Блин, как начать да как закончить,
Нет, не умею я писать.
И не пойму я, что за чёртик
Меня сподвиг стихи писать?!
*
Богатый, сука, внутренний мир:-
поломы костей,надорванность жил,
квадратность характеров, убогость идей
умение отличать людей от блядей.
*

В стране бардак грядёт и смута
И не избежен крах кого-то
И где-то,как-то,что-то будет
И это что-то как-то рядом.


Не нужно явных проявлений
Любви, и ласки, и терпения,
В глазах фальшиво умиление,
А лучше пару слов смирения.

Отрезок времени так жалок
Облеплен разной чепухой
Я почему то очень падок
К мгновению, дотронуться рукой

Заехав резво, быстро, жёстко,
Шизея с Божьего создания,
Триглав промчатся- быстро, быстро
При этом время чтоб осталось.

Прожить— как поле перейти,
А сдохнуть—как над ним промчаться
И знаю это не я один,
Но сотни Ваших домочадцев.

Как флоры важный представитель,
В компании с травою вялой,
Средь лопухов и прочей дряни,
Он остальных не ловит взгляды.


Зачахшее древо—начало начал,
Вот так и свою я жену повстречал,
Удобрил, полил, взрастил, окопал,
Что будет с ней дальше? Тогда я не знал.


Спор-электричество человеческих нор,
Глобальное равенство, подлинность нравов
Спор—симбиоз: монолог, диалог
И гнусность идей с благородным началом.


И снова пятница и снова в бой
В бой развлечений, бой с собой,
Мытарства, алчности, успеха,
А завтра будет не до смеха.

И есть участок в Подмосковье
И быт налажен так, да сяк,
Здоровье сильно не тревожит
Но ходит грязный, как бурлак

Как помнится мне кто-то написал:-
и голове своей руками помогал.
Вот так и я за годом год
Уж помогал себе как мог.

Твердей законов на бумаге
законы, что ни кто не пишет,
яснее всем они, понятней
занявши в мире свою нишу.

Метаморфозы точно метастазы
Нагрянут разом и на веке
Как трудно, наблюдая за собою
Думать хорошо о человеке

Поршивка, злодейка, сатана.
Всё это женщины название,
Как не лелей её всегда она
Как будто Божье наказанье.

С утра начнётся всё по плану:-
Будильник, следующий и третий
Но как же страшно с дивана убрать ногу
Когда физически работать мне идти.

Зайду я в душ, подумаю беспечно
О всём—плохом, хорошем, пошлом— вечном.
Помоюсь, вытрусь, выпью 150
И мысли сами в голову летят.

Хотелось жить как все, спокойно,
Но так бы не было прикольно,
А так всё класс: друзья, враги
Жена с мозгов мне лепит пироги.

Прошла пора былых регалий,
Течёт отрезоПрошла младеньчества пора,
к из гавна,
А дальше? Дальше не видали.

Вот, что скажу я вам друзья:-
Как говорят нам времена-
Кто сильный тот и прав.
И нет у слабых льгот и прав.

Может честь тем, выпадает,
Кто в своих мечтах и снах
Грезит новыми мирами
Позабыв про лесть и страх.

Когда идёшь на встречу случаю
Судьба только так, лишь, видней—
Только то, что созвучно истории
Обретает созвучие в ней.

Абла всей жизни такова
Что ты Где спиздил, там и жри
И не хуй лазить по деревьям
А как же быть тогда бобрам?
*
Сам с собою не согласен
Нахожусь сегодня в ссоре—
Жду идей блудниц на троне
Посреди домашних, серых пятен

Зачем сидеть, раптать на Бога
Когда иконы монорет
В алмазах или просто в краске
Не будет этого и в сказке…

Два выхода в определённой ситуации
Как два архангела в прострации
Подвержены любой альфа-мутации
И параллельны дигродации


В каморке папы Карло ночью
Не видно пьяниц даже близко,
Здесь аборигены нашего города—
Ямайские люди, с Донецкой пропискою.
Здесь ,на неведомых делянках,
Приняв загадочных веществ,
Ямайские люди, с Донецкой пропиской
Литературный, пытаются закончить ликбез.

Невежество, корысть и алчность
Кидают тень на молодость былую.
Потому и так часто бывает,
что лучше, уж пулю,
чем правильно поставить запятую.


Би-погода, алфа-уторо
Бета-пробка, ля-минор
Я злой, памятный и ужасный
Потому, что не мажор.


На дворе уж скоро утро
И бессонница вдова.
За страну мне не обидно
Хоть хотелась бы страна.

Среди отрезков времени,
Среди значков весёлых
Слежу за падшим племенем
И делаю деньги из воздуха.

Стройка идёт с пролетарским размахом
И ровесник не сидит возле печи,
Днём он строит дома и бульвары,
А под вечер даёт нагрузку на печень.

Нагая правда так безумна
И троекратно-двоекратна,
Что раз вкусив порока семя
Уже не хочется обратно.

Парадоксальные поступки
Мелькают в жизни тут и там,
Как сутенёру проститутки
Мы предоставлены богам.

Защимит сердце, боль ужаcна,
Настанет вялая усталость.
Жена, как женщина угасла
И лишь общаться с ней осталось.

Пройду огонь и воду, трубы медные,
Зайду в соседний ресторан,
Как жаль, что мы такие бедные,
Что, лишь, хватает на стакан.


Счастливым быть—работа не из лёгких,
Среди родни, друзей, жены,
Что желчем брызгает из лёгких,
Словно объевшись белины.

Пройду, я вместе, с Богом горести, стинанья,
Любовь и плотские утехи, как в бреду,
Но божий суд, как жизни наказание
Пройти придётся мне, сдаётся, одному.

Познать любовь семьи, жены
Дано не каждому, увы.
Вот так судьба за часом час
С азартом игрока поёбывает нас.

Обжившись там, где безупречно,
Тепло и мухи не кусают,
Мы сознаём, что мы не вечны
И ищем новое начало.

Обрывки памяти так скудны
На положительные действия.
Я пьяный, наглый и поскудный
Готов принять любые действия.


Вера—спутник правды,
Алчность—спутник лжи,
Спутник жизни—пошлость,
Что не говори.

Прожить пятницу не просто—
Это ясно и ребёнку.
Дарки мысли пропредложат
Потревожат, приумножат.


Я видел, на слово, поверьте.
Тогда, как руки к небесам,
Подъемлют ноги к телесам.
А все, с кем мы знавали рай
Нам встретятся в аду.

В саду любви, в саду разврата
Мне быть приятно. И верь, не верь,
Но яблоко всегда с червём порока.
А змей? А змей мне напоминает хер.

Смотря на жизнь из розовых очков,
затянутою серой пеленою,
с трудом влачу , я, жизнь свою,
с безумием смеясь над горем.

Я вам сказать имею мысль,
Что если до хуя хуёво,
То скоро будет заебись
И если ваше имя Ева, Адам увидит вас во сне.

Творец был прав, что не дал нам покоя,
Заставив праотцов скитаться по земле,
И тщетна та душа, что не боится перед боем,
С тем, кто волну пускает, стоя по уши в гавне.

Ты хочешь жить в чужих историях?
Не вольно вляпываясь в них.
И проникаться по возможности
В теченья времени иных.


Я, конечно, прошу прощения,
(и это не дела мои личные)
Но одеваются девки в кредит,
А раздеваются за наличные.

Обмякши как-то, но не телом, но думаю,
Идя, я, в сад, срываю яблоко и ем.
И воспоря над бездны синевою,
Душе от тела передаю привет.

Так быть не может и душа не тленна,
Хотя вторично умирает иногда.
Когда спеша, пройдя из лона в Генну
Не оставляет после себя следа.

Порыв любви, мгновение порока
И грешен я, и вроде, перед Богом чист,
И вот идёт передо мной такая жопа
Да не выпаду в осадок, как осенний лист.

Как хорошо, порой, бывает,
Вкушая плод, что ел и Адам.
Ты думаешь: Бог любит грешников, так значит
Грешниц он оставил нам.

Осеннее утро ни снег и не дождь,
Морозец, слегка пристаёт.
Уставший, всю ночь безбожно бухав
Ровесник печальный идёт.


Познав, любовные, утехи многих женщин
Спешу сравнить вот эту и вон ту.
И так в сравнениях моих темно и пусто,
Что из двух проблем
Я выбираю ту, что лучше бюстом.

Когда достанет мира суета,
Что аж душе захочется загнуться
Я вас прошу глаза и губы:
Не подвести и улыбнуться.

Ветер времени бушует многократно
Когда, в сердцах, мне хочется обратно.
Где юных дев, их стан и нрав
Бросал не раз, изрядно их помяв.

Когда пройдёт пора любви
И волны страсти откатят, как прибой
Зайду, я, в сад порока и забвения,
Где будут нимфы, согласные со мной.

Где мы найдём последний наш приют
Бог-Шеф подскажет нам в конце.
А если нет, то даже лучше будет—
Мгновение мига и ты уже не люди.

Картина жизни на столько многолика,
Так разноцветна, так прекрасна, так светла.
Но воспоря над суетой, как кондор,
Я вижу, что по всюду чёрный контур.

Человек не животное, ко всему привыкает,
Так твердят и толдычат года,
А история тех забывает,
Кто в неё не влипал никогда.

Небось по Божиему согласию
Я пал с небес на землю ниц.
И не для Божиего прозрения,
А для разведанья блудниц.

Он мог бы стать путёвым клерком
И прозябать в любой стезе,
Но постоянно тянет к девкам,
Мешая жить в самом себе.

И вот теперь женат отныне,
Пойдут степеннее года,
Но те касания дивных лилий
Не позабуду ни когда.

Конец по разному приходит,
В мгновения мига настаёт.
Конец в могилу нас приводит
И лишь один конец нам жизнь даёт.

Погрязши в распутии семейных хлопот,
Смерившись в направлении пути,
Выбиваю я искру живот об живот
Чтоб было кому дальше идти.

Апостылая абла аскомы нашей
Всё чаще на душе и к сердцу ближе
И как бы, вдруг, её не замечая
Беру себя я в руки, той женщины,
Которая поближе.

Лож во благо. Что же это значит?
Лож всегда предшествует беде.
Ведь ни кому не врём так часто
И так красиво, как себе.

Сижу на месте, жизнь проходит,
Вокруг меня людишки бродят.
Мне помогает моя лень—
Терпеть других со дня на день.

Обрязгши духом в гнусный час
Друзья всегда поддержат нас.
Друзьям мы многое должны
И им всегда поможем мы.

И хоть упёрт, настойчив, но ленив
Лень помогла изведать многое из жизни.
Лень помогла найти душе полёт,
Дышать и жить не густо, но даёт.

Прожечь года и прокутить, что есть—
Не очень трудно, но не делает нам честь
Но жжём, и кутим, и гуляем
Как будто правил жизни мы не знаем.


Как хочется в историю нырнуть
Да так, чтоб с головой, да чтоб на веке.
И как же трудно, споря с самим собой
Думать хорошо о человеке.



Слегка наивен, не пуглив,
Лишь жизнь пугает своей обильностью.
Ищу я золотую середину
Меж ленью,похуизмом действительностью.

Идут года и мы загружены,
Устали, замотались и простужены,
И где то юные невесты
Без нас окажутся разбужены.


Пройдут года, мы станем младше
В отношении юных дев.
Тех, которых самых падших,
Тех, которых без проблем.



И снова пятница, но нет желания.
Звонят. Оделся. Выхожу.
Обрывки жизни, потраченные даром,
Где место я в себе не нахожу.


Касаясь мыслями пространство.
Цепляю вечные глаголы.
О блядстве, нашем, все мы адвокаты.
И время чёрной полосы.


Так хочется воспеть благие чувства.
Кто, что понравилось, я записал.
Но стих уходит в дебри жёстко, густо
И ждёт в конце очередной провал.

Боюсь я Бога, опасаюсь чёрта.
Кому служу, к кому прийду в конце?
Пусть спорит Бог, играя в карты с чёртом
Чей будет прикуп. Само собой в моём.

Моя тюрьма—моя работа,
Я здесь сижу не для кого то,
Проходит мимо жизнь—течёт
И кто то, где то меня ждёт.


В третий день, с конца недели
Все бездельем заболели.
Нам такое нравится,
Потому, что пятница.

Что им поделать, Им забито,
Что Ева так же не с симитом,
А с змеем-ангелом—Максимом
И всё у них как есть красиво.

Пропал душой, зависим телом,
В процессе мямлю неумело,
Эдем мне видится от сюда,
Адам как Еву видит всюду.


Не прозябая после ночи
Внедряюсь в пятницу реально,
С двух до восьми сидя под ветром
Осознаю, что всё буквально.

В который раз я доверяю людям
И в каждый раз плачу одной ценой:
То опасением, что завтра стану Гулем,
То спором с каменной стеной.


Надежда в светлое, не детское—
Собрание множества пороков
И это есть моя коллекция—
Послание будущим потомкам.

Такой сейчас во мне накал—
Как к Еве чувствовал Адам.
Включай скорее свою сим,
Пока на проводе Максим.



Пятница ушла, как дивный сон похмелья,
Накрыв своим крылом тех дивных дев и див,
Нашедших и прошедших,зашедших и ушедших, Всех тех,кого мы ищем,всехтех,кого мы ждём.

Зашла, и, вот, осталась. Влюбилась, домогалась,
Стелилась, обещалась— всего-всего и всласть.
Как это получилось?
От куда ж ты взялась?



Сидим. Похавали. Кайфуем.
И смысл жизни обоснуем,
И как-нибудь протянем ночь,
Да отстоять и день не прочь.



Опавший снег, уж, прошлогодний,
Он стал таким уже с утра,
Отрывки памяти так хрупки,
Как на губах кусочки льда.


Бытует правило про сто друзей и сто рублей,
Но мне чужой устав не навязать
И меж сотней тех и сотней тех,
Я выбираю всех по пятьдесят.

Ночь выходных проходит скупо,
Не слышен Дарок смех, под утро,
Прошёл сентябрь в похолоданиях,
Плотских утех, мирских желаний

Как это странно, о да—
Мы, вроде, взрослые люди
Но всё же так же как всегда
Мы так же думаем о чуде



За то , что фраза не моя,
Конечно дико извиняюсь.
Прости Господь за то, что пью, курю, ругаюсь,
Кричу на мать свою и дома редко появляюсь.

Хоть делай громче, с пульта звук,
Бируши в уши хоть плотнее,
Так слышен всюду время стук,
Причём чем дальше, тем сильнее.

Между пятым и седьмым недели днём
Всё так же время проведём
Подежурим, пожируем,
Дарак, Этим презентуем.


Надеюсь, у тебя сложилось,
Иначе как же быть, ведь это жизнь,
Но всё же, как скажи на милость,
Влечение наше удалось!

Звонила, плакалась—скучает,
С трёх нот я это опознал.
Пойми, родная так бывает.
Я опоздал на твой вокзал.

Прочёл свой стих, там много мата,
Редактор текстовый включил,
Прочёл, обмыслил, приумножил,
Взглянул—Ок! И всё. Забил.
*
Я на распутье нахожусь
И сам себя, порой, стыжусь,
Я опыт с жизни набирался
И ошибаться не стеснялся.
Порою дерзок, груб, ленивый—
всему не хватка позитива.
Куряю, пью, ругаюсь матом,
А что поделать? Мир как атом.
Ты в нём ядро—источник жизни
(в душе противный и капризный)
Ужиться сам с собой не можешь,
Но если надо то поможешь:
Родне, семье, своей невесте,
А после ляпки—мир всем местным.


Курю табак, смакую кофе,
Беру от жизни, что могу,
А где то там знакомый профиль
Уже готовится ко сну.

Она давно со мною рядом
Не вырожая своих чувств.
Как тень скользит и нет приграды,
Когда в груди ускорен пульс.


Не спиться, что-то, в пятницы начало
Одна, уж, спит и видет сладкий сон,
Другая в дебрях: мыслей, одиночества, печалей
Уходит в ночь, на сутки позабыв про сон.
Одна проснётся, как всегда проспав будильник
И впопыхах наладив макияж
Нырнёт в дела и в поиск собственной харизмы
Забыв что есть любови—мондраж-кураж.
А та, напротив ночью спать не будет,
Уйдя в себя, подальше от иных,
Его с собою рядышком представит,
О жизни станет нежно говорить.
О том, что хочется по жизни
Найти его, не отпускать,
Любить, ценить, понять капризы
И всю себя ему отдать.
Одна до вечера в заботах—
Отчёт, расчёт, дебит, кредит
Пришла—устала, всё болит.
Другой известны те секереты,
Что помогли бы ему жить.
Легко и просто , прочь сомнения!
Лишь с ним но тщетны применения.
Он не свободен, он женат.
Мораль—натянутый канат, который создан
Чтоб останавливать влечение средь дороги,
Им путать ноги и возвращать назад
К душе стенаниям, предвкушая сладкие итоги.
Одна, как лучшая жена
Проявит искренность в стараниях,
Не преминув напомнить, что она
Пример другим для подражания,
Что ты её душой и телом
И ничего , что неумело
Проходят некие моменты,
Ей всё одно дай комплименты.
За что? Про что? Прошу прощения.
Ведь он же тоже не растение
И тоже хочет лучшей жизни.
Ну всё… Уснула… Тихо, мирно.
Уснёт и он, но думая о той,
Кто в этот миг не спит, а грезит
О нём, горячем, как огонь.
Ну вот уже рассвет—бродяга
Вступает в равные права,
Ночь подбирает покрывало
И вот им всем уже пора.
Одна проспит, быстрей, быстрее,
Другая только ляжет спать,
А он не спит, он сочиняет—
Лишь здесь он может всё сказать.
Про ту—законную и эту,
Что в своих мыслях извоял
И сочинил про них куплеты,
И что скопилось рассказал.
Не злись любимая супруга,
Я не хотел в обиду чтоб.
Сравнил тебя с тобой же грубо,
Зато о чувствах—я всерьёз.

У кого то с рождения лямы,
В депозитных, валютных счетах,
А мы умами прокапуем ямы,
Богатея во снах и в мечтах.

В процессе жизни развращения
Мы все живём для насыщения,
Для самок—сук порабощения.
Порой забыв про истощение.

Прогноз, в дальнейшем, безутешный.
Прости Господь за то, что грешный,
За то, что быть стремлюсь другим,
Уже не помня был каким.

Теперь хочу о позитиве.
О чём? О бабах, чае, пиве.
Без микроскопа, сразу, ясно,
Что с ними жизнь в двойне прекрасна.

Ленюсь себе признаться в главном,
Что я ленив, прочём подавно,
Но эта лень, как птица Ибис
Мне помогает выжить в кризис.

Я раздражён и зол ужасно,
К иным придирчив понапрасну,
Готов на всех и всяк забить,
В своих грехах других винить.


Два дарка могут и не спать,
А только в шахматы играть,
Прочь настальгию, Этих прочь!
Я спать хочу. Уже, ведь, ночь.


Депрес, порой, волной нахлынет
И жизни смысл мне в бок подвинет,
Забьются в угол счастья крохи,
И слышны громче охи-вздохи.


Сегодня пятница тринадцатое,
Сегодня Дарки на шабаш,
В такое время получается
Своей судьбы ловить кураж.

Прислушайтесь, чем занят мир—
Считает деньги, копит жир.
Порос аблой скупых иллюзий
И каждый третий трусит гузой.
*
Да что ж такое, что за Эти?
Как вас вывозят на планете?
Какой резон глумить калеку,
В котором памяти, уж, нету.

Конгресс инвалидов, бал полоумных—
Рабочий, афганец, строитель—очкарик,
Издёвки над дедом и тёмное пиво,
Им кажется, шутки выходят красиво.

Мне не понять людей иных,
Что меж собой копируют других
И издеваясь над другим до исступления,
Испытывают ощущение насыщения.


Я урбанист до мозга костного,
Но не пейзажи я пишу,
А просто жить люблю в черте, я, горда,
Меня не трогайте, прошу!


С похмелья развернул я газету—
Посмотреть на трезвый мир
Я так ни куда не ушёл,
А только вчера уходил,



Я сегодня весь расквашенный
И не возьму, себя, я в руки,
Но мужские слёзы не табу
Коль они не от боли, страха или скуки.



Попью чайку под папироску,
Курну, попью, опять курну,
Давай со мной! Не хочешь? Брось Ты!
Вдвоём с руки держаться на плаву.


Нам плевать на то, на что глаза не закрыть.
Но до боли зажмурив глаза,
Ты желаешь свою жизнь прокрутить
От чего выступает слеза.

Опять спиртное, снова в хлам—
Опять для ссоры есть посылка.
Ну вы даёте, блин, мадам,
Всего милей для вас—бутылка.


Прошёл размен—трицон долой,
В прошедший век, я, ни ногой,
Душа скрипит и в мыслях пошло,
А всё чего? Да детство сдохло.

И вот пришла тридцатая зима--
Зима мытарства, жизненных сомнений,
Уходит дивной юности пора,
А мы всё ищем на жопу приключений.

Ты--мой осадок,мой остаток,
моих трёх лет В мозгах(полаток)
И вот теперь всё без поладок,
Но на других--не слишком падок.
*

В эту пятницу, опять,
Солнце даёт о себе знать
И, вроде, август на исходе,
Но солнце, нынче, снова в моде

Задрали Эти, Те задрали
И в жизни всё--лишь за медали,
Достали все--друзья, родня,
Спасибо Богу--крепкий я.