Необычный журнал для блогеров-инвалидов набирает обороты в сети интернет. 

24-го марта 2019-го года начал свою работу проект «Селфи: Журнал особенных блогеров». Он направлен на развитие блогеров с инвалидностью. Сейчас в журнале публикуются сотни человек, и, как сообщили авторы идеи, это ещё не предел. 

«Блогеров с инвалидностью много. Но аудитория у них, как правило, очень маленькая. А все, "благодаря" стереотипам. Наш проект направлен на то, чтобы развеять сомнения многих людей по поводу таких блогеров. Ребята делают репортажи о путешествиях, рассказывают о хобби и просто делятся жизненным опытом.», – говорит один из организаторов проекта Александра Никитина. 

«Селфи: Журнал особенных блогеров» – это уникальная бесплатная площадка для рекламы контента, и не только видео, но и аудио и письменных работ. 

Связаться с авторами идеи можно по следующим адресам: 
Никитина Александра Александровна https://vk.com/slonya8 - slona198787@gmail.com 
Картавенко Илья Николаевич https://vk.com/kartavenko1983 - kartavenko83@gmail.com 

Официальное сообщество в социальной сети «Вконтакте» https://vk.com/selfie_osobenniy_bloger

Я больше не умею молиться.
Слова превратились в дым, а душа в пепел...

Господи! За что он так наказал меня? За гордыню? За самоуверенную убеждённость в собственном здравомыслии?

Он поймал меня на МЕЧТЕ. Мечте о любви и счастье...О Потерянном рае, искомом каждым...

Как глупо...Хрустальный дворец иллюзии рухнул, засыпав мир острыми лезвиями своих осколков.Но надо идти...

И я бреду по пепелищу своих надежд, а призрачный ветер свистит и завывает в пустоте груди. Там, где пела душа и стучало сердце.

Я иду по хрустальным осколкам сквозь отрешение и усталость. Цепь грехов и нераскаяния волочится за мной, тянет назад, мешая идти.

Но я иду. Иду с упорством автомата. Без мыслей... Без надежд...На одном упрямстве. Лишь краешком сознания удивляясь: разве пепел может болеть?..

Осколки впиваются в ноги, а боль стучит в груди. Эта боль заполняет меня и не даёт ускользнуть в небытие.

Я знаю, Господи, знаю - я виновна во всём сама. но не раскаиваюсь.Значит, мне нет надежды... И я добавляю к своим грехам Уныние.

Я так и не научилась смирению. Букашка, спорящая с волею Бога. Я не захотела принять выбранный тобою удел. И выбрала свой собственный ад. Пустыню несбывшихся надежд и одиночества.

И я выпрямляю спину и иду. Иду вперёд, навстречу собственным демонам и призракам...

Пусть будет воля твоя, Господи...

          Я - всего лишь тень.В зыбком свете свечи, разгоняющем ночную тьму, рождаются и тени - они пляшут на стенах,отражая то,чего нет и никогда не было в этом мире.Ты смотришь на меня,и не можешь понять,отражением чего я являюсь на этот раз - тенью твоей реальности или отражением иного мира, неведомого тебе.Можешь спрашивать об этом сколько угодно - я не отвечу.Ведь я - всего лишь тень.
         Я - всего лишь тень.Куда бы ты ни пошел - я всегда следую за тобой.Я есть у каждого и каждый есть у меня.Я всегда рядом,я домысливаю твои мысли,я донашиваю твои тревоги и огорчения,как старую одежду,из которой ты вырос.А твое счастье?Ты сам выпиваешь его до дна,ни оставляя мне ни капли.Можешь думать обо мне все, что угодно,можешь считать меня кем угодно - мне все равно.Ведь я - всего лишь тень.
         Я - всего лишь тень.Тоненькая и незаметная граница между светом и тьмой.Шагни через эту грань, и ты даже не заметишь меня - такой робкой и эфемерной я кажусь со стороны света.А теперь попробуй повернуть обратно.Что,не получилось?Да. Легкая дымка,видимая с той стороны, для желающего вернутся становится железной стеной - не обойти,не сломать.Ты можешь стукнуть по мне кулаком,можешь пинать меня ногами,биться всем телом - я не почувствую.Ведь я - всего лишь тень.

Octo sigillorum
( Восемь печатей ).

1
Тёмное сердце чёрной Луны:
Вот она, Аодэмма,
Где все души людские осуждены.
Спустился ИАД, крылья расправив.
Рухнул Аид, хвосты поджав.
Аодская смесь. Ревнивый Ангел,
Открыв главу первую, сломал печать.
Черви – личинки без масок –
Повылезали из тайного в явное,
Сильнее яда отравного.
Земля радиацией плодотворна,
Шанс не упустит схватить за горло.
Всему роду профанскому АДДА!
Заслуга воистину Гада!
2
Что они, эти изверги?
Звери, ужасней исчадия адова!
Зубами рвут ветхую плоть Адамову.
За дней десяток Землю низвергли,
Противников всех абсолютно повергли.
Пустошь взамен урожая оставили,
К храмам безбожников стопы направили.
Восстал ото сна новый Ангел Зла,
Вторую печать получилось снять.
Листы белые в Книгах Жизни видно,
Чёрные пятна в очах незавидны.
И в мире ничто не сопротивляется,
Людскими пытками лишь наслаждается.
Вещи с предметами все ожили,
На палачей стали очень похожими.
Природа более не зовётся Матерью,
Образцом послужит любому карателю.
Погожими дни быть перестали.
Тени поменялись с плотью местами.
В духе не стало Божьего Света.
Дни ночи темней, вечера протяжённей рассвета.
Где тот мир, что отверз от спячки
Сумасшедшие очи незрячие?
3
Третий Ангел с печатью в руках
Возвестил всей Земле скорый крах.
Не кроит судоверфь кораблей:
Воды высохли, нету морей.
Дети мужей до смерти перепуганы.
Звуки сломаны, боги поруганы.
Человечество борет жара!
Одичавшие, просят конца.
Словно мумии прячут тела нагие -
Изнемогая под натиском Илби,
Ожидая всеобщей погибели -
В склепы, где обитают родители.
Судьба подвела таковых воителей,
Но праздник слышен в кругах Ревнителей.
На вершине священной Горы
Ко престолу приносят дары.
Воистину на Горе, у Бога в обители,
Какого и мудрецы никогда не видели!
Оборвалась весёлой жизни струна.
О Фате забудутся вскоре слова.
Сгнила рассудком Матерь Богов –
Потеряла разум в конце концов.
Внятную речь из голов унесло,
И вправду со временем всем повезло!
4
Нечто воскрес и на трон взгромоздился;
Сказкою правит – в неё он вжился.
Ничто снаряжает его, даруя власть,
Принуждая народы в иллюзию впасть.
Неразумные, походящие на стадо, людишки
Позабросили дружно учёные книжки.
Аодэмма! Беззубая гримаса.
Аодэмма! Кривая, без глаз, зараза.
Корчит, старая, слугам мерзкую рожу,
Разглаживая свою морщинистую кожу.
Изрыгает при этом проклятия,
А овцы блеют от подобного занятия:
Несутся за бабкой гурьбой
Прямиком в самый ад, к ней домой.
Нравится им время безвременья,
Где присутствуют боль и волнения.
Плаксивой религии нужны рептилии,
Способные хором реветь в бессилии.
Имеющие в душе своей сострадание,
Заслуженно искупают сей грех рыданием.
Красота умерла! Наслаждайтесь уродством,
Восторгайтесь бесчинством и жутким скотством.
Безумие трупам преподнесено:
Должно по вкусу прийтись им оно.
Вместо скучного воздержания
Миру подарено одержание.
Подстроено женской рукой,
К закату летящей каргой.
Вот от твёрдой руки палача
На печати крест сломан сейчас.
Ангел умер, дьявол воскрес!
Сей главе окончание здесь.
5
Отошло оскорбление. Новой эпохи начало
Горем чёрным для нелюдей стало.
Пятый Ангел вошёл в апокалиптическое состояние
И воскрес, чудом смерти преодолев расстояние.
Мышцы судорожные печать срывают,
Пальцы кости, которых нет, ломают.
Канули в прошлое его страдания –
Разрушен как нужно хребет мироздания!
Проклятия Птицы-Зверя и Зверя-Птицы прошли,
Безвозвратно в минувшее навечно ушли.
Слуги! Портьеру сорвите вы,
Чтобы глаза по-иному увидели.
Смотри! Глаз Птицы и глаз Зверя.
Воистину распространяется Сера!
Посеянное Зверем-Птицой Семя,
Само по себе прорастёт в своё время.
Драконово знамя и жест малыша
Сливаются в единое целое неспеша –
Становление взрослого Сына
Над столпами двуликого мира.
6
Не видно начала, не видно конца
Мукам, сниспосланным от Отца.
Повсюду ненависть показующие маски:
Нежность оставили за пределами сказки.
Ногами по воздуху в страну грёз направляются,
Разуму низшему не сопротивляются.
Сие войско призвано быть бездумным,
Менталитетом владея скудным.
Проломаный череп, зловонная лужа,
Одежда придурка – что может быть хуже?
Для отбросов таковое лучше рая сладостного,
Не осознающих себя ниже мусора пакостного.
И Боги уже ничему не удивляются;
Это и есть то, что желанием называется.
Аодэмма напомнит им всем о том,
Каким кто при жизни являлся скотом.
Пускай же народы безумием наполняются,
Всё равно не их намерения осуществляются.
Ангел шестой стоит над могилами –
Подходящий склеп отыскал меж руинами.
Место то ещё для алтаря:
Есть тишина и свет от фонаря.
Те, кто в психушке не вылечились, тут обитают.
Но Ангел спокоен, месса сыграна, никто не мешает.
Низшими ИНРИ Адам перерождается;
Мир не знает, посему и не сопротивляется.
Немного отыщется работой пренебрёгших,
В сон экстатический с ОА залёгших.
Это-то и хорошо, это-то и порочно,
Ведь никто не подскажет как действовать точно.
7
Семь в семидесяти тысячах очей,
Возлежащий поверх голов у плечей.
Как же понять проявление его столь странное?
Без труда себе Ангел семи разъяснение даст пространное.
Открывает легко он восьмую печать,
Седьмой главой станет Абсурд отмечать.
Что сделалось с миром? Сам посмотри!
Он дрожит в припадке с придурками.
В Чёрном Солнце заметь знамение,
Так сбывается Гада речение.
В чёрно-красном полотнище знамени
Демиурга с тобою познали мы.
Он постигнет и Зверь-Птица тоже
Свою плотскую суть превозможет.
Птица-Зверь, всем сполна наделённый,
Как Дракон воспарит окрылённый,
Девятому Ангелу подобно,
О котором сказано подробно
В Книге за семью печатями,
С наложенными на неё заклятиями.
Мир оную никогда не примет,
Хоть и увидит, но тут же отринет.
Потому-то Всё в Ничто и погибло;
Видит Бог, и ему не обидно.
Дуальность отправлена к чёрту на рога.
Цель достигнута. Слава Га!

Сома (санскр. soma), от протоиндоиранского *sauma-, важный ритуальный напиток у индо-иранцев и в более поздних ведической и древнеперсидской культурах. Он часто упоминается в Ригведе, содержащей много гимнов, восхваляющих его бодрящие или опьяняющие качества. Приравнивается к наркотическим веществам.


Напиток приготавливался путём выдавливания сока из стеблей горного растения, предположительно из гриба, эфедры или гармалы. И в ведической, и в зороастрийской традициях напиток идентифицируется с растением из которого готовится Сома и также присутствует божество, хранящее этот напиток, так что все трое формируют религиозное единство.

В Ведах упоминается по меньшей мере три вида Сомы: Сома Павамана (Млечный Путь), Сома-Луна и растение Сома, содержащее сок-Сому. Сома-Луна, в свою очередь, имеет три ипостаси: Сома-светило, Сома — божество, владыка планеты и Сома — нектар, источаемый Луной.

            Сиора почти добралась до верха, еще чуть-чуть и ее ноги ступили на небольшую площадку перед золотыми воротами. Из ворот вышел человек, на вид лет пятидесяти, с добрыми глазами, его тело было окутано белой тканью. Подойдя к девушки, он заговорил, и девушка поняла, что флейта это и есть его голос:
-Девочка, вот ты здесь, ты пришла на зов, ты нужна нам. Твой родной дом, твоя планета прогнила грехом, и мы решили, что более ждать нельзя, планета должна погибнуть, ты обязана нам помочь.
 В испуге девушка посмотрела на старца, его взгляд изменился, стал жесток, она запинаясь еле проговорила:
-Но я не хочу, я не могу, эта планета мой дом. Там моя семья, там мои друзья, они ни в чем не виноваты, это неправильно.
-Ради спасения многого можно пожертвовать малым, ты должна нам помочь, должна – с каждым сказанным словом мужчина приближался к Сиоре на шаг, а девушка отходила, голос старца становился грубее и настойчивее.
-Я не хочу, я не буду, ни за что – девушка со страхом смотрела на мужчину.
-Ах так?! - волосы на голове старца встали дыбом, глаза налились кровью, вне себя от злобы мужчина ударил девушка и она полетела вниз по ступеням золоченой лестницы.
Сиора падала вниз, каждая ступенька оставляла на ее теле порез, словно тысячи лезвий бритв. Ее дивные голубые крылья сломались, спина покрылась запеченной кровью из открытых переломов сломанных костей, невыносимая боль, казалось, кричала в каждой клеточке ее тела. Наконец ступени кончились, и она упала на привычную поверхность деревянного пола ее коридора, ступени пропали, и девушка оказалась в темноте. Не в силах больше терпеть боль Сиора заплакала и закричала:
-Кто-нибудь помогите, кто-нибудь…мне так больно, помогите, умоляю… - слезы текли по ее побитому лицу, соль причиняла еще большую боль ссадинам, и девушка плакала все сильнее, ее крик разрывал пространство сухой тишины.
 Из темноты послышались шаги, кто-то сел на пол рядом с лежащей девушкой и провел рукой по ее слипшимся от крови волосам, странным глубоким голосом человек заговорил:
- Ты звала, Сиора, и вот я здесь. Я помогу тебе, Я не оставлю тебя, я помогу отомстить твоему обидчику и не дать ему уничтожить все то, чем ты так дорожишь, но что ты отдашь взамен?
Успокоившись от этого бархатного голоса, девушка проговорила четко, размеренно и спокойно лишь одно слово:
- Все…
- Теперь имя твое Тень, ты будешь приходить на зов, когда надо к кому надо, ты будешь вечной путницей, но ты поможешь Проснувшимся начать то, что не смог никто до них. А теперь спи, ты должна отдохнуть, Тень. Ты запомнишь этот день как свое рождение и как свою гибель. Главное это не сон, а теперь спи, дочь моя, тебя ждет долгая борьба… 

Пробила полночь, теплый июльский ветер приятно холодил горячую кожу. Миша шагал по пустынной дороге, под ненужными фонарями, белые ночи, не давали мраку опуститься на старый, но все так же прекрасный Петербург. Пройдя вдоль скованной гранитом набережной, он оказался перед заброшенным, девяти этажным домом, дожидавшимся капитального ремонта. Тусклая желтая краска уже давно облупилась, кое-где осыпался кирпич, а окна нижних этажей были наглухо забиты досками. Миша вошел в парадную. Старая дверь тихо скрипнула, закрываясь за его спиной.  Он пошел вверх по лестнице, многолетняя пыль глушила звук его тяжелых шагов, но прерывистое дыхание вносило дисгармонию в царящий здесь покой. Миша поднимался все выше, пролет за пролетом, чуть устав от подъема посмотрел в окно, грязь размывала находящееся за окном, но не это его интересовала, он посмотрел на свое отражение. С поверхности стекла на него взирал худощавый юноша, длинные каштановые волосы чуть выбились из хвоста, который он делал по привычке, обычно бледная кожа чуть раскраснелась, а большие зеленые глаза все так же светились изнутри коктейлем из боли, усталости и одиночества. Что-то наверху упало, он быстро побежал на звук. Чердачная дверь была открыта, Миша тихо вошел внутрь и увидел там девушку, сидящую на подоконнике и смотревшею в окно, в ее бледной руке дымилась сигарета, она сидела в пол оборота, и лица было не разглядеть из-за
коротких черных волос падающих ей на лицо. Раздался ее голос, тихий, хрипловатый голос:
-Здравствуй, Миша.
-Здравствуй, Тень - в этот момент девушка повернулась к парню и улыбнулась, но как-то горько и тоскливо. Девушка не была красива или уродлива, ничего особенного, бледное лицо, полные губы, пухлые щеки, и глаза пронзительного желтого цвета, никак не вязавшиеся с остальным обликом, словно взятые от другого создания и отданные ей.-Ты искал меня, брат, зачем?
-Я хотел поговорить, можно сказать соскучился.
-Ты обманываешь, тебе что-то надо, и это не дает тебе покоя, иначе ты бы не пришел ко мне.
-Тень, ты как всегда проницательна, помнишь ты говорила, про то что можешь помочь мне заключить договор с Тьмой?
-Да, помню, что ты хочешь? – Мише показалось, что она ухмыльнулась.
-Я хочу, чтобы она была счастлива, готов отдать за это душу.
-Она не узнает, не оценит, ни скажет спасибо, глупо
жертвовать собой во имя того, кто вытирает об тебя ноги!!!! 
-Ну и пускай, ну и плевать, я люблю ее, се равно без нее мне нет места на земле.
-Подумай о том, что я сказала, будь мудр, ведь ей все равно, а ты погибнешь, исчезнешь навсегда, ты не сможешь вернуться.
-Я знаю, я уже подумал, давай договор, ты не можешь отказаться, сестра, не имеешь права, ты обязана.
Тень, соскочила с подоконника, на пол, в ее руке появился черный пергамент с письменами, девушка подошла к Мише и, снова улыбнувшись, сказала:
-Прости, брат, я могу отказаться, и я отказываюсь, а значит, я исчезну. Но я не скажу прощай, просто до свидания.
Пергамент в руке девушки исчез, а сама Тень начала растворяться, постепенно превращаясь в ничто. Миша не успел ничего сказать, ужас схватил его за горло, и он молча наблюдал, как близкий ему человек пожертвовав собой ради его жизни, дал ему еще один урок. 

Услышь меня хозяин вод Левиафан,
Хранитель моих мыслей, тайных сил,
Позволь идти мне по твоим стопам,
Карать все то что мертвый бог любил.
Пусть кровь моя вскипит и никогда,
Не успокоиться как море в летний штиль,
Чтобы помнить. мне зачем я рождена,
Чтоб все святоши превратились в пыль.
В мои глаза вложи весь холод льда,
А в руки силу твоих мощных мышц,
Не дай свернуть с дороги никогда,
Проклятьем глаз моих все обращенных высь.
Да будет вечно царство Темных на земле,
Да Возгорится адских душ костер,
Пусть выйдет силой моя жизнь тебе,
Служащей Тьме и злу с столь давних пор.
Во имя темного Хозяина времен,
Во имя его силы, силы Зла,
Зажжется мое сердце кипятком,
Я посвятила Тьме всею себя.