Log in
Discussions
Sort: by updates | by date | by rating Show posts: Full text | Headings
Наталья Русская, 15-10-2017 06:53 (link)

Владимир Путин – сбывшийся шанс России

Владимир Путин встречал свой юбилей на пике могущества – своего и России. Однако история его правления заставляет думать, что и это – лишь промежуточная вершина
АВТОР
Цыганов Александр
Дрезден. У степеней, ведущих в помещение, кем-то заботливо указанное как представительство КГБ СССР в ГДР, беснуется заведённая толпа. Тот же "кто-то" указал ей цель и сильно разогрел. Конец 1989 года. Уже всем понятно, что президент СССР Горбачёв предал своих союзников в Восточной Европе, что можно свергать своё руководство, требовать изгнания "русских оккупантов". Уже в мозги внедрена простенькая схемка: "У нас всё плохо, потому что русские и социализм, а на Западе всё хорошо. Убираем русских и социализм – живём, как на Западе". Уже можно – нападать на правительственные здания, на объекты госбезопасности, на русские представительства и учреждения. Это уже безопасно.

И в Дрездене у порога отделения русской разведки беснуется толпа. А в нём – один дежурный офицер. Остальные под теми или иными предлогами где-то растворились. Связи с руководством нет, а когда появляется, с той стороны не следует никаких определённых указаний. Там боятся взять ответственность.

И против толпы стоит один тот самый дежурный офицер. Он не боится взять на себя ответственность. Он говорит: "Первых, кто полезет, я пристрелю из вот этого пистолета. И буду стрелять, пока патронов хватит. Но вы сюда не войдёте".

И толпа смиряется. Она видит перед собою не затронутого общим разложением позднего советского социализма функционера, а – русского офицера. Такого же, которые вот так же вставали под Сталинградом и которые потом дошли до Берлина. Дрожь перед которыми навеки поселилась внутри немцев, и передаётся из поколения в поколение.

И толпа отступает…

Такая сцена была обрисована в одном из вышедших на Западе фильмов, пытающихся исследовать биографию самого влиятельного ныне человека на планете Земля. Тем офицером был Владимир Путин, работавший тогда в резидентуре советской внешней разведки в ГДР. И те, кто, естественно, не присутствовал при том противостоянии одного человека разгорячённой толпе, склонны верить тому, что нечто такое действительно было. Потому что Владимир Путин и дальше совершал много действий самого решительного характера. От визита в роли директора ФСБ к ввергнувшему всю страну в разрушительный политический кризис генпрокурору, уволенному после общения с проститутками, где Путин подтвердил действенность поговорки "Доброе слово и пистолет гораздо убедительнее просто доброго слова", - до введения "вежливых людей" в Крым.

Иное дело, что Путин – не любитель подобного рода прямых воздействий. Но когда другого выхода нет - он не боится их. Но то, что он мастер непрямых, но решительных воздействий, показывает пример всей его деятельности в самых разных качествах.

Качество: Премьер

Владимир Путин был утверждён в роли премьер-министра 8 мая 2008 года, на следующий день после инаугурации нового президента России Дмитрия Медведева.

Необходимо отметить, что многие и тогда, и позже характеризовали этот акт как простую рокировку: дескать, Путин поставил на своё место лично преданного ему человека, а сам будет руководить, как прежде, с кресла второго человека в стране. Частично так и получилось – странно было бы это отрицать, да и не тот человек Путин, чтобы полностью передать в чужие руки управление процессами, которые он инициировал, но которые ещё не доведены до нужного результата.
Однако нужно отметить и другое: Владимир Путин предпочёл некоторый политический риск для себя лично риску обрушения системы власти и законов, которую он же и выстраивал в течение 8 лет. Он не пошёл на нарушение закона и не стал перекраивать систему под себя, с целью обеспечения себе несменямости по примеру, скажем, Казахстана, Туркмении или Узбекистана. Хотя, столь опытный политик и спецслужбист, не мог не отдавать себе отчёта в том, что власть президента в нашей стране огромна. И Дмитрий Медведев может не устоять однажды под совокупным давлением Запада и собственного окружения и переместить своего прежнего патрона на какую-нибудь должность куда подальше – губернатором в Магадан или послом в Буркина-Фасо.

Разумеется, Путин не мог не обезопасить себя от подобного рода вариантов, но политика, как известно, дело грязное, и история её показывает и не такие отказы от прежних договорённостей.

Что сделал он в качестве премьера?

Уже через две недели после прихода на новую должность он объявил о снижении налогов и увеличении социальных выплат, пенсий и материнского капитала. Одновременно он позаботился о финансовом обеспечении этих планов, проведя решение о мерах, направленных на увеличение добычи нефти. В частности, был повышен необлагаемый минимум при расчёте налога на добычу полезных ископаемых.

Тогда в прессе отмечалось, что Путин "уже заслужил звание самого щедрого премьера в новейшей российской истории", так как расходы бюджета значительно превысили дотоле запланированные.

В качестве премьера Владимир Путин много внимания уделил формированию высокотехнологичных кластеров в хозяйстве. Тогда получили взрывное развитие различные инновационные площадки, типа технопарков и особых зон развития, с одной стороны. С другой же, при Путине-премьере одновременно брались под жёсткий контроль сырьевые компании и вкладывались средства в создание государственных корпораций в обрабатывающем секторе. Например, "Ростехнологии", около 80 процентов предприятий которой работали в оборонно-промышленном комплексе. Наряду с уже начатой, хотя и бурно оспариваемой реформой армии это, как теперь видно, закладывало тот фундамент, на котором ныне размещается нынешняя высокоэффективная и хорошо вооружённая русская армия.

Особенно виден контраст между тем, что было, и тем, что есть сейчас, на примере "пятидневной войны" или "войны трёх восьмёрок". Тогда, в начале августа 2008 года грузинские войска обрушились на Южную Осетию, и хотя и были разбиты и бежали, профессиональный "разбор полётов" выявил очень серьёзные недостатки как в организации, так и в вооружении русской армии. Ныне же даже жёсткие враги России признают, что с её вооружёнными силами связываться – смертельно опасно для здоровья.

В том же примерно векторе, заданном на будущее, лежали усилия нового премьера по модернизации и обновлению управленческого аппарата страны. Это тоже "выстрелило" позднее, когда на следующем этапе обновления государственного аппарата в нём появились образованные и энергичные технократы-менеджеры. Из этого же резерва люди сегодня приходят на посты губернаторов.

Осенью 2008 года разразился мировой финансовый кризис. Многие полагают его рукотворным, но по факту это неважно. По факту в рецессию пала вся мировая экономика. И это не могло не сказаться на российской, которая, хотя и набрала жирок за "тучные" предыдущие годы, всё критично зависела от цен на энергоносители.

Так что реформы премьера Путина, нацеленные на переустройство промышленности, облегчение условий для ведения бизнеса и повышение платёжеспособного спроса населения, пришлось временно свернуть. Было объявлено о сокращении расходов бюджета и одновременно о выделении гигантских сумм – около 5 трлн рублей и ещё 10 трлн было зарезервировано - на спасение банковского сектора. Многие оспаривали тогда эту меру, но большинство экономических экспертов не только в России, но и в мире согласились со словами Путина, что "системный кризис в российской банковской системе предотвращён".

Однако в это же время исподволь продолжала реализовываться идея Владимира Путина о создании в России международного финансового центра (МФЦ). Это стало одной из ключевых государственных задач, хотя, справедливости ради, она до конца не реализована и до сего дня.

Зато в его премьерство была доведена до практического результата идея тесной экономической интеграции с Белоруссией и Казахстаном. В результате был создан Таможенный союз Белоруссии, Казахстана и России, который к нынешнему дню плавно эволюционировал в Евразийский экономический союз. Позднее это было дополнено соглашением о зоне свободной торговли между Россией, Украиной, Белоруссией, Казахстаном, Арменией, Молдавией, Киргизией и Таджикистаном.

Итак, итог премьерства Владимира Путина: многое из того, что сегодня делает, производит, чем располагает и пользуется Россия, было заложено во время исполнения им вроде бы чисто технической, на "пересидеть до следующего президентства" должности.

Качество: Антитеррор

"Мы будем преследовать террористов везде, где бы они ни находились, в аэропорту – в аэропорту… Если мы найдем их, вы уж меня извините, в туалете — и в сортире замочим, в конце концов". Кто не помнит эту фразу тогда ещё почти не известного широкой публике Владимира Путина? Собственно, благодаря этой фразе он и стал знаменит буквально в одночасье – настолько она пришлась народу по сердцу. Между тем, Путин пришёл к власти в то время, когда с терроризмом, казалось, уже не было сладу. В 1999 году произошло 12 только крупных терактов: взрывы автобусов, автомобилей, взрывы на автобусных остановках, на рынках, в торговых комплексах. Гибли десятки людей за раз. В тот же год началась серия взрывов жилых домов: в Буйнакске, в Москве, в Волгодонске. Как большой коллективный теракт можно рассматривать нападение нескольких отрядов террористов на Дагестан. Что было, как мы теперь понимаем, неким зарничным сполохом полноценной террористической полевой войны, вроде той, которая идёт сегодня в Сирии.

В 2000 году – ещё 9 резонансных терактов. Снова взрывы на улицах, на рынках, в подземном переходе, диверсионные акты с помощью смертников на заминированных грузовиках. То же – в 2001, 2002, 2003 годах. Весь тот террористический потенциал, что используется сегодня в Сирии и по всему миру, был изначально отработан в России. А когда произошли захваты Театрального центра на Дубровке в Москве, школы в североосетинском Беслане с сотнями заложников и сотнями жертв, казалось, эту волну уже не отразить никогда.

Что делал в этой обстановке президент России Путин? Наверное, самое главное: не терял самообладания и проявлял решимость, заряжая ею своё окружение, спецслужбы, государственные службы – да и население, пожалуй, тоже. Оно верило, что рано или поздно гидру терроризма в России удастся задавить. И основания для таких надежд давали именно действия и решения президента.

Террористы напали на Дагестан? Что ж, значит, они должны быть уничтожены на своей базе. Которой тогда была Чечня. И на плечах удиравших террористов Басаева русские войска вошли в Чечню – и тут как-то явили совсем другой, куда более высокий уровень подготовки и мотивации, чем в ходе первой чеченской кампании. Отчего? Да просто: армию перестали удерживать за поводок, как чересчур бойкого щенка, а дали действительно "замочить террористов в сортире". Что она и сделала.

И поверила своему верховному главнокомандующему.

Но снова – Путин не был бы Путиным, если бы остановился на чисто военной акции по пресечению терроризма. Он нашёл в Чечне силы и людей, которые сами недовольны были тем, во что республику и её народ превратила ваххабитская оккупация. Русских в Чечне не любили по-прежнему, но ваххабиты были ещё хуже. К тому же русские снова повели себя как русские, готовые воевать, так до конца, своего или противника. Поскольку опыт тысячелетней истории России со всеми войнами её и против неё показывал, что конца России дожидаться – занятие не реалистическое, то в Чечне довольно много людей постепенно поняло: на выходе будет всё равно поражение, но только с гигантскими жертвами. И всё это – ради того, чтобы небольшая кучка ваххабитских идеологов заграбастала себе саудовские деньги?

Таким образом, снова сочетание прямых и непрямых воздействий вкупе с решимостью и волей Путина смогло не только существенно снизить размах терроризма в самой России.

Качество: Антиолигарх

Иное дело, что Путин – не любитель подобного рода прямых воздействий. Но когда другого выхода нет – он не боится их. А ещё лучше – вот это точно в его стиле – сочетание лёгкого, буквально символического тычка с непрямым, но объёмным давлением. Причём символика тычка получается настолько убедительной, что сама по себе становится инструментом достижения цели.

Хороший пример этого показывает развернувшаяся в самом начале путинского первого президентства хоть и не кровавая, как с террористами, но не менее судьбоносная для России борьба с олигархами.

Вот, скажем, потерял берега некий деятель из известной после 1996 года "семибанкирщины" – потайной, но на деле реально управлявшей Россий хунты олигархов, – отказался поделиться с государством бессовестно награбленным ради строительства жилья для офицеров. И на личную просьбу президента ответил дерзко и в смысле того, что это "мы здесь власть". А вскоре был обвинён в нарушениях в ходе приватизации ЗАО "Апатит", в налоговых махинациях и взят под белы руки. Прямо в самолёте, на котором хотел сбежать, - уже ясно уяснив, кто здесь власть.

И провёл затем бывший банкир и олигарх 10 лет, осваивая навыки обращения со швейной машинкой. Рукавицы, говорят, выходили на загляденье! Но главное, что после этого не только нажившиеся на разворовывании страны бизнесмены наперегонки бросились помогать государству решать острые финансовые проблемы. Но и рост сбора налогов в 2004 году составил 250% от уровня 2003 года - когда Михаила Ходорковского ещё даже не отправили в Читинскую область на десятилетние курсы совершенствования квалификации швей-мотористок, а только лишь началось следствие!

Долго звучала критика в адрес президента: да разве один Ходорковский воровал и заказывал убийства! А как насчёт одного деятеля, который захотел задаром получить одно крупное заполярное предприятие, устроил своё назначение вице-премьером, повёл необходимые решения по поводу залоговых аукционов, получил бюджетные деньги, выкупил на них у бюджета же предприятие, но при этом физически деньги в бюджет не вернул, уволился из вице-премьеров и вступил во владение предприятием?

А как насчёт другого, который побудил дочь прежнего президента упросить того подписать распоряжение о создании нефтяной компании, которая принадлежала бы государству, раз все остальные уже приватизированы, затем провёл решение акционировать её, после чего тихой сапой все эти акции себе и забрал? Ну, ладно, второй в Лондон сбежал, но такие, как первый, продолжают ведь владеть неправедно отнятым у народа!

Терпенье, психопаты и кликуши! – в более вежливых, конечно, чем у Высоцкого, выражениях призывал критиков Владимир Путин. Посадить можно, конечно, всех и каждого, кто участвовал в той приватизации. Но во-первых, экономика уже приспособилась, а подобная акция её обрушит. Во-вторых, примера участи Ходорковского и Березовского будет вполне достаточно, чтобы остальные поняли правила игры. А как только это произойдёт, мы найдём способ убедить нуворишей включиться в нужные государству процессы. Кто-то дома для военнослужащих построит, кто-то Чукотку к лучшей жизни подтянет…

И ведь стало так!

Качество: Восстановитель империи

К 2007 году выяснилось, что все лояльные, а то и граничащие с реверансами поступки Путина по отношению к Западу встретили со стороны того ноль ответных уступок. Западные варвары в полном соответствии со своей природой приняли к сведению пусть и вынужденную, но лояльность по отношению к расширению НАТО, оставление пункта разведпрослушивания в Лурдесе на Кубе, уход с военно-морской базы в Камрани во Вьетнаме, целый ряд уступок в международных и дипломатических отношениях. Приняли к сведению и… продолжили наступление на интересы России. Она уступает – они делают соответствующий шаг вперёд.

Уступили с НАТО? Что ж, принимайте в члены антироссийского блока бывшие российские территории в Прибалтике. Ушли из Сербии? Великолепно, окончательно отрываем от неё Косово и устраиваем там крупнейшую в Европе военную базу. Сняли руку с пульса бывших союзных республик? Окей, устраиваем там череду "цветных" революций с перспективой дальнейшего отрыва от России её имперских территорий и превращения их в ярые русофобские гнёзда, вооружаемые против России же.

Трудно сказать, когда именно Владимир Путин до конца осознал, что варварский Запад добра не помнит, на попытку поцелуя оборачивается задницей, а каждую твою уступку оборачивает в свою победу над тобою же. Но во всяком случае уже 10 февраля 2007 года он в речи на Мюнхенской конференции по вопросам безопасности произнёс программную речь, где обозначил конец отступлений России.

"Вся система права одного государства, прежде всего, конечно, Соединённых Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере и навязывается другим государствам, - констатировал Путин. - НАТО выдвигает свои передовые силы к нашим государственным границам, а мы, строго выполняя Договор, никак не реагируем на эти действия. Что стало с теми заверениями, которые давались западными партнёрами после роспуска Варшавского договора?".

"Никто не чувствует себя в безопасности! Потому что никто не может спрятаться за международным правом как за каменной стеной. Такая политика является, конечно, катализатором гонки вооружений", – отметил Путин. После чего со свойственной ему решительностью российский президент сформулировал кредо на будущее: "Россия — страна с более чем тысячелетней историей, и практически всегда она пользовалась привилегией проводить независимую внешнюю политику. Мы не собираемся изменять этой традиции и сегодня".

Что на это ответил Запад? В целом – похихикал. Этак высокомерно. Речь Путина расценили как "самые агрессивные выражения, которые кто-либо из российских лидеров делал со времён Холодной войны" и заявили, что "своей единственной речью он сделал больше для объединения США и Европы, чем мы сами смогли бы сделать за десятилетие".

"Мы должны поблагодарить президента Путина, который не только хорошо позаботился о публичности этой конференции — больше, чем ожидалось, но и который ясно и убедительно доказал, почему НАТО должно расширяться", - с издёвкою молвил тогдашний министр иностранных дел Чехии Карел Шварценберг.

Однако хорошо смеётся, как известно, тот, кто смеётся без последствий. Новая попытка отрезать от российских интересов ещё кусочек, когда на неё науськали грузинского президента Саакашвили, закончилась, как известно, ударным пожиранием оным галстуков, трусливой истерикой при звуке двигателя русского самолёта и полной ошеломелого недоумения реакции Запада. Попытка США обозначить попытку присутствия в Чёрном море своих кораблей вопреки положениям конвенции Монтрё была пресечена демонстративным потоплением всего грузинского флота. А наглые требования американских военных вернуть им начинённые современнейшей аппаратурой "хамви", попавшие в русские руки, вскоре сменились жалобным скулежом, когда русские военные показали коллегам отнюдь не гнилые зубы.

Дальше – больше. Россия признала Абхазию и Южную Осетию, показав, что любая следующая акция, подобная грузинской, закончится тем же: что теперь уже Россия будет пользоваться любым случаем, чтобы отгрызать куски от американского миропорядка. Да, в Ливии в 2011 году Москва отступила, когда то ли тогдашний президент Дмитрий Медведев дал слабину – ошибку уступки, то ли в Кремле предпочли столкнуть Запад с законом естественных последствий.

Но уже в вопросе Сирии Россия упёрлась, защитила там своего союзника сначала дипломатическими, а затем и военными методами, и оказалось… И оказалось, что за прошедшие с Мюнхенской речи 10 лет американский миропорядок явственно протух, что Россия стала мировой силой, вернула себе место мировой державы. И что США не могут отныне навязать свою повестку дня не то что в Сирии, но вообще ни в одном геополитическом вопросе.

То есть, признают эксперты, перечитывая сегодня Мюнхенскую речь, Путин сделал ровно то, что тогда обещал. Россия более не отступает. Она также гарантирует, что Запад не сможет наступать там, где этого кто-то не захочет и обратится к Москве за содействием и помощью. И если это будет в национальных интересах России – там западные варвары не пройдут. А поскольку дальнейшее распространение варварства не в интересах России нигде по миру – значит, Запад нигде и не пройдёт.

"Он сам смог сформировать у себя инстинкт лидерства и создать ту страну, которой мы можем гордиться – Россию как великую державу", – подчеркнул в одном из интервью видный отечественный политолог Вячеслав Данилов.

Качество: освободитель Крыма

Россия. Москва. 18 марта 2014 г. Премьер-министр Крыма Сергей Аксенов, председатель Верховного Совета Крыма Владимир Константинов, президент России Владимир Путин и глава Севастополя Алексей Чалый (слева направо) после подписания межгосударственного договора о принятии Республики Крым и города с особым статусом Севастополя в Российскую Федерацию. Фото: Михаил Метцель/ТАСС
Нельзя сказать, что Запад безучастно воспринимал эволюцию России по пути восстановления себя в качестве империи. В 2014 году там было решено окончательно отбросить ей в ряды второразрядных стран, а то и вовсе уничтожить.

С таким утверждением выступил известный американский историк и политолог Стивен Коэн. "Недавно стали известны планы высших американских чиновников, которые были связаны с прямым развязыванием вооруженных действий с Россией, — рассказал он. — На начальном этапе такими странами должны были выступить Украина, Турция и ближневосточные монархии, которых США активно вооружали и готовили. Большое значение в этом первоначальном ударе придавалось и придается террористическим группировкам ИГИЛ и Аль-Каида (запрещённые в России)".

В изложении Коэна всё выстраивалось очень стройно. В 2013 году на Украине организуется на американские деньги майдан, которому назначено было перейти в 2014 году в государственный переворот нацистской, а потому строго антироссийской направленности. В Сирии к тому времени должен был быть создан салафитский плацдарм под управлением ИГИЛ, для чего тому были без боя уступлены громадные территории в Ираке с громадными же резервуарами вооружения и боеприпасов. После чего счастливые и вооружённые "чёрные" исламисты через Афганистан обрушиваются на российскую Центральную Азию. Для удара через кавказское подбрюшье готовили Турцию, где исподволь готовился ещё один государственный переворот.

Но долгая сытая жизнь в саморасслабляющей мысли о неоспоримом мировом лидерстве подвела Вашингтон. Переворот в Киеве удался, но, похоже, в Москве в общих чертах вполне представляли себе дальнейший план США. А может, и не в общих, а даже в деталях. Факт, что в те же примерно сроки Москва активно поддержала Башара Асада в Сирии, подбросила ему оружие, а главное – прикрыла в ООН. Переворот в Киеве, отнявший легитимность у нового режима, дал Кремлю возможности поддержать народ Крыма, восставший против незаконности киевского путча. Поскольку в Крыму как-то сразу все и всё оказались на месте – пророссийские политики, казаки крымские и кубанские, добровольцы-ополченцы, активисты и даже байкеры, - надо полагать, победа американских путчистов в Киеве была просчитана заранее.

А дальше всё было по формуле Путина, высказанной, правда, по отношению к Донбассу, но актуальной ещё во времена Крымских событий: если дёрнетесь, пойдёте с карательной акцией на народ, - за ним будут стоять русские войска, чтобы защитить его.

Что и произошло: крымчане, чувствуя спину прикрытой, приняли грамотные политические решения, отрицающие юрисдикцию путчистов над полуостровом, блокировали украинские войска в Крыму, затем провели грамотный же референдум о присоединении к России. И… ключ к Чёрному морю, а заодно и к собственному южному флангу Москва у Америки выбила уже из рук.

Поначалу Вашингтон не отступился, хотя затрещину получил обескураживающую. Как пишет Коэн, американцы всё же попытались хоть частично, но реализовать свой план, устроив попытку переворота в Турции. Этой же цели – развернуть Турцию против России – служила атака на российский Су-24, сделанная самолётом с базы Инджирлик, гнезда заговорщиков.

К тому времени это было последней надеждой США, потому что тоже неожиданное, тоже решительное, тоже не характерное для допутинской России военное вмешательство в сирийские дела выбило из вашингтонских рук и ИГИЛовскую карту. Именно потому сегодня, когда она уже бита окончательно, американцы так жалко-откровенно раскрылись в качестве кукловодов что ИГИЛ, что других террористов.

Таким образом, удары с двух направлений Москвой отражены, а украинская ситуация заморожена в весьма невыгодной для Запада конфигурации: киевским нацистам реальное наступление на Донбасс не по силам ни по военным, ни по политическим соображениям, а Москва, жмурясь, наблюдает за судорогами режима Порошенко и его западных кураторов, которым достался в руки украинский чемодан без ручки.

Таким образом, Крым стал очередным триумфом политики России. И очередным триумфом её лидера, который снова проявил те же качества, что и везде: непрямые, но решительные действия с заранее просчитанным результатом.

И Америка отступает…


https://tsargrad.tv/article...

Наталья Русская, 30-09-2017 19:07 (link)

БИТВА ЗА МОСКВУ.

Сегодня 30 сентября, в этот день 76 лет назад в ходе Великой Отечественной войны, началась героическая битва за столицу России - город Москву!

Битва под Москвой занимает особое место в истории войны Германии против СССР. Она характеризовалась крайней напряженностью, сложностью и огромным размахом боевых действий. Сражение за столицу Советского Союза продолжалось более семи месяцев









велось на фронте протяженностью около 2 тысяч километров.

План операции «Тайфун», утвержденный Гитлером в сентябре, предусматривал не только окружение и взятие столицы СССР, но и полное ее уничтожение вместе со всем населением.

Но планам фашистов не суждено было сбыться. Всю страну облетели слова Клочкова, сказанные своим солдатам: «Велика Россия, а отступать некуда: позади – Москва!». В результате кровопролитных боев и упорного сопротивления советских войск немецким захватчикам в ноябре 1941 года, наступление немцев было остановлено. И 5 декабря советские войска перешли в контрнаступление, разгромили ударные группировки группы армий «Центр» и сняли угрозу, нависшую над Москвой.

Эта была одна из самых великих побед в истории русского народа. На полях Подмосковья было нанесено первое крупное поражение немецко-фашистской армии во Второй мировой войне, развеян миф о ее непобедимости. Красная Армия вырвала у врага стратегическую инициативу и создала условия для перехода в общее наступление.

Наталья Русская, 15-08-2017 21:32 (link)

Одним росчерком пера: Трамп мог бы предотвратить ядерную войну

Одним росчерком пера: Трамп мог бы предотвратить ядерную войну между США и КНДР


Федеральное агентство новостей представляет перевод статьи A Preemptive Strike on North Korea Would Be Catastrophic and Illegal («Упреждающий удар по Северной Корее будет катастрофическим и незаконным»), опубликованной интернет-ресурсом Global Research, автора Марджори Кона.

В качестве специального прокурора Роберт Мюллер формирует две коллегии присяжных для расследования дел, связанных с Дональдом Трампом, его соратниками и бывшим руководителем кампании Трампа Полом Манафортом. Трамп должен отвлечь внимание от расследования его предполагаемых нарушений.

Северная Корея и стала своего рода «отвлекающим маневром», хотя и потенциально катастрофическим.

«Северной Корее не стоит создавать какие-либо угрозы США. Она будет встречена огнем и яростью, каких мир еще никогда не видел», — заявил Трамп во вторник.

В пятницу утром Трамп предупредил КНДР, что американские военные «защищены и вооружены». Трамп уяснил, что бомбардировка других государств повышает популярность президента. В апреле, с 59 ракетами «Томагавк», каждая из которых была «начинена» более чем 1000 фунтами взрывчатки, он почти мгновенно превратился из негодяя в национального героя. Корпоративные СМИ, неоконсерваторы и большая часть Конгресса США оценили использование ракет в Сирии, которые, по сообщениям, убили девять мирных жителей, включая четверых детей, как сильное решение, свойственное президенту.

Спустя несколько часов после заявления Трампа об «огне и ярости» Пхеньян предупредил, что он «тщательно изучает» последствия, которые повлекут за собой удары по Гуаму, где находится важная военная база США и проживают более 160 тысяч человек.

Северная Корея обвинила США в планировании «упреждающей войны», заявив, что планы по ее осуществлению будут встречены «тотальной войной, которая уничтожит все опорные пункты врагов, включая находящиеся на материке». Представитель генерального штаба корейской народной армии пообещал, что «трагический конец американской империи приближается».

Государственный секретарь Рекс Тиллерсон заявил, что не существует какой-либо непосредственной угрозы со стороны Северной Кореи. Но министр обороны Джеймс Мэттис предупредил, что Пхеньян «должен прекратить рассмотрение действий, которые могут привести к концу его господствующего режима и уничтожению его народа». Советник по национальной безопасности Герберт Макмастер сказал, что Белый дом рассматривает все варианты «превентивной войны».

Воинственные речи Трампа против КНДР начались вскоре после того, как глава управления национальной разведки заявил, что Пхеньян разработал миниатюрные ядерные боеголовки для своих ракет. По данным The Washington Post, в отчете управления, опубликованном в июле, говорится: «Северная Корея создала ядерное оружие с баллистическими ракетами, включая ракеты класса МБР».

Однако заявление управления вызывает сомнения, поскольку ни одно из других разведывательных агентств США не подтвердило информацию. Фактически, управление выпустило идентичный отчет о ядерном потенциале Северной Кореи в 2013 году.

Трамп указал на свою готовность использовать ядерное оружие. В августе 2016 года Джо Скарборо из MSNBC сообщил, что Трамп трижды спрашивал у старшего советника по внешней политике о ядерном оружии во время брифинга, а затем заявил: «Если оно у нас есть, почему мы не можем его использовать?»
Нападение на Северную Корею может быть опасным

The Intercept сообщает, что «даже обычная война между США и Северной Кореей может привести к гибели более 1 миллиона человек, а ядерная - к десяткам миллионов жертв».

Более 60 демократов в Палате представителей Конгресса США, возглавляемых конгрессменом Джоном Коньерсом, направили обращение Тиллерсону, где выражается их «глубокая обеспокоенность по поводу заявлений президента Трампа, которые резко усилили напряженность в отношениях с КНДР и увеличили вероятность ядерной войны». В письме говорится: «Эти заявления безответственны и опасны, а также дают бессмысленные поводы северокорейской пропаганде, которая давно стремится изобразить США как угрозу всему народу». В обращении Тиллерсону было приведено предварительное письмо, адресованное Трампу 64 делегатами конгресса в мае, в котором говорилось: «Военные действия против Северной Кореи рассматривались администрациями Барака Обамы, Джорджа Буша и Билла Клинтона, но все в конечном итоге приходили к выводу, что не существует такого варианта, который не привел бы к недопустимому риску ответной реакции со стороны Пхеньяна и, соответственно, серьезной опасности и угрозе жизни более чем трети населения Южной Кореи вместе с 30 тысячами американских служащих, и более чем 100 тысячами других граждан США, проживающих в Южной Корее, а также не ставил под удар и других союзников в регионе, таких как Япония».

«Другими словами, нет военного решения этой проблемы», — также говорится в августовском письме.

«Мы с уважением, но твердо убеждаем вас сделать все возможное, чтобы президент Трамп и другие официальные лица администрации осознали важность осуществления каких-либо действий по этому деликатному вопросу с предельной осторожностью и сдержанностью. Конгресс и общественность будут возлагать ответственность на президента Трампа, если небрежный просчет советчика приведет к конфликту, который будет угрожать безопасности наших военнослужащих и региональных союзников», — резюмируют авторы обращения.

Тем не менее, сенатор Линдси Грэм заявила: «Если должна быть война, чтобы остановить Ким Чен Ына, она будет. Если тысячам суждено будет умереть, они умрут. Они будут умирать не здесь. И Трамп сказал мне это в лицо».

Трамп и Грэм, по-видимому, считают, что массовые жертвы приемлемы, если это происходит не на материковой части США.

Упреждающий удар по Северной Корее нарушит Устав ООН

Упреждающий удар по Северной Корее был бы незаконным. Его нанесение нарушит Устав Организации Объединенных Наций, который запрещает использование военной силы, если оно не производится в порядке самообороны или когда нанесение удара одобрено Советом Безопасности.

«Самозащита» является исключением из запрета Хартии на применение силы, использование которой имеет целый ряд условий. Страны могут заниматься индивидуальной или коллективной самообороной только в условиях вооруженного нападения. Должна существовать «необходимость самообороны, мгновенная, подавляющая, не оставляющая выбора других средств и ни минуты для размышлений», в соответствии с известным делом «Каролина». В случае с Северной Кореей вооруженного нападения не было, и нет угрозы его осуществления.
В Уставе указывается, что для поддержания или восстановления международного мира и безопасности должны осуществляться несиловые меры, включая дипломатию.

5 августа в ответ на недавние испытательные запуски Северной Кореей двух межконтинентальных баллистических ракет Совет Безопасности ООН единодушно принял режим санкций, который должен снизить ежегодную экспортную прибыль Северной Кореи не менее чем на треть, то есть, по существующим оценкам, на 1 миллиард долларов. Это повлияет на 90% экономики КНДР. Резолюция № 2371 нацелена на первичный экспорт Северной Кореи, в который входят железо, железная руда, уголь, свинец, свинцовая руда и морепродукты. Она также нацелена на банковскую сферу и совместные предприятия между Северной Кореей и иностранными корпорациями. Резолюция налагает самые жесткие на сегодняшний день санкции в отношении КНДР.

Однако документ не позволяет Соединенным Штатам или любой другой стране использовать военную силу против Северной Кореи. Она заканчивается заявлением о том, что Совет Безопасности ООН «решает продолжать заниматься этим вопросом». Это означает, что Совбез и только Совбез имеет полномочия одобрять проведение военных действий.
Тиллерсон призвал к прямым переговорам с Северной Кореей и выразил уверенность, что Соединенные Штаты не являются врагами КНДР и не ищут смены режима в этой стране. Однако директор ЦРУ Майк Помпео заявил, что США рассматривают смену режима в Северной Корее.

События прошлого во многом определяют поведение Северной Кореи. Будучи преисполненным решимости избежать судьбы Саддама Хусейна, у которого не было ядерного оружия, а также Муаммара Каддафи, который отказался от него, Пхеньян развивает доктрину ядерного сдерживания. Ким Чен Ын неоднократно заявлял, что ядерные возможности КНДР имеют решающее значение для ее самообороны.

Действительно, Дэн Коутс, директор национальной разведки, рассказал на Аспенском форуме по безопасности о Ким Чен Ыне: «Существует некоторое оправдание его действиям — это выживание. Выживание его режима, его страны. И он, я думаю, наблюдал за тем, что произошло во всем мире со странами, обладающими ядерным потенциалом и имеющим определенные рычаги, и видел, что наличие ядерного козыря в кармане приводит к множеству возможностей сдерживания».

Подпишите мирный договор, закончите корейскую войну

Более того, Северная Корея не может забыть войну 1950-1953 годов, которая сократила население страны в 10 миллионов примерно на треть. 64 года назад Соединенные Штаты и Северная Корея подписали соглашение о перемирии, однако США никогда не допускали создания мирного договора.

В ряде случаев КНДР предлагала путь к прочному миру. Кристин Хун, доцент Калифорнийского университета в Санта-Крузе, написала в Progressive: «Неудивительно, что некоторые СМИ сообщили о шагах Северной Кореи по улучшению отношений с Соединенными Штатами. Если они будут оценены, это может привести к значимой деэскалации с обеих сторон. Чтобы было ясно: мирные альтернативы под рукой. Северная Корея неоднократно обращалась к США с просьбой подписать мирный договор, который привел бы неразрешенную корейскую войну к окончанию».Месяц назад Россия и Китай предложили стратегию «заморозки», которая повлечет за собой замораживание ядерных ракетных испытаний в Северной Корее, а взамен США и Южная Корея прекратят свои ежегодные совместные военные учения. Это предложение, опубликованное в совместном заявлении министерств иностранных дел РФ и КНР после встреч между президентом России Владимиром Путиным и главой Китая Си Цзиньпином, является дипломатическим решением, которое нужно реализовывать. Посол России в ООН Василий Небензя заявил, что этот план будет предоставлять «выход из нынешней ситуации».

В письме конгрессменов к Тиллерсону приводятся упоминания об успешных усилиях прямого дипломатического взаимодействия между Вашингтоном и Пхеньяном в 1994 и 2000 годах, а затем под руководством заместителя госсекретаря США по контролю над вооружениями и международной безопасности Джоном Болтоном при Джордже Буше.

Болтон сказал Fox Business в понедельник: «Я не думаю, что есть еще какие-то дипломатические возможности, которые могли бы убедить КНДР изменить свое поведение».

Вице-президент Майк Пенс сказал, что «привлечение Северной Кореи напрямую» в настоящее время обречено на провал.

Но Сьюзан Райс, советник по вопросам национальной безопасности Барака Обамы и посол США в ООН, пишет в New York Times: «Мы долгое время мирились с агрессивной и яркой риторикой Кима... Беспрецедентна и особенно опасна на этот раз реакция президента Трампа. Его угрозы ввергнуть Корейский полуостров в войну…»

Президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин сказал Трампу в недавнем телефонном разговоре: «Южная Корея никогда ни за что не примет возможность начала новой войны на Корейском полуострове, а ядерная проблема Северной Кореи должна быть разрешена мирным дипломатическим путем посредством тесной координации между Южной Кореей и Соединенными Штатами».

В мае Трамп сообщил Bloomberg News, что встретится с Ким Чен Ыном: «Если это будет уместно, я бы совершенно очевидно встретился с ним, я бы почел это за честь ... при правильных обстоятельствах. Я это сделаю».

Учитывая, что мы стоим на пороге катастрофической войны, настали уместные обстоятельства для Трампа встретиться с Ким Чен Ыном. Если бы Трамп успешно заключил мирный договор с Северной Кореей, он получал бы широкое одобрение за то, что повел себя как настоящий дипломат. Немыслимая альтернатива — это военные действия, которые приведут к гибели огромного числа корейцев, японцев и американцев.

https://riafan.ru/918816-od...

Наталья Русская, 09-07-2017 03:01 (link)

Путин: «Мы им устроим, укажем»

Путин ответил шуткой на жалобу американских журналистов на отсутствие комментариев Белого дома.
В ходе пресс-конференции на саммите G20 представитель американских СМИ пожаловался Путину на то, что Белый дом не дает комментариев по вопросам "российского вмешательства" после встречи российского и американского президентов.

«Мы им устроим, укажем» - ответил на эту жалобу Путин.

А извинения Макрона за опоздание на двухсторонние переговоры из-за того, что обсуждал с коллегами вопросы по климату, Путин принял со словами: «Надеюсь, что теперь климат будет лучше».

Молодец Путин! Пусть знают, что если еще хоть раз захотят нас изолировать, то мы им устроим! Будут потом климат менять, где укажем!



Находящийся в изоляции Путин Что-то Трампа совсем в конец поставили. Хотя может туда ставили всех, над кем Путин на саммите подшутил? Трамп то вместе с Макроном замыкающими стоят.

Любимый Западом Порошенко за забором Белого Дома "пресс-конференцию" дает за приставным столиком из украинского посольства Ему теперь остается только всплакнуть на груди Обамы, так как они оба оказались в пролёте. Порошенко западные господа указали на место - на коврике за дверью. А изолента Обамы, которой он пытался заизолировать Россию, неожиданно обернулась вокруг самих США, стремительно теряющих, как своих союзников, так и доминирующее положение. Гроссмейстер Путин постарался!


https://cont.ws/@viborzanam...

Наталья Русская, 16-06-2017 18:42 (link)

Любимый Крым! «Артеку» исполнилось 92 года


16 июня 1925 начал свою работу легендарный пионерский лагерь «Артек». Сегодня международному детскому центру исполняется 92 года. Дата весьма солидная. Отмечать её будут, что говорится, от души: ребята собственными руками сделали ростральную колонну; студенты Севастопольского филиала Государственного морского университета им. адмирала Ф.Ф. Ушакова привели к берегу Гурзуфа свой трёхмачтовый фрегат «Херсонес». Празднования там идут уже сейчас.
Мы же с вами можем поприсутствовать в «Артеке» мысленно, вспомнив основные вехи его истории.

Создан он был с несколько иной целью, чем используется в настоящее время. В 1925 году в городок из четырёх брезентовых палаток, находящихся на берегу реки, приехали 80 подростков, чтоб поправить своё здоровье. Тогда «Артек» был санаторием для лечения детей, страдающих туберкулёзом. В 30-х появились корпуса, позволявшие подросткам приезжать не только в летнее время, но и в зимнее. Так пионерский лагерь на южном берегу Крыма стал работать круглый год.

Ещё до начала ВМВ слава «Артека» разошлась по всему миру. В 1937 году туда приехали подростки из Испании. В советском пионерском лагере они смогли отвлечься от проблем своей страны (там шла Гражданская война) и снова почувствовать себя детьми. С этого момента подростки из других государств стали приезжать ежегодно.

Даже начавшаяся Вторая мировая война не смогла остановить деятельность «Артека». Его эвакуировали сначала в Москву, а потом на Алтай, где он и продолжал свою работу до апреля 1944 года. В Крым же он вернулся сразу после того, как красноармейцы освободили полуостров от фашистско-немецких захватчиков. А уже к 1945 году территория самого знаменитого в СССР пионерского лагеря расширилась до того размера, который мы можем наблюдать в настоящее время.

К 1969 году там появилось три медицинских центра, школа, несколько бассейнов, стадион на 7000 мест и даже киностудия «АртекФильм». Благодаря чему, подростки получили возможность не только отдыхать и поправлять здоровье, но и развиваться во всех направлениях: и в спорте, и в творчестве. Всё было сделано для того, чтоб поездку в «Артек» ребята с теплотой вспоминали всю жизнь

Когда СССР распался и Крым стал частью Украины, начались перемены к худшему. Лидеры Незалежной не знали, как распорядиться доставшимся им наследием, и, как там обычно водится, загубили всё на корню.

Сначала «Артек» превратился в центр украинского национального воспитания, что, как вы понимаете, полностью исключает приезд подростков из других стран. Потом пионерский лагерь превратили в базу подготовки олимпийской сборной страны. Так как ни первый вариант, ни второй никаких положительных результатов не принесли, в 2008 было решено прекратить финансирование многолетнего проекта, который мог бы приносить огромную пользу. Пионерский лагерь, куда на протяжении нескольких десятков лет приезжали дети со всего мира, был опустошён и забыт.

В лучшую сторону всё начало меняться, когда Крым стал российским. Глава республики Сергей Аксёнов и правительство помнили о том, сколько положительного привнёс и может принести «Артек».16 июня 2014 года на свою 89-летнюю годовщину бывший пионерский лагерь стал международным детским центром. Новая концепция его деятельности – инновационное образование, которое, помимо отдыха и оздоровления, могут получить дети.

Осенью того же 2014 года по поручению главы республики Сергея Аксёнова в «Артеке» начались реставрационные работы, капитальный ремонт корпусов (а их 150). Были возведены новые объекты инфраструктуры, поменяны коммуникации, куплена новая мебель

В 2015 году после многолетнего перерыва был первый заезд подростков. Детский центр посетило около 20 тысяч подростков. Теперь путёвка в «Артек» - поощрение ребёнка за его достижения в спорте, творчестве, науке и других видах деятельности. Исходя из того, что нечто подобное было во времена расцвета пионерского лагеря, когда ребята награждались отдыхом в Крыму за свои заслуги, можно сделать вывод: С. Аксёнов решил перенять хороший опыт прошлого и развить его.

В этом году «Артек» планирует принять около 40 тысяч детей, которые смогут не только хорошо отдохнуть, завести новых друзей, но и улучшить свои навыки в актёрском мастерстве, а также получить новые знания по специально разработанной инновационной программе.

Как видно, у детского центра «Артек» непростая история: был взлёт, было падение, и сейчас он снова на взлёте. В связи с этим, сегодняшнее празднование 92-ой годовщины его образования обретает особое значение. Нынешние подростки, создавшие ростральную колонну, подготовившие представления, стали свидетелями нового расцвета центра. Тёплые воспоминания о поездке туда останутся у них надолго. Фрегат «Херсонес», подошедший к берегам Гурзуфа сегодня утром, этому поспособствует.

Шлю им мысленное поздравления и этот пост. Присоединяйтесь


http://patriotikus.ru/russi...

ДАИШ — СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ВЫЗОВ ЗАПАДНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

false 1. С кем и против кого дружит ИГ? 
2. Дополнительные исторические сведения 
3. Оргструктура 
4. Идеология и политическая стратегия 
5. Военное строительство и военная тактика 
6. Коалиционный потенциал 
7. Противоречия внутри западного истеблишмента в связи с фактором ДАИШ 
8. ДАИШ и Центральная Азия
С кем и против кого дружит ИГ?
Исламское государство (ДАИШ — арабская аббревиатура ИГИЛ) в настоящее время — одно из самых сложных, закрытых и относительно эффективных военно-политических феноменов в современных международных отношениях. И хотя в России и во многих западных странах оно квалифицировано как «террористическая организация», на Ближнем Востоке отношение к ИГ не столь однозначное.
Парадоксальным образом ДАИШ можно даже назвать своего рода политическим квантовым феноменом, где на разных качественных уровнях одновременно сосуществуют как бы разные реальности.
На Большом Ближнем Востоке (ББВ) среди многих прозападных элит бытует устойчивое мнение, что ИГ — это искусственно созданная политическая структура, буквально нашпигованная агентами самых различных спецслужб мира. На прямой вопрос «как тогда можно объяснить столь конфронтационное отношение к ДАИШ со стороны Вашингтона и его союзников?» обычно, после некоторой паузы, следует странный ответ: никто не знает, какие альянсы на этом уровне возникают, кто с кем и против кого «дружит». Многие же эксперты спецслужб, в том числе и в России, обоснованно считают, что в ИГ эффективно налажена «перевербовка», и подготовка двойных агентов поставлена «на поток».
В любом случае можно уверенно сказать, что во всё более запутанной и сложной картине ББВ (где системные хитросплетения постоянно становятся всё более запутанными) ДАИШ занимает одно из первых по своей загадочности место. И, конечно, одна из главных причин этого — то или иное участие разнородных спецслужб в его возникновении и формировании.
Как некая протоструктура ИГ было создано опытными офицерами спецслужб Саддама Хусейна, включая представителей могущественной партийной разведки БААС. Поэтому ИГ отличается достаточно высоким профессиональным уровнем офицерского корпуса, управленческих кадров, пропагандистского механизма, управления сферой обеспечения внутренней безопасности. Внутренняя структура ИГ, в соответствии с традиционными правилами функционирования мухабарат («спецслужбы» — араб.), сочетает в себе открытые, полуофициальные и полностью закрытые оргкомпоненты.
В создании и формировании ИГ с 2003 года, наряду с саддамовскими мухабарат, в той или иной степени принимали участие спецслужбы Сирии и Турции, а также, правда в очень незначительной степени, военные разведки США и Великобритании. Это было обусловлено и тем, что иракские спецслужбы ещё со времён ирано-иракской войны накопили существенный опыт закрытых связей со своими коллегами из других стран.
На самом верхнем уровне в значительной степени, пусть и временно, совпали интересы американцев и бывших баасистов. Военно-разведывательному сообществу США, которое стремится сформировать новую систему баланса сил (новую систему сдержек и противовесов) на ББВ и делает стратегическую ставку на Исламскую Республику Иран, одновременно нужен значимый региональный противовес Тегерану, чтобы в долгосрочной перспективе не попасть в зависимость от Ирана как региональной супердержавы. Ни Турция, ни тем более Саудовская Аравия или Израиль по разным причинам таким эффективным региональным противовесом ИРИ стать не могут. И здесь ДАИШ оказывается важным фактором затягивания иранских силовых структур в целый ряд разгорающихся региональных силовых конфликтов.
Некоторые спецслужбы США достаточно эффективно использовали ИГ в 2014 году против правительства аль-Малики в Ираке, которого активно поддерживало руководство КСИР (Корпуса стражей исламской революции). Кроме того, ИГ ослабило КСИР и в другом отношении — взяв под контроль огромные территории Сирии и Ирака — союзников Ирана.
В то же время нынешняя конспирологическая интрига с ИГ объективно играет на руку политической группировке президента Ирана Рухани. Укрепление положения ИГ в регионе способствует более быстрому налаживанию всего комплекса отношений между Тегераном и Вашингтоном.
Но политика — это чаще всего «искусство возможного». Разные спецслужбы играют свои партии, очень часто с ориентацией на различных хозяев — те или иные внутренние элитные группы.
Где больше всего пока провалились американцы в этой опасной для себя игре с ИГ?
Во-первых, и самое главное: практически невозможно эффективно контролировать или даже долго воздействовать на военно-политическую силу, которая не имеет жёсткой иерархической структуры.
Во-вторых, высшая западная элита совсем не ожидала, что ИГ так быстро превратилось в значимую региональную силу и реальный глобальный центр притяжения радикальных сил в исламе. А раз не ожидала, то и не смогла выработать соответствующую рефлексивную стратегическую контригру.
В-третьих, к середине 2015 года стало окончательно ясно, что массовая поддержка ДАИШ в самых различных сегментах суннитского (не только, кстати, арабского) социума возрастает. Более того, американские бомбардировки ИГ, начавшееся использование российской авиации в Сирии под флагом борьбы с ДАИШ ещё больше способствуют росту его популярности не только на БВ, но и в Европе, и в целом на Западе. Как сказал поэт:
Мы видим, что фигуру надо снять, а нам фигура отвечает матом!
Нынешняя силовая конфронтация Запада с ИГ соответствует и служит долгосрочным стратегическим интересам Исламского государства. Объективно ИГ получает возможность экспонироваться в качестве единственного военно-политического авангарда всего исламского мира в противостоянии с «западными крестоносцами».
Но ведь одновременно, с другой стороны, ДАИШ представляет собой детище метафизической энергетики наиболее непримиримого фундаменталистского джихадизма. В его основе — эсхатологическое кредо, глубочайшая вера в скорое воплощение древних пророчеств о «конце времён» и особой участи тех мусульман, которые будут участвовать в реализации этих пророчеств.
…Через несколько дней после начала бомбардировок российской авиацией позиций противников режима Асада на праздничном джума салят в Ракке многие имамы возносили хвалу Всевышнему за то, что Россия прямо вступила в военный конфликт в Сирии.
Если не знать сокровенной мистики эсхатологии Судного дня, то поведение имамов покажется крайне странным. Однако они возносили хвалу Всемогущему за то, что Он, направив ВС России на Ближний Восток, вновь подтвердил приближение «конца света». Пророчество гласит, что накануне «последних времён» состоится битва между силами «нового Рима» и «нового Халифата» у города Дабик на западе Сирии. «Новый Рим» — это Запад как цивилизационная наследница Византии. Но «Новый Рим» это также и современная Турция (которая вступила в антиигиловскую коалицию летом 2015 года) как территориальная наследница Византии. Наконец, религиозным наследником Византии является Россия. Поэтому дежурную поддержку РПЦ действий Москвы в Сирии идеологи ДАИШ назвали «объявлением православного крестового похода против исламского мира».
Дополнительные исторические сведения
Будучи в самый начальный период обычным и почти ничем не примечательным подразделением «Аль-Каиды» на территории Ирака, ИГ (которое изначально называлось «Джамаат ат-Таухид ва-аль-Джихад» — Организация единобожия и джихада) вело классическую террористическую войну, совершая массовые теракты против шиитского населения Ирака, проамериканских правительственных сил и объектов. Никаких долгосрочных целей такая тактика не преследовала, ставка делалась не на результат, а на процесс.
Однако уже в этот начальный период среди бойцов и руководства этой организации (которая чуть позже была переименована в Исламское государство Ирака) были представители бывших саддамовских силовых структур и спецслужб, глубоко разочарованных в баасистской идеологии.
Кардинальная организационная трансформация произошла в 2010 году, когда выпущенные из американских тюрем в Ираке бывшие высокопоставленные офицеры армии и спецслужб Саддама Хусейна фактически возглавили Исламское государство Ирака. На тот момент погибло всё первоначальное высшее руководство ИГИ. Примерно из сорока руководителей, финансистов, высокопоставленных связных и модераторов иракской подпольной сети в живых осталось лишь восемь. Были убиты и два ключевых лидера — Абу Омар аль-Багдади и Абу Айюб аль-Масри.
Военные профессионалы Саддама сумели занять места в высшей и средней иерархии организации. При этом основное внимание было уделено двум стратегическим направлениям.
Во-первых, лидер военспецов Хаджи Бакр быстро и весьма жёстко перегруппировал и переформатировал разрозненные региональные группировки, действовавшие на суннитских территориях, создав гибкую зонтичную структуру управления с единым штабным центром, роль которого выполняла шура (совет) командиров.
Вполне закономерно, что большинство в шуре заняли именно бывшие военные, а Хаджи Бакр сумел продавить избрание на пост руководителя фактически новой организации Абу Бакра аль-Багдади, бывшего на тот момент лишь одним из территориальных руководителей группировки.
Во-вторых, особое внимание было уделено формированию или воссозданию агентурной сети и ячеек организации в различных государственных институтах и учреждениях Ирака, прежде всего в силовых ведомствах. Позднее такая агентурная сеть начала распространяться по всему Ближнему Востоку.
Таким образом, основные компоненты структуры ИГ в значительной степени создавались по образцам баасистской корпорации опытными офицерами армии и спецслужб Саддама Хусейна (у него было девять спецслужб), включая представителей ключевой партийной разведки БААС. Как известно, эта система спецслужб была одной из самых эффективных на Ближнем Востоке. И именно этот специфический системный опыт спецслужб во многом объясняет, почему именно ДАИШ, в отличие от других многочисленных радикальных джихадистских организаций, кардинально отличается высоким профессиональным уровнем и дисциплиной офицерского корпуса, управленческих кадров, пропагандистского механизма, управления сферой обеспечения внутренней безопасности. Особый психологический характер ИГ во многом напоминает эшелонированную подпольную специфику иракской БААС. Секретность, столь характерная для спецслужб ИГ, напоминает парадоксальное поведение баасистских структур. Например, даже уже находясь у власти, будучи правящей, партия БААС продолжала действовать как бы в глубоком подполье. Например, когда проходил очередной съезд баасистов, мало кто из непосвящённых знал об этом. А итоги такого съезда обычно публично объявлялись через несколько недель после завершения партийных мероприятий.

false
Оргструктура
ДАИШ формируется на основе гибкого сочетания сетецентричной оргмодели и классических принципов формирования иерархических структур. Это даёт возможность руководству ИГ достаточно эффективно использовать открытые, полузакрытые и глубоко скрытые организационные компоненты.
Высший уровень командования в ДАИШ — это военно-политическая шура и специализированные штабные центры, а второй уровень — это некое, внешне аморфное, сообщество полевых командиров. Таких командиров в Исламском государстве, по некоторым данным, приблизительно от семисот до девятисот человек. Именно эта группа представляет собой наиболее пассионарный компонент ИГ в идеологическом, политическом и военном отношении.
Собственно, именно полевые командиры Исламского государства оказывают решающее воздействие на каждодневную реальную власть на контролируемых территориях. Особенно с учётом того, что в условиях сочетания иерархического и сетевого принципов построения организации процессы принятия решений в ИГ идут одновременно и сверху вниз, и снизу вверх.
Третий уровень в Исламском государстве — это возрастающая массовая социальная поддержка. Причём такая поддержка усиливается не только в самой Сирии и Ираке, но и на всём Ближнем Востоке, в исламском мире.
В течение одного мая 2015 г. произошло нападение на полицейский патруль в Эр-Рияде, и одновременно была предотвращена попытка ввезти значительный груз взрывчатки владельцем автомашины, прибывшей на территорию Саудовской Аравии из Бахрейна. В этой аравийской стране была раскрыта новая радикально-экстремистская ячейка, в состав которой входили шестьдесят пять человек, планировавшая проведение нескольких террористических акций. Эти операции должны были создать впечатление начала открытой межконфессиональной войны. Несмотря на превентивные аресты, первый взрыв в шиитской мечети с десятками убитых в Восточной провинции произошёл 22 мая, а второй взрыв прогремел в самом конце месяца недалеко от первого места.
Всё это заставляет вновь акцентировать внимание на некоторых особенностях ДАИШ, которые выкристаллизовались в результате соединения идеологии радикального джихадизма и специфического опыта саддамовских мухабарат.
Прежде всего, речь идёт о креативном использовании технологий сетецентричных войн. Например, весной 2015 года американцы объявили о ликвидации заместителя лидера ИГ Абдель Рахмана Мустафы аль-Кадули, а также о серьёзном ранении самого халифа Абу Бакра аль-Багдади. Однако даже если эти события действительно имели место, никакого серьёзного и немедленного воздействия на боеспособность ИГ они оказать не могли (дальнейшие события это, собственно, и подтвердили). В рамках сетецентричных войн даже физическая ликвидация лидера или его заместителя на эффективность проводимых такой организацией мероприятий и боевых операций серьёзно не влияет.
Важное место в модели сетецентричных войн ИГ занимает технология формирования и развёртывания агентурных сетей, прежде всего на идеологической основе. ДАИШ имеет, с высокой долей вероятности, наиболее разветвлённую агентурную сеть на Ближнем Востоке с тенденцией её расширения в другие геополитические зоны.

false

Постепенно, в самом начале, формируется сеть добровольных симпатизантов и информаторов, которые только собирают необходимую информацию, прежде всего о представителях властных структур противника, военных и служб безопасности, представителях социальных слоев, кланов и племен, враждебно настроенных в отношении ДАИШ, массовой вражеской агентуре и т.д. Такая информация даёт возможность практически сразу нанести решительный удар по агентурной сети противника, как это произошло весной 2015 года в Рамади и Пальмире, и не допустить развёртывания диверсионно-партизанских действий в тылу ДАИШ.
Далее, на следующем этапе, в работе в глубоком подполье, как это происходит в настоящее время в Багдаде, на территории Саудовской Аравии и Иордании, на основе сети идеологически мотивированных информаторов появляется возможность приступить к формированию отдельных ячеек и групп, способных к единичным диверсионно-партизанским действиям с целью критической социально-политической дестабилизации.
На третьем этапе такие ячейки постепенно начинают воссоединяться в некие общие субрегиональные или национальные сети.
Весной 2015 года «Аль-Джазира» провела опрос своей телеаудитории, и обнаружилось, что почти 70 процентов зрителей (скорее всего, только арабоязычного канала) одобряют цели ДАИШ. По отдельным арабским странам эта цифра временами может достигать 90—95 процентов. В закрытом режиме Исламское государство поддерживает значительное число элит суннитских, прежде всего арабских элит. Во всяком случае, именно финансовые потоки этих элитных групп составляют одну из основных, а может быть, и основную статью доходной части бюджета ИГ.
Осенью 2014 года тогдашний саудовский министр иностранных дел принц Сауд аль-Фейсал заявил госсекретарю Джону Керри: «ИГИЛ — это наш ответ на вашу поддержку партии „Даваа“ (в тот момент правящая радикальная шиитская партия в Ираке)». Причём под «нашим ответом» имелся в виду не столько саудовский, сколько общесуннитский ответ. В целом ряде стран исламского мира ИГ уже воспринимается как ведущий политический субъект суннитского большинства.
К августу 2015 года Исламское государство контролировало почти 45% территории Сирии и около 35 процентов Ирака — с общим населением от 8 до 10 миллионов человек. На захваченных территориях форсированно создавались или воссоздавались органы территориального управления, вводились единые шариатские нормы поведения, жёстко истреблялись представители всех враждебных или нелояльных групп населения. Соответствующую информацию предоставляла агентурная сеть. Уничтожались также криминальные банды грабителей и бандитов, а конкурирующие экстремистские группировки либо приводились к покорности, либо также ликвидировались.
Между прочим, в Сирии изначально главной целью ИГ было не свержение режима Асада, а именно формирование своего особого государства. Как известно, реализация идеи панарабского единства, как она формулировалась в партийных документах БААС, должна была начаться первоначально именно через объединение Ирака с Сирией, в том числе и через консолидацию партийных баасистских структур обеих стран.
На всём этом захваченном пространстве ИГ контролирует и управляет многочисленными нефтяными и газовыми объектами, электростанциями, другими действующими экономическими предприятиями, банками, продолжает получать субсидии от своих различных внешних сторонников. Экономика этих территорий постепенно начинает работать на новые госструктуры Халифата, обеспечивая товарное заполнение рынков и налоговые поступления. Хотя пока денежной единицей на территории Халифата остаются доллар и существующие национальные денежные единицы, планируется уже в 2016 году ввести в обращение свою валюту — динары и дирхемы.
Основное внимание в рамках текущего государственного строительства уделяется восстановлению и формированию традиционной мусульманской социальной инфраструктуры: выступая за справедливое распределение ресурсов, ИГ строит госпитали, новые дороги, школы, улучшает транспортное сообщение. Там, где это возможно, ДАИШ стремится восстановить управленческую инфраструктуру, чтобы все государственные учреждения, ответственные за социальное жизнеобеспечение, бесперебойно функционировали, а чиновники дисциплинированно выходили на работу.
Социальная жизнь на территориях, подконтрольных ДАИШ, строится в соответствии с законами и нормами шариата. Ворам отрубают руки, неверных жён забивают камнями, пьяниц и прелюбодеев секут плетьми, наркодилерам отрезают головы, а гомосексуалистов сбрасывают с крыш многоэтажных домов. Наряды религиозной полиции — «хизба» — разъезжают по населённым пунктам и следят за сохранением справедливых цен и соблюдением норм шариата. Повсеместно действуют шариатские судебные и исполнительные органы.
Внутренняя политика ИГ основана на принципах и нормах социальной справедливости, социальной солидарности с малоимущими и бедными, на необходимости развития самоорганизации общества на традиционных исламских началах.
Особенно большое внимание уделяется широкомасштабной социальной деятельности, включая предоставление продовольственных пайков и медицинских услуг нуждающимся, содействие в получении образования, реализацию исламского правосудия и исламского порядка. Всё это обеспечивает исламским радикалам значительную поддержку населения. Локальное, местное сопротивление в отношении ДАИШ практически отсутствует.
Политику стимулирования социальной поддержки руководство ИГ проводит одновременно в разных направлениях. Это и непосредственная адресная поддержка обездоленных слоёв населения, например, массовая раздача продовольствия и лекарств, предоставление медицинской помощи, как это произошло сразу после захвата Пальмиры. Это и разветвлённая, широкомасштабная религиозно-идеологическая работа. Это и воссоздание государственных структур жизнеобеспечения. Это и существенные меры по обеспечению социальной справедливости на подконтрольных территориях.
ИГ предпринимает и специальные усилия, чтобы завоевать лояльность населения того или иного города. Например, после захвата Рамади, административного центра иракской провинции Анбар, из городской тюрьмы были сразу же освобождены узники — 70 мужчин и 30 женщин. У большинства из них охранниками были прострелены ноги, чтобы они не могли бежать. Были сразу же выпущены на свободу многие жители города, задержанные полицией по ложным обвинениям в терроризме, с которых требовали крупные взятки за возможное освобождение.
В январе 2015 года руководство ДАИШ официально заявило, что бюджет Исламского государства составит на текущий год более 2 миллиардов долларов. Главная цель раскрытия такой цифры в условиях резкого падения цен на нефть заключалась в публичной демонстрации всему миру, что долгосрочный проект Исламское государство при наличии таких влиятельных и финансово обеспеченных союзников в исламском мире в принципе не может обанкротиться.
Идеология и политическая стратегия
Исламское государство с середины 2014 года проявило себя как мощная, волевая идеологическая сила, переведя идеи Халифата из только исторической сферы в максимально практическую плоскость. ДАИШ — это эффективный политико-идеологический феномен не только на Большом Ближнем Востоке, но, возможно, во всём мире.
Ключевым критерием действительно успешной политической идеологии в любой части земного шара является широкомасштабное развёртывание проекта «общего дела», постоянно согласуемого с большинством соответствующего социума. И это не только и не столько историко-пропагандистское обоснование «общего дела» для максимально широких слоёв населения, но и выдвижение и обоснование тех практических механизмов и технологий, при помощи которых сотни тысяч и миллионы людей оказываются способными непосредственно лично участвовать в реализации такого «общего дела».
Таков, например, идеологический смысл призыва Абу Бакра аль-Багдади к мусульманам из других стран ехать в Ирак и Сирию, чтобы именно совместно строить Халифат. При этом он особо подчёркивает, что эмиграция в ИГ — религиозный долг всех мусульман мира. К середине 2015 года в Исламское государство сознательно переехали представители более 100 стран мира.

false

В рамках идеологии ДАИШ Халифат это отнюдь не государство в западном понимании. Халифат есть политическое воплощение уммы как принципиально новой социальной реальности. Поэтому, с одной стороны, такая идеология придаёт реальный смысл жизни для мусульманской личности, оказывает и будет оказывать возрастающее влияние на миллионы прежде всего молодых людей во всём исламском мире. Концепция Халифата, создающаяся всеми мусульманами и объединяющая на практике сакральные, социальные и политические смыслы уммы, становится закономерным полюсом системного притяжения. Но, с другой стороны, такая идеология жёстко противопоставляет мусульманский мир остальной человеческой цивилизации.
Провозглашение Халифата — это и глубоко символическая акция ИГ против соглашения Сайкса-Пико, против раздела арабского региона, который сто лет назад осуществил Запад. Как известно, соглашение Сайкса-Пико противоречило негласным договорённостям с тогдашними арабскими лидерами, которым Европа обещала независимое арабское государство со столицей в Дамаске в обмен на поддержку борьбы против османов.
Для ДАИШ публичное не только на словах, но и на деле отвержение соглашения Сайкса-Пико крайне выгодно, так как это добавляет мотивации его бойцам, считающих себя и мстителями за историческую несправедливость, и законными наследниками Халифата после Османского государства.
Неожиданное форсированное преобразование ИГИЛ в Исламское государство, в Халифат на практике подразумевает объявление «джихада» всем светским элементам Запада в мусульманском мире. Это означает, что реальность цивилизационного конфликта между исламским миром и Западом переходит в сферу конкретного политико-силового противостояния, по крайней мере на пространствах Большого Ближнего Востока.
С другой стороны, появление действительного Исламского государства, Халифата, означает, что подспудная ненависть десятков и сотен миллионов мусульман к Западу способна канализироваться с непредсказуемыми политическими последствиями уже в среднесрочной перспективе.
Провозглашение Халифата в глобальном идеологическом контексте означает для исламского мышления и для всего исламского мира стратегический вызов самому факту бессмысленного существования западной материалистической цивилизации. Ведь Халифат является для очень многих мусульман ясным выразителем принципиально новой в человеческой истории социальной общности — уммы, в рамках которой, собственно, и происходил мистический процесс общечеловеческого, группового и личностного жизненного смыслообразования.
Почему миллионы и десятки миллионов людей, и не только в исламском мире, поддерживают радикальные и ультрарадикальные идеологические воззрения ДАИШ, несмотря на мощную глобальную контрпропаганду? Причём такое влияние проявляется не только на уровне «мусульманской улицы», но и на уровне элит. Например, даже министры Чада приезжали, чтобы послушать проповеди Мухаммада Юсуфа, популярного в регионе лидера «Боко Харам» — союзника ДАИШ.
Но есть и более примечательный пример. Многие влиятельные политические элитные группы и кланы арабских стран Залива не только финансово помогают ДАИШ, но и устанавливают с представителями его высшего руководства конфиденциальные связи.
Причина такого политико-идеологического воздействия ДАИШ заключается в том, что ИГ, осознанно или неосознанно, воспринимается в исламском мире как возможно единственная альтернатива надвигающемуся глобальному и региональному хаосу, развивающейся системной энтропии, как религиозное воплощение политической воли и всеобщего справедливого порядка, как соединение различных временных компонентов исторического исламского сознания.

false

Поэтому и командующий американскими оперативными силами на Ближнем Востоке генерал-майор Майкл Нагата и генерал Джон Аллен, который в 2014 году возглавил международную коалицию против ДАИШ, отмечают, что на Западе идеология ИГ не воспринимается как предельно опасная стратегическая угроза. Но, по мнению генералов, именно идеологическая делегитимизация ДАИШ становится критически важной во всех попытках нанести ему серьёзное поражение.
Что касается пропагандистской деятельности, которая обслуживает эту идеологию, то здесь явно доминирует стратегический, научный подход: ДАИШ имеет специальное управление, которое системно занимается такой деятельностью. У ИГ есть собственный и уже достаточно раскрученный журнал «Дабик», видеостудия, веб-мастеры, маркетинговые группы, группы хакеров, опыт эффективного использования не только СМИ, но и СМК, социальных сетей и т.д. Более того, ДАИШ обладает опытным профессиональным кадровым потенциалом в этой сфере. Причём по этому показателю они явно опередили баасистов.
Эти талантливые пропагандистские кадры производят простую и понятную пропагандистскую продукцию, воздерживаясь от абстрактных, сложных и непонятных для больших социальных групп идей, используя для эффективного воздействия на коллективное бессознательное масс максимально простых представлений, методики повторения бинарных и миметических принципов. Такие пропагандистские методы и технологии позволяют эффективно воздействовать на коллективное и индивидуальное бессознательное максимально широких масс населения.
Например, соответствующее идеологическое управление ДАИШ публикует «ежегодные отчёты» о своих действиях, военных победах, убийствах и финансовых поступлениях подобно крупной международной компании, которая выпускает отчётность в Excel и PowerPoint. Так, в июне 2014 года Исламское государство обнародовало прекрасно составленный 400-страничный документ с множеством визуальных и матричных материалов, подтверждающих приведённые цифры. В этом документе ДАИШ отчитывается по количеству казней, сожжённых домов и терактов с участием смертников за 2013 год. Рисунки, иллюстрации и схемы рассказывают о «более 10 тысячах боевых операций в Ираке», «казни 1083 противников» (вдвое больше, чем годом ранее), «сожжении и уничтожении 1015 домов», «238 операциях со смертниками», «подрыве 4 тысяч взрывных устройств на дорогах», «освобождении сотен» сидевших в тюрьме исламистов…
Доклад этот был массово «распропагандирован» в мировых СМИ, и это, кстати, являлось одной из главных рефлексивных пропагандистских целей ИГ. Скрытая задача пропаганды этого документа заключалась в том, чтобы расширить глобальную бессознательную панику среди западных обывателей, завербовать новые кадры, запугать врагов и подтолкнуть новых потенциальных спонсоров к продолжению финансирования джихада против крестоносцев, шиитов и прочих врагов Исламского государства. Долгосрочную военно-политическую стратегию ДАИШ можно условно назвать «подталкиванием большой общеисламской революции». И это очень напоминает стратегию пророка Мухаммада, направленную на стимулирование социальных революционных настроений в среде племён и стран, противостоящих начальному исламу.
Долгосрочная военно-политическая стратегия ИГ включает в себя несколько важных компонентов. Во-первых, системная пропаганда образа особой новой социально-политической общности на основе принципов социальной справедливости, социальной солидарности и социальной ответственности. Во-вторых, особое внимание уделяется не столько захвату и удержанию территорий, сколько тотальной, долгосрочной деморализации противника — его вооружённых сил, его руководства, тех групп населения, которые его поддерживают. То есть речь идёт о том, чтобы существенно подтолкнуть систему острейших социально и политико-идеологических противоречий, тлеющую во многих арабских странах, и заставить её открыто проявиться на поверхности политической конфронтации. Другими словами, речь идёт о «целенаправленном подталкивании общеарабской революции».
В рамках такой стратегии крайне важными в политико-психологическом плане являются постоянные активные наступательные действия боевых подразделений ИГ, которые предполагают нанесение быстрых и неожиданных контрударов с гибким маневрированием при этом имеющимися силами. Проведение таких комбинированных операций в условиях отсутствия преимущества в тяжёлой технике и авиации требует от военного командования ДАИШ очень чёткой штабной координации и отработанных систем связи. Кроме того, такая демонстрация наступательной воли, в свою очередь, обеспечивает постоянный приток в ряды группировки новых опытных кадров, прежде всего подготовленных в военном отношении.
Военное строительство и военная тактика
Исламское государство фактически уже сформировало специфическую кадровую армию для ведения «гибридной войны», численность которой, по мнению большинства экспертов, составляет от 70 до 90 тысяч бойцов, хотя другие оценки варьируются от 30 до 200 тысяч личного состава. У этой армии на вооружении находятся разнообразное ракетное оружие, бронетехника, включая самые современные танки, дальнобойные орудия, в том числе 155-мм гаубицы М1998, более 800 крупнокалиберных и зенитных пулемётов.
Пять особо важных факторов обусловили заметные военные успехи Исламского государства в течение 2014-2015 гг.
Во-первых, руководство ДАИШ сформировало свой эффективный специализированный военный совет, своего рода генштаб, куда входят от 8 до 13 высших офицеров. Исламское государство обладает одной из лучших на Ближнем Востоке внешней разведкой и успешной контрразведкой.
Во-вторых, налицо наличие высокого морального духа и инициативности офицеров и бойцов ИГ. Этому в значительной степени способствует децентрализация структуры военного командования, когда решения в непосредственной боевой ситуации принимают сами мобильные боевые группы.
В-третьих, большой накопленный военный опыт. Значительная часть командного состава боевых подразделений ДАИШ постоянно находится в состоянии непрерывных военных боевых действий в течение нескольких лет. А ещё великий китайский стратег Сунь Цзы учил: «Очень трудно победить ту силу, которая постоянно воюет».
В-четвёртых, военное командование ИГ эффективно использует и комбинирует в рамках единой тактической модели три взаимосвязанные технологии: предварительная информационная и психологическая деморализация противника, использование нетрадиционных методов войны с давлением на внутренние слабости противника и конвенциональные военные действия после достижения военного перевеса.
ДАИШ очень часто сочетал в 2014-2015 гг. стратегическую выдержку, способность планировать сложные комплексные операции одновременно в Сирии и Ираке, которые представляют своего рода многослойную гибридную войну, включающую использование разветвлённых приёмов терроризма, городской партизанской войны, подрывной информационно-психологической войны и традиционных методов конвенциональной войны. Тем самым достигалась и системность стратегических, оперативных и тактических уровней ведения военно-силовых действий.
Среди других разработанных приёмов сугубо на тактическом уровне — ослабление линии обороны противника массированным артиллерийским огнём или образование «брешей» в обороне при помощи смертников-шахидов с последующей масштабной атакой на бронемашинах Hummer, оснащённых крупнокалиберными зенитными пушками. Характерной чертой атакующей тактики ДАИШ является также использование при наступлении плотного и сверхплотного пулемётного и гранатомётного огня с беспрецедентным использованием снайперов, массовой подготовке которых в ДАИШ уделяется в течение всего 2015 года особое внимание.
Основное боевое подразделение ДАИШ — мобильные группы от 8 до 12 человек на 2-5 машинах. Используя Facebook или Twitter, члены определённой группы собираются в условленном месте в условленное время. Час-полтора уходит на разъяснение или конкретизацию боевого задания, после чего группа форсированно выдвигается к месту операции. Значительное число наступательных операций проводилось под утро, после утреннего намаза.
Одним из наиболее эффективных тактических достижений ДАИШ стало проведение ночных атак с использованием бронетанковой техники, снабжённой приборами ночного видения, включая ночные тепловизоры.
Стратегия целенаправленного провоцирования паники как непосредственно среди боевых порядков противника, так и поддерживающего его населения, не раз доказала свою эффективность в военной истории: и у китайцев, и у гуннов, и у монголов, и у Тимура, и во время первых мусульманских завоеваний.



Эта стратегия активно используется и военным руководством ИГ. В ней сочетается тактика проведения молниеносных военных операций, использование засад, одновременных терактов в нескольких местах, захвата заложников и изощрённой психологической войны с опорой на обман, пугающие слухи и показные зверства, которые призваны вызвать одновременно ужас и восхищение с помощью визуального и эмоционального шока. Этот шок призван лишить солдата или офицера противника какой-либо воли и всяческого желания бороться и сопротивляться. Тактика предварительного психологического и пропагандистского запугивания должна привести врага в состояние паралича и ступора. Вот для этого и используются кадры (чаще всего постановочные) мужчин, женщин, детей и стариков, которых обезглавливают, хоронят заживо, подвешивают на мясницкие крюки, кастрируют, продают, как скот, на рынках Мосула…
Вызванные чувства неотделимы от лежащего в основе традиционного маркетинга принципа подсознательной идентификации. Радикалы ДАИШ могли бы показывать в своих видео просто горы безликих трупов, но это было бы куда менее эффективно, чем прямая трансляция обезглавливания гражданина западной страны, с которым может легко идентифицировать себя обычный зритель. Ведь именно автоматическое подражание и базовая потребность в самоидентификации — элементарный принцип функционирования человеческой психики, использование которого является основой работы пиара и маркетинга.
Задачи стратегии пропагандистско-психологического ошеломления и запугивания заключаются в следующих моментах:
во-первых, речь идёт о том, чтобы запугать потенциально инакомыслящих и несогласных в собственном лагере. Страх подозрений в «предательстве» группы укрепляют лояльность её членов;
во-вторых, вызвать восхищение и притяжение всех людей с потенциальными садистскими, психопатическими отклонениями и наклонностями. В любом социуме из ста человек как минимум двое или трое обладают соответствующими атрибутами;
в-третьих, нанести психологический, потенциально деморализующий удар по «ближнему» (местное население) и «дальнему» врагу (Запад), навесив вину на казнённого заложника, которого перед смертью заставляют возложить на правительство своей страны ответственность за предстоящую расправу;
в-четвёртых, вызвать у врага так называемый «стокгольмский синдром», то есть добиться добровольного подчинения с помощью страха и ожидания. Противник должен быть одновременно запуган и сбит с толка опасным сплавом визуального террора и демонизации.
Когда представитель западного общества видит, как заложник возлагает на империалистический и крестоносный Запад ответственность за убийства неверных, он становится потенциальным идеологическим пособником, который из страха распространяет часть претензий ДАИШ. Один из основных лейтмотивов пропаганды ИГ — аргументированные обвинения западных «крестоносцев» во «вторжении на мусульманские земли» (Афганистан, Ирак) и «угнетении» мусульман. Тогда, в соответствии с этой логикой, жестокость Исламского государства оказывается лишь справедливой контрмерой по отношению к политике Запада в исламском мире.
Показательным примером стратегической эффективности тактики такого пропагандистского воздействия оказались результаты выборов в Испании после терактов в Мадриде в 2004 году. Победа досталась социалисту Луису Хосе Сапатеро, хотя до трагедии все опросы прочили первое место правым. Но дело в том, что именно исламистские радикалы возложили ответственность за теракты на правое правительство Хосе Марии Аснара.
Сегодня Исламское государство активно, широкомасштабно и целенаправленно формирует варварскую репутацию (распятия, обезглавливания и т.д.), которая создаёт атмосферу паники не только у реального, но и у потенциального противника. Такой пропагандистский террор моджахедов ИГ приводит в ступор и деморализует врага ещё до начала боя, что позволяло им после середины 2014 года захватывать целые города без какого-либо активного сопротивления.
Пропагандистские службы ДАИШ непрерывно рассылают всё новые фотографии и видео обезглавленных врагов. Например, когда 8 августа 2014 года войска Исламского государства захватили лагерь 93-й бригады (самая крупная база сирийской армии в провинции Ракка) и убили 300 солдат Башара Асада, «веб-моджахеды» немедленно выложили в сеть съёмки обезглавливания сирийских военных. Сам же захват армейской базы осуществлялся на основе отработанной боевой тактики с участием «шахидов»: тройной теракт открыл путь отрядам ДАИШ, которые смогли проникнуть на уже пострадавшие участки. Захват базы позволил ИГ заполучить существенное количество техники и тяжёлого оружия.
Непосредственно в боевые подразделения набирают только рекрутов, имеющих военную подготовку и соответствующий опыт. Наиболее предпочтительны бывшие офицеры любой кадровой армии. В рядах ДАИШ воюют бывшие офицеры армий Франции, Германии, Казахстана, России, Таджикистана и других стран.
До последнего времени базовый тренинг прибывающих рекрутов и добровольцев осуществлялся на 25 тренировочных лагерях ИГ. Но к августу 2015 года их количество увеличилось как минимум в два раза, поскольку потери ДАИШ существенно возросли. Основной учебный курс обычно продолжается от 2 недель до 1 года. В течение этого периода рекруты получают военное, политическое и религиозное образование. Тщательно изучается также арабский язык.
Определенные компоненты боевой тактики, отработанные ДАИШ, достаточно быстро распространяются во всём регионе. Например, в Нигерии боевики «Боко харам» уже взяли на вооружение тактику ИГ при захвате и удержании территорий.



Все вышеупомянутые тактические особенности ДАИШ достаточно выпукло проявились в первых двух кварталах 2015 года, когда иракское правительство, при содействии боевой авиации США и непосредственной поддержке инструкторов и спецназа иранского КСИР предприняло попытку широкомасштабного наступления на территории, захваченные ИГ летом 2014 года, прежде всего в провинции Анбар.
В связи с этим военное командование ДАИШ предприняло две меры.
Во-первых, крупные отряды джихадистов рассредоточились, частично перейдя на легальное положение, прежде всего в городах, т.е. значительная часть кадрового состава целенаправленно растворилась среди местного населения. И это вполне логично и рационально: держать оборону при многократном превосходстве противника в авиации и тяжёлом вооружении означает заведомое стратегическое поражение.
Во-вторых, стала форсированно расширяться и укрепляться подпольная агентурная и диверсионная сеть в Багдаде, в Басре, других крупных иракских городах, а также собственно в иракских ВС. Соответственно, планы по организации наступления, а также тактические изменения в этих планах быстро становились известны разведорганам ДАИШ.
Например, в январе 2015 года курдские подразделения организовали «успешное наступление» в районе Кобани—Камышлы в Сирии. Конечно, боевой потенциал пешмерга «неожиданным и чудесным образом» не возрос в разы. Ведь ещё в декабре курды висели на волоске от сокрушительного поражения в том же Кобани. На самом деле руководство ДАИШ провело целенаправленную перегруппировку своих сил, концентрируя их на особенно опасных направлениях. То есть в течение декабря-января произошло выравнивание линии фронта, дабы избежать окружения отдельных частей ДАИШ за счёт фланговых обхватов.
Другой, связанный с этим же пример. Часть джихадистских сил из Сирии перебрасывалась в Ирак для насыщения обороны Тикрита и Мосула. Командование ДАИШ, естественно, сделало акцент на совершенствовании тактики уличных боёв в суннитских городах, которые минимизируют превосходство противника в авиации и бронетанковой технике. Таким образом, ставка была сделана на использование «афганской модели сопротивления», когда контролируемые ИГ районы Сирии превращаются в оперативные тыловые базы.
В этой связи интересны оценки Масуда Барзани — президента иракского Курдистана. По его словам, только потери курдов Ирака в борьбе против ДАИШ в 2014 году составили 800 убитых, в их числе — 10 бригадных генералов и около 4000 раненых военнослужащих.
Общую численность ВС Исламского государства М. Барзани оценил в пятьдесят тысяч человек. По его словам, воевать с вооружёнными формированиями Исламского государства гораздо сложнее, чем с армией Саддама Хусейна. «Войска Саддама были регулярной армией, и мы знали, что от них можно ожидать, а ИГ постоянно меняет тактику». Он отметил присутствие в рядах ИГ опытных боевиков и даже бывших офицеров «из Пакистана, Узбекистана, Казахстана и Чеченской Республики». Барзани назвал соседство Иракского Курдистана с ДАИШ «невыносимым». В то же время он довольно уклончиво высказался на тему масштабов участия пешмерга в дальнейших сухопутных операциях против ИГ.
В феврале 2015 года американцы провели в иорданской столице переговоры с вождями ряда суннитских племен Ирака. Шейхи Зейдан аль-Джибури и Джалаль аль-Гауд заявили, что готовы участвовать со своими сторонниками в военной операции против ИГ. Цели сил участников коалиции, участвующих в сухопутном наступлении против ИГ по определению оказались различными. Официальный Багдад был заинтересован в восстановлении статус-кво, который существовал при бывшем премьере Нури аль-Малики, курды — в удержании Киркука, суннитские племена провинции Анбар и Мосула — в широкой автономии и освобождении от доминирования как ДАИШ, так и шиитского правительства аль-Абади.
Основным направлением в проведении первого этапа этой операции стало наступление в направлении Тикрита (родины Саддама Хусейна), в котором активное участие принимали представители иранского Корпуса стражей исламской революции. Офицеры КСИР в данном случае выполняли функции советников и штабистов, а основная боевая нагрузка легла на подразделения иракского аналога КСИР. Его формирование началось осенью 2014 года после соответствующего решения Багдада и шиитского духовного руководства в Кербеле при активной материальной и технической поддержке КСИР.
Костяк нового подразделения составляют боевики т.н. «армии Махди» Муктады ас-Садра — лидера одной из наиболее влиятельных и радикально настроенных шиитских фундаменталистских организаций Ирака. Это уже серьёзно насторожило правительство Абади, поскольку противоречия между различными иракскими шиитскими фракциями ещё при бывшем иракском премьере аль-Малики стали обостряться.
Активное формирование с осени иракского аналога КСИР, по сути, стало ключевым шагом по созданию моноконфессиональной армии для правительства в Багдаде. Предполагается, что после прохождения военной обкатки в боях за Тикрит и Мосул «иракский КСИР» может постепенно полностью заменить иракскую армию, пронизанную агентурной сетью ДАИШ.
Официально оперативная координация в ходе наступления на Тикрит между военными командованиями США и ИРИ отсутствовала. На самом деле активная и тесная координация действий осуществлялась через посредников в иракском генштабе. По линии спецслужб постоянное взаимодействие обеспечивали высокопоставленные сотрудники службы безопасности Иракского Курдистана. В частности, такой канал координации активно действовал в период активной фазы боёв за Кобани: тогда спешно усиленная резидентура КСИР в Эрбиле через своих курдских коллег координировала с американскими спецслужбами организацию воздушного моста.
Медленное наступление правительственных войск и шиитских отрядов на Тикрит — одного из исторических символов баасизма в Ираке — к середине двадцатых чисел марта серьёзно затормозилось. Ожесточённое сопротивление формирований ИГ заставило генерала А. ас-Саади, командующего операцией со стороны иракского генштаба, признать, что «наступление фактически провалилось и для его успешного завершения необходимо участие сил международной коалиции». Имелась в виду поддержка американской авиации.
Действительно, когда начались собственно уличные бои в самом Тикрите, использование авиации западной коалиции резко сократилось. Применение боевой авиации во время уличных боёв по определению лимитировано. Эффективные схемы тактики боя в городских условиях подразумевают комбинированное применение бронетанковой техники, артиллерии, спецподразделений и пехоты. В условиях военных действий в городских условиях подразделения ДАИШ смогли доказать свою высокую боеготовность. При этом была продемонстрирована политическая воля и дисциплинированность. Например, были расстреляны несколько полевых командиров ИГ, официально — из-за «трусости».
Одновременно подразделения Исламского государства (ИГ) активизировали сирийский фронт, перегруппировав силы и организовав несколько отвлекающих наступательных операций в Латакии и в курдских районах вблизи турецкой границы. Причём в последнем случае был применён классический обхват с флангов: джихадисты вначале сымитировали отступление, фактически заманив курдов в ловушку. И это сработало. Всё это было сделано, чтобы гарантировать получение устойчивого логистического коридора на сирийско-иракской границе.
Однако после 26 марта американцы, несмотря на все возможные политические последствия, прежде всего связанные с суннитским фактором, вынуждены были не только возобновить, но и интенсифицировать воздушные налёты на Тикрит, используя при этом самые современные средства «умного оружия». Иначе трёхмесячная наступательная операция иракской армии оказалась бы полностью проваленной.
К началу апреля иракская армия захватила центр Тикрита, хотя бои на окраинах города продолжались вплоть до начала мая.
С политической и геополитической точки зрения военная операция по захвату Тикрита продемонстрировала качественно новый уровень военной координации между шиитским силовым потенциалом и Западом. В ходе этой операции происходило также непрерывное усиление иранского военного сегмента в рядах наступающих. В конце марта количество таких инструкторов в иракских частях превысило 500 офицеров, которыми непосредственно руководил генерал Касем Сулеймани. Именно благодаря офицерам КСИР и американской воздушной поддержке удалось окончательно захватить Тикрит.
Моральное состояние собственно иракской армии и курдских подразделений пешмерга оказалось неудовлетворительным. Например, имитация применения «хлора» джихадистами против наступающих курдов привела к панике и массированному отступлению пешмерга с ранее занятых ими позиций. Хотя было известно, что реальным химическим оружием ДАИШ не располагает. Но использование имитационного «хлора» свидетельствует о хорошей подготовке в рамках проведения психологической войны и знание бывшими баасистскими офицерами слабых сторон своих конкретных противников.
Коалиционный потенциал
Религиозно-идеологическое руководство ДАИШ стремится создать некую общую согласованную догматическую интерпретацию ислама и на этой основе постепенно консолидировать различные группы и организации радикальных моджахедов, несмотря на наличие традиционной конкуренции в их рядах.



В то же время лидеры ИГ проявляют особую политико-идеологическую гибкость, налаживая союзнические отношения с представителями многих других суннитских групп. Речь идёт не только об активном взаимодействии с баасистами. Целый ряд бывших старших офицеров армии и силовых структур С. Хусейна, видных функционеров партии Баас находятся среди «высокопоставленных советников» руководства ДАИШ. Помимо таких прочных связей ИГ с баасистами, представители руководства ИГ активно и небезуспешно пытаются выстраивать отношения с племенными лидерами и с суфийскими военными формированиями. И это приносит свои политические плоды. Менее чем за год ДАИШ превратился в самый крупный исламский суннитский радикальный центр на планете, когда различные экстремистские группировки постепенно превращаются в филиалы ИГ.
Но ситуация в плане выстраивания отношений между более крупными «региональными» группировками, например, ДАИШ и «Аль-Каида» Магриба (АКИМ), представляется более сложной задачей. Например, в Ираке и Сирии их представители периодически сражаются между собой. Казалось бы, их «вражду» усиливают также теологические и идеологические различия, в частности, противоречия в интерпретации шариатских норм. Так, например, АКИМ не признаёт многие «нововведения» ИГ, введенные им в регулирование общественно-семейной жизни.
Но, несмотря на теологические и идеологические дискуссии, конкретные факты говорят о развитии практического взаимодействия. Например, ИГ, захватив золотовалютные резервы Центрального банка Сирии в городе Ракка, передало АКИМ значительную часть захваченной суммы «для финансирования её операций в северной части Мали». Нечто подобное произошло и после захвата Мосула в Ираке.
Таким образом, прежняя вражда между группами радикальных исламистов всё чаще (но не всегда) уступает место взаимодействию и сотрудничеству в борьбе против общего противника. В особенности это касается рядового состава данных организаций. Речь идёт, прежде всего, о борьбе против светских режимов в регионе. При этом даже многие бойцы просаудовских исламистских формирований, казалось бы, враждующих с ИГ, особенно рядовых, разделяют идеи относительно необходимости свержения «продажных прозападных режимов».
Один из признанных духовных вождей современного салафизма, Абу Мухаммад аль-Макдиси, также как и другой джихадистский авторитет — Абу Катада, поддерживают Джабхат ан-Нусра и традиционную «Аль-Каиду» в их религиозных спорах с ДАИШ. Макдиси, духовный наставник Заркауи, вступил в яростные теологические дебаты с алимами ИГ и резко выступил против провозглашения Халифата и объявления Багдади халифом. В ответ он сам был обвинён в ереси и богохульстве.
Тем не менее тот же Макдиси публично заявил, например, что если он будет поставлен перед выбором — поддержать американскую интервенцию или ДАИШ, то он, безусловно, поддержит Исламское государство. То же самое наверняка сделают большинство традиционных салафитских шейхов и имамов.
Маневренная военно-дипломатическая коалиционная тактика активно используется в конкретных боевых условиях. Например, военное руководство ИГ в рамках весенней операции по захвату Идлиба добровольно уступило инициативу и не стало противодействовать просаудовским группировкам, что обеспечило последним пятьдесят процентов успеха. В свою очередь, это позволило ИГ перебросить силы из Сирии под Рамади, а после его взятия — часть подразделений обратно в Сирию под Пальмиру.
Более того, в этот же период ДАИШ пошёл на тактическую активизацию боевых действий в палестинском лагере Ярмук в Дамаске, что объективно отвлекло внимание сирийского военного командования от Идлиба. Всё это существенно способствовало успеху «Джейш аль-фатх», которую активно поддерживают Анкара и Эр-Рияд.
Такого рода коалиционные маневры дали возможность ИГ достичь трёх по крайней мере важных тактических целей.
Во-первых, отвлечь внимание Дамаска от Пальмиры, так как ситуация в Идлибе потребовала от командования сирийской армии перебросить в этот район все свои элитные части («Тигры», «Соколы пустыни» и часть 106-й бригады Республиканской гвардии).
Во-вторых, укрепить конфиденциальные связи между спецслужбами ДАИШ и «Джейш аль-Фатх».
В-третьих, продемонстрировать своим союзникам в Дамаске политико-военный потенциал Исламского государства.
Противоречия внутри западного истеблишмента в связи с фактором ДАИШ
Внезапно появившееся и быстро набравшее вес и силу Исламское государство становится причиной серьёзного обострения отношений внутри высшего западного политического истеблишмента. С одной стороны, часть этой элиты считает ДАИШ серьёзнейшей долгосрочной угрозой Западу, которую необходимо как можно быстрее уничтожить, используя все возможные средства. В русле этого тренда в западных СМИ активно демонстрируется и подчёркивается «варварский, звериный лик» ИГ, его жестокое, кровавое отношение к немусульманам, его вандализм и нетерпимость, невозможность с ним договариваться и т.д. Представители данной части западного истеблишмента настаивают на проведении максимально жёсткой силовой политики в отношении ДАИШ. В этом смысле типичными можно считать рекомендации представителя Совета по международным отношениям (важного компонента американской внешнеполитической элиты) Макса Бута. Он считает, что надо направить в зону боевых действий 30 000 американских войск, установить бесполётную зону в Сирии, максимально вовлечь Турцию в проведение широкомасштабной наземной операции, эффективно объединить против ДАИШ курдов, шиитов и суннитов, настроенных оппозиционно к ИГ, расширить массированные военные налёты на территории, контролируемые Исламским государством. Другое направление, представленное, прежде всего, в военно-разведывательном сообществе США, исходит из того, что ИГ — это такой долгоиграющий фактор, который уже невозможно уничтожить в обозримой перспективе. Поэтому с ним надо считаться, с ним надо работать, в том числе и для стратегического сдерживания Тегерана, исходя из жизненно важных интересов Соединённых Штатов на Большом Ближнем Востоке. С учётом этих моментов генерал-лейтенант ВВС США Дэвид Дептула предлагает очень осторожно использовать точечные военные бомбардировки против руководства ДАИШ, его экономических и военных центров.



Важнейший жизненно важный интерес Соединённых Штатов заключается не в обеспечении «стабильности» на Большом Ближнем Востоке, а в формировании здесь такого динамичного баланса сил, при котором различные конкурирующие силы могли бы уравновешивать друг друга, при этом объективно минимизируя угрозы стратегическим американским целям. Такая стратегия высшей американской элиты весьма схожа с важнейшим государственным интересом США в Евразии — не допустить доминирования на всём материке любой державы, которая могла бы бросить глобальный вызов США.
Военно-разведывательное сообщество США исходит из того, что к осени 2014 года установился относительно приемлемый для американских интересов баланс сил между потенциалами шиитов и курдов в регионе, с одной стороны, и ДАИШ, с другой. Кроме того, внимание ИГ отвлекается на внутренние противоречия внутри суннитского сообщества. Всё это ограничивает возможности для дальнейшей экспансии ДАИШ, которая могла бы стать угрозой для США.
Отражением этих взглядов стало то, что во влиятельном журнале Foreign policy, выражающем, прежде всего, интересы американских «реалистов-силовиков», стали появляться публикации, где говорилось о том, что в американском медиапространстве доминирует целенаправленное шельмование ИГ, прямое искажение и фальсификация характера и масштабов его деятельности.
Две эти тенденции в отношении ИГ в западном политическом истеблишменте достаточно жёстко столкнулись и между ними продолжается невидимая, но ожесточённая борьба. Тем не менее можно даже не прогнозировать, а постулировать, что уже в среднесрочной перспективе Исламское государство будет восприниматься и интерпретироваться в американской элите именно как главная глобальная и стратегическая угроза. Собственно, такой тренд уже проявляется. Барак Обама в конце 2014 года публично заявил, что жизненно важные интересы США сталкиваются с тремя ключевыми угрозами — Исламское государство, пандемия Эболы, Россия. Причём угроза ИГ оказывается на первом месте, несмотря даже на мощный ядерный потенциал России. Девять факторов обуславливают особую значимость такой экзистенциальной опасности ДАИШ для США.
Во-первых, Исламское государство является для высшей американской элиты долговременной, цивилизационной и идеологической угрозой, с которой невозможно, в принципе, найти компромисса. То есть это прямое, непосредственное противостояние «или-или». Ведь, например, ДАИШ, в отличие от «Аль-Каиды», не только декларирует превосходство исламской цивилизации по сравнению с западной, но и постоянно и всячески это демонстрирует. Идеологи ИГ подчёркивают, что лидером современной материалистической богоборческой цивилизации являются именно США.
Во-вторых, потенциально Исламское государство, в силу своего антиамериканизма, имеет огромную социальную поддержку своих целей и своей идеологии не только в суннитской среде планеты, но и в самом западном сообществе, где антиамериканские настроения усиливаются в самых разных слоях социума.
В-третьих, ДАИШ — единственная структура в исламском мире, которая обладает системным долгосрочным политическим проектом, который привлекателен и понятен для сотен миллионов человек. А, например, Россия альтернативным глобальным политическим проектом похвастаться не может. Хотя Китай пытается сформулировать свой такой долгосрочный проект, но даже внутри высшего китайского руководства по этому поводу нарастают всё более явственные и острые противоречия.
В-четвёртых, Соединённые Штаты, при всей своей политической, пропагандистской и интеллектуальной мощи, проигрывают идеологическую и информационную войну с Исламским государством. Это открыто признают даже ведущие аналитики и стратеги военно-разведывательного сообщества Соединённых Штатов.
Одна из главных и парадоксальных причин этого факта заключается в том, что вся американская и, шире, западная культура пропитана тотальным культом насилия, стремлением к обладанию властью, влиянием, достижением быстрого осязаемого результата. А это именно то, что явно и бескомпромиссно демонстрирует в своей политической тактике и пропаганде ДАИШ. Как и сторонники ИГ, многие десятки миллионов американцев преклоняются перед силой и корпоративной солидарностью.
В-пятых, именно ИГ является, по мнению официального Вашингтона, главной силой, которая подрывает существующий западный мировой порядок. И в этом отношении ДАИШ гораздо более опасен, чем Россия и Китай. Исламское государство — это символ бескомпромиссного врага западного мироустройства. [1]



В-шестых, внутри России, которая сейчас открыто противостоит США, американцы имеют разветвлённую агентурную сеть, значительное число своих высокопоставленных «агентов влияния», целые социальные группы, которые ведут потребительский образ жизни, прямо или косвенно симпатизируют западным стандартам. Внутри же ИГ США не имеют действенной агентуры, а, соответственно, обладают весьма зыбкой первичной информацией о происходящих там процессах. Это ещё больше усиливает у военно-разведывательной элиты Америки стратегические опасения.
В-седьмых, ДАИШ возглавляют и в его структурах работают тысячи руководителей и сотрудников бывших саддамовских мухабарат, и прежде всего, высокопоставленные представители партийной разведки — по определению убеждённые, принципиальные враги США. Офицерский корпус саддамовских мухабарат (эта система безопасности ещё в конце 90-х годов включала в себя девять спецслужб) в сотрудничестве с американскими оккупационными властями практически не участвовал.
В-восьмых, США не готовы к длительной, широкомасштабной военной конфронтации с ДАИШ с использованием своих сухопутных сил в силу целого ряда стратегических, политических, социальных, геополитических, идеологических и других причин. А бомбардировки, на которые американцы уже потратили десятки миллиардов долларов, военную ситуацию никак кардинально развернуть не могут. Как признают американские высокопоставленные аналитики: «…у США нет военных вариантов борьбы с ИГИЛ. Ни антитеррористические операции, ни стратегия противодействия повстанческим выступлениям, ни полномасштабные военные действия не позволят одержать решительную победу». Многие представители военно-разведывательного комплекса США прямо признают, что к концу августа 2015 года ДАИШ более силён, чем год назад, несмотря на проведённые тысячи бомбовылетов.
В-девятых, фактически высший американский истеблишмент не знает даже в интеллектуальном плане, что делать с ИГ в долгосрочной перспективе. Против ИГ Вашингтон вынужден использовать т.н. стратегию «наступательного сдерживания». Как пишет один из известных аналитиков военно-разведывательного сообщества США: «По крайней мере, ещё какое-то время наиболее действенной политикой, отвечающей нашим целям и средствам и имеющей самые высокие шансы защитить наши интересы, останется «наступательное сдерживание» — сочетание ограниченной военной кампании с серьёзными дипломатическими и экономическими усилиями для ослабления ИГИЛ и согласования интересов многих стран, которым угрожает наступление этой группировки».
ДАИШ и Центральная Азия
Исламское государство в январе 2015 года объявило о переносе боевых действий в страны Центральной Азии. Такой шаг и последующие события за прошедшие месяцы только подтверждают, что данное действие в значительной степени является стратегической пропагандистской и пиар-акцией. В ближайшие годы ДАИШ не может перейти к широкомасштабной экспансии, в том числе и в Центральной Азии, пока не будут достигнуты кардинальные изменения в отношении трёх ключевых региональных целей — в Сирии, Иордании и Саудовской Аравии.
Смарт-стратегия ИГ исходит из того, что дестабилизация внутренней социально-экономической ситуации (на фоне обездоленности широких народных масс, коррупционного произвола, массовых репрессий в обществе, обострения межклановых противоречий и т.д.) должна достигнуть такой качественной степени, при которой рано или поздно сформируются местные пассионарные группы, способные целенаправленно вести вооружённую борьбу. Только в таком случае ДАИШ может приступить к предоставлению информационно-идеологической, пропагандистской, консультативной, финансовой, политико-силовой поддержки местным моджахедам. Это не означает, что руководство ИГ отказывается от соответствующего политического прогнозирования и планирования. Во-первых, исходя из накопленного опыта, ДАИШ должна приступить к формированию своей агентурной сети в этом регионе. Главная задача соответствующих ячеек — сбор информации, мониторинг текущей ситуации, постепенное формирование горизонтальной сети по принципу «от родственника к родственнику, от соседа к соседу», постепенное внедрение в силовые институты.

Во-вторых, определение иерархии стратегических целей. Геополитическое понятие «Центральная Азия» включает и Афганистан, где ДАИШ только приступил к наращиванию своего присутствия. Самым слабым звеном в Центральноазиатском регионе является Таджикистан. Затем идут Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан и Казахстан. Значительная часть так называемых элит этих постсоветских стран (прежде всего, Кыргызстана и Таджикистана) в той или иной мере интегрирована в евразийскую наркосистему. Степень критической бедности в Таджикистане, Киргизии и Узбекистане достигает 80-85 процентов: уровень доходов на душу населения на многих, прежде всего сельских, территориях этих стран не превышает 50 долларов в месяц.
В-третьих, потенциальной социальной базой наступления на постсоветскую Центральную Азию могут стать мигранты в странах Аравийского полуострова. Там в настоящее время могут находиться от 700 до 900 тысяч граждан Узбекистана и более полумиллиона выходцев из Таджикистана. Значительная часть таких трудовых мигрантов по определению уже восприимчива к религиозному радикализму.
В-четвёртых, ДАИШ и другие радикальные джихадистские структуры поддерживаются и подпитываются двумя основными социальными группами. С одной стороны, это количественно увеличивающиеся социально обездоленные слои с крайне высоким уровнем безработицы и отсутствием каких-либо перспектив на улучшение своего социально-экономического положения. С другой стороны, это многочисленные представители городских средних и образованных слоёв населения, для которых всё более острой становится проблема смысла жизни. В постсоветской Средней Азии и тех и других вполне достаточно. Поэтому мобилизационный потенциал для быстрого распространения джихадистского движения здесь очень высок [2]. В своей пропаганде на среднеазиатское население ДАИШ делает упор на жертвы среди гражданского населения от рук правительственных сил в Сирии и Ираке. Далее акцент делается на то, что выходцы из Центральной Азии «должны присоединиться к тому, что считают легитимным сопротивлением против деспотических режимов». Выражение этой идеи является чрезвычайно важным для ИГ, поскольку это помогает группировке «создать своего рода долгосрочный позитивный имидж среди потенциальных новобранцев в Центральной Азии».
В-пятых, для руководства ДАИШ не секрет, что в регионе среди населения крайне низок авторитет властей этих государств, погрязших в коррупции и межклановых склоках.
Особенно актуальна данная проблема для двух стран. Речь идёт, прежде всего, об Узбекистане, чья властная элита пребывает в состоянии практически открытого раскола, который пока сглаживает наличие президента Ислама Каримова. Однако уже в ближайшие год-полтора по чисто физическим причинам ему придётся передать власть в другие руки. И борьба за неё уже началась, в том числе внутри местных спецслужб. Сложнейшая ситуация в этом отношении складывается и в Таджикистане. Президент Рахмон, окружённый выходцами только из своего родного Кулябского района, всё больше и больше отчуждается от реалий своего общества.
В-шестых, под очень большим вопросом находится компетентность местных силовиков для борьбы с принципиально новыми вызовами. Коррумпированные силы безопасности правящих режимов, активно занимающиеся переделом экономических ресурсов, неоднократно демонстрировали свою неспособность, как в случае с Таджикистаном, действительно бороться с действующими там отрядами оппозиции. Усиливается реальная угроза и режиму Ислама Каримова. Например, в городах страны, в том числе и в самом Ташкенте, неоднократно неизвестные вывешивают в открытом доступе чёрные флаги «джихада» в поддержку ИГ.
В этих условиях страны региона рискуют уже в ближайшие год-два получить «критическую массу» недовольных. Не случайно, что уже в ходе саммита СНГ 10 октября 2014 г. президент Таджикистана Эмомали Рахмон запросил помощи у Москвы в борьбе с ИГ и повышения координации спецслужб для парирования данного вызова. Особенно с учётом того, что в северном Афганистане на границе с Таджикистаном и Туркменистаном всё заметнее присутствие группировок, которые соотносят себя с ИГИЛ. Например, религиозные экстремисты, обосновавшиеся в афганском Бадахшане, также присягнули на верность Исламскому государству, заменив свои прежние флаги на чёрный стяг ДАИШ. Осенью на таджикской границе располагаются до семи тысяч, а на туркменской — порядка трёх тысяч боевиков. Афганские провинции Кундуз, Баглан, Сари-Пуль, Фарьяб, Джуазджан стали местом скопления радикальных джихадистов из Таджикистана, Узбекистана, Северного Кавказа, Саудовской Аравии и Пакистана. По всей видимости, именно по этой причине Владимир Путин в начале саммита членов Организации договора о коллективной безопасности в Москве в декабре 2014 года заявил: «Приоритетное значение необходимо отдать таджико-афганской границе и оказать финансовую и техническую помощь Таджикистану с целью модернизации его вооружённых сил».
Уже в настоящее время на своей военной базе в Таджикистане Россия разместила беспилотники «Застава», «Гранат» и «Лир». Эти самолёты спроектированы для выполнения разведывательных полётов в любое время суток, способны вести аэрофотосъёмку, улавливать источники радиоволн и при необходимости выполнять штурмовые операции. Помимо этого в рамках вооружения и оснащения вооружённых сил Таджикистана Россия разместила на территории находящейся там базы 201-й мотострелковой дивизии ракеты «Град», танки Т-72 «Урал» и учебное оборудование для отработки прицельной стрельбы, а также приступила к подготовке отрядов снайперов. Проблема, однако, в том, что чисто военными средствами и методами кардинально сломить тенденцию усиления системных угроз региону уже не удастся. Продуманная целостная стратегия Москвы по защите своих интересов в Центральной Азии отсутствует. Тем не менее лидеры стран этого региона, понимая, что надеяться на Пекин и Вашингтон практически нельзя, почти открыто прикрываются российским заступничеством.
Логично предположить, что именно на постепенное и долгосрочное втягивание России в многочисленные силовые кризисы и вооружённые конфликты в геополитическом пространстве исламского мира и делается решающаяся ставка многими опытными глобальными игроками.
Цель та же, какой она была в отношении Советского Союза во второй половине 70-х годов ХХ века — максимально истощить внутренний потенциал, вызвать саморазвивающуюся внутреннюю социально-экономическую дестабилизацию и постепенную фрагментацию страны.



Подробнее: http://antifashist.com/item/daish-strategicheskij-vyzov-zapadnoj-civilizacii.html#ixzz3w8N1EePq

Наталья Русская, 26-06-2015 06:27 (link)

КИТАЙСКИЕ ПОЛИТИКИ-ЛИБЕРАЛЫ, РАБОТАЮЩИЕ НА ЗАПАД

Устаешь от граждан, которые носятся по рунету и буквально пухнут от восторга по поводу "китайских расстрелов" и вообще китайских подходов к экономике, политике, геополитике и так далее. Забавно, что о реальной экономической политике, реальной ситуации и политических раскладах они знают чуть менее чем ничего.

Давайте, я тут немного шаблончики проверю на прочность...
Лирическое отступление: Я не пытаюсь критиковать китайский подход. Наоборот, китайская стратегия достойна уважения, так она выжимает максимум из имеющихся обстоятельств, а политика, как известно, - искусство возможного.
У экономической и политической компоненты китайской стратегии есть свои риски, причем серьезные (от закредитованности на региональном уровне и кризиса воды до пузыря на рынке акций), но риски есть у любой стратегии.
Теперь несколько интересных фактойдов:
1. Британский премьер Джордж Осборн распорядился положительно ответить на просьбу КНР о содействии со стороны британского казначейства в процессе реформирования схемы работы часто-государственных партнерств. Сотрудники Казначейства Ее Величества уже вылетели в Пекин чтобы советовать китайцам как лучше организовать привлечение частного капитала в инфраструктурные проекты в условиях желания Коммунистической Партии Китая переложить на плечи частного капитала часть работы по поддержанию роста китайской экономики. - http://www.ft.com/intl/cms/...
Мысленно замените в этой новости Файнэншл Таймс "Китай" на "Россию" и представьте себе реакцию российской патриотической блогосферы.
2. Ближайшим партнером руководителя антикоррупционного бюро Коммунистической партии Китая, Ван Цишаня является экс-руководитель казначейства США и экс-руководитель Голдман Сакс, Генри Полсон.
История их знакомства и сотрудничества очень интересная, но сначала один штрих к портрету самого Ван Цишаня - он был директором первого государственного инвестбанка Китая (China International Capital Corp) который был спроектирован американцами из Морган Стэнли (услуга за которую Морган Стэнли получил первую и на тот момент единственную лицензию на работу в Китае).
В конце 90-х, Ван Цишань бросает "морганов" и вплотную подключается к "голдманам". Назначенный вицегубернатором провинции Гуандун, Ван Цищань сталкивается с необходимостью спасти от банкротства государственную инвесткомпанию Guandong Enterprises и для этого он официально привлекает американский банк Голдман Сакс (http://www.goldmansachs.com... ) .
Процессом управляет Генри Полсон, уже засветившейся в КНР в процессе приватизации China Telecom, которому удается реструктуризировать долги компании. С тех пор, везде где работает Ван Цишань, появляется Полсон.
Спасение от банкротства компании Hainan Securities - тоже Полсон и за это Голдман получает вторую (и на данный момент последнюю) лицензию на работу в Китае, причем Полнон пишет, что лицензия была выдана после "личного благословения" Ван Цишаня. - http://blogs.reuters.com/br...
Кстати, позже, Полсон знакомится с премьером Ли Кэцянем, и тот даже нарисовал иероглифический логотип для американо-китайского НКО Полсона - http://sinosphere.blogs.nyt...
Полсон до сих пор считается главным американским специалистом о работе с китайскими аппаратчиками, а о своих совместных делах с Ван Цишанем (и другими китайскими чиновниками) он даже написал книгу - "Dealing with China" - http://www.wsj.com/articles...
Вот как Полсон описывает своего главного китайского партнера: "Он настоящий патриот Китая, но он понимает США и понимает, что Китай и США получают пользу от экономических успехов друг друга. А еще он смелый. Он берется за то, что никто не делал и добивается успеха. " - http://content.time.com/tim... . (Мне отчего-то навеяло: "Кудрин - лучший министр финансов мира", а вам?)
Итак, кто у нас руководит "расстрелами коррупционеров" в Китае? Чекист? Фиг. Профессиональный инвестиционный банкир, партнер "морганов" и "голдманов", Ван Цишань. А вот самый высокопоставленный коррупционер, которого завалил Ван Цишань является как раз китайским чекистом - это Джоу Юнкан - бывший министр общественной безопасности Китайской Народной Республики, экс-член Политбюро, который курировал все китайские спецслужбы.
Если перевести сюжет в российскую действительность, то получилось бы совсем ненаучное фэнтези: “условный Греф” в качестве руководителя “условного СКР”, который "завалил условного Патрушева”. Как бы на это отреагировала бы патриотическая блогосфера? Страшно представить.
Вообще, политическая жизнь, не только в Китае, но и в ЕС и даже в США - очень-очень-очень далека от черно-белых шаблонов, которыми нас пичкают СМИ и блогосфера. Все сложно. Все многоцветно. Тут даже не 50 оттенков серого, а 500 оттенков черного, которые активно грызуться между собой. Вообще, святых аскетов у на руководящих постах великих империй просто нет.
3. Кстати, в 2013, Си заявил, что "рыночные силы" должны играть "решающую роль" в китайской экономике. - http://www.ft.com/intl/cms/...
Наверное, все понимают, что исполнение этого принципа в реальности пока не очень просматривается, но такие заявления не делаются просто так.

Понятно, что самый простой (и неправильный) вывод из вышеизложенного: "Си Цзинпин слил!", "Пекином рулят компрадоры" и т.д. Дело в том, что такой вывод плохо сочетается со многими действиями КНР на международной арене, и тут можно вспомнить и банк БРИКС и ШОС и Шелковый Путь и строительство искусственных островов в Южно-китайском море. Правильный вывод такой: Шаблоны и стереотипы (и либеральные и "патриотические") - зло. Мир нужно воспринимать и понимать во всей его сложности и многогранности.
ПС: Будем периодически писать тексты на тему "неизвестное об известном". Ломать стереотипы – полезное занятие.

Наталья Русская, 15-06-2015 04:44 (link)

Путин и Украина: слив или мудрый расчёт?

В последнее время нарастают панические настроения среди россиян в отношении ситуации с республиками Новороссии. Стоит повнимательней присмотреться к людям, которые их сеют, и проанализировать, какие они при этом могут преследовать цели. Выглядит это всё так: «Эй, там, у кого есть знакомые в Кремле, передайте, что у них не всё в порядке с внешней политикой!»
Вы хотите прийти и сделать лучше? Ну тогда добро пожаловать на выборы-2018. Ведь, надеюсь, не подумываете о каких-либо других способах смены власти в Российской Федерации?

Вот пример: «ЛНР и ДНР признали Крым частью Украины». Многие в соцсетях окрестили их предателями России, которая стояла на позициях поддержки интересов жителей этих территорий.

Однако это не так. Обратимся к пункту 11 Минских соглашений:

«Проведение конституционной реформы на Украине со вступлением в силу к концу 2015 года новой конституции, предполагающей в качестве ключевого элемента децентрализацию (с учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов), а также принятие постоянного законодательства об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей в соответствии с мерами, указанными в примечании 1, до конца 2015 года».

Второе минское соглашение, 12 февраля 2015 года

А вот что говорит Владимир Путин в одном из интервью:

«Считаю, что документ, который мы согласовали в Минске, он называется «Минск-2», это самый правильный и, может быть, на сегодняшний день единственный выверенный путь к решению этой проблемы».

Путин Владимир Владимирович
Шла ли речь на переговорах по прекращению войны против граждан Донецкой и Луганской республик о Крыме? Нет. Признала ли фашистская хунта в Киеве воссоединение Крыма с Россией? Нет. Стоит ли молодым республикам проверять на прочность хрупкие договорённости, написанные кровью? Ответьте сами.

Собственно, об этом и заявили представители народных республик в прессе.

«Это не наша компетенция — вносить изменения в Конституцию Украины относительно наличия или отсутствия в ее составе Крыма. Мы действуем ровно в рамках минских соглашений. В минских соглашениях слова о Крыме нет». Изменения в соответствующие статьи вносились только в отношении статуса контролируемых ДНР и ЛНР районов. «Открываем действующую редакцию Конституции Украины: туда добавлены "отдельные районы Донецкой области", "отдельные районы Луганской области". Просто в эти статьи добавили два субъекта»

Владислав Николаевич Дейнего, уполномоченный представитель ЛНР
«Мы не хотим сейчас вступать в дополнительную дискуссию с нашими оппонентами по тем вопросам, которые не касаются ЛНР и ДНР. Иначе наши оппоненты уцепятся за это и сорвут переговорный процесс в очередной раз. Вопрос Крыма — не тот вопрос, который нужно обсуждать с нами. Этот вопрос уже решили в ходе референдума в Крыму»

Денис Владимирович Пушилин, полпред ДНР

Поэтому с этим информационным вбросом всё предельно ясно: политика скрупулёзного следования минским соглашениям, совпадающая с позицией Владимира Путина, очевидна. Ясно всё, кроме одного: кто начал раскачивать ситуацию и зачем отдельные лидеры общественного мнения и блогеры её поддержали?

Как бы то ни было, сейчас проект поправок к конституции отозвали. Стоило ли паниковать.

Второй пример — это подстрекательство к новой волне возмущения в отношении Владимира Путина. Мол, почему он не введет миротворческие войска на Украину, которые могли бы в пару дней обезвредить фашистские батальоны и начать денацификацию Украины и демонтаж фашистской хунты.

По-человечески это было бы совершенно правильно. Но геополитика — это шахматы и долгосрочный расчёт.

Для украинского народа и для Запада, находящихся под дурманом антироссийской пропаганды, такой ход был бы ничем иным, как вторжением, оккупацией, агрессией, началом третьей мировой.

Голод, разруха, анархия, убийства и политические репрессии ещё проведут украинцев тернистым путём страданий к единственно верному решению. Народу Малороссии ещё предстоит пройти фазу переосмысления и разрыва шаблонов, и, когда нацистская пиар-пыль осядет, будет возможность оглянуться вокруг и увидеть, кто враг, а кто друг.

Зачем делать скидки на газ, предлагать помощь в тушении пожара? А давайте послушаем нашего Президента.

«Вы знаете, политическая ситуация в той или другой стране меняется время от времени, а народ остаётся – народ, как я уже говорил, очень близкий к нам. Я вообще не делаю разницы между украинцами и русскими, я считаю, что это вообще один народ. У кого-то другое мнение, мы можем подискутировать – сейчас не место, наверное, об этом говорить. Но мы помогаем людям, прежде всего, – мы помогаем украинскому народу».

Прямая линия с Владимиром Путиным, 16.04.2015.

Путин Владимир Владимирович
Чтобы понять, является ли сценарий воссоединения братских народов, вопреки стараниям сепаратистов в Киеве отделить Украину от русского мира, фантастикой или реальностью, достаточно обратиться к истории.

Исторические параллели

В 1654 году произошла Переяславская Рада в г. Переяслав (ныне Переяслав-Хмельницкий).



Фото: http://isrtm.ru/post/167

В ней приняли участие представители казачества, жителей Украины, а также Русское посольство во главе с боярином Василием Бутурлиным, прибывшее на Раду по своей инициативе.

Гетман Богдан Хмельницкий, охарактеризовав тяжелое положение Украины в окружении шляхетской Польши, Крымского ханства и султанской Турции, призвал к воссоединению с Россией.

Паны полковники, есаулы, все Войско Запорожское и все православные христиане!

Ведомо вам всем, как Бог освободил нас от рук врагов, гонящих церковь божью и озлобляющих все христианство нашего восточного православия.

Вот уже 6 лет живем мы без государя, в беспрестанных бронях и кровопролитиях с гонителями и врагами нашими, хотящими искоренить Церковь Божию, дабы имя русское не помянулось в земле нашей, что уже очень нам всем наскучило, и видим, что нельзя жить нам без царя. Для этого собрали мы Раду, явную всему народу, чтобы вы с нами выбрали себе государя из четырех, кого хотите: первый царь — турецкий, который много раз через послов своих призывал нас под свою власть; второй — хан крымский; третий — король польский, который, если захотим, и теперь нас еще в прежнюю ласку принять может; четвертый — есть Православный Великой России государь, царь Великий князь Алексей Михайлович, всея Руси самодержец восточный, которого мы уже 6 лет беспрестанными молениями себе просим. Тут которого хотите выбирайте! Царь турецкий — басурман: всем вам известно, как братья наши, православные христиане, греки беду терпят и в каком живут от безбожных утеснений; крымский хан - тоже басурман, которого мы, по нужде в дружбу приняли, какие нестерпимые беды испытывали! Об утеснениях от польских панов нечего и говорить: вы сами знаете, что лучше жида и пса, нежели христианина, брата нашего, почитали. А православный христианин великий государь — восточного единого с нами благочестия, греческого закона, единого исповедания, едино мы тело Церковное с православием Великой России, главу имея Иисуса Христа. Это великий государь, царь христианский, сжалившись над нестерпимым озлоблением православной Церкви в нашей Малой России, шестилетних наших молений не презревши, теперь милостивое царское сердце к нам склонивши, своих великих ближних людей к нам с царской милостию своею прислать изволил. Если мы его с усердием возлюбим, то, кроме его великой царской руки, благотишайшего пристанища не обрящем. Если же кто с нами не согласен, то куда хочет — вольная дорога. <...>
Народ завопил, что хочет под руку России. Затем была зачитана грамота царя Алексея Михайловича о принятии украинского народа под защиту Русского государства. Стоит отметить, что Алексей Михайлович пришел к этому решению не сразу. Понимая, что оно приведет к тяжелой войне с Польшей, он дважды, в 1649 и в 1650 годах, отказывал гетману Украины в просьбе.

Воссоединение с русским народом, с которым украинцы связаны общностью происхождения и исторического развития, спасло его от угрозы порабощения и уничтожения со стороны иноземных агрессоров, содействовало укреплению братских православных народов, дальнейшему развитию экономики и культуры. Однако, Россия в XVII веке не имела сил завершить войну с Польшей полной победой. После смерти Богдана Хмельницкого польскому королю удалось поставить во главе казачества гетмана Юрия Хмельницкого, ориентированного на Польшу сына Богдана. В то же время Польша не имела сил подавить народное движение Восточной Украины. В связи с этим в 1668 году было подписано Андрусовское перемирие на 13,5 лет, по которому к России отходила Левобережная Украина и Киев (на 3 года).

Таким образом, уже в XVII веке Украина не была едина в том виде, в котором ее сегодня отстаивают фашисты режима Порошенко. Запад Украины стал развиваться в лоне католической цивилизации, а Восток Украины - в лоне православной. Ни Польша, ни Москва, ни — тем более — Украина, разделенная на 2 части, не были удовлетворены условиями заключенного мира. Западная Украина ждала от России возобновления войны и воссоединения страны. Католическая Польша мечтала о реванше, что впоследствии шло лейтмотивом всех русско-польских отношений.

В 1686 году правительство Софьи Алексеевны заключило Вечный мир с Польшей. Это означало для Украины предательство ее интересов Россией, но было выгодно России, нуждавшейся в союзе с Польшей в войне со Швецией и Турцией. Не было возможности вести войну на три фронта. Украина ожидала возобновления войны с Польшей Петром I (гетман Мазепа был другом Петра). Но Петр остался верным Вечному миру. Украинский народ оказался расколотым до конца XVIII века, когда Екатерина II в результате разделов Польши смогла решить Украинский вопрос и воссоединить великий украинский народ.

Промышленное развитие Украины начинается со второй половины XIX века, что определило его быстрый демографический рост, в том числе, за счет русских и других национальностей Российской империи. После революции в 1917 году в Харькове на Первом Всеукраинском съезде Советов была провозглашена Украинская Народная Республика Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов.

С началом интервенции в марте 1918 года в Киеве германские оккупанты создали правительство генерала П.П. Скоропадского и провозгласили его гетманом Украины.

Гетман Скоропадский со своими офицерами. Фото: http://isrtm.ru/post/167

Большевики ушли из Киева, однако Центральная Рада Украины просчиталась: Украина не обрела независимости. Тесное сотрудничество с интервентами сыграло с ней злую шутку: Украина была оккупирована немцами в соответствии с Брестским миром. Немцы вывезли с ее территории десятки тысяч вагонов угля, железной руды, хлеба. Украину просто ограбили.

19 декабря 1919 года столицей вновь созданной Украинской Советской Республики (позже — Украинской Советской Социалистической Республики в составе СССР) был объявлен Харьков, в противовес существовавшей тогда пронемецкой хунте белогвардейцев УНР со столицей в Киеве.

После аннулирования Брестского мира на Украине утвердилась советская власть, а в декабре 1922 года Украина добровольно вошла в состав СССР — вместе с РСФСР, Белорусской ССР, Закавказской Советской Федеративной Социалистической Республикой (Грузинская, Армянская, Азербайджанская ССР).

В советские годы на Украине начался настоящий расцвет.

Фото: http://maxpark.com/communit...

Советские люди построили там множество заводов, фабрик, электростанций, других предприятий.

Так где у украинцев счастливый отчий дом, стоит ли их завоёвывать силой? Несложно ответить на эти вопросы, сложив приведённые выше факты. Украина — это естественная часть русского мира, ввод российских войск на Украину — это исполнение плана Запада (а подстрекающие к этому люди — провокаторы), а сепаратисты — это не ДНР и ЛНР, а Порошенко и его бандеры, занимающиеся отрывом страны от родной цивилизации.

Оригинал: http://politrussia.com/worl...

This group may contain posts available to members only.
Join the group to read them