Привет всем мятежникам, заглянувшим сюда! В нашем сообществе есть несколько простых правил, соблюдение которых очень желательно. Вот они:
1. Слэш не приветствуется!
2. Разрешены любые пары, даже не канонические.
3. Соль+Блас - приветствуется!
4. Писать на языке, понятном всем - то есть по-русски!
5. Плагиат нежелателен - если фик не ваш, то указывайте это.
6. Эротика разрешена, но только до рейтинга R. То есть без порнухи!

Ну вот вроде и все... Приятного просмотра!
Если будут какие-то вопросы, то обращайтесь ко мне или к нашим модераторам Мие и Ledi.

Мир игры - реальность, сюжет - детектив и чуть-чуть стратегии.

Для того, чтобы нарушить спокойствие в целой префектуре, не обязательно нужны катастрофы, эпидемии или природные катаклизмы. Иногда для этого достаточно всего лишь горсточки неглупых молодых людей.
Якудза и полиция прекрасно существовали вместе и дополняли друг друга, до тех пор, пока в эту идиллию не вмешалась третья сторона: искусно спрятавшаяся от посторонних глаз организация, собранная молодыми, честолюбивыми, амбициозными и весьма при этом обеспеченными людьми.

"Токио" - игра о противостоянии трех "слоев общества": профессиональных преступников, полиции и тех, кому закон безразличен в принципе. Они не могут перейти к открытому конфликту и вынуждены хитростью, ловкостью и коварством выводить друг друга на чистую воду. Или - уничтожать.

---

ФРПГ - калька с FRPG (Forum Role Play Game) - ролевая игра на форуме . Это игра, в которой игроки сами придумывают себе персонаж: его характер, привычки, облик, его историю. То есть, создают вымышленного героя, Личность.
То, что происходит далее, чем-то напоминает совместное написание одного большого литературного произведения сразу несколькими авторами. Созданные образы должны ожить: научиться дышать, чувствовать, думать. На форуме игроки поочередно пишут сообщения ("посты"), в которых описывают действия своего персонажа, его чувства, мысли, слова. При этом основа такой игры, как ни странно, не в литературных красотах описания (они - лишь средство), а во взаимодействии. Персонажи встречаются и расстаются, общаются между собой, попадают в различные ситуации, оказываются перед необходимостью решать различные игровые задачи и добиваться желаемого...
Почти как в жизни, только понарошку. =)

---

*Nc-21, real life, повседневность, стратегия/тактика, детектив.
*в игре запрещены популярные внешности европейских "знаменитостей".

приглашаю в группу любителей фан-фиков о мятежниках
http://vkontakte.ru/club191...

Лил сильный дождь. Люди в черном стояли у двух могил. Высокая блондинка с голубыми глазами придерживала свой немаленький живот и тихо плакала. Она знала ЕЙ не понравилсь бы видеть ее такой слабой. Месиканец брюнет стоял рядом придерживая ее он знал ОНА хотела бы чтобы он позаботился о ней. Женщина бледная как мел она лишь застыла не месте и неришалась нарушить тишину которая возарилась на кладбище. Она знала ЕЙ не понравились бы лишние сцены.
Мужчина с голубыми глазами тихо смотрел на вторую могилу. Он знал как ОН его ненавидил и сейчас когда ЕГО нет он делает то что никогда раньше не делал – молится. Брюнет стоял и держал в руках гитару он знал как она была ЕМУ дорога.

За неделю до этого . . .

-МАРИССА я люблю тебя он тебя не достоин. Люби меня я дам тебе все что ты хочешь,- настаивал он держа на мушке Пабло который был изрядно изранен.
- Лучше я умру чем буду с тобой,- Марисса плюнула ему в лицо. Он сжал прядь ее волос в руке и опустил на колени перед лицом Пабло который все еще не подовал знаков жизни.
- ДА? А ЧТО ЕСЛИ ОН СЕЙЧАС УМРЕТ? ЧТО ЕСЛИ ЛИЦО ТВОЕГО НЕНАГЛЯДНОГО ПАБЛО СЕЙЧАС ПРЕВРАТИТСЯ В КРОВАВУЮ КАШУ?- он кричал и прижимал дуло пистолета к его лбу. Тем времинем Пабло начал приходитьв себя. Он видел лицо испуганной Мари,- А! НАШ ГЕРОЙ ПРИШЕЛ В СЕБЯ! ТАК ЧТО КОГО ТЫ ВЫБИРАЕШЬ ЕГО ИЛИ МЕНЯ.
- Прости Пабло это ради тебя же,- прошептала она и подняля голову чтоы дать ответ но он взял ее за руку и остоновил.
- Мари… я люблю тебя… не делай этого…
- ОН ТЕБЯ ЛЮБИТ.ДА! НО ОН УМРЕТ ЕСЛИ ТЫ ОТВЕТИШЬ ЕМУ А ПОСЛЕ УМРЕШЬ И ТЫ.
Mарисса последний раз посмотрела на разеренное лицо потом на Пабло и сказала.
- Я люблю тебя и наклонилась чтобы поцеловать но ...
Дальше из маленького домика послышалось два выстрела а вскоре после этого сильный крик и еще один выстрел. Марисса лежала мирно на груди Пабло в их глазах была безмятежность. Наконец они в мире где их никто не разлучит.

Наши дни....

Д двух могил стояли люди которые были в черном лил дождь. Лишь слова свещенника пронзали кладбинщескую тишину.
- земля к земля, прах к праху во имя отца сына и святого духа амминь,- с чувством произнес свещенник. Могилы начали засыпать люди все стояли и смотрели пока они не были полностью засыпаны.
Марисса Бустоманте

(1985-2010)

Пабло Бустоманте

(1985-2010)

Неподолеку быа еще одна свежая могила но около нее никого не было она была в одиночистве. Ичеловек этот как одиноким был так одиноким и умер.
Хавьер Аланис

(1984-2010)

А у старой ивы стояло два полупрозрачных тела они держались за руки.
- Ты жалеешь о том что сделала?
- Нет, хотя немного а ты?
- Нет! Главное вы наконец вместе.

Наступил закат и они пошли на встречу содящемуся солнцу все также держась за руки утопая в феерверке закатных огней.

By M&P

ВСЕМ ПРИВЕТ!Я БОЛЬШАЯ БОЛЬШАЯ ФАНАТКА МЯТЕЖНОГО ДУХА! Я ИХ ПРОСТО ОБАЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖАЮ!

Обращаюсь к молодёжи 13 – 18 лет, особенно к тем, кто смотрит сериал «Мятежный дух», скажите, вам никогда ни хотелось, чтобы в жизни было так же, как и в этом сериале?. Мне вот хочется, ещё как. Ведь в наших школах не существует такого понятия как «единство целей». Одноклассники не объединяются, чтобы помочь товарищу, над мятежниками смеются, а предателей любят. Скажете: «В жизни не так как в кино», а я поспорю с вами!!! Почему, собственно говоря, мы не можем своими руками, создать такую атмосферу?. Потому, что ни хотим объединиться, для достижения своих целей. Думаем, что за нас это сделают другие. Бред! Мятежники всех городов объединяйтесь!!! Вместе – мы сила!!!  

Вспомни и вернись, я буду ждать…
Молодая пара шла по улице Буэнос-Айреса. Тёмный брюнет, весело смеющийся, красивая блондинка, со счастливой улыбкой, и маленький мальчик, которому сегодня исполнилось три года. Молодая семья. Они настолько счастливы, что не замечают никого вокруг, кроме друг друга. Смотря на них, сам начинаешь улыбаться. И хотя они ещё довольно молоды, но уже добились в жизни значительных высот. Он удачно продолжил дело отца жены, а она стала довольно знаменитой моделью. О семье Агирре долго писали в газетах, но, не смотря на это, они всегда оставались собой друг с другом.
А ведь даже такое счастье может затмить какая-нибудь забота. Иногда это бывает небольшое облачко: маленькая неприятность — а иногда это длинная чёрная полоса, когда даже самые крепкие семьи разваливаются.
Пока Фелипе  футболил мяч, Мануель решил не упустить возможности насладиться моментом, когда они с Мией одни. Или почти одни. Он остановился, повернулся к жене, и, обнимая её, произнёс:
— Крошка, ты не забыла, что мы сегодня идём на ужин с какой-то важной шишкой?
— Во-первых, не называй меня крошкой, это немного пошловато звучит. Во-вторых, эта "шишка" — новый поставщик ткани.
— Прости, милая. Просто, когда ты рядом я не могу нормально соображать.
— Так может мне уйти? — с игривой улыбкой спросила Мия.
— Нет, нет, нет, — Ману замотал головой, чем рассмешил девушку, и прижал её сильней к себе. — Ты ведь знаешь, что я тебя не отпущу, даже если ты будешь сопротивляться.
— А кто сказал, что я буду сопротивляться?
— Правильно, не будешь. Ты ведь не можешь передо мной устоять. Перед таким умным, красивым, обаятельным мексиканцем, — Мануель гордо поднял голову.
— Кто это тебе такое сказал?
— Ты.
— Я? Когда это? — Мия невинно захлопала ресницами.
— А ты не помнишь? Тогда может мне удастся освежить твою память?
— Фели, не уходи далеко, — сказала она сыну, а потом обратилась к мужу. — Ну, можешь попробовать, — улыбнулась бывшая Коллучи, зная, что он собирается сделать.
И Ману поцеловал свою Мию, дорогую, любимую Мию, без которой он не может прожить и часа.
После смерти Франко Ману продолжил дело Коллучи и теперь он полдня сидел над бумагами. Он последовал примеру отца Мии и перенёс офис домой, но, не смотря на это, дома не бывает  самой Мии, и это убивает. Вечные съемки, презентации. А он скучает по ней. Да ещё как! Хорошо, что на свете существует такая вещь, как телефон. Ману становится немного легче, когда он слышит голос любимой. А когда Мия приходит домой, что бывает очень редко, потому что Ману сам заезжает за ней: так хочет увидеть её и поцеловать, то он чувствует себя самым счастливым человеком на свете. В общем, если говорить одним словом, то Мануель Агирре влюблён до потери пульса. И это чувство взаимно. Он это знает. Он видит это в её глазах. Видит этот огонёк, который зажигается в серых омутах от осознания того, что он рядом и никогда её не бросит. А как он её может бросить? ... Об этом даже думать не хочется.
Вот и сейчас, не замечая никого и ничего вокруг, они вовлеклись в нежный поцелуй. Со стороны казалось. Что ничто им не может помешать. Но это не так. Оторвал их друг от друга оглушительный визг тормозов.
Чета Агирре с тревогой в глазах уставились на проезжую часть, которая уже успела заполниться людьми. Мия со страхом перевела взгляд на Мануеля. Он тоже чувствовал, что произошло что-то не поправимое.
Затем всё происходило, как во сне.
Они бросились к толпе людей на дороге. Растолкав всех, их глазам открылась душераздирающая картина. Разум отключился, и они оба перестали понимать, что произошло. Потом были только обрывки воспоминаний.
Крик её души… слёзы его сердца… лужа крови… мальчик… маленький мальчик… такой родной… в этой красной жиже… живой… пока живой… шум людей… она прижимающая почти мёртвого сына к груди… слёзы на щеках… хочется кричать… но что-то сдавило горло… он, сидящий рядом на асфальте… дрожащей рукой не может набрать номер… номер скорой… в сердцах разбивает мобильный о землю… спасительный звук… звук сирены машины медицинской помощи… больница… они в объятиях друг друга… в ожидании… поток нескончаемых слёз… врач… слова… такие жестокие… как ножом по сердцу… "Мы ничего не смогли сделать"… истерика… темнота и тишина…
Отрывки из дневника Мануеля Агирре.
Никогда не думал, что дойду до того, чтобы писать дневник. Дошёл. Мне сейчас очень плохо. Надо выговориться…
Сегодня мы потеряли сына. Как такое могло произойти? Не досмотрели. И я этому виной. Правда, когда об этом узнала Мия, то запретила мне даже так думать. Не хватало ещё, чтобы она винила себя!
Невольно вспоминается день, когда я узнал, что Мия беременна. Это было в конце последнего курса университета. Мы сидели в кафе, она притащила меня туда, чтобы сказать, что-то важное. Мия ужасно нервничала, а когда всё же сказала пару слов "я беременна", я думал, что упаду со стула. Она из-за моего ступора подумала, что я расстроился, и чуть не расплакалась. Глупенькая. Я подскочил и начал утешать её и доказывать как я рад. Тогда я был на седьмом небе от счастья. А сейчас моего сына не стало.
За что?! За что Господь отнял его у нас?
Когда мы пришли домой, Мия плакала у меня на плече. Я сам был в таком же состоянии. Боль, застывшая в душе, жгла изнутри.
Сейчас Мия закрылась в ванне. Я очень беспокоюсь за неё. Она в таком состоянии может натворить глупостей. Но я знаю, что она не сделает этого. Ради меня. Мы ведь обещали друг другу. …
… Вчера прошли похороны. Были практически все. Но этот день был ужасен не только осознанием потери нашего мальчика, но и тем, что я начал чувствовать. Я начал ощущать, что Мия стала от меня отдаляться. Правда, это не заметно и она ведёт себя как раньше, но сердце меня не может обмануть.
Я спросил у неё, что случилось, но Мия лишь отнекивалась. …
… Уже три часа ночи. Мии нет. Я ужасно волнуюсь и не нахожу себе места. Мобильный отключила, мне ничего не сказала. А когда я заехал за ней на работу, сказали, что уже ушла. Я обзвонил всех знакомых, о ней никто ничего не знает. …
… Вчера Мия пришла домой выпившая. Всю ночь ей было плохо, и уснула она только под утро. Я был всегда рядом.
Моя малышка никогда не пила. Даже на свадьбе. Что с ней происходит? ...
… Утром Мия подошла ко мне и попросила перебраться в другую комнату. Я спросил зачем, а она промолчала и ушла. Я выполнил её просьбу и перенёс свои вещи в другую спальню. …
… Сегодня мы, первый раз за историю нашего трёхлетнего брака, поругались. …
… Да что она понимает?! Ничего! Женщины никогда не скрывают своих страданий, а мужчины горюют в себе. Разве она может знать то, что я каждый день, лёжа на кровати, рассматриваю фото сына и вспоминаю все связанные с ним моменты? Часами! А потом оказывается, что у меня подушка вся промокла от слёз. Она этого не видит! Конечно, ведь она выгнала меня с нашей спальни! Она думает лишь о себе! Она просто эгоистичная дура! …
… Я слишком разошёлся! Так попытаюсь вспомнить, почему я накричал на Мию.
Я всё же решил выяснить, что между нами происходит. Я сказал, что сейчас тяжёлые времена и нам, наоборот надо быть вместе, но она опять не стала меня слушать и собиралась уходить, а я схватил её за руку и на повышенном тоне попросил мне всё объяснить. Мия сказала, вернее мы уже перешли на крик, что удивляется моему спокойствию. Что я не горюю по сыну. В то время, как она по ночам не спит и плачет в подушку. Я наговорил ей всяких гадостей. …
… Я уже жалею о том, что наговорил своей маленькой девочке. Ей сейчас ужасно плохо, я понимаю её.
Нужно завтра вымолить у неё прощения. Сейчас она, наверное, уже спит. …
… Пытался сегодня попросить у Мии прощения за сказанное вчера, но она меня игнорирует. Правильно. Я слишком больно сделал ей своими словами. …
… Я не знаю, что делать! Я очень хорошо чувствую то, из-за чего Мия страдает, и хочу ей помочь, но она меня к себе не подпускает. Я очень люблю её и с трудом переношу боль в груди, которая удваивается, при виде моей Мии такой беззащитной. …
… Я виноват во всём! Это я виновен в смерти сына! Если бы не моя похоть, наш мальчик был бы жив. Поэтому я и решил делать всё, что захочет Мия. Я решил её не беспокоить. Но она не знает, что я слежу за каждым её движением, пытаясь не попадаться ей на глаза. Я виноват перед ней. Ужасно виноват. …
…  Сегодня вечером Мия пришла ко мне поговорить. Она сказала, что хочет переехать. От меня. Я спросил, хочет ли она развестись, но Мия сказала, что у неё даже в мыслях такого не было. Я вздохнул с облегчением. Я сказал, что сам могу съехать, но она не захотела этого. И после небольшой паузы, сказала, что пойдёт собирать вещи.
Нет. Я ничего не мог сделать. Я просто стоял и понимал всю безнадёжность ситуации.
Но я не хочу её терять! Не хочу отпускать!
Хватит бездействовать! Пора хоть раз, что-нибудь сделать! …
… Когда я пришёл к ней в комнату, она уже собрала половину чемодана. Я умолял её остаться.
Мы поговорили.
Мие ужасно плохо. И всё дело во мне. Я напоминаю ей о сыне. О нашем маленьком Фелипе. Нет, она так не сказала — мне так шепчет сердце.
Но мне всё же удалось удержать Мию дома. Я пообещал, что буду реже попадаться ей на глаза. Правда, она хотела что-то возразить, но я не дал. Просто попросил ничего не говорить и ушёл.
Главное, что моя девочка остаётся! … 
… Сегодня утром мы столкнулись в ванной. Я хотел уйти, но Мия меня остановила. Сказала, что раньше ванна была общей и что я не обязан её освобождать ради неё. В общем, я остался. Мы занимались своими делами, как Мия вдруг сказала, что мне пора побриться. Раньше она всегда обращала на это внимание. Ей не нравилась моя колючая щетина. Да, что я пишу?! Мия просто не переносила меня с бородой. Не то, чтобы её было противно, просто не нравилось. А я ради неё готов на всё. Я глянул в зеркало. Да. Я даже не заметил, что уже два дня не брился. А Мия заметила. Моя маленькая девочка наблюдает за мной. …
…Вечером Мия пришла ко мне поговорить. Всё было как неделю назад. Я ужасно перепугался, что она опять решила переехать или ещё чего хуже. Я просто подошёл и, приложив свой палец к ёе губам, попросил ничего не говорить.
Кто же думал, что одно прикосновение, сведёт меня с ума? И, похоже, не меня одного. Время будто остановилось. Мы замерли. Я провёл пальцем по её губам, потом по щеке и больше не смог держаться. Я просто прикоснулся своими губами к её. Мне это было нужно. И не только мне. Дальше мы просто не смогли остановиться, это было бы слишком тяжело. Всё было как будто в первый раз, только сейчас в поцелуе присутствовала жадность и трепетность одновременно. Мы утонули в вихре ощущений. И вынырнули довольно не скоро. Я так долго не ощущал её рядом, что думал, сойду с ума. Я просто задыхался от одного её прикосновения, а Мия трепетала от моих ласк. В эту ночь не было слов, была только страсть.
Вот сижу и вспоминаю, прокручиваю произошедшее как плёнку. Помню каждое прикосновение.
Сейчас моё солнышко спит. И я оберегаю её сон…
Повернулась во сне и обняла меня. Прижалась как ребенок, ищущий защиты. Защиты, которую я смогу ей дать.
Может теперь у нас будет всё хорошо? …
… Напрасно я надеялся, что всё у нас будет хорошо.
Она ушла.
Я проснулся, Мия собиралась уходить. Я попытался её остановить, но она начала нести какой-то бред, что не должна была так делать, что я не смогу её простить. Потом расплакалась и убежала.
Что происходит? Что с ней происходит? Я просто скоро сойду с ума.
Опять выросла эта стена, которая обвалилась ночью. Правда, теперь она тоньше. …
… Мии уже больше чем сутки нет дома. Я нервничаю. Я переживаю. Да я просто схожу с ума! Уже бывало, как-то раньше, что она уходила, но не больше чем на 16 часов. А прошло уже 24! Ушла вчера утром. Я даже поздно вечером осмелился позвонить ей на мобильный. Она ответила. Я спросил, когда она придёт. Там, конечно было шумно: видно проезжая часть была от неё не далеко, но те слова, что я услышал, до сих пор стучат у меня в голове. "Ману не волнуйся, я скоро буду. Обещаю. Ты только не переживай. Со мной всё в порядке. Всё. Мне пора. Целую. Пока".
Я сначала даже не поверил, что это она. Моя Мия. Её голос был такой нежный, такой родной. …
… Уже 10:07. Моей жены ещё нет. Я уже раз двадцать звонил ей на мобильный, Мия не берет. …
… 15:35. Мия не отвечает на мои звонки. Да и не только на мои. Мне уже звонило несколько человек и спрашивали где она.
Я решил звонить в полицию. …
… Уже утро. Я не спал всю ночь. Я вообще не спал три дня.
Благодаря тому, что наша семья довольно известна, копы сразу вплотную взялись за поиски Мии. Сначала они предположили, что Мия просто сбежала к любовнику. Да как они смеют такое говорить?! … Помню, что нас долго разнимали с обидчиком. А я так хотел его убить!
Пока поиск не дал никаких результатов. …
… Прошла неделя. Я умираю от горя. За месяц я потерял двух дорогих мне людей. Это просто невыносимо.
Полицейские остановили поиски. Они несут какую-то чушь, что Мия покончила с собой.
Да что они знают?! Ничего!
Мия сильная. Она не сделала бы такой глупости. Почему? Хотя бы потому, что она мне обещала!
А ведь её просто не нашли…
Я чувствую, что она жива. Верю, что моя девочка дышит…
И я буду жить ради неё. Ведь она вернётся, или я её верну.
Я в этом уверен.
Полтора года спустя.
Утро. Мануель Агирре сел на диван перед телевизором и включил новости. Каждое утро он сидел перед экраном, потом одевал костюм, в котором всегда ходил на работу и отправлялся в офис. Это продолжалось уже на протяжении года. За этот не большой срок он добился небывалых успехов. Ману даже стал спонсировать некоторые заведения. Как же он добился этого? Просто целыми днями был погружен в работу, и ничто не могло его от этого отвлечь… даже женщина… кроме одной, которой больше не было рядом… без которой мир потерял свои краски…
Вот и сегодняшний день был не исключением.
По новостям передавали какой-то бред, и когда Мануель уже хотел уходить, диктор произнес:
— Новость дня. Вчера Мануель Агирре подтвердил, что собирается спонсировать психологическую клинику…
— Вот чёрт! Я же человеческим языком сказал, что для начала сам съезжу туда и осмотрюсь, а потом выдвину свое решение о спонсировании, — ругнулся Мануель и, нажав на кнопку пульта, выключил злощастный ящик, который с утра пораньше успел подпортить ему настроение.
К пяти часам вечера Ману, на свое удивление, приехал в психушку, которая попросила у него помощи и которая, по мнению самого Мануеля, находилась в самом глухом и отсталом районе Аргентины. Врачи встретили его радушно и обращались с ним как с Богом. Как же ему всё это надоело! Как ему надоел этот костюм, эти люди, этот мир, в конце концов! Если бы кто-нибудь его понимал так, как это делала она! Было бы легче…
Начался осмотр клиники. Агирре с главным врачём и персоналом этого заведения монотонно расхаживали по желтым коридорам, и на удивление Мануеля никаких больных в коридорах не было.
— А где люди, нуждающиеся в помощи?
— Они сидят в палатах. Понимаете, не многие из них во вменяемом состоянии. Мы решили не рисковать.
Вдруг Ману увидел на скамейке впереди сидящего старика, лицо которого не внушало никакого доверия. Мануель на него подозрительно посмотрел, но удержался от комментариев. Просто прошёл мимо. Потом он заметил впереди по коридору шедшую, к нему спиной девушку, напевавшую какую-то мелодию, мотив которой показался ему слишком знакомым. Но тут он не выдержал и произнёс, стараясь указать врачу на бездарность их работы, ведь это уже второй больной попавшийся на пути:
— А это кто? Кто-то из персонала?
— Нет. Эта пациентка.
— Тогда почему она ходит по коридорам и вообще она нормальная? Ну, я имею ввиду, она на людей не бросается? — сказал Мануель, подозрительно наблюдая за девушкой, как будто боясь, что она вот-вот повернётся и набросится на него. Он немного замедлил шаг.
— Нет, она даже очень дружелюбная. Её нашли в лесу неподалеку отсюда. Она была в шоковом состоянии, но после нескольких терапий, вроде пришла в себя. Правда она сама не знает, как ее зовут. И вообще ничего не помнит. Но давайте лучше не будем о больных, а перейдём сразу к делу.
Девушка скрылась за поворотом.
Мануель Агирре до ужаса усталым пришел домой. Он развалился на диване и уставился в потолок. В голове всё время вертелся мотив той песни, которую он услышал в психушке. Она не выходила у него из головы, потому что была до боли знакома, но он не мог её вспомнить. Что-то в душе подсказывало, что эта песня из репертуара, давно распавшегося, Erreway.
Ману вскочил и направился к себе в комнату, вернее в их комнату. После исчезновения Мии он опять перебрался сюда, но 2 месяца спустя, не мог здесь находиться, из-за боли воспоминаний, и просто спал на диване внизу.
Мануель залез в ящик стола и достал три запылившихся диска мятежников. Он начал просматривать их содержание с "Memoria", потом перешёл на "Tiempo" и, наконец, самый первый — "Senales". Пока ничто ему не напоминало тот мотив, но, дойдя до 7, он понял, что это именно она… Их с Мией песня. Но почему?
Вдруг боль сдавила грудь, а глаза наполнились слезами. Мия. Ведь тогда она была рядом. Он мог прикоснуться к ней, обнять, даже против её воли, или просто смотреть на неё, видеть, как она улыбается, как светится огонёк, который он так любил, в её глазах. Ну и что, что в то время она была наивная, как ребёнок. Зато была рядом. А сейчас Мии нет. И осознание этого ещё больнее сдавило грудь. Из глаз покатились слёзы: не было смысла их больше сдерживать. Может со слезами уйдёт боль? Кто знает? Ведь он так давно не плакал…
Шестой час дня. Сеньор Агирре, у которого голова раскалывается от бессонной ночи, опять стоит напротив психиатрической клиники. Сегодня он должен был дать ответ по поводу спонсирования. Он вновь брезгливо прошелся по коридорам, в которых сегодня было больше людей, и, подойдя к кабинету главврача, постучал. Встретили его как всегда радушно, но когда узнали отрицательный ответ, то чуть силой не выставили его за дверь. Теперь Ману шёл к выходу и радовался, что всё удалось уладить так быстро. Хотелось побыстрее уйти с этого жуткого места.
Но вдруг в голову Мануеля, уже раз сотый за последние сутки, проникла песня, Amor De Engano. Мелодия застучала у него в голове. Опять. И это снова было невыносимо! Ну, почему какой-то психопатке надо было напевать именно её? Зачем? Затем чтобы помучить его воспоминаниями о Ней?
Мануель остановился, пытаясь прогнать проносящиеся картинки в мозгу. И везде была Она. Его Мия. Та, которая забрала его сердце собой при первой же встрече. Вдруг стало расплываться перед глазами. Только не надо плакать! Возьми себя в руки, Агирре! Так дыши глубже. Вдох, выдох. Вот так. С этим надо что-то делать!
Успокоившись, Ману поразмыслил и почему-то спонтанно пришёл к выводу, что ничего не станет с той девушкой, если он с ней немного поговорит. Хотя может и станет. В голове внезапно появилась очень нехорошая мысль. Мануелю вдруг захотелось сделать ей больно, причинить такую же боль, какую по её вине причинила эта злополучная песня.
Парень двинулся по коридору. По пути встречались очень странные люди, но в таком месте только такие и находятся. Некоторые смотрели на него безразлично, а некоторые как-то плотоядно. И тех и других Ману старался обходить как можно дальше. 
А вот и тот поворот, куда она зашла. Осталось пару шагов до него, которые сделать он не успел. То, что увидел Мануель, буквально пригвоздило его к полу.
Из-за угла вышла та самая девушка. Светлые пряди выбились из-под косынки, ресницы опущены, глаза смотрели в пол. Она шла и вела рукой по стене. Ману просто не мог поверить глазам. Сначала он даже дышать перестал, боясь спугнуть ведение, но потом его тело наполнилось теплом. Теплом, которое пропало так давно. Но даже сейчас это было не главное? Главное что он ее нашел и теперь никуда не отпустит.
Пока Мануель просто смотрел на неё, девушка уже подошла к нему, и увидев преграду на своем пути подняла глаза и посмотрела ему в лицо.
Теперь не было никаких сомнений. Это она. Это её глаза. Это его родная Мия. Полтора года спустя он нашел её в… в психушке. Что? Что она здесь делает?
Пока парень с тупой улыбкой и неразрешенными вопросами в голове стоял напротив, девушка пристально осмотрела его и, прервав его мысли, произнесла.
— Ты новенький? Я тебя здесь раньше не видела.
Оцепенение также внезапно прошло, как и появилось. Глупая улыбка сошла с лица, и уже не хотелось прыгать и кричать от радости. Но не пропало желание прижать Мию к себе.
Она что издевалась над ним? Да что она такое говорит?
— Я … Посетитель… — кое-как произнес он.
— Да? И к кому ты пришел?
— К тебе…
Агирре увидел, как недоумение появилось у Мии на лице. И тут в его голову врезались слова доктора, сказанные накануне:
"… и вообще ничего не помнит…"
Эти слова отозвались больно в груди. Стало нечем дышать. Глаза защипало. Только не надо плакать… Сейчас она рядом… Ты должен ей помочь… Вытащить ее из этого состояния… Помочь вспомнить любовь, семью…
— Но я тебя не знаю.
Ману решил пока забыть обо всем, и просто радоваться тому, что Мия рядом. Но почему-то этого сделать не удавалось.
— А я тебя знаю, — он улыбнулся, когда увидел, что озадачил её. Но на душе всё также оставалось тяжело.
— Ладно. Давай для начала ты скажешь своё имя.
— Мануель.
— Правда? Мне очень нравится это имя. — Мия счастливо заулыбалась. У Мануеля, как у влюбленного парня, что-то екнуло в животе. — Оно самое красивое из тех, которые я знаю, — её улыбка немного померкла.
Так надо срочно увезти свою маленькую девочку из этого страшного места!
— Мия, может… — девушка испуганно дёрнулась, Ману запнулся, когда увидел, как на нее подействовало её же имя. "…Она сама не знает, как её зовут…" Черт, идиот, придурок! Надо быть более осторожным в словах.
Мануель нерешительно взял Мию за плечи, почувствовав, как она вздрогнула. Главное не повредить ей еще больше.
— Ты почти ничего не помнишь, — он пристально смотрел ей в глаза, которые завораживали. Так и хотелось забыть обо всём, прижать любимую к себе и окунуться в море чувств. Но поборов наваждение, которое не хотело его отпускать, парень продолжил. — Ты не помнишь и меня. А мы вместе учились и неплохо ладили, — он не стал вдеваться в подробности. Надо вновь получить ее доверие. — Я был и остаюсь твоим другом.
— Почему я должна тебе верить?
— Я не знаю.
— Но ты ведь правду говоришь?
— Конечно, я могу тебе это доказать!
— Как?
— Давай, для начала, я заберу тебя отсюда? — эта мысль самого первого момента крутилась у него в голове. — Мы поедем к нам домой… ко мне домой, и ты больше не вернешься в это место, — главное не дать ей сойти с ума здесь.
Мия немного задумалась. Хоть она и не очень хорошо знала этого человека, но что-то внутри ей подсказывало, что этому человеку можно доверять.
— Ты единственный человек, который не просто хочет забрать меня отсюда, который пришел ко мне. С которым я знакома… была, — девушка чувствовала, что он ни за что и никогда не обидит и не даст её в обиду. — Ты не представляешь, как трудно жить, ничего не помня. Не помня своего прошлого. Я не знаю, была ли у меня семья, любящие родители, любимый человек или дети, — на её глаза навернулись слезы. — Я помню лишь пару лиц. Но кто они? Не знаю.
— Я тебя понимаю. Сам однажды все забыл, — так хотелось обнять её, и Ману сделал бы это, но увидел её непонимающий взгляд. — Давай я, потом тебе всё расскажу? Поехали?
 Мия кивнула. Мануель очень осторожно вытер слёзы с лица любимой девушки, всё ещё борясь с желанием вновь почувствовать её губы.
— Я только поговорю с главврачом. Подожди меня. Хорошо?
— Хорошо.
— Только никуда не уходи.
— Не уйду.
— Точно?
— Ты такой смешной, — Мия улыбнулась. Она видела, что он волнуется, но почему не понимала.
Ману не хотелось вновь оставлять Мииту, но надо, чтобы потом всегда быть рядом с ней. А Мия знала, что он вернется за ней. Знала. Откуда?  Какая разница? Она просто присела на ближайшую скамейку и стала ждать.
Мануель побежал по коридору к кабинету главного врача. Теперь ему было наплевать на хищные взгляды больных и злые выкрики сиделок. Но когда он попытался поговорить с доктором, который так пропитался ненавистью к Агирре, то тот выставил его за дверь клиники и поставил на вход парочку громил-санитаров.
Что же делать? Ведь он обещал ей! Так надо успокоиться.
Мануель нервничал. А как тут можно не нервничать?! Он не должен оставлять Мию. Но как её забрать, если его не пускают в клинику?
Незаметно для громил он обошел здание, и решение пришло само собой.
Боясь не найти все еще свою жену, Ману выбил ближайшее к коридору окно и залез в него, молясь, чтобы его не услышали. Он оказался в неосвещенном маленьком ответвлении главного коридора. Слева была стена, справа дверь в палату, а прямо сам коридор. Ману осторожно выглянул из своего укрытия. Он увидел скамейку, а на ней до боли знакомую фигуру.
— Мия, — он позвал девушку как можно тише. Она обернулась и, увидев Ману, обрадовалась. Мия поднялась и зашла за угол к Мануелю.
— Я думала, что ты придешь через двери.
Её явно развеселила ситуация, когда она позади парня увидела разбитое окно.
— Потом объясню. Хорошо?
Мия кивнула, а Мануель взял ее за руку и повел к самодельному выходу.
Фары дорогой машины сеньора Агирре освещали путь до Буенос-Айреса. Ману уже час без остановки вел автомобиль, будто боясь, что за ним погоня, люди которые хотят забрать его любимую и драгоценную Мию. Девушка сидела рядом в его пиджаке и держала в руках фото группы Erreway, с которой Мануель не расставался, как и с фото семьи, но лучше пока это держать в секрете.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
— Нормально, ты не представляешь, как я тебе благодарна, за то, что ты увез меня оттуда. Как хорошо, что я больше не увижу эти стены. Ведь не увижу? — она с мольбой посмотрела на своего спасителя.
— Нет. Больше ты туда не вернёшься. Я тебе обещаю, — и Мануель слегка улыбнулся своей собеседнице.
— Значит это моя сестра, да? — переспросила Мия, указывая на Мариссу.
— Сводная. Твой отец женился на её матери. Сначала вы друг друга не переносили, а потом стали будто родными. Мари вышла за Пабло, блондин, который обнимает ее, и они четыре года назад уехали в Милан, с тех пор о них ничего не слышно. Об других наших однокурсниках я тебе дома расскажу и покажу их фотографии. Хорошо?
Он посмотрел на девушку. Мия немного нахмурившись, всматривалась в фото.
— Я здесь кое-что не понимаю.
— Что?
— Мануель, между нами что-нибудь было? — она внимательно посмотрела на Агирре.
Ману вздрогнул.
Нельзя, чтобы Мия узнала правду! Если она все вспомнит, то может опять уйти от него. А он этого не переживет.
— Э… Нет… А почему ты так решила?
Ми протянула ему фото. На снимке Мия и Ману нежно обнимались. Создавалось ощущение, что они были не просто друзьями. Вот дурак! Почему он такой не осторожный?!
— Э… У нас просто было очень удачное выступление. Вот мы… и… радостные такие.
Мия лишь посмотрела на него: раз он говорит, значит можно верить…
Автомобиль подъехал к дому.
— Вот мы и приехали, — сказал Мануель, выходя из машины.
Пара вошла в дом.
Ману повел Мию на второй этаж.
— Только я попрошу тебя не входить в две комнаты. А в остальном можешь быть как дома.
Мануель показал ей запретные двери: первая – это их бывшая спальня, а вторая – детская (спальня Фелипе). Только в этих двух комнатах он не менял совершенно ничего. Оставил все, как было. Но для Мии это оказался бы ларец с воспоминаниями: куча фотографий, писем, документов. Ей просто нельзя туда попасть!
— А вот это твоя новая спальня. Кстати, ты сама мне помогала с интерьером дома.
Они подошли к комнате, где должна была спать Мия.
— Ты заходи и располагайся, а я сейчас принесу твои вещи.
Ману уже собрался уходить, как услышал любимый голос
— У тебя есть мои вещи?
"Идиот! Дурак! Твоя неосторожность тебя погубит!... и не только тебя."
Мануель опять повернулся к любимой и начал выдумывать на ходу.
— Я… ты… В общем ты как-то некоторое время жила здесь и у меня остались твои вещи.
— У меня, что не было своего места жительства?
"Моя умная девочка, ну, за чем ты задаешь такие вопросы?"
— Ты на тот момент поругалась с отцом, а я, как твой лучший друг, приютил тебя.
— А…
— Давай лучше ты сначала обустроишься, а потом я тебе все расскажу? — Ману мягко улыбнулся, когда увидел, как Мия немного занервничала и покраснела: ей было неудобно перед ним, он приютил её, а она взамен стала забрасывать его вопросами.
— Проходи, — он открыл перед девушкой дверь, пропуская её в комнату. — Я сейчас схожу за вещами.
И Мануель удалился.
Войдя в спальню, в которой он когда-то жил вместе с Мией, Ману подошел к шкафу, открыл его и стал выбирать нужные вещи.
Он никогда не лазил в гардеробе жены, и Мия это знала.
Мануель достал пару вещей с полки, и пока он нес их к кровати, оттуда выпала какая-то тетрадка. Видно она лежала между вещами. Положив всё на кровать, он вернулся и поднял тетрадь. Открыв ее, он наткнулся на подчерк Мии. Прочитав пару строк, Мануель понял, что не он один после смерти сына стал писать дневник. Сразу появилось желание узнать причину отстраненности Мии в те дни, до исчезновения. Но ведь нельзя её заставлять ждать. Захлопнув тетрадку, Ману положил ее на стол и продолжал выбирать вещи.
Когда он пришел к Мии в комнату, то увидел, что его солнышко уже спит. Устала. Парень положил принесённые вещи на кресло и осторожно присел напротив кровати, чтобы полюбоваться любимой. Как же давно он так не делал! А она почти не изменилась, только что немного похудела. Он ласково провёл рукой по её щеке, вновь ощутив это забытое ощущение её нежной кожи под своими пальцами.
— Вот ты и дома, моя маленькая, — шёпотом сказал Ману и также продолжил. — Я столько хочу тебе сказать. Но не могу сделать этого, когда ты в сознании. Ведь у меня сегодня было время. И я не смог. А сейчас могу. Я люблю тебя. Очень сильно. И меня разрывает изнутри от одной только мысли, что придётся тебе опять врать. Я не могу сказать тебе правды, я не хочу снова тебя потерять. Если это вновь произойдёт, то я просто умру, — Мануель удержался от соблазна поцеловать Мию, когда, проведя линии пальцами от щеки до подбородка, коснулся губ. — Сейчас главное, что ты рядом, и я буду оберегать тебя. А когда придёт время, то я тебе всё расскажу. Ведь я не смогу долго выносить боль ото лжи. А пока позволь мне насладиться тем, что снова могу тебя видеть, тебя чувствовать, прикасаться к тебе, вдыхать твой запах и видеть твою улыбку. А потом я откроюсь, и будь что будет, — Ману поднялся и осторожно, чтобы не разбудить свою принцессу, накрыл её одеялом, потом поцеловал в щеку, стараясь немного продлить контакт её кожи и своих губ, и произнёс. — Прости меня, Мия.
И опять эти слёзы. Но теперь не воспоминаний и потери, а боли и радости одновременно.
Мануель вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь.
Теперь можно заняться дневником Мии. Агирре долго мучили сомнения. Вдруг, то, что он прочитает, ему совсем не понравится? После весьма недолгой борьбы с собой, Ману сел на кровать в спальне и немного дрожащими руками открыл тетрадь.
Отрывки из дневника Мии Агирре.
Никогда не думала, что снова начну писать в дневнике, но сегодня произошло то, что заставило меня вновь этим заняться. Вместо того чтобы забыть все, я запечатлею это на бумаге. Зачем? Сама не знаю, но может с чернилами уйдет и эта боль?
Сегодня я и Ману потеряли сына. Его сбила машина, и он не выжил. Он был слишком маленьким и просто не вынес получивших ран.
Почему Господь отобрал его? Мы разве были плохими родителями?
Я не могу вынести эту боль! Но рядом мой Мануель и он поддержит меня. Я это знаю. …
… Сегодня прошли похороны нашего сына. И я кое-что поняла. Я смотрела на то, как закапывают моего сына, и понимала, что это я виновата в его смерти. Как я буду смотреть Мануелю в глаза? Я не хочу, чтобы он возненавидел меня за это! Но и я не смогу уйти. Просто не смогу. Я не хочу потерять ещё и его. Но как я буду жить, осознавая, что вина в смерти сына лежит на мне. Я ведь пыталась быть хорошей матерью, но видно у меня не получалось. Прости меня Мануель. …
… Сегодня я попросила Ману переехать в другую комнату. И он выполнил мою просьбу. Я не хочу, чтобы он страдал из-за меня. …
… Мы поругались. Он хотел выяснить, что между нами происходит, а я ему так и не сказала. Я не хочу, чтобы он ненавидел меня. А он так и сделает если поймет, что это я виновата, что Фелипе попал под машину.
Мы стали кричать друг на друга, я начала нести какую-то чушь, а он как взъелся и наговорил мне много ужасных слов. Слов, которые одно за другим с адской болью пронзали не только слух, но и сердце с душой…
Такого Мануель мне еще никогда не говорил. Я до сих пор помню каждое слово. Если он действительно так думает, то я просто умру от разрыва сердца. Оно не сможет вынести этого. …
…Сегодня Мануель пытался поговорить со мной. Он просил прощения и извинялся, что наговорил мне всего не специально, что он так не думает. Мне стало немного легче. …
…Я решила переехать. Не хочу смущать Мануеля своим присутствием. Ему и так плохо, а тут еще я мотаюсь туда-сюда, и он из-за этого почти не выходит из своей комнаты. Не хочет меня видеть. Ну, что же. Это его право. Не буду ему мешать. …
…Ману уговорил меня остаться. Говорил, что может сам съехать, но я не хочу этого. Если он попросил меня остаться, значит, я ему еще не совсем безразлична.
Он сказал, что будет меньше попадаться мне на глаза, я хотела сказать, что и так его не часто вижу и что не надо этого делать, но Мануель не дал мне даже слова сказать. Попросил замолчать и ушел.
Зачем он, спрашивается, меня так мучает? …
… Сегодня мы столкнулись в ванной. Он хотел уйти, но я что-то сказала, уже сама не помню что, и он остался.
Может мой вид стал ему противен? Раньше он часами мог любоваться мной.
Хотя на что я могу рассчитывать, после того как убила сына? Ни на что! …
… Я совсем запуталась! Вчера вечером я пришла к Мануелю, чтобы поговорить. Но он опять мне не дал и слова сказать. Я тогда впервые за последнее время видела его глаза. В них читался страх. Страх что он может потерять меня.
А потом я вообще стала плохо понимать что происходит. Одно его прикосновение и я потеряла контроль. А затем разум вообще отключился, стоило только почувствовать его губы. Чувства нахлынули, и мы утонули в них. Я так долго не чувствовала его рядом, что думала, сойду с ума. Помню каждое его прикосновение.
На утро я проснулась и поняла, что все еще нужна ему. Но разве он сможет простить меня?
С этой мыслью я собралась уйти, но Ману проснулся. Я попыталась объяснить все, но мысли путались, и у меня ничего не вышло.
 Я уже не знаю, что мне делать. Надо съездить к одному человеку и спросить совета. …
На этом записи закончились.
Мануель почувствовал дорожки слез на своих щеках и в порыве бросил тетрадь, что та ударилась о шкаф. Потом взялся руками за голову и не стал ограничивать слёзы пространством.
Как Мия могла только вообразить, она ему противна, как она могла только подумать, что это она виновата в смерти сына?! Теперь стало ещё хуже. Оказывается, он сам виноват, что потерял её. Надо было лишь во время поговорить. Но ведь Ману тоже думал, что убил Фелипе. И вот, что из этого вышло: Мия ничего не помнит, а почему? Может, с ней вообще до этого произошло что-нибудь ещё страшнее потери памяти? Хотя, что может быть страшнее?
Утром после бессонной ночи и постоянных раздумий Мануель спустился на кухню, чтобы приготовить завтрак. Он открыл холодильник и почти ничего там не нашёл. Что и не удивительно. Он обычно питался на работе, в кафе или ресторане. Что же делать? Самому идти в супермаркет за покупками? Нет. И на то была только одна причина: не хотелось оставлять Мию, которая могла в любой момент проснуться. Не долго подумав, Мануель взял телефон и набрал номер своего знакомого по работе.
— Алехандро Валескес слушает.
— Алекс, это Мануель.
— А, Мануель! Доброе утро. Что так рано? Есть какая-нибудь работёнка?
— Да.
— Тогда я буду ждать тебя в твоём кабинете. Когда ты приедешь?
— Я не приеду. Поэтому и звоню тебе. Ты не мог бы приехать ко мне домой?
Секундное молчание.
— Конечно. Жди через полчаса.
— Хорошо. И ещё. Заскочи по дороге в супермаркет и купи чего-нибудь поесть.
— Мануель. Ты меня за сегодня удивляешь уже второй раз. Сначала говоришь, что не явишься на работу, а потом просишь привезти тебе еды. В чём дело?
— Приезжай и я тебе всё объясню, — коротко сказал Агирре и положил трубку.
Как и ожидалось, через полчаса в дверь позвонили. Алекс знал, что Мануель не любит опозданий и задержек, поэтому не стал играть у него на нервах. Шеф как-никак, но в какой-то степени и друг. Только ему Ману мог рассказать свои проблемы. Хотя он уже давно привык к этому угрюмому человеку, который когда-то был жизнерадостной и приятной личностью, с которым было легко общаться, у которого крайне редко было плохое настроение. Настроение, которое превратилось в обыденное, после несчастного случая. Случая, изменившего не только жизнь сеньора Агирре, но и его подопечных.
Мануель открыл входную дверь и впустил в дом привлекательного высокого парня с каштановыми волосами.
— Проходи.
Он провёл гостя на кухню и стал разбирать пакет с пакупками.
Алехандро заметил что-то странное в поведении Мануеля. Что-то, что уже давно не видел. Он присел за стол и произнёс:
— Что случилось?
Ману оторвался от своих дел и посмотрел на гостя:
— С чего ты взял, что что-то произошло?
— Я же не слепой. Давай рассказывай.
Мануель сел за стол напротив друга и уже не смог сдержать счастливой улыбки.
— Я нашёл её.
— Кого?
— Мию.   
Алекс усмехнулся.
— Я всегда думал, что ты скоро сойдёшь с ума. И вот это свершилось.
Мануель подскочил со стула. Валескес уже подумал, что шеф ударит его, но на его удивление Ману продолжал улыбаться искренней улыбкой. Эту улыбку многие не видели уже довольно долгое время.
— Я знал, что ты не поверишь. Пошли со мной, — Агирре вышел из кухни, и Алексу пришлось пойти за ним. Они подошли к двери одной из комнат дома. Мануель приоткрыл её и Валескес увидел на кровати безмятежно спавшую девушку. Девушку, которая внезапно пропала полтора года назад. Мия. Парень не поверил своим глазам. Неужели это она?
— Она просто ангел, — услышал Алехандро голос Мануеля и не мог с этим не согласиться, ведь она всегда была великолепна. С самого первого взгляда он влюбился в эту девушку. И если бы она не была замужем, то у него был бы шанс. Но, увы. Значит не судьба. И не смотря на это, он продолжал любить её и не показывать своих чувств. Но эта безответная любовь почему-то не доставляла ему боли. Почему? Может, потому что Мия была счастлива? Возможно.
— Пойдём. Я не хочу её разбудить, — сказал Мануель и тихонько прикрыл дверь.
Они опять спустились на кухню, и Алекс опять сел за стол и выжидающе посмотрел на Ману:
— Я знал, что рано или поздно ты её найдёшь. Но не думал, что так скоро. Рад, что она вернулась, — он расплылся в счастливой улыбке. Как же он скучал по этой красавице! — Она в порядке? Ну, здоровье?
Мануель погрустнел и снова сел напротив собеседника. У Алекса сердце упало в желудок, и он взволнованно спросил:
— Что такое?
Ману поднял на Алехандро глаза полные горечи:
— Она ничего не помнит.
— Как? Мануель, ты что шутишь?
— Такими вещами не шутят.
— Не может быть…
— Ты не представляешь, как мне хреново. Она не помнит абсолютно ничего. Ни меня, ни Фелипе, ни отца. Никого… — Ману спрятал лицо в ладони. Его сердце сжала костлявая ледяная рука. Было так больно, что на глаза навернулись слёзы. — И я не знаю, что делать.
— Расскажи ей. Помоги всё вспомнить, — Алексу было трудно смотреть на Ману, но он его понимал, как никто другой. Агирре убрал руки от лица и посмотрел на Валескеса. По щекам струились слёзы, а в глазах отражалась боль. Боль, оттого, что придётся врать.
— Я не могу.
— Но почему?! Ты должен.
— Я знаю. Но я не хочу вновь потерять Мию, — Алекс непонимающе смотрел на Мануеля и боролся с желанием чем-нибудь его треснуть.
— Я не понимаю, — кое-как удалось произнести ему вполне спокойным голосом.
— Я столько раз её терял, что ещё одного просто не переживу. Если она всё вспомнит, то может опять начаться всё сначала. Она опять может уйти… уйти и не вернуться, — Мануель, немного успокоившись видел как огонь злобы в глазах друга угасает. Ледяная рука отпустила сердце, как только Ману убедил себя, что так будет лучше.
Алекс отвернулся в сторону и обречённо произнёс:
— Ты эгоист.
— Я знаю это. Также я знаю то, что долго не продержу и расскажу ей чистую правду. Просто сейчас я могу подготовиться к тому, что будет. Пока у меня есть время, — он поднялся и принялся готовить завтрак.
— И многого ты ей не скажешь?
— Она не узнает только то, что нас связывает.
— Всё равно ты этим поступком доказываешь, что думаешь, только о себе.
— Нет, я забочусь ещё и о ней, — Агирре не хотел говорить про дневник.
— Ладно, делай как знаешь, — обречённо произнёс Валескес и поднялся, чтобы уйти.
— Подожди. У меня есть к тебе дело, — сказал Ману, но он не ожидал услышать отказ.
— Не проси. Я больше для тебя ничего не сделаю, — сказал Алекс не поворачиваясь, и продолжая идти к выходу.
— Это касается Мии, — но на эти слова Валескес никак не отреагировал. Тогда Мануель взял с тумбочки дневник Мии. — Она винит в смерти сына себя, — тихо произнёс он. Но Алехандро услышал.
Он повернулся к Агирре лицом и увидел, что тот протягивает ему тетрадь.
— Это я нашёл вчера вечером.
Алекс взял дневник, открыл его и прочитал первые строчки. Потом поднял взгляд к Ману.
— Что надо сделать?
— Съездить в психушку и узнать там всё о ней, а за одно и уладить.
— Куда?
— Там я нашёл Мию.
— Сделаю всё, что смогу, — Валескес не хотел знать подробностей. Он просто надеялся, что после прочтения дневника, гнев на шефа утихнет.
— Спасибо. 
После ухода Алехандро, Мануель приготовил завтрак и стал ждать когда проснётся Мия.
Мия. Сколько она пережила, сколько на неё свалилось. А ведь он был рядом и ничего не мог сделать. Если бы можно было повернуть время вспять и всё исправить, то она бы не страдала. Он бы об этом позаботился.
Вдруг Ману услышал шаги и поднял глаза. У входа в кухню стояла Мия. Его родная, но такая далёкая Мия. Но сейчас она рядом и это главное.
— Как спалось?
— Лучше чем раньше.
— Я рад это слышать, — Мануель мягко улыбнулся собеседнице. Теперь он её не потеряет!
Спустя три недели.
Мия полностью привыкла к жизни в новом месте, иногда гуляла по городу то с Ману, то с Алексом, когда Мануель не мог, что бывало очень редко. Алекс больше не злился на Ману и был втайне ему благодарен за то, что может хотя бы немного побыть с Мией. В психушке он выяснил, что Мию нашли недалеко в лесу, что она была в шоковом состоянии и никаких документов при ней не было. После нескольких терапий пришла в себя, но ничего не помнила.
Мия заново познакомилась с родными и близкими, правда только по фотографиям. Но она так и не узнала, что связывает ее с Мануелем. А он просто боялся открыться, боялся, что все может повториться.
Вечером Мануель сидел в гостиной перед телевизором.
— Можно к тебе? — спросила, подошедшая Мия.
— Конечно, — Ману улыбнулся и подвинулся, чтобы девушка могла сесть.
— Я хочу спросить у тебя совета, — начала Мия, когда села.
Мексиканец выключил телевизор и стал внимательно её слушать, всё также продолжая улыбаться.
— В общем, я не знаю, как начать, — Мия опустила взгляд. — Похоже, что я влюбилась, — тихо произнесла она, после паузы.
Но для Ману эти слова были как гром среди ясного неба. Сердце упало в желудок, улыбка сошла с лица.
— Что? — Ману все же надеялся что ослышался.
— Я сама не знаю, как это получилось, — будто оправдываясь, произнесла Мия.
Мануель понял, что своим вопросом загнал её в тупик. Несмотря на свои чувства, он должен поддержать её!
— Мия, в этом нет ничего страшного. Поверь мне, — он пытался говорить спокойно, но его голос дрожал. Ману знал, что Мия ни с кем не встречается. А разве он может такое вообще позволить?! — Ты уверена? — надежда всё же была.
— Да. Когда я его вижу, сначала всё внутри замирает, а потом сердце начинает биться быстро-быстро, — надежда умерла, когда она посмотрела на него, в её глазах Ману увидел тот огонёк, который горел от любви к нему, а сейчас… сейчас к другому. Стало невыносимо больно. И не в силах смотреть в любимые глаза он отвернулся и посмотрел на чёрный экран телевизора. Всё, это конец. Надо было ей всё сразу сказать. А сейчас хотелось умереть.
Вдруг он почувствовал её руку у себя на плече и вздрогнул. Больше он этого не почувствует.
— А ты когда-нибудь любил? — спросил такой родной голос.
— Любил… и люблю. Безумно. Она для меня всё на свете. Я готов пойти на всё ради неё.
Мануель повернулся к Мии и опешил. По щекам девушки текли слёзы.
— Мия, в чём дело? — Мия помотала головой и вытерла слёзы, не дав сделать этого Ману.
— Я знаю, что это глупо, но тоже хочу, чтобы меня так любили, как ты любишь её.
— А тот парень… в которого ты влюбилась, он знает… о твоём чувстве? — было очень трудно говорить, осознавая, что она больше не будет твоей.
Мия снова помотала головой.
— Я не знаю, как ему это сказать. Он считает меня лишь другом.
Мануель знал, что Мия в парке познакомилась с каким-то прохвостом, но он даже предположить не мог, что все так серьезно.
— Ты не должна страдать, скажи ему правду, вдруг он то же самое чувствует к тебе.
— Я боюсь.
— Чего? — Мануель с трудом соображал, смотря в любимые глаза. Хотелось большего. Хотелось прижать её. Но лишь одно неверное движение и он повредит не только себе.
Вдруг Мия сама прижалась к нему, ища поддержки. Всего лишь поддержки. Она и не подозревала какую боль причиняет ему этим движением. Сердце разрывалось, просто разрывалось на части. Немного помедлив, Мануель нерешительно прижал девушку к себе, наслаждаясь её близостью.
— Я боюсь, что когда всё вспомню, то не смогу выбрать. Вдруг это не тот человек, которого я любила. Ведь я кого-то любила. Я уверена, просто не могу вспомнить. Что тогда будет?
— Я тоже однажды потерял память и забыл любимую девушку. Теперь я пон… — Мануель прикусил язык, чуть не сказав, что понимает, что она чувствовала. Он ясно уяснил для себя, что за своё враньё будет платить, и не будет мешать счастью Мии. Виноват только он. — Скажи ему всё, — перевёл тему Агирре.
— Ты думаешь?
— Угу, — теперь было роскошью наслаждаться её близостью и ему не хотелось терять время. Ведь она скоро уйдёт. Возможно навсегда. — Только не сегодня. Уже поздно. Завтра обязательно сделай это.
— Спасибо.
— За что?
— За поддержку.
— Не за что.
Мия высвободилась из объятий мексиканца:
— Спокойной ночи, — и поцеловав его в щёку, направилась в свою комнату.
— Спокойной… — прошептал Ману и коснулся пальцами места поцелуя. Разве она виновата, что его сердце все-таки разорвалось на две половинки стоило ей только встать с этого дивана. Нет. Разве она виновата, что у него опять начнутся бессонные ночи. Нет. Разве она виновата, что он опять будет мечтать о ней, и знать, что эти мечты никогда не сбудутся. Нет. А кто виноват? Он. Только сердце больше не болит… ведь оно разбилось и врятли сможет опять что-нибудь чувствовать. Он сам его разбил своей ложью. Сам… Это конец. Конец его жизни.
Великолепная погода. На работе дела тоже сегодня сложились как нельзя лучше. Но почему тогда на душе так паршиво? Почему не хочется идти домой, чтобы только увидеть женщину своей мечты? Почему?
Хмурый парень с поникшей головой шёл по улице города домой. Многие люди оборачивались, и с недоумением смотрели на него. И в этом не было ничего удивительного. Его настроение сегодня было полной противоположностью погоде. Этот холодок, будто аура парил вокруг его, и, кажется, даже задевал прохожих.
А разве они виноваты?
Нет. Только он.
Мануель сегодня целый день упрекал себя в том, что сам виноват во всём. А ведь он хотел как лучше для неё. Или для себя? Теперь это было не важно, так что даже внимания на этом заострять не хотелось. Он ничего ей не расскажет. Ведь она за всё это время ничего и не вспомнила. Значит, не хотела. А может… Какая разница? Ничего не изменить. Хотя если открыть правду, то можно… нет… нельзя. Он только испортит ей жизнь, если вообще не убьёт. Лучше умереть самому. Он не нужен ей. Раньше эта мысль разрывала бы сердце, а сейчас сердце и так умерло. От её руки, но от его разума. Она всего лишь исполнитель. "Она ни в чём не виновата," — сотый раз за день пронеслось в голове. Нет, он не пытался себя убедить в этом. Это всего лишь факт. Такой же факт, как и тот, что он всё испортил сам, что сам разрушил своё счастье и свою жизнь и что он скоро умрёт. Умрёт. Он перестанет дышать от смертельной болезни под названием любовь. Безответная любовь. Конечно, есть противоядие, но оно очень редкое. Ведь их чувство уже давно перешло на новый, последний уровень. И это пережить почти невозможно. Звонок телефона. Безразличный ответ с его стороны. Она звонила. Спрашивала когда он придёт. Наверное, хочет поделиться своей радостью. Ну, что ж может ей это удастся. Может он будет рад. Ведь если она счастлива, то на душе станет теплее и этот преследующий его сегодня весь день холодок, канет в небытие. Будто его вообще и не было…
Мануель повернул ключ в замке и вошёл в дом, закрыв за собой дверь. Бросив пиджак на кресло в гостиной, он собирался пойти на кухню, но его остановил такой родной голос:
— Ты сегодня пришёл позже. Что-то случилось на работе?
Ману обернулся. В нескольких шагах от него стояла Мия. Его Мия… Вернее уже не его.
— Да, пришлось задержаться. Извини, что не позвонил, — как же не хотелось задавать ей этот ужасный вопрос, но иначе он может выдать себя. — Ну, как… сказала… ему о своих чувствах?
— Ещё нет.
— Ясно, — безразлично произнёс Мануель и отвернулся, чтобы уйти, но Мия его снова остановила, взяв за руку.
— Подожди.
Он опять повернулся. Она стояла в шаге от него.
— Я должна кое-что сделать.
Мануель заметил, что Мия волнуется, но почти не обратил на это внимания. Он просто смотрел на неё и понимал, что не сможет жить без её серых глаз, без её счастливой улыбки, без её губ и поцелуев, без её тела. Просто не сможет. Стоит ли отпускать её без борьбы? Ведь именно с ним она была счастлива…
Неожиданно для него её руки обняли его за шею, а губы коснулись его губ. Разум тут же почти отключился, как это бывало раньше, и он прижал её к себе так, будто если отпустит, то она убежит. Очень нежно и трепетно он ответил на её поцелуй, опять же, боясь спугнуть. Он знал только то, что вряд ли сможет остановиться.
Сейчас не хотелось думать не о чём. Не о том, зачем она это делает, зачем мучает его, зачем убивает. Он просто наслаждался каждым её прикосновением, хотел продлить этот момент на вечность. Как же он скучал без её поцелуев! Как же долго он не чувствовал её так близко! Это было просто блаженство.
Но вдруг в мозгу загорелась красная табличка: "Стоп!" и Мануель резко отстранился и, выпустив Мию из своих объятий, отошёл на шаг назад. Стало почему-то немного стыдно, и груз вины свалился на плечи.
— Мия, это не правильно, — он стал пытаться оправдаться. Ману смотрел в её глаза и боролся с огромным желанием продолжить поцелуй.
— Я люблю тебя, — будто не слыша его слов, произнесла Мия.
— Мы не должны так делать… Что? — он ослышался? Половинки сердца начали кровоточить, принося при этом боль.
Мия виновато опустила голову.
— Ты меня приютил, спас и не дал сойти с ума. А я тут со своей глупостью пристала. Я уже говорила, что это пришло неожиданно. Ты был такой нежный и добрый по отношению ко мне. Сначала я боролась с сердцем, завидовала твоей жене…
— Подожди. Что? Какой жене? — во время её слов сердце начало срастаться, а парень понял, что нашёл противоядие от болезни.
Мия подняла на него глаза, потом взяла его за правую руку и показала кольцо на безымянном пальце. Ведь она не знала, что на внутренней стороне кольца было написано: "Вечно твоя. Мия". Пока не знала.
— Я не хочу разрушать семью. Но как ты сказал, я должна была открыться тебе.
— Нет. Мия. Это не то, что ты думаешь.
Мануель теперь не отступит её, она останется с ним.
Он взял её лицо в свои ладони и пристально посмотрел в серые глаза, горящие любовью. Он хотел, чтобы она увидела тот огонёк любви, который опять начал зажигаться в его душе.
— Забудь о кольце. Оно ничего не значит. Сейчас имеет значение только то, что я тоже люблю тебя.
— А как же та девушка, ради которой ты готов на всё? — сейчас Мия казалась Мануелю смешной маленькой девочкой. Девочкой, которую он больше никому не отдаст.
— Я ведь говорил о тебе, — он нежно коснулся губами её виска. — Я полюбил тебя, как только увидел. Ещё в колледже, — потом щеки. — И долгое время боялся открыться, — поцеловал подбородок. — Но теперь мы всегда будем вместе.
И он коснулся любимых губ, теперь зная, что она действительно его.
— Знаешь, что смешно? — спросила Мия через несколько минут.
— Что? — Мануель обнял её и теперь наслаждался почти забытым запахом её волос.
— То, что вчера вечером мы говорили друг о друге.
— Угу, — Ману счастливо улыбнулся в её золотистые пряди, но уже через мгновение обдумывал очень важный вопрос.
Как завтра сказать Мие правду?
Мия сидела на кухне и пила чай. Мануель ушёл на работу.
Она чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Она и подумать не могла, что Мануель тоже к ней что-то чувствует. Он любит её, она видит это в его глазах, и эта мысль греет душу и переполняет её счастьем. Мия хихикнула, когда вспомнила, как Ману не хотел уходить на работу, и как он пять раз возвращался, чтобы поцеловать её.
Мия ещё бы долго сидела за столом с блаженной улыбкой на лице, но её мысли прервал телефонный звонок. Не с того не с сего у девушки противно засосало под ложечкой, и появилась какая-то тревога, предчувствие. Мия с замиранием сердца потянулась к радио-трубке, лежащей недалеко на столе.
— Алло, — осторожно и медленно произнесла она.
— Алло. Мия? — было очень плохо слышно. Что-то шумело, будто звонили издалека.
— Да, — не известно по какой причине сердце девушки начало биться быстрее что-то предчувствуя.
— Мия, привет. Это я - Марисса!
— Марисса? — в голове пронеслось это имя. Мия пыталась вспомнить кто это. Марисса… Марисса… сестра. — А, Марисса! — но почему она не рада слышать голос сестры? Что-то должно произойти.
— Мия, только не кричи на меня. Ну, не могла я позвонить раньше. Прости.
— Ничего, — немного отрешённо произнесла блондинка.
— Ну, как вы живёте?
— Нормально, — медленно ответила Мия, предчувствуя, что то, что должно произойти, произойдёт довольно скоро.
— Мия, что ты так отвечаешь? Что-то произошло? Что-то с Фелипе? — обеспокоено спросила Мари.
Вот.
"Что-то с Фелипе?" — эхом пронеслось в голове. Фелипе… Фелипе… в голову ничего связанного с этим именем не приходило. Мануель не рассказывал ничего ни о каком Фелипе. Но почему тогда это имя такое родное?
— С кем? — переспросила Мия. А в голове вертелось это имя.
Марисса видимо подумала, что сестра её плохо расслышала и повторила.
— С сыном всё в порядке? Он ничем не заболел? Как он?
С сыном… сыном…
— С сыном?... Чьим? — Миита начала ощущать дрожь, проходящую по телу.
— Мия, с какой ноги ты сегодня встала? С каким сыном? — передразнила Мари сестру. — Сын. Твой и Мануеля.
Фелипе… сын… твой и Мануеля…
— Так как он?
Молчание со стороны Мии.
— Мия Агирре! Чёрт тебя возьми! Не дурачь мне голову и говори нормально!
Мия Агирре. Почему Агирре? Ведь это фамилия Мануеля.
Мия и Мануель Агирре… сын… Фелипе…
Вот он недостающий фрагмент мозайки, без которого она не могла ничего вспомнить.
Перед глазами пронеслось лицо маленького темноволосого мальчика, залитое кровью. Глаза защипало, стало трудно дышать. Почему не зная этого мальчика, ей стало плохо?
— Он умер, — произнесла Мия убитым голосом и положила трубку.
Почему ей так плохо?
Мия вышла из кухни и пошла наверх, надеясь найти ответ на вопрос. Она будто не слышала, как надрывается телефон, пытаясь вернуть её в реальность.
Фелипе… Мия Агирре… сын… её и Мануеля… умер. То, что он умер Мия знала точно.
Девушка остановилась у какой-то двери на втором этаже. Не долго думая она открыла её и вошла в комнату. Это оказалась детская. Вот кровать с кучей игрушек, вот стол, вот шкаф, а вот рамки с фото. Мия присмотрелась и увидела на ней Мануеля, себя и того темноволосого мальчика… своего сына… Фелипе.
Воспоминания нахлынули с такой силой, что девушка оперлась на стол, чтобы не упасть. Голова горела огнём в котором с бешеной скоростью проносилось прошлое. Нет. Все-таки такой нагрузки она не выдержала. И последняя мысль, которая пронеслась у неё в голове была: "Он скрыл от меня всё". Потом её окутала глухая тьма…
Мануель, если можно так выразиться, прилетел домой на крыльях любви, по дороге купив букет цветов. На работе он был довольно недолго, пришёл только на очень важное собрание. Как же он не хотел уходить от своего ангела! Что, не успев выйти за порог дома, тут же возвращался за поцелуем. Да и досидел до конца собрания он с большим трудом. Работники, когда увидели своего шефа в таком солнечном настроении, очень удивились. Вчера он был как тень, как человек уже готовый умереть. А сегодня — готов расцеловать каждого, кто попадётся на его пути.
Мануель воодушевлённый своим желанием рассказать Мие всю правду повернул ключ в замке и открыл дверь.
Войдя за порог, Ману немного разочаровался, что Мия его не встретила. Может, не слышала, как он пришёл?
— Мия, солнышко, я дома!
Мануель, закрыв за собой дверь, прошёл в гостиную.
— Мия!
Тишина. Сердце защемило.
— Мия, ты дома?
Ману посмотрел на кухне и начал подниматься на второй этаж. Он остановился, как только увидел открытую дверь в комнату, где раньше жил Фелипе. Нет. Только не это.
Мануель кинулся в комнату и увидел лежащую на полу девушку. Он упал на колени рядом с Мией, чувствуя, как тревога с неимоверной скоростью заполняет всё его нутро. Дрожащими руками он начал проверять: жива ли она. Так дыхание и пульс есть.
— Мия, девочка моя, очнись, — он пытался привести её в чувство, но безрезультатно. — Ну же, Мия, я прошу тебя…
После нескольких неудачных попыток на Ману начала накатывать паника. Он схватился за мобильный и набрал номер скорой…
Мануель нервно теребил нижний край рубашки, сидя на скамейке возле палаты, в которую положили Мию. Мимо по коридору бегали врачи, медсёстры и другие люди в белых халатах, не обращая никакого внимания на мужчину. Как Мия он не знал, врач сказал только то, что она пришла в себя.
Ману в сердцах стукнул кулаком по скамейке, а потом, опёршись локтями о колени, спрятал лицо в ладонях.
Опять он во всём виноват. И опять из-за того же, из-за лжи. Ведь он хотел ей всё рассказать, только вот не успел. Надо было сразу. Бедная его девочка, столько пережить. А вдруг она, когда всё вспомнит, захочет с ним развестись и уйти. Что тогда? А что-что, он просто погибнет без неё.
Попытку Мануеля начать готовиться к плохому повороту событий, прервал мужской голос:
— Сеньор Агирре?
Мануель поднял глаза и увидел полноватого врача с бородой, в которой уже порядком просвечивалась седина.
— Да, это я.
— Я Франческо Логардес. Это я веду обследование вашей жены.
Ману поднялся со скамейки и пожал руку врача.
— Как она?
— В физическом плане с ней всё в порядке, а вот в моральном не очень. Вы ведь знаете, что у сеньоры Агирре была частичная амнезия…
— Как частичная? Она мне говорила, что вообще ничего не помнит, — удивился Мануель.
— Правильно. До сегодняшнего дня она ничего не помнила, начиная с самого рождения и заканчивая недавним временем. Она не помнила событий. Но ведь она знает, как ходить, читать, что и как одевать, как писать и говорить. Это у неё сохранилось. Это та информация, которая существует подсознательно, и она у неё не подверглась физическому или моральному воздействию. Причина травмы мозга могла быть разная. Скорее всего, это был удар головы, после чего наступила тяжёлая стадия шока, что, несомненно, оказало отрицательное действие. Мы сейчас уже ничего не сможем определить — слишком много времени прошло. Могу сказать, что сейчас никаких отклонений не наблюдается.
— Но она всё вспомнила?
— Да.
— Но почему сейчас, а не раньше? Ведь я ей показывал фотографии родных и рассказывал о них.
— Вы утаили от Мии очень важное для неё событие. Если объяснять Вам понятным языком, то это как мозайка. Все части сложены, но не хватает одного, без которого не понять, что изображено. И этот кусочек сегодня всплыл на поверхность. Если бы Вы постепенно и последовательно помогали ей всё вспомнить, то такого эффекта не было бы. А так воспоминания нахлынули с необычайной силой, и организм не выдержав этого, просто отключился.
— Но кто сказал ей? Я ведь сам хотел всё рассказать, но… не успел.
— Сеньора сказала, что ей позвонила сестра.
— Марисса?
— Наверное.
— Доктор, а сейчас она всё помнит? Вы не говорили с ней?
— Узнать на сколько восстановилась память входит в мои обязанности. Ведь из-за этого произошла, если говорить простым для Вас языком, перегрузка мозга. Я скажу Вам, что сеньора Мия помнит всё до мельчайших подробностей. Помнит номера телефонов, даты рождения, своё детство, школу, свадьбу, рождение сына и его смерть, — врач замолчал, собрался с мыслями и огорчённо сказал: — Она помнит даже то, как на неё напали, изнасиловали и избили.
— Что?! — у Мануеля оборвалось сердце. Кто-то посмел причинить Мии вред, а его не было рядом и он не смог её защитить. Боль сдавила грудь.  Он ощущал то, что она чувствовала. Наверное, то же самое. Как же хочется приласкать её и сказать, что всё это в прошлом и что он всегда будет рядом. И как же хочется поубивать тех недоносков, которые заставили Мию страдать! Он найдёт их. Как? Какая разница? Главное, что он накажет их за то, что они сделали! В этом Мануель был уверен.
— Сеньор?
Мануеля вырвали из силков злости и он обнаружил, что сидит на скамейке, Агирре посмотрел на врача снизу вверх.
— Сеньор, вы можете пройти к своей жене.
Жене. Она всё ещё его жена…
— Я не могу, — он опустил голову и посмотрел в пол. — Врятли Мия захочет меня видеть. … Она ничего не говорила про развод?
— Нет. Поймите, ей сейчас нужна Ваша поддержка. Кроме Вас здесь никого у неё нет.
Мануель поднял на доктора глаза, полные горечи и страха.
— Идите и сами у неё обо всём спросите.
Это было последнее, что сказал врач, перед тем как уйти.
Мануель тихо прикрыл за собой дверь палаты, но остановился на пороге, не решаясь подойти к Мии, которая лежала на кровати и смотрела в окно. Он постоял немного, Мия так и не повернулась. Она не хочет его видеть. Это он уже уяснил.
Агирре поборов страх, двинулся медленным шагом к девушке. Он обошёл кровать, но Мия не реагировала и продолжала смотреть в окно. Ману смотрел на её лицо, которое когда-то было таким счастливым, а сейчас на нём не было никаких эмоций. Он чувствовал себя виноватым.
Мануель осторожно присел на стул возле койки.
— Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросил он.
— Почему ты мне ничего не сказал? — спокойно, но, всё ещё не смотря на мужа, ответила вопросом на вопрос она.
А действительно почему? Как он объяснит всё ей.
— Я… Не хотел потерять тебя ещё раз… Я… В общем, я прочитал твой дневник.
Мия резко повернула голову и посмотрела на Ману. В её глазах промелькнул испуг.
— Как? — у неё немного дрожал голос.
Мануель протянул руку и, сжав её ладошку, пристально посмотрел в любимые глаза.
— Мия, пойми. Ты ни в чём не виновата. Я тебя не виню. Я боялся, что если ты всё вспомнишь, то опять вобьёшь эту глупость себе в голову, и я опять смогу тебя потерять… Я просто умру без тебя, — он видел, как страх покидает её глаза. Потом Ману опустил голову и продолжил: — Я, конечно, пойму, если ты захочешь развестись…
— Что ты такое говоришь? Ты хочешь развестись? — уже с явным испугом спросила она.
Мануель поднялся, сел рядом с ней, и, продолжая держать её руку в своей, другой погладил её бледную щёку, произнёс.
— Нет, милая. Я же говорю, что без тебя не выживу. Родная моя, я просто пойму, если ты захочешь уйти после того, что я сделал, — он не удержался и коснулся губами её щеки, а потом продолжил. — Прости меня.
Мия улыбнулась и провела рукой по его волосам.
— Ты такой хороший.
— Я такой только когда ты рядом.
В этот неподходящий момент в голове произнеслись слова врача: "Она помнит даже то, как на неё напали, изнасиловали и избили." Мануель моргнул и помотал головой прогоняя эти ужасные мысли.
— Что такое?
Ману посмотрел в серые глаза.
— Ты всё вспомнила?
В её глазах появился ужас воспоминаний. Мия прикрыла веки.
— Лучше бы я так и находилась в забытие. 
Она открыла глаза, в которых стояли слёза. Через несколько секунд они уже бежали по щекам.
— Мия, родная, не плач. Я прошу тебя. — Ману чуть ли сам не рыдая, стал вытирать её слезы.
— Вот в этом я действительно сама виновата. Поехала неизвестно куда. На ночь глядя. Мне говорили, что там живёт хороший человек, который разбирается в семейных делах. Что-то на подобии психолога. Но я до него не доехала. Колесо спустило, — Мия уже не могла сдерживать слёзы. — Неизвестно где. А тут какие-то два… В общем они начали приставать… потом… потом… я… — девушку затрясло в рыданиях.
Мануель даже не заметил, как сам безудержно плачет. Бедная его девочка! Он убьёт этих придурков! Он не позволит её обижать.
Мия обняла его крепко-крепко, ища защиты. Защиты, которую он сможет ей дать.
— Ну, не плачь, малышка, — он стал целовать её лицо. — Просто теперь давай решать проблемы вместе.
"А с обидчиками я разберусь."
Потом он посмотрел в её глаза.
— Позволь мне помочь тебе забыть этот кошмар.
— Просто люби и будь рядом.
— Всегда.
Мия притянула Мануеля к себе и поцеловала. Этот поцелуй был солёным от слёз. От её и его слёз.

Печальная улыбка судьбы  Автор: Mia-amor
Название: Печальная улыбка судьбы
Статус: завершен
Размер: небольшой
Бета: моя сестренка и подруга Лена.
Размещение: размещайте, только меня предупредите где.
Пары: ММ
Жанр: romance
Рейтинг: PG/K+/
Дисклаймер: Крис Морена
Саммари: Измена - это не самое страшное в жизни, главное - сохранить умение дарить любовь.
Предупреждение: нет.
От автора: это мой первый фик, и мне очень важна критика. Стихи мои.
E-mail: Leralucky@mail.ru
Все было как всегда. Опять один, опять её нет рядом. Нет рядом той, ради которой стоит жить. И он не может ничего сделать. Она не простит его уже никогда. "А мне наплевать. Пусть все будет так. Она будет ещё долго страдать, а я забуду", - со злым отчаяньем думал Мануэль.

Все было как всегда. Она снова одна. Он снова её предал. И она не может его простить, слишком трудно, слишком больно. Ужасно хочется плакать, но слез нет. Уже целый месяц она только и делает, что плачет и плачет. "Хватит, сколько можно. Я же сильная. Я переживу", - думала Мия и не верила себе.

Почему он один
Хмуро смотрит в окно?
Почему он один,
А она далеко?

Что случилось у вас,
Что же вас развело,
Две влюблённых души
На куски разнесло?

Ведь любили вы так,
Как не любит никто,
А теперь он один,
А она далеко.

Он скучает о ней,
Ему нужно тепло,
Что дарила она,
А она далеко.

1 глава

Мия помнила тот день. Мануэля выписали из больницы. К нему ещё не вернулась память, но врачи разрешили ему поехать домой. И, конечно, Франко и Соня повезли его домой. Все были просто счастливы. Соня что-то весело болтала, бегая вокруг Мануэля. Марисса и Пабло всю дорогу из больницы пели песни, чтобы Мануэль смог вспомнить их группу. А как счастлива была Мия. Она просто светилась от радости. Пусть Мануэль её не помнит, но за это время он так к ней привязался. Только с ней он был раскован. А теперь он будет постоянно рядом с ней. Их комнаты рядом, тем более, учебный год закончился, и Мия всегда будет дома.
- Мануэль, тебе удобно? - беспокоилась Мия.
Мануэль улыбнулся этой красивой девушке. "Ну почему не она моя девушка?" - думал он. А машина тем временем подъехала к дому. Мия с Соней стали бегать вокруг Мануэля и мешали Франко ввести парня в дом. В этой кутерьме Мануэль вдруг почувствовал себя совершенно счастливым. Соня и Франко стали ему как мама и папа. Марисса и Пабло как брат и сестра. А вот кем стала для него Мия? Она стала для него лучиком света, океаном надежды, солнышком ожидания. Ему ужасно хотелось оказаться с ней на необитаемом острове, хотя эта мысль почему-то напоминала ему растрёпанную Мию. Столько всего ему еще предстоит вспомнить.
Наконец им удалось войти в особняк. Мануэль повернулся к Мии, чтобы сказать, как он счастлив, и увидел, как глаза девушки наполняются слезами. Это было так странно, ведь минуту назад Миита весело смеялась. Мануэль проследил за её взглядом и увидел девушку с черными волосами. Она с надменной улыбкой смотрела на его несчастную девочку. Мануэль увидел, как Соня притянула к себе Мию, но она вырвалась и как можно спокойнее спросила:
- Что тебе нужно?
- Я пришла к своему парню, - ответила девушка.
- Он тебе уже не парень, - также спокойно проговорила Мия.
- Ты ошибаешься, правда, Мануэль?
- Не смей! Не смей забивать ему голову всякой дрянью. Ты даже в больницу ни разу не пришла, - уже кричала Мия, а слезы поползли по щекам.
Вдруг в голове у Мануэля пронеслось: "Сабрина". Что-то было очень плохое. Он кого-то очень сильно любил и предал. Может быть эту девушку. Он посмотрел на Мию. Она плакала, и столько безысходности было в её взгляде, что Ману захотелось обнять её, успокоить. Но к нему подошла Сабрина:
- Милый, я так соскучилась. Ты помнишь меня?
- Да. Ты ведь Сабрина, моя девушка.
Сабрина победно улыбнулась и обняла парня. Мия выбежала из комнаты. За ней вышел Франко. Соня и Пабло поспешили за остальными сумками, только Марисса стояла и смотрела на них. Она вдруг подошла совсем близко и со злобой прошептала:
- Ты еще заплатишь за их разрушенную жизнь.
Ману ничего не понял из её слов. Марисса пошла к сестре, а Сабрина побледнела. Мануэль попытался расспросить Сабрину о прошлом, но она поспешила уйти, сказав, что придет завтра.
Весь оставшийся день Мануэль провел в попытках вспомнить, но ничего не получалось. Франко старался быть с ним веселым, но вид у него был крайне несчастным. А какой может быть вид у отца, когда его единственная малышка проплакала целый день. Мануэль шел в свою комнату и услышал всхлипы. Он остановился у двери розового цвета. Постучал. Тишина. Решил войти. Вошел. Увидел Мию с мишкой в обнимку и со слезами на глазах. Присел рядом, погладил по волосам. Мия вздрогнула и подняла глаза. "Как же ей больно!" - подумал Мануэль. Минута тишины и вот сердца не выдержали и Мия уже в объятиях Мануэля.
Она плачет и смеётся. Ей радостно, ведь она так давно не чувствовала родных рук. Ей грустно, ведь сегодня она его потеряла окончательно.
Он плачет и смеётся. Ему радостно, потому что его маленькая розовая мечта в его руках. Ему грустно, потому что он не может бросить Сабрину. Он помнит, что была большая любовь. Это нельзя вот так разрушить. Он ведь не знает, что самая большая любовь его жизни плачет сейчас в его объятиях. Но сейчас ни ей, ни ему не хочется думать о прошлом или будущем. Сейчас есть только настоящее. Мануэль берет Миино лицо в ладони и приближается к губам. Она не сопротивляется. Мия позволяет себе оставить в памяти их ночь любви.

2 глава.

Ночью Мануэль просыпается и не может понять, где он. Вокруг всё розовое, а рядом кто-то ослепительно красивый. А потом в памяти всплывает восхитительная ночь любви. Мануэль лег обратно к Мии. Она была так трогательна. Во сне волосы разметались по подушке, ресницы подрагивали. Но Мануэля заворожило не это. Мия улыбалась во сне. Её улыбка была такой грустной. Ману поцеловал её и вышел из комнаты.
Утром Мия вышла к завтраку очень бледной. Ману старался не встречаться с ней взглядом. Он знал, что совершил ошибку. Он изменил Сабрине. Марисса увидев сестру, стала злобно коситься на Мануэля. Пабло одернул её:
- Перестань. Что случилось?
- Если он опять начнет мучить мою сестру, я уложу его обратно в больницу.
- С чего ты взяла, что он мучает Мию?
- Ты сам не видишь, какой у нее сегодня вид.
- Может это не из-за него.
- Ага, из-за Папы Римского.
Их милую беседу прервал звонок в дверь. Соня открыла. В комнату влетела Гусман и сразу повесилась на Мануэля. Мия только грустно улыбнулась и вышла из комнаты. Зашла к себе, легла на кровать. Больно, но надо терпеть. Он должен сам все вспомнить. В комнату вошла Марисса:
- Ты плачешь?
- Да. Он снова с ней. Я опять его не удержала.
- Ерунда, он первый день дома. Как ты могла его удержать.
- Знаешь, вчера мы были вместе.
- Как?
- Как мужчина и женщина. Мы любили друг друга. И он не остался.
- Почему ты отпускаешь его. Расскажи ему о вашей любви. Сабрина пудрит ему мозги. Ты должна...
- Нет, он должен сам всё вспомнить. Это свою жизнь он забыл, а не мою.
- Ты не права. Ты и есть его жизнь.
- Перестань Марисса, это ничего не меняет, - Мия встала и взяла свою сумочку.
- Куда ты собралась?
- Хочу побыть одна.

Две недели пролетели слишком быстро. Для всех. Но особенно для них. Слишком быстро для Мии, чтобы попытаться перестать надеяться. Слишком быстро для Мануэля, чтобы все вспомнить.
Сабрина не отходила от него ни на шаг. И Ману сдался под таким напором и переехал к ней на квартиру. Слишком больно было видеть несчастные глаза Мии, когда Сабрина приходила к нему. Однажды вечером позвонил Пабло и сказал, что завезет Ману чемодан с его школьными вещами. Пабло не стал задерживаться, быстро отдал и уехал. Его еще ждала Марисса. У них, наконец, все наладилось, и он хотел побыть со своим чертенком. Сабрина приготовила ужин и позвала Мануэля.
- Нет, я не хочу ужинать. Я лучше посмотрю, что в этом чемодане.
Мануэль зашел в спальню, открыл небольшой чемодан. В нем были старые вещи, диски, конспекты. Мануэль стал заталкивать все это в шкаф и вдруг из одной тетради выпала фотография. Мануэль подобрал фотку. С неё, до боли счастливые смотрели на него парень и девушка. Крашеный блондин и натуральная блондинка. Он обнимал её и смеялся. Она светилась от счастья. И тут все закрутилось, начала нестерпимо болеть голова, и обрывки жизни стали мелькать в памяти. Вот он ругается с Мией; вот он прижимает ее к двери и целует, она злится и говорит, что лучше бы он её ударил; вот она плачет, а он пытается её успокоить; вот она в самолете рядом с ним; вот они на острове, а Мия капризничает из-за того, что нет душа; а вот две пощечины и он не знает кому из них больнее, её глаза полные боли, глаза сломленного человека. Он вспомнил. Он все вспомнил. И от этого хочется не радоваться, а плакать. Он опять изменил Мии. Теперь не только она его не простит, но он сам себя не простит. Он пойдет к ней. Он скажет всё. Он схватил куртку и выбежал в коридор.
- Ты куда, - донеслось из кухни.
- Я иду исправлять свои ошибки, - Ману вышел из дома.
Сабрина зашла в спальню. На кровати лежала фотография. Она всё поняла и почему-то решила отпустить. Слишком трудно было бороться с такой любовью.

Мануэль пришел к дому Колучи. В окне на втором этаже горел свет. "Это комната Мии", - подумал Ману. Не хотелось в таком состоянии попадаться на глаза Франко и Соне. Мануэль решил лезть через балкон. Когда он оказался в комнате, Мия приготовилась завизжать, но, увидев, кто перед ней, страшно побледнела и схватила его руку.
- Ты что лез на второй этаж?
- Да. Мне надо поговорить с тобой
- Ты сумасшедший, ты же мог сорваться.
- А ты волнуешься за меня?
Мия отпустила его рукав и отвернулась.
- Мия, я пришел сказать, что я теперь всё помню.
Мия обернулась. Она была такой растерянной.
- Я понимаю, что тебе трудно будет простить меня, но я прошу, попытайся, - Ману хотел дотронуться до Мии, но она дернулась и отошла.
- Ты сам всё понимаешь. Я не могу. Не потому что я не хочу. Просто я больше не могу. Прости. Уходи.
И мир на тысячи осколков. Его дурацкий, жалкий мир. Его мечта. И мир на тысячи осколков. Её розовый мир. Её мечта.

Глава 3.

Ты рассыпалась бисером,
Растворилась в молчании.
Ты жила в ожидание,
Окунулась в страдание.

Тебе трудно поверить:
Всё ушло, всё рассыпалось.
Ты поверить не можешь
И слезами посыпалась.

Ты простить не сумела,
Ты себя не заставила.
Ты любить так хотела,
Но любовь ты оставила.

Тебе трудно, ты мучишься,
Но всё это исправится.
Ты должна лишь поверить,
И простить ожидание.

Он ведь тоже рассыпался,
Он ведь тоже в отчаянье.
Он любил, но не выдержал
С красотой расставание.

Все было как всегда. Он снова один. Снова нет рядом той, ради которой стоит жить.
Все было как всегда. Она снова одна. Он снова изменил ей.

Вот уже месяц прошел с тех пор, а она не может даже просто жить без него. Трудно дышать, трудно думать. Ей ужасно плохо.
- Милая, иди поешь, - в комнату к Мии заглянула Соня.
- Нет, я не хочу, - тихо донеслось с кровати.
- Ты уже два дня ничего не ешь. Так нельзя.
- Оставьте меня в покое. Я хочу спать.
- Дорогая, тебе нужно двигаться.
- Я дышать не могу, а ты хочешь, чтобы я двигалась, - всхлипнула Мия.
- Ми, ты нам нужна. Надо выходить из этого состояния. Попробуй.
В комнату зашла Марисса.
- Мия, к тебе пришли, - сказала она, поднимая с кровати Соню, - пошли, мама, им надо поговорить, - Соня и Мари вышли, и Мия увидела Мануэля.
- Зачем ты пришел?
- Нам надо попробовать заново. Я думал, что забуду, но ты - это всё в моей жизни.
Мия сорвалась, слезы ручьем побежали по щекам, а душа вырвалась в крике:
- Я не хочу, Мануэль, опять страдать. Я больше не выдержу. Внутри всё разрывается на части. Я больше не хочу так...
Мануэль поймал её и прижал к себе, тихо приговаривая:
- Теперь всё будет хорошо... Я сам больше не выдержу...моя маленькая девочка...тихо...успокойся.
Мия прижалась к нему. Плач потихоньку переходил во всхлипы. Она успокаивалась. Но вдруг Мануэль почувствовал, как Мия сжалась и начала оседать на пол. Это было так страшно. Он схватил её, начал трясти, но бледная Мия не реагировала. Мануэль стал звать на помощь. На крик прибежал Франко, и уже через полчаса все сидели в холе больницы и ждали, что скажет врач.
- Почему так долго, - Ману ходил из угла в угол.
- Мы приехали 15 минут назад, - ответила Марисса.
Из палаты вышел врач. Все сразу кинулись расспрашивать его.
- Доктор, что с ней. Я могу её увидеть, - нервничал Мануэль.
- Кем вы приходитесь сеньорите? - обратился к нему врач.
- Я её парень, пожалуйста, скажите, что с ней.
- Раз так пройдемте в мой кабинет. А вас я попрошу пока остаться.
- А можно мне, я её сестра, - попросила Марисса.
- Дело личное...- начал врач, но Ману его перебил, попросив, чтобы Марисса пошла с ним.
Как только они прошли в кабинет, врач строго посмотрел на Мануэля.
- Ваша девушка ждет ребенка, вы знали?
- Нет... я ...как ребенка?
- Беременность протекает тяжело. Я думаю это из-за стрессов. Её надо беречь, иначе мы можем потерять не только ребенка, но и мать, - продолжал доктор.
- Я буду папой, ты слышишь Марисса, я буду папой, - Ману обнял потрясенную Мариссу.
- Вам придется сказать это сеньорите или может я скажу, - предложил врач.
- Нет, я сам. Она будет замечательной мамой.
Мануэль выбежал из кабинета и бросился обнимать Франко и Соню.
- Я буду папой, вы слышите, я буду папой, - кричал он.
- То есть как папой? - спросил Франко.
- Этот кретин сделал вас бабушкой и дедушкой, - ответила за него Марисса.
Франко сначала побледнел, потом позеленел, потом решил убить Мануэля, но он был уже у Мии в палате.
- Милая, я хочу тебе кое-что сказать, - сказал он, целуя Мию,- Мы ждем ребенка.
- Что? Нет только не это. Я не хочу. Мне 16 лет. Какого ребенка?!
- Ты что? Это наш малыш. Неужели ты хочешь убить его?
- Нет. Я сама не понимаю, что я говорю.
- У нас будет семья. Я так об этом мечтал.
- Я тоже, но не так рано.
- Милая, совсем не рано. Мы скоро станем самыми лучшими родителями на свете.
- А вот я как раз насчет родителей, - сказал Франко, заходя в палату, - как вы умудрились сделать ребенка?
Мия покраснела.
- Только не говори, папочка, что ты не знаешь, как делаются дети.
- Мия, прекрати...
Ману его перебил:
- Извини Франко, но ей нельзя волноваться. Ты лучше всё скажи мне, когда мы придем домой.
Франко ворчал еще дня два, а потом все стали ждать маленького Агирре. Мия с Мануэлем съездили в Мексику и обвенчались в маленькой церквушке. Все прихожане с умилением наблюдали за женихом и невестой. Мия была в белом легком сарафане. В волосах был заколот белый цветок. Живота еще не было видно. Мануэль смотрел на неё влюбленными глазами. Они были такими молодыми и влюбленными. Глупые улыбки на лицах. Наслаждение тихим счастьем, которое радует лишь тех, кто пережил трагедию разлуки, и нашел друг друга снова. На свадьбе присутствовали только Франко, Соня, Хильда, Лухан и Марисса с Пабло. После свадьбы молодые не поехали отдыхать, а решили вернуться домой. Мия мучилась токсикозом, постоянные обмороки. Всё это не располагало к отдыху далеко от дома.
Дни побежали быстро. Живот рос. Однажды утром Мануэль поругался с Мией. Ссора вышла из-за того, что Мия хотела рожать в Лондоне. Там были лучшие врачи. А Ману боялся везти её через пол земного шара. Мия с обидой выговаривала Мануэлю, какой он бесчувственный чурбан, как вдруг замолкла и широко распахнула глаза. Мануэль перепугался и стал усаживать Мию в кресло. Но тут увидел, что она улыбается. Ману присмотрелся и понял, что взгляд у Мии поменялся, он никогда не видел такого выражения лица.
Мия сияла нежностью, а взгляд был такой, как будто она рассматривает, что-то внутри себя.
- Что? - прошептал Мануэль.
Мия молча притянула его руку к своему животу. Ладонь почувствовала упругий толчок. Такая нежность сразу затопила Мануэля. Он приподнялся и поцеловал свою маленькую девочку. Их малыш первый раз подал им знак, что он есть. "Это и есть счастье", - подумали одновременно Мия и Мануэль.

4 глава

- Мия, ты похожа на медвежонка, - засмеялась Марисса, наблюдая, как Мия встает с кресла.
- Я посмотрю, как будешь выглядеть ты на восьмом месяце беременности, - огрызнулась Мия.
Она и впрямь стала ужасно неповоротлива. Да к тому же неуклюжая. Но никто не мог отрицать, что Миите это очень шло. Она округлилась, стала румяная, и самое главное счастливая. Мануэль не мог налюбоваться своей девочкой. А Мия просто наслаждалась в кругу своей семьи своим материнством. Детская уже была готова. Конечно все в ней, начиная с памперсов и заканчивая милой кроваткой, было розового цвета. Вещички для малыша Мия покупала каждый день. Это стало её навязчивой идеей. Все с нетерпением ждали крепкого мальчика или красавицу девочку. Мия уговорила Мануэля отвезти её рожать в Лондон. Через два дня они должны были улететь. А пока вся семья окружила Мию заботой. Мия и Мануэль прошли полный курс для родителей. Они были счастливы и думали, что так будет всегда.

Неделя спустя, Лондон.
- Я так устала от своего живота, - пожаловалась Мия своему мужу.
- Я знаю, радость, но осталось совсем немного, и мы увидим свою малютку, - Мануэль обнял Мию.
- Доктор сказал, что мы правильно сделали, что приехали сюда. Да, кстати, ты обещал мне, что завтра пойдешь в больницу со мной.
- Я помню, не волнуйся.

Утром они были у врача. Доктор сказал, что есть кое-какие проблемы, но под присмотром опытных врачей Мия будет в безопасности. Мия с Мануэлем уже шли к выходу, когда Мия нечаянно толкнула беременную женщину.
- Простите. Вы в порядке? Я такая неуклюжая, - начала суетиться Мия и замерла, увидев, кто перед ней.
Мануэль тоже не мог поверить, что видит перед собой Сабрину, в Лондоне, да еще и беременную.
- Не ожидала вас тут увидеть, но это даже к лучшему, - нарушила тишину Гусман.
- Я не думала, что встреча с нами вызовет у тебя какие-то положительные эмоции, - заметила Мия.
- Да, я рада. Мне не придется отдавать ребенка незнакомым людям, когда рядом его отец, - проговорила Сабрина.
- О чем ты говоришь? - Мия насторожилась.
- Я говорю о Мануэле. Я не хочу этого ребенка, а Ману, наверное, не позволит, чтобы его малыш жил в детдоме.
- Что ты говоришь, у меня только один ребенок, - взвился Мануэль.
- Нет. Я тоже жду ТВОЕГО ребенка.
Мия почувствовала, как потянуло поясницу и по ногам потекло, что-то липкое. Она ухватилась за Мануэля, стараясь изо всех сил, чтобы не упасть. Мануэль подхватил Мию на руки и стал звать на помощь. Мия только шептала:
- Не может быть.... Не может быть...

Уже сутки врачи пытались помочь Мии и ее малышу. Операцию делать нельзя было. Сама Мия старалась изо всех сил. Произошла отслойка, и кровотечение не останавливалось. А малыш всё не появлялся. Были моменты, когда Мия начинала терять сознания. В эти моменты врачи начинали терять надежду спасти мать и ребенка. Но Мия невероятной силой воли заставляла себя тужиться, зная, что только так спасет своего малыша. Из палаты вышла медсестра. Мануэль бросился к ней:
- Что с моей женой? - он был на грани истерики.
- Ситуация очень тяжелая. Если бы всё происходило в срок, а так мы делаем всё, что можем. У неё неправильно расположена матка, да еще преждевременные роды. Молитесь богу, чтобы он спас вашу жену и ребенка.
Сейчас Мануэль только и делал, что молился. Он не сообщал никому об этой страшной ситуации. Он просто не мог. А в это время в палате доктор готовился к худшему:
- Ну, давай, детка, постарайся, - приговаривал он Мии, хотя прекрасно знал, что она выкладывается полностью.
- Доктор, малыш появился, - закричала медсестра.
- Ну, вот и дождались, потерпи еще немного, - прошептал он над Мией.
Уже через минуту раздался детский плач, и Мия увидела маленькое крошечное существо.
- Девочка, - услышала она.
Но тут крик оборвался, и врачи стали бегать.
- Что с моей дочкой, скажите, что с моей дочкой? - спросила Мия, но врачи не обращали на неё никакого внимания.
Еще минута жуткого страха за своего ребенка, и облегченная темнота.

- Она очень слаба. Потеряла много крови. Постарайтесь быть с ней очень мягким. Она заслужила моё огромное уважение тем, как стойко держалась во время родов. Она сильная, но я думаю, это будет ужасный удар для неё, - услышала Мия сквозь туман сна. Она приоткрыла глаза и увидела Мануэля и доктора.
- Сколько я проспала? - спросила Мия.
- Двое суток, - ответил Мануэль, склонясь над ней.
- Сеньора, я должен сказать вам...- начал доктор, но Мануэль перебил его.
- Я сам.
Доктор тихо вышел, скрываясь от запаха горя и ужасного предчувствия разрушения жизни, который парил в этой палате, в этой семье, в этой одной на двоих судьбе.
- Мия, наша малышка...- начал Мануэль, но горло его перехватило рыдание.
- Нет, - прошептала Мия, качая головой.
- Да, любимая, это я убил нашу дочь. Если бы Сабрина не была беременна, если бы тогда я вспомнил нашу любовь...- зарыдал Мануэль.
Мия притянула Мануэля к себе, прижала его голову к груди и, задыхаясь от боли, зашептала:
- Ты не виноват. Это я не смогла уберечь нашего ребенка. Прости. Прости. Только не уходи. Не оставляй меня одну. Я хочу жить для тебя, а без тебя я умру. Мне больно, - шепот перешел в рыдания.
Так они и сидели, поддерживая друг друга в горе. Так как однажды поклялись в церкви. Их боль стала одной. Они были вместе, но в то же время так далеко друг от друга.

Прошло два дня, а Мия всё не могла поверить, что это случилось. Слишком больно было думать о том, что они потеряли своего ребенка. Мануэль ходил понурый и вместе с Мией плакал от безысходности. В тот день Мануэль первый раз решил оставить Мию, чтобы съездить в гостиницу за вещами. Мия просила не говорить ничего родным. Она должна была сделать это сама, но пока не решалась. Как только Мануэль уехал, Мия вызвала медсестру.
- Вам что-нибудь нужно? - участливо спросила девушка.
- Да, помогите, пожалуйста, мне, - попросила Мия, - дайте мне кого-нибудь покормить.
- Что? - не поняла медсестра.
- Я думала: может быть есть дети, чьи мамы не могут кормить грудью или у них мало молока, а у меня очень болит грудь, много молока, - быстро проговорила Мия и затаила дыхание, боясь, что ей откажут.
- Извините, сеньора, но я не знаю...
- Я просто очень хочу почувствовать, как это - быть мамой, - тихо прошептала Мия.
- Я постараюсь вам помочь, - сказала медсестра, твердо решив поддержать молодую женщину. Она видела, что Мия совсем еще ребенок. В её мед карте было написано, что ей неполных 17 лет. Но как это девочка переживала смерть своего ребенка. Многие в её возрасте бросают своих малышей.
Через пять минут девушка принесла крошечный свёрток. Мия с благодарностью посмотрела на медсестру и бережно взяла ребенка.
- Это девочка, она ужасно голодна.
Малышка открыла глазки, и Мия вздрогнула. У её дочери тоже должны были быть такие глаза. Глаза цвета шоколада. Как у папы.
- Это удивительно, что у ребенка глаза не голубые. Они все рождаются с голубыми глазами, - пояснила медсестра.
Мия с помощью медсестры дала малышке грудь. Та жадно засосала. А Мия ласково смотрела на неё.
- У её мамы нет молока? - спросила Мия.
- Нет. У неё просто нет мамы. От неё отказались.
- Не может быть, чтобы от такой прелестной девочки отказались, - не поверила Мия.
- К сожалению, это так.
Мия напряглась от пришедшей вдруг мысли.
- Скажите, её маму зовут Сабрина Гусман?
- Я не могу вам открывать такую информацию.
- Это очень важно, мне надо знать.
- Ну, хорошо. Я сейчас приду.
Мия осталась с ребенком одна. Да, малышка и правда была похожа на Мануэля. "Или я просто накручиваю себя".
Вернулась медсестра.
- Да, вы правы. Её мать Сабрина Гусман. Но если кто-нибудь узнает, что я вам сказала, меня посадят.
- Не волнуйтесь, никто не узнает. А можно оставить её у меня? Я бы кормила её пока меня не выпишут.
- Оставьте, но до вечернего осмотра.
Что только не думала Мия, пока ждала Мануэля. Сотни мыслей пронеслось в голове. И всё это время она не переставала рассматривать девочку.
- Любимая, я приехал, как только смог, - сказал Мануэль, заходя в палату, и остановился, увидев Мию с малышом на руках.
- Иди посмотри на неё, - позвала Мия.
- Кто это? - спросил Мануэль дрожащим голосом.
- Это твоя дочь, - ласково ответила Мия.
- Ми, я понимаю, как тебе тяжело. Мне тоже. Но не сходи с ума. Прошу.
- Нет, ты не понял. Это правда, твоя дочь. Сабрина оставила её в роддоме, а медсестра дала мне её покормить.
Мануэль подошел к кровати. Столько чувств затопило его: боль, что это не Миина дочка, радость, что он стал отцом, тревога за будущее. Мия видела, как трудно сейчас Мануэлю, и тихо предложила:
- Давай удочерим её?
Мануэль просто с благодарностью поцеловал Мию.

Глава 5.

Целый месяц потребовался семье Агирре, чтобы оформить все бумаги. Мия не захотела говорить родным, что их ребенок умер. Просто сказала, что малышка должна оставаться под присмотром врачей, и они задержатся в Лондоне. Мануэлю она объяснила это тем, что боится, что кто-то раскроит тайну рождения Лучаны (так они назвали свою дочку). Наконец, первого марта, суд выдал им документ, что Лу теперь дочь Мануэля Агирре и Мии Агирре. Сколько было радости. Мия сразу же позвонила в Аргентину и сообщила, что их выписали из больницы, и завтра они будут дома.
В самолете, когда Мия удобно устроилась с малышкой на руках, Мануэль вдруг спросил:
- Скажи, зачем ты это делаешь?
- Что именно, дорогой? - Мия подняла на него глаза.
- Почему ты любишь чужого ребенка?
- Никогда, ты слышишь, никогда не смей говорить, что Лучана не моя дочь. Сабрина ей не мать, раз бросила её совсем крошечной, - разозлилась Мия.
- Просто я представил, что ты родила ребенка от другого. Я не смог бы полюбить его.
- Ты уверен? Я просто чувствую, что я нужна ей. Пусть у неё есть отец, но ты никогда не сможешь заменить ей маму. Я знаю.

В аэропорту их встречала вся семья. Франко, Соня, Марисса, Пабло, Лухан, Хильда с нетерпением ждали объявления посадки. Когда вдалеке появилась Мия с розовым свёртком на руках, а чуть дальше Мануэль с огромными чемоданами, все сразу бросились к ним. Франко обнял Мию, а она проворчала:
- Папочка, осторожно, ты задушишь свою внучку.
- Дай взглянуть на неё, - вмешалась Соня.
- Только не кричите, вы её разбудите, - предупредил Мануэль.
Мия аккуратно отвернула уголок одеяльца. Лучана была похожа на ангелочка. Марисса осторожно коснулась её кулачка:
- Ну, здравствуй, племянница, - тихо прошептала она, - ты такая же красавица, как и твоя мама.
Все сразу стали обсуждать: на кого похожа Лу: на Мию или на Мануэля. Мануэль сразу заметил, как Мия сжалась, и, обняв её, сказал:
- Вы можете не спорить, Лучана похожа на меня, но она будет такая же модница, как и Мия.
Мия благодарно ему улыбнулась.
Вечером Соня зашла в детскую, где Мия кормила Лучану.
- Я думала, ты не будешь кормить грудью, чтобы не испортить фигуру, - Соня устроилась рядом с ними, чтобы видеть малышку.
- Ерунда, главное, чтобы Лу была здоровой.
- Как прошли роды, милая? - спросила Соня.
Мия почувствовала, как старая боль опять наполняет её, но выпрямилась и тихо ответила:
- Нормально.
- Ты выглядишь усталой. Давай я заберу Лу и посижу с ней, пока она не уснет. А ты прими душ и ложись.
- А ты справишься? - недоверчиво спросила Мия.
- Дорогая, ты забыла, что я тоже мать. Когда-то и Марисса была такой же крохой.
- Ну, хорошо. Спасибо.
И Мия передала Лучану Соне.
- Смотрите, кто идет, - проговорила Соня, входя в гостиную вместе с малышкой на руках.
- Дайте мне, - закричала Марисса.
- Только очень аккуратно, - предупредила Соня, передавая малышку дочери. Пабло, Лухан и Марисса начали наперебой говорить с Лучаной. А Соня подсела к Франко.
- Дорогой, с Мией что-то происходит.
- Что ты имеешь в виду?
- Она чем-то ужасно напугана, расстроена.
- Это понятно, она чувствует теперь, какая ответственность легла на неё и Мануэля.
- Нет. Это не то. Такое чувство, что она пережила огромную трагедию. Она подавлена. Её глаза полны невысказанной боли. Мия только делает вид, что всё хорошо.
- У неё просто послеродовая депрессия. Так было с Мариной, когда она родила Мию. У них это наследственно. Я боюсь, что она может бросить дочку.
- Нет, ты не видел, как она сейчас кормила Лу, как беспокоилась, когда отдавала мне её. Мия замечательная мама. Я думаю дело не в этом.
- А в чем же ещё. Не забивай себе голову разными глупостями. Мия устала. Перелет был долгим. Вот тебе и показалось.
Вдруг Лучана начала плакать. Марисса взяла её на руки, но это не помогло.
- Я думаю, она хочет к маме, - сказала Хильда.
- Не надо, пусть Мия отдохнет.
- Хильда права, - сказал Франко, - малышке нужна мать. Надо было думать раньше. Пусть теперь не жалуется.
- Я отнесу, - быстро сказала Марисса.
- Мия, малышка расплакалась, и мы решили, что ты ей нужна, - проговорила Марисса, входя в спальню Мии и Мануэля.
- Иди к мамочке, моя милая, - протянула руки Мия.
- Мия, тебе идет роль мамочки, - засмеялась Марисса.
Мия вдруг перестала улыбаться и отвернулась. Марисса присела к Мии и спросила:
- Я сказала что-то не то? Ты жалеешь, что решила рожать ребенка?
- Нет, конечно, нет. Просто... - Мия замолчала.
Немного сомнения, капля неуверенности и вот уже слова рвутся наружу.
- Марисса, я не могу больше. Только ты сможешь понять меня и не осуждать.
- Мия, что случилось? Ты меня пугаешь.
- Ты сказала, что мне очень идет роль мамы. Но у меня нет ребенка, - слезы дорожкой побежали по щекам. Столько дней она держалась, а сейчас позволила чувствам вырваться наружу.
- Мия, что ты говоришь. А как же Лучана? - Мариссу стало серьезно беспокоить Миино состояние.
- Она не моя дочь.
- ???
- Она дочь Мануэля.
- Сестренка, ты сходишь с ума. Конечно, она дочь Мануэля. Я читала о том, что кормящие мамы немного не в себе, но не думала, что до такой степени.
- Ты не поняла, Марисса. Наша дочь умерла. Она прожила несколько минут. Лу дочь Мануэля и Сабрины.
Марисса потрясённо уставилась на плачущую Мию. Следующие 10 минут Мия рассказала Мариссе всю историю их трагедии.
- Только не говори никому, что я тебе сейчас рассказала, - попросила Мия.
- Конечно, но как же тебе тяжело растить ребенка Сабрины.
- Мне тяжело не от этого. Для меня Лу стала дочкой, когда я первый раз кормила её грудью. Мне трудно думать о том, что я не смогла уберечь своего ребенка. А Лу я очень люблю, как свою. Она и есть моя. Посмотри, как она похожа на Мануэля, - Мия бережно укрыла малышку одеялом.
- Ты поступила правильно, удочерив Лучану, - Марисса улыбнулась Мии, - а теперь ты должна отдохнуть.

Мурашки по коже,
Слезы из глаз.
На что мы похожи
С тобою сейчас?

Зачем ты ревнуешь,
Ведь нету причин?
Зачем ты толкуешь,
Что ты здесь один?

Сидим и молчим,
Ты опять подойдешь,
Опять одно слово
В тиши украдешь.

Я только поймаю
Тебя за плечо,
Прижмусь и закрою
Стыдливо лицо.

Ты скажешь, что снова
Мы можем начать,
Одно только слово
И дальше молчать.

С тобою мы вместе,
Пусть даже на миг.
У нас одно сердце,
Одно на двоих.

Год спустя, дом Агирре.

- Милая, отдай маме ложку, вот так, - Мия кормила Лучану на кухне, а Мануэль собирался на работу.
- Дорогой, ты не мог бы завести нас с дочкой к Мариссе с Пабло. Я обещала Соне, что помогу с приготовлением к их свадьбе, - услышал Мануэль голос жены с кухни.
- Да, конечно, но не на долго. Мия, я думал, что Лу надо купить новую коляску. Ты не могла бы заняться этим сегодня?
- Любимый, Лучане уже не нужна коляска. Она прекрасно стоит, значит скоро пойдет. А коляска будет только мешать ей ходить ножками, - донеслось с кухни.
- Ты жалеешь денег на Лу? Если бы на её месте была твоя дочь... - Мануэль осёкся, поняв, что говорит что-то ужасное.
Звенящая тишина. Мануэль заглянул на кухню. Мия застыла с полной ложкой каши для малышки. Слёзы крупными каплями падали на сарафан. Плечи опустились, глаза потухли.
- Мама? - Лучана вопросительно посмотрела на Мию. Это было единственное слово, которое она говорила.
Детский голосок вывел Мию из этого состояния.
- Идем, родная. Мы сейчас поедем в гости, - Мия глотала слёзы.
- Я не то хотел сказать... - начал Мануэль, но Мия вышла из кухни. В прихожей хлопнула дверь. Он понял, что это ушла Мия. Взяла дочь и ушла. А что она могла ему сказать? Что ответить на это страшное обвинение?

Мия приехала к Мариссе через час, предварительно заехав в парк, чтобы немного взять себя в руки и не показать свою боль родным.
- Ангелочек приехал, - закричала Мари, увидев Лу на руках у Мии.
После того, как Марисса расцеловала девочку, она обернулась к Мии:
- Что-то случилось?
- Нет, я просто устала.
Весь день Мия бегала по дому Пабло и Мариссы, крича: куда вешать шарики, ставить столы и повязывать ленты. Ей надо было занять себя чем-то, чтобы заглушить в мозгу слова, которые сказал Мануэль сегодня утром. Через два дня Марисса Андраде станет Мариссой Бустаманте.
Весь день Мануэль бегал по офису, крича на секретарш, договариваясь с поставщиками, чтобы только не думать о том, что он сказал Мии утром и как теперь всё исправлять.
А вечером он приехал за Мией к Мариссе. Когда он зашел, Мия сидела с Мариссой за столом, а Пабло ползал по полу вместе с Лучаной.
Как только он вошел, Мия сжалась, но постаралась взять себя в руки. Очень не хотелось, чтобы Пабло с Мариссой о чем-то догадались.
- Поехали домой, Лу пора спать, - как можно спокойнее сказала Мия.
- Оставайтесь на ужин, - предложила Марисса.
- Давай останемся? - спросил Ману у Мии. Он боялся оставаться с ней наедине. Боялся, что она будет плакать.
- Оставайся, я поеду домой, - резко ответила Мия.
- У вас что-то произошло? - осторожно поинтересовалась Марисса.
- Нет, просто Мануэль решил, что я не подходящая мать для его дочери. И это после того, как сам бывает дома лишь изредка, - зло сказала Мия.
- Пабло, унеси Лу в спальню. Ей не следует это видеть, - попросила Марисса.
В это время Мануэль уже кричал:
- Я зарабатываю деньги, чтобы ты могла жить так, как привыкла. И после этого ты жалеешь деньги на коляску. Или ты ненавидишь Лу за то, что её родила Сабрина?
Пощечина и яростный взгляд. Она размахнулась для новой, но Мануэль перехватил руку. Марисса подскочила и загородила Мию.
- Что же вы делаете?! Зачем говорите то, о чем никогда бы не подумали. Не надо. У вас маленький ребенок. А то, что Мия любит твою дочь, Мануэль, больше всего на свете, знают все.
Марисса развернулась к Мии и увидела, как та сидит возле стены. Давно Марисса не видела, чтобы Мия так отчаянно плакала.
- Милая, прости. Я сказал глупость. Я знаю, как для тебя важна наша дочь. Прости. Только не уходи. Я люблю тебя, - зашептал Мануэль садясь рядом с Мией.
Она, не поднимая головы, вцепилась в Мануэль. Мия плакала у него в объятиях, а он чувствовал себя полным кретином. Марисса вышла. Им надо разобраться. Она вошла в спальню. Пабло держал Лучану.
- Что там случилось? - спросил он.
- Уже все в порядке, - устало сказала Мари.
- Я так и не понял, о чем они спорили.
- Не обращай внимания. Все ссорятся, а им уже давно пора. Всё было слишком идеально.
- Марисса, мы уезжаем. Спусти Лу, - услышали они голос Мануэля.
Марисса спустилась.
- Всё в порядке?
- Да, извините, что так получилось, - ответил Мануэль.
Мия всё никак не могла прийти в себя. Ману подхватил Лучану на руки и приобнял Мию за плечи.
В машине они молчали. Лу уснула. Мия сидела и думала, что уже ничего не будет как раньше. Но Мия ошиблась. Еще неделю она ходила грустная, плакала по пустякам, а потом водоворот событий захватил её, и ей стало легче. Свадьба Мариссы и Пабло прошла великолепно. Семья Колучи-Агирре-Бустоманте зажила как прежде.

Глава 6.

- Мама, ты, конечно, купишь мне того розового мишку. А еще розовое платье и розовую губную помаду? - тараторила Лучана, бегая вокруг Мии и Мариссы. Они пили чай в кухне Франко и Сони и весело болтали.
- Зачем тебе помада? - засмеялась Мия.
- Я хочу быть такой же красивой, как ты, мамочка.
- Ты и так красивая.
- Нет, хочу как мама, - упрямилась малышка.
Ей недавно исполнилось пять лет. Она была прекрасной малышкой, которую обожала вся их большая семья.
- Мия, она такая же, как ты, - заметила Марисса.
Марисса год назад родила мальчика Симона. Мия с Мануэлем со дня на день ждали пополнения.
- Как там мой племянник? - спросила Мия.
- Всё хорошо. Недавно я купила ему...
- Ой!
- Мия, что случилось? - Марисса соскочила со стула.
- Кажется, начинается, - неуверенно ответила Мия.
- Мама! - позвала Мари, - иди скорей сюда.
Соня сразу прибежала на зов. Они с Мариссой пересадили Мию на диван.
- Я позову Мануэля и Пабло. Они были в саду, - предложила Соня.
- Мия, ты только не бойся, - Марисса увидела какой у Мии испуганный взгляд, - всё будет хорошо.
- А вдруг всё будет так же, как и пять лет назад?
- Нет, ты рожаешь в срок, мы с тобой, и рядом нет Сабрины, - попыталась успокоить Мию Мари.
К ним подошла Соня, следом в кухню вбежал Мануэль. Пабло пошел готовить машину.
Соня с Мариссой помогли Мии подняться.
- Ну, что ты трясёшься, ты ведь уже рожала, - сказала Соня.
Мия затряслась ещё сильнее.
- Мама, прекрати. Рожала, не рожала, всё равно страшно, - пришла на выручку Марисса.
- Дорогая, не бойся. Мы все с тобой, - Мари сжала руку Мии.
- Что делать, что же делать? - паниковал Мануэль.
- Милый, не волнуйся, - Мия попробовала успокоить мужа.
- В этом вся Мия. Она рожает, а ей приходится успокаивать припадочных, - усмехнулась Марисса.
Через семь часов на свет появился Фелипе Агирре. Прекрасный карапуз был похож на маму. Через два дня Мию с ребенком выписали домой.

Восемь месяцев спустя.
Мия возилась на кухне. Малыш сидел в детском стульчике и стучал ложкой по столу. Рядом с ним стояла Лучана.
- Мамочка, а Фелипе будет со мной играть, когда подрастет?
- Конечно, солнышко, ты ведь его сестра, - улыбнулась Мия.
- А почему он беленький, а я черненькая?
- Ты похожа на папу, а твой брат на меня.
- А ты ведь не похожа на дедушку, - удивилась малышка.
- Я похожа на маму, милая, - терпеливо объяснила Мия.
Их разговор прервал звонок в дверь. Так как Мия сама вела хозяйство, а няня приходила только на несколько часов, дверь было открыть некому.
- Кто это пришел? - спросила Лучана.
- Не знаю, любовь моя, может папа приехал пораньше.
Мия пошла открывать, а Лу осталась с братишкой. Ничего не подозревая, Мия распахнула дверь. Перед ней стояла Сабрина. Ужас, охвативший Мию, подталкивал её захлопнуть дверь, схватить Лучану и спрятать её. Но Мия взяла себя в руки и холодно спросила:
- Что тебе нужно?
- Так и будешь держать меня на пороге? Надо поговорить.
- Не о чем, - отрезала Мия.
- Ты забыла, в этом доме живет моя дочь.
- Она не твоя.
Вдруг из-за Мииной ноги показалась темненькая головка Лу.
- Мама, а я думала, это папа вернулся, - разочарованно протянула она.
- Нет, Лучана. Беги играй, милая.
Лучана еще раз посмотрела на Сабрину и побежала на кухню.
- Значит, вы назвали её Лучана. Красивое имя.
- Уходи.
- Я пришла к своей дочери. Ей нужна настоящая мама.
- У неё есть настоящая мама. Ты ей не нужна, - начала срываться Мия.
- Мамочка, Фелипе не отдает мне ложку, - послышался с кухни голосок Лучаны.
- Кто такой Фелипе?
- Мой сын.
- Ну вот, у тебя есть сын, так отдай мне Лучану.
- Она не игрушка, чтобы сначала бросать её, а потом требовать назад. Никогда ты не получишь мою дочь, - закричала Мия, - если ты сейчас же не уйдешь, я вызову полицию.
Сабрина усмехнулась и ушла. Мия дрожащими руками закрыла дверь и прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось, колени подгибались. Пять лет Мия жила в страхе, что за её девочкой придут, заберут самую любимую малышку, оторвут от сердца матери. Разве имеет право Сабрина требовать отдать Лучану ей? Ведь именно Мия была все эти годы рядом с малышкой, она заботилась о ней, любила, а теперь отдать кому-то? Мия сползла по стене и разрыдалась. Лучана, услышав странные звуки, вышла в коридор.
- Мама, ты плачешь? - она подошла к Мии и неуклюже обняла её.
- Нет, нет, милая. Я просто... просто... Я очень люблю тебя, доченька.
- И я тебя, но ты плачешь, - настаивала малышка.
Мия обняла свою крошку. Надо было брать себя в руки. Но как это сделать? Сабрина выбила у неё почву из-под ног. Как тогда, когда она забрала у Мии Мануэля. Что в тот раз сделала Мия, чтобы не сойти с ума. Конечно, поехала к папе. Именно он сейчас нужен ей больше всего. В дверь позвонили. Мия даже не успела понять, что сидит она на полу в ужасном состоянии, как Лучана уже распахнула дверь.
- Дедушка, - вскрикнула она и обхватила его ногу. Франко заехал, чтобы сказать Мии, что Соня приглашает их сегодня на ужин, но, увидев свою девочку на полу, с размазанной по щекам тушью, он забыл обо всём.
- Папочка! Папочка! - Мия бросилась в такие родные объятия. Она плакала и не пыталась сдержать слезы.
- Ну что ты? Что ты? - растерянно повторял он, сжимая хрупкую фигуру дочери. Она снова казалась ему ребенком, которого надо защищать и баловать. Он поцеловал её светлую головку. Сейчас она была его маленькой девочкой. Как отвык он чувствовать это. Она давно выросла. Правда, не тогда, когда он ожидал. Не в тот день, когда она узнала, что станет мамой. Он помнит, как в больнице вглядывался в её глаза, пытаясь понять, почему она до сих пор остается ребенком. И даже не в тот день, когда он увидел её в аэропорту со свертком на руках. Она стояла тогда, красивая молодая женщина с ребенком и... с глазами его маленькой принцессы. Это произошло намного позже, а именно через год после рождения Лучаны. Франко хорошо запомнил этот день. Они все готовились к свадьбе Мариссы и Пабло. Он заехал к Мии, начал что-то говорить и его вдруг что-то ударило. Он посмотрел внимательно в её ярко-голубые глаза и понял: больше нет его маленькой Мии Колучи. Есть взрослая Мия Агирре, со своими проблемами и переживаниями, с которыми она к нему больше не побежит. А сейчас она снова взахлеб делится с ним своей бедой. Франко не сразу понимает суть, а потом до него начинают доходить её страшные слова: "потеряла ребенка... Лучана не его внучка... Сабрина хочет забрать малышку..." Мия всё крепче и крепче сжимает в кулачках рукава его пиджака. Он не в состоянии сейчас её успокаивать, ему самому нужна помощь. Он отрывает её от себя, хочет уйти, но видит глаза своей дочери, такие несчастные, такие беспомощные. Он снова сжимает её в объятиях, но тут понимает, что всё это могла слышать Лучана. Франко оборачивается, но не видит внучку. Зато теперь он слышит, как плачет Фелипе, а Лучана, что-то приговаривает, пытаясь его успокоить. Он вздыхает с облегчением.
- Послушай, дочка. Мы не отдадим Лучану Сабрине. На твоем месте я сделал бы то же самое, - он пытается успокоить Мию, но она плачет и истерично всхлипывает. Тогда Франко подхватывает Мию на руки и кричит Лучане:
- Милая, принеси маме стакан воды в спальню.
В комнате Франко аккуратно ложит Мию на кровать, что-то нежно приговаривая. Рядом уже стоит Лучана с водой. Он достает свое успокоительное (уже давно шалит сердце) и пытается напоить Мию. Потом сидит рядом с ней, заботливо поправляя одеяло. Он вспоминает, как жили они вдвоем, когда она была такой крошкой, как Лучана. И вот, наконец, Мия засыпает.

- Папа, папа, к нам приходила противная тетя, потом мама плакала, потом я её жалела, потом пришел дедушка, мы поили маму таблетками, дедушка сидит там, - Лучана обрушила поток информации на Мануэля, ткнув пальчиком в сторону гостиной.
Мануэль чуть ли не бегом кинулся в гостиную.
- Франко, что случилось? Где Мия?
- Она спит. Лучана, иди посмотри, не проснулся ли Фелипе, - когда Лучана выбежала из комнаты, Франко продолжил, - Приходила Сабрина, она хочет забрать Лучану. Я всё знаю, мне Мия рассказала. У Мии была истерика. Да и я сам чуть не расплакался, когда узнал, что пришлось пережить моей девочке.
Мануэль опустился в кресло.
- Я не отдам ей дочь, - голос Мануэля перешел в шепот, - Мия лучшая мама на свете.
- Я думаю, вам двоим решать что делать. Только не сегодня. Береги её, она лучшее, что у меня есть. Ты теперь понимаешь, что значит - быть отцом, ты меня поймешь.
Франко устало встал и пошел к выходу.

Дома Франко всё рассказал Соне.
- Вот почему её так пугали роды. Она боялась всё пережить заново, - задумчиво проговорила Соня.
Мануэль тихо прошел в спальню, предварительно уложив Лучану. Мия спала. Она была похожа на ангела. Он тихо лег рядом и стал смотреть на такую любимую девушку. Он всё отдаст, только бы она не страдала.

Глава 7.

Мия открыла глаза. Мануэль смотрел на неё. Она подняла руку и погладила его по щеке. Он поймал её ладошку и поцеловал.
- Сегодня... - начала она.
- Я знаю, я видел Франко, - Ману приложил палец к Мииным губам, - ты только не бойся. Лу наша дочь и никто её не заберет.
- Она ей всё скажет, - тихо сказала Мия.
- Ну и что. Ты ведь лучшая мама на свете. Лучана никогда не променяет тебя на Сабрину.
- Понимаешь, она моя дочь, - прошептала Мия, не зная, как выразить словами то, что она чувствует к своей малышке.
- Я знаю, милая, я знаю, - Мануэль крепче обнял Мию.

Мия сидела на скамейке в парке. Рядом в коляске играл Фелипе. В стороне с другими детьми бегала Лучана. Рядом кто-то присел. Мия повернулась. На скамейке сидела Сабрина и смотрела на Лучану.
- Опять ты, - обратилась к ней Мия, - сколько можно портить мне жизнь. Сначала Мануэль, потом Лучана. Тебе не надоело отбирать у меня любимых людей.
- Это ты отбираешь у меня любимых людей. Ты никогда не задумывалась, что я никого так не любила, как Ману. А Лучана мой единственный ребенок, - пожала плечами Сабрина.
- Ты бросаешь их, когда они особенно в тебе нуждаются. Сначала не захотела возиться с больным Мануэлем, потом оставила беспомощную Лу без мамы. Это ты называешь любовью?
- Мия, ты не права. Я нужна Лучане больше, чем ты. Подумай, у тебя нет мамы, но если бы она появилась, неужели ты бы её не простила? Неужели пожелала бы остаться с Соней и отвернулась от родного человека.
Мия сжалась. Она то знала, каково это - быть рядом с родной мамой. Она знала, что это самое лучшее на свете. Простит ли её Лучана, когда вырастет? Что же делать? Огромное отчаянье накатилось огромной волной, затопило, раздавило.
- Мама, а кто эта тётя? - Лучана с недоверием смотрела на Сабрину. Она помнила, что именно из-за этой тёти плакала её мамочка. Лучана встала, закрывая собой Мию.
" Моя храбрая девочка", - подумала Мия.
- Это тётя Сабрина. Она приехала, чтобы посмотреть на тебя, принцесса. Это папина знакомая, - пояснила Мия.
- Здравствуйте, - серьезно произнесла Лу.
- Привет. Ты очень красивая, - сказала Сабрина, присаживаясь перед Лу на корточки.
- Я как мама. Там мой братик. Он тоже красивый, - ответила Лучана.
- Ты хочешь поехать со мной? - вдруг спросила Сабрина.
Мия закусила губу, а Лу подалась назад. Но Сабрина, не замечая этого, продолжала, лихорадочно проглатывая слова:
- Я заберу тебя, мы будем жить вдвоем в красивом доме. Каждый день я буду приносить тебе подарки. Ведь всё, что у тебя было - это обман. Я твоя мама, а не она.
Мия закрыла рот рукой, чтобы не закричать, Лучана с недоверием посмотрела на Сабрину.
- Мама, почему эта тётя обманывает меня? - повернулась к Мии Лучана.
Мия присела перед девочкой:
- Нет, детка, она говорит правду. Я не твоя мама. Но я люблю тебя больше всех на свете, - Мия давилась слезами.
- Я не хочу, - в голосе Лучаны послышалась паника. Мия представляла, что чувствует сейчас её девочка. Она сама помнила, что происходит в душе, когда твой мир оказывается обманом.
Лучана развернулась и побежала.
- Лучана, стой! - закричала Мия, но девочка не остановилась.
Вдруг Лучану подхватили крепкие руки, и она уткнулась в шею мужчины, приговаривая:
- Папочка, забери меня отсюда, папочка.
- Успокойся, милая. Что случилось? Где мама?
Мануэль как раз приехал, чтобы забрать из парка жену и детей, когда увидел, как Лу бежит через поляну вся в слезах.
- Я не знаю, где моя мама, - всхлипывала Лучана.
- Так ты потерялась, ну ничего, сейчас мы позвоним маме на мобильный.
- Нет, они там.
- Кто они?
- Они...
Мануэль поднял голову и увидел Мию и Сабрину. Он решительным шагом направился к ним. Мия с отчаяньем смотрела на мужа. Он подошел и свободной рукой притянул к себе Мию. Два его родных человечка сейчас плакали у него на плечах. И во всем была виновата Сабрина.
- Что здесь происходит?
- Я хочу забрать свою дочь.
- Не имеешь права. Она Лучана Агирре Колучи.
- Мы должны дать право выбора Лу, - прошептала Мия.
- Нет, не должны, черт побери, - разозлился Мануэль.
Лучана сползла с рук отца.
- Я пойду с ней. Вы меня обманывали, - девочка с укором смотрела на родителей.
Сабрина взяла малышку на руки и пошла к машине. Мануэль кинулся за ней, но Мия его удержала.
- Она сама выбрала, - шепот перешел в рыдания. Мануэль обнял Мию и заплакал вместе с ней. Они стояли, поддерживая друг друга. Мимо проходили люди. Они не знали, что у них произошло, но каждый сочувствовал этой паре.

Вечером в доме Мариссы и Пабло зазвонил телефон.
- Алло, - весело ответила Мари.
- Марисса, приезжай пожалуйста, - услышала она хриплый голос Мануэля.
- Что случилось? - испуг на лице. Пабло почувствовал приближение чего-то неминуемо плохого по взгляду Мариссы.
- Сабрина забрала Лучану.
- Нет, - удивленный возглас и слезы.
- Приезжай, ты нужна Мии, - жалобная просьба.
- Мы сейчас будем, - Марисса положила трубку. Пабло выжидательно посмотрел на жену.
- Сабрина забрала Лучану.
- Как забрала? При чем здесь Сабрина?
- Она её мама.
- Не может быть.
- Мия родила мертвого ребенка, а Сабрина живого, и обе от Мануэля.
Пабло молча переваривал страшную информацию.

Через пол часа Марисса и Пабло были у Агирре. Мануэль бестолково смотрел на плачущего Фелипе. Мии в комнате не было. Марисса подбежала к племяннику, забрала его из рук Мануэля.
- Он голодный. Где его бутылочка? - спросила она.
- Не знаю.
- Он ел сегодня?
- Не знаю.
- А что ты знаешь? Если вы потеряли дочь, то хотя бы сына сохраните, - начала злиться Марисса, - где моя эгоистичная сестрёнка?
- В спальне. Она заболела.
- Как? - притихла Мари.
- Не реагирует не на что. Я вызывал врача. Он сказал, что это из-за нервного потрясения. У неё уже было так два раза: когда Марина ушла, и когда она узнала про нас с Сабриной, - Мануэль опустился в кресло и закрыл лицо руками.
- Пабло, дай ему выпить, а я пойду к Мии, - обратилась к мужу Марисса.
Она зашла сначала в детскую, накормила малыша, попыталась уложить спать. Не получилось. Взяла с собой. Зашла в розовую спальню. Мия лежала, свернувшись клубочком, и сверлила взглядом дырку в стене.
- Мия, мы с тобой.
Тишина.
- Милая, попробуй осилить себя. Ты очень нужна Мануэлю. Он сидит внизу такой потерянный. И мне нужна моя безбашная сестренка. И Пабло очень переживает. Мама с Франко едут сюда. И Лучане ты понадобишься, когда она вернётся.
Мия дернулась, но не ответила.
- В конце концов, ты нужна своему малышу. Почему ты оставила его без мамы, пусть пока на один день, но он не виноват ни в чем. Ему ты нужна больше, чем кому-то из нас.
Мия медленно поднялась и молча забрала у Мариссы сына.
- Вот и хорошо, - Марисса встала, чтобы уйти.
- Останься, - тихо попросила Мия.
- Хорошо, я буду с тобой. Только держись, милая.
- Я не могу.
- Можешь, я знаю, что ты сильная. Ты всегда справлялась с болью лучше, чем я. Хотя многие думают, что ты слабая, а я сильная. Но ты сможешь.
- Марисса, она забрала у меня её. Забрала мою принцессу.
- Держись, Мия. Ты должна постараться, ради сына.
Марисса еще долго сидела с Мией, пока она и Фелипе не уснули. Марисса забрала малыша, отнесла в детскую и спустилась вниз. В гостиной сидели Франко и Соня. Пабло курил на веранде, Мануэль стоял у окна.
- Ну что, - спросили в один голос Франко и Мануэль.
- Она уснула. Мия будет крепиться. Она молодец.
Мануэль подошел к Мариссе и обнял её.
Спасибо, - только и смог сказать он.

Глава 8.

Уже месяц Мия не заходила в комнату с розовой табличкой "Лучана". Она знала, что стоит туда зайти, как станет нестерпимо больно. Так и сегодня она прошла мимо этой комнаты и зашла в детскую Фелипе.
- Привет, мой хороший. Ты уже проснулся, - улыбнулась она сыну.
Фелипе в ответ засмеялся и сел в своей постельке.
- Мама пришла за своим мальчиком. Мы сейчас соберемся и поедем к папе на работу, - Мия натягивала на Фелипе штанишки. Он стал сползать на пол, и Мия решила отпустить его поползать на минутку, пока она ищет кофту.
Малыш пополз в угол комнаты, где стояла коробка с игрушками. " Милый мой мальчик, - думала Мия, наблюдая за сыном, - такой кроха и так похож на меня. А какой толстенький, так и хочется зацеловать". Малыш тем временем отыскал что-то в игрушках и пополз к матери.
- Что ты мне принес? - Мия взяла малыша на руки, чтобы продолжить одевание и увидела в руках у сынишки любимого мишку Лучаны. Она вспомнила, как Мия подарила ей этого медвежонка, как Лу потом спорила с Мануэлем, что розовые мишки существуют. Слезы предательски застилали глаза. Малыш провел ручонкой по её щеке и сунул ладошку в рот.
- Ну что ты, маленький. Давай лучше отнесем мишутку в комнату Лучаны, - Мия представила, как сейчас Лу скучает по своим игрушкам.
Сабрина не показывала им дочь. Говорила, что Лучане надо всё забыть. Мия была согласна с ней. Если Лучане лучше с Сабриной, то её она должна забыть. Мия подошла к двери в розовое царство и неуверенно открыла её. В комнате стоял легкий запах Мииных духов. Лучана любила, чтобы её подушка "пахла мамочкой" и часто душила наволочку духами из Мииной косметики. По полу разбросаны игрушки. На постели лежит кофта розового цвета. Мия помнила, что в то утро за завтраком Мануэль сказал, что больше не может видеть Мию и Лучану с головы до ног одетых в розовое. Лучана быстро сбегала в детскую и переоделась в зеленую маячку. Она была ужасно довольная, что папа улыбнулся и сказал, что Лу самая замечательная дочь на свете. На маленьком столике лежал лист бумаги. Мия подошла и увидела рисунок принцессы. Под ним нетвердой детской ручкой было выведено "Моя мама". Мия почувствовала, как рыдания начинают подступать к горлу. Она быстро развернулась и, прижимая к себе Фелипе, вышла из комнаты.

- Я хочу к маме, - Лу металась в кроватке. Уже сутки у неё не падала температура. Сабрина не находила себе места. Врач сказал, что это ангина, сделал укол и уехал. Но ведь Сабрина не знала, что делать дальше. Она никогда не сидела с больными детьми. Лучана не приходила в себя, а только крутила головой и повторяла:
- Дайте мне мамочку. Я хочу к маме. Где ты, мама?
- Я здесь, я рядом. Всё хорошо.
- Нет, я хочу к своей маме, - упрямилась малышка.
- Я и есть твоя мама, ну что ты?
- К маме, - слабо повторяла девочка.
Сабрина знала, что Лу хочет к Мии. За этот месяц Лучана не разу не назвала Сабрину мамой.
- Хорошо, мама скоро приедет, не плачь.
Маму.

Мануэль сидел в своем кабинете, когда к нему приехала Мия.
- Привет, я заехала, как ты просил. Что с теми документами?
- Ты должна их подписать. Марисса и Пабло уже сделали это.
Их фирма была дочерним предприятием фирмы COLUCHI. Владельцем был Мануэль, Мия, Пабло и Марисса были акционерами. Мия отдала Фелипе Мануэлю и присела за его стол. Она быстро пролистывала документы.
- Ты плакала сегодня.
- Нет.
- Я не спрашиваю, я констатирую факт.
- Не умничай, - огрызнулась Мия.
- А теперь серьезно. Почему ты плакала?
- Я была в комнате Лучаны.
Мануэль молча притянул к себе Мию. Она вздохнула и обняла его. Малыш потянулся к Мии. Она поймала его ручонку и поцеловала. В кабинет вошла секретарша Мануэля, пожилая женщина по имени Мадлен.
- Извините, что помешала, но вам звонят, сеньор, - Мадлен повернулась к Мии, - Вы замечательная пара. Так приятно видеть вас вместе, сеньора. А этот малыш, он прекрасен. Где же сеньорита Лучана?
- Она у бабушки, в Мексике, - соврала Мия.
- Милая, возьми Фелипе. Он мне мешает разговаривать.
Мия потянулась за сыном. Внимательно посмотрела на Ману. Он выглядел озабоченным. " Это по работе", - попыталась успокоить себя Мия, но сердце тревожно забилось. Мануэль положил трубку и потянул Мию к выходу.
- Что случилось? - попыталась узнать Мия.
- Потом, - бросил он, - Мадлен, меня сегодня не будет, отмени все встречи.
Мануэль помог Мии с малышом сесть в машину. Только когда они доехали до места и Мануэль, оббежав машину, открыл дверь Мии, но не дал ей выйти, сев рядом на корточки, чтобы быть на уровне Мии, он сказал:
- Мы около дома Сабрины. Выслушай, - Ману увидел панику в Мииных глазах, - Лу заболела, она зовет тебя. Сабрина просила приехать.
Мия вышла из машины и рванулась к входу в дом. Мануэль поймал её сзади и поцеловал в затылок.
- Ты только держись, - попросил он, - отдай мне сына. Мия протянула ему малыша и позвонила в дверь. Сабрина показалась у порога.
- Где она? - нервно спросила Мия.
- Там, - Сабрина махнула рукой в сторону одной двери. Мануэль поспешил за Мией. Она вошла в маленькую спаленку и увидела на кровати свою девочку. Лу лежала такая бледная, беспомощная, что у Мии сжалось сердце.
- Мама, где ты, мама, - послышалось с кровати.
- Я здесь, я с тобой. Я больше никогда тебя не оставлю, моя принцесса. Мы поедем домой, я, ты, папа и Фелипе. Мы снова будем вместе, - зашептала Мия, бросаясь к кровати.
- Ты пришла, наконец. Ты заберешь меня? Я хочу к тебе.
- Да, милая, да, котеночек.
Мануэль сел рядом. Он прижал Мию к себе. В комнату зашла Сабрина.
- Я приготовила её вещи. Я думаю, вам надо забрать Лучану.
Мия удивленно посмотрела на Сабрину.
- Да, Мия. Я признаю, что у меня нет дочери. Она твоя. Это правильно.
Мия уткнулась в плечо Мануэля.

Вечером Мия уложила спать Фелипе, напоила Лучану таблетками, рассказала ей сказку. Лучана потянулась к ней ручонками. Мия обняла её и потрогала губами лоб. Температура спала.
- Мама, я так долго спала, мне снился страшный сон. Как будто меня забрала чужая тётя. Это ведь сон?
- Сон, милая, - Мия поцеловала Лу и спустилась вниз. Мануэль сидел в кресле и задумчиво смотрел в потолок.
- Она снова дома, - радостно сказала Мия, присаживаясь к мужу на колени.
- Наконец-то. Мы вместе. Я, ты и наши дети.
- Наверное, это судьба, - тихо ответила Мия, почти касаясь его губ.
- Нет, это её улыбка.
- Ты думаешь, судьба над нами смеётся? - Мия с сомнением посмотрела на Мануэля.
Она нам улыбается, глупенькая.

Эпилог.

Солнце ярко освещает вывеску на небоскребе. На ней фото двух девушек. Точнее одна из них молодая женщина, с белыми волосами, собранными в высокую прическу и с ярко-голубыми глазами. Другая недавно вышла из детского возраста. Её каштановые локоны падают на плечи, а глаза цвета шоколада горят веселыми искорками. Обе такие красивые и счастливые, что дух захватывает. Внизу название фирмы: MIA LU. На вывеску стоит и смотрит Сабрина. Рядом останавливается машина. Сабрина наблюдает, как шофер открывает дверцу и из машины выходит девушка с вывески. Следом выбегает мальчик лет десяти, с белыми кудряшками, и кричит:
- Лучана, вы с мамой классно смотритесь на этой рекламе, но мы с папой решили, что больше не будем спонсировать вашу фирму.
- Ну и не надо, - фыркает девушка, - у нас скоро будет клиентов больше, чем у вас с папой.
У девушки звонит мобильник. Она отвечает:
- Да, мамочка. Конечно, Фелипе со мной. Ты не волнуйся, тебе нельзя. Хорошо, мама. Папа завезет тебя к врачу. Я тоже хотела, но он меня не взял. Он хочет первый узнать, кто у него будет: еще один сын или дочь. Я люблю тебя мамочка.
У Сабрины сжимается сердце. Девушка проходит мимо, но потом оборачивается:
- Любуетесь вывеской?
Сабрина вздыхает: "не узнала".
- Да, очень красиво.
- Спасибо, - девушка улыбнулась. " А она похожа на Мию. Этого, конечно, не может быть. Но походка, мимика, жесты, взгляд - всё это Миино.", - думает Сабрина, глядя ей вслед.
У самого входа девушка оборачивается:
- Спасибо, что бросила меня. Ты подарила мне самую лучшую маму на свете, - спокойно говорит она. Сабрина стоит, не зная, что ответить, но тут к Лу подбегает Фелипе и весело кричит:
- Лу, у мамы будет девочка. Это катастрофа. Еще одну сестренку я не осилю.
Они весело смеются и бросаются обратно к машине.
- Кевин, - кричит Лучана шоферу, - поехали домой поздравлять маму и папу.


by Mia-amor
 

Печальная улыбка судьбы  Автор: Mia-amor
Название: Печальная улыбка судьбы
Статус: завершен
Размер: небольшой
Бета: моя сестренка и подруга Лена.
Размещение: размещайте, только меня предупредите где.
Пары: ММ
Жанр: romance
Рейтинг: PG/K+/
Дисклаймер: Крис Морена
Саммари: Измена - это не самое страшное в жизни, главное - сохранить умение дарить любовь.
Предупреждение: нет.
От автора: это мой первый фик, и мне очень важна критика. Стихи мои.
E-mail: Leralucky@mail.ru
Все было как всегда. Опять один, опять её нет рядом. Нет рядом той, ради которой стоит жить. И он не может ничего сделать. Она не простит его уже никогда. "А мне наплевать. Пусть все будет так. Она будет ещё долго страдать, а я забуду", - со злым отчаяньем думал Мануэль.

Все было как всегда. Она снова одна. Он снова её предал. И она не может его простить, слишком трудно, слишком больно. Ужасно хочется плакать, но слез нет. Уже целый месяц она только и делает, что плачет и плачет. "Хватит, сколько можно. Я же сильная. Я переживу", - думала Мия и не верила себе.

Почему он один
Хмуро смотрит в окно?
Почему он один,
А она далеко?

Что случилось у вас,
Что же вас развело,
Две влюблённых души
На куски разнесло?

Ведь любили вы так,
Как не любит никто,
А теперь он один,
А она далеко.

Он скучает о ней,
Ему нужно тепло,
Что дарила она,
А она далеко.

1 глава

Мия помнила тот день. Мануэля выписали из больницы. К нему ещё не вернулась память, но врачи разрешили ему поехать домой. И, конечно, Франко и Соня повезли его домой. Все были просто счастливы. Соня что-то весело болтала, бегая вокруг Мануэля. Марисса и Пабло всю дорогу из больницы пели песни, чтобы Мануэль смог вспомнить их группу. А как счастлива была Мия. Она просто светилась от радости. Пусть Мануэль её не помнит, но за это время он так к ней привязался. Только с ней он был раскован. А теперь он будет постоянно рядом с ней. Их комнаты рядом, тем более, учебный год закончился, и Мия всегда будет дома.
- Мануэль, тебе удобно? - беспокоилась Мия.
Мануэль улыбнулся этой красивой девушке. "Ну почему не она моя девушка?" - думал он. А машина тем временем подъехала к дому. Мия с Соней стали бегать вокруг Мануэля и мешали Франко ввести парня в дом. В этой кутерьме Мануэль вдруг почувствовал себя совершенно счастливым. Соня и Франко стали ему как мама и папа. Марисса и Пабло как брат и сестра. А вот кем стала для него Мия? Она стала для него лучиком света, океаном надежды, солнышком ожидания. Ему ужасно хотелось оказаться с ней на необитаемом острове, хотя эта мысль почему-то напоминала ему растрёпанную Мию. Столько всего ему еще предстоит вспомнить.
Наконец им удалось войти в особняк. Мануэль повернулся к Мии, чтобы сказать, как он счастлив, и увидел, как глаза девушки наполняются слезами. Это было так странно, ведь минуту назад Миита весело смеялась. Мануэль проследил за её взглядом и увидел девушку с черными волосами. Она с надменной улыбкой смотрела на его несчастную девочку. Мануэль увидел, как Соня притянула к себе Мию, но она вырвалась и как можно спокойнее спросила:
- Что тебе нужно?
- Я пришла к своему парню, - ответила девушка.
- Он тебе уже не парень, - также спокойно проговорила Мия.
- Ты ошибаешься, правда, Мануэль?
- Не смей! Не смей забивать ему голову всякой дрянью. Ты даже в больницу ни разу не пришла, - уже кричала Мия, а слезы поползли по щекам.
Вдруг в голове у Мануэля пронеслось: "Сабрина". Что-то было очень плохое. Он кого-то очень сильно любил и предал. Может быть эту девушку. Он посмотрел на Мию. Она плакала, и столько безысходности было в её взгляде, что Ману захотелось обнять её, успокоить. Но к нему подошла Сабрина:
- Милый, я так соскучилась. Ты помнишь меня?
- Да. Ты ведь Сабрина, моя девушка.
Сабрина победно улыбнулась и обняла парня. Мия выбежала из комнаты. За ней вышел Франко. Соня и Пабло поспешили за остальными сумками, только Марисса стояла и смотрела на них. Она вдруг подошла совсем близко и со злобой прошептала:
- Ты еще заплатишь за их разрушенную жизнь.
Ману ничего не понял из её слов. Марисса пошла к сестре, а Сабрина побледнела. Мануэль попытался расспросить Сабрину о прошлом, но она поспешила уйти, сказав, что придет завтра.
Весь оставшийся день Мануэль провел в попытках вспомнить, но ничего не получалось. Франко старался быть с ним веселым, но вид у него был крайне несчастным. А какой может быть вид у отца, когда его единственная малышка проплакала целый день. Мануэль шел в свою комнату и услышал всхлипы. Он остановился у двери розового цвета. Постучал. Тишина. Решил войти. Вошел. Увидел Мию с мишкой в обнимку и со слезами на глазах. Присел рядом, погладил по волосам. Мия вздрогнула и подняла глаза. "Как же ей больно!" - подумал Мануэль. Минута тишины и вот сердца не выдержали и Мия уже в объятиях Мануэля.
Она плачет и смеётся. Ей радостно, ведь она так давно не чувствовала родных рук. Ей грустно, ведь сегодня она его потеряла окончательно.
Он плачет и смеётся. Ему радостно, потому что его маленькая розовая мечта в его руках. Ему грустно, потому что он не может бросить Сабрину. Он помнит, что была большая любовь. Это нельзя вот так разрушить. Он ведь не знает, что самая большая любовь его жизни плачет сейчас в его объятиях. Но сейчас ни ей, ни ему не хочется думать о прошлом или будущем. Сейчас есть только настоящее. Мануэль берет Миино лицо в ладони и приближается к губам. Она не сопротивляется. Мия позволяет себе оставить в памяти их ночь любви.

2 глава.

Ночью Мануэль просыпается и не может понять, где он. Вокруг всё розовое, а рядом кто-то ослепительно красивый. А потом в памяти всплывает восхитительная ночь любви. Мануэль лег обратно к Мии. Она была так трогательна. Во сне волосы разметались по подушке, ресницы подрагивали. Но Мануэля заворожило не это. Мия улыбалась во сне. Её улыбка была такой грустной. Ману поцеловал её и вышел из комнаты.
Утром Мия вышла к завтраку очень бледной. Ману старался не встречаться с ней взглядом. Он знал, что совершил ошибку. Он изменил Сабрине. Марисса увидев сестру, стала злобно коситься на Мануэля. Пабло одернул её:
- Перестань. Что случилось?
- Если он опять начнет мучить мою сестру, я уложу его обратно в больницу.
- С чего ты взяла, что он мучает Мию?
- Ты сам не видишь, какой у нее сегодня вид.
- Может это не из-за него.
- Ага, из-за Папы Римского.
Их милую беседу прервал звонок в дверь. Соня открыла. В комнату влетела Гусман и сразу повесилась на Мануэля. Мия только грустно улыбнулась и вышла из комнаты. Зашла к себе, легла на кровать. Больно, но надо терпеть. Он должен сам все вспомнить. В комнату вошла Марисса:
- Ты плачешь?
- Да. Он снова с ней. Я опять его не удержала.
- Ерунда, он первый день дома. Как ты могла его удержать.
- Знаешь, вчера мы были вместе.
- Как?
- Как мужчина и женщина. Мы любили друг друга. И он не остался.
- Почему ты отпускаешь его. Расскажи ему о вашей любви. Сабрина пудрит ему мозги. Ты должна...
- Нет, он должен сам всё вспомнить. Это свою жизнь он забыл, а не мою.
- Ты не права. Ты и есть его жизнь.
- Перестань Марисса, это ничего не меняет, - Мия встала и взяла свою сумочку.
- Куда ты собралась?
- Хочу побыть одна.

Две недели пролетели слишком быстро. Для всех. Но особенно для них. Слишком быстро для Мии, чтобы попытаться перестать надеяться. Слишком быстро для Мануэля, чтобы все вспомнить.
Сабрина не отходила от него ни на шаг. И Ману сдался под таким напором и переехал к ней на квартиру. Слишком больно было видеть несчастные глаза Мии, когда Сабрина приходила к нему. Однажды вечером позвонил Пабло и сказал, что завезет Ману чемодан с его школьными вещами. Пабло не стал задерживаться, быстро отдал и уехал. Его еще ждала Марисса. У них, наконец, все наладилось, и он хотел побыть со своим чертенком. Сабрина приготовила ужин и позвала Мануэля.
- Нет, я не хочу ужинать. Я лучше посмотрю, что в этом чемодане.
Мануэль зашел в спальню, открыл небольшой чемодан. В нем были старые вещи, диски, конспекты. Мануэль стал заталкивать все это в шкаф и вдруг из одной тетради выпала фотография. Мануэль подобрал фотку. С неё, до боли счастливые смотрели на него парень и девушка. Крашеный блондин и натуральная блондинка. Он обнимал её и смеялся. Она светилась от счастья. И тут все закрутилось, начала нестерпимо болеть голова, и обрывки жизни стали мелькать в памяти. Вот он ругается с Мией; вот он прижимает ее к двери и целует, она злится и говорит, что лучше бы он её ударил; вот она плачет, а он пытается её успокоить; вот она в самолете рядом с ним; вот они на острове, а Мия капризничает из-за того, что нет душа; а вот две пощечины и он не знает кому из них больнее, её глаза полные боли, глаза сломленного человека. Он вспомнил. Он все вспомнил. И от этого хочется не радоваться, а плакать. Он опять изменил Мии. Теперь не только она его не простит, но он сам себя не простит. Он пойдет к ней. Он скажет всё. Он схватил куртку и выбежал в коридор.
- Ты куда, - донеслось из кухни.
- Я иду исправлять свои ошибки, - Ману вышел из дома.
Сабрина зашла в спальню. На кровати лежала фотография. Она всё поняла и почему-то решила отпустить. Слишком трудно было бороться с такой любовью.

Мануэль пришел к дому Колучи. В окне на втором этаже горел свет. "Это комната Мии", - подумал Ману. Не хотелось в таком состоянии попадаться на глаза Франко и Соне. Мануэль решил лезть через балкон. Когда он оказался в комнате, Мия приготовилась завизжать, но, увидев, кто перед ней, страшно побледнела и схватила его руку.
- Ты что лез на второй этаж?
- Да. Мне надо поговорить с тобой
- Ты сумасшедший, ты же мог сорваться.
- А ты волнуешься за меня?
Мия отпустила его рукав и отвернулась.
- Мия, я пришел сказать, что я теперь всё помню.
Мия обернулась. Она была такой растерянной.
- Я понимаю, что тебе трудно будет простить меня, но я прошу, попытайся, - Ману хотел дотронуться до Мии, но она дернулась и отошла.
- Ты сам всё понимаешь. Я не могу. Не потому что я не хочу. Просто я больше не могу. Прости. Уходи.
И мир на тысячи осколков. Его дурацкий, жалкий мир. Его мечта. И мир на тысячи осколков. Её розовый мир. Её мечта.

Глава 3.

Ты рассыпалась бисером,
Растворилась в молчании.
Ты жила в ожидание,
Окунулась в страдание.

Тебе трудно поверить:
Всё ушло, всё рассыпалось.
Ты поверить не можешь
И слезами посыпалась.

Ты простить не сумела,
Ты себя не заставила.
Ты любить так хотела,
Но любовь ты оставила.

Тебе трудно, ты мучишься,
Но всё это исправится.
Ты должна лишь поверить,
И простить ожидание.

Он ведь тоже рассыпался,
Он ведь тоже в отчаянье.
Он любил, но не выдержал
С красотой расставание.

Все было как всегда. Он снова один. Снова нет рядом той, ради которой стоит жить.
Все было как всегда. Она снова одна. Он снова изменил ей.

Вот уже месяц прошел с тех пор, а она не может даже просто жить без него. Трудно дышать, трудно думать. Ей ужасно плохо.
- Милая, иди поешь, - в комнату к Мии заглянула Соня.
- Нет, я не хочу, - тихо донеслось с кровати.
- Ты уже два дня ничего не ешь. Так нельзя.
- Оставьте меня в покое. Я хочу спать.
- Дорогая, тебе нужно двигаться.
- Я дышать не могу, а ты хочешь, чтобы я двигалась, - всхлипнула Мия.
- Ми, ты нам нужна. Надо выходить из этого состояния. Попробуй.
В комнату зашла Марисса.
- Мия, к тебе пришли, - сказала она, поднимая с кровати Соню, - пошли, мама, им надо поговорить, - Соня и Мари вышли, и Мия увидела Мануэля.
- Зачем ты пришел?
- Нам надо попробовать заново. Я думал, что забуду, но ты - это всё в моей жизни.
Мия сорвалась, слезы ручьем побежали по щекам, а душа вырвалась в крике:
- Я не хочу, Мануэль, опять страдать. Я больше не выдержу. Внутри всё разрывается на части. Я больше не хочу так...
Мануэль поймал её и прижал к себе, тихо приговаривая:
- Теперь всё будет хорошо... Я сам больше не выдержу...моя маленькая девочка...тихо...успокойся.
Мия прижалась к нему. Плач потихоньку переходил во всхлипы. Она успокаивалась. Но вдруг Мануэль почувствовал, как Мия сжалась и начала оседать на пол. Это было так страшно. Он схватил её, начал трясти, но бледная Мия не реагировала. Мануэль стал звать на помощь. На крик прибежал Франко, и уже через полчаса все сидели в холе больницы и ждали, что скажет врач.
- Почему так долго, - Ману ходил из угла в угол.
- Мы приехали 15 минут назад, - ответила Марисса.
Из палаты вышел врач. Все сразу кинулись расспрашивать его.
- Доктор, что с ней. Я могу её увидеть, - нервничал Мануэль.
- Кем вы приходитесь сеньорите? - обратился к нему врач.
- Я её парень, пожалуйста, скажите, что с ней.
- Раз так пройдемте в мой кабинет. А вас я попрошу пока остаться.
- А можно мне, я её сестра, - попросила Марисса.
- Дело личное...- начал врач, но Ману его перебил, попросив, чтобы Марисса пошла с ним.
Как только они прошли в кабинет, врач строго посмотрел на Мануэля.
- Ваша девушка ждет ребенка, вы знали?
- Нет... я ...как ребенка?
- Беременность протекает тяжело. Я думаю это из-за стрессов. Её надо беречь, иначе мы можем потерять не только ребенка, но и мать, - продолжал доктор.
- Я буду папой, ты слышишь Марисса, я буду папой, - Ману обнял потрясенную Мариссу.
- Вам придется сказать это сеньорите или может я скажу, - предложил врач.
- Нет, я сам. Она будет замечательной мамой.
Мануэль выбежал из кабинета и бросился обнимать Франко и Соню.
- Я буду папой, вы слышите, я буду папой, - кричал он.
- То есть как папой? - спросил Франко.
- Этот кретин сделал вас бабушкой и дедушкой, - ответила за него Марисса.
Франко сначала побледнел, потом позеленел, потом решил убить Мануэля, но он был уже у Мии в палате.
- Милая, я хочу тебе кое-что сказать, - сказал он, целуя Мию,- Мы ждем ребенка.
- Что? Нет только не это. Я не хочу. Мне 16 лет. Какого ребенка?!
- Ты что? Это наш малыш. Неужели ты хочешь убить его?
- Нет. Я сама не понимаю, что я говорю.
- У нас будет семья. Я так об этом мечтал.
- Я тоже, но не так рано.
- Милая, совсем не рано. Мы скоро станем самыми лучшими родителями на свете.
- А вот я как раз насчет родителей, - сказал Франко, заходя в палату, - как вы умудрились сделать ребенка?
Мия покраснела.
- Только не говори, папочка, что ты не знаешь, как делаются дети.
- Мия, прекрати...
Ману его перебил:
- Извини Франко, но ей нельзя волноваться. Ты лучше всё скажи мне, когда мы придем домой.
Франко ворчал еще дня два, а потом все стали ждать маленького Агирре. Мия с Мануэлем съездили в Мексику и обвенчались в маленькой церквушке. Все прихожане с умилением наблюдали за женихом и невестой. Мия была в белом легком сарафане. В волосах был заколот белый цветок. Живота еще не было видно. Мануэль смотрел на неё влюбленными глазами. Они были такими молодыми и влюбленными. Глупые улыбки на лицах. Наслаждение тихим счастьем, которое радует лишь тех, кто пережил трагедию разлуки, и нашел друг друга снова. На свадьбе присутствовали только Франко, Соня, Хильда, Лухан и Марисса с Пабло. После свадьбы молодые не поехали отдыхать, а решили вернуться домой. Мия мучилась токсикозом, постоянные обмороки. Всё это не располагало к отдыху далеко от дома.
Дни побежали быстро. Живот рос. Однажды утром Мануэль поругался с Мией. Ссора вышла из-за того, что Мия хотела рожать в Лондоне. Там были лучшие врачи. А Ману боялся везти её через пол земного шара. Мия с обидой выговаривала Мануэлю, какой он бесчувственный чурбан, как вдруг замолкла и широко распахнула глаза. Мануэль перепугался и стал усаживать Мию в кресло. Но тут увидел, что она улыбается. Ману присмотрелся и понял, что взгляд у Мии поменялся, он никогда не видел такого выражения лица.
Мия сияла нежностью, а взгляд был такой, как будто она рассматривает, что-то внутри себя.
- Что? - прошептал Мануэль.
Мия молча притянула его руку к своему животу. Ладонь почувствовала упругий толчок. Такая нежность сразу затопила Мануэля. Он приподнялся и поцеловал свою маленькую девочку. Их малыш первый раз подал им знак, что он есть. "Это и есть счастье", - подумали одновременно Мия и Мануэль.

4 глава

- Мия, ты похожа на медвежонка, - засмеялась Марисса, наблюдая, как Мия встает с кресла.
- Я посмотрю, как будешь выглядеть ты на восьмом месяце беременности, - огрызнулась Мия.
Она и впрямь стала ужасно неповоротлива. Да к тому же неуклюжая. Но никто не мог отрицать, что Миите это очень шло. Она округлилась, стала румяная, и самое главное счастливая. Мануэль не мог налюбоваться своей девочкой. А Мия просто наслаждалась в кругу своей семьи своим материнством. Детская уже была готова. Конечно все в ней, начиная с памперсов и заканчивая милой кроваткой, было розового цвета. Вещички для малыша Мия покупала каждый день. Это стало её навязчивой идеей. Все с нетерпением ждали крепкого мальчика или красавицу девочку. Мия уговорила Мануэля отвезти её рожать в Лондон. Через два дня они должны были улететь. А пока вся семья окружила Мию заботой. Мия и Мануэль прошли полный курс для родителей. Они были счастливы и думали, что так будет всегда.

Неделя спустя, Лондон.
- Я так устала от своего живота, - пожаловалась Мия своему мужу.
- Я знаю, радость, но осталось совсем немного, и мы увидим свою малютку, - Мануэль обнял Мию.
- Доктор сказал, что мы правильно сделали, что приехали сюда. Да, кстати, ты обещал мне, что завтра пойдешь в больницу со мной.
- Я помню, не волнуйся.

Утром они были у врача. Доктор сказал, что есть кое-какие проблемы, но под присмотром опытных врачей Мия будет в безопасности. Мия с Мануэлем уже шли к выходу, когда Мия нечаянно толкнула беременную женщину.
- Простите. Вы в порядке? Я такая неуклюжая, - начала суетиться Мия и замерла, увидев, кто перед ней.
Мануэль тоже не мог поверить, что видит перед собой Сабрину, в Лондоне, да еще и беременную.
- Не ожидала вас тут увидеть, но это даже к лучшему, - нарушила тишину Гусман.
- Я не думала, что встреча с нами вызовет у тебя какие-то положительные эмоции, - заметила Мия.
- Да, я рада. Мне не придется отдавать ребенка незнакомым людям, когда рядом его отец, - проговорила Сабрина.
- О чем ты говоришь? - Мия насторожилась.
- Я говорю о Мануэле. Я не хочу этого ребенка, а Ману, наверное, не позволит, чтобы его малыш жил в детдоме.
- Что ты говоришь, у меня только один ребенок, - взвился Мануэль.
- Нет. Я тоже жду ТВОЕГО ребенка.
Мия почувствовала, как потянуло поясницу и по ногам потекло, что-то липкое. Она ухватилась за Мануэля, стараясь изо всех сил, чтобы не упасть. Мануэль подхватил Мию на руки и стал звать на помощь. Мия только шептала:
- Не может быть.... Не может быть...

Уже сутки врачи пытались помочь Мии и ее малышу. Операцию делать нельзя было. Сама Мия старалась изо всех сил. Произошла отслойка, и кровотечение не останавливалось. А малыш всё не появлялся. Были моменты, когда Мия начинала терять сознания. В эти моменты врачи начинали терять надежду спасти мать и ребенка. Но Мия невероятной силой воли заставляла себя тужиться, зная, что только так спасет своего малыша. Из палаты вышла медсестра. Мануэль бросился к ней:
- Что с моей женой? - он был на грани истерики.
- Ситуация очень тяжелая. Если бы всё происходило в срок, а так мы делаем всё, что можем. У неё неправильно расположена матка, да еще преждевременные роды. Молитесь богу, чтобы он спас вашу жену и ребенка.
Сейчас Мануэль только и делал, что молился. Он не сообщал никому об этой страшной ситуации. Он просто не мог. А в это время в палате доктор готовился к худшему:
- Ну, давай, детка, постарайся, - приговаривал он Мии, хотя прекрасно знал, что она выкладывается полностью.
- Доктор, малыш появился, - закричала медсестра.
- Ну, вот и дождались, потерпи еще немного, - прошептал он над Мией.
Уже через минуту раздался детский плач, и Мия увидела маленькое крошечное существо.
- Девочка, - услышала она.
Но тут крик оборвался, и врачи стали бегать.
- Что с моей дочкой, скажите, что с моей дочкой? - спросила Мия, но врачи не обращали на неё никакого внимания.
Еще минута жуткого страха за своего ребенка, и облегченная темнота.

- Она очень слаба. Потеряла много крови. Постарайтесь быть с ней очень мягким. Она заслужила моё огромное уважение тем, как стойко держалась во время родов. Она сильная, но я думаю, это будет ужасный удар для неё, - услышала Мия сквозь туман сна. Она приоткрыла глаза и увидела Мануэля и доктора.
- Сколько я проспала? - спросила Мия.
- Двое суток, - ответил Мануэль, склонясь над ней.
- Сеньора, я должен сказать вам...- начал доктор, но Мануэль перебил его.
- Я сам.
Доктор тихо вышел, скрываясь от запаха горя и ужасного предчувствия разрушения жизни, который парил в этой палате, в этой семье, в этой одной на двоих судьбе.
- Мия, наша малышка...- начал Мануэль, но горло его перехватило рыдание.
- Нет, - прошептала Мия, качая головой.
- Да, любимая, это я убил нашу дочь. Если бы Сабрина не была беременна, если бы тогда я вспомнил нашу любовь...- зарыдал Мануэль.
Мия притянула Мануэля к себе, прижала его голову к груди и, задыхаясь от боли, зашептала:
- Ты не виноват. Это я не смогла уберечь нашего ребенка. Прости. Прости. Только не уходи. Не оставляй меня одну. Я хочу жить для тебя, а без тебя я умру. Мне больно, - шепот перешел в рыдания.
Так они и сидели, поддерживая друг друга в горе. Так как однажды поклялись в церкви. Их боль стала одной. Они были вместе, но в то же время так далеко друг от друга.

Прошло два дня, а Мия всё не могла поверить, что это случилось. Слишком больно было думать о том, что они потеряли своего ребенка. Мануэль ходил понурый и вместе с Мией плакал от безысходности. В тот день Мануэль первый раз решил оставить Мию, чтобы съездить в гостиницу за вещами. Мия просила не говорить ничего родным. Она должна была сделать это сама, но пока не решалась. Как только Мануэль уехал, Мия вызвала медсестру.
- Вам что-нибудь нужно? - участливо спросила девушка.
- Да, помогите, пожалуйста, мне, - попросила Мия, - дайте мне кого-нибудь покормить.
- Что? - не поняла медсестра.
- Я думала: может быть есть дети, чьи мамы не могут кормить грудью или у них мало молока, а у меня очень болит грудь, много молока, - быстро проговорила Мия и затаила дыхание, боясь, что ей откажут.
- Извините, сеньора, но я не знаю...
- Я просто очень хочу почувствовать, как это - быть мамой, - тихо прошептала Мия.
- Я постараюсь вам помочь, - сказала медсестра, твердо решив поддержать молодую женщину. Она видела, что Мия совсем еще ребенок. В её мед карте было написано, что ей неполных 17 лет. Но как это девочка переживала смерть своего ребенка. Многие в её возрасте бросают своих малышей.
Через пять минут девушка принесла крошечный свёрток. Мия с благодарностью посмотрела на медсестру и бережно взяла ребенка.
- Это девочка, она ужасно голодна.
Малышка открыла глазки, и Мия вздрогнула. У её дочери тоже должны были быть такие глаза. Глаза цвета шоколада. Как у папы.
- Это удивительно, что у ребенка глаза не голубые. Они все рождаются с голубыми глазами, - пояснила медсестра.
Мия с помощью медсестры дала малышке грудь. Та жадно засосала. А Мия ласково смотрела на неё.
- У её мамы нет молока? - спросила Мия.
- Нет. У неё просто нет мамы. От неё отказались.
- Не может быть, чтобы от такой прелестной девочки отказались, - не поверила Мия.
- К сожалению, это так.
Мия напряглась от пришедшей вдруг мысли.
- Скажите, её маму зовут Сабрина Гусман?
- Я не могу вам открывать такую информацию.
- Это очень важно, мне надо знать.
- Ну, хорошо. Я сейчас приду.
Мия осталась с ребенком одна. Да, малышка и правда была похожа на Мануэля. "Или я просто накручиваю себя".
Вернулась медсестра.
- Да, вы правы. Её мать Сабрина Гусман. Но если кто-нибудь узнает, что я вам сказала, меня посадят.
- Не волнуйтесь, никто не узнает. А можно оставить её у меня? Я бы кормила её пока меня не выпишут.
- Оставьте, но до вечернего осмотра.
Что только не думала Мия, пока ждала Мануэля. Сотни мыслей пронеслось в голове. И всё это время она не переставала рассматривать девочку.
- Любимая, я приехал, как только смог, - сказал Мануэль, заходя в палату, и остановился, увидев Мию с малышом на руках.
- Иди посмотри на неё, - позвала Мия.
- Кто это? - спросил Мануэль дрожащим голосом.
- Это твоя дочь, - ласково ответила Мия.
- Ми, я понимаю, как тебе тяжело. Мне тоже. Но не сходи с ума. Прошу.
- Нет, ты не понял. Это правда, твоя дочь. Сабрина оставила её в роддоме, а медсестра дала мне её покормить.
Мануэль подошел к кровати. Столько чувств затопило его: боль, что это не Миина дочка, радость, что он стал отцом, тревога за будущее. Мия видела, как трудно сейчас Мануэлю, и тихо предложила:
- Давай удочерим её?
Мануэль просто с благодарностью поцеловал Мию.

Глава 5.

Целый месяц потребовался семье Агирре, чтобы оформить все бумаги. Мия не захотела говорить родным, что их ребенок умер. Просто сказала, что малышка должна оставаться под присмотром врачей, и они задержатся в Лондоне. Мануэлю она объяснила это тем, что боится, что кто-то раскроит тайну рождения Лучаны (так они назвали свою дочку). Наконец, первого марта, суд выдал им документ, что Лу теперь дочь Мануэля Агирре и Мии Агирре. Сколько было радости. Мия сразу же позвонила в Аргентину и сообщила, что их выписали из больницы, и завтра они будут дома.
В самолете, когда Мия удобно устроилась с малышкой на руках, Мануэль вдруг спросил:
- Скажи, зачем ты это делаешь?
- Что именно, дорогой? - Мия подняла на него глаза.
- Почему ты любишь чужого ребенка?
- Никогда, ты слышишь, никогда не смей говорить, что Лучана не моя дочь. Сабрина ей не мать, раз бросила её совсем крошечной, - разозлилась Мия.
- Просто я представил, что ты родила ребенка от другого. Я не смог бы полюбить его.
- Ты уверен? Я просто чувствую, что я нужна ей. Пусть у неё есть отец, но ты никогда не сможешь заменить ей маму. Я знаю.

В аэропорту их встречала вся семья. Франко, Соня, Марисса, Пабло, Лухан, Хильда с нетерпением ждали объявления посадки. Когда вдалеке появилась Мия с розовым свёртком на руках, а чуть дальше Мануэль с огромными чемоданами, все сразу бросились к ним. Франко обнял Мию, а она проворчала:
- Папочка, осторожно, ты задушишь свою внучку.
- Дай взглянуть на неё, - вмешалась Соня.
- Только не кричите, вы её разбудите, - предупредил Мануэль.
Мия аккуратно отвернула уголок одеяльца. Лучана была похожа на ангелочка. Марисса осторожно коснулась её кулачка:
- Ну, здравствуй, племянница, - тихо прошептала она, - ты такая же красавица, как и твоя мама.
Все сразу стали обсуждать: на кого похожа Лу: на Мию или на Мануэля. Мануэль сразу заметил, как Мия сжалась, и, обняв её, сказал:
- Вы можете не спорить, Лучана похожа на меня, но она будет такая же модница, как и Мия.
Мия благодарно ему улыбнулась.
Вечером Соня зашла в детскую, где Мия кормила Лучану.
- Я думала, ты не будешь кормить грудью, чтобы не испортить фигуру, - Соня устроилась рядом с ними, чтобы видеть малышку.
- Ерунда, главное, чтобы Лу была здоровой.
- Как прошли роды, милая? - спросила Соня.
Мия почувствовала, как старая боль опять наполняет её, но выпрямилась и тихо ответила:
- Нормально.
- Ты выглядишь усталой. Давай я заберу Лу и посижу с ней, пока она не уснет. А ты прими душ и ложись.
- А ты справишься? - недоверчиво спросила Мия.
- Дорогая, ты забыла, что я тоже мать. Когда-то и Марисса была такой же крохой.
- Ну, хорошо. Спасибо.
И Мия передала Лучану Соне.
- Смотрите, кто идет, - проговорила Соня, входя в гостиную вместе с малышкой на руках.
- Дайте мне, - закричала Марисса.
- Только очень аккуратно, - предупредила Соня, передавая малышку дочери. Пабло, Лухан и Марисса начали наперебой говорить с Лучаной. А Соня подсела к Франко.
- Дорогой, с Мией что-то происходит.
- Что ты имеешь в виду?
- Она чем-то ужасно напугана, расстроена.
- Это понятно, она чувствует теперь, какая ответственность легла на неё и Мануэля.
- Нет. Это не то. Такое чувство, что она пережила огромную трагедию. Она подавлена. Её глаза полны невысказанной боли. Мия только делает вид, что всё хорошо.
- У неё просто послеродовая депрессия. Так было с Мариной, когда она родила Мию. У них это наследственно. Я боюсь, что она может бросить дочку.
- Нет, ты не видел, как она сейчас кормила Лу, как беспокоилась, когда отдавала мне её. Мия замечательная мама. Я думаю дело не в этом.
- А в чем же ещё. Не забивай себе голову разными глупостями. Мия устала. Перелет был долгим. Вот тебе и показалось.
Вдруг Лучана начала плакать. Марисса взяла её на руки, но это не помогло.
- Я думаю, она хочет к маме, - сказала Хильда.
- Не надо, пусть Мия отдохнет.
- Хильда права, - сказал Франко, - малышке нужна мать. Надо было думать раньше. Пусть теперь не жалуется.
- Я отнесу, - быстро сказала Марисса.
- Мия, малышка расплакалась, и мы решили, что ты ей нужна, - проговорила Марисса, входя в спальню Мии и Мануэля.
- Иди к мамочке, моя милая, - протянула руки Мия.
- Мия, тебе идет роль мамочки, - засмеялась Марисса.
Мия вдруг перестала улыбаться и отвернулась. Марисса присела к Мии и спросила:
- Я сказала что-то не то? Ты жалеешь, что решила рожать ребенка?
- Нет, конечно, нет. Просто... - Мия замолчала.
Немного сомнения, капля неуверенности и вот уже слова рвутся наружу.
- Марисса, я не могу больше. Только ты сможешь понять меня и не осуждать.
- Мия, что случилось? Ты меня пугаешь.
- Ты сказала, что мне очень идет роль мамы. Но у меня нет ребенка, - слезы дорожкой побежали по щекам. Столько дней она держалась, а сейчас позволила чувствам вырваться наружу.
- Мия, что ты говоришь. А как же Лучана? - Мариссу стало серьезно беспокоить Миино состояние.
- Она не моя дочь.
- ???
- Она дочь Мануэля.
- Сестренка, ты сходишь с ума. Конечно, она дочь Мануэля. Я читала о том, что кормящие мамы немного не в себе, но не думала, что до такой степени.
- Ты не поняла, Марисса. Наша дочь умерла. Она прожила несколько минут. Лу дочь Мануэля и Сабрины.
Марисса потрясённо уставилась на плачущую Мию. Следующие 10 минут Мия рассказала Мариссе всю историю их трагедии.
- Только не говори никому, что я тебе сейчас рассказала, - попросила Мия.
- Конечно, но как же тебе тяжело растить ребенка Сабрины.
- Мне тяжело не от этого. Для меня Лу стала дочкой, когда я первый раз кормила её грудью. Мне трудно думать о том, что я не смогла уберечь своего ребенка. А Лу я очень люблю, как свою. Она и есть моя. Посмотри, как она похожа на Мануэля, - Мия бережно укрыла малышку одеялом.
- Ты поступила правильно, удочерив Лучану, - Марисса улыбнулась Мии, - а теперь ты должна отдохнуть.

Мурашки по коже,
Слезы из глаз.
На что мы похожи
С тобою сейчас?

Зачем ты ревнуешь,
Ведь нету причин?
Зачем ты толкуешь,
Что ты здесь один?

Сидим и молчим,
Ты опять подойдешь,
Опять одно слово
В тиши украдешь.

Я только поймаю
Тебя за плечо,
Прижмусь и закрою
Стыдливо лицо.

Ты скажешь, что снова
Мы можем начать,
Одно только слово
И дальше молчать.

С тобою мы вместе,
Пусть даже на миг.
У нас одно сердце,
Одно на двоих.

Год спустя, дом Агирре.

- Милая, отдай маме ложку, вот так, - Мия кормила Лучану на кухне, а Мануэль собирался на работу.
- Дорогой, ты не мог бы завести нас с дочкой к Мариссе с Пабло. Я обещала Соне, что помогу с приготовлением к их свадьбе, - услышал Мануэль голос жены с кухни.
- Да, конечно, но не на долго. Мия, я думал, что Лу надо купить новую коляску. Ты не могла бы заняться этим сегодня?
- Любимый, Лучане уже не нужна коляска. Она прекрасно стоит, значит скоро пойдет. А коляска будет только мешать ей ходить ножками, - донеслось с кухни.
- Ты жалеешь денег на Лу? Если бы на её месте была твоя дочь... - Мануэль осёкся, поняв, что говорит что-то ужасное.
Звенящая тишина. Мануэль заглянул на кухню. Мия застыла с полной ложкой каши для малышки. Слёзы крупными каплями падали на сарафан. Плечи опустились, глаза потухли.
- Мама? - Лучана вопросительно посмотрела на Мию. Это было единственное слово, которое она говорила.
Детский голосок вывел Мию из этого состояния.
- Идем, родная. Мы сейчас поедем в гости, - Мия глотала слёзы.
- Я не то хотел сказать... - начал Мануэль, но Мия вышла из кухни. В прихожей хлопнула дверь. Он понял, что это ушла Мия. Взяла дочь и ушла. А что она могла ему сказать? Что ответить на это страшное обвинение?

Мия приехала к Мариссе через час, предварительно заехав в парк, чтобы немного взять себя в руки и не показать свою боль родным.
- Ангелочек приехал, - закричала Мари, увидев Лу на руках у Мии.
После того, как Марисса расцеловала девочку, она обернулась к Мии:
- Что-то случилось?
- Нет, я просто устала.
Весь день Мия бегала по дому Пабло и Мариссы, крича: куда вешать шарики, ставить столы и повязывать ленты. Ей надо было занять себя чем-то, чтобы заглушить в мозгу слова, которые сказал Мануэль сегодня утром. Через два дня Марисса Андраде станет Мариссой Бустаманте.
Весь день Мануэль бегал по офису, крича на секретарш, договариваясь с поставщиками, чтобы только не думать о том, что он сказал Мии утром и как теперь всё исправлять.
А вечером он приехал за Мией к Мариссе. Когда он зашел, Мия сидела с Мариссой за столом, а Пабло ползал по полу вместе с Лучаной.
Как только он вошел, Мия сжалась, но постаралась взять себя в руки. Очень не хотелось, чтобы Пабло с Мариссой о чем-то догадались.
- Поехали домой, Лу пора спать, - как можно спокойнее сказала Мия.
- Оставайтесь на ужин, - предложила Марисса.
- Давай останемся? - спросил Ману у Мии. Он боялся оставаться с ней наедине. Боялся, что она будет плакать.
- Оставайся, я поеду домой, - резко ответила Мия.
- У вас что-то произошло? - осторожно поинтересовалась Марисса.
- Нет, просто Мануэль решил, что я не подходящая мать для его дочери. И это после того, как сам бывает дома лишь изредка, - зло сказала Мия.
- Пабло, унеси Лу в спальню. Ей не следует это видеть, - попросила Марисса.
В это время Мануэль уже кричал:
- Я зарабатываю деньги, чтобы ты могла жить так, как привыкла. И после этого ты жалеешь деньги на коляску. Или ты ненавидишь Лу за то, что её родила Сабрина?
Пощечина и яростный взгляд. Она размахнулась для новой, но Мануэль перехватил руку. Марисса подскочила и загородила Мию.
- Что же вы делаете?! Зачем говорите то, о чем никогда бы не подумали. Не надо. У вас маленький ребенок. А то, что Мия любит твою дочь, Мануэль, больше всего на свете, знают все.
Марисса развернулась к Мии и увидела, как та сидит возле стены. Давно Марисса не видела, чтобы Мия так отчаянно плакала.
- Милая, прости. Я сказал глупость. Я знаю, как для тебя важна наша дочь. Прости. Только не уходи. Я люблю тебя, - зашептал Мануэль садясь рядом с Мией.
Она, не поднимая головы, вцепилась в Мануэль. Мия плакала у него в объятиях, а он чувствовал себя полным кретином. Марисса вышла. Им надо разобраться. Она вошла в спальню. Пабло держал Лучану.
- Что там случилось? - спросил он.
- Уже все в порядке, - устало сказала Мари.
- Я так и не понял, о чем они спорили.
- Не обращай внимания. Все ссорятся, а им уже давно пора. Всё было слишком идеально.
- Марисса, мы уезжаем. Спусти Лу, - услышали они голос Мануэля.
Марисса спустилась.
- Всё в порядке?
- Да, извините, что так получилось, - ответил Мануэль.
Мия всё никак не могла прийти в себя. Ману подхватил Лучану на руки и приобнял Мию за плечи.
В машине они молчали. Лу уснула. Мия сидела и думала, что уже ничего не будет как раньше. Но Мия ошиблась. Еще неделю она ходила грустная, плакала по пустякам, а потом водоворот событий захватил её, и ей стало легче. Свадьба Мариссы и Пабло прошла великолепно. Семья Колучи-Агирре-Бустоманте зажила как прежде.

Глава 6.

- Мама, ты, конечно, купишь мне того розового мишку. А еще розовое платье и розовую губную помаду? - тараторила Лучана, бегая вокруг Мии и Мариссы. Они пили чай в кухне Франко и Сони и весело болтали.
- Зачем тебе помада? - засмеялась Мия.
- Я хочу быть такой же красивой, как ты, мамочка.
- Ты и так красивая.
- Нет, хочу как мама, - упрямилась малышка.
Ей недавно исполнилось пять лет. Она была прекрасной малышкой, которую обожала вся их большая семья.
- Мия, она такая же, как ты, - заметила Марисса.
Марисса год назад родила мальчика Симона. Мия с Мануэлем со дня на день ждали пополнения.
- Как там мой племянник? - спросила Мия.
- Всё хорошо. Недавно я купила ему...
- Ой!
- Мия, что случилось? - Марисса соскочила со стула.
- Кажется, начинается, - неуверенно ответила Мия.
- Мама! - позвала Мари, - иди скорей сюда.
Соня сразу прибежала на зов. Они с Мариссой пересадили Мию на диван.
- Я позову Мануэля и Пабло. Они были в саду, - предложила Соня.
- Мия, ты только не бойся, - Марисса увидела какой у Мии испуганный взгляд, - всё будет хорошо.
- А вдруг всё будет так же, как и пять лет назад?
- Нет, ты рожаешь в срок, мы с тобой, и рядом нет Сабрины, - попыталась успокоить Мию Мари.
К ним подошла Соня, следом в кухню вбежал Мануэль. Пабло пошел готовить машину.
Соня с Мариссой помогли Мии подняться.
- Ну, что ты трясёшься, ты ведь уже рожала, - сказала Соня.
Мия затряслась ещё сильнее.
- Мама, прекрати. Рожала, не рожала, всё равно страшно, - пришла на выручку Марисса.
- Дорогая, не бойся. Мы все с тобой, - Мари сжала руку Мии.
- Что делать, что же делать? - паниковал Мануэль.
- Милый, не волнуйся, - Мия попробовала успокоить мужа.
- В этом вся Мия. Она рожает, а ей приходится успокаивать припадочных, - усмехнулась Марисса.
Через семь часов на свет появился Фелипе Агирре. Прекрасный карапуз был похож на маму. Через два дня Мию с ребенком выписали домой.

Восемь месяцев спустя.
Мия возилась на кухне. Малыш сидел в детском стульчике и стучал ложкой по столу. Рядом с ним стояла Лучана.
- Мамочка, а Фелипе будет со мной играть, когда подрастет?
- Конечно, солнышко, ты ведь его сестра, - улыбнулась Мия.
- А почему он беленький, а я черненькая?
- Ты похожа на папу, а твой брат на меня.
- А ты ведь не похожа на дедушку, - удивилась малышка.
- Я похожа на маму, милая, - терпеливо объяснила Мия.
Их разговор прервал звонок в дверь. Так как Мия сама вела хозяйство, а няня приходила только на несколько часов, дверь было открыть некому.
- Кто это пришел? - спросила Лучана.
- Не знаю, любовь моя, может папа приехал пораньше.
Мия пошла открывать, а Лу осталась с братишкой. Ничего не подозревая, Мия распахнула дверь. Перед ней стояла Сабрина. Ужас, охвативший Мию, подталкивал её захлопнуть дверь, схватить Лучану и спрятать её. Но Мия взяла себя в руки и холодно спросила:
- Что тебе нужно?
- Так и будешь держать меня на пороге? Надо поговорить.
- Не о чем, - отрезала Мия.
- Ты забыла, в этом доме живет моя дочь.
- Она не твоя.
Вдруг из-за Мииной ноги показалась темненькая головка Лу.
- Мама, а я думала, это папа вернулся, - разочарованно протянула она.
- Нет, Лучана. Беги играй, милая.
Лучана еще раз посмотрела на Сабрину и побежала на кухню.
- Значит, вы назвали её Лучана. Красивое имя.
- Уходи.
- Я пришла к своей дочери. Ей нужна настоящая мама.
- У неё есть настоящая мама. Ты ей не нужна, - начала срываться Мия.
- Мамочка, Фелипе не отдает мне ложку, - послышался с кухни голосок Лучаны.
- Кто такой Фелипе?
- Мой сын.
- Ну вот, у тебя есть сын, так отдай мне Лучану.
- Она не игрушка, чтобы сначала бросать её, а потом требовать назад. Никогда ты не получишь мою дочь, - закричала Мия, - если ты сейчас же не уйдешь, я вызову полицию.
Сабрина усмехнулась и ушла. Мия дрожащими руками закрыла дверь и прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось, колени подгибались. Пять лет Мия жила в страхе, что за её девочкой придут, заберут самую любимую малышку, оторвут от сердца матери. Разве имеет право Сабрина требовать отдать Лучану ей? Ведь именно Мия была все эти годы рядом с малышкой, она заботилась о ней, любила, а теперь отдать кому-то? Мия сползла по стене и разрыдалась. Лучана, услышав странные звуки, вышла в коридор.
- Мама, ты плачешь? - она подошла к Мии и неуклюже обняла её.
- Нет, нет, милая. Я просто... просто... Я очень люблю тебя, доченька.
- И я тебя, но ты плачешь, - настаивала малышка.
Мия обняла свою крошку. Надо было брать себя в руки. Но как это сделать? Сабрина выбила у неё почву из-под ног. Как тогда, когда она забрала у Мии Мануэля. Что в тот раз сделала Мия, чтобы не сойти с ума. Конечно, поехала к папе. Именно он сейчас нужен ей больше всего. В дверь позвонили. Мия даже не успела понять, что сидит она на полу в ужасном состоянии, как Лучана уже распахнула дверь.
- Дедушка, - вскрикнула она и обхватила его ногу. Франко заехал, чтобы сказать Мии, что Соня приглашает их сегодня на ужин, но, увидев свою девочку на полу, с размазанной по щекам тушью, он забыл обо всём.
- Папочка! Папочка! - Мия бросилась в такие родные объятия. Она плакала и не пыталась сдержать слезы.
- Ну что ты? Что ты? - растерянно повторял он, сжимая хрупкую фигуру дочери. Она снова казалась ему ребенком, которого надо защищать и баловать. Он поцеловал её светлую головку. Сейчас она была его маленькой девочкой. Как отвык он чувствовать это. Она давно выросла. Правда, не тогда, когда он ожидал. Не в тот день, когда она узнала, что станет мамой. Он помнит, как в больнице вглядывался в её глаза, пытаясь понять, почему она до сих пор остается ребенком. И даже не в тот день, когда он увидел её в аэропорту со свертком на руках. Она стояла тогда, красивая молодая женщина с ребенком и... с глазами его маленькой принцессы. Это произошло намного позже, а именно через год после рождения Лучаны. Франко хорошо запомнил этот день. Они все готовились к свадьбе Мариссы и Пабло. Он заехал к Мии, начал что-то говорить и его вдруг что-то ударило. Он посмотрел внимательно в её ярко-голубые глаза и понял: больше нет его маленькой Мии Колучи. Есть взрослая Мия Агирре, со своими проблемами и переживаниями, с которыми она к нему больше не побежит. А сейчас она снова взахлеб делится с ним своей бедой. Франко не сразу понимает суть, а потом до него начинают доходить её страшные слова: "потеряла ребенка... Лучана не его внучка... Сабрина хочет забрать малышку..." Мия всё крепче и крепче сжимает в кулачках рукава его пиджака. Он не в состоянии сейчас её успокаивать, ему самому нужна помощь. Он отрывает её от себя, хочет уйти, но видит глаза своей дочери, такие несчастные, такие беспомощные. Он снова сжимает её в объятиях, но тут понимает, что всё это могла слышать Лучана. Франко оборачивается, но не видит внучку. Зато теперь он слышит, как плачет Фелипе, а Лучана, что-то приговаривает, пытаясь его успокоить. Он вздыхает с облегчением.
- Послушай, дочка. Мы не отдадим Лучану Сабрине. На твоем месте я сделал бы то же самое, - он пытается успокоить Мию, но она плачет и истерично всхлипывает. Тогда Франко подхватывает Мию на руки и кричит Лучане:
- Милая, принеси маме стакан воды в спальню.
В комнате Франко аккуратно ложит Мию на кровать, что-то нежно приговаривая. Рядом уже стоит Лучана с водой. Он достает свое успокоительное (уже давно шалит сердце) и пытается напоить Мию. Потом сидит рядом с ней, заботливо поправляя одеяло. Он вспоминает, как жили они вдвоем, когда она была такой крошкой, как Лучана. И вот, наконец, Мия засыпает.

- Папа, папа, к нам приходила противная тетя, потом мама плакала, потом я её жалела, потом пришел дедушка, мы поили маму таблетками, дедушка сидит там, - Лучана обрушила поток информации на Мануэля, ткнув пальчиком в сторону гостиной.
Мануэль чуть ли не бегом кинулся в гостиную.
- Франко, что случилось? Где Мия?
- Она спит. Лучана, иди посмотри, не проснулся ли Фелипе, - когда Лучана выбежала из комнаты, Франко продолжил, - Приходила Сабрина, она хочет забрать Лучану. Я всё знаю, мне Мия рассказала. У Мии была истерика. Да и я сам чуть не расплакался, когда узнал, что пришлось пережить моей девочке.
Мануэль опустился в кресло.
- Я не отдам ей дочь, - голос Мануэля перешел в шепот, - Мия лучшая мама на свете.
- Я думаю, вам двоим решать что делать. Только не сегодня. Береги её, она лучшее, что у меня есть. Ты теперь понимаешь, что значит - быть отцом, ты меня поймешь.
Франко устало встал и пошел к выходу.

Дома Франко всё рассказал Соне.
- Вот почему её так пугали роды. Она боялась всё пережить заново, - задумчиво проговорила Соня.
Мануэль тихо прошел в спальню, предварительно уложив Лучану. Мия спала. Она была похожа на ангела. Он тихо лег рядом и стал смотреть на такую любимую девушку. Он всё отдаст, только бы она не страдала.

Глава 7.

Мия открыла глаза. Мануэль смотрел на неё. Она подняла руку и погладила его по щеке. Он поймал её ладошку и поцеловал.
- Сегодня... - начала она.
- Я знаю, я видел Франко, - Ману приложил палец к Мииным губам, - ты только не бойся. Лу наша дочь и никто её не заберет.
- Она ей всё скажет, - тихо сказала Мия.
- Ну и что. Ты ведь лучшая мама на свете. Лучана никогда не променяет тебя на Сабрину.
- Понимаешь, она моя дочь, - прошептала Мия, не зная, как выразить словами то, что она чувствует к своей малышке.
- Я знаю, милая, я знаю, - Мануэль крепче обнял Мию.

Мия сидела на скамейке в парке. Рядом в коляске играл Фелипе. В стороне с другими детьми бегала Лучана. Рядом кто-то присел. Мия повернулась. На скамейке сидела Сабрина и смотрела на Лучану.
- Опять ты, - обратилась к ней Мия, - сколько можно портить мне жизнь. Сначала Мануэль, потом Лучана. Тебе не надоело отбирать у меня любимых людей.
- Это ты отбираешь у меня любимых людей. Ты никогда не задумывалась, что я никого так не любила, как Ману. А Лучана мой единственный ребенок, - пожала плечами Сабрина.
- Ты бросаешь их, когда они особенно в тебе нуждаются. Сначала не захотела возиться с больным Мануэлем, потом оставила беспомощную Лу без мамы. Это ты называешь любовью?
- Мия, ты не права. Я нужна Лучане больше, чем ты. Подумай, у тебя нет мамы, но если бы она появилась, неужели ты бы её не простила? Неужели пожелала бы остаться с Соней и отвернулась от родного человека.
Мия сжалась. Она то знала, каково это - быть рядом с родной мамой. Она знала, что это самое лучшее на свете. Простит ли её Лучана, когда вырастет? Что же делать? Огромное отчаянье накатилось огромной волной, затопило, раздавило.
- Мама, а кто эта тётя? - Лучана с недоверием смотрела на Сабрину. Она помнила, что именно из-за этой тёти плакала её мамочка. Лучана встала, закрывая собой Мию.
" Моя храбрая девочка", - подумала Мия.
- Это тётя Сабрина. Она приехала, чтобы посмотреть на тебя, принцесса. Это папина знакомая, - пояснила Мия.
- Здравствуйте, - серьезно произнесла Лу.
- Привет. Ты очень красивая, - сказала Сабрина, присаживаясь перед Лу на корточки.
- Я как мама. Там мой братик. Он тоже красивый, - ответила Лучана.
- Ты хочешь поехать со мной? - вдруг спросила Сабрина.
Мия закусила губу, а Лу подалась назад. Но Сабрина, не замечая этого, продолжала, лихорадочно проглатывая слова:
- Я заберу тебя, мы будем жить вдвоем в красивом доме. Каждый день я буду приносить тебе подарки. Ведь всё, что у тебя было - это обман. Я твоя мама, а не она.
Мия закрыла рот рукой, чтобы не закричать, Лучана с недоверием посмотрела на Сабрину.
- Мама, почему эта тётя обманывает меня? - повернулась к Мии Лучана.
Мия присела перед девочкой:
- Нет, детка, она говорит правду. Я не твоя мама. Но я люблю тебя больше всех на свете, - Мия давилась слезами.
- Я не хочу, - в голосе Лучаны послышалась паника. Мия представляла, что чувствует сейчас её девочка. Она сама помнила, что происходит в душе, когда твой мир оказывается обманом.
Лучана развернулась и побежала.
- Лучана, стой! - закричала Мия, но девочка не остановилась.
Вдруг Лучану подхватили крепкие руки, и она уткнулась в шею мужчины, приговаривая:
- Папочка, забери меня отсюда, папочка.
- Успокойся, милая. Что случилось? Где мама?
Мануэль как раз приехал, чтобы забрать из парка жену и детей, когда увидел, как Лу бежит через поляну вся в слезах.
- Я не знаю, где моя мама, - всхлипывала Лучана.
- Так ты потерялась, ну ничего, сейчас мы позвоним маме на мобильный.
- Нет, они там.
- Кто они?
- Они...
Мануэль поднял голову и увидел Мию и Сабрину. Он решительным шагом направился к ним. Мия с отчаяньем смотрела на мужа. Он подошел и свободной рукой притянул к себе Мию. Два его родных человечка сейчас плакали у него на плечах. И во всем была виновата Сабрина.
- Что здесь происходит?
- Я хочу забрать свою дочь.
- Не имеешь права. Она Лучана Агирре Колучи.
- Мы должны дать право выбора Лу, - прошептала Мия.
- Нет, не должны, черт побери, - разозлился Мануэль.
Лучана сползла с рук отца.
- Я пойду с ней. Вы меня обманывали, - девочка с укором смотрела на родителей.
Сабрина взяла малышку на руки и пошла к машине. Мануэль кинулся за ней, но Мия его удержала.
- Она сама выбрала, - шепот перешел в рыдания. Мануэль обнял Мию и заплакал вместе с ней. Они стояли, поддерживая друг друга. Мимо проходили люди. Они не знали, что у них произошло, но каждый сочувствовал этой паре.

Вечером в доме Мариссы и Пабло зазвонил телефон.
- Алло, - весело ответила Мари.
- Марисса, приезжай пожалуйста, - услышала она хриплый голос Мануэля.
- Что случилось? - испуг на лице. Пабло почувствовал приближение чего-то неминуемо плохого по взгляду Мариссы.
- Сабрина забрала Лучану.
- Нет, - удивленный возглас и слезы.
- Приезжай, ты нужна Мии, - жалобная просьба.
- Мы сейчас будем, - Марисса положила трубку. Пабло выжидательно посмотрел на жену.
- Сабрина забрала Лучану.
- Как забрала? При чем здесь Сабрина?
- Она её мама.
- Не может быть.
- Мия родила мертвого ребенка, а Сабрина живого, и обе от Мануэля.
Пабло молча переваривал страшную информацию.

Через пол часа Марисса и Пабло были у Агирре. Мануэль бестолково смотрел на плачущего Фелипе. Мии в комнате не было. Марисса подбежала к племяннику, забрала его из рук Мануэля.
- Он голодный. Где его бутылочка? - спросила она.
- Не знаю.
- Он ел сегодня?
- Не знаю.
- А что ты знаешь? Если вы потеряли дочь, то хотя бы сына сохраните, - начала злиться Марисса, - где моя эгоистичная сестрёнка?
- В спальне. Она заболела.
- Как? - притихла Мари.
- Не реагирует не на что. Я вызывал врача. Он сказал, что это из-за нервного потрясения. У неё уже было так два раза: когда Марина ушла, и когда она узнала про нас с Сабриной, - Мануэль опустился в кресло и закрыл лицо руками.
- Пабло, дай ему выпить, а я пойду к Мии, - обратилась к мужу Марисса.
Она зашла сначала в детскую, накормила малыша, попыталась уложить спать. Не получилось. Взяла с собой. Зашла в розовую спальню. Мия лежала, свернувшись клубочком, и сверлила взглядом дырку в стене.
- Мия, мы с тобой.
Тишина.
- Милая, попробуй осилить себя. Ты очень нужна Мануэлю. Он сидит внизу такой потерянный. И мне нужна моя безбашная сестренка. И Пабло очень переживает. Мама с Франко едут сюда. И Лучане ты понадобишься, когда она вернётся.
Мия дернулась, но не ответила.
- В конце концов, ты нужна своему малышу. Почему ты оставила его без мамы, пусть пока на один день, но он не виноват ни в чем. Ему ты нужна больше, чем кому-то из нас.
Мия медленно поднялась и молча забрала у Мариссы сына.
- Вот и хорошо, - Марисса встала, чтобы уйти.
- Останься, - тихо попросила Мия.
- Хорошо, я буду с тобой. Только держись, милая.
- Я не могу.
- Можешь, я знаю, что ты сильная. Ты всегда справлялась с болью лучше, чем я. Хотя многие думают, что ты слабая, а я сильная. Но ты сможешь.
- Марисса, она забрала у меня её. Забрала мою принцессу.
- Держись, Мия. Ты должна постараться, ради сына.
Марисса еще долго сидела с Мией, пока она и Фелипе не уснули. Марисса забрала малыша, отнесла в детскую и спустилась вниз. В гостиной сидели Франко и Соня. Пабло курил на веранде, Мануэль стоял у окна.
- Ну что, - спросили в один голос Франко и Мануэль.
- Она уснула. Мия будет крепиться. Она молодец.
Мануэль подошел к Мариссе и обнял её.
Спасибо, - только и смог сказать он.

Глава 8.

Уже месяц Мия не заходила в комнату с розовой табличкой "Лучана". Она знала, что стоит туда зайти, как станет нестерпимо больно. Так и сегодня она прошла мимо этой комнаты и зашла в детскую Фелипе.
- Привет, мой хороший. Ты уже проснулся, - улыбнулась она сыну.
Фелипе в ответ засмеялся и сел в своей постельке.
- Мама пришла за своим мальчиком. Мы сейчас соберемся и поедем к папе на работу, - Мия натягивала на Фелипе штанишки. Он стал сползать на пол, и Мия решила отпустить его поползать на минутку, пока она ищет кофту.
Малыш пополз в угол комнаты, где стояла коробка с игрушками. " Милый мой мальчик, - думала Мия, наблюдая за сыном, - такой кроха и так похож на меня. А какой толстенький, так и хочется зацеловать". Малыш тем временем отыскал что-то в игрушках и пополз к матери.
- Что ты мне принес? - Мия взяла малыша на руки, чтобы продолжить одевание и увидела в руках у сынишки любимого мишку Лучаны. Она вспомнила, как Мия подарила ей этого медвежонка, как Лу потом спорила с Мануэлем, что розовые мишки существуют. Слезы предательски застилали глаза. Малыш провел ручонкой по её щеке и сунул ладошку в рот.
- Ну что ты, маленький. Давай лучше отнесем мишутку в комнату Лучаны, - Мия представила, как сейчас Лу скучает по своим игрушкам.
Сабрина не показывала им дочь. Говорила, что Лучане надо всё забыть. Мия была согласна с ней. Если Лучане лучше с Сабриной, то её она должна забыть. Мия подошла к двери в розовое царство и неуверенно открыла её. В комнате стоял легкий запах Мииных духов. Лучана любила, чтобы её подушка "пахла мамочкой" и часто душила наволочку духами из Мииной косметики. По полу разбросаны игрушки. На постели лежит кофта розового цвета. Мия помнила, что в то утро за завтраком Мануэль сказал, что больше не может видеть Мию и Лучану с головы до ног одетых в розовое. Лучана быстро сбегала в детскую и переоделась в зеленую маячку. Она была ужасно довольная, что папа улыбнулся и сказал, что Лу самая замечательная дочь на свете. На маленьком столике лежал лист бумаги. Мия подошла и увидела рисунок принцессы. Под ним нетвердой детской ручкой было выведено "Моя мама". Мия почувствовала, как рыдания начинают подступать к горлу. Она быстро развернулась и, прижимая к себе Фелипе, вышла из комнаты.

- Я хочу к маме, - Лу металась в кроватке. Уже сутки у неё не падала температура. Сабрина не находила себе места. Врач сказал, что это ангина, сделал укол и уехал. Но ведь Сабрина не знала, что делать дальше. Она никогда не сидела с больными детьми. Лучана не приходила в себя, а только крутила головой и повторяла:
- Дайте мне мамочку. Я хочу к маме. Где ты, мама?
- Я здесь, я рядом. Всё хорошо.
- Нет, я хочу к своей маме, - упрямилась малышка.
- Я и есть твоя мама, ну что ты?
- К маме, - слабо повторяла девочка.
Сабрина знала, что Лу хочет к Мии. За этот месяц Лучана не разу не назвала Сабрину мамой.
- Хорошо, мама скоро приедет, не плачь.
Маму.

Мануэль сидел в своем кабинете, когда к нему приехала Мия.
- Привет, я заехала, как ты просил. Что с теми документами?
- Ты должна их подписать. Марисса и Пабло уже сделали это.
Их фирма была дочерним предприятием фирмы COLUCHI. Владельцем был Мануэль, Мия, Пабло и Марисса были акционерами. Мия отдала Фелипе Мануэлю и присела за его стол. Она быстро пролистывала документы.
- Ты плакала сегодня.
- Нет.
- Я не спрашиваю, я констатирую факт.
- Не умничай, - огрызнулась Мия.
- А теперь серьезно. Почему ты плакала?
- Я была в комнате Лучаны.
Мануэль молча притянул к себе Мию. Она вздохнула и обняла его. Малыш потянулся к Мии. Она поймала его ручонку и поцеловала. В кабинет вошла секретарша Мануэля, пожилая женщина по имени Мадлен.
- Извините, что помешала, но вам звонят, сеньор, - Мадлен повернулась к Мии, - Вы замечательная пара. Так приятно видеть вас вместе, сеньора. А этот малыш, он прекрасен. Где же сеньорита Лучана?
- Она у бабушки, в Мексике, - соврала Мия.
- Милая, возьми Фелипе. Он мне мешает разговаривать.
Мия потянулась за сыном. Внимательно посмотрела на Ману. Он выглядел озабоченным. " Это по работе", - попыталась успокоить себя Мия, но сердце тревожно забилось. Мануэль положил трубку и потянул Мию к выходу.
- Что случилось? - попыталась узнать Мия.
- Потом, - бросил он, - Мадлен, меня сегодня не будет, отмени все встречи.
Мануэль помог Мии с малышом сесть в машину. Только когда они доехали до места и Мануэль, оббежав машину, открыл дверь Мии, но не дал ей выйти, сев рядом на корточки, чтобы быть на уровне Мии, он сказал:
- Мы около дома Сабрины. Выслушай, - Ману увидел панику в Мииных глазах, - Лу заболела, она зовет тебя. Сабрина просила приехать.
Мия вышла из машины и рванулась к входу в дом. Мануэль поймал её сзади и поцеловал в затылок.
- Ты только держись, - попросил он, - отдай мне сына. Мия протянула ему малыша и позвонила в дверь. Сабрина показалась у порога.
- Где она? - нервно спросила Мия.
- Там, - Сабрина махнула рукой в сторону одной двери. Мануэль поспешил за Мией. Она вошла в маленькую спаленку и увидела на кровати свою девочку. Лу лежала такая бледная, беспомощная, что у Мии сжалось сердце.
- Мама, где ты, мама, - послышалось с кровати.
- Я здесь, я с тобой. Я больше никогда тебя не оставлю, моя принцесса. Мы поедем домой, я, ты, папа и Фелипе. Мы снова будем вместе, - зашептала Мия, бросаясь к кровати.
- Ты пришла, наконец. Ты заберешь меня? Я хочу к тебе.
- Да, милая, да, котеночек.
Мануэль сел рядом. Он прижал Мию к себе. В комнату зашла Сабрина.
- Я приготовила её вещи. Я думаю, вам надо забрать Лучану.
Мия удивленно посмотрела на Сабрину.
- Да, Мия. Я признаю, что у меня нет дочери. Она твоя. Это правильно.
Мия уткнулась в плечо Мануэля.

Вечером Мия уложила спать Фелипе, напоила Лучану таблетками, рассказала ей сказку. Лучана потянулась к ней ручонками. Мия обняла её и потрогала губами лоб. Температура спала.
- Мама, я так долго спала, мне снился страшный сон. Как будто меня забрала чужая тётя. Это ведь сон?
- Сон, милая, - Мия поцеловала Лу и спустилась вниз. Мануэль сидел в кресле и задумчиво смотрел в потолок.
- Она снова дома, - радостно сказала Мия, присаживаясь к мужу на колени.
- Наконец-то. Мы вместе. Я, ты и наши дети.
- Наверное, это судьба, - тихо ответила Мия, почти касаясь его губ.
- Нет, это её улыбка.
- Ты думаешь, судьба над нами смеётся? - Мия с сомнением посмотрела на Мануэля.
Она нам улыбается, глупенькая.

Эпилог.

Солнце ярко освещает вывеску на небоскребе. На ней фото двух девушек. Точнее одна из них молодая женщина, с белыми волосами, собранными в высокую прическу и с ярко-голубыми глазами. Другая недавно вышла из детского возраста. Её каштановые локоны падают на плечи, а глаза цвета шоколада горят веселыми искорками. Обе такие красивые и счастливые, что дух захватывает. Внизу название фирмы: MIA LU. На вывеску стоит и смотрит Сабрина. Рядом останавливается машина. Сабрина наблюдает, как шофер открывает дверцу и из машины выходит девушка с вывески. Следом выбегает мальчик лет десяти, с белыми кудряшками, и кричит:
- Лучана, вы с мамой классно смотритесь на этой рекламе, но мы с папой решили, что больше не будем спонсировать вашу фирму.
- Ну и не надо, - фыркает девушка, - у нас скоро будет клиентов больше, чем у вас с папой.
У девушки звонит мобильник. Она отвечает:
- Да, мамочка. Конечно, Фелипе со мной. Ты не волнуйся, тебе нельзя. Хорошо, мама. Папа завезет тебя к врачу. Я тоже хотела, но он меня не взял. Он хочет первый узнать, кто у него будет: еще один сын или дочь. Я люблю тебя мамочка.
У Сабрины сжимается сердце. Девушка проходит мимо, но потом оборачивается:
- Любуетесь вывеской?
Сабрина вздыхает: "не узнала".
- Да, очень красиво.
- Спасибо, - девушка улыбнулась. " А она похожа на Мию. Этого, конечно, не может быть. Но походка, мимика, жесты, взгляд - всё это Миино.", - думает Сабрина, глядя ей вслед.
У самого входа девушка оборачивается:
- Спасибо, что бросила меня. Ты подарила мне самую лучшую маму на свете, - спокойно говорит она. Сабрина стоит, не зная, что ответить, но тут к Лу подбегает Фелипе и весело кричит:
- Лу, у мамы будет девочка. Это катастрофа. Еще одну сестренку я не осилю.
Они весело смеются и бросаются обратно к машине.
- Кевин, - кричит Лучана шоферу, - поехали домой поздравлять маму и папу.


by Mia-amor
 

Была школьная дискотека. Все дружно толпой прыгали под музыку.
 Мари пыталась подпрыгнуть выше всех, чтобы посмотреть с кем танцует Пабло,  
 заметив, что за ней наблюдает Мия, к этому времени уже посорившаясь с Ману, Мари развернулась и стала прыгать в другую сторону, думав про себя : 'Что же эта идио тка на меня так уставилась?..Нет, это я идиотка! Зачем он мне нужен? Ну и идиотка! Боже он целовал её! - она снова развернулась и смотрела, как Пабло целует и обнимает деваху с пятого курса,  - Нет, ну ты посмотри, что он делает! Гад! Что он делает? Я ему сейчас устрою! Стоп: Идиотка! Мне все равно! Мне все равно! Пускай гуляет!' Ведь она не знает, что Пабло представляет  в этот момент, что целует её, и он забывает, что это не она: он крепко прижимает ту деваху к себе, ласкает её плечи, талию, целует губы и , не замечая, говорит:
-Мари! Как же я тебя люблю! Ты сводишь меня с ума! Я хочу тебя! Уже, как никого и никогда!
-Как ты меня назвал, милый?
-А?.. Боже!  - потряхивает головой, чтобы очнуться, - Милая, я назвал тебя- милая.
-Ты хочешь удалиться со мной в другую комнату? Я тоже тебя хочу!
-Боже: - ища Марису
-Пабло, - клацает пальцами перед  его глазами деваха, - о чем ты думаешь?  - разворачивается, следя за его глазами, видит, что он смотрит на Мари, сидящую на подоконнике, смотрящую в окно.
-Извини, мне очень болит голова, я слишком много выпил, извини:(хотя на самом деле он ничего не успел выпить, но этого никто не заметил)
-Ты смотришь на эту дёрганую, с твоего курса?
-Не смей её так называть! - крикнул Пабло , чуть не перекричав музыку, игравшую на всю громкость, - ты меня поняла?
-Ох ты, ох ты!
Пабло грозно и сердито посмотрел на неё.
-Поняла! Поняла! Так удалимся? Голова сразу пройдет.
-Я сейчас уже не хочу!
-Неужели я тебя этим так обидела? Ты что её любишь?
Пабло опять мечтая о Мари, не понимая кто говорит эти слова, тихонько:
-Очень..
-Что ты сказал? Я не расслышала
-Конечно нет! Просто она моя однокурсница и участница  группы 'Erreway'
-Ты сегодня странный! Я пойду что-то попью.
Пабло движется по залу к Мари, и тут его опережает Хавьер.Он подходит к ней, что-то ей говорит, Пабло уже думает возвращаться, как видит, что мари кричит на Хавьера, тот кричит, что любит её и уходит, тогда Пабло подходит к Мари, по пути наливши сок с каким-то крепким алкогольным напитком, садится с ней на подоконник .Мари как всегда:
-Тебя мне не хватало!
Он протягивает ей стакан, она берет:
-Что это?
-Сок!
-Спасибо, а теперь дуй отсюда! У меня предохранительных для твоей подружки нет!
-А мне для тебя!
-Придурок! Опять твои шутки!
-Я на полном серьёзе!
-Всем надо меня достать! Один идиот кричит и врёт, что любит меня , другой зовёт меня переспать с ним просто так!
-Я не звал просто так, я сказал, что хочу тебя! Дальше твоё дело!
-Нет, тебе хватает наглости надо мной издеваться?!
Марисса подрывается , но Пабло хватает её за руку и встаёт:
-Мари подожди, если честно, я пришел потому, что нам надо поговорить с тобой!
-Мне не о чём с тобой говорить! Меня не интерисуют твои дела с девушками!
-Ты что не нормальная? Ты даже не выслушиваешь меня до конца! Про группу и Ману с Мией!
Мари, не думая, ляпает:
-Ты разве разговариваешь с больными?
-Мари...(так тихо-тихо, ласково) - промолвил Пабло.
Она смотрит ему в глаза, затем на Мию и Ману(они оба грустят в разных углах зала), отрывает от себя руку Пабло:
-Пошли, только без рук!
Они выходят из зала, Мари:
-Ну давай говори же!
Он обнимает её за плечи и говорит:
-Вот в чем дело...
-Убери руки, извращенец!
-Да я же по-дружески! Я и Ману так обнимаю, и Томаса, и Гидо.
-Ты что стал голубым? - Мари с насмешкой
-Зайдём ко мне в комнату проверим? Я не против! Если ты хочешь проверить его работоспособность.
-Я не сомневаюсь в его работоспособности на парней!- дальше смеётся Мари
-Ты хочешь проверить работает ли он на тебя?
-Смеёшся?
-А может ты боишься, что не достаточно сексуальна, как девушка?
-Смотри, а то кончишь заранее!
-Да, кстати, ты сказала, что я слишком рано это делаю, так пойдём сразу всё узнаешь! Всём разберёшься!
-Мы уже поговорили? Я могу идти?
-Или ты хочешь сказать, я  тебя не возбуждаю ?- он проводит рукой по лицу Мари.
Она чувствует тепло его руки, ощущает блаженство, но:
-Конечно нет! Меня не возбуждают голубые, трусы и подлецы, а ты 3 в 1.
-Ах да, тебя возбуждают немощные с гулей на голове!
-Слушай, а чё ты этим так интересуешься ? Кроме того, что я тебя так сильно возбуждаю. Просто при виде меня ты кончаешь.
-С чего ты взяла? Я же прикалываюсь! Ладно, мы отошли от темы!
-Впервые слышу разумную вещ от тебя!
Тут идёт Мия и Пабло толкает Мари в прачечную и забегает за ней они оба падают(Пабло на Мари). Они долгое время ничего не могут сказать(на самом деле эт не очень долго), пока не захлопнулась дверь с той стороны. Вдруг Мари подрывается за дверью:
-Идиот! Придурок! Теперь мы тут до утра будем!
-Но там же была Мия?! - наконец вымолвил до сих пор лежащий на полу Пабло.
-Ну и? Она же все равно бы не услышала о чём мы говорили б.
-Но она же увидела б нас вдвоём и уже сегодня бы вся школа думала, что мы встречаемся. Тебе это надо?
-Мне? Нет, не надо!
-Ну так чем займёмся до утра?
Мари подлетает и разбивает ему нос так, что кровь хлынула и на рубашку, и на джинсы.
-Ты сумасшедшая, что ты наделала?
-Впредь будешь знать, как ко мне лезть!
-Ау-ау, как болит, посмотри сколько крови! Ты же мне его полностью разбила!
-Покажи:
-Ау-ау, - она берёт полотенце, смачивает его водой и начинает вытирать ему лицо.
-Болит?
-Ещё как!
Тогда она садится на пол, кладёт  его голову себе на колени.
-Подожди, кровь по чуть-чуть пройдёт!
Пока кровь не останавливается она вытирает его лицо, а он представляет, что она его ласкает.
-Ну вот и всё!
-Э, так ты не отделаешься!
-Спать с тобой я не буду!
-Нет, стирай мне одежду!
Мари вытянула руку, мол, давай .Он медленно снимает рубашку, расстёгивает медленно, спускает её. И когда он её почти снял:
-Мари, помоги мне, я забыл рукава расстегнуть.
-Бестолковый!- и Мари подскальзывается, Пабло её ловит и получается, что она легла на его голую грудь.
-Ну давай, где рукава?
Он уже без рубашки.Начинает расстегивать джинсы.
-Воу-воу.Ты чего мне тут стриптиз собрался танцевать?
-Ты же должна постирать мне все от крови, а тут видишь какие пятна.
-Ладно снимай!
Она находит покрывало, которым укрывают бельё, скидываемое в корзину(белья там не было ,поскольку его только недавно забрали) и даёт ему.Он укрывается и садится, наблюдая, как она всё это делает.Она уже развешивает его вещи на корзине, а он берёт, включает кран на полную и обливает её холодной водой.
-Идиот!В чем я щас буду?
-В одеяле.
-Оно тут одно, а стобой вместе- никогда!
-Ничего тут страшного нет! Мы не любим друг друга, по твоим словам, и ничего не сделаем, если ты не захочешь.Вот и поэтому нас это не колышет.
-Нет я так не могу!
-Ты что меня любишь? И боишься близости?
-Да нет, конечно!
-Ну тогда раздевайся, я высушу твои вещи.
Мари разделась, думая про себя: 'Люблю, но ты об этом не должен узнать!', она осталась только в трусиках-шортиках и лифике.
-А ты ничего! У тебя не плохая фигура!
-Я тебя не спрашивала!подвинься, дай я прикроюсь!
-Да ладно, я тебя уже увидел.От кого прикрываться будешь?
Мари, не ответив, садится близко-близко к нему, их тела соприкасаются(ещё бы у них одно одеяло на двоих!)
-Мне всеравно холодно и неудобно!
Тогда Пабло ложится, берёт её на руки и укрывает(Мари стало как-то так хорошо, что её было всеравно, да и к тому же она немного выпила, а поскольку она не 'пьёт' ей и этого хватило).Он её обнимает.Она почти заснула(вернее Пабло думал, что она уже спит).Он тихо-тихо:
-Мари, я тебя так хочу!
И целует её нежно в шею, потом переворачивает ,ложится на неё, целует в губы и тут:она уже не спит.Сначала она пытается отбиваться , но долго не могла, а Пабло тоже не собирался её отпускать.Как она не пыталась, она чувствовала  теплоту его тела, ласку его рук, нежность его губ и что-то до боли приятное.В общем всю ночь они нежно целовались и ласкались, обнимались и согревали друг друга(До того чего хотел Пабло не дошло.Мари хоть и была слегка пьяна, но держала себя в руках.Да и Пабло не очень-то хотел потерять хотя бы то что у него есть сейчас)и под утро они заснули.
Утром в ванну ввалилась Мичи, не разбудив их вышла, опять закрыла и побежала звонить Соне.
 
-Привет!
-Мичи, ты чего так рано?-зевая отвечает Соня
-Срочно езжай в школу, я тебе что-то покажу!
-Что? Что с Марисситой?
-Ничего смертельного, если у парня нет спида
-Боже мой, моя девочка!
-Соня, я тебя тут жду!
-Я через минуту буду!
 
-Солнышко, кто это был?куда ты едешь?ложись спать!-провопил Колуччи
-Я не могу!-Соня встаёт и быстро одевается.
-Что случилось?-ещё спя спрашивает
-Марисса с кем-то переспала!
Колуччи резко проснулся, аж вскочил:
-С кем?
-Господи, я пока сама не знаю!
-Этот Мартин!Ты на кого ребёнка передала?Посмотри, что за глупости она творит!
-Ты считаешь, что это глупость?-Соня в истерике,-а если у него спид?а если она беременна?
Колуччи её обнимает.
-Все хорошо не волнуйся!Они предохранялись!
-А если нет?Боже мой, что мне делать?Ты знаешь, это я виновата, ей не хватало любви и она приняла её от первого встречного.Я самая плохая мать в мире!
-С чего ты взяла, что от первого встречного?Может она уже давно кого-то любит!
-Она любит Пабло, но она бы:с кем либо, кроме него!
-Почему ты так уверенна?Если он силой?
-Нет!Он её силой?Мари бы не дала!
-Я побежала!
-Я с тобой!
-Не надо!
Забегает в школу Соня (тут ещё никого, даже никто не проснулся).
-Где, что случилось?-бросается она на Мичи
-Подожди пусть её папочка тоже увидит!
Заходит Мартин
-Ты!Как ты мог это допустить?-орёт Соня
-Тише ещё все спят.Что случилось?-не понимает он.
-Кто-то лешил мари девственности, а он не знает!   
-Что?
Мичи ведёт их в прачечную.
-Только тихо, не будите их,-открывает дверь
Соня тихо:
-Пабло?Этого не может быть!
Подбегает к Мари:
-Доченька, как ты могла?
Андрадэ стоит, не понимая, радоваться ему или плакать,как Соня, ведь он знал, что они любят друг друга.
-Соня, забери руки!-проснулась Мари
-Доченька, как ты не посоветовалась?Вы хоть предохранялись?Мы сейчас пойдём к гинекологу.
Тут просыпается Пабло, видя Мичи и Соню, прикрывается одеялом.
-При Мари надо было прикрываться, а не при мне!
Мари хочет нагрубить Соне, смотрит на Пабло:
-Да мы предохранялись и к врачу мне не надо!
Соня к Пабло:
-Как ты мог?Ты!(у неё паника)О, Господи!
Пабло понял, что надо подыграть Мари: 
-Соня, я мог!А ты что думала, что я не мужчина?Мы не маленькие.Это нормально.Абсолютно естественный процесс!
-Но так спонтанно, неожидано?-Соня
Мари:
-Может нам надо было календарь для тебя составить-когда мы будем это делать?
Соня:
-Мари ты мне опять грубишь!Ты меня в больницу положишь!
-Папа, мне надо домой,ты меня понимаешь?-отворачивается Мари от Сони.
-Да-да.Пабло поедешь с нами, я сегодня освобожу тебя от занятий!Нам надо поговорить!
Пабло и Мари одеваются,а Соня всё также в истерике:
-А я?
Мариса и Паблито, который пока еще не все до конца понимал, но помоему ему это нравилось(ради того,чтобы быть с Мари он был согласен сыграть даже подлеца), выходили:
-Пап, мы ждем тебя.
Мартин Соне(тихо):
-Я позвоню, когда тебе приехать.
-Спасибо.
Трое едут.
-Я даже не знаю, что сказать: с одной стороны я возмущен, с другой-я за вас рад, вы так любите друг друга уже в таком возрасте:-начал Мартин.
-Папа, дома поговорим ,мне надо быстрее в душ!
Приехали-Мари пошла в душ, Пабло стоит растеряный возле двери.
-Присядь, поговорим.Я хочу тебя просто предупредить.Я знаю-ты хороший парень.Самое основное -первое-если ты её теперь бросишь, а этим сделаешь ей очень больно, я:ты понял;второе-если она беременна-ты на ней женишься неизбежно.
-Даже, если она не беременна, а это точноя на ней женюсь,чтобы она стала беременна.Мартин, я её очень люблю и ради неё все зделаю.
Мари подозревая, что кто-то из них ляпнет лишнего, зовет Пабло в ванную комнату:
-Пабло, а ты что не идешь в душ?
Пабло был безумно рад-ведь теперь они 100% будут вместе, а нет-Мартин его убьёт:
-Я пойду к ней?
Октавио думал че ж ему сказать: сразу согласиться-это бы сделало вид, что он равнодушный к дочери.Он подумал и все же до него не дошло ничему лучше, чем сделатьтся наивным дурачком:
-Ну, я боюсь:что..может тебе:-он долго мямлил и все же решил пустить его к ней,-Тебе нужно что нибудь?
Пабло понял о чем он говорит:
-Спасибо, у меня есть!
Он заходит в ванную, закрывается.Видит фигуру Мари, с радостью направляется к ванне.Мари выглядывает в :трусиках и лифике, и надежды его развеиваються,но по-тихоньку.Мари:
-Дурак!Не снимай, я не собираюсь ничего делать!, -потом она мягчеет,-Спасибо, что подыграл, если можно, давай еще потянем, просто я хочу чуть помучать Соню, отомстить ей, в любом случае я нет злюка, это ж просто розыгрыш!-оправдывается.
Он залазит под душ полураздетый, дает ей мочалку:
-Потри мне спинку!
Мари удивлённо:
-Я думала ты иначе на это всё будешь реагировать!
Пабло разворачивается,целует её:
-А как?Так?Может подумаешь?Чего нам терять?
-Тебе нечего, а мне:
-Ты еще девственица?
-Нет:с чего ты взял?нет:нет:
-Мари, я знаю, когда ты нервничаешь.Ну и что с этого?Я даже рад, что могу быть у тебя первым.
-Не можешь!Я уже сказала!
-Мари, но Мартин и Соня уже ничего не скажут, мы уже прошли это!Я беру всю ответственность на себя.
-Я не хочу стать твоей жертвой,ты потом уйдешь, а меня забудешь!
-Глупенькая, я тебя люблю больше всего на свете! 
 

 

 

- Пабло, я же сказала, что это была ошибка! Я не хотела!.. Пусти…
- Ну уж нет, дорогая. Ты убедила всех, что я – не секс-символ? Тогда я убежу всех в обратном! И сделаю это с ТВО-ЕЙ помощью.
Пабло выкрикивал эти слова, захлебываясь от ярости, отчаяния и … всепоглощающей страсти. Видит Бог, как сильно он ее хочет! Его рубашка уже валялась на полу, один кроссовок уже куда-то улетел, второй готовился отправиться вслед за ним, а джинсы на его бедрах были расстегнуты. Вне себя от переполнявших его чувств, Пабло начал медленно приближать-ся к хрупкой, дрожащей, беззащитной, изо всех сил вжимавшейся в запертую дверь его комнаты, и такой любимой девуш-ке. До боли любимой… Марисса испуганно смотрела на медленно приближавшуюся фигуру крепко сложенного мэрского сынка, изо всех сил стараясь не подать виду, как она боится… Боится его… Боится того, что может вот-вот произойти… Боится… Но главное, она боится себя, что не устоит, что сдастся, что он поймет, как сильно она его любит! Он снова ис-пользует ее, снова причинит боль. Она сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в кожу. Но эта боль – ничто по срав-нению с тем, что творилось у нее в душе.
Чтобы не поддаться соблазну, она крепко-крепко зажмурилась. Дышать становилось все трудней. Марисса мечтала пе-ренестись, убежать, очутиться как можно дальше от той пропасти, на краю которой находилась. Лишь бы не видеть этого тела, накаченных мышц, мягко перекатывающихся под загорелой кожей, этих сильных рук, а главное – этих глаз, потем-невших то ли от злости, то ли от страсти, ставших темно-синими, почти черными, глаз, которые опаляли неведомым огнем. Лишь один взгляд в них – и все пропало… Нет! Этого нельзя допустить! От бури эмоций, таких ярких, таких сильных, таких противоречивых, голова кружилась, колени подкашивались, а мыслей в голове не осталось совсем. Только безумный жи-вотный страх. Паника. Казалось, что вся она превратилась в сгусток нервов. Сердце грозилось вот-вот вырваться из этой нежной и мятежной груди.
Запертая дверь. Перевернутая вверх дном комната. Разбросанная одежда. Он и Она. За окном – сумерки, небо заво-локли тяжелые свинцовые тучи.
Он сделал еще шаг и оказался так близко, как только было возможно. Пабло уже хотел было схватить Мариссу за пле-чи и силой прижать к себе, впиться в ее губы, сорвать одежду… Но тут произошло нечто, что обрушило на них всю мощь какой-то неведомой силы… Весь мир перестал существовать. Все, с такой силой обуревавшие их только что, чувства куда-то вдруг исчезли, испарились. Марисса внезапно с особой остротой почувствовала исходивший от Пабло запах его тела, кото-рое находилось уже так близко от ее собственного. Она вся трепетала от ощущения его гладкой кожи, от исходившей от него огромной энергии. Кончики пальцев начали гореть огнем от нестерпимого желания прикоснуться к его обнаженной груди, зарыться в его волосах. Ужасно сильно, почти до боли, захотелось оказаться в его крепких объятьях, забыть о всех преградах, обо всем, что их разделяет, и броситься в пучину тайных желаний.
Вот его руки уже потянулись вперед, чтобы сжать, словно тисками, ее хрупкие плечи. Еще миг… Наконец, Марисса не выдержала напряжения и открыла глаза. Когда это произошло, время для них остановилось. Сказать, что он утонул в их глубине, значит ничего не сказать. Он растворился в них, в ее глазах, в которых горело негасимое пламя жизни и отража-лась вся Вселенная. Все, чего он хотел, о чем он мечтал, было здесь, в золотых искорках, опаляющих его. В этот момент он не видел ничего, кроме крошечной слезинки, стекавшей по ее щеке. В один миг весь мир перевернулся. Они как будто по-пали в другое измерение. Сознание вновь начало работать. Руки, уже готовые схватить, удержать, безвольно повисли вдоль тела и мелко задрожали. Слезинка скатилась и упала куда-то далеко-далеко вниз. Но Пабло уже не обращал на нее внимания, его взгляд был прикован к Ее лицу. В этих чистых лучистых глазах читался испуг. «Что я делаю?!! Это же безу-мие! Я должен остановиться!.. Я не могу… не могу так поступить с ней… - проносились в его мозгу бессвязные мысли, - Я ведь знаю, что она для меня все, вся моя жизнь, единственный источник света и тепла!.. Я же знаю, знаю, что ЛЮБЛЮ Мариссу! ЛЮБЛЮ!!!»
Марисса в этот момент тоже пришла в себя. Сковывающий, парализующий ужас начал покидать ее. Все внимание ее сосредоточилось на глазах, на Его глазах, таких близких, таких любимых. Из них ушла тень, они вновь стали небесно-голубыми. Она медленно уплывала на их волнах куда-то далеко, в страну с древним, как мир, названием - Любовь. Пальцы разжались, напряжение ушло. Она просто стояла и смотрела на него.
Они просто стояли и смотрели друг другу в глаза. Из их сердец исчезло все, все те чувства, раздиравшие их на мил-лионы частей всего мгновение назад: гнев и обида, страх и отчаяние, боль и даже страсть. Им не хватило места в их серд-цах, которые теперь полностью заполнились Нежностью. Ее мягкий свет, казалось, исходил из самых глубин их душ и ос-вещал каждую частичку их тел, выливался в сиянии глаз, вырывался вместе с дыханием.
Вся, вся эта сцена длилась лишь один миг, одно-единственное мгновение… dos segundos… но за это время для них из-менилось все, это время изменило их самих… Tiempo… Всего за мгновение они поняли, что любят друг друга, что не смогут прожить друг без друга, прочли в глазах друг друга то, о чем так долго мечтали… - любовь!
Лишь один миг они смотрели друг на друга, но этот миг был для них их Вечностью.
И уже в следующую секунду Пабло протянул дрожащую руку к ее лицу, провел большим пальцем по еще влажной от слезы щеке, кожей почувствовав солоноватый привкус прошедшей только что боли. И какое-то щемяще-сладкое чувство заставило сжаться его сердце. Медленно он склонился к ее губам и лишь чуть коснулся их своими.
Еще один миг, и она бросилась к нему в объятья, крепко прижимаясь к его теплой груди, а он изо всех сил и одновре-менно с непередаваемой нежностью держал ее, такую маленькую и хрупкую, в своих руках, пряча от всего мира, закрыв от переполнявших его чувств глаза и клянясь про себя, что никогда ее не отпустит, никогда никому не отдаст. Казалось, весь мир наполнен нежностью, которая целительным бальзамом проливалась на их израненные души. Пабло и Марисса наконец увидели дорогу к Счастью, по которой шли давно, но которую от их глаз долгое время скрывали увядшие листья их собст-венных глупости, слепоты и гордыни.
Еще один миг, и мир снова повернулся на 180 градусов. Вновь разразилась буря, сметающая все на своем пути, но на этот раз это была буря страсти. В их глазах полыхнуло пламя. За окном грянул гром, небо осветила молния и хлынул силь-нейший ливень. Он пошевелился, она дотронулась рукой до его лица и вдруг они провалились в бездну. Способность мыс-лить вновь исчезла. Горячие поцелуи казались терпким вином, прикосновения – лучами палящего пустынного солнца, ды-хание – штормовыми порывами. Движения губ, глаз и рук становились беспорядочными. Они забыли обо всем. Только одна мысль еще вертелась в их сознании: «Она со мной. Он со мной. Мы вместе…»
Пабло, казалось, потерял рассудок от того светлого и радостного чувства, которое сейчас занимало его всего. Марисса словно тонула в его ласке. Они двинулись к кровати Пабло. В разные стороны летела одежда… «Наконец-то ты со мной», - последний отголосок разума, и их унесло порывом жгучей страсти далеко-далеко за пределы нашего грешного мира.
* * *
Они не заметили, как кончился дождь, тучи рассеялись, и заходящее солнце заполнило комнату мягким вечерним све-том: в их собственных душах светило яркое солнце безмятежного счастья.
Пабло не в силах был поверить в реальность происходящего. Ему казалось, что он парит высоко над землей на мягком и легком, как пух, облаке. Лицо его было безмятежным, на губах играла легкая мечтательная улыбка. Он искренне верил, что теперь Это – навсегда, что Она уже больше никуда не исчезнет. Ее голова покоилась на его груди. Одной рукой он мяг-ко прижимал ее к себе, а другой аккуратно поглаживал и перебирал пальцами сплетенные в дреды волосы.
Но в безоблачно-ясном небе вдруг появилась маленькая тучка, грозящая застлать все небо чернотой: безмятежность начала покидать Мариссу. К ней вернулась способность мыслить, а с ней – и все сомнения, подозрения, страхи. И первая же мысль поразила ее, словно удар молнии, заставив сердце чуть не разорваться на кусочки: «Он снова выиграл, снова получил то, что хотел. Он выполнил свою угрозу.»
Пабло почувствовал неладное за мгновение до того, как лицо ее исказила гримаса непередаваемой боли, а по телу пробежала судорога. Он с недоумением смотрел на то, как она медленно поднялась и, не поднимая глаз, высвободилась из его объятий, начав неторопливо одеваться. Не в силах понять, что произошло, что он сделал не так, Пабло сел на кровати и в полной растерянности глядел, как она поднимает и натягивает на себя сброшенную на пол одежду. Ни слова, ни наме-ка. Он явственно ощущал ее боль, будто свою собственную, видел, чувствовал, что ей ужасно плохо, но не мог, как ни ста-рался, понять – почему?
Помедлив еще пару секунд, парень тоже поднялся с постели и стал не спеша одеваться, ожидая, что с минуты на ми-нуту она заговорит, объяснит ему, в чем дело. Но его надежды не оправдались. Девушка, одевшись, медленно направилась к двери, опустив плечи и повесив голову, еле сдерживая непрошеные слезы. Она потянулась к ручке двери и, забыв, что она заперта, попыталась открыть ее. Пабло тут же кинулся открывать ее, не осознавая, что он делает. Замок глухо щелкнул и дверь открылась. Но этот щелчок в ушах Пабло отдался пушечным выстрелом, подействовав слегка отрезвляюще. Она уже шла, а точнее плелась по коридору, словно в тумане, не видя ничего вокруг, стараясь хоть немного унять жестокую, опустошающую боль в своей душе. Уже в который раз ее мир разбивался на миллионы осколков. Разбивался из-за НЕГО… Когда он после долгой разлуки назвал любимой другую, эту ненавистную ей Паулу. Затем когда заключил пари, но ни-как не решался сказать о том, что для него все, что было между ними, ничего не значило. Теперь, когда он ей отомстил за эту глупую ошибку…
А виновник всех ее несчастий стоял, словно громом пораженный, стараясь привести свои мысли в порядок, сообразить что-нибудь, ну хоть что-нибудь придумать, силясь понять… Но все напрасно… Он понимал только одно: он ТЕРЯЕТ ее, он теряет СВОЮ девочку, самое дорогое, что у него осталось! Внезапно он рванул за ней по коридору, чуть не сбив с ног ниче-го не понимающего Томаса. Свернув за угол, он увидел ЕЕ:
- Марисса! Марисса, постой, что случилось?! Объясни мне, что произошло. Я ничего не понимаю: все было так хо-рошо, нет, здорово, нет, замечательно, восхитительно, а теперь… Скажи…
Услышав за спиной Его голос, она вздрогнула и остановилась, но не обернулась.
- Что сказать? – еле слышно произнесла она, - Что ты еще не понял?..
- Мари, почему… Я… я не знаю, почему ты уходишь, даже не взглянув на меня, не объяснив, что случилось, что не так? Я не понимаю тебя. Почему ты уходишь? Почему ты вновь уходишь от меня?!! – последнюю фразу он прокричал уже на весь колледж, не обращая внимания ни на что вокруг, не в силах больше сдерживать свои чувства, скрывать свою лю-бовь к ней. Его лихорадило. Земля уходила из-под ног, а он не знал, что ему делать.
Минуту в коридоре стояла гробовая тишина. Все свидетели этой сцены молча стояли, повернув в Их сторону головы, и ждали продолжения. У подножия лестницы стояли, обнявшись, Мия и Мануэль, тоже пораженные случившимся. Появился Томас, который увидел беспорядок в комнате, смятую постель Пабло, пятна крови на простыне, и без труда понял, что про-изошло здесь недавно. Он осторожно прикрыл дверь и двинулся обратно, вслед за другом.
А тяжелое, давящее безмолвие, казалось, тянулось долгие часы. Отчаяние постепенно охватывало Пабло, его холод-ные щупальца словно утягивали в какую-то ледяную темную бездну, опутывали, сжимали тисками, затрудняя дыхание, стук сердца уже не ощущался. Все его существо было охвачено паникой. «Боже, я сойду с ума! Если она оставит меня сейчас, я умру, я не вынесу этого!»
Марисса медленно подняла голову, но не повернулась:
- А что тут объяснять? Ты сделал то, что хотел. Ты соблазнил меня, использовал, доказал, что ты – НАСТОЯЩИЙ МАЧО, - и тут она не выдержала, все чувства вмиг прорвались наружу: она резко повернулась к нему лицом, ее голос со-рвался на крик, - Что еще тебе нужно, Бустаманте, ЧТО?!! Ты и так забрал у меня все, что мог! Теперь ты можешь идти и хвастаться перед друзьями, какой ты мужчина… Иди! Ты ведь этого так хотел, да?!! Отвечай, да, Пабло?!!
Она резко повернулась и побежала к себе, заливаясь слезами. Все стояли, словно громом пораженные. На крик со всех сторон стянулись люди. Никто, кроме Томаса, вообще не понимал, что произошло. Даже те, кто знал этих двоих и давно привык к их перебранкам, были поражены.
Как только за несчастной девушкой захлопнулась дверь на женскую половину, все взгляды устремились на Пабло. А он еще несколько секунд стоял, не в силах произнести ни звука и пытался переварить только что услышанное. Наконец, он опомнился:
- Что за чушь она несет? – шепотом протзнес он, но в этой гробовой тишине всем был отчетливо слышен каждый звук, сорвавшийся с его уст.
Он вновь погнался за ней с криком «Неправда!». Дверь захлопнулась во второй раз, только уже за Пабло. Онемевшие свидетели разыгравшейся драмы не могли прийти в себя после случившегося, никто не мог вымолвить ни слова. Даже Блас, видевший все с лестницы от начала и до конца, не решился вмешиваться в выяснение отношений между Спиритто и Буста-манте.
А тем временем Пабло несся по коридору за Мариссой с криками «Постой… Подожди… Это неправда! Остановись! Вы-слушай меня! Я объясню, я… Мари!!!». Последнее слово он прокричал уже с рыданием в голосе, врезаясь в только что за-хлопнувшуюся за Мариссой дверь. В очаянии он стал дергать ручку, толкать дверь, пинать ее, колотить по ней руками, кричать «Открой, давай поговорим! Позволь мне объяснить!». А в мозгу билась только одна мысль: «Нет, нет, нет… Только не это, нет. Господи, только не это, не дай мне потерять ее вновь! Нет!»
- Марисса! Марисса, открой! Если мы сейчас не поговорим… Нет! Мы поговорим, прямо сейчас! Открой дверь, или я вышибу ее! Марисса, открой немедленно, - не сдавался он. «Не смей, не смей уходить!» - кричало его сердце.
Мариссе же в этот момент больше всего на свете хотелось сделать так, как он просит – открыть дверь, почувствовать вновь прикосновение губ, рук… Его губ и Его рук. И услышать долгожданное «Люблю».
Пабло молотил с бешеной силой, которую удесетеряло чувство страха, безысходности. Он раз за разом набрасывался на этот барьер со все возрастающим чувством близкой потери. Под его натиском эта хрупкая преграда уже начинала тре-щать. Казалось, что она вот-вот сорвется с петель. А он не чувствовал боли, не чувствовал ничего, кроме бешеного стука сердца, не слышал ничего, кроме ее всхлипов за дверью. Там. Она там.
Наконец, Марисса не выдержала и бросилась к злосчастной двери, разделявшей ее с любимым, воскликнув:
- Хорошо! – и уже почти шепотом – Я открою…
Он скорее почувсвовал, чем услышал ее последние слова. Послышался щелчок. Ручка повернулась, дверь с силой хлопнула о стену, и в комнату, с радостным криком «Марисса!», влетел Он, ее принц. Дрожащими руками он дотронулся до ее лица, схватил за плечи, прижал к себе, неистово целуя ее глаза, нос, губы, щеки, лоб волосы и судорожно шепча: «Лю-бимая… Любимая…». Слезы не успевали стекать, так как он тут же сцеловывал каждую соленую капельку.
Немного успокоившись, он крепко обнял ее, положив подбородок ей на макушку и, изо всех сил прижимая к себе, ска-зал:
- Глупая… Глупая! Как ты могла подумать такое! Это все неправда! Как ты могла уйти, ничего не объяснив. Я ведь не… Я не хотел… Я не… И даже не собирался… Ты… Прости… Я… - мысли в голове спутались, язык заплетался… Он весь дрожал после пережитого, не в силах разжать рук, хоть это и грозило ей переломом позвоночника.
А она… давно не чувствовала себя такой свободной и счастливой! После всех перенесенных тревог, страданий… Ей было приятно вновь очутиться в его объятьях, утопать в его нежности и… любви. Да, теперь она точно знала – любви. И вдыхая уже такой знакомый, такой родной запах его тела, чувствуя его дрожь, она подумала: «Боже, какая же я, все-таки, глупая…»
- Я люблю тебя, - неслышно, одними губами произнесла она.
- Я люблю тебя, - также тихо прошептал он.