, чтобы закрыть и открыть глаза, неосознанно,
автоматически, подчиняясь эволюции и природе. Столько же требуется
Дьяволу, чтобы преодолеть расстояние, которое соединит центры двух
материков. В данном случае — материка и острова, на котором расположен
Токио.
— Что тебе надо? — спросил парень, чистящий яблоко.
Он не мог понять когда Дьявол появился в его кухне, но он заметил его
только сейчас.
— А что нужно тебе, сын Адама? — вопросом на вопрос
спросил Итачи, присаживаясь напротив своей цели. Удивительно, но этот
молодой человек заметил его сразу же, хотя сам же этого не понял.
Забавно.
— Мне — ничего.
— Ложь? Ограждаешься от собственных
желаний по собственной воле? Странный ты. Я же знаю все, что таится
в твоей душе. Твоя аура пропитана смертью, яростью и состраданием,
любовью, — Дьявол заметил дрожь и каплю крови, которая все нарастала,
словно роса на траве. — Ты, ведь, хочешь узнать, что стало с тем, кого
ты убил?
— Мне это не нужно. Со своими желаниями я разберусь сам, —
Сай вытер кровь с пальца и отложил острый нож. — И даже не пытайся
свести меня с ума.
— И в мыслях не было. Но что ты будешь делать,
если история повторится, смертный? — последние слова прозвучали словно
ветер — в кухне остались только хозяин квартиры, недочищенное яблоко
и вопрос в мыслях парня: «Что будет с ней?».
«Темно. Не видно даже
своего тела, но знаешь, что это ты. По-крайней мере...пока уверен
в этом. Громкий шелест травы и лепестков цветов. Куда бежать? Не знаю.
Cколько уже раз я видела этот сон? Да-да-да. Сейчас вот опять. Махнет
одинокое черное крыло и появится луна. Вот, как я и говорила. И,
наконец-то, можно увидеть тысячи цветов на огромном лугу. Опять бегу.
Почему? Не понятно. Но, скорее всего, от того, что находится позади.
А точнее от кого... Вот, уже слышны его спокойные шаги по траве
и цветам, а я продолжаю бежать, быстрее и быстрее, но — бесполезно.
Пропасть, точнее, откуда ни возьмись, водопад. И нет ему конца. Хочется
почему-то сделать шаг, но ни в коем случае не остаться здесь, наедине
с ним...»
Глубокий вдох в себя. Cакура села на постели, переводя дыхание... Отдышавшись, она закрыла лицо руками и прошептала:

— Уже третью неделю я вижу один и тот же кошмар... Мне нужен
психолог... — на ватных ногах девушка прошла на кухню. Во рту пересохло.
За последние три недели она чуть не сошла с ума. Лишь Сай помогал
ей не рехнуться окончательно. Ино и Киба не верили, считали, что они
просто придумывали оправдание для того, почему они пропали, чтобы якобы
отвязаться от них.
— Кошмар? Опять? Кошмар? — cпросил серый жако достаточно приятным для попугая голосом.

— Да, — на выдохе ответила Сакура. — Не опять, а снова Рико... Когда же
это кончится... боюсь, стоит пойти к психологу, как меня упекут
в психушку, как сумасшедшую.
— Задолбали! Задолбали!!! — птица
в клетке подняла шум. Как обычно, после таких криков и хлопаний
крыльями, зазвонил телефон Сакуры. Когда такое случилось впервые, все
прозвали жако провидцем, но потом выяснилось, что птица просто
чувствительна к волнам, исходящим от сотового телефона. И теперь
он постоянно говорил те же слова, что и его хозяйка, когда ей не вовремя
звонили.
— Задолбал... — буркнула Сакура и, по привычке, после
такого крика Рико ретировалась в комнату за телефоном. Cтоило ей подойти
к тумбе с сотовым, как он тут же наполнил пространство музыкой.
— Алло, — устало ответила девушка.
— Сакура, привет. Это Сай.
Сегодня как обычно? — его голос даже после того случая остался
безразличным, безжизненным и каким-то серым. Он и до этого не был
особенно общительным, но сейчас и вовсе прервал все контакты, общаясь
только с Сакурой.
Однажды, она зашла к нему домой и попала
в маленькую мастерскую. Там он писал свои картины, которые всегда были
полны чувств. Словно парень вкладывал в них всю свою душу, оставляя себе
лишь сущность. Но, постепенно, в этом помещении стали появляться
безымянные творения, несущие в себе отчаяние, ложь, злобу. Даже все
светлое, что можно было изобразить, на его холстах балансирует на грани
между злом и добром.
Они оба играли с огнем. Они оба знали
ту истину, которая сводила сума. Они оба шли босиком по лезвию ножа
и вкушали запах собственной крови.
— Сай... Я думаю... Лучше
сделать вид, будто это было просто выдумкой... Я сама не знаю, что
происходит. Но жить дальше, закрываясь от всех, нельзя.
— Я так
не считаю. Извини, но по мне лучше знать правду и смириться с ней,
помалкивая, чем всю жизнь обманывать себя, — парень помедлил, но затем
все же сказал. — Он был здесь.
В трубке повисло молчание. В горле застрял предательский ком. Справившись с эмоциями, Сакура все же смогла произнести:
— Я не собиралась скрывать правду. Просто я не могу так. Да, они не верят, пускай. Но все же.

— Ты слышишь меня? Он был здесь. Снова. И, возможно, появится у тебя.
Я не знаю, что ему нужно, но будь осторожна, — Сай не стал спорить —
не до того сейчас. Главное, чтобы она поняла: Дьявол не закончился там,
в пещере.
— Спасибо... Что предупредил... — на этой печальной ноте
девушка положила трубку. — «Из миллионов людей... Почему именно я...» —
она опустилась на постель, и, несмотря на теплые простыни, ее пробрал
озноб. Завернувшись в одеяло, она посмотрела на Рико, который
невозмутимо чистил перья.
— Еще рано, спи, — скомандовал сереброкрылый друг.

— Предпочитаешь разговор с птицей? Разве у тебя нет друзей? — вот
всегда он так. Не считается с чужими чувствами и моралью. Про этику
и вовсе говорить не приходится — проникновение в чужое пространство —
его хобби. Вот вечно он так... Знает ответ, но хочет услышать его...
Сакура закрыла как можно плотнее глаза и залезла под одеяло. Она почему-то знала, что он придет, при этом очень скоро...
«Спокойно, просто молчи и все...»

— Люди так любят играть... — Итачи вышел из тени и во всей своей
дьявольской красе предстал перед жако и Сакурой. — «Что ж... Поиграем
в молчанку», — вот только он не шутил. Проходила минута за минутой, час
за часом, а он все стоял и смотрел на кровать девушки, на которой она
лежала, накрывшись одеялом, как щитом.
Десять минут, двадцать, пол часа... Харуно не вытерпела первая.

— Ну, что ты здесь забыл?! — не выдержала она, сразу сев на постели.
Да, было страшно — он все-таки Сатана. Но, как говориться, волков
бояться — в лес не ходить.
— Мне интересно, как такая малышка как
ты проявит себя. Я — лишь наблюдатель, поэтому, я закрою глаза на твою
дерзость и не потоплю тебя в собственном грехе, — пафосно усмехнулся
Итачи.
— Хорошо, а почему именно за мной нужно наблюдать?! Я что,
какой экземпляр редкий? — бывает такое состояние, что страх настолько
силен, что из-за этого просыпается адреналин, который не позволяет тебе
остановиться.
— Малютка, ты, как и всякий человек, берет на себя слишком многое. Если я здесь — то так и надо. Дело во мне, но не в тебе.

Сакура с пару секунд вглядывалась в его глаза, только с каждым разом
было почему-то все больше не по себе... Девушка снова легла на постели.
Только теперь она смотрела в окно пространственным взглядом.
«Так я точно скоро сойду с ума».

— Почему ты доверяешься тому сыну Адама? Ты слишком глупа? Или слепа?
Или же, как и многие до тебя, скажешь, что это любовь? — с насмешкой
спросил Дьявол.
— Я не собираюсь тебе ничего говорить... — просто ответила девушка.
— Cакура, — Рико распустил крылья, — кто? — спросил пернатый друг.
— Моя головная боль, — ответила девушка.
— Зовут?

— Да, Рико... — Сакура встала и босая, в шортах и футболке, пошла
на кухню. Ее, откровенно говоря, трясло, она не понимала, не знала
и не представляла, что ей нужно делать. Ведь, будучи реалисткой, она
не могла поверить в то, что перед ней Дьявол... Лишь Сай был
доказательством того, что она не сошла с ума, как и она для него.
Трясущимися руками Сакура поставила завариваться чай.
— Так меня
еще никто не называл, — Итачи уже оказался здесь, хотя его шагов не было
слышно, — Знаешь, ты чем-то похожа на своего попугая.
— Что?! — Сакура даже на момент забыла, что он Дьявол. — Это оскорбление?
Итачи поднял на нее заинтересованный взгляд, словно она была каким-то редким, как она сказала, экземпляром.
— Если бы я тебя оскорбил. Я, Дьявол. Что тогда?

Сакура только вздохнула — она смотрела на стакан на полке, но словно
его и не видела. Так что, когда ее рука по инерции потянулась к нему,
она его не взяла, а задела, и чашка упала на стол. Настолько она боялась
того, кто был сейчас с ней рядом. От удара чашки о поверхность девушка
вздрогнула и подняла благо не разбившееся стекло. Уже по инерции она
налила себе чай и села за стол.
«Его нет... Просто его нет...»

— Ты говоришь, что ты реалистка, но отказываешься видеть реальность.
Ты трусиха, — Итачи исчез из кухни и его голос стал раздаваться
со стороны комнаты, где был жако, — Ты подобна своему питомцу. Как
он не может связать и пяти слов, так и ты не можешь поверить в факты.

«Ладно, Сакура, спокойно. Глаза бояться, руки делают. Да, я реалистка,
да, он здесь... Но как жить с этим? В конце концов, я не сумасшедшая.
И сходить с ума не собираюсь точно. Что ж ладно».
— И за чем же именно ты наблюдаешь? — спросила девушка.

— Это для тебя не важно. Но молодец, ты переросла своего попугая, —
усмехнулся Итачи, вновь появившись на кухне. Он улыбнулся и посмотрел
в сторону коридора, откуда тут же раздался звонок в дверь.
«Вот
урод... Красивый, собака...» — Сакура изобразила недовольную гримасу
и повернулась к двери. Открывать ее она не торопилась... А что она
скажет, когда увидят его? Затем она снова повернулась к Сатане с немым
вопросом в глазах.
Итачи лишь хмыкнул и исчез, а вскоре из комнаты донеслось урчание жако — он всегда издавал такие звуки, когда его ласкали.
Сакура сделала глубокий вздох.
«Ну, может, он не так уж и плох...» — девушка наконец открыла двери.

— Сакура, привет! А я вот к тебе с тортиком пришла. Как настроение?
— тут же в квартиру ворвалась тараторящая Ино, явно чувствовавшая себя
как дома.
За пару секунд на лице девушки отразились, казалось, тысячи эмоций.

— Лучше не бывает... — соврала Сакура, поглядывая в сторону жако.
— «Это надолго... Спокойно...спокойно...ничего страшного не будет, даже
если он покажется».
— Пойдем пить чай? — не дожидаясь ответа Сакуры, Ино прошла на кухню.
Cакура хотела было что-то сказать в комнату, но вышло какое-то бубнение относящееся к мурчащему Рико:
— Предатель.

Когда хозяйка квартиры вернулась на кухню, Ино уже все приготовила
и даже торт разрезала. Она все время суетилась, словно стараясь отдалить
момент разговора...
От Сакуры не утаилась именно эта тонкость поведения блондинки — обычно, если она к ней приходила, то готовила все Харуно.
— Ино, давай говори, что произошло.

— Да ничего не произошло. Просто пришла проведать. Ну... По правде
говоря, я волнуюсь не только за тебя, но и за Сая... Но не пойду же
я к нему... — замялась Яманако, виновато глядя на Сакуру исподлобья.
— Интересно, по поводу чего же ты волнуешься? — наигранно заинтересовалась Харуно.

— Ну... Его долго не было в институте... О нем кроме тебя никто ничего
не знает... Мне кажется, что для человека ненормально все время
находиться в одиночестве...
Сакура промолчала. А смысл что-либо было говорить? Яманако не поверила бы... Харуно сделала глоток, словно что-то обдумывая.
«С этим нужно что-то делать...»
— А почему ты не хочешь сходить к нему?

— Ты же знаешь его. Если он чего-то хочет, например, быть
в одиночестве, то он исполняет свое желание любым способом. Я не хочу
быть выставленной за дверь. И, кстати, Киба меня уже забросал вопросами,
как ты тут.
— Вообще-то, мы не виделись буквально три дня из-за
выходных, а ты говоришь так, словно меня не было пару недель. Я, между
прочим, университет посещаю.
«О тебе заботятся и беспокоятся. Люди
всегда теряют счет времени, когда так происходит», — раздался
насмешливый голос. Он был громким, однако, похоже, Яманако его
не услышала.
— Киба заботится о тебе, мне вообще кажется, что
он в тебя втюрился, как мальчишка, — Ино хитро посмотрела на Сакуру,
отламывая кусочек тортика.
«Не знаю, слышишь ли ты меня», — начала
Сакура про себя, — «Но, будь так добр, замолчи», — Сакура, услышав
последнее предложение Яманако, немного залилась румянцем...
— Или
эта порося хочет опять мне подлянку устроить, пользуясь тем, что ты обо
мне многое знаешь, — Ино улыбалась, но ее зубы были стиснуты — зрелище
устрашающее.
— Знаешь, что-то такое помню, он еще в автобусе о тебе
спрашивал... Скорее второе, — Сакура печально посмотрела в окно,
вспоминая, как Ино и Киба смеялись над ними, когда те рассказали о том,
что с ними произошло.
— Может вместе к Саю сходим? — спросила Яманако.

«Не думаю, что твоему другу это понравится», — услышала Сакура снова
его голос в своих мыслях и тут же почувствовала, как кто-то прикусил
краешек ее уха, от чего невольный трепет разлился по телу.
Девушку невольно передернуло.

— Нет, Ино, сегодня я не могу... Я начала давать репетиторство
маленьким детям, и ко мне через час должен прийти первый ребенок...
Наверное в другой раз, на выходных, — Cакура села поудобнее, закрыв
ладонями лицо, но на самом деле она пыталась еще и прикрыть уши.

— Эй. Ты что это? Ревнуешь? — Ино заметила как ее подруга покрылась
румянцем при упоминании о Сае. Да еще, если вспомнить, что они очень
тесно общаются, то... — Неужели любовь?
— Ино! Да ничего я не ревную! — резко вспыхнула Харуно. — Просто, у меня жар...
«Напомни мне посмотреть в интернете вопрос „как избавиться от Дьявола“!»
«Напомню», — с легкой усмешкой ответил голос.

— Ты заболела? Давай, тогда пей чай! Где у тебя тут мед? — блондинка
встала и, подойдя к шкафчику стала искать заветное народное средство.
«Твою мать, я этого не вынесу», — Сакура «уронила голову» на стол так, что послышался нехилый «бум».
— Эй, ты чего??? Тебе совсем плохо? — забеспокоилась Яманако.
— Нет, нет, Ино, все хорошо, просто немного волнуюсь перед первым занятием.
«Как нехорошо врать...»
«Кто бы говорил».
«В отличии от вас, людей, я не причисляю себя к твари божьей».
«А я что причисляю?»

«В той или иной степени — да. Вы так созданы. Это ваш образ мыслей
и против него никто еще из вас не смог пойти. Когда речь заходит
о смерти, вы до конца не можете себя поставить на место трупа
и считаете, что падет кто-то иной, но не вы. Поэтому вы склонны
к войнам...»
— ...ранно себя ведешь! Эй, Харуно Сакура, я с кем
разговариваю! — Ино даже пришлось трясти подругу за плечи, чтобы
та обратила на нее хоть каплю внимания.
— А? Что? А прости... Я задумалась...
«Филосов фигов».

— Харуно, ты меня поражаешь. Завтра сама разговаривай с Кибой, но очень
прошу не потакай ему. Все-таки ты моя подруга, разве нет?
— Да, но тебе тоже стоит относиться к Кибе проще, а то ты все время его задеваешь и дразнишь, естественно он отвечает тем же.

— Если он жив, значит я уже святая, — буркнула Яманако, — Сакура, я бы
его и не трогала, если бы он не был таким балбесом, строящего из себя
крутого.
— Ино, ну, так просто поговори с ним, объясни все, он же
не дурак, — Сакура встала и направилась к угловому висячему шкафчику.
Достав оттуда валерьянку, девушка выпила лекарство. — «Такими темпами
психолог мне в помощь...»
— А ты думаешь, я так уже не сделала! Так он начал еще больше меня подкалывать!!
— Сакур-ра! — раздалось из соседней комнаты.
— Что, Рико? — девушка выглянула из кухни.
— Хочу есть. А еще хочу самку. Красивую, молчаливую жако! — внезапно выдал скромняга попугай...

— Рико!!! — Сакура в недоумении подошла к птице. — Такое неприлично
говорить!!! Забудь эти слова! Кто тебя... — девушка запнулась. — «Тебе
что, заняться не чем??!»
— Знаешь, тебя можно и живодером назвать.
Птица тоже любви хочет. Она животным нужна, иначе они рано умирают, —
Итачи подошел к жако и почесал ему клюв, поглядывая при этом на Сакуру
с интересом.
Девушка услышала шаги Яманако и только рыкнула:
— Исчезни! Ино, я иду!

— Эм, Сакура, твой жако по-моему стал слишком болтливым. Или он с Саем
переобщался? — Ино появилась в комнате до того, как Харуно что-то успела
даже пикнуть.
Итачи только еще больше заинтересовался ситуацией.
Его улыбка стала насквозь пропитанной коварством и азартом. Пожирая Ино
будоражащим взглядом, он подошел к ней и, обойдя вокруг, остановился.
Яманако его будто и не видела вовсе. Она смотрела на попугая
и по-прежнему коварно улыбалась.
— Черт... — у Сакуры отлегло
на душе. — Ино послушай, я немного устала... Хочу немножко подремать,
чтобы нормально объяснять задания... Мы в следующий раз поболтаем
подольше, хорошо?
— Ну, раз ты так... Ладно. Завтра увидимся. Но попугаю подружку хоть найди, — подмигнула Ино Сакуре.
Как только Яманако ушла, Сакура буркнула:
— Это не Рико нужна подружка, а тебе видимо не хватает женского внимания, — девушка устало осела на постель.

— Вы, люди, такие забавные. Вы называете грехом свои же слабости
и боитесь их. Но в то же время считаете, что это я виноват в ваших
грехах. Как там говорилось? — Итачи подошел к Сакуре и провел пальцем
по ее щеке и губам, — Не поддайся во искушение свое, раб Божий?
— Я тебя вообще ни в чем не винила ни разу, за всю свою жизнь, — Сакура резко оттолкнула его ладонь от себя.

— О, да ты редкий экземпляр, скажу я тебе, — легкий смешок, его
коварные глаза, его дьявольская улыбка... Такое приятное, теплое
прикосновение к мягким губам... Его дыхание обжигало ее кожу, напоминая
ей о той ночи...
У Сакуры перехватило дыхание от столь неожиданного
действия Сатаны. Изумрудные глаза широко распахнулись, и девушка
прервала издевательскую ласку, резко подавшись назад.
— Хватит! Что ты пристал?

— Отмахиваешься от меня, как от надоедливой мухи? Ты становишься для
меня все интереснее и интереснее. Признаться, раньше я думал, что
ты ничем не отличаешься от прочих. Кстати, ты ни о чем не забыла?
— Итачи улыбнулся ей доброй улыбкой, но даже она получилась у него
ничего хорошего не предвещающая.
— Это тебя не должно волновать. Что тебе нужно?

— Мне? Ответ «желаю рассмотреть спорный вопрос на тему „Люди — кто
они?“, приобщая к дискуссии сторонников различных точек зрения, а именно
самих людей, а так же их ауры, судьбу и веру» тебя устроит?
— Нет, не устроит. Цель моего вопроса заключается в том, чтобы найти способ от тебя избавиться, — ответила Сакура.

— Кстати, — Итачи, слегка поклонившись, протянул ей руку и на его
ладони появился, словно сплавленный из воздуха кем-то невидимым,
современный черный ноутбук, — кажется, ты хотела найти ответ на свой
вопрос здесь?
Странно, но даже сейчас, в такой мирной обстановке,
его улыбка заставляла сердце леденеть, а страх расцветать. Удивительно,
но от той мысли, что дьявол не только абсолютное зло, что он не так
прост, как кажется, становилось еще страшнее. Изумительно. А, возможно,
Сатана существовал истиной Зла в мыслях людей, только потому, что им так
было легче думать?

Не существует ни ада, ни рая,
ни дьяволов, так как их никогда и никому не приходилось видеть; это
басни, сочиненные для устрашения ©.
— О чем ты говоришь!? Что
ты несешь!? Откуда тебе... — Cакура запнулась. Она вспомнила свой сон,
но теперь не только ощущения, но и те слова... Правда, как-то размыто,
словно через стену.
«Дочь Евы», — кто-то ее так же называл совсем
недавно... — «Откуда он мог знать? Невозможно же узнать, что снится
человеку?! Или...возможно? Может быть, я вовсе не спала?!» — последняя
мысль не на шутку перепугала девушку. Ее прерывистое дыхание выдавало
ее с лихвой, — Что происходит? — дрожащим голосом, который сама
не узнала, спросила Сакура неведомо кого.
— Что происходит? — будто
дразня ее, переспросил он, — Мы сидим на троне. Мне нужен твой грех,
а у твоего друга слишком слабая душа. Ты боишься. Ты паникуешь и никак
не можешь понять в чем дело, — в его голосе слышалась улыбка, — Вот, что
происходит, дочь Евы.
— Ты рехнулся, — дрожащим голосом проговорила Сакура, не веря в происходящее и в то, что он говорит.
— Я? Твой друг возможно да... Такие последствия не исключены. Но я — нет, — Сай тихо засмеялся, вновь вдыхая аромат ее волос.
— Отпусти меня, немедленно! — Сакура сделала сильный рывок, но безрезультатно.

— Ты атеистка? — по-прежнему забавляясь спросил он и усадил ее так,
чтобы она могла чувствовать, насколько сильно возбуждено тело этого
парня. Это должно было разжечь в ней похоть, тот грех, который мог
помочь снять печать...
— Да, я атеистка! Отпусти меня, кабель!
— девушка почувствовала нечто твердое под своей пятой точкой. Это
и напугало и разозлило одновременно.
— То есть, по-твоему, я маньяк? — он одной рукой залез под ее кофту и стал ласково поглаживать ее нежную кожу.

— Я сказала, отпусти! Я о тебе была лучшего мнения, Сай! — Сакура уже
сорвалась на крик и пыталась кричать так, чтобы ее голос услышали Ино
и Киба. Хотя, через столь глубокую пещеру...
— Где ты видела
маньяка, который вот уже около часа уговаривает девушку успокоиться?
— Сай спросил так, словно ему действительно был интересен ответ на этот
вопрос.
— Хорошо, тогда отпусти меня, и я тебе отвечу!
Вновь
по пещере прокатился волной его смех. Вместо того, чтобы отпустить, Сай
сжал ее еще крепче и прикоснулся губами к изгибу ее шеи.
— Нет.
Не отпущу. Сейчас ты успокоишься, перестанешь бояться и полностью
отдашься самому главному чувству, — пока он говорил эти слова, его губы,
двигаясь, щекотали ее кожу, прочерчивая дорожку до самого уха, — Слово
Дьявола, — последнее он сказал так, словно говорил — даю слово. Но ведь
для человека это означает, что некто сдержит данное обещание.
У дьявола же все по-другому. Это означало, что его слово — закон.

Казалось, в глазах помутнело. Чтобы что-то разглядеть, приходилось
всматриваться и щуриться. Чувство страха и злости притупилось, выдвигая
вперед желание, страсть и прихоть... Тело девушки обмякло, и, если
до этого она пыталась вырваться и хоть как-то отодвинуться от Лжесая,
то теперь, расслабившись, ее тело словно припало к его, и голова
запрокинулась на его плечо, открывая парню плавные изгибы шеи.
Ее дыхание из взволнованного перешло в томное...
— Вот так... — его
губы скользили по ее гладкой коже, оставляя влажные поцелуи и темные
синячки, — Тебе ведь нравится? Маленькая Ева, — снова этот приглушенный
смех.
Сейчас Сакура словно потеряла саму себя и для нее
существовали лишь желания, страсть... Она запрокинула руку назад,
и ее ладонь легла на затылок Сая, слегка поглаживая кончиками пальцев,
словно наталкивая на что-то большее.
Эгава улыбнулся одними
уголками губ и его пальцы снова заскользили по коже ее живота вниз —
теперь одежда не должна была быть ему помехой. Похоть, гнев — все это
слабости человеческие, которые должны были помочь ему пробудиться.
Он уже получил то, что ему было нужно, но останавливаться не было
причин — крохой греха сыт не будешь... Он всегда находился во тьме,
в тени того, что люди называли Богом. И его всегда тянуло к свету, как
детей божиих тянет к греху. Но Дьявол не хотел этого. Он не понимал
людей, живших ради будущего. Он всегда жил настоящим и брал от жизни все
самое лучшее для себя. Он был черен. Черен, как ночь. Как мрак
Вселенной. Как непроглядное ничто, то, где находилась сейчас душа Сая.
Тьма словно окутала Эгаву, лишила сил и заставила кому-то покориться.
Он чувствовал все, что чувствовало его тело. Слышал все, что говорила
Сакура и еще один, чужой голос. Видел все, что творило его тело.
И не понимал того, что делала сейчас девушка.
«Прекрати... Ты же
потом меня возненавидишь... Разве это то, к чему ты стремишься? Разве
это..?» — спрашивал парень, но его слова словно были проглочены воздухом
и тьмой... По мере того, как его рука все больше пользовалась
ее податливостью, а его губы все жарче целовали ее, волнение, страх
и ужасное чувство отчаяния возрастали в самом парне. Да, в этот момент
он чувствовал сильнейшее влечение к девушке. Да, он хотел ее и знал это.
Но у него был разум и его принципы, которые не давали ему поддаться
похоти. Он не понимал, почему Сакура так распутно и ветрено себя вела.
Он не знал, что на нее влияет Высшая сила...
«Прекрати...», — стук
собственного сердца словно землетрясение волной прошелся по его телу, —
«Прекрати...», — его чувства накалялись до предела и негодование
возрастало с новой силой, — «Прекрати!» — всплеск ярости. Он ощутил, как
его рука наконец-то дрогнула, подчиняясь импульсам его мозга. Но, когда
Сай, наконец, внезапно отпустил Сакуру, руками вцепившись
в подлокотники трона, он с ужасом смотрел на свои ноги. Парень был
в такой панике, что еще чуть-чуть — и он сойдет с ума. Его ступни,
голени, икры, колени, бедра и все его остальное тело рассыпалось
на мириады частиц, словно его стирали в черную пыль. Жуткий
нечеловеческий крик рвался из его горла, но воздух колебался лишь
от страстных вздохов девушки. Стук его сердца был настолько силен, что
отдавался пульсирующей болью в его мозгу.
Трон. Сакура. Пещера.
Света становилось все меньше. Сай, прерывисто и шумно дыша, посмотрел
на свои руки, которые были напряжены до такого предела, словно
он собирался что-то разорвать. Как он оказался здесь? В стороне от того
места, где только что умирал? И...почему так темно? Лучи, проникавшие
сквозь отверстие в крыше пещеры стали словно танцевать, и вскоре Сай
понял, почему. Показалось первое черное перо, затем еще и еще. Они
осыпались словно снег зимой или же листопад поздней осенью, пропадая
в бездне, ложась на светло-розовые волосы Сакуры, покрывая черным ковром
пол, ступени, трон и самого Сая. Тишина. Не слышно даже собственного
дыхания. И вот — дикий рев, словно гром небесный извергался из пучин
бездны этой пещеры. Вместе с ревом по залу промчался бушующий ветер,
взметнув все перья ворона. Вся пещера будто была объята пламенем.
Минерал пылал алым светом, словно накаленные до предела угли в костре...

Теперь трон, где сидела девушка в полуобморочном состоянии, больше
походил на черный бездонный смерч. Кислород словно исчез, вытягиваясь
из легких вместе с жизнью. Сакура начала хватать ртом воздух, как
выброшенная на берег рыба, но ни капли живительной стихии не приходило
ей на помощь. Нечто нежное и теплое коснулось ее груди, и только потом
весь этот ужас с удушьем прекратился.
Трон, на котором сидела
Сакура, заволокло черным туманом, который постепенно принимал форму
человека и становился все материальнее. Вскоре девушка поняла, что сидит
на руках у темного и загадочного красавца, чьи глаза мерцали в сумраке,
а его ладонь покоится на ее груди, словно успокаивая ее сердце.
Он смотрел на Сакуру спокойно и беззлобно, но страх все равно сковывал
все ее существо. Постепенно его губы начали растягиваться в насмешливую
ухмылку, словно до него медленно доходило, что происходит.
Сакура
медленно поднесла ладонь к губам и закрыла рот, поскольку заорать
хотелось неимоверно. Она продолжала неподвижно сидеть у него на коленях.
Возможно ли такое?! То, что она сейчас видела своими собственными
глазами. Кто этот человек...
— Endelero Siluesterf? — эти слова
внезапно разрезали царившую тишину. Мелодичный, приятный голос доносил
до разума девушки совершенно незнакомые слова. Невозможно было даже
определить к какому примерно языку они относятся — Сакура училась
на переводчика, но сейчас даже это ей не помогло.
— Ч-что..? — в один голос спросили парень и девушка. Оба были в полном шоке и их разум отказывался понимать происходящее.

«Этот язык... Никак не привыкну...» — усмехнулся незнакомец сам себе, —
Спасибо, что подарила мне частицу своих грехов. А тебе, — он перевел
взгляд на Сая, застывшего неподалеку, — Мое уважение за стойкий нрав.
Ты — человек, достойный сын Адама.
Сакура уже охватила паническая
дрожь. Все, что сейчас произошло, было за гранью ее понимания... Она
почти рывком, поняв что он ее больше не держит так сильно, вскочила
и кинулась по ступенькам от трона, но, не рассчитав силы, споткнулась
и упала, разодрав в кровь колени и поцарапав щеку так, что из царапинки
медленно по щеке стала течь кровь. Девушка тут же обернулась, не зная
почему, толи от того, что, понадеявшись, хотела на троне никого
не увидеть, толи от того, что хотела быть уверена, что Он далеко
от нее..
— Аккуратнее, малышка, — его палец ласково прошелся
по ее ранке на щеке, стирая кровь и заживляя ткани. Дьявол оказался
прямо перед Сакурой. Он стоял, приклонив колено и протянув к ней руку,
но даже в таком положении в каждом его движении чувствовалось
неоспоримые могущество и непоколебимость.
Cакура испуганно отползла
назад спиной. Ее огромные глаза, наполненные страхом, неверой
и отчаянием, выражали все за себя. Только сейчас до нее стало доходить,
что она вытворяла с Саем, там, на троне, да и с ним ли вообще... Некто
внутри шепнул ей, что это был не Сай, а именно тот, кто стоял сейчас
перед ней... Она не могла понять, почему она не могла контролировать
себя, почему вытворяла такое, от чего ей стало так противно,
но и страшно одновременно...
— Кто т-ты... — еле пролепетала
девушка тогда, когда почувствовала спиной холодную, ребристую стену. Она
испуганно моргнула, поняв, что этого незнакомца уже нет перед ней,
будто бы и не было.
— Я — хозяин всего этого. Имен у меня слишком
много, мне все равно, как ты меня будешь называть, — его речь, исходящая
теперь со стороны трона, была неспешной, ровной и спокойной.
Он не только пугал — он завораживал собой, притягивал к себе, как
магнит. Это сравнимо с тем, как людей тянет к грехам...
Именно это
и пугало девушку — это было сравнимо лишь с вампирами в разных легендах,
о том, как они заманивали девушек к себе и выпивали их кровь. Cакура
отвлеклась от него на мгновение и посмотрела на Сая.
Парень стоял,
опершись о стену, и с бешеным взглядом смотрел на свои собственные руки.
Он только что пережил нечто необъяснимое, ужасное и был уже на грани
сумасшествия...
— Сай, — шепнула она в непонимании и испуге его
имя... Сакура попыталась встать, но, как оказалось, это не так легко —
она не просто разодрала колени... При попытке встать она зашипела,
пытаясь сдержать вскрик или стон, — Cай, — еще громче позвала девушка.
Она даже на пару мгновений забыла о том, что сейчас было, когда поняла,
что с парнем что-то не так.
— Он не слышит тебя.
— Что?! Что ты с ним сделал? — в ужасе выкрикнула девушка.

— Я? Ничего. Все сейчас с ним делает его собственный разум. Если этот
человек силен, его воля к жизни сильна, то с ним все будет в порядке, —
немного насмешливый, но серьезный тон в сочетании с холодными,
но заинтересованными глазами. Не часто встретишь человека, который вот
так будет орать на Дьявола, и Сатану это изрядно веселило.
— Ну,
тогда помоги ему! Ты ведь в этом виноват! — Сакура не знала, почему она
это сказала, но что-то внутри ей говорило о том, что во всем виноват
именно этот мрачный незнакомец, и почему-то она чувствовала его силу...
Да, она была реалисткой, не верила во всяких приведений, божества
и прочее, но...тем не менее...именно поэтому ей было тяжело принять эту
реальность... И сейчас ей было важнее спасение ее друга.
— Помочь?
Я не обязан ничего делать, — незнакомец вальяжно расселся на троне,
свысока смотря на этих жалких людей. К нему часто обращались за помощью,
когда эти создания начинали считать, что Бог их оставил. Но это не так.
Он дает им шанс каждую минуту и в их силах все исправить. Это
их проблемы, что они не видят своих возможностей и считают, что все
будет так легко и счастливо. Дьявол знал это. Ведь он тоже Бог. Бог,
каким его хотят видеть, — Ты сомневаешься в нем? — Сатана посмотрел
на Сакуру так, словно от ее ответа зависело многое.
Девушка, ничего не отвечая, все-таки смогла встать, хотя каждое движение отдавалась десятикратной болью.
«Давно я так не падала...»

— Но это все из-за тебя! — крикнула она на незнакомца. Облокачиваясь
о стену, она более-менее быстро подошла к молодому человеку и, встряхнув
его за плечи, стала говорить, словно пытаясь вернуть его из астрала, —
Сай! Пожалуйста, очнись! Все хорошо! Это я, Сакура! — девушка в мольбе
положила ладони на его щеки, словно надеясь, что это как-то поможет ему.

— И ты отдашь все, чтобы он был здоров? — насмешливо спросил незнакомец, наблюдая за ее жалкими попытками.
— Закрой рот, кретин! Что ты о себе возомнил?! — девушка резко развернулась, выплюнув эти слова ему в лицо.

— Хо... Ты до сих пор не можешь понять кто я? Если ты так веришь
в логику, то позволь спросить. Как простой человек мог довести твоего
друга до такого состояния?
Сакура уже не стала его слушать только
потому, что сама начала понимать, что сейчас начнет сходить с ума, —
Сай, — более спокойно обратилась она, беря парня за руку и тяня
на себя, — Плевать я хотела на то, кто ты.
— Оставь сына Адама
в покое. Если бы ты была внимательнее, ты бы уже заметила кое-что, —
незнакомец проговаривал слова неспешно, словно делая несколько дел
сразу, но по факту — он просто сидел и смотрел на черное перо, которое
вертел в руках.
И он был прав. Если сначала зрачки Сая были в ужасе
расширены, и его всего трясло, то теперь он медленно начинал озираться
по сторонам, опустив руки. Но он по-прежнему смотрел и не видел...
— Cай идем, нам пора выбираться отсюда, — попросила его Сакура еще раз.

— Как? И не останетесь на чай у Сатаны? — наигранно обижено спросил
незнакомец, но его «удивленное» лицо вновь сменилось маской безразличия
и легкой улыбкой, — Почему ты так уверена, что можешь уйти отсюда, после
всего, что видела?
— А разве я виновата в том, что я видела?! — Сакура, наконец-то, впервые посмотрела в глаза незнакомцу.
— А что ты видела? — он склонил голову набок, желая услышать ее ответ.

Сакура на секунду остановилась, словно переводя дыхание, а затем резко
прислонила Сая к стене и нехило двинула ему по лицу кулаком. Довольно
забавно было смотреть, как девушка трясла ладонь, надеясь на скорейшее
исчезновение боли. Затем, она закричала на бедолагу Сая:
— Да приди ты в себя!!!

— Ты? — парень с пару минут всматривался в ее лицо, а затем перевел
взгляд на того, кто восседал на троне с пером в руке, — Это он устроил
массовую линьку ворон? — спросил Сай неизвестно кого. Все это время
он размышлял над тем, что произошло, полностью погрузившись в себя.
И пришел только к одному выводу, — Дьявол? Или как тебя зовут на самом
деле?
Мужчина рассмеялся его словам. Его смех раскатился звонкой
волной под сводами храма и потом еще долго раздавались отголоски.
Он медленно встал и так же неспешно стал спускаться со ступенек. При
этом от каждого его движения воздух словно поддергивался черным дымком
вокруг незнакомца.
— Меня называли Дьяволом и Сатаной, — он сделал
плавное движение рукой и вот, он уже держит посеребренный бокал, —
Вельзевулом и Мефистофелем, Апполионом и Валламом, Бегеритом
и Барометом, Ариманом и Азазелем, Адрамелехом и Вилом, Ваальберитом
и Локи, — он отпил глоток и продолжил, — Миктианом и Мильком, Молохом
и Риммоном, Сайтаном и Седитом, Хаборимом и Яоцином, Белиалом
и Левиофаном, — мужчина был уже в нескольких шагах от Сакуры и Сая, —
Ах, да, ну, и Люцифером, — он остановился возле них, возвышаясь над ними
во весь свой рост и улыбнулся с неким оттенком издевки.
Сакура
слушала весь это бред с глазами аля «ты дебил или я?», неотрывно смотря
на Сатану. Затем, она перевела взгляд на Сая и тихо шепнула, как
маленькая девочка, — Я хочу домой...
Сай сжал ее руку, словно
не хотел, чтобы она пережила то же, что и он, и отодвинул ее за свою
спину, словно пытаясь отгородить от всей этой реальности.
— Значит, я прав? Но ты не можешь существовать.
Незнакомец посмотрел в глаза Саю и усмехнулся:

— Обожаю атеистов. С вами так забавно. Вы отказываетесь видеть, хотя
смотрите прямо на меня. В прочем, в вас собраны все самые типичные для
людей качества, — мужчина прошел мимо его гостей и, не оборачиваясь,
добавил, — Чуть не забыл. Итачи. Так меня окрестил один Бог — Аматэрасу,
впрочем, не знаю уже, в кого верит весь этот прогнивший народ, — в его
голосе слышалась теплая усмешка, но он явно не договаривал многие свои
имена, — Кстати, малютка, — Дьявол посмотрел на Сакуру, выглядывавшую
из-за спины парня, — Только грешник, чьи руки запятнаны кровью, может
так легко оправиться от того, что видел сегодня твой друг. Именно
поэтому он больше понимает, чем ты.

— О чем ты говоришь!? Что
ты несешь!? Откуда тебе... — Cакура запнулась. Она вспомнила свой сон,
но теперь не только ощущения, но и те слова... Правда, как-то размыто,
словно через стену.
«Дочь Евы», — кто-то ее так же называл совсем
недавно... — «Откуда он мог знать? Невозможно же узнать, что снится
человеку?! Или...возможно? Может быть, я вовсе не спала?!» — последняя
мысль не на шутку перепугала девушку. Ее прерывистое дыхание выдавало
ее с лихвой, — Что происходит? — дрожащим голосом, который сама
не узнала, спросила Сакура неведомо кого.
— Что происходит? — будто
дразня ее, переспросил он, — Мы сидим на троне. Мне нужен твой грех,
а у твоего друга слишком слабая душа. Ты боишься. Ты паникуешь и никак
не можешь понять в чем дело, — в его голосе слышалась улыбка, — Вот, что
происходит, дочь Евы.
— Ты рехнулся, — дрожащим голосом проговорила Сакура, не веря в происходящее и в то, что он говорит.
— Я? Твой друг возможно да... Такие последствия не исключены. Но я — нет, — Сай тихо засмеялся, вновь вдыхая аромат ее волос.
— Отпусти меня, немедленно! — Сакура сделала сильный рывок, но безрезультатно.

— Ты атеистка? — по-прежнему забавляясь спросил он и усадил ее так,
чтобы она могла чувствовать, насколько сильно возбуждено тело этого
парня. Это должно было разжечь в ней похоть, тот грех, который мог
помочь снять печать...
— Да, я атеистка! Отпусти меня, кабель!
— девушка почувствовала нечто твердое под своей пятой точкой. Это
и напугало и разозлило одновременно.
— То есть, по-твоему, я маньяк? — он одной рукой залез под ее кофту и стал ласково поглаживать ее нежную кожу.

— Я сказала, отпусти! Я о тебе была лучшего мнения, Сай! — Сакура уже
сорвалась на крик и пыталась кричать так, чтобы ее голос услышали Ино
и Киба. Хотя, через столь глубокую пещеру...
— Где ты видела
маньяка, который вот уже около часа уговаривает девушку успокоиться?
— Сай спросил так, словно ему действительно был интересен ответ на этот
вопрос.
— Хорошо, тогда отпусти меня, и я тебе отвечу!
Вновь
по пещере прокатился волной его смех. Вместо того, чтобы отпустить, Сай
сжал ее еще крепче и прикоснулся губами к изгибу ее шеи.
— Нет.
Не отпущу. Сейчас ты успокоишься, перестанешь бояться и полностью
отдашься самому главному чувству, — пока он говорил эти слова, его губы,
двигаясь, щекотали ее кожу, прочерчивая дорожку до самого уха, — Слово
Дьявола, — последнее он сказал так, словно говорил — даю слово. Но ведь
для человека это означает, что некто сдержит данное обещание.
У дьявола же все по-другому. Это означало, что его слово — закон.

Казалось, в глазах помутнело. Чтобы что-то разглядеть, приходилось
всматриваться и щуриться. Чувство страха и злости притупилось, выдвигая
вперед желание, страсть и прихоть... Тело девушки обмякло, и, если
до этого она пыталась вырваться и хоть как-то отодвинуться от Лжесая,
то теперь, расслабившись, ее тело словно припало к его, и голова
запрокинулась на его плечо, открывая парню плавные изгибы шеи.
Ее дыхание из взволнованного перешло в томное...
— Вот так... — его
губы скользили по ее гладкой коже, оставляя влажные поцелуи и темные
синячки, — Тебе ведь нравится? Маленькая Ева, — снова этот приглушенный
смех.
Сейчас Сакура словно потеряла саму себя и для нее
существовали лишь желания, страсть... Она запрокинула руку назад,
и ее ладонь легла на затылок Сая, слегка поглаживая кончиками пальцев,
словно наталкивая на что-то большее.
Эгава улыбнулся одними
уголками губ и его пальцы снова заскользили по коже ее живота вниз —
теперь одежда не должна была быть ему помехой. Похоть, гнев — все это
слабости человеческие, которые должны были помочь ему пробудиться.
Он уже получил то, что ему было нужно, но останавливаться не было
причин — крохой греха сыт не будешь... Он всегда находился во тьме,
в тени того, что люди называли Богом. И его всегда тянуло к свету, как
детей божиих тянет к греху. Но Дьявол не хотел этого. Он не понимал
людей, живших ради будущего. Он всегда жил настоящим и брал от жизни все
самое лучшее для себя. Он был черен. Черен, как ночь. Как мрак
Вселенной. Как непроглядное ничто, то, где находилась сейчас душа Сая.
Тьма словно окутала Эгаву, лишила сил и заставила кому-то покориться.
Он чувствовал все, что чувствовало его тело. Слышал все, что говорила
Сакура и еще один, чужой голос. Видел все, что творило его тело.
И не понимал того, что делала сейчас девушка.
«Прекрати... Ты же
потом меня возненавидишь... Разве это то, к чему ты стремишься? Разве
это..?» — спрашивал парень, но его слова словно были проглочены воздухом
и тьмой... По мере того, как его рука все больше пользовалась
ее податливостью, а его губы все жарче целовали ее, волнение, страх
и ужасное чувство отчаяния возрастали в самом парне. Да, в этот момент
он чувствовал сильнейшее влечение к девушке. Да, он хотел ее и знал это.
Но у него был разум и его принципы, которые не давали ему поддаться
похоти. Он не понимал, почему Сакура так распутно и ветрено себя вела.
Он не знал, что на нее влияет Высшая сила...
«Прекрати...», — стук
собственного сердца словно землетрясение волной прошелся по его телу, —
«Прекрати...», — его чувства накалялись до предела и негодование
возрастало с новой силой, — «Прекрати!» — всплеск ярости. Он ощутил, как
его рука наконец-то дрогнула, подчиняясь импульсам его мозга. Но, когда
Сай, наконец, внезапно отпустил Сакуру, руками вцепившись
в подлокотники трона, он с ужасом смотрел на свои ноги. Парень был
в такой панике, что еще чуть-чуть — и он сойдет с ума. Его ступни,
голени, икры, колени, бедра и все его остальное тело рассыпалось
на мириады частиц, словно его стирали в черную пыль. Жуткий
нечеловеческий крик рвался из его горла, но воздух колебался лишь
от страстных вздохов девушки. Стук его сердца был настолько силен, что
отдавался пульсирующей болью в его мозгу.
Трон. Сакура. Пещера.
Света становилось все меньше. Сай, прерывисто и шумно дыша, посмотрел
на свои руки, которые были напряжены до такого предела, словно
он собирался что-то разорвать. Как он оказался здесь? В стороне от того
места, где только что умирал? И...почему так темно? Лучи, проникавшие
сквозь отверстие в крыше пещеры стали словно танцевать, и вскоре Сай
понял, почему. Показалось первое черное перо, затем еще и еще. Они
осыпались словно снег зимой или же листопад поздней осенью, пропадая
в бездне, ложась на светло-розовые волосы Сакуры, покрывая черным ковром
пол, ступени, трон и самого Сая. Тишина. Не слышно даже собственного
дыхания. И вот — дикий рев, словно гром небесный извергался из пучин
бездны этой пещеры. Вместе с ревом по залу промчался бушующий ветер,
взметнув все перья ворона. Вся пещера будто была объята пламенем.
Минерал пылал алым светом, словно накаленные до предела угли в костре...

Теперь трон, где сидела девушка в полуобморочном состоянии, больше
походил на черный бездонный смерч. Кислород словно исчез, вытягиваясь
из легких вместе с жизнью. Сакура начала хватать ртом воздух, как
выброшенная на берег рыба, но ни капли живительной стихии не приходило
ей на помощь. Нечто нежное и теплое коснулось ее груди, и только потом
весь этот ужас с удушьем прекратился.
Трон, на котором сидела
Сакура, заволокло черным туманом, который постепенно принимал форму
человека и становился все материальнее. Вскоре девушка поняла, что сидит
на руках у темного и загадочного красавца, чьи глаза мерцали в сумраке,
а его ладонь покоится на ее груди, словно успокаивая ее сердце.
Он смотрел на Сакуру спокойно и беззлобно, но страх все равно сковывал
все ее существо. Постепенно его губы начали растягиваться в насмешливую
ухмылку, словно до него медленно доходило, что происходит.
Сакура
медленно поднесла ладонь к губам и закрыла рот, поскольку заорать
хотелось неимоверно. Она продолжала неподвижно сидеть у него на коленях.
Возможно ли такое?! То, что она сейчас видела своими собственными
глазами. Кто этот человек...
— Endelero Siluesterf? — эти слова
внезапно разрезали царившую тишину. Мелодичный, приятный голос доносил
до разума девушки совершенно незнакомые слова. Невозможно было даже
определить к какому примерно языку они относятся — Сакура училась
на переводчика, но сейчас даже это ей не помогло.
— Ч-что..? — в один голос спросили парень и девушка. Оба были в полном шоке и их разум отказывался понимать происходящее.

«Этот язык... Никак не привыкну...» — усмехнулся незнакомец сам себе, —
Спасибо, что подарила мне частицу своих грехов. А тебе, — он перевел
взгляд на Сая, застывшего неподалеку, — Мое уважение за стойкий нрав.
Ты — человек, достойный сын Адама.
Сакура уже охватила паническая
дрожь. Все, что сейчас произошло, было за гранью ее понимания... Она
почти рывком, поняв что он ее больше не держит так сильно, вскочила
и кинулась по ступенькам от трона, но, не рассчитав силы, споткнулась
и упала, разодрав в кровь колени и поцарапав щеку так, что из царапинки
медленно по щеке стала течь кровь. Девушка тут же обернулась, не зная
почему, толи от того, что, понадеявшись, хотела на троне никого
не увидеть, толи от того, что хотела быть уверена, что Он далеко
от нее..
— Аккуратнее, малышка, — его палец ласково прошелся
по ее ранке на щеке, стирая кровь и заживляя ткани. Дьявол оказался
прямо перед Сакурой. Он стоял, приклонив колено и протянув к ней руку,
но даже в таком положении в каждом его движении чувствовалось
неоспоримые могущество и непоколебимость.
Cакура испуганно отползла
назад спиной. Ее огромные глаза, наполненные страхом, неверой
и отчаянием, выражали все за себя. Только сейчас до нее стало доходить,
что она вытворяла с Саем, там, на троне, да и с ним ли вообще... Некто
внутри шепнул ей, что это был не Сай, а именно тот, кто стоял сейчас
перед ней... Она не могла понять, почему она не могла контролировать
себя, почему вытворяла такое, от чего ей стало так противно,
но и страшно одновременно...
— Кто т-ты... — еле пролепетала
девушка тогда, когда почувствовала спиной холодную, ребристую стену. Она
испуганно моргнула, поняв, что этого незнакомца уже нет перед ней,
будто бы и не было.
— Я — хозяин всего этого. Имен у меня слишком
много, мне все равно, как ты меня будешь называть, — его речь, исходящая
теперь со стороны трона, была неспешной, ровной и спокойной.
Он не только пугал — он завораживал собой, притягивал к себе, как
магнит. Это сравнимо с тем, как людей тянет к грехам...
Именно это
и пугало девушку — это было сравнимо лишь с вампирами в разных легендах,
о том, как они заманивали девушек к себе и выпивали их кровь. Cакура
отвлеклась от него на мгновение и посмотрела на Сая.
Парень стоял,
опершись о стену, и с бешеным взглядом смотрел на свои собственные руки.
Он только что пережил нечто необъяснимое, ужасное и был уже на грани
сумасшествия...
— Сай, — шепнула она в непонимании и испуге его
имя... Сакура попыталась встать, но, как оказалось, это не так легко —
она не просто разодрала колени... При попытке встать она зашипела,
пытаясь сдержать вскрик или стон, — Cай, — еще громче позвала девушка.
Она даже на пару мгновений забыла о том, что сейчас было, когда поняла,
что с парнем что-то не так.
— Он не слышит тебя.
— Что?! Что ты с ним сделал? — в ужасе выкрикнула девушка.

— Я? Ничего. Все сейчас с ним делает его собственный разум. Если этот
человек силен, его воля к жизни сильна, то с ним все будет в порядке, —
немного насмешливый, но серьезный тон в сочетании с холодными,
но заинтересованными глазами. Не часто встретишь человека, который вот
так будет орать на Дьявола, и Сатану это изрядно веселило.
— Ну,
тогда помоги ему! Ты ведь в этом виноват! — Сакура не знала, почему она
это сказала, но что-то внутри ей говорило о том, что во всем виноват
именно этот мрачный незнакомец, и почему-то она чувствовала его силу...
Да, она была реалисткой, не верила во всяких приведений, божества
и прочее, но...тем не менее...именно поэтому ей было тяжело принять эту
реальность... И сейчас ей было важнее спасение ее друга.
— Помочь?
Я не обязан ничего делать, — незнакомец вальяжно расселся на троне,
свысока смотря на этих жалких людей. К нему часто обращались за помощью,
когда эти создания начинали считать, что Бог их оставил. Но это не так.
Он дает им шанс каждую минуту и в их силах все исправить. Это
их проблемы, что они не видят своих возможностей и считают, что все
будет так легко и счастливо. Дьявол знал это. Ведь он тоже Бог. Бог,
каким его хотят видеть, — Ты сомневаешься в нем? — Сатана посмотрел
на Сакуру так, словно от ее ответа зависело многое.
Девушка, ничего не отвечая, все-таки смогла встать, хотя каждое движение отдавалась десятикратной болью.
«Давно я так не падала...»

— Но это все из-за тебя! — крикнула она на незнакомца. Облокачиваясь
о стену, она более-менее быстро подошла к молодому человеку и, встряхнув
его за плечи, стала говорить, словно пытаясь вернуть его из астрала, —
Сай! Пожалуйста, очнись! Все хорошо! Это я, Сакура! — девушка в мольбе
положила ладони на его щеки, словно надеясь, что это как-то поможет ему.

— И ты отдашь все, чтобы он был здоров? — насмешливо спросил незнакомец, наблюдая за ее жалкими попытками.
— Закрой рот, кретин! Что ты о себе возомнил?! — девушка резко развернулась, выплюнув эти слова ему в лицо.

— Хо... Ты до сих пор не можешь понять кто я? Если ты так веришь
в логику, то позволь спросить. Как простой человек мог довести твоего
друга до такого состояния?
Сакура уже не стала его слушать только
потому, что сама начала понимать, что сейчас начнет сходить с ума, —
Сай, — более спокойно обратилась она, беря парня за руку и тяня
на себя, — Плевать я хотела на то, кто ты.
— Оставь сына Адама
в покое. Если бы ты была внимательнее, ты бы уже заметила кое-что, —
незнакомец проговаривал слова неспешно, словно делая несколько дел
сразу, но по факту — он просто сидел и смотрел на черное перо, которое
вертел в руках.
И он был прав. Если сначала зрачки Сая были в ужасе
расширены, и его всего трясло, то теперь он медленно начинал озираться
по сторонам, опустив руки. Но он по-прежнему смотрел и не видел...
— Cай идем, нам пора выбираться отсюда, — попросила его Сакура еще раз.

— Как? И не останетесь на чай у Сатаны? — наигранно обижено спросил
незнакомец, но его «удивленное» лицо вновь сменилось маской безразличия
и легкой улыбкой, — Почему ты так уверена, что можешь уйти отсюда, после
всего, что видела?
— А разве я виновата в том, что я видела?! — Сакура, наконец-то, впервые посмотрела в глаза незнакомцу.
— А что ты видела? — он склонил голову набок, желая услышать ее ответ.

Сакура на секунду остановилась, словно переводя дыхание, а затем резко
прислонила Сая к стене и нехило двинула ему по лицу кулаком. Довольно
забавно было смотреть, как девушка трясла ладонь, надеясь на скорейшее
исчезновение боли. Затем, она закричала на бедолагу Сая:
— Да приди ты в себя!!!

— Ты? — парень с пару минут всматривался в ее лицо, а затем перевел
взгляд на того, кто восседал на троне с пером в руке, — Это он устроил
массовую линьку ворон? — спросил Сай неизвестно кого. Все это время
он размышлял над тем, что произошло, полностью погрузившись в себя.
И пришел только к одному выводу, — Дьявол? Или как тебя зовут на самом
деле?
Мужчина рассмеялся его словам. Его смех раскатился звонкой
волной под сводами храма и потом еще долго раздавались отголоски.
Он медленно встал и так же неспешно стал спускаться со ступенек. При
этом от каждого его движения воздух словно поддергивался черным дымком
вокруг незнакомца.
— Меня называли Дьяволом и Сатаной, — он сделал
плавное движение рукой и вот, он уже держит посеребренный бокал, —
Вельзевулом и Мефистофелем, Апполионом и Валламом, Бегеритом
и Барометом, Ариманом и Азазелем, Адрамелехом и Вилом, Ваальберитом
и Локи, — он отпил глоток и продолжил, — Миктианом и Мильком, Молохом
и Риммоном, Сайтаном и Седитом, Хаборимом и Яоцином, Белиалом
и Левиофаном, — мужчина был уже в нескольких шагах от Сакуры и Сая, —
Ах, да, ну, и Люцифером, — он остановился возле них, возвышаясь над ними
во весь свой рост и улыбнулся с неким оттенком издевки.
Сакура
слушала весь это бред с глазами аля «ты дебил или я?», неотрывно смотря
на Сатану. Затем, она перевела взгляд на Сая и тихо шепнула, как
маленькая девочка, — Я хочу домой...
Сай сжал ее руку, словно
не хотел, чтобы она пережила то же, что и он, и отодвинул ее за свою
спину, словно пытаясь отгородить от всей этой реальности.
— Значит, я прав? Но ты не можешь существовать.
Незнакомец посмотрел в глаза Саю и усмехнулся:

— Обожаю атеистов. С вами так забавно. Вы отказываетесь видеть, хотя
смотрите прямо на меня. В прочем, в вас собраны все самые типичные для
людей качества, — мужчина прошел мимо его гостей и, не оборачиваясь,
добавил, — Чуть не забыл. Итачи. Так меня окрестил один Бог — Аматэрасу,
впрочем, не знаю уже, в кого верит весь этот прогнивший народ, — в его
голосе слышалась теплая усмешка, но он явно не договаривал многие свои
имена, — Кстати, малютка, — Дьявол посмотрел на Сакуру, выглядывавшую
из-за спины парня, — Только грешник, чьи руки запятнаны кровью, может
так легко оправиться от того, что видел сегодня твой друг. Именно
поэтому он больше понимает, чем ты.

Люди наказываются не за грехи, а наказываются самими грехами. И это самое тяжелое и самое верное наказание ©.
Девушка не могла поверить своим глазам. Что здесь происходило?!

Королева цветов, будучи белой, превратилась в бардовую прямо на глазах
студентки. При этом, на цветке, откуда ни возьмись, появились капельки
росы, придающие ей еще больше очарования и красоты.
Сакура
не отрываясь смотрела на розу — девушка не верила своим глазам. Либо они
ее точно подводили, и она постепенно становится дальтоником, либо...у
нее просто были галлюцинации... Но девушка была готова поклясться, что
Ино уколола белая роза!
Сатана стоял неподалеку, скрестив на груди
руки. Его тяжелый, печальный и задумчивый взгляд был устремлен в окно.
Но прошел лишь один миг, как эту атмосферу изменила его дьявольская
улыбка.
Он посмотрел на розу и, проведя по воздуху рукой, словно
поглаживая цветок, растворился в собственной тьме. После этого, комнату
наполнил пьянительный аромат, от которого, почему-то, в разуме всплывали
самые непристойные вещи.
«Что происходит?» — Сакура, не понимая,
зачем вообще это делает, обвела помещение каким-то задумчиво-безумным
взглядом. Как только она почувствовала странный аромат, исходивший
со стороны цветка, в голову начали лезть самые ужасные воспоминания
из сна.
— Да что происходит?! — прошептала девушка, потирая
виски, — Просто не думай, просто не думай. Это просто сон, а тебя
подвело зрение! Пора уезжать отсюда подальше! И забыть все, что здесь
было!
Ее слова прервал стук в дверь и голос Кибы:
— Сакура, ты спишь?
— Нет, я не сплю!!! — резко отозвавшись, Харуно вскочила с постели и побежала открывать дверь нежданному гостю.

— Доброе утро, — парень обвел девушку таким взглядом, словно хотел
присвистнуть — на Сакуре была только ночнушка, доходившая ей едва ли
до колен, — А Ино у тебя?
Вместо ответа, Харуно схватила парня
за рукав и втащила в комнату, захлопнув за ним дверь. Даже от такого
шума и гама Ино не проснулась, сладко сопя под одеялом.
— Киба! Ты никого тут с розами не видел??? — вдруг спросила девушка.
— С розами? — Киба только сейчас заметил вазу с цветком, — А я то думаю, чем тут пахнет. Не, не видел.

— Это бред, бред, бред! — Сакура взлохматила и без того растрепанные
волосы, уже не зная, что делать, — Все! Я хочу уехать отсюда!

— Да без проблем. Не знаю в чем дело, но твое желание скоро исполнится.
Я как раз по этому поводу. Нам автобус пригнали, ты же знаешь про
раскопки?
Сакура повернулась к Кибе спиной и пошла к окну. Парень
нервно сглотнул — что-то не так. Да, действительно, что? Ее невесомая
ночнушка? Ее длинные ноги? Ее красивая фигура? Странно, но до этого
момента он не рассматривал ее именно как девушку. Он видел всегда в ней
только друга. Что же сейчас изменилось? И откуда такие похотливые мысли?
Нет, конечно мимолетно они и раньше возникали в его голове,
но не по поводу Сакуры точно.
— Ну, знаю, и что?
— Буди Ино, —
Киба сел на край кровати и зачем-то положил подушку к себе на колени,
обняв ее, — Собирайтесь и поехали. Все только вас и ждут.
— Нет, а что после раскопок?
— Домой, — Инудзука улыбнулся и покосился на розу, — Тайный поклонник?

— Да не нужны мне тайные поклонники! — буркнула девушка. Она буквально
пулей влетела в ванну и сквозь дверь крикнула, — Буди Ино!
Киба нервно посмеялся, глядя на одеяло под которым спала блондинка.
— Не-е-е-е...
— Ладно, беги, сама ее разбужу, — по звукам душа было понятно, что разговор окончен.

Инудзука тут же ретировался из комнаты — лишь бы с Яманако
не связываться. Мало ли в каком она настроении и во что одета? Нужно
было еще в себя прийти после этого странного похотливого чувства,
охватившего его с головой. Хорошо хоть разум не отключился.
Пока
Сакура была в душе, из комнаты доносилась возня, неоднократные хлопки
двери и голос Ино — она уже, видимо, проснулась и даже с кем-то
разговаривала.
Зеленоглазая девушка, приняв душ, высушила феном
волосы и в одном полотенце выскочила из ванны. Подойдя к шкафу, она
стала перебирать вещи, полностью погруженная в свои мысли.
— Привет, — раздался знакомый голос со стороны кровати.

— А!!! — вскрикнула Сакура, вскакивая и резко оборачиваясь, —
А...хух...это ты... Как же ты меня напугал, — вздохнула она, не обращая
внимания на то, что находится в одном полотенце.
— Прости. У тебя красивая роза, — заметил черноволосый парень с легкой улыбкой.
— А это...дурацкая роза! — фыркнула Сакура, по-прежнему не замечая, что стоит перед парнем почти голая.
— А по-моему очень красиво. Можно я тебя вместе с ней нарисую прямо сейчас?
— Что, прости? — замялась девушка. Этот загадочный молодой человек уже давно ей нравился и притягивал своей таинственностью...

— Понимаешь, вряд ли еще раз представится случай увидеть тебя в одном
полотенце, хотелось бы зарисовку хотя бы сделать, — улыбнулся Сай. Этот
парень с большими черными глазами всегда все говорил напрямик, без
задней мысли — иногда страдал из-за этого, попадая в неловкие ситуации.
— Эм... Что же... Как-нибудь в другой раз... — Сакура залилась румянцем и медленно стала продвигаться к ванне, пятясь.

— Я запомнил, что ты пообещала, — парень посмотрел на свои наручные
часы, — Опс... Мы опаздываем на автобус, меня собственно за этим сюда
прислали.
— За тем, чтобы нас предупредить? — спросила Харуно, будучи уже совсем близко к ванне, — Мы скоро!!!
— У тебя там любовник? — на полном серьезе спросил Сай, поскольку неизвестно, кто это — мы. Все свои давно вышли.
— Не-е-е-е-е-ет!!! Я говорила про Ино!! — Сакура указала кивком головы на постель... — Ой, она, видимо, уже убежала...

— Понятно. Я видел ее. Вы, девушки всегда вместе? Даже в туалет всем
скопом ходите... — Сай всегда был таким странным... Казалось, что все,
что происходит вокруг проходит мимо него. Даже такой вывод он высказал
на полном серьезе — без капли ехидства или же издевки. Его всегда
невозможно было понять.
— Нет, в туалет ходим по отдельности. С чего такой вывод? — скептически спросила девушка, не понимая хода мыслей друга.

— Ну в институте, да и в школе, вы постоянно собираетесь группами
и только потом идете в туалет, — не моргнув глазом, напрямик он изложил
все свои наблюдения.
— Ну...ладно, — робко проговорила Сакура, намекая взглядами на двери.

— Ну, я жду, а то без нас сейчас уедут, — Сай Эгава, самый
прямолинейный парень во всем Токио, облокотился о колени и сидел почти
как бандит с большой дороги, совершенно не замечая намеков.
— Сай, а ты не мог бы выйти, м? — спросила его девушка.

— А? А да, конечно, — парень даже не замялся от того, что сразу
не понял намека. Он невозмутимо прошел к столу и захватил с собой розу,
даже глазом не моргнув.
Сакура же облегченно вздохнула, когда Сай не просто вышел, а еще и лишил ее общества этого мистического цветка.

— Такими темпами я стану верить во всякую дребедень с Сатаной
и Богом, — фыркнула она. Устало проведя ладонью по лицу, девушка стала
перебирать одежду. Она достала белый бюстгальтер с кружевами, на минутку
забежала в ванну и одела нижнее белье. После этого, снова подойдя
к шкафу, стала вытаскивать вещи — для того, чтобы одеться и сразу
сложить чемодан.
Дьявол, который снова посетил эту комнату, увидев
что сын Адама взял розу с собой, задумчиво посмотрел на девушку, а затем
снова на дверь. Как он и предполагал, парню уже становилось
не по себе — роза действовала на него точно так же как на Сакуру и Кибу.
Хорошо, что девушку и парня разделяла дверь...
Было забавным
наблюдать, как дочь Евы, прыгая на одной ноге, натягивала цветной носок
на другую. При этом, она даже умудрилась упасть — благо было не очень
больно, ведь под ногами расстилался мягкий ковер.
— Да сколько можно... Такое ощущение, что меня сглазили... Блин, уже начинаю верить в эту белиберду!

Вот она — человеческая непосредственность... Даже Дьявол, которого
тянет к свету от того, что весь он во мраке, не мог не рассмеяться. Его
смех вторгся в реальный мир легким ветерком, в котором отдаленно был
слышен его смеющийся голос...
Девушка еще минут пятнадцать бегала
по всей комнате, что-то ища — и этим чем-то оказался ее любимый белый
шарф. Ее лицо просияло, когда она посмотрела в окно.
— Ура! Последний день в этом дурдоме! Так, нельзя забыть про доклад о Сатане... — для себя проговорила девушка.

Ее глаза одно мгновение смотрели прямо на него. Так странно...
Словно... Ему было приятно... Хотя он и знал, что она его не видит. Ему
во многом нужно было разобраться на этот раз: раздавать грехи — одно,
а попробовать понаблюдать — совсем другое.
«Понаблюдать? Хм...
Было бы интересно. Все же за тысячелетия печати ослабли. Хотя,
не понимаю, зачем вообще на меня их накладывали? Я и так спал — никого
не трогал... Подумаешь, немножечко проспал собственную войну со Святой
силой. Что ж, ладно, поживем — увидим», — дверь в комнату захлопнулась
почти в ту же секунду, что и окно — больше никого не осталось
из посетителей... Лишь один единственный человек отставал
от остальных...
Девушка бежала по ступенькам старинного здания,
чем-то напоминавшим замок. Это место, в котором они отдыхали, было одним
из уголков острова Хоккайдо. Поселений много, но они все располагались
лишь у подножия вулканов, как и то, в котором отдыхали студенты. Они
согласились отправится к самим вулканам, хорошо, что спящим. Там ребята
должны были заниматься раскопками и изучением древних руин прошлых
цивилизаций, над исследованием которых ученые работали уже много
десятков лет. Естественно, за несколько столетий на острове укрепилось
множество легенд, небылиц и просто-напросто запугивающих историй,
специально для маленьких детишек, которые не хотят ложиться спать
вовремя.
В отражении окна автобуса Сакура уже разглядывала то себя,
то окружающий их пейзаж больше получаса. Правда было странно, что
гроза, только-только отступившая от города, по мере приближения
к вулкану, стала надвигаться вновь. Девушка смотрела вверх, разглядывая
темно-серые тучи, которые придавали отвесным скалам и горам некую
таинственность и зловещность. Более того, чем ближе они были к пункту
назначения, тем меньше животных встречалось вокруг.
— Эм... Сакура,
можно тебя на минутку? — поскольку в автобусе было полно свободных
мест, все расселись по своим углам — Ино наседала на Сая, чтобы
он нарисовал ее портрет, а Киба решил составить компанию Харуно, оставив
Наруто одного, разбираться с картой пещеры.
— А? — Сакура
повернулась к парню. Она, как всегда, витала в облаках и была верна
пословице «глупый ищет способы избежать одиночества, а мудрый ищет
возможность насладиться им».
— Ты... Ну... — Киба замялся и видно даже было, как он покраснел, — Сакура, а что нравится Ино?
— Эм, ну...цветы! — опомнилась девушка от такого неожиданного вопроса.
— И все? — Киба даже на нее как-то безнадежно посмотрел.
— Ну, еще она любит, когда говорят, что она самая лучшая, — усмехнулась Сакура, понимая, что тут происходит, — И это серьезно.
— Ага, — тут Киба начал потирать руки и поглядывать на блондинку с таким видом, словно замыслил какую-то каверзу.
— Эй... Ты чего... — подозревая его в чем-то не очень хорошем, спросила Харуно.

— Да мы с ней поспорили, что я не выведу ее из себя в течении одного
дня, — усмехнулся парень, — Спасибо за помощь, — улыбнулся
он на прощание Сакуре и вернулся к Наруто — это белобрысое чудо, да еще
и с картой — бедствие для путешественника. Нет, конечно толковое что-то
он и мог сообразить и, порой, даже гениальное, но только если
постарается, а, судя по всему, он не собирался напрягаться...

Автобус вскоре остановился у палаток и ребята высыпали из него наружу.
Ино, так и не добившаяся ничего от Сая, пошла вперед, увлекая за собой
Наруто и Кибу, а Эгава оказался рядом с Сакурой. Подойдя к ней сзади,
он воткнул ту самую розу зачем-то ей в волосы.
— Знаешь, что самое странное? — без предисловий начал он.
Девушка обернулась и с легкой улыбкой на губах спросила:
— Что?

— Роза не завяла, хотя она без воды с тех пор, как я ее забрал. Хотел
засушить, но она продолжает жить и благоухать. Кстати, она что,
ароматизированная дополнительно? Даже от целого букета так не пахнет, —
за разговором они и не заметили, как ушли немного не в ту сторону,
оказавшись наедине.
— Действительно... Странная роза... Я в толк
никак не могу взять, кто ее мог принести, — как-то грустно ответила
Сакура с толикой удивления.
— Давай поднимемся туда? — Сай указал
на небольшой выступ, где был виден вход в какую-то пещерку, — Я бы хотел
посмотреть, какой вид оттуда открывается, — Сай перевел взгляд
на девушку. Он не знал почему, но ему вдруг сильно захотелось что-то
нарисовать и почему-то было такое чувство, что вдохновение его ждет
именно там.
— Туда? — уступ, может, и был живописен, но почему-то девушке это так не показалось... Он чем-то напомнил ей пасть что ли...

— Туда, — Сай взял Харуно за руку и повел ее за собой по узкой,
заросшей тропинке, которая извивалась среди растительности и камней,
ведя на тот самый уступ...
Странно, поначалу он не казался девушке
столь неприступным и высоким. Но это только по началу. Когда они
взобрались на него, то из-за старой древней стены руин они смогли
видеть, как Ино и Киба уже дрались не первый раунд. А когда Сакура
посмотрела вниз — у нее закружилась голова, и она инстинктивно замахала
руками, подаваясь назад, к стене, и пытаясь найти под собой опору —
настолько высоким он оказался.
— Эй, все в порядке? — Сай сжал
ее руку и обеспокоенно смотрел в ее глаза. Кто бы мог подумать, что они
когда-нибудь окажутся вместе в такой ситуации. У Сакуры даже не было
никаких шансов, что он на нее обратит свое внимание, а тут...
— Да,
да... Просто, здесь слишком высоко, мне немного непривычно, — робко
улыбнулась девушка, оседая вдоль стены, — «Не думала, что я так сильно
высоты боюсь...»
— Держись за мою руку, и все будет в порядке, — Сай даже улыбнулся ей, пытаясь приободрить.

Но нормально ничего не было. Да, они без приключений добрались
до утеса. Да, Сай все время, по пути до их цели, держал ее за руку,
придавая смелости. Да... Но вот только... Он не понимал, что с ним
творится.
Прекрасный пейзаж... Черные свинцовые тучи со сверкающими
молниями. Красное небо — ощущаешь себя словно на Марсе... Но было такое
впечатление, словно все становилось все чернее и чернее, пока и вовсе
мрак не окутал все окружающее. Сай стал шарить рукой позади себя,
стараясь найти снова ладонь Сакуры, но безрезультатно.
Он так
и не нашел ее руку. Эгава видел перед собой глаза мужчины.
Величественный, спокойный и насмешливый взгляд, показывающий все свое
превосходство. Довольная, пробирающая до дрожи, дьявольская улыбка...
— Ты хочешь найти свою Сакуру? — спокойный баритон, разгоняемый во мраке неуловимым ветерком.
— Да, — неуверенно ответил Сай, ощущая себя так, словно под гипнозом.

— Я помогу тебе, — чужой шепот слегка щекотал ухо парня. Да, голос
нематериален, но сейчас все смешалось, не осталось никаких законов.

— Да... — его голос пропадал, словно Сай погружался в небытие. Но так
и было на самом деле — дьявол охватывал его разум, подчиняя себе, при
этом, по-прежнему улыбаясь.
Если для парня настал полный мрак,
то для Сакуры ровным счетом ничего в окружающем мире не изменилось. Она
видела только то, что Сай замер, смотря куда-то вдаль, словно о чем-то
задумавшись. Его взгляд слегка остекленел и Эгава стал похож на красивую
статую, которая лишь иногда еле заметно дышала, напоминая, что она —
человек.
— Сай? — девушка уже осмелела и, осторожно привстала, все
еще опираясь о стену. Она дотянулась до его руки и потянула на себя.
Уж слишком близко стоял он к обрыву, — Сай! С тобой все в порядке?

— М? — парень, наконец, «ожил» и, посмотрев на Сакуру как-то по-особому,
с неким интересом и с неким...азартом, сказал, — Пойдем, посмотрим, что
там, — не успела девушка опомниться, как он уже увлекал ее вглубь
пещеры, во мрак, прочь от света и высоты.
— Э... Сай... Все в порядке? — переспросила она на всякий случай еще раз, — Нет, Сай, подожди! У нас даже фонаря с собой нету!
— Не волнуйся, все будет хорошо. Я же с тобой, — он посмотрел на спутницу через плечо, и его глаза даже сверкнули в темноте.

— Нет, Сай, я всеми конечностями против! — девушку насторожила его
резкая перемена. Она уперлась ногами в землю и ухватилась за какой-то
выступ в стене.
Сай лишь снова свысока посмотрел на Сакуру
и усмехнулся. Словно по его безмолвному приказу, роза вновь начала
благоухать, как тогда, в комнате. Парень, плавно повернувшись к девушке
лицом и стараясь усыпить ее бдительность, притянул Сакуру к себе.
— Чего ты боишься? — тихим, низким голосом спросил он.
«Снова этот запах...»

— Тебя, — вырвалось из уст девушки — последние отголоски ее сознания
заставили произнести это слово. А затем она немного обмякла в его
объятьях. У нее сильно закружилась голова.
— Почему? Разве я —
угроза? — спросил Сай, смотря на нее таким взглядом, словно он —
ее заботливый отец, и она почувствовала, что он поглаживает ее голову,
стараясь успокоить.
— Просто... — Сакура сама не понимала, почему
она вдруг замялась. С одной стороны, ее должно было пугать то, что они
сейчас так близки (а для Харуно это уже было слишком), но с другой
стороны, ее еще пугала его внезапная перемена... Тот азарт... Сай —
ценитель искусства, и в его глазах всегда был интерес к прекрасному,
нежели то коварное чувство... И еще, что ее пугало не меньше — так это
руины... Мало того, что они шли в темную пещеру, так еще и неизвестно,
что можно было ждать от этого молодого человека. Но было еще кое-что,
о чем она пыталась не думать... Странные события, верно? Сладкий кошмар,
роза... Внезапная перемена Сая: мало того, что он всегда молчалив,
загадочен, так еще и это. И, в добавок ко всему, еще и странный ветер.
Cакура готова была поклясться, что в легком дуновении она услышала
чье-то размеренное дыхание, словно она слышала, как кто-то спит...
— Успокойся, — Сай прижал ее к себе, все еще успокаивающе поглаживая, — Мы просто посмотрим, что там внутри.

— Сай, если ты так хочешь туда пойти, давай все-таки подождем
остальных, — попросила Сакура, пытаясь оттолкнуть его от себя
и показывая ему всем своим видом, что он сильно торопит события.

Парень отстранился от нее, при этом его рука все еще лежала на ее плече
и заглянул в ее глаза, хотя было немного непонятно, как он так легко
ориентировался в темноте. Он стоял лицом к выходу, именно поэтому,
по мерцанию его глаз, Сакура могла различить их, а вот как он мог
смотреть прямо в ее изумрудные омуты — непонятно.
— Там
ты увидишь то, чего не увидит больше нигде и никто. Обещаю. Это будет
просто феерично, ты не пожалеешь, — Сай говорил медленно, казалось,
каждое его слово впивалось в ее разум и, словно невидимые нити, начинали
управлять ею, как марионеткой. Сакура всерьез начала думать, что все,
что он говорит — сущая истина. К тому же, он смог внушить ей, что она
обязательно должна посмотреть. Вот только с чего он вообще сделал такие
выводы — такого вопроса в ее сознании даже не возникло... Хотя, возможно
и появился бы этот вопрос, но вот его взгляд, его голос — словно
гипноз...
— Почему...ты так хочешь туда пойти? — девушка немного поморщилась, словно переполнявшие ее эмоции ей так надоели.

— Неизведанная красота. Разве это не завораживает? — Сай взял Сакуру
за руку и повел за собой вглубь пещеры. Он шел медленно, чтобы девушка
не начала снова паниковать.
На этот раз Сакура шла более-менее
спокойно за ним. Вот только она никак не могла взять в толк, что сейчас
произошло. Почему она так легко поддалась его словам и уверениям. Cловно
на нее набросили едва заметную паутину, притупили ее страх, недоверие
и заставили пойти за ним. Возможно, это глупое ощущение, но иначе
девушка не могла это описать.
— Трусишка, держись за меня, и все
будет хорошо, — говорил Сай, ведя ее по коридорам пещеры, да так
целенаправленно, словно знал, куда он ее ведет. Вскоре, они оказались
на какой-то площадке в гроте. Ее, словно сцену в театре освещало
маленькое отверстие высоко в потолке. Совсем крошечное, но и одного
лучика хватило, чтобы все вокруг радужно засияло — стены пещеры
оказались самородком какого-то драгоценного камня. Странно, что до сих
пор здесь не было шахт...
Но в еще большее изумление ребят привело
другое — это огромный черный трон напротив входа. Он был величественен
и торжественен. Странно, но ни плесень, ни дикие пещерные растения —
ничто не повлияло на него. Сай прошел в глубь «площадки», проводя руками
по стенам и восхищаясь красотой пещеры. Словно он пытался запомнить
каждый камушек, чтобы потом все запечатлеть на листе бумаги. На самом же
деле, он просто «здоровался» с тем местом, в котором спал вот уже
несколько миллионов лет... Но откуда было знать девушке, что Он — это
дьявол, а вовсе не ее друг?
Сай даже не оторвался от своего
занятия, когда услышал шаги Сакуры — девушка, уставшая от всего, что
произошло и происходило сейчас, решила присесть — естественно на трон,
ведь он был чист и словно притягивал к себе.
Странно, но здесь
действительно было светлее. Хотя мрачновато и страшновато. Больше всего
удивляла постройка помещения — создавалось впечатление, словно это
храм... Очень страшный храм. Как будто он принадлежал Сатане. Везде
страшные изваяния горгулий, змей, даже драконов... Еще страшнее было
то — а Сакура заметила это только сейчас — что площадка висела над
пропастью. Трон же находился в самой скале, словно вырезанный из нее.
Он был черным, высоким и словно тысячи когтей и клыков обрамляли его.

Сакура, озираясь вокруг, все ближе подходила к трону. Ее уже
действительно не на шутку пугало то, что она отчетливо слышала, как
зловеще гудел ветер в этом храме. Да, конечно, было полно легенд,
страшилок и небылиц об этом месте, и ученые приостановили работу здесь
из-за гнетущей атмосферы (некоторым понадобился курс лечения
у психологов), но Сакура не верила в подобные вещи. Но даже она
действительно была напугана архитектурой храма — ибо даже ученые пока
не могли точно дать определение к какому веку принадлежали эти руины,
какой цивилизации... Если еще учесть, что трон сохранился просто
прекрасно.
Когда девушка вступила на подножие престола неизвестного
повелителя, на ее плечо легла уже знакомая рука. Сай прошел мимо, при
этом его ладонь скользила по всей ее руке вниз, пока их пальцы
не переплелись. Он сел на то место, которое приметила себе девушка,
и притянул ее к себе. Сакуре ничего не оставалось, как подчиниться
и сесть ему на колени — не сопротивляться же в двух шагах от бездны...

Парень провел кончиком своего носа по ее волосам, словно вдыхая аромат.
Он прижимал ее к себе так, словно она уже была его девушкой.
— Тебе нравится? — спросил вдруг он, словно спрашивал о своей комнате.
Сакура долю секунды сидела и «переваривала» то, что произошло...
— Нет, не нравится, — она попыталась встать, но парень ее крепко держал.

— Неужели? — голос Сая дрогнул. Он произнес всего лишь одно слово,
поэтому Сакура не могла утверждать наверняка, но ей казалось, словно это
был не его голос... Но, в то же время, где-то, когда-то она его уже
слышала...
— Сай, отпусти, я хочу уйти отсюда... — девушка уже на полном серьезе отталкивала его.

— Тише, — это слово, казалось, распадалось на множество звуков, как
белый свет распадается на радужный спектр. Это было сравнимо с эхом,
но в то же время, слово было сказано шепотом... — Тише. Просто посиди,
почувствуй Это.
Если бы Сакура обернулась, она бы увидела
дьявольскую улыбку на лице Сая. Она бы увидела его взгляд. Словно
он смотрел на ребенка, который наивно утверждал, что снег идет летом,
а ежики летают.
— Что это?! Сай, я ничего не хочу чувствовать,
я хочу вернуться, меня пугает это место, неужели так сложно меня
отпустить? — Сакура уже начала взрываться.
— Неужели ты забыла?
— девушка ощутила, как его пальцы коснулись ее сокровенного места, даже
слегка надавив, благо он не залез под ее одежду.
В отношении
близости Сакура всегда была строга сама с собой. Она никогда
не позволяла себя трогать попросту, или как она говорила «лапать»,
а уж таким прикосновениям... Ну, в общем, к такому действию парня она
готова не была.
— Да как ты смеешь! — девушка дотянулась до его руки, пытаясь ее оттянуть, — Убери от меня свои грязные руки!

— Забыла, какого это, испытывать самое сладостное, что есть в этой
жизни? — его голос. Он больше не был похож на самого себя... Приятный
баритон... Словно майский ветерок, ласкающий и легкий. Но, в то же
время, глубокий и загадочный, как мрачная ночь...
Столько эмоций,
девушке казалось, она не испытывала никогда... Страх, ужас, трепет,
дрожь...и любопытство? Вот только Сакура воспринимала сейчас лишь
страх... Она даже в ужасе застыла и повернулась на столько, на сколько
могла к нему лицом, чтобы хоть краем глаза увидеть Сай ли это...
— К-к-кто ты..? О чем ты вообще говоришь?! Ты сошел с ума?!

Его рука, наконец-то, перекочевала обратно на ее колено. Сперва она
услышала еле уловимый клокочущий звук, но затем он вырвался из горла
парня громким раскатистым смехом. Он не был безумным или же
восторженным, почти истеричным — нет. Он был спокойным и в то же время
искренним, забавляющимся и...насмешливым.
— Хочешь узнать кто я? Тогда подари мне свой грех, — и вновь прикосновение... Но на этот раз он сжал ее грудь...
Вот тут страх уже перекрыл абсолютно все другие чувства:
— Отпусти! — закричала она, вырываясь из его объятий.

— Твоя роза, — он вынул ее из шелковистых волос и показал Сакуре, —
почернела. А знаешь, почему? Потому что ты соскучилась по тем
ощущениям, — его губы нашли мочку уха девушки и слегка ее сжали, словно
играясь, — Вспомни свой сон, милая дочь Евы.

Бог делает женщину прекрасной, а дьявол — хорошенькой ©.

Стекло в темно-коричневой раме, по которому пробегали капли дождя,
рисуя своеобразные узоры, со звоном содрогнулось. Яркая вспышка света.
Еще одна — и, спустя пару секунд, еще раз прогремел гром. Молодая
девушка лет семнадцати стояла у высоченного стеллажа (в прочим их было
полно, как никак библиотека) и пролистывала старую книгу в черном
переплете. Вздохнув, она вернула ее на место со словами:
— Не то. Семь...семь...грехов...сатана... — проговаривала она, пробегаясь пальчиками по корешкам старинных книг...

Вновь гром и очередная вспышка. На миг она осветила очертания человека.
Но он был словно из черного тумана... Красные глаза — единственное, что
доказывало его принадлежность к Homo sapiens. Снова вспышка. Он смотрит
прямо на девушку, не отрываясь, словно читая ее насквозь, как раскрытую
книгу.
— Да кто верит вообще в Сатану, это просто сказки,
да небылицы... — буркнула девушка, хмыкнув. Она вытащила увесистый том
в красном мягком переплете с позолоченными страничками... — Ну, уже
лучше... Почему здесь такая неопределенность? То семь, то девять
грехов... Кому верить? — спросила она себя и, посмотрев внимательно
на книгу, запомнила ее название и автора, после чего записала информацию
в маленький блокнотик, лежавший рядом на столе с лампой, от которой
исходил приятный тусклый свет, — Ладно, дальше.
Она не видела
нежданного гостя. Нет, Он не был призраком или разыгравшимся
воображением. Он был в другой реальности, которую создал сам. Через
которую проникал в сны людей. Так Он сеял грехи в этом бренном мире. Эта
ирреальность была настолько тонка и малоуправляема, что даже природные
явления Земли проникали в ее сущность. К примеру — свет молнии. Это
раздражало Создателя. Он привык быть властным над всем. Но сейчас не мог
использовать много сил, поскольку Он спал... И, поскольку Он —
всемогущ, Он — создатель правил и законов, Он — та тень, которая нужна,
чтобы был виден свет — постольку даже во сне Он жил и, в данный момент,
наблюдал за человеческой дочерью с волосами цвета зари...
Девушка все оглядывала книги, поочередно записывала названия и нужных авторов.

— Это все выдумки, чтобы детей пугать, — отмахнулась она от книжной
информации, — Ладно, на доклад наскребу, — захлопнув последнюю книгу,
она записала ее «адрес» и, выключив лампу, посмотрела в окно. Даже если
она не боялась темноты, в этот момент перепугалась не на шутку...
Вспышка молнии вместе с громом ударили в один момент, залив помещение
ярким белым светом, что придало стеллажам с древними книгами некую
зловещность. Ахнув, девушка прикрыла глаза, и, успокоившись, стараясь
не поддаваться панике, пошла по коридорам из книжных полок. Еще одна
вспышка, еще один удар грома, говорящий о том, что гроза совсем над
ними... Но страшно уже не было— «путешественница» увидела теплый свет,
который робко выглядывал из-за полок из черного дерева — от камина.
Языки пламени трепетали, отбрасывая на стены зловещие живые тени,
которые то удлинялись, то тянулись к девушке, вынырнувшей из библиотеки.

Друзья ждали ее, играя в карты. Как только она вышла, от света даже зарябило в глазах, от чего девушка невольно зажмурилась.

— Красавица, как там твой доклад поживает? Не опухла еще за книгами
сидеть? — отбиваясь от вальта Кибы козырем, спросила блондинка. Она даже
не смотрела в сторону подруги — ее шаги были достаточно слышны, чтобы
понять, что она идет сюда.
— Да это какой-то бред, почему мне
попался доклад о том, во что едва можно верить, да можно ли вообще. Это
просто детские сказки, которые через столетия преувеличены сплетнями
бабулек, чтобы пугать своих внуков, — она хлопнула себя по бокам, словно
все было безнадежно, и еще ближе подошла к камину. Это была девушка
с нежно-розовыми волосами, которые ниспадали, струясь по ее плечам, ниже
лопаток. Красная футболка и белые шорты с балетками придавали
ей какой-то наивный детский вид, хотя, на самом деле, она уже была
студенткой первого курса.
— Пф... Тебе хотя бы не надо рыться
в Ветхом Завете. Не жульничай! — одногруппница девушки Ино Яманако
грозно посмотрела на противника по картам, уперев руки в бока.

— Мда... — ответила студентка, стоя у камина и скептично оглядывая
друзей... — Киба, ты хоть бы жульничать научился, а потом бы уже брался
за это... — обратилась она к своему ровеснику — весьма миловидному парню
с красными татуировками на щеках.
На что тот только одарил ее взглядом, выражающим его слова «эх ты, предательница».

— Сакура, у тебя круги синюшные под глазами. Ты опять сутки не спала?
Киба! — девушка не выдержала и хлопнула парня по руке, когда тот пытался
втихаря стянуть козырь.
— Да сама не знаю, плохо сплю я здесь, —
пожала плечами та, к кому обратилась Ино, — Да и вообще, по-моему, перед
отъездом нам говорили, что все будет очень занимательным и интересным,
а из-за неожиданного сезона дождей, — девушка сделала паузу и,
насупившись, злобно глянула в сторону окна, где бушевали виновники
ее плохого настроения и сна, — все получилось уныло, долго...и
мрачновато... — продолжила она совсем тихо, так, что никто из сидевших
за столом не услышал ее.
— Да, еще кое-кто вечно храпит, — Киба
покосился на дверь, за которой находилась просторная гостиная. Там,
на диване, спал его главный соперник, который к тому же не мог тихо
спать и другим не давал.
При упоминании блондина Сакура ласково улыбнулась.

— Ну, зато скучать не приходится, — похлопала она по плечу Кибу и,
достав из его рук карту, кинула ее на туза Ино, — Бери, у тебя нечем
крыть.
— Могла бы ему и не помогать! Пусть сам выкручивается, виртуоз обмана, — буркнула блондинка, забирая карты.

Никем не замеченный посетитель этой комнаты наблюдал со стороны
за ребятами с легкой усмешкой. Вчера он побывал во сне этого парнишки
и показал ему все прелести лжи. Но ученик из него никакой. В былые
времена «грешный учитель» еще вложил своих стараний в то, чтобы довести
свое дело до конца. Но не сейчас. Для него все это — забава. Словно
по привычке он привносит в этот мир, и без того погрязший в отголосках
ада, разнообразные грехи...
— Да брось, ты все время выигрываешь, —
махнула Сакура рукой. Раздался очередной раскатистый вой неба, и она,
посмотрев в окно, заметила, — Ну, вот еще одна бессонная ночь, — девушка
потерла лоб, словно ее все достало.
— Ты какой-то странный
сегодня, — прищурилась Ино, глядя на Инудзуку Кибу. Она пропустила слова
Сакуры мимо ушей, поскольку сейчас ее волновала только одна мысль —
не из-за вчерашнего ли разговора с Саем парень начал мухлевать?

— А что во мне не так?! Слушай, Ино, это не честно! Стоит мне выиграть,
неважно каким способом, и ты начинаешь заводиться! Умей проигрывать!
— хмыкнул Киба.
— Ладно вам, — Сакура попыталась помирить этих двоих, вечно спорящих.

— Не выгораживай его! — Ино оперлась о стол двумя руками и нагнулась
к Кибе так, что их лица едва не соприкасались. Да еще и стоило ему
опустить вниз глаза, как его взору представали весьма аппетитные формы
девушки, выглядывающие из глубокого декольте кофты в черном кружевном
бюстгальтере. Парень нервно взглотнул, прекрасно поняв по взгляду
блондинки, что она в курсе куда он смотрит.
— Киба, — процедила она сквозь зубы, но из упрямства даже не шелохнулась.

Сакура кашлянула пару раз, ее взгляд метался из стороны в сторону,
и она не знала как и помочь бедолаге. Единственное, что пришло ей на ум,
и то, что она сразу воплотила в жизнь, так это закрыть глаза парня
ладонью.
— Ино, может хватит? Ты на него дурно влияешь, и нельзя
использовать...ну...эм... Сама поняла, чтобы выиграть в словесной
баталии, — девушка примирительно улыбнулась.
— Грудью дорогу что ли
пробивать? — засмеялся Киба, но снова встретившись с грозным взглядом
блондинки, принял серьезное выражение лица и вновь спрятался за ладонь
девушки.
— Ой, Сакура, можно подумать, что ты никогда не используешь свои женские достоинства в достижении своих целей!

— Нет не использую, меня вообще бесят мужчины, которые смотрят в первую
очередь на грудь, — фыркнула она, убирая руку и подходя ближе
к камину, — Я, лично, — она полубоком села к друзьям, — смотрю в первую
очередь на то, что у человека здесь, — она указала на сердце, —
И здесь, — на голову.
В этот момент снова грянул гром, да так
сильно, что затрещали стекла, а от сверкнувшей молнии, ударившей в землю
недалеко от здания, начались перебои с электричеством.
— Ино, отпусти, — Киба уже не знал, как ему не завыть от боли — блондинка вцепилась когтями в его руку мертвой хваткой...

Сакура ахнула, ее глаза в испуге стали искать причину страха. После,
девушка встала и в спешке подошла к окну, чтобы увидеть, что произошло.
У соседних домов пропал свет.
— Я не могу понять, за месяц отдыха здесь, впервые вижу такую грозу...
Яманако Ино, наконец-то, отцепилась от одногруппника и, подойдя к Сакуре, успокаивающе положила ладонь на ее плечо.
— Эй, это просто гроза. Иди спать, а то завтра будешь как огурец — зеленая и в пупырышку.

— Точно-точно, — добавил Киба, перетасовывая колоду карт, а про себя
подумал, гладя на оставшийся после ногтей Ино след на руке, —
«А сама-то».
— Молчать-бояться! С тобой у меня отдельный разговор! Поэтому Сакура идет спать. Да, дуб ты мой вишневый?
— Да-да, — отозвалось «дерево» и, сонно шатаясь, пошло вон из библиотеки, кинув всем на прощание, — Спокойной ночи.

Когда Сакура пришла в свою комнату, она поймала себя на мысли, что без
лампы точно спать не ляжет. Грозы она боялась, когда была одна,
но и любила. Сама не знала почему так. Но сегодня эта стихия не давала
покоя всем селениям в округе уже с утра и к вечеру только усилилась...
Тучи были страшного иссиня-черного цвета, потому молнии, сверкающие
на их фоне, выглядели просто устрашающими...
Что сейчас так
действовало на Сакуру? Все просто. Он выбрал новую жертву. Он был
слишком близко к ней. И Его необъятная мощь, просачивающаяся сквозь
измерения и реальности, ощущалась всеми фибрами ее души. Когда девушка
легла в постель, она даже ощутила, словно ее волос кто-то дотронулся.
Но на самом деле, это был всего лишь сквозняк, проникший в комнату.

«Верующие такие необычные... Во всем видят Бога или Дьявола. Даже там,
где Мы ни при чем...» — если бы Сакура могла слышать, то она уловила бы
раскатистый приятный баритон... Чарующий нотками своего голоса...
Девушка поежилась на холодных простынях и обняла себя за предплечья, стараясь согреться побыстрее...

— Нет, так я точно не засну... — встав с постели, она взяла первую
попавшуюся книгу из стопки, лежавшей у нее на прикроватной тумбочке...
— Спокойной ночи, Харуно Сакура... — обратилась она к себе, открывая
книгу.
За окном поднялся сильный ветер, от чего по стеклу начали
царапать черные ветви дерева, словно огромные когти. Они наводили этим
скрежетом еще больше страха на девушку, которая лежала на боку, подперев
голову рукой, и читала довольно-таки занудную книгу.
Глаза начали
слипаться, и Сакура стала слышать шелест страниц... Или...шепот? Она
не могла объяснить, что она улавливала. Звуки были нежными, но в то же
время...как бы глубокими. Шелест страниц и едва различимые ухом звуки
букв... Шепот? Нет... Все так перепуталось, а думать становилось все
тяжелее...
Тонкие пальцы девушки ослабли, покоясь на страницах
книги, а ее дыхание стало ровным. Вскоре она совсем расслабилась и книга
выпала из рук на пол с глухим стуком.
Ее темный переплет
идеально бы гармонировал с тем дымком, который черным смогом
распространялся по кровати Сакуры, то принимая форму человека, то снова
возвращаясь в состояние воздуха. Но это было в разных мирах и ни книга,
ни Он не могли пересечься.
— Спи, маленькая Ева. Забудься сном...
Вот так, — Всемогущий влиял на молодую девушку, заставляя ее сомкнуть
глаза и провалиться в царство Морфея. Туда, где их души могли
соприкоснуться, если бы у дьявола была душа...
Сакура откинулась
на подушки так, словно она потеряла сознание, а не уснула. Ее грудь
высоко размеренно вздымалась, пропуская через себя свежий воздух.

Лепестки цветущей сакуры опускались на ее лицо, щекоча ее, приводя
в недоумение. Все, что она видела перед собой — бардовый балдахин
и сумрак комнаты. Но откуда лепестки? Девушка раздраженно смахнула один
со своей щеки и тут же вздрогнув, выгнулась. Она ощутила, как чья-то
широкая горячая рука ласкает ее спину.
— Не нравится сакура?
— спокойный, гармоничный голос... Его хотелось слушать и слушать,
упиваться каждым его изумительным звуком... Нечеловеческая красота
голоса...
Девушка резко села на постели, быстро озираясь вокруг.
-Что... Кто здесь? Что происходит? — более тихо спросила она, осматривая помещение — далеко не ее комнату...

— Я — тот, кого ты будешь желать этой ночью, Ева, — голос, говоривший
с ней справа, теперь раздавался откуда-то слева. Сакура даже дрогнуть
от неожиданности не успела, как чьи-то горячие твердые губы сорвали
ее поцелуй.
Глаза девушки широко распахнулись... Что это... Сон или реальность..? Или и то, и другое?

«Этого не может быть... Он просто сон, сон... Исчезни...» — по телу
проходили бесчисленные мурашки, казалось, все чего она касалась, даже
воздух — это и есть Он. И бежать от этого бесполезно, всё — Он... Его
язык не касался... Он обжигал, властно и настойчиво, пытаясь подчинить
и утопить ее разум в небытие.
Она горела. Прожигалась его поцелуями
до тла, словно в аду, и вновь восставала из пепла, чувствуя
прикосновения Его рук. Словно он не давал ей исчезнуть, танцуя с ней
по лезвию ножа. И страсть была ее платьем. Она касалась ее, пробегала
по ее телу, рождая похоть, и струилась на грани ее чувств, не овладевая
ею до конца и дразня ее. Он. Человек с дьявольской улыбкой не давал
Сакуре вкусить запретный плод, который пока не налился экстазом под
лучами огненного желания, древнего как мир и могучего, как Вселенная...
И глаза Его были ее светом. И прикосновения Его были для нее приговором.

И вот — настал момент, когда желание взяло верх над ее разумом.
Или это Он нашептал ей сладостные слова? Дьявол видел ее зеленые глаза,
наполненные бурлящими через край чувствами, разрывающими ее изнутри,
не дающими ей покоя и прожигающие ее. В них не было той настороженности
и враждебности. Все, что нужно было — это...
— Ты знаешь, что тебя
ждет? — голос мудреца... слова лукавого старца... внешность потрясающего
юноши, утопающая в черном тумане.
— Нет, — слова угадывались Им
по ее мыслям. Она не говорила — она могла только тяжело дышать, чувствуя
лишь необузданное желание каждой клеточкой своего тела. Губы двигались,
но вместо слов с них срывался стон. Первый. Страстный. Казалось все
исчезло. Ее разум, мысли... Были лишь ощущения, чувства, страсть
и Он...Он.
Обольстительный гортанный хохот раскатился волной
по пространству, а затем — новая волна жара. Казалось, все ее существо
сейчас разорвется. Хотелось отдать себя всю без остатка, несмотря на то,
что где-то внутри понимаешь, что это, возможно, грозит смертью.
Но сейчас было все равно, и она, как мотылек, летела на запретный огонь.
Ее ладони, до этого сжимавшие простыни, медленно переместились на Его
спину, порой переходя на бока, при этом ее пальцы сильно надавливали
на кожу, словно хотели запомнить его тело навсегда. Ее язычок робко
соприкасался с Его, словно спрашивая «тебе нравится?», и в ответ
на дикие порывы Его губ, девушка тихо стонала. Ее ладони, проходясь
по спине, переместились на плечи, и одной рукой она провела по его
голове, слегка взъерошив темные волосы, которые, казалось, были чернее
безлунной ночи.
Было забавно наблюдать за этой юной девчушкой.
Он лишь раззадоривает ее, пробуждая спящие глубоко в ней страсти. И как
сильно... Как мощно она откликается! Божественно. Неподражаемо. Дьявол
на секунду помедлил. Это было так необычно. Она не просто сгорала. Она
не просто желала его. Она именно отдавалась ему. Но из ее мыслей Он
знал, что в жизни такого не будет. Не в ее. Не в реальной. Она не хотела
продавать Ему свою душу, а Он хотел поиграться с нею. Она светла, как
невинный младенец, и страсть ее черна не меньше.
Все это время
Дьявол измывался над ней, раззадоривал и дразнил. И вот теперь — Ему
самому захотелось большего. Наконец-то Он принял вполне материальный
облик, теперь Он был не просто жаром, неким абстрактным наслаждением.
Теперь он был именно ее любовником, который знал свое дело.
Жаркая
рука коснулась ее кожи лишь кончиками пальцев. Задумчиво смотря на то,
что сам же делает, Он провел по ней невидимую линию, которая тут же
отозвалась трепетом в ее накаленном теле. Девушка в беспамятстве обняла
Его за шею и, дотянувшись до Его лица, приникла сама к Его губам.

Дьявол сейчас только отвечал на ее поцелуй, играясь с ней, словно
изучая ее. Странно. Чувство страсти было Ему чуждо, как и чувство потери
близкого, как и все остальное, то, что будоражит душу человеческую.
Он хотел жить и заключал сделки с людьми, используя их, как проводник
к ощущениям. Он не понимал этих ранимых существ и давал им ад на Земле,
чтобы они не забывали рай. Ведь на Земле ничего не существует без
тени...
Странно... На миг Он был выведен из равновесия. Словно
теряя самообладание, Он вдавил ее в кровать, страстно целуя. Чувство,
готовое вырваться из нее с любым новым стоном, поразило на мгновение
и Его — самого Сатану. Она не заключала контракта. Она не была Его
слугой. Она вообще не знала Его. Так же, как и Он ее.
Чувство,
пронзившее Дьявола словно стрела, упорхнуло как бабочка, не дав
распробовать себя. Но ощутив однажды — уже не можешь остановиться. Вот,
что было общим между мирами...
В поисках новой порции, Он стал
более активно наслаждаться ею, сминая ее упругую кожу. Он яростнее
исследовал ее тело, словно разрывая ее в порыве страсти смешанной
с ненавистью.
Как посмела девчонка нарушить порядок и возмутить Его
ледяное спокойствие и равновесие? Он — хозяин хаоса. Он не может стать
частью его только потому, что тогда потеряет свое место. Но так
хотелось... Так хотелось насладиться страстью! И теперь... Дьявол
почувствовал самое страшное... Она не могла утолить Его. А Он все рвался
к невозможному, убивая источник своих вожделений...
Девушка
отвечала Ему со всей страстью, покусывала губы, целовала подбородок,
шею, проводила ногтями резко по спине, заставляя его приглушенно
рычать... Самыми сладкими были стоны, стоны желания, вожделения.
Ее крики — словно нектар, который насыщает тебя, переполняя с каждым
разом все сильнее.
Она уже ничего не видела вокруг — то ли
ее зрение отказало, то ли они погрузились в абсолютную тьму... Видны
только Его мудрые, спокойные глаза, в которых была еле заметная
неутоленная жажда...
Сакура не могла больше ничего контролировать.
Все стало каким-то единым хаосом чувств и желаний. Она даже не могла
точно сказать, когда он успел оказаться в ней... Она не помнила, как
их тела стали единым целым — все, что осталось — это неприятное ощущение
от того, что вдруг резко кто-то вторгся в ее владения...
В момент
слияния, девушка выгнулась дугой ему на встречу, словно пытаясь сказать:
«бери всю без остатка». Ее несдержанные стоны, громкие крики
и приглушенные стенания под Ним приумножали острые ощущения, давая
какую-то приятную горчинку...
Ее тело горело и до этого...
Но теперь и ее душа словно была объята пламенем... Дьявол завладел
ею всей без остатка. Он не раз проделывал такое с людьми, после чего они
либо сходили с ума, либо попадали в тюрьму за насилие и тому
подобное... Сам же Он не получал никакого удовольствия от процесса
совращения людских душ — лишь некое удовлетворение своих убеждений.
Словно Он приятно провел время, надругавшись над этими бренными
овечками.
То, что произошло сейчас никак не входило в планы Дьявола
и было вне даже Его понимания. Он не мог чувствовать страсть, просто
потому, что это — Его собственное детище, которое Он изобрел и пустил
в мир, которое развивалось само по себе и «жило» своей жизнью, своей
историей. Дьявол не мог понять как, но сейчас Он был сцеплен по рукам
и ногам своим же жгучим пламенем...
Он прижал девушку к себе,
словно надеясь испытать вновь те волшебные чувства. Он так хотел этого,
что даже слишком сильно «открыл» себя ей. Словно в бреду, Сакура видела
отрывки Его воспоминаний — создания мира, войны, Его непосредственной
работы дьявола, а затем — абсолютная тьма и затишье. Больше — ничего.

Девушка забралась поглубже под одеяло... Неприятный, прохладный
и непонятно откуда появившийся ветерок, проникал везде и всюду
и не давал ей спокойно спать. После долгой возни под одеялом Сакура
не выдержала и разлепила глаза. Сев на постели, поплотнее укутанная
одеялом, девушка огляделась...
— Странный сон... Такое ощущение,
что все было в реальности... Приснится же такое... Фу, — фыркнула она,
вспомнив то, что ей привиделось буквально пару часов назад. Девушка
обернулась к окну и поняла, почему в комнате так холодно. Все еще
в одеяле она на цыпочках подбежала к нему и быстро захлопнула, после
чего, буквально галопом, залезла на кровать.
В коридоре раздались
неспешные шаги и вскоре скрипнула дверь в комнату Сакуры. В проеме
показалась светлая голова Ино и ее заспанные глаза. Заглянув внутрь,
но все еще не заходя, она сонным голосом спросила:
— Ты спишь?

-Уже нет, — выдохнула девушка из-под одеяла, — Мне сегодня такой
странный сон приснился... Идиотски страшный... Больше не буду читать
перед сном литературу про Сатану.
— Везет тебе, ты хотя бы заснуть
смогла, — Ино протиснулась в комнату, вся укутанная в плед и забралась
в кровать к подруге, — Тут такой гром стоит, что без беруш
не обойтись... А что за сон?
— Да ужас какой-то, начиталась
бредовой литературы про выдумки и сказки, и приснилось тут.. Изврат
в общем жуткий, одно пугает, — Cакура замолчала, — ощущения такие,
словно это действительно было, — на последних словах девушку
передернуло.
— И кто же тебя совратил? — как только Сакура
посмотрела на Ино, она тут же дернулась — в сумраке ее маниакальный
взгляд, требующий подробностей, выглядел устрашающе.
— Да какая
тебе разница... Это вообще гадкий и ужасный сон, самое смешное —
я не помню ничего кроме самого... — Сакура замялась, как ребенок, в этом
плане она была чиста и ничего не знала... — Ну...кроме...самого
процесса, — быстро выпалила девушка.
Ино придвинулась ближе
к подруге, собираясь расспросить у нее все-все подробности, даже
не обращая внимания на то, что Сакура ничего толком не помнит, как
тут же вскрикнула, подскочив на кровати. Стоя на коленях в одной
ночнушке, которая едва прикрывала ее бедра, она потирала свое плечо,
по которому текла тоненькая струйка крови.
— Что это?! Сакура,
ты сдурела спать с цветами в постели?! Ладно с цветами! Ну зачем розу
с шипами! Да еще и с такими острыми?! — Ино от переполнявших
ее возмущения и изумления почти орала на подругу, широко распахнутыми
глазами уставившись на белую розу на ее постели. Удивительно было еще
и то, что на царице цветов была повязана черная шелковая лента...

— Ч-ч-что это... — видно было, что Сакура сама шокирована, и даже
не слушала Яманако, когда увидела виновницу ее страданий... — Отк-куда?!
— она, мягко говоря негодовала, но почему-то внутри ее обуревали два
чувства, совсем не имеющие ничего общего. Смех — от того, что, возможно
кто-то пошутил или это призрак (над этой мыслью она насмеялась вдоволь,
потому что не верила в такие вещи), а второе чувство — ощущение страха.
Почему вдруг появилась роза... Она спит очень чутко и всегда просыпалась
от любого шороха.
Яманако посмотрела на Сакуру и снова на розу.
— Может, Сай? — неуверенно спросила она.

— Сай? Да брось! Даже если и так, я бы проснулась, сто процентов! Ты же
знаешь, у меня очень чуткий сон, — она взяла розу в руки осторожно,
словно боясь, что она оживет — мало ли?
— Ну, тогда поздравляю,
ты первая в жизни женщина, которая мало того, что сексом позанималась
во сне, так еще и цветок родила, — Ино все еще стояла на коленях,
скрестив руки на груди и скептично смотря на подругу.
— Ино,
вообще-то, не смешно... — буркнула Сакура. Девушка неспешно и как-то
лениво встала с постели, потирая предплечья, и направилась к ванне,
оттуда она уже вышла с какой-то старинной маленькой вазой. Поставив
королеву цветов в воду, Сакура села на постель, — Это последний день
нашего отдыха. Почему именно он должен быть мистическим и напряженным?

— Кхм... Ну, вообще-то не последний... Из-за разыгравшейся стихии
перекрыли все транспортные сообщения с этим городом... Нам предлагают
занять время экскурсией на археологические раскопки.
— Правда? Это гораздо интереснее, чем целыми днями тут торчать, но как в такую грозу мы куда-либо сможем пойти...
— Нас отвезут на автобусе. Только давай спать? Завтра подумаем, откуда эта роза...

— Я не знаю, я теперь вряд ли усну, — буркнула Сакура, смотря в окно
и попеременно переводя взгляд на цветок, — «Бред какой-то! У кого
в пятой точке проснулось благородство с романтизмом семнадцатых веков».

Ино уже ничего не ответила — она устроилась в теплой постели подруги
и уже сопела в две дырки. Вот только Сакуре было не до сна, когда она
посмотрела на эту самую розу снова...