ИЗ МАТЕРИАЛОВ ГРУППЫ КАТОЛИЧЕСТВО-CATTOLICA ROMANA https://my.mail.ru/communit...

АДВЕНТ=TEMPO D'AVVENTO Адвент — первый праздник римско-католического года. Адвент (от лат. adventus — пришествие) — предрождественское время, к которому приурочены многочисленные обряды и обычаи. Адвент — время ожидания Рождества Христова. Продолжительность Адвента около четырех недель, что включает, как правило, 4 воскресенья, другими словами, 3 полные недели с добавлением от 1 до 6 дней в зависимости от того, на какой день недели приходится Рождество. Во время Адвента в храмах ранним утром служится Святая Месса в честь Пресвятой Девы Марии — «рората». Символом этой мессы является зажженная свеча, которая освещает путь идущих в церковь до восхода солнца. Чтобы свеча не погасла, ее помещают в специальный фонарик с прозрачными окошками. Адвент делится на два календарных этапа: первый — с первого воскресенья до 16 декабря, — который посвящен размышлениям о грядущем Втором пришествии Иисуса Христа; и второй — с 17 до 24 декабря (Новенна — девять дней предпразднования Рождества), — который является непосредственной подготовкой к празднованию Рождества Христова и посвящен воспоминанию Первого пришествия Иисуса Христа в мир — Боговоплощения. Все воскресенья Адвента приравнены по своей значимости к великим праздникам, и если на воскресенье Адвента выпадает какой-либо иной праздник, он переносится на понедельник. Первое воскресенье Адвента считается началом нового литургического (церковного) года. Каждое воскресенье Адвента посвящается определенному воспоминанию, которому соответствуют евангельские чтения во время богослужения: первое воскресенье посвящено грядущему пришествию Иисуса Христа в конце времен, второе и третье — Иоанну Крестителю, предварившему общественное служение Христа, четвертое — событиям, непосредственно предшествовавшим рождению Сына Божия и особому месту Девы Марии в тайне Боговоплощения. Первое воскресенье Адвента В этот день зажигают первую свечу в венке Адвента — свечу Пророчества. Она символизирует ветхозаветные пророчества пришествия Спасителя. Мы празднуем исполнение этих пророчеств — пришествие Спасителя на землю Младенцем, Его пришествие в наши сердца через веру в Слово Божье, и Его последнее пришествие во славе, чтобы судить всех людей. Традиции Календарь Адвента. Известный детям календарь Адвента появился на свет совсем недавно, в конце прошлого века. Его придумала немка фрау Ланг для своего сына, чтобы сделать ожидание Рождества более «интересным». Наиболее привычной формой календаря Адвента является коробочка с открывающимися окошечками, по числу дней Адвента, содержащему сделанные из шоколада фигурки, которую теперь можно купить в каждом магазине под названием «новогодний набор». Хотя куда большую радость доставляют календари, сделанные своими руками, а шоколадки в окошках лучше заменить либо стихами из Священного Писания, либо картинками, либо списком добрых дел, которые стоило бы в этот день совершить. Так что привычная форма календаря совсем не является единственной. Например, жители скандинавских стран, с присущим им чувством юмора, делают календарь Адвента в виде поросенка, без которого рождественский стол просто немыслим. В большую картофелину втыкают спички по числу дней Адвента, делают ножки из палочек, маленький хвостик из закрученной стружки и мордочку из картона с розовым пяточком. И все от мала до велика знают, что по мере исчезновения спичек из картофельного Хрюши, стремительно набирает вес и вкусовые качества его живой собрат в хлеву. Рождественская лестница. Есть и еще одна традиция, связанная с периодом Адвента, о которой хотелось бы рассказать — это лестница. Но необычная. Чаще всего ее устраивают в классах воскресных школ. В идеале — это несколько ступенек, соответствующих дням Адвента. У самой верхней ступеньки размещается Вифлеемская звезда, а у самой нижней — пустые ясли с сеном. А на ступеньках фигурка младенца Христа, которая день ото дня, по мере приближения Рождества, опускается на ступеньку ниже, чтобы в 25 декабря оказаться в яслях. Подобно календарю Адвента эта своеобразная лестница помогает малышам наглядно ощутить приближение радостного праздника.

ИЗ МАТЕРИАЛОВ ГРУППЫ КАТОЛИЧЕСТВО-CATTOLICA ROMANA https://my.mail.ru/communit...

Открытое письмо пастора Ульфа Экмана о переходе в Католическую Церковь





Дорогие и возлюбленные друзья Международной Организации
Слово Жизни, я молюсь, о том, чтобы у вас все было хорошо и Божье
благословение было на вас и вашем служении.


Я с нетерпением ожидаю скорой встречи с многими из вас на Конгрессе Слово Жизни в Ефесе.


В этом письме я хотел бы поделиться с вами тем решением, которое приняли я и моя жена Биргитта. 


Как вы вероятно знаете, в прошлом году произошли перемены в служении Слово Жизни, Уппсала. 


Наша церковь приняла нового Старшего Пастора, Юакима Люндквиста. Он
прекрасный человек,  ведет замечательную работу и очень любим всеми в
церкви. Передача  прошла очень хорошо, так что и церковь и различные
служения в ней замечательно функционируют. Мы изменили формат некоторых
служений, что позволило сделать всю структуру более эффективной. Наш сын
Джонатан Экман стал исполнительным директором и его работа вместе с
Советом очень эффективна. Кристиан Окерхиельм стал моим приемником как
Директор Миссии. Я знаю, что Кристиан очень уважаем всеми пасторами в
международном служении и его сердце открыто для всех вас.


Работа продолжает расти и я уверен, что эти братья и Слово Жизни
будут для вас добрыми партнерами в служении в будущем.  Я уверен, что
работа в очень хороших руках и, по благодати Божьей, будущее выглядит
замечательно.


Недавно Биргитта и я ушли на пенсию и перестали работать в Слово
Жизни. Но мы по-прежнему служим Господу, и хотим оставаться активными,
служа Ему в этот период нашей жизни. Оглядываясь назад, на 30 лет нашего
служения, мы видим в нем три этапа.


Первым было строительство церкви Слово Жизни, проповедь Евангелия,
учения о вере и Духе Святом через Библейский центр Слово Жизни. Мы
видели тысячи студентов, прошедших нашу Библейскую школу.


Вторым этапом стала наша миссионерская работа, поездки с проповедью
Евангелия в многие страны, насаждение церквей и Библейских школ,
развитие сети церквей Слово Жизни во многих местах. Вы плод этой части
нашей жизни и служения, и мы воистину благодарны Господу за всех вас!


Третий этап начался с 2000-х годов. В нас стало расти сильное
 желание и понимание важности Христианского единства. Мы хотели помочь
всем верующим, включая и вас, являющихся частью нашей сети церквей,
получить более глубокое понимание Тела Христа и улучшить отношения с
народом Божьим в исторических церквях.


В этом процессе, мы постоянно контактировали с Католической Церковью,
особенно пока мы жили три года в Израиле. Это привело к дружбе, более
глубокому пониманию, постепенному избавлению от предрассудков и
укреплению нашего стремления к единству.  Это стало для нас удивительным
приключением, сопровождавшимся личной молитвой и изучением, Это помогло
нам открыть для себя то, как много у нас общего с Католической
Церковью. У нас общая история, ведущая нас к апостолам. Мы разделяем
общие центральные доктрины нашей веры, и даже в долгу перед ними за
развитие классических догм. У нас общее сильное посвящение высокой
морали и, вместе с миллионами католиков, мы разделяем с ними переживание
Пятидесятницы.


 

В процессе этого, я обнаружил как мало знал о них, их духовной жизни и
их верованиях. Неосознанно я был носителем множества предрассудков и
неправильного отношения, был скорым на суд, даже не зная того, во что
они на самом деле верят. Это было очень полезным выяснить это и
покаяться в  безразличии и поверхностности, основанной не на их
собственных источниках, но на информации противников, и обнаружить у них
очень богатое наследие, сильное теологическое основание и глубокую
любовь к Иисусу.


Из-за этого открытия, моя жена и я, стали все больше и больше ценить
то, что мы увидели. Мы почувствовали, что Господь влек нас все ближе к
этой церкви. Это был глубоко личный процесс, продолжавшийся около 10
лет. Шаг за шагом мы ощущали водительство Духа, слышали Голос Господа и,
в конце концов, ясно поняли, что Господь вел нас к тому, чтобы
присоединиться к ним и стать частью Католической Церкви.


Я бы хотел особо отметить, что это мой личный путь, это не тот путь,
который мы ожидаем от Слово Жизни в целом, как в стране, так и за
рубежом. Сегодня Слово Жизни гораздо более открыто ко всему Телу Христа,
чем 10 лет назад. Единство остается частью видения и Слово Жизни
продолжит исполнять свое особое призвание, остававшееся неизменным с
1983 года: "Снаряди Мой народ словом веры, покажи им духовное оружие,
которое у них есть, научи их использовать это оружие и вышли в победную
битву за Господа".


После моего разговора с Епископом Стокгольма, мы попросили о принятии
нас в Католическую Церковь. Это произойдет поздней весной в этом году.
Сегодня, 9 марта 2014 года, мы публично сообщили об этом нашему собранию
и всем партнерам Слово Жизни.


Я понимаю, что эта новость стала полной неожиданностью для некоторых
из вас. Для других, кто был к нам ближе последние годы, это не сюрприз. Я
довольно много писал и говорил об этом последние 10 лет. Вам не
обязательно нужно соглашаться с нашим решением, но мы просим вас уважать
его. Это не было чем-то спонтанным, но это решение имело процесс и
поэтапно зрело с множеством молитвы и размышлений.


И Биргитта и я чувствуем глубокий мир в сердце по-поводу этого
решения. Мы видели руку Божью, чудесно, мягко и подчас
сверхъестественно, направляющую наши шаги в эту сторону. Мы пережили
встречу с Господом и Его любовью уникальным и сильным образом. Это
привело нас к еще большей любви к Нему и зажгло в нас еще большую
страсть к Его Церкви и Его Царству. Так много доброго приготовлено для
всех нас в будущем, когда мы идем вместе с Иисусом.


Это не разрыв отношений. Несколько месяцев назад, Господь дал мне
слово: "Задача выполнена, но дружба остается". Мы ценим дружбой со всеми
вами, братьями и сестрами во Христе, и верим, что мы продолжим живые
взаимоотношения и сохраним глубокое единство во Христе, но в другом
качестве. Давайте черпать вдохновение друг от друга, и вместе работать
для укрепления Тела Христа на земле.


Да благословит вас Господь!


Во Христе, для всего мира,


Ульф Экман

ОБВИНЯЕМЫЙ: МУХХАМЕД,ИМЕНУЮЩИЙ СЕБЯ ПРОРОКОМ.
ПРЕДМЕТ ОБВИНЕНИЯ:ПЕДОФИЛИЯ, ПРОЧИЕ ИЗВРАЩЕНИЯ.

Рассматривается педофилия как вид психического расстройства согласно руководству по диагностике и статистической классификации психических расстройств. Также приводятся соотвествующие достоверные «сахих» хадисы, доказывающие, что Мухаммед был педофилом в соответствии с клиническими признаками.

Здесь вы найдете достоверные хадисы, в которых говорится о возрасте Аиши к моменту вступления в супружеские отношения: Qur'an, Hadith and Scholars:Aisha

Многие критики Ислама обвиняют Мухаммеда в том, что его отношения с малолетней Аишей имели педофильский характер, и следовательно в том, что Мухаммед являлся педофилом.

Сообщается, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха женился на мне, когда мне было 6 лет, и я переселилась к нему в дом, когда мне было 9 лет».
— Сахих Муслима 8:3310

В психиатрии для диагностики психических расстройств наиболее широко применяются критерии из DSM (Diagnostic and Statistical Manual of mental disorders — Руководство по диагностике и статистике психических расстройств). В DSM педофилия (п. 302.2) определяется следующими критериями:
Определение педофилии в соответствии с DSM-IV TR

A. В течение не меньше чем 6 месяцев присутствуют повторяющиеся интенсивные сексуальные фантазии, импульсы или поведения, связанные с вовлечением в сексуальную активность допубертатного ребенка или детей (13 лет или младше).
B. Лицо действует на эти импульсы, или сексуальные импульсы или фантазии причиняют существенный дистресс или межличностные сложности.
C. Диагностируемое лицо не младше 16 лет, разница в возрасте с ребенком или детьми, определенных в критерии A должна быть не меньше 5 лет.

Примечание: Не относится к лицам позднего подростового возраста, вступивших в половые отношения с 12-13 летними.
— Diagnostic Critiera for Pedophilia
Справочник по диагностике и статистике психических расстройств, 4-е изд., Психиатрия

В соответствии с критериями DSM-IV, педофилия — действия сексуального характера взрослого в отношении ребенка препубертатного возраста. Некоторые педофилы испытывают влечение к девочкам 8-10 лет, некоторые — к мальчикам, но более старшего возраста. Некоторые педофилы испытывают влечение исключительно к детям, в то время как другие могут испытывать влечение и ко взрослым людям. Педофильская деятельность может выражаться в раздевании и рассматривании ребенка, а также в совершении полового акта. Все эти действия крайне негативно влияют на психологическое состояние ребенка, а также могут нанести физический вред здоровью.
— Диагностические критерии педофилии
Medem Medical Library

Являлся ли Мухаммед педофилом?

Современные исламские апологеты и исламофилы очень часто заявляют, что на момент вступления в брак и начала половой жизни Аиша уже достигла половой зрелости. Но никогда не приводят убедительных доказательств в пользу своего необоснованного заявления. Вместо этого они ссылаются на доисламскую культуру и традиционную практику 7-го века в Аравии для подтверждения своего высказывания. Однако это мнение является абсолютно ошибочным, как это видно из хадисов и толкований самых авторитетных исламских ученых, таких как имам хафиз Ибн Хаджар аль-Аскалани, известный хадисовед, занимавший должность верховного судьи Египта, автор знаменитых комментариев «Фатх аль-Бари» к сборнику самых достоверных хадисов «Сахих» Бухари.

Чтобы доказать, что Аиша еще не достигла половой зрелости на момент, когда Мухаммед взял ее в жены и вступил с ней в связь, нужно принять к сведению заявление Ибн Хаджара о дозволенности игры в куклы в Исламе для девочек, не достигших пубертатного возраста. Учитывая это разрешение при толковании хадисов, рассказывающих о свадьбе Аиши в 6 лет и времени, когда Мухаммед впервые вступил с ней в половую связь, можно отчетливо показать, что Аиша на тот момент еще не достигла полового созревания. Ниже мы рассмотрим доказательства, говорящие в пользу этого утверждения.
Только допубертатным девочкам разрешалось играть в куклы

Это заявление в отношении дозволенности игры в куклы для маленьких девочек сделал великий исламский богослов шейх Ибн Хаджар аль-Аскалани, авторитетный хадисовед, занимавший должность верховного судьи Египта:

«Сахих» Бухари

Сообщается, что Аиша сказала: «Я имела обыкновение играть в куклы в присутствии Пророка, и мои подруги играли вместе со мной. Когда Посланник Аллаха входил, они прятались, но Пророк просил их возвращаться и продолжать играть вместе со мной». (Игра с куклами и аналогичными изображениями людей запрещена, однако для Аиши игра была дозволена по причине того, что она была еще ребенком, не достигшим половой зрелости.) («Фатх аль-Бари», стр. 143, Том 13)
— Сахих аль-Бухари 8:73:151

Откуда мы можем знать, что приведенное в скобках толкование по поводу игры в куклы сделано Ибн Хаджаром? Это известно на основании цитаты из «Фатх аль-Бари», а также на основании сравнения других переводов из «Сахих» Бухари 8:73:151, в которых содержится тот же смысл.

Первый:

Сообщается, что Аиша сказала: «Я имела обыкновение играть в куклы в присутствии Пророка, и мои подруги играли вместе со мной. Когда Посланник Аллаха входил, они прятались (из-за смущения) от него каждый раз, когда он входил. Но он велел звать их обратно и продолжать игру вместе со мной». («Сахих» Бухари и Муслим)
— Маленькие девочки, играющие с куклами (англ.)
Исламское законодательство о запрете изображений (живых существ), Абу Мухаммед Абдур-Рауф Шакир

Далее переводчик приводит дискуссию о переводе различных версий этого хадиса, прежде чем процитировать Ибн Хаджара из «Фатх аль-Бари»:

Комментарий Аль-Хафиза Ибн Хаджара в «Фатх аль-Бари» («Фатх аль-Бари», no. 6130, Китаб: аль-Адаб, Baab: аль-Инбисаат ила Ан-Нас): Данный хадис используется в качестве доказательства разрешенности владения (suwar) куклами и игрушками, использующимися для игр маленьких девочек. Этот случай составляет исключение из общего запрета на использование изображений живых существ.
— Маленькие девочки, играющие с куклами (англ.)
Исламское законодательство о запрете изображений (живых существ), Абу Мухаммед Абдур-Рауф Шакир

Второй:

В случаях, когда эти изображения и куклы являются детскими игрушками, Сунна называет их дозволенными. В аль-Шахехайне сообщается, что Аиша рассказала: «Я имела обыкновение играть в куклы в присутствии Пророка. И мои подруги играли вместе со мной…» (Бухари, 6130; Муслим, 2440) Ибн Хаджар сказал: «Этот хадис доказывает, что детям дозволено иметь изображения девочек (т. е. кукол), а также игрушки. Это является исключением из общего запрета на использование изображений живых существ. Это было подтверждено Айадом и было рассказано большинством. Они разрешили продажу кукол для девочек, чтобы они с детства могли обучаться заботе о доме и уходу за детьми. Ибн Хиббан подтвердил дозволенность игры в куклы для маленьких девочек».
— Вопрос о куклах и игрушках и об их влиянии на пост (англ.)
Islam Q&A, Фетва № 49844

Третий:

Аиша сказала: «Я имела обыкновение играть в куклы в присутствии Пророка, и мои подруги играли вместе со мной. Когда Посланник Аллаха входил, они прятались, но Пророк просил их возвращаться и продолжать играть вместе со мной».
В классических комментариях к «Сахих» Бухари под названием «Фатх аль-Бари» Ибн Хаджар аль-Аскалани написал следующее: «Этот хадис используется в качестве доказательства допустимости создания кукол и игрушек в форме человека и животных для игр девочек. Данная категория является исключением из общего запрета на использование изображений живых существ. Айад также говорил, что большинство ученых сошлись во мнении, что данная категория является исключением из общего запрета. Он также рассказал, что большинство ученых разделяет мнение о том, что разрешена продажа игрушек для девочек в целях подготовки их с детства к участию в семейных делах и в уходе за детьми…»
— Фетва об использовании изображений для детей (англ.)
BilalPhilips.com

Обратите внимание на большое сходство в комментариях Ибн Хаджара в «Фатх аль-Бари» ко всем четырем версиям хадиса. Слова могут отличаться из-за того, что переводчики разные, но смысл остается неизменным – играть с куклами разрешено только девочкам (то есть до наступления половой зрелости).

Относится ли выражение «маленькие девочки» к девочкам допубертатного возраста?

Откуда известно, что выражение «маленькие девочки» относится к девочкам, не достигшим полового созревания? На основании исламских традиций и законов. К примеру:

Девочки считаются достигшими половой зрелости в том случае, если у них наблюдаются 3 вышеперечисленных признака. Четвертым признаком является менструация (hayd). С началом менструации девочка считается женщиной, даже если ей всего лишь 12 лет.
— Кому необходимо держать пост? (англ.)
Мусульманская Студенческая Ассоциация, Собрание исламских текстов

Ислам и пубертатный возраст
Ислам учит тому, что детство заканчивается с пубертатным возрастом.
— The Young Marriage of `Âishah(R) (англ.)
Madrassah In'aamiyya

Таким образом, исламские сайты подтверждают информацию, что девочка, достигшая пубертатного возраста, перестает считаться ребенком и признается женщиной. Следовательно, согласно исламским нормам и законодательству, под маленькими девочками в Исламе подразумеваются дети, не достигшие пубертатного возраста.

Комментарии хадисоведов также подтверждают эту точку зрения:

Кадий Айад подтвердил, что большинство (Jumhoor) ученых сходится во мнении, что разрешена продажа игрушек/кукол (al-lu'ab) для девочек в целях подготовки их с детства к участию в семейных делах и в уходе за детьми.
Аль-Хатаби сказал: «…ясно, что игра с куклами (аль-banaat) является исключением из запрета на использование изображений живых существ, которое в общем случае является запрещенным/наказуемым. Единственная причина, по которой Аише было дано разрешение, заключалась в том, что она в то время еще не достигла половой зрелости…»
— Маленькие девочки, играющие в куклы (англ.)
Исламское законодательство о запрете изображений (живых существ), Абу Мухаммед Абдур-Рауф Шакир

…Абу Убайд, который сказал: «Мы не видим в данном случае никакой иной причины (данного ей разрешения на игру с куклами), кроме того факта, что эти игрушки были предназначены для детей. В случае со взрослыми, подобные действия следовало бы считать нежелательными/отвратительными (makhrooh)».
— Possession of Dolls By Little Girls (англ.)
Исламское законодательство о запрете изображений (живых существ), Абу Мухаммед Абдур-Рауф Шакир

Аиша была неполовозрелым ребенком, когда Мухаммед осуществил с ней брак

«Моя мать пришла ко мне, когда я каталась на качелях. Она взяла меня на руки и опустила на землю. Няня умыла мне лицо и повела за собой. Когда я приблизилась к дверям, няня остановилась, чтобы я смогла отдышаться. Когда я вошла, Мухаммед сидел на кровати в нашем доме. Моя мать заставила меня сесть ему на колени. Другие мужчины и женщины встали и ушли. Пророк вступил со мной в связь в моем доме, когда мне было девять лет».
— Ат-Табари, том 9, стр. 131

Этот хадис подразумевает, что Мухаммед вступил с Аишей в половые отношения в ее доме в день свадьбы. Это подтверждается и другими хадисами, в одном из которых день свадьбы описывается более подробно:

Сообщается, что Аиша сказала: «Мой брачный договор с Пророком был заключен, когда мне исполнилось шесть лет. Потом мы приехали в Медину и остановились (в квартале) бану аль-Харисбин Хазрадж. После этого я заболела, и у меня выпали волосы, а потом они снова отросли. (Однажды, когда) я каталась на качелях вместе с моими подругами, моя мать Умм Руман пришла ко мне и громко позвала меня, а я подошла к ней, не зная, чего она хотела. Она взяла меня за руку и привела к дверям дома. Я тяжело дышала, а когда мое дыхание стало успокаиваться, она взяла немного воды и протерла мне лицо и голову, после чего ввела меня в дом. В этом доме находились женщины из числа ансаров, которые стали говорить: „(Желаем тебе) блага, благословения (Аллаха) и удачи!“ И (моя мать) передала меня (этим женщинам), которые приготовили меня (к свадьбе), а утром пришел Посланник Аллаха, и (моя мать) передала меня ему, а было мне тогда девять лет».
— Сахих аль-Бухари 5:58:234

Сообщается, что Аиша сказала, что Пророк женился на ней, когда ей было семь лет, и принял ее в своем доме как невесту, когда ей было девять, и с ней были ее куклы; и когда он (Пророк) умер, ей было 18 лет.
— Сахих Муслима 8:3311

Стоит обратить внимание на то, что у Аиши были с собой куклы, когда она была принята в дом Мухаммеда в качестве невесты. Учитывая приведенное выше толкование Ибн Хаджара о недопустимости игры в куклы для взрослых, очевидно, что на момент свадьбы Аиша еще не достигла половой зрелости.

Следовательно, из хадисов можно с уверенностью сделать вывод о том, что Аиша была еще ребенком, когда Мухаммед впервые вступил с ней в половую связь в день свадьбы.
[править] Осуществить брак значит вступить в половую связь

Сунан Абу Дауда по достоверности занимает третье место среди сборников хадисов – после «Сахих» Бухари и Муслима. Приведенный ниже хадис из Сунан Абу-Дауд признан достоверным несколькими наиболее авторитетными хадисоведами, например, шейхом Абдул-Азизом аль-Каари (Имамом Масжид аль-Куба, профессором толкования и чтения Корана в Исламском Университете г. Медины)

Сообщается, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха женился на мне, когда мне было семь лет. (Сулейман сказал: „или шесть лет“). Hо он не вступал со мной в связь, пока мне не исполнилось девять».
— Абу Дауд 2:2116

Из этого хадиса следует, что Аише было 9 лунных лет, когда Мухаммед впервые вступил с ней в половые отношения. Этому есть подтверждения и в других (достоверных) хадисах:

Сообщил отец Хишама: «Хадиджа умерла за три года до того, как Пророк переселился в Медину. Он пробыл там примерно два года и затем женился на Аише, когда ей было 6 лет, и осуществил с ней брак, когда ей было 9 лет».
— Сахих аль-Бухари 5:58:236

Аиша сообщила, что Пророк женился на ней, когда ей было 6 лет, и осуществил брак, когда ей было 9 лет, после этого она пробыла с ним 9 лет (до его смерти).
— Сахих аль-Бухари 7:62:64

Аиша сообщила, что Пророк женился на ней, когда ей было шесть лет, и он осуществил с ней брак, когда ей было девять лет. Хишам сказал: «Мне рассказали, что Аиша оставалась с Пророком в течение девяти лет» (т. е. до его смерти).
— Сахих аль-Бухари 7:62:65

Сообщила Урса: «Пророк заключил с Аишей брачный договор, когда ей было 6 лет, и осуществил с ней брак, когда ей было 9 лет, и она пробыла с ним 9 лет (до его смерти)».
— Сахих аль-Бухари 7:62:88

Сообщается, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха женился на мне, когда мне было семь или шесть. Когда мы приехали в Медину, пришли женщины». По версии Бишра: «Умм Руман пришла ко мне, когда я качалась (на качелях). Они забрали меня и приготовили меня (к свадьбе). Меня привели к Посланнику Аллаха, и он таким образом начал сожительствовать со мной, когда мне было девять лет. Она остановила меня в дверях, и я расхохоталась».
— Абу Дауд 41:4915

Апологеты будет настаивать на том, что термин «осуществить брак» означает «никах», а не секс. И это несмотря на то, что в хадисе Абу Дауда (том. 2, № 2116) переведено буквально «вступил в связь». Доказательство того, что «осуществить брак» означает секс, приведено далее. В «Сахих» Бухари, том. 7, № 64, используется слово с корнем «dakhala». В словаре Ганса-Вера на стр. 273, это слово переведено как:

«вступить, проникнуть, входить, консумировать брак, сожительствовать, спать с женщиной».
— Cловарь Ганса-Вера, стр. 273

В возрасте девяти лет Аиша не достигла половой зрелости. На это указывает хадис из Сунан Абу Дауда, Том. 3, № 4914 (этот хадис также есть в «ас-Сунан аль-Кубра» ан-Насаи):

Передано со слов Аиши: «Посланник Аллаха вернулся после битвы у Табука или Хайбара» (у рассказчика хадисов были сомнения в том, что он сказал «Табук или Хайбар»). Занавес закрывал sahwah (небольшое помещение в передней части дома). Ветер подул в сторону занавеса и показались куклы Аиши. Он сказал: «Что это, Аиша?» Она сказала: «Мои куклы». Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями из обрезков ткани. Он сказал: «Что это там (среди кукол)?» Она сказала: «Лошадь». Он спросил: «Что на ней?» Она сказала: «Два крыла». Он спросил (удивленно): «Лошадь с двумя крыльями?» Она сказала: «Разве вы не слышали, что у Сулеймана были лошади с крыльями?» Она сказала: «Тогда он (Мухаммед) засмеялся, широко открыв рот, и другие могли видеть его коренные зубы».[1]
— Абу Дауд и «ас-Сунан аль-Кубра» ан-Насаи, шейх аль-Албани признает цепочку передатчиков хадиса надежной, а хадис «сахих».

Шейх Мухаммад Шамс аль-Хакк аль-Азым Абади, в Шарх (разъяснении) к Сунан Абу-Дауда, говорит:

Этот хадис и предыдущий (хадис № 20) приводятся в качестве аргумента теми, кто считает дозволенным использование кукол и игрушек в играх девочек. Это (разрешение) является особым исключением из общего запрета на использование изображений (suwar). С этим полностью согласился кадий Айад, и он сказал, что это мнение джамхур (большинства ученых). Он сообщил, что с таким исключением согласно большинство ученых, которые считают дозволенным продавать игрушки для девочек в воспитательных целях, чтобы обучать их с детства ведению домашнего хозяйства и уходу за детьми.

Принято считать, что Аиша родилась за восемь лет до хиджры. Сражение у Хайбара состоялась в Мухаррам-Сафар 7 год по хиджре. Осада Табука состоялась в Раджаб 9 год по хиджре. Поэтому, скорее всего, имеется ввиду Хайбар, а не Табук.
Принято считать, что Аиша была обручена с Мухаммедом в возрасте шести лет за три года до хиджры. Это подтверждается сообщениями о том, что брак был заключен в Шавваль, т. е. через семь месяцев после хиджры пророка из Мекки в Медину.
— Шейх Мухаммад Шамс аль-Хакк аль-Азым Абади

Таким образом, в хадисе Абу-Дауда говорится, что Аиша еще играет в куклы, в конце 7 года по хиджре. То есть спустя 6 или 7 лет после ее вступления в брак. Таким образом согласно разъяснениям Ибн Хаджара, Абу Убайда, Айада аль-Кади и Шейха Мухаммада Шамса аль-Хакка, Аиша не достигла половой зрелости по крайней мере спустя 6-7 лет после свадьбы, когда ей было уже примерно 15-16 лет, и уж точно не менее 14 лет.
Абу-Дауд Книга 41, Номер 4914

Обратите внимание, что некоторые апологеты пытаются утверждать, что этот хадис не «сахих». Они будут использовать следующий перевод того же хадиса и ссылаться на фразу «рассказчик точно не может сказать»:

Аиша передает, что когда Посланник Аллаха возвращался с похода на Табук или Хайбар (рассказчик точно не может сказать), порыв ветра поднял конец покрывала, висевшего перед кладовой, и показались куклы, принадлежавшие ей.
Он спросил: «Что это?» Она ответила: «Мои куклы». Среди них он увидел лошадь с крыльями из тряпки и спросил: «Что это я вижу среди них?» Она ответила: «Это конь». Он спросил: «А что это у него по бокам?» Она ответила: «Два крыла». Он спросил: «Это двукрылый конь?» Она ответила: «А разве вы не слышали, что у пророка Сулеймана (а. с.) было целое стадо двукрылых коней?» Она сказала: «Тогда Посланник Аллаха рассмеялся так, что я могла видеть его коренные зубы».
— Абу Дауд 41:4914

Хадис достоверный, а фраза «рассказчик точно не может сказать» указывает не на достоверность самого хадиса, а на тот факт, что рассказчик не может сказать точно, Хайбар или Табук был упомянут в сообщении.
Первый аргумент

Существует несколько версий данного хадиса, признанных «сахих» (достоверными):

Рассказано Аишей: Посланник Аллаха вернулся после экспедиции на Табук или Хайбар (у рассказчика хадисов были сомнения в том, что он сказал «Табук или Хайбар»). Занавес закрывал sahwah (небольшое помещение в передней части дома). Ветер подул в сторону занавеса, и показались куклы Аиши. Он сказал: «Что это, Аиша?» Она сказала: «Мои куклы». Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями из обрезков ткани. Он сказал: «Что это там (среди кукол)?» Она сказала: «Лошадь». Он спросил: «Что это у нее?» Она ответила: «Два крыла». Он спросил: «Лошадь с двумя крыльями?» Она ответила: «Разве вы не слышали, что у Соломона были кони с крыльями?» Она сказала: «Тогда Посланник Аллаха так рассмеялся, что я могла видеть его коренные зубы».
— Абу Дауд и «ас-Сунан аль-Кубра» ан-Насаи, шейх аль-Албани признает цепочку передатчиков хадиса надежной, а хадис «сахих».

У Абу Дауда и у ан-Насаи с другой цепочкой передатчиков.
Аиша передает, что когда Посланник Аллаха возвращался с похода на Табук или Хайбар, он вошел в комнату Аиши. Ветер поднял занавеску на полке, и там обнаружились куклы. «Он спросил меня: „Что это, Аиша?“ Я ответила: „Мои куклы“. Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями из обрезков ткани и спросил: „Что это там среди кукол?“ Я ответила: „Лошадь“. Он спросил: „Лошадь с крыльями?“ Я ответила: „Разве вы не слышали, что у Соломона были кони с крыльями?“ Посланник Аллаха так рассмеялся, что я могла видеть его коренные зубы».
— Сунан Абу Дауд, том. 3, с. 1373, no. 4914 и «Сахих Сунан Абу Дауд», том. 3, с. 932, номер. 4123.

В этом хадисе говорится о куклах (lu'ab), а не о дочерях, как и в предыдущих хадисах.

Передано Аишей: «Пророк вернулся после похода на Табук или Хайбар. Существовал занавес перед моей комнатой. Подул ветер, и стал подниматься занавес перед моей комнатой, в которой Пророк увидел куклы, с которым играла Аиша. Он сказал: „Что это, Аиша?“ Она ответила: „Мои дочери“ (арабы называли кукол дочерьми). Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями, сделанных из куска ткани. Он сказал: „А это что?“ Она ответила: „Лошадь“. Он спросил: „Что это у нее?“ Она ответила: „Два крыла“. Он спросил: „Лошадь с двумя крыльями?“ Она ответила: „Да“. Тогда Посланник Аллаха так рассмеялся, что я могла видеть его коренные зубы».[3]
— «Сахих Сунан Абу Дауд» и ан-Насаи в «аль-Ишра»

Таким образом, цепочка передатчиков признана надежной не только Албани, но и двумя другими исламскими источниками, которые назвали хадис подлинным.
Второй аргумент

В версии, взятой с сайта Мусульманская Женщина, говорится, что «у рассказчика хадисов были сомнения в том, что ему было сказано — Табук или Хайбар». А вовсе не то, что были сомнения насчет самого хадиса.
Третий аргумент

Альтернативные переводы не содержат слова «сомнение».

Передано Аишей: «Пророк вернулся из похода на Табук, или же это был Хайбар. Существовал занавес перед моей комнатой. Подул ветер, и стал подниматься занавес перед моей комнатой, в которой Пророк увидел куклы, с которыми играла Аиша. Он сказал: „Что это, Аиша?“ Аиша ответила: „Мои дочери“ (арабы называли кукол дочерьми). Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями, сделанных из куска ткани, и спросил: „А это что?“ Аиша ответила: „Лошадь“. Он спросил: „Что это у нее?“ Аиша ответила: „Два крыла“. Он спросил: „Лошадь с двумя крыльями?“» Аиша сказала: „Посланник Аллаха так рассмеялся, что я могла видеть его коренные зубы».[4]
— Абу Дауд и ан-Насаи

Аиша передает, что Посланник Аллаха (с. а. с.), возвратившись с похода на Табук или Хайбар, вошел в комнату Аиши. Ветер поднял занавеску на полке и там обнаружились куклы. Он сказал: «Что это, о Аиша?» Аиша ответила: «Это мои доченьки» (арабы называли кукол дочерьми). Он увидел среди них лошадь с двумя крыльями, сделанных из куска ткани, и спросил: «А это что?» Аиша ответила: «Лошадь». Он спросил: «А что это у нее по бокам?» Аиша ответила: «Два крыла». Он спросил: «Крылатая лошадь?» Аиша сказала: «Посланник Аллаха так рассмеялся, что я могла видеть его коренные зубы».[3]
— «Сахих Сунан Абу Дауд» и ан-Насаи в «аль-Ишра»

Четвертый аргумент

Авторитетные исламские ученые до сих пор используют этот хадис при вынесении вердиктов касательно исламских законов или обычаев. Шейх Абдул Азиз аль-Каари (имам мечети Кабаа и комментатор Корана в Исламском университете Медины), сказал насчет допустимости использования кукол в аль-Усра:

«Что касается хадиса от Аиши, в котором говорится о том, что она играла с куклами в присутствии Пророка (мир ему и благословение), и в некоторых версиях хадиса сообщается, что одна из кукол была в форме крылатого коня, и что, когда Пророк (мир ему и благословение) спросил ее об этом, она ответила: „Разве ты не слышал, что у [пророка] Сулеймана была лошадь с крыльями?“ После этих слов Пророк (мир ему и благословение) рассмеялся. Этот хадис указывает на дозволенность детских игрушек в виде образов живых существ, владение ими и использование в играх. При этом нет информации, насколько точно, умело или грубо изображения выполнены. Не существует никаких оснований делать различия касательно точности изображения. Те, кто утверждают, что куклы Аиши не были выполнены умело, делают выводы, не основанные на каких-либо доказательствах. Что они скажут о крылатом коне?»[5]
— Шейх Абдул Азиз аль-Каари

Как могут апологеты утверждать, что имам мечети Кубаа и известный комментатор Корана в Исламском университете Медины использует хадисы, которые не являюстя «сахих» в принятии решения о допустимости игры в куклы для детей Саудовской Аравии? Очевидно, что шейх Абдул Азиз аль-Каари из Саудовской Аравии признает хадис «сахих».

При использовании слабых хадисов, ученый обязан предупредить читателя о его слабости:

«В области исламского права принято использовать только подлинные (сахих) и хорошие (хасан) хадисы при вынесении решений. Слабые (да'иф) хадисы не имеют значения для шариатского законодательства. Тем не менее, ученые хадисов иногда могут расходиться во мнении о слабости некоторых хадисов. Ученые иногда используют слабые хадисы для вынесения вердикта касательно нравственных или духовных (fada'il) вопросов. Важно отметить, что при использовании слабых хадисов по той или иной причине, необходимо упомянуть, что это хадис является слабым, и что он используется лишь для данного конкретного случая».
— В каких случаях можно ссылаться на слабые хадисы? (англ.)
Ислам Онлайн, Музаммил Х. Сиддики, президент Совета фикха - Северная Америка, 22 марта 2006

Как видно из этой статьи, шейх Абдул Азиз аль-Каари не заявлял, что считает хадис Абу Дауда 4914 слабым, а значит и нет никаких оснований считать его таковым.

Также обратите внимание, что говорится по ссылке в конце статьи:

Сунан Абу Дауд, том. 3, с. 1373, номер 4914 и «Сахих Сунан Абу Дауд», том. 3, с. 932, номер 4123

] Итог

Было доказано, что согласно исламскому законодательству игра в куклы разрешена только для девочек, не достигших пубертатного возраста.
Было доказано, что применяя толкование Ибн Хаджара к достоверным хадисам об Аише и ее возрасте, когда Мухаммед вступил с ней в половую связь, Аиша еще не достигла полового созревания.
Было доказано, что Аиша не достигла половой зрелости в течение 6-7 лет после брака с Мухаммедом.

Заключение

Можно ли с уверенностью заявлять, что Мухаммед подпадает под определение педофила?
“ Критерий A: В течение не меньше чем 6 месяцев присутствуют повторяющиеся интенсивные сексуальные фантазии, импульсы или поведения, связанные с вовлечением в сексуальную активность допубертатного ребенка или детей (13 лет или младше). ”

Да, Мухаммед имел сексуальные отношения с допубертатным ребенком в течение длительного времени — по меньшей мере, в течение 6-7 лет.
“ Критерий B: Лицо действует на эти импульсы, или сексуальные импульсы или фантазии причиняют существенный дистресс или межличностные сложности. ”

Да, как и описывается в хадисах, Мухаммед действовал в соответсвии со своими сексуальными позывами, и он вступал в сексуальную связь с Аишей, когда ей было всего 9 лет, хотя половой зрелости она достигла, когда ей было не меньше 14 лет.
“ Критерий C: Диагностируемое лицо не младше 16 лет, разница в возрасте с ребенком или детьми, определенных в критерии A должна быть не меньше 5 лет. ”

Да, первый половой акт Мухаммед осуществил с Аишей, когда ему было 54 года, в то время как Аише было всего 9 лет.

Чтобы показать, что у Мухаммада были сексуальные наклонности, которые можно охарактеризовать как нездоровые, обратимся к исламским источникам.

Однажды, Мухаммад пошел на рынок, где увидел Захира, которого он любил, он обнял его сзади. Захир сказал: «Кто ты, отпусти меня?» Мухаммад ответил: «Я торговец рабами», и продолжал его держать. Когда Захир узнал, что это был Мухаммад, он придвинул свою спину ближе к груди Мухаммада.
Источники: Аль Халабия, «Аль Сира», том 3, стр. 441 и Фатхи Радван, «Аль Хаир аль Aaзам» (цитаты на сайте Parsimony)
Al Halabya, «Al Seera», volume 3, p. 441 and Fathy Rdwan «Al Tha’er al A’azam»

Мухаммад позволял мальчикам смотреть, как он моет свои половые органы:

Рассказал Анас бин Малик: «Когда посланник Аллаха ходил мочиться, я, вместе с другим мальчиком, сопровождал его, неся полный стакан воды.» («Чтобы он мог вымыть половые органы водой» — комментирует Хишам)
Источник: Сахих Бухари, книга 4, хадисы 152-154 [1]

К другим нездоровым привычкам Мухаммада можно отнести то, что он заставлял свою жену-ребенка, удалять пятна спермы со своей одежды:

Рассказала Айша: «Я смывала следы спермы с одежды пророка, и он шел на молитву, в то время как пятна от воды еще были видны.»
Источник: Сахих Бухари, книга 4, хадис 229 [1]

Рассказал Сулейман бен Яшар: «Я спросил Айшу о загрязнении одежды спермой. Она ответила: Я смывала следы спермы с одежды пророка, и он шел на молитву, в то время как пятна от воды еще были видны.»
Источник: Сахих Бухари, книга 4, хадисы 231-233 [1]

Мало того, что 9-летняя Айша вынуждена была выйти замуж за 56-летнего Мухаммада (достаточно пожилого, чтобы быть ее дедушкой), она еще должна была удалять пятна спермы с его одежды.

Другие хадисы сообщают, что Мухаммад позволял мальчикам сосать его язык, а он сосал их язык. В «Муснад Ахмад», хадис 16245, заголовок тома: «Высказывания сирийцев», название главы: «Хадис от Ибн Муавии Абу Суфьян,» мы читаем следующее:

Рассказал Муавия: «Я видел, как пророк сосал язык или губы Аль-Хасана, сына Али. Язык или губы, которые сосал пророк, будут избавлены от мучений (в геенне огненной).
Источник: Hadith Al-Islam

В «Сирийской Биографии Мухаммада», написанной Аль-Амином аль-Maмуном, в главе «Первые люди, которые поверили в пророка», мы читаем:

Отмечая 10 конкретных качеств пророка, Аль-Замахшари упомянул, что когда родился Али, пророк дал ему это имя и кормил его своей благословенной слюной, а Али сосал язык пророка.В связи с этим, передано Фатимой бинт Асад: «Мать Али рассказала, что когда она родила своего сына, то пророк назвал его Али. Пророк плюнул в рот Али, а затем позволил ребенку сосать свой язык, пока тот не уснул.»Мать Али рассказала: «Мы привели кормилицу для Али, но он отказался от ее груди, и мы позвали Мухаммада, он вложил свой язык в рот Али, и тот уснул. Это то, что пожелал Аллах.»
Источник: IslamicWeb

Мухаммад предстал обнаженным перед мужчиной и в таком виде обнимал его:

Рассказала Айша: «Зейд ибн Харита прибыл в Медину, в то время как пророк находился в моём доме. Зейд постучал в дверь, пророк встал и пошел к нему голым, волоча за собой одежду. Клянусь Аллахом, я не видела пророка голым на людях ни до, ни после этого. Пророк обнял Зейда и поцеловал его.»
Источник: Сунан аль Тирмизи, хадис 4412, название тома: «Книга разрешений и манер Пророка», заголовок параграфа: «Относительно поцелуев и объятий». (Опубликовано: Hadith Al-Islam)

Мухаммад зашел так далеко, что стал утверждать, что верующих в раю ожидают мальчики:
«И обходят их юноши, точно они сокровенный жемчуг.» Сура 52:24
«Обходят их мальчики вечно юные с чашами, сосудами и кубками из текущего источника.» Сура 56:17-18
«И обходят их отроки вечные, — когда увидишь их, сочтешь за рассыпанный жемчуг.» Сура 76:19

Интересно, что мусульмане будут делать с этими «райскими мальчиками»? Возьмут их за руки и будут вместе петь?

Некоторые мусульманские ученые утверждают, что гомосексуализм и педерастия разрешены в мусульманском раю. Журналистка «Нью-Йорк Таймс», Джудит Миллер, комментируя причины убийства египетского профессора, Фараг Фуда, пишет:

«За две недели до убийства, профессор Фуда иронизировал над диспутом исламистов относительно проповеди популярного богослова Египта, шейха Абд аль-Хамида Кишха (Abdel Hamid Kishk). Кишх говорил своим слушателям, что мусульмане, вошедшие в рай, будут наслаждаться вечной эрекцией и обществом мальчиков, украшенных серьгами и ожерельями.Некоторые из улемов и религиозных деятелей университета аль-Азхар, не согласились с ним. Да, сказали они, у мужчин в раю будет эрекция, но не вечная, а только затяжная. Другие мусульманские эксперты стали дискутировать о возможности педерастии в раю.»"И это то, чем интересуются мусульмане в конце 20-го века?» — задает вопрос профессор Фуда. «Мир вокруг нас занят освоением космоса, генной инженерией, чудесами компьютерных технологий, а мусульмане обеспокоены сексом в раю.» — с грустью отмечает он.

В статье, опубликованной накануне убийства, профессор Фуда сообщил, что правительство Туниса опубликовало видеозапись воинствующих исламских лидеров, которые не хотят ждать рая, а желают заниматься любовью с красивыми женщинами на земле; египетские исламисты в Ассуте запретили верующим есть баклажаны и тыквы из-за их сходства с половыми органами.»

«Силы Мрака всегда одержимы сексом» — завершает профессор Фуда.
Источник: Judith Miller, «God Has Ninety-Nine Names», published by Simon & Schuster, 1997, pp. 26-27,
а также Farag Foda (Wikipedia)

И еще:

Арабский философ Абуль-Ала Маарри утверждал, что гомосексуализм дозволен в мусульманском раю. Он основывает это мнение на аятах 56:17-23 — «И Мы сочетаем их (мусульман) с черноглазыми, большеокими (мальчиками).»"Если вино запрещено в этом мире, но дозволено в раю, то тоже самое обстоит и с гомосексуализмом», — заключает Абуль-Ала.
Источник: Abul-Ala Maari, «Risala al-ghufran» and Muhammad Jalal Kishk, «Khawater Muslim fi al-mas’ala al-Jinsiyya».
From «An Introduction to Quranic Studies», Light of Life, p. 122.

Эти заявления стали стимулом для мусульманских мужчин, желавших спать с мальчиками, а также причиной того, почему они не стеснялись выражать свои гомосексуальные желания в письменной форме. По этому поводу, профессор-семитолог Филипп Хитти пишет следующее:

«Почти все слуги были рабами, захваченными во время войны или купленными в мирное время. Некоторые рабы были евнухами (хисъян), они обслуживали гаремы. Другие евнухи (гильман) носили богатую одежду и умащали благовониями свои женоподобные тела. Гильман существовали при династии аль-Рашидов и при аль-Амине, который учредил в арабском мире институт гильман для практики неестественных сексуальных отношений. Например, судья аль-Маман содержал гарем из четырёхсот мальчиков, а поэты, подобные Абу-Нувасу (арабский средневековый поэт — гомосексуалист), не считали зазорным воспевать в своих стихах страсть к мальчикам.»
Источник: Филипп Хитти, «История арабов с древнейших времен до наших дней», 10-е издание, стр. 341.

http://catholic-info.at.ua/index/biblija_na_russkom_jazyke/0-4
Католический информационный сайт.

 Вітаю усіх католиків латинської традиції зі світлим Христовим Воскресінням!
Христос воскрес!

Обращаюсь к людям, неразделяющим с нами кафолическую веру.
Если Вы размещаете здесь свое мнение, Вы должны, по законам чести, доказать свою правоту или принять кафоличество. Если несможете ответить на поставленные вопросы, Ваша запись будет удалена как безосновательная.
Расчитываю на Ваше понимание.

«Святая Римская Церковь, мать и владычица всех церквей должна быть спрошена во всем, касающемся веры. Когда (споря с еретиками) мы излагаем предания, которые превеликая, святейшая и пренебесная Римская Церковь , основанная Петром и Павлом, от них же получила и сохраняет преемством своих епископов, мы тогда сокрушаем еретиков,... потому что с этой Церковью должны согласоваться все Церкви и все верующие во всей вселенной, высокого ради главенства ее и потому что в ней верующие, во всем мире рассеянные, сохраняют предание, от Апостолов исходящее» (III, 3, 2).

Habemus papam! У нас есть Папа!

(1) Я, N., твердой верой исповедую всё вместе и каждое по отдельности, что содержится Символе веры, принятом Святой Римской Церковью, а именно:

(2) Верую во единого Бога, Отца Всемогущего, Творца неба и земли, видимого всего и невидимого; и во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия Единородного, от Отца рожденного прежде всех веков, Бога от Бога, Свет от Света, Бога истинного от Бога истинного, рождённого, несотворённого, единосущного Отцу, через Которого все сотворено; ради нас, людей, и ради нашего спасения сошедшего с небес и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы и ставшего человеком; распятого за нас при Понтии Пилате; страдавшего и погребённого, воскресшего в третий день по Писанию, восшедшего на небеса; сидящего одесную Отца, вновь грядущего со славою судить живых и мертвых, и Царству Его не будет конца; и в Духа Святого, Господа Животворящего, от Отца и Сына исходящего, Которому вместе с Отцом и Сыном подобает поклонение и слава, Который вещал через пророков; и во единую Святую Католическую и Апостольскую Церковь. Исповедую единое крещение во отпущение грехов. Ожидаю воскресения мёртвых и жизни будущего века. Аминь.

(3) Принимаю и твёрдо придерживаюсь Апостольских и Церковных Преданий и прочих обычаев и уставов сей Церкви.

(4) Также принимаю Священное Писание, следуя смыслу, которого придерживалась и придерживается наша Святая Матерь Церковь, коей одной принадлежит право судить о подлинном смысле и толковании Священного Писания, и никогда не стану толковать его иначе, чем с единодушного согласия Отцов Церкви.

(5) Исповедую также, что воистину есть семь Таинств нового закона, установленных Господом нашим Иисусом Христом и необходимых для спасения рода человеческого, хотя не все они предназначены для каждого, а именно: Крещение, Миропомазание, Евхаристия, Покаяние, Елеопомазание, Священство и Брак, и что в них сообщается благодать; из оных же Таинства Крещения, Миропомазания и Священства не могут быть повторены без того, чтобы впасть в кощунство.

(6) Принимаю и придерживаюсь также обрядов, принятых и одобренных Католической Церковью для торжественного совершения сих Таинств.

(7) Придерживаюсь и принимаю все и каждое из положений о первородном грехе и оправдании, определенных и провозглашенных Святым Тридентским Собором.

(8) Исповедую также, что во время Мессы Богу приносится истинная, должная и умилостивительная Жертва за живых и мертвых, и что в Пресвятом Таинстве Евхаристии присутствуют истинно, реально и сущностно Тело и Кровь вместе с Душой и Божеством Господа нашего Иисуса Христа, и что совершается превращение всей сущности хлеба в Его Тело и всей сущности вина в Его Кровь, каковое обращение Католическая Церковь называет Пресуществлением. Признаю также, что под каждым из этих видов принимается весь и нераздельный Христос и истинное Таинство.

(9) Без колебаний верую, что существует чистилище и что заступничество верных помогает тем душам, которые там находятся; а также что святых, царствующих вместе со Христом, следует почитать и взывать к ним, что они возносят за нас молитвы Богу и что мощи их должно почитать.

(10) Твердо исповедую, что следует иметь и хранить образа Христа и Приснодевы Матери Божией, а также других святых и воздавать Им почести и уважение, которых они заслуживают.

(11) Утверждаю также, что власть давать индульгенции предоставлена Церкви Христом и что этот обычай весьма благотворен для христианского люда.

(12) Признаю святую Католическую и Апостольскую Римскую Церковь Матерью и Наставницей всех Церквей. Обещаю и клянусь соблюдать истинное послушание Римскому Понтифику, Преемнику блаженного Петра, главы Апостолов и наместнику Иисуса Христа.

(13) Принимаю и без тени сомнения исповедую все, что передано, определено и провозглашено Святыми канонами и Вселенскими Соборами, и особенно Святым Тридентским Собором, а также Святым Вселенским Ватиканским Собором, особенно в том, что касается первенства Римского Понтифика и его безошибочного Учительства, и также осуждаю, отвергаю и предаю анафеме все то, что противоречит им, а также все ереси, Церковью осужденные, отвергнутые и преданные анафеме.

(14) Сию истинную католическую веру, вне которой никто не может быть спасён и которую я ныне по доброй воле исповедую и которой искренне придерживаюсь, я, N., обещаю, обязуюсь и клянусь хранить, с Божией помощью исповедовать целиком и в неприкосновенности, со всею верностью, до моего последнего вздоха; обязуюсь, насколько смогу, предпринимать усилия, чтобы она поддерживалась, изучалась и исповедовалась теми, кто зависит от меня, и теми, о ком мне по долгу следует заботиться. Да помогут мне в этом Бог и сии святые Божьи Евангелия

Начнем с того, что эта фраза правильно произноситься не «Аллах Акбар», а «Аллаху Акбар» и ее значение уже начало искажаться в современном мире. Если Вы встретите молодого мусульманина, он, вероятнее всего, переведет эти слова, как «Бог велик», но это неправильный перевод. Давайте узнаем, что эти слова значили в момент их зарождения, во время Мухаммеда.
На самом деле «Бог» на арабском языке произноситься как «Илах» اله , а не «Аллах» الله.
Аллах – это не сам Бог, это имя бога, которого почитали ранние мусульмане и сам Мухаммед.
А слово «Великий» произноситься как «Кебир» كبير .
Слово «Акбар» أكبر имеет другое значение, оно переводиться как «Больше».
Тогда получается правильный перевод не «Бог великий», а «Аллах больше». На этом можно было бы, и остановиться, но есть еще одна маленькая, но очень важная деталь. Важно знать откуда происходит это имя Аллах.
На самом деле, еще до появления ислама, в древнееврейском языке (на нем был написан Ветхий Завет Библии)
уже существовало слово עהל и произносилось оно как «Аллах». И это слово значит «Дьявол» или «Проклятие». Можно было бы сказать, что это совпадение, но это не так! Мы знаем, что пророк Мухаммед с самого детства жил рядом с евреями и прекрасно знал иврит, поэтому он имел полное представление как переводиться это слово. Но, тем не менее, Мухаммед осознанно называл аллахом то божество, которому поклонялся. С самого начала Мухаммед и его последователи знали, что они служат не Богу, а дьяволу!
Будучи движим, злостью к евреям, закону Моисея и христианству, Мухаммед начал религию, которая является полной противоположностью того учения, которое оставил нам Христос.

Возрождение давнишней формы сатанизма. Люцифер "бог" родноверов
На известном интеренет-ресурсе язычников-родноверов "Ари.ру", опубликована весьма откровенная и знаковая статья – фактическое признание в сатанизме (http://ari.ru/news/3787/) с призывом провести ритуальное "съедение" Путина.)

Если кто раньше считал, что родноверы это такие заблудившиеся патриоты, то после прочтения следующего материала, сомнений не остается: родноверы – слуги сатаны.

Цитируем: "Агентство Русской Информации является ресурсом, пропагандирующим традиции русского родноверия. Это традиции солнечных Богов. Так вот Люцифер в обращении представлен как символ Тьмы, однако это есть серьезное заблуждение авторов, идущих на поводу у поповских объяснений, которые традиционно черное подменяют белым и наоборот. На самом деле латинское слово Lux обозначает свет, слово sphaera обозначает сферу.

Таким образом Люцифер дословно с латыни это сфера света и переводится по традиции Утренняя Звезда. В русском языке – Светозар. Спрашивается, какое отношение к силам Тьмы эта сила имеет? Поэтому, согласиться с подходом данного ритуала и толкования имени Люцифер, как «обращения к силам Тьмы» мы не можем".

Итак, люцифер (сатана) у родноверов – бог светозар, которому эти слуги сатаны поклоняются и призывают в своих оккультных обрядах. Приходит время, когда открыто служат сатане.

Родноверие (Родная Вера, Родоверие, Родолюбие, Родобожие, Родянство) – новое религиозное движение неоязыческого толка, ставящее целью возродить славянские дохристианские обряды и верования. Родноверы признают священными «знания древних славян», соблюдают реконструированные обряды дохристианских времен и некоторые проходят обряды «очищения» и «имянаречения», в результате которых получают новое славянское имя.

К сожалению, до сих пор на земле имеются люди, культивирующие язычество. Появилась и новая категория людей: неоязычники (родноверы).

Суть языческой веры состоит в том, что они по наущению демонов поклоняются не Творцу вселенной и всей твари, а самой твари. Здесь и поклонение солнцу, луне, звездам, земле, горам, огню, животным и другим естественным тварям. Но более всего и чаще всего язычники покланялись созданным руками людей идолам, кумирам или истуканам, а в их лице - демонам. Поэтому по своей сути язычники есть демонопоклонники и демонослужители. Писание прямо называет богов язычников демонами:

Пс.95:
5 Ибо все боги народов - идолы (в славянской библии вместо "идолы" стоит "бесы", что суть одно и то же) , а Господь небеса сотворил.

Крайне отрицательное отношение Господа к язычникам видно из заповеди:

Мф.18:
17 если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь.

Здесь Господь не только высказывает Свое отвращение от язычников, но и прямо противопоставляет их церкви. Из этого понятно отношение Церкви Христовой к язычникам, которому она научилась у Господа своего - гнушение и отвращение, тем более когда они открыто заявляют о своем сатанизме



Илья Макаров со всем жаром молодости пишет мне: «Никакого "великого" спора с поклонниками кикимор и пней быть не может, это все выдумки невежд. У язычников: жизнь конвертируется в деньги в виде виры(как сейчас), что на Руси была закреплено юридически. Все языческие капища полны ритуальных человеческих костей. Стремление к славе и деньгам – основная мотивация язычников. У них нет добра и зла, а есть только сила и бессилие, выгодное и невыгодное. Язычники поклонились твари вместо Творца. К тому же язычество – общеизвестный рассадник педерастии и прочих половых извращений».

Все вроде бы так, и с этим особо не спорят, однако вопрос не так прост, как трактует его Макаров. Недаром другой мой друг, Ростислав Новгородцев пишет мне: «Как ни крути, христианство возникло не на Руси и не у русских. В центре христианской истории – ДРУГОЙ народ (пусть он благословенный для одних и проклятый для других, но он это НЕ МЫ). В молитвах и за богослужением мы поминаем историю ЭТОГО ДРУГОГО НАРОДА. Без оценок, без гнева и пристрастия, но ЭТО ТАК. Говорить о Христианстве как ИДЕОЛОГИИ России будущей возможно ли? С некоторых пор Я НЕ ЗНАЮ. Личный путь, личное спасение – да, безусловно. Церковь как "врачебница" – конечно. Но инородность?!»

Ростислав прав. Вопрос им поставлен очень серьёзно, и очень жаль, что наша патриотическая общественность и пресса уклоняется от его обсуждения. Тут есть о чем подумать. В конце концов, известный социопатолог А.Леонидов-Филиппов справедливо указывает деление на родноверов и православных как на одну из линий сечения национальной шизофрении (раздвоения этноличности): «Народ, разделенный на красных и белых, на имперцев и регионалистов, на западников и славянофилов, на православных и родноверов – скорее будет воевать сам с собой, чем противостоять внешней агрессии».

Если бы в мнимом «родноверии» не было бы ничего привлекательного, то оно не было бы так опасно для русского выживания в тяжелейших условиях текущего геноцида. Новгородцев в своих сомнениях выявил главный болевой нерв: НЕ НАШЕ. Вроде бы, говорит Ростислав, всем хорошо, только бы русские имена вместо еврейских подмалевать, да русские исторические сюжеты подставить – и молись на здоровье…

И тут я громоподобным голосом спрашиваю его: ЧЕМУ?!

Молятся ведь ИСТИНЕ. Тому, что сам намалевал на стене молится глупо, это сумасшествие. Поэтому суть вопроса в том – считаем ли мы религию ИСТИНОЙ или ЛОЖЬЮ. Если мы считаем её ЛОЖЬЮ, то никакого «родноверия» тут не нужно, честнее и правильнее перейти в состав АТЕИСТОВ. Ибо только атеист может править с карандашом СВЯТОЕ ПИСАНИЕ и не видеть всего сумасшествия этой ситуации.

«МНЕ РЕЛИГИЯ НЕ НРАВИТСЯ». Но это же глупость! На истину глупо обижаться, глупо спорить с ней. Да и кто мы такие, чтобы спорить с истиной, если мы не атеисты, а считаем себя верующими людьми? Всегда было и будет: НЕ ТАК, КАК ТЫ ХОЧЕШЬ, А КАК ХОЧЕТ БОГ.

Желаешь манипулировать Богом – пожалуй в атеисты. Или в масоны, вроде Вольтера, который считал религию сказкой, но полезной для черни. Себе, элитарному – атеизм, черни – намалюю сказку, пусть лоб расшибает! Но это масонское деяние – верх лицемерия и верх цинизма.

Одно дело, если утверждаешь, что Бога вообще нет. По этому поводу один ответ, почитай наш учебник для ВУЗов «Научный теизм». Другое дело, если веришь в бытие Бога, но сердишься на него – чего это он к славянам не зашел на огонек? Но кто ты такой, чтобы решать за Бога, куда ему заходить и с кем ему ходить по земле?! Может быть, ты знаешь больше Бога? Видишь дальше Бога? Сотворил больше Бога?

Согласись, друг-читатель, нелепо быть верующим в бытие Бога, и при этом давать Богу советы, какой завет людям даровать предпочтительнее. Более того скажу, дикость!

Вот вопль «бывшего советского» человека с одного из форумов: «Товарищи, ну нельзя же не покривив душой, преподносить русскому народу (на остальных – плевать!) то, чем переполнена Библия, за чистую монету (раз) и за бескорыстный духовный дар иудейских мыслителей (два)!». Характерное обращение «товарищи», не так ли? Человек по сути атеист, голова его забита советским агитпропом, высмеивавшим Библию, а в итоге высмеявшим себя самое. Но не о «голом короле» атеизма сейчас! Если ты атеист – ступай к своим! Чего ты липнешь к пням и кикиморам, деревянным и каменным фаллосам?! Это тебе не сказки?!

Библия, которая за тысячелетия ПРЕДСКАЗАЛА основные постулаты современной науки – сказки, а лешие и домовые – быль реальная!
Но продолжим цитирование:

«…выставлять интерес и тягу к истокам духовного наследия СВОЕГО НАРОДА в том, что здесь названо "РОДНОВЕРИЕМ" за интерес к нелепым "кикиморам" и "лешим", к варварству и дикарству какому-то, и ОСУЖДАТЬ ЭТО КАК НЕВЕЖЕСТВО – это не просто малопродуктивно получается у поборников христианства (любых его течений), но и НАОБОРОТ – только умаляет такую "контр-пропаганду"«.

Вот тут уже ловкая и провокационная подмена понятий! «Родноверием» отнюдь не называется у нас нигде «тяга к истокам духовного наследия русского народа». Великий собиратель русских песен Пятницкий был православным человеком. Но именно он создал ХОР ПЯТНИЦКОГО. Православный, и недавно канонизированный РПЦ царь Николай II вызывал к себе с далекого севера сказительниц русских былин (в том числе и языческих) и осыпал дорогими подарками.

Св. Филарет Московский протестовал против отождествления язычества и сатанизма. Он начертал такую резолюцию на драме одного ретивого православного автора: «В спектакле кудесник говорит "Слава, сатана!" Но чтители Перуна и Белбога не славят сатану именно" (свят. Филарет, митроп. Московский. Мнения, отзывы и письма. М., 1998, с. 173). Книги по наследию русского язычества выходили в насквозь православной, с православной цензурой, царской России. И не только о русских язычниках. Зачинатель чувашской поэзии К.Иванов издал сборник «Предания и сказания чувашей» – его очень хвалили и охотно раскупали. Иванов собирал языческие предания чувашей – но при том был официальным переводчиком Библии на чувашский язык. Гонения на языческую культуры не было! Было гонение на языческие зверства – в том объеме, в каком это необходимо для человечности.

Христианство никогда и нигде не запрещало безобидных форм языческой культуры. Оно вобрало в себя почти все БЕЗОБИДНЫЕ языческие праздники и ритуалы. А если отменило жертвенное умерщвление младенцев(1) – ИЗВИНИТЕ! КАК ИНАЧЕ?! То, что запретило педерастию и половые извращения, дикие оргии – ИЗВИНИТЕ! А ВЫ ЧТО ПРЕДЛАГАЕТЕ?! Опять же сюда относится борьба с нелепыми суевериями, дикарским знахарством, зловредным колдовством и магией, эмоциональным недержанием (эмо-поносом) у бывших язычников.

МОЖЕТ, ЭТО ВЕРНУТЬ?!

Если не считаешь религию серьёзным делом (а только басней), то басню, конечно можно переписать. Но зачем?! Если видишь в религии нечто серьёзное, то глупо на неё обижаться и «подчищать» под фасон национальной одежды. Это храм, а не портняжная лавка!

Вслед за религией можно обидится на историю – мол, не так шла, как нам хочется! И переписать историю с чистого листа, уже в виде откровенной басни (так и делают сегодня). Но это же идиотизм! История важна и нужна именно такая, какой была (тогда она позволяет делать выводы и предсказывать будущее), а не такой, какой её хочет увидеть очередной идиот.

Можно обидеться на ИСТИНУ в лице закона всемирного тяготения и в знак протеста спрыгнуть с крыши сталинской высотки. Закону ничего не будет, а вам – конец всяких экспериментов…

Новгородцев пишет мне: «Самая большая РЕКЛАМА правосудия – НАМОЛЕННОСТЬ ПРЕЖНИМИ ПОКОЛЕНИЯМИ СВЯТЫХ МЕСТ и грамотная проповедь жить и не грешить. О, если бы можно было из Православия, со всеми его намоленными храмами, исключить всю сионистскую начинку (от персон, до географических привязок) и наполнить чем-то родным, даже оставив тех же "работников культа" и их иерархию, если уж без этого никак нельзя, то… получилось бы то, что надо...»

Человек угадал главный болевой нерв, но вывод сделал бредовый. «Что Надо». Кому надо? Масонам? Каббалистам?

Религия – не пальто в магазине, которое подбирают по размеру. И Бог не местечковый портной, чтобы удовлетворять «взыскательному» вкусу заказчика. И не заказчики мы – а сотворенные из милости высшей силой. В этом – душа не только христианства, вообще любого МОНОТЕИЗМА. Оттого, кстати, мнимые «родноверы» и бросаются в глубочайшую муть первобытности – только там, на самых низших стадиях духовного развития, когда все поступки и мотивации были зверины – «богов» люди кормили кашей или пороли за неудачу в охоте…

Есть истина. Она делает человека сильным. Даже если горька.

А есть пустопорожнее фантазирование. Оно человека объективно ослабляет и обезоруживает, даже если самому духовному дистрофику кажется, что это не так.

Если великая до-христианская цивилизация у славян была – куда она потом делась? Почему так легко уступила христианству? Куда на тысячу лет бесследно слиняла?! Греческое язычество, сколь бы отвратительно не было, в последнем тысячелетии влияло на души и умы Платоном, Аристотелем, Пифагором и пр. А до-христианские славяне чем блеснули? И кем?

Если их языческая империя была так сильна, как вы утверждаете, то куда её сила (и способности к развитию) делись потом?! Где её Парфеноны, Колизеи, её "Илиады" и "Одиссеи"? Ведь ничего же нет, кроме вконец разоблаченной всеми экспертизами подделки – бездарнейшей "Велесовой книги"!

Скажете – христиане разрушили, сожгли? А что, в Америке христиане не жгли индейских рукописей? Не ломали индейских храмов? Но и рукописи и храмы все же остались до наших дней!

Врать себе всегда можно. Но враньё самому себе никогда, ни для кого добром не заканчивалось. Вся слава и все величие России очевидно и неопровержимо связаны с Православием. А врать себе, что была когда-то другая великая Русь, только вот вся непонятным образом вышла в никуда – это путь к психиатрическому состоянию безумия. Это не Русь получится, а какая-то Швамбрания! Сами карту нарисовали детки, сами книжку сочинили – якобы от имени своих далеких предков, но с ляпами явно XIX века в стилистике и языке!

Если христианство есть «криптосионизм», то ответствуйте: почему в 1917 году, когда к власти пришли одни евреи, и устроили лютый погром всем русским – почему же больше всего они, Бронштейны и Розенфельды, гнали и громили Православие?! Зачем бы сионистам громить собственную свою агентуру, да ещё с такой ненавистью?! История говорит, что уже к мусульманам они были гораздо мягче (писали в партийных бумагах ласково – «наши мусульмане» – т.е. члены коммунистической партии из мусульманских окраин империи). А всяких язычников вообще не трогали. Будь Бронштейну опасна «светлая Русь родной веры» он бы её остатки громил, а не Храмы Христовы!

Понимаете ли вы, что убрав из русской истории Православие, вы оставите в ней только Свендослава, с папашей Ингвардом, мамашей Хельгой, наставниками Свенельдом и Асмундом (то-то, хихикаю как немец, зело славянские имена!). А ещё – Аскольда, Дира, конунга Хельга и прочую скандинавскую публику. Но и её хватит едва на два века. Далее то – вообще ничего…

Мнимые «родноверы» кажутся себе патриотами. На самом деле, со своими пеньками и кикиморами, они очень манипулируемая толпа полузнаек. Любой враг – стоит ему только начать подпевать национально-нарциссическим бредням, может направить мнимых «родноверов» куда угодно. И потому дикари, язычники – всегда резерв сионизма.


Александр Стреле, Зав.кафедрой геополитики ЕврАПИ, Уфа, д.г.н.
Русская Линия

(1) Подробно вопрос о человеческих жертвоприношениях древних славян рассмотрен здесь: http://www.vened.org/about-....

(2) Социопатолог Леонидов-Филиппов пишет: «Для народов, не прошедших многовековой школы воздержания и покорности высшей единой силе в монотеистических религиях, свойственно удивительное явление: полное эмоциональное недержание. Они необычайно скоры на расправу, у них стремительно меняются настроения, предпочтения, мелкий повод может произвести у них в душе колоссальное следствие, они переполнены суевериями, прыгают, визжат, хохочут или рыдают в самый неподходящий момент, проводят жизнь в постоянных стычках, сменяемых нелепейшими братаниями и фамильярными выражениями приязни. У них обычно не соблюдается закон достаточного основания в умозаключениях – по мелкой и совершенно случайной примете они делают порой выводы совершенно космического масштаба. Они неспособны к постоянству в мышлении, перескакивают с предмета на предмет, живо, но очень поверхностно реагируют на все вводные данные, легко забывают недавние события, путают вымысел с реальным жизненным опытом, и т.п. Это своего рода чувственный понос, проливаемый на том месте, где застанет нужда, и на того несчастного, кто рискует в этот момент оказаться рядом…

«...потому-то именно, что существует такое количество изворотов крайне разнообразного заблуждения, весьма необходимо направлять нить толкования пророков и апостолов по правилу церковного и православного понимания. В самой же католической Церкви особенно должно заботиться нам о том, чтобы содержать то, чему верили повсюду, всегда, все; ибо истинное и в собственном разуме католическое, как показывает значение и смысл наименования сего, — то, что все вообще объемлет. Но это будет только тогда, когда мы последуем всеобщности, древности, согласию; а всеобщности последуем мы тогда, когда признаем истинною ту только веру, которую исповедует вся по Земному шару Церковь; а древности — тогда, когда никак не отступим от тех мыслей, которые, несомненно, одобрены святыми предками и отцами нашими; а согласию — тогда, когда в самой древности последуем определениям и мыслям всех или по крайней мере большинства священников и вместе учителей»

Πιστεύω εἰς θεòν πατέρα παντοκράτορα, ποιητὴν οὐρανοῦ καὶ γῆς.
Καὶ εἰς Ἰησοῦν Χριστòν, υἱὸν αὐτοῦ τòν μονογενῆ, τòν κύριον ἡμῶν, τòν συλληφθέντα ἐκ πνεύματος ἁγίου, γεννηθέντα ἐκ Μαρίας τῆς παρθένου, παθόντα ὑπὸ Ποντίου Πιλάτου, σταυρωθέντα, θανόντα, καὶ ταφέντα, κατελθόντα εἰς τὰ κατώτατα, τῇ τρίτῃ ἡμέρᾳ ἀναστάντα ἀπò τῶν νεκρῶν, ἀνελθόντα εἰς τοὺς οὐρανούς, καθεζόμενον ἐν δεξιᾷ θεοῦ πατρὸς παντοδυνάμου, ἐκεῖθεν ἐρχόμενον κρῖναι ζῶντας καὶ νεκρούς.
Πιστεύω εἰς τò πνεῦμα τò ἅγιον, ἁγίαν καθολικὴν ἐκκλησίαν, ἁγίων κοινωνίαν, ἄφεσιν ἁμαρτιῶν, σαρκὸς ἀνάστασιν, ζωὴν αἰώνιον. Αμήν.

Верую в Бога, Отца Всемогущего, Творца неба и земли,
И в Иисуса Христа, Единственного Его Сына, Господа нашего, Который был зачат Святым Духом, рождён Девой Марией, страдал при Понтии Пилате, был распят, умер и погребён, сошёл в ад, в третий день воскрес из мертвых, восшёл на небеса и восседает одесную Бога Отца Всемогущего, оттуда придёт судить живых и мертвых.
Верую в Святого Духа, Святую Католическую Церковь, общение святых, прощение грехов, воскресение тела, жизнь вечную. Аминь

Как может быть противостояние "кирпичности" дома с его "этажностью"? Так же безрассудно противоставлять католичество Церкви с ее православностью , ибо это определения не одного рода. Первое - определение единства, а второе - определение истинности.

Всякий, желающий спастись, должен прежде всего иметь католическую христианскую веру. (Quicumque vult salvus esse, ante omnia opus est, ut teneat catholicam fidem:)

Тот, кто не хранит эту веру в целости и чистоте, несомненно обречен на вечную погибель. Католическая же вера заключается в том, что мы поклоняемся единому Богу в Триединстве и Триединству в Едином Божестве, не смешивая Ипостаси и не разделяя Сущность Божества. Ибо одна Ипостась Божества — Отец, другая — Сын, третья же — Дух Святой. Но Божество — Отец, Сын и Святой Дух — едино, слава одинакова, величие вечно. Каков Отец, таков же и Сын, и таков же Дух Святой. Отец не сотворен, Сын не сотворен, и Дух не сотворен. Отец не постижим, Сын не постижим, и Святой Дух не постижим. Отец вечен, Сын вечен, и Святой Дух вечен. И все же они являются не тремя вечными, но единым Вечным. Равно как не существует трех Несотворенных и трех Непостижимых, но один Несотворенный и один Непостижимый. Таким же образом, Отец всемогущ, Сын всемогущ и Святой Дух всемогущ. Но все же не трое Всемогущих, но один Всемогущий. Так же Отец есть Бог, Сын есть Бог и Святой Дух есть Бог. Хотя они являются не тремя Богами, но одним Богом. Точно так же, Отец есть Господь, Сын есть Господь и Святой Дух есть Господь. И все же существуют не три Господа, но один Господь. Ибо подобно тому, как христианская истина побуждает нас признать каждую Ипостась Богом и Господом, так и католическая вера запрещает нам говорить, что существует три Бога, или три Господа. Отец является несозданным, несотворенным и нерожденным. Сын происходит только от Отца, Он не создан и не сотворен, но порожден. Святой Дух происходит от Отца и от Сына, Он не создан, не сотворен, не рожден, но исходит. Итак, существует один Отец, а не три Отца, один Сын, а не три Сына, один Святой Дух, а не три Святых Духа. И в этом Триединстве никто не является ни первым, ни последующим, равно как никто не больше и не меньше других, но все три Ипостаси одинаково вечны и равны между собою. И так во всем, как было сказано выше, надлежит поклоняться Единству в Триединстве и Триединству в Единстве. И всякий, кто желает обрести спасение, должен так рассуждать о Троице. Кроме того, для вечного спасения необходимо твердо веровать в воплощение нашего Господа Иисуса Христа. Ибо праведная вера заключается в том, что мы веруем и исповедуем нашего Господа Иисуса Христа Сыном Божиим, Богом и Человеком. Богом от Сути Отца, порожденным прежде всех веков; и Человеком, от естества матери Своей рожденным в должное время. Совершенным Богом и совершенным Человеком, обладающим разумною Душою и человеческим Телом. Равным Отцу по Божественности, и подчиненным Отцу по Своей человеческой сущности. Который, хотя и является Богом и Человеком, при этом является не двумя, но единым Христом. Единым не потому, что человеческая сущность превратилась в Бога. Полностью Единым не потому, что сущности смешались, но по причине единства Ипостаси. Ибо как разумная душа и плоть есть один человек, так же Бог и Человек есть один Христос, Который пострадал ради нашего спасения, сошел в ад, воскрес из мертвых в третий день; Он вознесся на небеса, Он восседает одесную Отца, Бога Всемогущего, откуда Он придет судить живых и мертвых. При Его пришествии все люди вновь воскреснут телесно, и дадут отчет о своих деяниях. И творившие добро войдут в жизнь вечную. Совершавшие же зло идут в вечный огонь. Это — католическая вера. Тот, кто искренне и твердо не верует в это, не может обрести спасения.

Папа Иоанн Павел II

Вопрос о "Филиокве"

Катехизис на общей аyдиенции 7 ноябpя 1990 г.

Исповедyя нашy веpy "в Дyха Святого, Господа животвоpящего", мы добавляем "иже от Отца и Сына исходящего".

Как известно, эти слова были введены в Hикейский символ позднее, pанее же было только: "веpyю в Дyха Святого" (сp. Denz.-S.,125). Hа Константинопольском Собоpе (381 г.) было добавлено в пояснение "от Отца исходящего" (сp. Denz.-S., 150), почемy символ и называют никео-константинопольским. Соответствyющий член Символа веpы после Собоpа 381 г. звyчал так: "веpyю в Дyха Святого, иже от Отца исходящего". Более поздняя фоpмyлиpовка: "иже от Отца и Сына исходящего" (qui a Patre Filioque procedit), встpечавшаяся yже в pанних текстах, была пpедложена Синодом в Аквисгpана в 809 г. и окончательно пpинята в Риме в 1014 г. по слyчаю коpонования Генpиха II. После этого она pаспpостpанилась на всем Западе и была допyщена гpеками и латинянами на Вселенских Собоpах - II Лионском (1274) и Флоpентийском (1439) (сp. Denz.-S.,150, встyпительные замечания). Добавление ничего не меняло в сyществе исконной веpы, но из yважения к повсеместно пpинятомy Символy, yпотpебляемомy также в базилике св. Петpа, сами Римские Пеpвосвященники пpинимали его неохотно. Без большого сопpотивления пpинятые Западом слова "и Сына" возбyдили, однако, несогласие и споpы сpеди наших восточных бpатьев, обвинивших Запад в искажении сyщества веpоyчения. Сегодня мы можем возблагодаpить Господа за то, что и на Западе, и на Востоке пpоясняется как смысл добавленных слов, так и относительность самого вопpоса.

Сейчас мы должны, однако, pассмотpеть вопpос о начале Дyха Святого, имея пpи этом в видy и вопpос о "Филиокве".

В Священном Писании говоpится пpежде всего об исхождении Дyха Святого от Отца. Так, в Евангелии от Матфея, Хpистос, посылая в миp двенадцать апостолов, заповедyет: "не заботьтесь, как или что сказать... не вы бyдете говоpить, но Дyх Отца вашего бyдет говоpить в вас" (Мф 10, 19-20). В Евангелии от Иоанна Хpистос говоpит: "Когда же пpидет Утешитель, котоpого Я пошлю вам от Отца, Дyх Истины, Котоpый от Отца исходит, Он бyдет свидетельствовать обо мне" (Ин.15,16). По мнению многих толкователей, эти слова Хpиста относятся к посыланию Дyха Отцом во вpемени, но пpавомеpно также выводить из них пpедвечное исхождение Дyха и, значит, начало Святого Дyха от Отца.

Вполне очевидно, что посколькy pечь идет о Боге, "начало" никак нельзя понимать в смысле "сотвоpения" или появления "во вpемени". Иначе говоpя, исключено, что активный сyбъект сообщает комy-то бытие и, следовательно, имеет по отношению к немy пеpвенство и пpевосходство; исключено также, что имеется пассивный сyбъект, пеpеходящий от небытия к бытию чьим-то yсилием и, следовательно, позднейший и зависимый. В Боге все пpедвечно, вневpеменно: начало Святого Дyха - как и Сына - сокpыто в Тайне Тpоицы, в каковой все тpи божественных Лица единосyщны и, значит, пpедвечны. "Исхождение" именно дyховно; тyт возможна, хотя и очень несовеpшенная, аналогия с "пpоизведением" мысли или чyвства любви, котоpые остаются в дyше в единстве с yмом, откyда и пpоисходят. "Именно в этом смысле - пишет святой Фома Аквинский - католическая веpа пpизнает исхождения в Боге" (Summa Theologiae 1, q. 27, a. 1; aa. 3-4).

Что касается "исхождения" Дyха святого от Сына, то тексты Hового Завета, не говоpя этого пpямо, ясно yказывают на самyю теснyю связь Дyха и Сына. Hиспослание Дyха Святого веpyющим - это дело не Отца лишь, но и Сына. В самом деле, во вpемя Тайной вечеpи Иисyс, сказав :"Дyх Святый, Котоpого Отец пошлет во имя Мое" (Ин 14, 26), чyть позже говоpит "пошлю Его к вам" (Ин 16,7). Есть и дpyгие места в Евангелии, где выpажается отношение междy Дyхом Святым и откpовением, котоpое дает Сын, напpимеp, когда Иисyс говоpит: "Он пpославит Меня, потомy что от моего возьмет и возвестит вам. Все, что имеет Отец, есть Мое; потомy Я сказал, что Моего возьмет и возвестит вам" (Ин 16, 14-15).

Евангелие ясно говоpит, что Сын - а не только Отец - "посылает" Дyха Святого, и даже, что Дyх "беpет" от Сына то, что откpывает, ибо "все, что имеет Отец, есть Мое" (Ин 16,15).

После воскpесения эти обещания сбываются: войдя сквозь двеpи, котоpые "были запеpты", в дом, где из стpаха пеpед иyдеями скpывались апостолы, Иисyс "дyнyл" на них и сказал: "пpимите Дyха Святого" (Ин 20,22).

Указанные места - основные для данного вопpоса, но есть в Hовом Завете и дpyгие места, подтвеpждающие, что Дyх Святой есть Дyх не только Отца, но и Сына, Дyх Хpиста. Так, в Послании к Галатам читаем: "Бог послал в сеpдца ваши Дyха Сыны Своего, вопиющего "Авва, Отче!" (Гал. 4,6). И в дpyгих посланиях Апостол говоpит о "Дyхе Иисyса Хpиста" (Фил. 1,19), о Дyхе Хpистовом (Рим. 8,9) и yтвеpждает, что совеpшаемое Хpистом чеpез него (Апостола) совеpшается "силою Дyха" (Рим. 15,19); есть и еще немало мест в том же pоде (сp. Рим. 8,2; 2 Коp. 3,17 и сл.; I Петp. 1,11).

Вопpос о "начале" Дyха Святого в тpоичной жизни единого Бога был пpедметом долгого и pазностоpоннего богословского постижения Священного Писания. Hа Западе св. Амвpосий в своем твоpении "О Дyхе Святом" и св. Авгyстин в "О Тpоице" много способствовали его пpояснению. Попытки пpоникнyть в тайнy сокpовенной жизни Бога-Тpоицы, пpедпpинятые им и дpyгими Отцами и Учителями Цеpкви как латинскими, так и гpеческими (св. Илаpием, св. Василием Великим, св. Иоанном Дамаскиным) без сомнения подготовили почвy для введения в Символ веpы слов о Дyхе Святом, "от Отца и Сына исходящем". Восточные бpатья пpидеpживались фоpмyлиpовки совеpшенно в том виде, в каком она была пpинята на Константинопольском Собоpе (381), тем более, что Халкидонский Собоp (451) подтвеpдил его "вселенскость" (хотя фактически в нем пpинимали yчастие почти исключительно восточные епископы). Так западное и латинское "филиокве" в последyющие века стало поводом к pасколy; дело начал Фотий (882), но довеpшено оно было - с охватом всего хpистианского Востока - в 1054 годy. Восточные Цеpкви, не имеющие общения с Римом, и сегодня исповедyют в Символе веpy в "Дyха Святаго, от Отца исходящаго", не yпоминая "и Сына", в то вpемя, как мы на Западе пpямо говоpим, что Дyх Святой исходит "от Отца и Сына".

Такое yчение опиpается на опpеделенные высказывания великих Восточных Отцов и Учителей Цеpкви (Ефpем, Афанасий, Василий, Епифаний, Киpилл Александpийский, Максим, Иоанн Дамаскин) и Западных (Теpтyллиан, Илаpий, Амвpосий, Авгyстин). Св. Фома Аквинский, следyя Отцам Цеpкви, дал пpоницательное объяснение этого члена "Веpyю" на основе пpинципа единства и pавенства божественных Лиц в тpоичности (сp. Summa Theologiae, 1, q.36, aa 2-4).

После pаскола попытки восстановить единство Рима и Константинополя делались на нескольких Собоpах втоpого тысячелетия. Вопpос об исхождении Дyха Святого от Отца и Сына был пpедметом особого pазъяснения на IV Латеpанском Собоpе (1215), II Лионском (1274) и, наконец, на Флоpентийском (1439). Поpследний пpедложил такое yточняющее толкование, котоpое имеет одновpеменно и истоpическое, и веpоyчительное значение: "Латиняне yказывают, что словами "Дyх Святой, от Отца и Сына исходящий" они не имеют в видy, бyдто Отец не есть источник и начало всего божества, то есть Сына и Дyха Святого; но они не могyт отpицать, что Сын имеет от Отца и то, что Дyх Святой исходит от Сына; они не говоpят, что есть два начала, и два дyновения: они yтвеpждают, что одно начало и одно дyновение Дyха Святого, как доселе и yтвеpждалось". (cp. Concillorum Oecumenicorum Decreta, Bologna 1973, c. 526).

Богословское опpеделение св. Фомы Аквинского (сp. Summa Theologiae, 1, q. 36, a. 3) подхватывает латинскyю тpадицию, восходящyю в частности к местy из св. Авгyстина: "Pater et Filius sunt unum principum Spiritus Sancti" - "Отец и Сын сyть одно начало Святого Дyха" (De Trinitae, V, 14:Pl 42, 921).

Казалось, что теpминологические затpyднения yстpанены и понятия пpояснены; обе стоpоны - гpеки и латиняне - на VI Заседании (6 июля 1439 года) подписали общее опpеделение: "Во имя Пpесвятой Тpоицы, Отца и Сына и Святого Дyха, с одобpения этого священного и вселенского Флоpентийского Собоpа постановляем, чтобы данная веpоyчительная истина была пpинята всеми хpистианами: почемy все да исповедyем, что Дyх Святой пpедвечно от Отца и Сына, что Он имеет сyществование и бытие совместно от Отца и Сына, и что пpедвечно исходит Он от одного и дpyгого как от единого начала и единого дyновения" (Denz.-S., 1300).

И еще одно yточнение (каковомy yже св. Фома Аквинский посвятил в "Сyмме" pаздел "Исходит ли Дyх Святой от Отца чpез Сына" - I, q. 36, a. 3): "Объявляем,- говоpит Собоp,- что yтвеpждаемое Отцами и Учителями Цеpкви, а именно исхождение Дyха Святого от Отца чpез Сына - внyшает и означает, что Сын, подобно Отцy, есть пpичина, согласно Гpекам, или начало, согласно Латинянам, пpебывания Святого Дyха. И посколькy все, что y Отца, кpоме Отцовства, Отец сам дал Сынy с поpождением Его, то это исхождение Святого Дyха от Сына сам Сын имеет пpедвечно от Отца, котоpым пpедвечно поpождаем".

Еще и сегодня это объявление Собоpа слyжит полезным основанием для диалога и согласия междy бpатьями Востока и Запада, пpичем важно, что это, подписанное обеими стоpонами, опpеделение заканчивалось так: "Постановляем, что... pазъясняющие слова "и Сына" были законно и pазyмно добавлены в Символ веpы для пpояснения истины и по назpевшей тогда необходимости".

Hа деле после Флоpентийского Собоpа на Западе исповедывалось в Символе, что Дyх Святой исходит от Отца и Сына, а на Востоке сохpанялась пеpвоначальная фоpмyлиpовка Константинопольского Собоpа. Hо со вpемени II Ватиканского Собоpа идет плодотвоpный экyменический диалог, пpиведший, как кажется, к заключению, что "Филиокве" не является более главным пpепятствием к диалогy и его дальнейшемy pазвитию, чего мы все желаем и pади чего пpизываем Дyха Святого.




Первая публикация: "OR", CXXX, 257, 8.11.1990, c. 4 .
Русский перевод и публикация: www.catholic.ru
-->

http://www.apologia.ru/ec-0...
Католичество и священное Предание Востока. Свящ. кн. А. Волконский

"Почему вы называете себя православным?"
Обычно на этот вопрос православные русские люди отвечают приблизительно так: "Потому, что я право исповедую истинную христианскую веру, огражденную от заблуждений на семи Вселенских Соборах, нерушимо преданную нам свв. Отцами от Апостолов".
Таким образом, по обычному мнению православных людей, суть православия заключается в исповедании неповрежденной веры Отцов и Вселенских Соборов, то есть веры первого тысячелетия христианской истории.
Однако, несмотря на это, православная Церковь никогда не считала русских старообрядцев православными, хотя последние еще четче, чем она сама требовали от своих сторонников верности соборным постановлениям и установлениям свв. Отцов, доводя эти требования часто до мелочности. Если мы оставим в стороне беспоповцев, то мы должны будем признать, что между православием и наиболее значительною частью русского старообрядчества, половцами, имеющими свою иерархию и все таинства, не существует решительно никаких существенных расхождений, позволяющих считать их вероисповедание не православным с точки зрения указанного выше распространенного среди православных взгляда на сущность Православия.
Этот пример показывает нам наглядно неточность данного определения. А так как долгом всякого истинного христианина является серьезное стремление вникнуть в суть исповедуемой им религии, то небесполезно для каждого православного продумать хорошенько вопрос о том, что, собственно, значит быть православным.

Взглянув на этот вопрос с филологической точки зрения, мы найдем, что русское слово православный представляет собою перевод греческого слова ортодокс, что собственно в буквальном смысле слова означает правоверный; в этом смысле слово ортодоксальный или правоверный употребляется также и в применении к другим вероисповеданиям, как противоположность понятию либеральный (напр.: ортодоксальный протестантизм), совпадая при этом нередко с понятием традиционный.
Но русский перевод слова ортодокс, как православный, получает также как бы значение правого способа восхваления Бога, как бы оттенок правообрядчества. Действительно, на протяжении истории русского православия можно найти не мало примеров, где вера и обряд не различаются друг от друга в понятии верующих. Книги, написанные в былые века против "латинских ересей", содержали немалое количество указаний на чисто обрядовые расхождения. Не удивительно поэтому, что вожди русского старообрядчества в 17 веке, думавшие и чувствовавшие, как подавляющее большинство русского народа этого времени (сравни: Щапов, Русский раскол старообрядчества, стр. 96) были убеждены в том, что они стоят за старую веру, так как изменение обрядов представлялось им неразрывно связанным с изменением веры (1). Обряд представлялся в те времена чем-то таким же богоустановленным, как и вера. Эта точка зрения нашла свое выражение в знаменитом Стоглавом соборе 1551 года, осудившем и проклявшем изменение традиционных обрядов и давшим тем самым опору старообрядцам в их борьбе против никоновских обрядовых реформ. Видные старообрядческие деятели, как напр. Семен Денисов, нередко даже называют обрядовые установления догматами. Только с этой точки зрения и можно понять те массовые самосжигательства, которые совершались старообрядцами в конце 17 века; за один обряд никто бы не пошел в огонь, за обряд же, неразрывно связанный с верою, готовы были умереть многие. Так смотрели на обряд не только старообрядцы, но также и сторонники никоновских реформ: и те и другие считали сохранение старых обрядов абсолютно необходимым для сохранения чистоты веры, расходясь лишь во взглядах на то, какие обряды являются старыми, традиционными, и какие позднейшими искажениями, "новинами".
Правда, православные богословы часто старались впоследствии изобразить дело так, как будто это обрядоверчество проявлялось лишь со стороны противников никоновских реформ.
Но, спрашивается, почему же тогда представители официальной православной Церкви требовали от старообрядцев отказа от их обрядов и служебников с такою неумолимой настойчивостью, если дело вовсе не шло о существенном для Православия вопросе? Почему собор 1667 года категорически заявил, что тот, кто не примет предписываемых новых обрядов, будет предан анафеме "яко еретик и непокорник", подкрепив это еще таким выражением: "аще не возвратится в правду покаянием да будет и по смерти отлучен и часть его и дуща со Иудою предателем"? (Деяния Московских соборов 1666-67 гг., Москва, Синодальная типография, 1893 г.)- Почему он также рекомендовал применение к старообрядцам "градского казнения" (Деяния Моск. соб. 1666-67 г., лист. 81-82, Москва, 1911), состоявшего в те времена в резании языков, пытках на дыбе, ломании ребер и даже иногда сожжении живьем? (Ср. Смирнов П. С. Внутренние вопросы в расколе в XVIII в, СПБ 1898, ч III). Почему не было разрешено соловецким монахам сохранить прежние обряды, о чем они слезно умоляли в своих челобитных, прося не принуждать их изменять "предания чудотворцев"? Вместо этого, против них была применена вооруженная сила, в результате чего началась знаменитая восьмилетняя осада монастыря, закончившаяся разгромом его и беспощадной расправой над монахами-старообрядцами.
Может быть, скажут, речь шла только о покорности церкви: но одна из инструкций Святейшего Синода в 1722 году предписывает лиц, во всем покоряющихся Церкви, но крестящихся двумя перстами, писать в раскол (2). Ясно, что и официальная Церковь в это время смотрела на обряды подобно тому, как на них смотрели старообрядцы. В то время в понятие православия входило также и понятие правообрядности, т. е. соблюдения подлинно-традиционного обряда.
Впоследствии с появлением единоверия, т.е. с возникновением старообрядческих приходов, подчиненных назначенным Св. Синодом епископам, взгляд на обряды стал меняться. Единоверцы признавались православными, хотя и не мало было православных, считавших их как бы православными второго сорта. Но всё же таким образом было официально заявлено, что обряд не является критерием православия.
Теперь поставим вопрос: почему единоверцы официально признавались православными, а старообрядцы-поповцы, имевшие такую же веру и такие же точно обряды, не считались православными? Вся разница между ними заключалась лишь в том, что первые находились в подчинении Св. Синоду, а последние нет, и не находились также в общении ни с одной православной автокефальной Церковью вне России. Таким образом, их считали неправославными лишь потому, что они не находились в церковном общении с той иерархией, которая считала себя единственной представительницей Православия в России.
Следовательно, для того, чтобы иметь право считать себя православным, нужно иметь полное церковное общение с общепризнанным церковным авторитетом. Без этого пояснения приведенный нами вначале обычный ответ на вопрос о православии, является неполным.
В катехизисе митр. Филарета по этому поводу говорится следующее: "Православная кафолическая вселенская вера, семью вселенскими соборами утвержденная, в первоначальной своей чистоте неизменно сохраняется в древних церквах восточных и в единомысленных с восточною, какова есть благодатью Божиею и Всероссийская церковь" (Пространный христианский катехизис православныя кафолическия восточныя Церкви, Изд. Сияльский и Крейшман, Берлин, стр. 59).
До революции было не трудно с этой точки зрения доказать свою принадлежность к православию. Каждый православный мог сказать: "Я хожу в церковь, находящуюся в ведении Св. Синода, Св. Синод признан восточными православными патриархами единственною законною иерархиею в России; следовательно моя принадлежность к православию никем не может быть подвергнута сомнению". Понятно, что подавляющее большинство русских православных людей отождествляло православность с принадлежностью к управляемой Синодом Церковью, который и сохранял ее единство в России. Этим самым ему давался критерий для сознания своего православия. Но стоило только рухнуть многовековым устоям в России, как уже вскоре началось дробление некогда единой Православной Церкви России на всевозможные группы., из которых ни одна не хотела отказаться от названия "православная Церковь". Даже те, которые решились на неслыханный в православной истории акт самосвятства, упорно стремились доказать свое православие.
Живоцерковники и другие обновленческие группы, бия себя в грудь, заверяли верующих в своей верности Православию (3), измышляя всякие обвинения против сторонников старой (тихоновской) Церкви, как якобы изменников православию. И хотя их беззастенчивое обхождение с канонами и церковной традицией было сплошным глумлением над всяким православным сознанием, константинопольский патриарх Григорий VII, первенствующий из восточных патриархов, в единении с которыми православный катехизис видит залог подлинного православия, поддержал их, признав решения их самочинного собора, придав их действиям тем самым вид законности и прикрыв их авторитетом первоиерарха православного Востока. Более того, он требовал от несомненно законного главы русской Православной Церкви, патриарха Тихона, немедленного удаления от управления Церковью, капитуляции перед живоцерковническими узурпаторами. (Ср., прот. М. Польский, Каноническое положение высшей церковной власти в СССР и заграницей. 1948; стр. 129).
Правда, в данном случае естественный здоровый религиозный инстинкт подсказывал каждому верующему, способному хотя сколько-нибудь разобраться в тогдашней обстановке, что в лице обновленцев он имеет дело с лютыми врагами Православия, стремящимися его погубить в согласии с планами богоборческой власти ; но, тем не менее, факт остается фактом: высший авторитет православного Востока (4) признал антиправославное дело православным.
Но и в лагере противников обновленческого раскола не было единства; и здесь возникли после смерти патриарха различные группы: сергиевцы, григорьевцы, иосифляне. Все они ссылались на авторитет патриарха Тихона, называя себя его последователями. Как мог в такой обстановке средний человек без специального богословского образования разобраться в вопросе, где истинное православие? Каноны цитировались против канонов, авторитеты против авторитетов. Кровавый террор правительства не давал вообще возможности получить сколько-нибудь достоверную информацию о действительном положении вещей. Даже иерархи совершали иногда ошибки из-за недостатка информации. Что же оставалось в такой обстановке делать обычному православному человеку?
Но и заграницей, где не было преследования; Русская Православная Церковь раскололась на ряд юрисдикций, иногда сосуществовавших между собою более или менее мирно, иногда же резко осуждавших и отлучавших друг друга и отвергавших спасительность таинств совершаемых представителями другой юрисдикции (5).
Если в последние годы подсоветская Церковь представляется нам опять внешне объединенной, то это её объединение произошло лишь по воле богоборческой власти, желающей иметь свое послушное орудие в более или менее приличном виде, чтобы успешнее пользоваться им для борьбы против других христианских вероисповеданий, в особенности против столь ненавистного коммунизму католичества, а также для оказания давления на православных русских заграницей, для попыток вовлечения в свою орбиту непокорных заграничных юрисдикции.
При таком положении вещей не должен ли каждый православный христианин, живущий в современной России, спросить себя со всею серьезностью, где же истинное Православие? Находится ли оно в покорной советам официальной церкви, внешне как будто канонически безупречно склеенной (6) и официально признанной почти всеми другими православными церквами?
Если да, тогда он должен быть последовательным и благоговейно слушать её елейно-лицемерную, бесстыдную ложь о свободе религии в советской России и пресмыкаться вместе с нею пред богоборческою властью не за страх, а за совесть.
Сможет ли он после этого с чистою совестию назвать себя вообще христианином, это, конечно, другой вопрос.
Или истинное Православие находится в рядах тех тайных групп исповедников христианства, которые подобно лампадам, мерцающим в ночи, ведут свою особую жизнь под ледяной корой советской действительности? Если да, то он должен присоединиться к ним., и тем самым навлечь на себя прямое осуждение официальной подсоветской церкви, считающей катакомбных христиан раскольниками и мятежниками, а косвенным образом также и осуждение всех других православных Церквей, имеющих с ней общение и признающих её за законную православную Церковь в России, в том числе и всех восточных патриархов, являющихся высшими судиями в делах признания православной или неправославной той или другой религиозной группы. Как видно, в таких условиях совсем не так легко ответить на вопрос, что значит быть настоящим православным.
Но так же и каждый вдумчивый русский, живущий за рубежом и желающий быть истинно православным христианином, не так легко сможет ответить на этот вопрос. Он должен будет прежде спросить себя: если Православная Церковь едина, то почему существуют различные православные юрисдикции? И если Православная Церковь видима (а так должен мыслить всякий православный, не находящийся под влиянием протестантизма), то где её искать? Представляет ли она собою совокупность ВСЕХ юрисдикции, считающих себя православными? Предположивши это, он стал бы тем самым на протестантскую точку зрения, отказавшись от признания видимой Церкви, как единого целостного организма; кроме того, он должен был бы в таком случае признать все юрисдикции виновными в разрывании таинственного Тела Христова на части и в присвоении себе незаконного права единолично говорить от имени всей Русской Церкви.
Или она совпадает лишь С ОДНОЙ юрисдикцией? Этот взгляд будет вполне соответствующим православной церковной традиции, учению св. Отцов и св. канонам. Ибо православная древность совсем не признавала возможности сосуществования двух православных юрисдикции на одной территории (7), если не считать совершенно единичного и исключительного случая, когда донатистским епископам, возвращавшимся в православие, было разрешено сохранить свои епархии; но это было лишь личной привилегией для этих епископов и никоим образом не походило на положение современной русской православной Церкви вне пределов России с её несколькими параллельными юрисдикциями, охватывающими верующих той же нации и того же обряда, совершенно несовместимыми с канонами, запрещающими категорически епископу даже учить всенародно в чужом граде, не принадлежащем ему (правило 20 6-го Всел. Собора) и вообще не терпящими двойных юрисдикции (ср. напр, 8-е правило 3-го Всел. Соб., запрещающее епископу простирать свою власть на чужую епархию).
Вспомним только, что еще Всероссийский Поместный Собор 1917-18 гг. по этим соображениям возражал против создания самостоятельных единоверческих епархий, подчиненных прямо патриарху, а ограничился созданием единоверческих викариатств, подчиненных православным епархиальным архиереям, считая даже в этом случае создание параллельных православных юрисдикций не согласуемым с канонами, хотя в данном случае речь шла о двух различных обрядах (ср.: Деян. Собора 1917-18 гг., Москва 1918 год, Деяние 78-82).
Признав же лишь одну юрисдикцию действительно законною церковною властию, наш православный зарубежник был бы тем самым обязан считать все остальные православные юрисдикции незаконными, самозванными и, следовательно, неправославными. Но может ли он так легко пренебречь авторитетом различных православных церквей, не находящихся в плену у советского режима и всё же, несмотря на это, не колеблющихся иметь полное общение с официальной советской церковью? сюда относятся не только "советофилы" типа патриарха Антиохийского Александра, но и неповинные в советофильстве иерархи, напр. Константинопольский патриарх Афинагор. Ведь все они принимали - непосредственно или через своих представителей - участие в выборе теперешнего патриарха Алексия, подтвердив этим его авторитет, как законного патриарха всероссийского. Не уподобится ли отвергающий их авторитет тем самым русским старообрядцам ту века, решившим; что официальное православие уже подпало под власть антихриста и потому долг каждого христианина спасать свою душу вне его, ибо день Господень уже наступает, и обманувшимся так жестоко в своих ожиданиях? Не попадает ли он в тяжелый конфликт между послушанием официальному церковному авторитету, составляющим важнейший долг каждого православного христианина и послушанием голосу совести, требующей от него искренности и зовущей его быть последователем, правды Божией и не называть ложь истиной?
Протопр. Польский совершенно верно характеризует суть борьбы строгих староцерковников, продолжавших сопротивление новой линии митр. Сергия, несмотря на то, что они, став таким образом в оппозицию к легальной церковной власти, как бы теряли юридическую почву под ногами: "(они). .. решились продолжать борьбу за правду истинную, евангельскую; против правды только формальной, законной, которая именем каноничности прикрывает неправду, ложь, клевету, человекоугодничество и ради преданий фарисейского законничества попирает правду Божию" (Прот. Польский. Каноническое положение высшей церковной власти в СССР и заграницей, стр. 65).
Интересно, что этими словами автор сам как бы признает каноническую обоснованность подсоветской церкви, вопреки сказанному им в других местах. Но здесь у нас невольно возникает вопрос: Что же? Перестали каноны являться выражением голоса Церкви, если они становятся в противоречие с правдой Божией, с христианской совестью? Как могло в истинной Церкви Христовой, которой он обещал, что она в противоположность ветхозаветной синагоге никогда не будет одолена вратами адовыми, опять возникнуть "фарисейское законничество" и приобрести каноническую силу и даже получить возможность попирать правду Божию?
Обычно об этих вопросах стараются не думать; со стороны людей религиозно более или менее безразличных такое отношение совершенно понятно: они просто остаются в той юрисдикции , где им удобнее; но каждый, действительно желающий быть и остаться подлинно православным, побуждается своею совестью искать ответа на этот вопрос, а не закрывать на него глаз. Он стремится искать того Православия, где правда законная - верность церковному авторитету, соблюдение установлений св. Отцов и покорность соборным канонам - не насилует христианской совести.
Православие времен вселенских соборов, чистота которого никак не может кем-либо оспариваться, признавало всегда на одной территории лишь одну иерархию законной и, следовательно, православной. Все остальные епископы, вне подчинения ей, считались отщепенцами, раздорниками, даже еретиками (6-е правило 2-го Всел. Собора).
В наше же время довольно странно бывает видеть, что вопрос разделения русских эмигрантов на разные юрисдиции рассматривается многими православными часто просто как какое-то досадное недоразумение, вызванное несговорчивостью или мелочностью иерархов. Невольно возникает даже сомнение в том, верят ли руководители различных юрисдикции в то, что им дано право вязать и решать.
Митр. Евлогий описывает в своих воспоминаниях, как он, приехавши к митр. Антонию, после того, как их юрисдикции уже долгое время порвали между собою церковное общение, просто по-домашнему помирился с ним, причем митр. Антоний прочитал над ним разрешительные молитвы, а он над митр. Антонием. (Путь моей жизни. Воспоминания митр. Евлогия. Париж, 1947 г стр. 630). Где же и когда в православной Церкви таким образом примиряли отлученных с Церковью? Невидимому, ни тот ни другой не были уверены в законности своих полномочий, в своей правоте, а если это так, то значит взаимные запрещения были лишь, так сказать, средствами усиления пропаганды в пользу своей юрисдикции. Совершавшиеся в разное время примирения между различными юрисдикциями без последовавшего объединения иерархий противоречат по сути дела принципам подлинного православия и могут быть одобрены лишь с точки зрения протестантствующих православных. Древняя Церковь рассматривала всех, имеющих других епископов, кроме назначенных законной иерархией, как людей стоящих вне законного послушания и, следовательно, подпавших под приговор Спасителя о лицах не слушающих Церкви (Мф 18, 17). Казалось бы, в таких условиях язык официальных церковных документов должен был бы отличаться полной ясностью в отношении понятий православие и Православная Церковь, дабы рассеять в представлении верующих имеющиеся неясности, порожденные запутанной ситуацией и неосторожными словами и действиями отдельных иерархов. Но мы не видим и здесь полной ясности, скорее даже наоборот видим стремление уклониться от ответа на прямой вопрос, где истинная Православная Церковь. Так, например, в Окружном послании Архиереев Русской Православной Церкви Заграницей, выпущенном собором архиереев юрисдикции митр. Анастасия, собравшимся в Джорданвилле, на этот вопрос не только не дается прямого ответа, а даже наоборот здесь можно найти выражения, еще больше затемняющие его. В одном месте этого послания прямо говорится: "Соблюдайте единение между собою и единство Православной Русской Церкви. Моля Бога, да прекратятся В НЕЙ разделения, мы призываем вас не поддаваться соблазнам отхода от неё. Скорбя о разделении в русском зарубежье и моля Господа об их прекращении, мы призываем к тому же и паству".
Эти слова, кажется, легче всего понять в том смысле, что эти архиереи рассматривают Русскую Православную Церковь, как совокупность различных юрисдикции, ибо иначе нельзя было бы говорить об имеющих место В НЕЙ разделениях. Но тут же несколько ниже мы читаем: "подобно тому, как листья засыхают, отрываясь от своего древа.. ., так обезличимся и мы, отрываясь от объединяющей нас Русской Зарубежной Церкви (то есть церкви юрисдикции митр. Анастасия)". Эти слова легче всего понять в том смысле, что архиереи рассматривают лишь свою юрисдикцию, как представительницу православия, и что все те, кто находится в другой юрисдикции, уже являются оторванными от православия. А несколько ниже мы находим в том же номере "Православной Руси" (от 1/14 ноября 1953 г.), этого офциального органа юрисдикции митр. Анастасия, следующие слова в отношении вопроса об объединении различных юрисдикции: "Не мы отступили от Православной Церкви, а потому и не нам присоединяться к отступившим, заблудшим, раздирающим хитон Христов" (стр. 5-я). Здесь уже сторонники других юрисдикции прямо названы отступниками от православия. Также и передовая статья, появившаяся в той же "Православной Руси" (15/28 февраля 1953 г.) под заглавием: "Где Православие и в чем его ныне торжество?", посвященная специально этому вопросу, в конце концов не поставила всех точек над i и тем самым оставила вопрос без всякого ответа (8).
Логическим следствием всех этих рассуждений является необходимость признания того, что определение православного, как христианина, стоящего в подчинении к единственно с православной точки зрения законной иерархии своей страны, бывшее справедливым для русского православия до первой мировой войны, не может быть применено ни к православным русским, находящимся на территории России, ни к эмигрантам. Для этого им не хватает духовной инстанции, обладающей неоспоримым авторитетом, каноническое подчинение которой или, по крайней мере, полное церковное общение с которой могло бы дать им уверенность в собственном православии.
Но так как задумываться над этим вопросом не всем бывает приятно, то поэтому неудивительно, что часто в понятии православия логическое ударение переносится на другую его сторону, на верность традиции вообще, в особенности старинной традиции Востока.
В этом смысле православие немыслимо без любви к восточной традиции, без тесной связи со всем византийским образом мышления, без специфического характера восточного благочестия.
Но зададим лицам, употребляющим слово "православие" в этом смысле, следующий вопрос: если группа англиканцев или лютеран, ознакомившись с православным вероучением, захочет войти в общение с Русской Православной Церковью, отрекшись от своих неправославных мнений и исполнивши все требуемые от них православной Церковью условия, будут ли эти лица их считать тогда действительно подлинными православными или от них еще будут ожидать как бы культурного перерождения, врастания в восточную среду, как это соответствовало бы смыслу последнего значения слова православный, так сказать их руссификации и ориентализации? Ясно, что с догматической точки зрения это было бы бессмысленно, в практике же это является чем-то возможным. В статье "Что такое русскость?" ("Прав. Русь" 1953 г., № 3) как будто бы чувствуется подобное настроение, стремление связать православие с национализмом в единое целое: "Нет никакой тенденциозной натяжки", - читаем мы здесь, - "в утверждении, что для преемственного народного сознания .. . русский и православный сливались нераздельно".
В таком толковании православие приобретает черту прямо противоположную тому, что считалось существенным признаком Православия в Церкви первых веков. Этою существенною чертою православия являлась его вселенскость, кафоличность Св. Игнатий Богоносец, св. Ириней, св. Кирилл Иерусалимский, блаж. Августин, Климент Александрийский и др. Отцы всегда говорили об истинной Церкви, как о Церкви Вселенской. Этот же взгляд нашел свое ясное выражение на втором Вселенском Соборе, когда св. Отцы этого собора слагали текст символа веры: ...во едину, святую, соборную (в подлиннике: католикэ - кафолическую, вселенскую) Церковь (9). Обратим при этом внимание на то обстоятельство, что если мы захотим придать слову "соборная" значение "собранная", отличное от "вселенская", то мы получим тавтологическое выражение, пустое повторение, так как слово Церковь, экклесия в греческом языке, уже обозначает собою собрание (ср. у св. Кирилла Иерусалимского: "Церковью же называется соответственно самой вещи, поелику всех созывает и вместе собирает". Огласительные поучения, XVIII, 24).
Вселенскость Церкви, её универсальность, её устремленность к всемирности - именно это являлось вернейшим критерием того, что она и есть несомненная преемница той самой апостольской Церкви, которой было поручено проповедывать Евангелие всей твари, а не закосневшей в своем национализме ветхозаветной синагоги. Вселенскость Церкви гарантирует людям то, что именно она есть Церковь истинного Бога, желающего, чтобы все спаслись (1 Тим. 2,4), что именно она является невестой Христа, пред Которым не существует ни иудея, ни эллина (Гал. 3,8).
Вселенскость Церкви проявилась воочию в самый момент её дивного возникновения во время сошествия Святого Духа на апостолов: сразу же они стали проповедывать на различных языках, знаменуя этим конец национально ограниченной ветхозаветной церкви и возвещая универсальность спасения всех народов через новозаветную Церковь. Понятие вселенскости включало в себя также и понятие правого учения, правой веры, ибо древним христианам невозможно было себе представить, чтобы вера, распространенная волею Божиею во всем мире, могла бы заключать в себе какие-либо заблуждения. Поэтому со старинных времен истинную веру называли также верою кафолическою (или католическою в западном произношении), что значит, в первоначальном смысле, вселенскою, повсеместною. Один из наиболее чтимых древних Символов веры, называемый Исповеданием веры св. Афанасия Александрийского, начинается такими словами: "Иже хощет спастися, прежде всех подобает ему держати кафолическую веру, ея же аще кто целы и непорочны не соблюдает, кроме всякого недоумения, во веки погибнет".
Правота веры, её неповрежденность, гарантируется вселенскостью Церкви её исповедующей. Поэтому, как мы уже сказали, и Никейско-Константинопольский Символ веры провозглашает: "верую во едину, святую, соборную, (т. е. вселенскую, повсеместную) и апостольскую Церковь". При всем уважении к нашему традиционному переводу греческого слова "католикэ" на славянский язык, нельзя всё же не признать, что оно совершенно неточно передает основной смысл греческого слова (10). Неудивительно, что св. Кирилл Иерусалимский, наставляя своих готовящихся к принятию крещения слушателей, предостерегал их со всею ясностью и даже в очень резких выражениях, от посещения всех других церквей, кроме принадлежащих к Церкви вселенской: "Посему Символ веры научает тебя так, дабы ты оных скверных сборищ убегал, а пребывал бы всегда в святой вселенской Церкви". (Св. отца нашего Кирилла, Архиеп. Иерусалимского, огласительные поучения, XVIII, 2б) (11).
До разделения между Римом и Византией как Западная, так и Восточная Церковь называли себя как католической (кафолической), так и православной. Но постепенно всё более и более употребительным обозначением для Восточной церкви стало наименование православная Церковь, а для Западной - католическая. Быть может, потому у православных христиан порой отсутствует сознание того, что истинное православие возможно лишь на почве вселенскости.
Понятно, что православным русским эмигрантам, представляющим собою в своей совокупности как бы осколок Русской Православной Церкви, разделенным самим на несколько юрисдикции, к тому же вынужденным согласно велению христианской совести порвать каноническую связь с московским патриархатом, и имеющим порой лишь весьма условное общение с другими православными церквами, бывает гораздо труднее чувствовать себя реальными членами Вселенской Церкви, чем, скажем, жителям католических стран, Франции или Бельгии.
Поэтому они порой стремятся истолковать кафоличность Церкви, исходя из её славянского перевода, как соборности, не столько в смысле универсальности и повсеместности, как в смысле связующей всех воедино любви Христовой.
Но, спрашивается, для чего же брать вместо оригинала весьма неточный перевод и затем этой неточностью подкреплять свою аргументацию? Не доказывает ли как раз эта тенденция то, что такие православные сами чувствуют, что с их кафоличностью дело обстоит очень неважно?
Другие православные, желая избежать неловкого положения первой группы, её так сказать канонического висения в воздухе вплоть до неизвестных лучших времен, решаются, несмотря ни на что, подчиниться московскому патриарху. Как они потом успокаивают свою совесть, упрекающую их за союз с богоборческой властью через посредничество её послушного орудия в лице московской патриархии, мы не знаем и не решаемся судить; одно может быть несомненным, что людей, ищущих истины, это положение никак не может надолго успокоить.
Третья группа пытается сочетать канонические преимущества внешнего подчинения московской патриархии в весьма неопределенной форме со свободой религиозной совести православных, не зависящих от неё. Но такая половинчатая политика, такое, так сказать, "автокефальничанье с оглядкой", вряд ли может удовлетворить людей, желающих быть настоящими православными. Невольно чувствуется здесь какой-то самообман, лукавствование пред самим собой.
Наконец, четвертая группа поняла необходимость подыскания какой-то более серьезной базы для того, чтобы чувствовать себя в Церкви Вселенской, а следовательно и быть настояще православной: она подчинилась константинопольскому патриарху, занимающему первое место среди всех иерархов православного Востока, и потому претендующему как бы на роль вождя всего православия. Эта тенденция Византии в последнее время опять стала заметной.
Эту точку зрения разделяет группа православных русских, подчиненных юрисдикции митр. Владимира (Париж), признающая константинопольского патриарха своим главой: "Сам Бог положил быть одному из высших иерархов первенствующим во всей кафолической Церкви",- пишет митр. Владимир. Из этого следует, что "Вселенская Церковь возглавляется не только Вселенским Собором, который собирается лишь в исключительных случаях, но и постоянным возглавлением высшего иерарха". (См. Церковный Вестник Зап. Европ. православного русского экзархата, № 21, окт.-ноябр. 1949г., стр. 2, 6).
Но в настоящее время от вселенского константинопольского патриарха остался почти лишь один титул. В наши дни Константинополь никакие может считаться центром православия, и предъявляемые им претензии на возглавление православия разделяются, кажется, только группами ему непосредственно подчиненными. Кроме того, вопрос является еще спорным, согласно ли с канонами подчинение группы православных одного патриархата чужому патриарху без согласия того церковного начальства, которому она была раньше подчинена (12).
Если константинопольский патриарх лишь первый среди равных патриархов, то очевидно, что он не может принимать в свое каноническое подчинение группу православных, порвавших с тем патриархом или его местоблюстителем, законность которого Константинополем не оспаривается и с которым он имеет нормальное общение и обменивается посланиями, как и со всеми прочими главами православных Церквей. Если же он считает себя главою Церкви в том смысле, что он может непосредственно распоряжаться в пределах других патриархатов, то чем он может тогда оправдать разрыв византийской церкви с Римом, мотивировавшийся в свое время тем, что с точки зрения греческих патриархов претензии Рима на управление всей Церковью противоречили духу православия, признающего якобы равенство всех патриархов в отношении их церковной власти и допускающего между ними лишь различие соответственно подобающей им чести?
Также довольно трудно себе представить, что константинопольский патриархат был избран Провидением, как вселенский центр; он возник лишь в четвертом веке, почти во все время своего существования находился в зависимости от мирской власти, в том числе почти пятьсот лет от враждебной христианскому миру власти турецких султанов, а с освобождением от неё потерял почти все свое значение, сохранив в своем непосредственном ведении лишь незначительное число православных.
Все эти моменты, рассматриваемые в их совокупности, могут вызвать оправданное сомнение в предназначении Константинопольского патриархата быть вселенским центром православия.
Но ясно, что и авторитет константинопольского патриарха не является настолько могущественным, чтобы он мог освободить подчиненных ему православных русских от канонических затруднений и от неминуемо долженствующего возникнуть в душе каждого глубоко задумывающегося над этими проблемами человека чувства неуверенности в принадлежности к Церкви Вселенской, тем более, что одновременное общение патриарха константинопольского и с патриархом Алексием, и с порвавшими с последним заграничными юрисдикциями, так же как и былая деятельность его предшественников в пользу признания совершенно неканоничных живоцерковников, делает его авторитет в глазах русских православных еще более легковесным.
После всех этих рассуждений нам будет понятно, что ряд русских православных христиан, находящихся заграницей и серьёзно стремящихся принадлежать к Церкви Вселенской, видя во вселенскости Церкви самый надежный критерий подлинного, неповрежденного православия, не удовлетворяясь каноническим основанием всех перечисленных выше юрисдикции, всё чаще вспоминали о том, что в христианской древности первое место среди патриархов всегда бесспорно занимал римский епископ. Отцы Церкви, соборы и литургические тексты сходятся в этом вопросе совершенно; этот факт признается также большинством антикатолических православных, толкующих лишь это первенство в ином смысле, чем католики. Сопоставив это соображение также с тем фактом, что на протяжении всей христианской истории лишь один римский патриархат изо всех древних патриархатов не утратил своего значения международного центра христианского мира, они пришли к заключению, что это его положение связано с тем, что слова Христа, сказанные Им апостолу Петру о невозможности для врат адовых одолеть созданную на Петре Церковь (Мф 16, 18-19) исторически оправдываются в отношении Церкви римской и соединенных с нею поместных церквей.
Конечно, к такому решению могли прийти лишь отдельные лица, сознательно продумавшие и перестрадавшие всю проблему искания вселенскости, а значит и бесспорного признания православия Церкви, стремившиеся продумать до конца создавшееся положение внутри различных православных юрисдикции и сделать те выводы, которые они должны были сделать независимо от своих предубеждений или предрасположений, исторически обусловленных симпатий или антипатий.
Если они желали действительно быть последовательными церковными христианами, не позволяющими себе заменить самую суть православия, его вселенскость, каким-то суррогатом его, построенном на весьма сомнительных канонических основаниях или противоречащем велениям христианской совести, они должны были решиться искать её дальше.
Но как раз этой группе православных нередко делаются упреки в неправославии. "Православная Русь" в вышеупомянутой статье "Где православие и в чем его торжество?" (1953 г., № 4) отрицает возможность считать их православными. И нередко можно услышать мнение православных, что лица, признавшие Римского Епископа главою Церкви, уже не могут считаться православными, так как они тем самым становятся католиками. Как будто понятия католик и православный должны так же взаимно исключать друг друга, как атеист и верующий, или христианин и иудей! Что бы сказали о таком суждении Отцы Церкви!
Конечно, для людей, считающих вероисповедное разделение Запада и Востока чем-то окончательным, и чуть ли даже не естественным и нормальным, соединение понятий православие и католичество кажется чем-то несуразным, какой то маскировкой католичества под православие, чуть ли не каким-то обманом. Но эти люди забывают, что в течение ряда столетий христианской истории, в золотой век православия, как раз эти два понятия прекрасно соединялись одно с другим, обозначая общество истинных христиан в отличие от инакомыслящих еретиков.
Для человека, постоянно страдающего от сознания того, что в наше время церковный раскол создал пропасть между христианским Западом и христианским Востоком, понятия православия в применении к соединенным с Римом христианам востока является вовсе не соблазном, но как бы лучом надежды на грядущее исполнение молитвы Христовой: "Да будут все едино!" (Ио 17, 21).
Разберем теперь несколько упреков в не православии , делаемых обычно представителям этого направления со стороны православных других юрисдикции.
1. Признание папы Римского главой Церкви нарушает принцип соборности, являющейся основой православного мировоззрения. Не папа, но вселенский собор является верховным органом Церкви Христовой; поэтому признающие папу главою Церкви не могут считаться православными.
Этот упрек был бы лишь тогда основателен, если бы по католическому учению папа Римский рассматривался отдельно от Церкви, а не в совокупности с нею. Но в действительности католическая Церковь учит, что папа является безошибочным учителем Церкви и её главою, совсем не как стоящий над нею, отдельно от нее, а именно как выразитель её подлинного учения, как её вершина, как уста действующего в ней Духа Святого. Также и Католическая Церковь придает не меньшее значение постановлениям Вселенских Соборов, чем православные; но для того, чтобы эти решения имели действительно вселенское значение, они должны быть согласованы с всемирным христианским центром; тот факт, что после разрыва между Западом и Востоком, на Востоке уже более тысячи лет не смогло быть созвано ни одного вселенского собора, подтверждает эту истину. Даже самая возможность созвания вселенского собора при существующем положении вещей оспаривается некоторыми православными авторитетами (митр. Филарет). А как много накопилось за эти девять веков важных вопросов, которые должны были бы быть решены каким-то неоспоримым, абсолютно обязательным для всего православного мира авторитетом!
Кроме того, признание папы главою Церкви ни в коей мере не уменьшает православности признавших его таковым. Или не был православными папа Лев Великий, "глава православныя Церкви", (служба 18 апреля) учивший совершенно ясно и определенно, что римский епископ является главою Церкви? Или неправославны были св. Григорий Двоеслов, св. Максим Исповедник, блаж. Иероним и др. Отцы Церкви?
Или неправославен был великий столп православия св. Феодор Студит, писавший папе Пасхалию следующие слова: "Внемли, апостольская глава, Богом вознесенный пастырь овец Христовых, имеющий ключи царствия небесного, камень веры, на котором воздвигнута кафолическая Церковь. Ибо ты - Петр, украшающий и правящий Престол Петров" (См. Творения св. Феодора Студита, том 2-й, Издание СПБ Духовной Академии, 1908 г., стр. 345). Или несколько дальше: "Простри руку помощи, сколько возможно; ты имеешь силу от Бога, потому что первенствуешь между всеми, для чего ты и поставлен" (Там же).
А год спустя он пишет тому же папе: "Христос Бог наш, поставив твое блаженство на Западе как бы некоторым богосветлым светильником, для просвещения поднебесной Церкви на апостольском первейшем престоле... .Вы поистине незагрязненный и неподдельный источник православия от начала; вы тихая пристань всей Церкви, удаленная от всякой еретической бури; вы богоизбранный город спасительного прибежища" (стр. 346) (13). Или неправославны были отцы четвертого Вселенского (Халкидонского) Собора, единодушно подписавшиеся под такой формулировкой приговора над Диоскором "Святейший и блаженнейший епископ великого и старейшего Рима Лев чрез нас и чрез настоящий святой Собор вместе с преблаженнейшим и всехвальным апостолом Петром, который есть камень и утверждение кафолической Церкви и основание православной веры лишает его (Диоскора) епископства". (Деяния Вселенских Соборов, том 3-й, стр. 268, год 1887) и восклицавшие после прочтения папского послания: "Петр чрез Льва так вещал"! (Там же, стр. 242)
И если бы вообще неправославно было учить о том, что Церковь имеет видимого главу, тогда неправославными оказались бы также все те многочисленные Отцы Церкви, которые учили, что главою Церкви в её первоначальный период был апостол Петр (так, например, св. Иоанн Златоуст, св. Киприан, св. Амвросий Медиоланский, св. Ефрем Сирин, св. Иларий, св. Нил Синайский и мн. др.). Если же Христос установил должность верховного апостола, главы апостолов, как об этом ясно свидетельствуют перечисленные святые Отцы, то какая же власть могла бы эту должность упразднить? Если в последние годы даже не связанные церковной традицией протестанты в результате тщательного изучения Священного Писания приходят к выводу, что существует специальное служение Петра, отличное от служения остальных апостолов (О. cuimann, Petrus, I952). Если даже некоторые пасторы к ужасу своего церковного начальства заявляют, что это служение продолжается римскими папами (richard baumann, Des Petrus Bekenntnis und Schlussel, Stuttgart, 1950; Evangelische Romfahrt, 1952), то неудивительно, что к такому же выводу могут еще легче прийти православные, находящие в церковном предании так много аргументов в пользу этого взгляда.
2. Говорят еще, что признавая папу главою Церкви, православные тем самым уклоняются от взгляда, проповедуемого православными богословами уже много веков.
Правда! Но кто же является лучшим критерием православия: полемические богословы, пишущие свои работы с уже готовым предвзятым мнением, или само восточное богослужение, совершаемое Русскою Православною Церковью и являющееся чистейшей сокровищницей Православия?
Сами православные богослужебные книги величают святых римских пап в следующих выражениях:
"Новый Петр, Петрова престола преемник показался еси, просвещая всю тварь" (Месяч. минея от 25 ноября, в день св. Климента, папы Римского).
"Верховник явился еси священного собора, и верховника учеников украсил еси престол" (Месяч. минея от 2 января, в день папы св. Сильвестра).
"Глава Православныя Церкви Христовой", "старейшина верховного собора", "честнаго Петра верховнаго престола наследник..." "Петра честнаго преемник и его начальством обогатився" (Мее. мин. от:8 апреля, в день св. Льва Великого).
Неужели же отступают от православия те, кто принимает эти богослужебные выражения всерьез?
Нельзя забывать, что антикатолические полемисты часто пользуются протестантскими аргументами против папства. Таким образом их сочинения перестают быть выражением настоящего православного мышления, а становятся невольно разносчиками протестантских взглядов. Так, например, они ссылаются иногда при этом на совершенно противоречащее православной традиции протестантское мнение, якобы св. Петр не был римским епископом или даже вообще не был в Риме. Недавно мне пришлось читать в "православном" противокатолическом катехизисе, составленном архимандритом Митрофаном (Джорданвилль, 1945) следующие слова:
Вопрос: Был ли действительно апостол Петр римским епископом?
Ответ: Последнее подлежит большому сомнению. (Архимандр. Митрофан, Православный противокатолический катехизис, стр. 6).
Сопоставим с этим "православным" утверждением тексты православного богослужения:
"Днесь нам основание Церкви, Петр, камень веры, предлагает честныя свои вериги... Законы Христовы утвердил еси. .. яко апостолов верховный, яко догматов основание недвижимо. Апостолов верховниче блаженнейше Петре. .. Рима не оставль к нам пришел еси честными веригами, яже носил еси апостолов первопрестольне" (Мес. мин. от 16 января).
"Рима же ты был еси первый епископ, превеликаго градов слава и похвала и Церкве, Петре, утверждение, и врата адова не одолеют во истину ее, якоже Христос предрече" (Мес. мин. от 30 июня).
"Петр, наставник апостолов, начало православия . .. Петр - Церковь Божия, вождь апостолов, твердый камень веры, пастырь владычный всех апостолов" (Пролог 30 июня).
В данном случае само православное богослужение ясно обличает протестантствующих "православных" полемистов в уклонении от истинного Православия. Что же значит быть православным?
Следовать ли голосу освященной веками православной богослужебной традиции или взглядам подпавших под протестантское влияние антикатолических полемистов, повторяющих протестантские аргументы?
Но иногда приходится слышать также возражения следующего рода: "Правда, когда папы были православными, тогда св. Отцы и богослужебные тексты могли их титуловать упомянутым выше образом; после же того как они отделились от церковного единства и ввели новые учения, незнакомые ранее православной вере, они потеряли свое первенствующее место, перешедшее потом к патриархам Константинопольским; и поэтому подчинение папе римскому в наши дни несовместимо с верностью православию.
Прежде всего мы должны различать здесь два упрека, делаемые римским первосвятителям:
они отделились от церковного единства и
они ввели новые, неправославные учения и обычаи.
Начнем с первого упрека: отделиться от церковного единства, произвести раскол, в христианской Церкви всегда считалось великим грехом и преступлением. Но под этим выражением всегда понималось отделение группы христиан, иногда вместе с одним или даже несколькими иерархами, от их законного церковного начальства. От какого же своего церковного начальства отделился папа Римский? Приведенные выше места из св. Отцов, а также и литургические тексты, равно как и высказывания Вселенских Соборов не оставляют никакого сомнения в том, что Римскому епископу принадлежало первенствующее место среди всех православных иерархов во всей Церкви Христовой. Если его разрыв с византийским патриархом и его сторонниками был бы отделением от церковного единства, то вполне естественно следовало бы ожидать, что этот его шаг вызовет протест со стороны по крайней мере, некоторых западных епископов, бывших в то время по общему мнению еще православными, или хотя бы стремление их поддерживать дальше церковное общение с православным Востоком, помимо папы.
Если уж папа Николай I-й, отлучая Фотия, тем самым отделил себя от церковного единства, то почему этот его шаг не был осужден на соборе в Константинополе в 869-75 году, на котором присутствовали представители как Запада, так и Востока, и на котором руководящую роль играл патриарх Игнатий, признаваемый православною церковью святым?
Если папа до этого времени был православным и занимал первенстующее место во всей Церкви, то, следовательно, признать его отделенным от Церкви - с точки зрения современных православных - мог бы только Вселенский Собор. Какой же вселенский собор и когда осудил этот шаг Римской Церкви?
Не только никакой вселенский собор этого не сделал, но даже, повидимому, и среди иерархов греческой Церкви не было вполне ясного взгляда на этот вопрос. Ибо уже значительно позже, после окончательного разрыва между Римом и Византией в 1054 году, когда при императоре Алексее Комнене папа Урбан запрашивал, почему греческие Церкви не поминают его, собранный императором собор не смог указать ясного основания для прекращения поминания пап, не мог сослаться ни на один достаточно обоснованный документ. Значит, даже со стороны греков, имевших непосредственно конфликт с римскими папами, не было составлено канонического заявления о том, что римская Церковь перестала быть православной
Тем более не считала Римскую Церковь неправославною наша Русская Церковь, поддерживавшая с нею еще долгое время нормальные отношения. То, что она считала Римскую Церковь и вполне православною, показывают совершенно ясно имевшие в то время место браки между членами великокняжеского русского дома и членами католических династий Запада. Достаточно прочесть также "Сказание о перенесении мощей св. Николая" (Святыня Барграда, 1912, стр 17), чтобы убедиться в том, что Русская Церковь и не думала считать римских пап после их разрыва с Византией неправославными.
Если Флорентийский собор (1438-39), состоявший из представителей всех патриархатов, в начале своих заседаний (9 го апреля 1438 г.) торжественно заявил о том, что он является собором вселенским, и не встретил при этом возражения со стороны какой-либо законной церковной инстанции, то, спрашивается, какие же церковные полномочия должны иметь те, кто объявляет его решения незаконными и еретическими?
Говорят, его решения были недействительны, так как народ их не принял; но почему же тогда православные считали действительными решения Московского собора 1666-67 гг. об обрядовой реформе? если когда-либо народ усиленно сопротивлялся соборным решениям, то это прежде всего решениям собора 1666-67 гг., как и прежде решениям собора 1654 года по тому же вопросу, реагируя на проведение постановлений этих соборов бегством в леса и болота, за границу и в степи, а то и массовыми самосожжениями.
И где и когда говорилось в древних канонах или у святых отцов, что постановления соборов принимают лишь тогда законную силу, когда они одобрены населением?
Таким образом, православный, признающий юрисдикцию Римского папы, как главы всей Церкви, делает это в согласии с наиболее полным церковным собором имевшим место когда-либо после церковного разделения Запада и Востока.
Но перейдем ко второй части приведенного упрека: как смотреть на догматы, принятые Западною Церковью после разделения и признаваемые православными, находящимися в юрисдикции Римского папы? Не противоречат ли они православию, покоящемуся на семи Вселенских Соборах?
Эта возможность совершенно исключается тем соображением, что все семь соборов, признаваемые Православною Церковью вселенскими, признаются такими же и Католическою Церковью и, следовательно, догматические решения их являются для каждого католика абсолютно обязательными, и ни один папа, ни один собор не может - по католическому учению - изменить их подобно тому, как и ни один папа и ни один собор не может изменить что-либо в Св. Писании.
Принятые впоследствии Католическою Церковью догматы не изменяют, но лишь поясняют или уточняют учение древней Православной Церкви. Подобно тому, как принятый на втором Вселенском Соборе (в 381 году) Символ веры ("Верую" Божественной Литургии) нисколько не искажал и не изменял, а лишь уточнял и расширял принятый на первом Вселенском Соборе (в 325 году) первоначальный Никейский символ, так и все позднейшие догматы, провозглашенные папами и соборами на Западе, вполне гармонируют также с учением Православной Церкви, если не считать антикатолических формулировок многих православных богословов, имеющих политическое и, нередко, протестантское происхождение.
Возьмем несколько примеров. Учение о Введении на Небо Божией Матери с душою и телом, совсем недавно провозглашенное, как догмат теперешним Римским Папою Пием XII, составляет предмет веры всего истинно православного народа.
Учение о Непорочном Зачатии Божией Матери (14) было догматически определено папою Пием IX сто лет тому назад. По своему содержанию оно совпадает с традиционным православным взглядом, находящим свое выражение в православных богослужебных текстах.
"Честнейшая херувим и славнейшая без сравнения серафим", - именует православное богослужение Пресвятую Деву; это прославление не могло бы быть употреблено, если бы православная Церковь полагала, что Божия Матерь находилась хотя бы один миг оскверненной грехом; ибо тогда в этом отношении Херувимы и Серафимы стояли бы выше Ее.
Ту же мысль выражают и многие другие литургические тексты:
"Храм явился ныне прекрасным невестовместилищем и чертогом для Девы, приняв одушевленный Чертог Божий, чистый, непорочный и светлейший всякой твари" (Канон на Введение, песнь 3-я, тропарь 1-й).
"Анна славная... бессеменно приемшую Слово невместимое, чистую во утробе зачала еси" (Канон на Зачатие, песнь 1-я).
"Превысшая ангелов на земле Отроковица раждается во святыни суща и чистоте без разсуждения" (Богородичен 2-й песни Канона на 9-е сентября).
То, что русские старообрядцы признают учение о Непорочном Зачатии истинно православным преданием (15), свидетельствует о его бесспорном признании в древней Русской Церкви, так как старообрядцы меньше, чем кто-нибудь другой, были склонны поддаваться католическим влияниям.
Но мы имеем из 17 века также ясное свидетельство и официальной православной Церкви. Упомянутый выше собор 1667 года, состоявшийся при участии восточных патриархов, одобрил книгу Симеона Полоцкого "Жезл Правления", содержащую ясное учение о том, что Пресвятая Дева никакому греху, в том числе и прародительскому, не подлежала, и что поэтому Православная Церковь чтит Ее Непорочное Зачатие. Собор не только одобрил эту книгу, но и обязал всех православных не прекословить всему тому, что содержит эта книга, предав противоречащих анафеме (Материалы для истории раскола, под редак. Субботина, том II, стр. 396).
Что же, хочется невольно спросить, побудило антикатолических полемистов представлять это учение, как неправославное?(16).
Главным образом влиянием протестантизма на православное богословие следует объяснить тот факт, что многие православные богословы нашего времени возражают против этого учения.
Принятие Тридентским собором (1545-1563) учения о пресуществлении Святых Даров, о боговдохновенности Св. Писания, о семи таинствах и о необходимости апостольского преемства для получения благодати священства, так же, как и учение этого же собора относительно молитв за умерших, все это целиком и полностью совпадает с учением Православной Церкви об этих же предметах.
Остановимся теперь на принятии Католическою Церковью учения об исхождении Святого Духа от Отца и Сына и о чистилище. Православные обычно считают, что эти пункты являются пунктами представляющими собою догматическое разногласие между католичеством и православием. На самом деле этот взгляд неточен: разница существует лишь между точкою зрения многих современных богословов и католическим учением, а не между учением Православной Церкви до раскола 1054 г. и католическим догматом.
Прежде всего надо помнить, что нередко в истории Церкви формулировки того же самого учения при помощи различных выражений вызывали споры и недоумения; но это вовсе не означает, что один из этих способов выражения был еретическим, а другой единственным правильным.
Если бы возникшее в 6-м веке в Испании, а затем повсюду на Западе распространившееся, добавление в Символе Веры "и Сына" (филиокве) было бы сочтено восточными богословами того времени за неправославное, то они бы на 6-м (в 680 г.) или по крайней мере на 7-м (787 г.) Вселенском Соборе подняли бы вопрос о его осуждении и отмене.
Но ничего подобного не произошло. Наоборот, на 7-м Всел. Соборе от лица всей Церкви - как Западной, так и Восточной - было торжественно провозглашено исповедание веры в то, что Дух Святой исходит предвечно "от Отца чрез Сына", против чего нисколько не возражали представители Западной Церкви, которые безусловно запротестовали бы, если бы понятие "чрез Сына" выражало собою нечто иное, чем в то время на Западе уже повсюду распространенное "и Сына".
Известные русские православные богословы Болотов, Лепорский, Бриллиантов, Светлов признавали, что учение об исхождении Св. Духа на Западе и на Востоке согласуется в основных моментах. То же заявил и митр. Евлогий (Ср. Прибавл. к Церк. Ведом., изд при Св. Синоде, IV 42 от 20 окт 1912 г и № 33 от 17 авг 1913).
"Чрез Слово вечно исходит и является людям от Отца Дух Святый", - писал отец Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, в полном собр. соч., том 4-й, стр. по. СПБ. 1892).
Следовательно, тот, кто считает признающих извечное исхождение Св, Духа от Отца чрез Сына, не православными, должен считать такими же и всех упомянутых выше лиц, а быть может даже и Св. Синод, допускавший высказывание таких мнений.
Еще более необоснованным является упрек в неправославии, делаемый православными католикам за признание учения о чистилище.
Ведь как раз на православном Востоке распространены различные виды поминовения усопших: заупокойные литургии, всенощные, панихиды, литии, чтения псалтыря по усопшим, совершение поминовения в специально установленные дни (радоница, родительские субботы и т. п.).
Если отвергающий чистилище протестант отвергает и молитвы за усопших, то это, по крайней мере, последовательно. Но если усердно поминающий своих усопших православный отказывается признать православным учение о чистилище (т. е. о том, что часть умерших, избавленных от осуждения на вечные муки, не сразу попадает в рай, а находится в состоянии ожидания рая, так сказать в состоянии очищения), то невольно хочется спросить его: "Для чего же твое поминовение усопших? Ведь если они в раю (т. е. в состоянии вечного блаженства), то оно излишне, а если в аду (т. е. в состоянии вечных мук), то оно безнадежно" (Ср. притчу о богаче и Лазаре в i6 главе Евангелия от Луки).
Отрицание учения о чистилище происходит иногда от незнания того, что является действительно традиционным православным учением в этом пункте.
В житии св. Василия Нового, память которого празднуется Православною Церковью 26 марта, мы находим такое место:
"Если в ней (душе умершего) окажется более грехов, нежели добрых дел, то бесы на время удерживают её и заключают как бы в темницу, где, по попущению Божию, и мучают её, пока душа та не восприимет искупления от мук их по молитвам Церкви и через милостыню творимую в память её". (См. Жития святых на русском языке. Книга 7-я, март, изд. Московской синод, типографии, 1906).
Если православные, соединенные с Римом, принимают учение о чистилище, то тем самым они не исповедуют ничего иного, как именно то, что содержится и в православном предании, и если они, признавая существование состояния временной темницы для недостаточно совершенных душ, мыслят неправославно, то значит неправославны были и жития святых, и напечатавший их в своей типографии Синод.
Интересно в связи с этим вспомнить, что даже такой решительный противник Католичества, как Марк Ефесский, выслушав во время Феррарско-Флорентийского собора (1438-39 гг) изложение католического учения о чистилище, признал, что западное учение по этому вопросу в существе своем не отличается от восточного. (Ср. Сильвестер Сиропулос, Истинная история о неистинной унии, V, 13).
В связи с этим вопросом упомянем также о другом упреке против Католичества, связанном с учением о чистилище, об упреке, делаемом католикам по поводу имевшей ранее место выдачи письменных индульгенций или отпущений. Католическая Церковь никогда не выдавала отпущений в такой форме, как это себе представляют нередко несерьезные антикатолические полемисты: они думают, что католическое отпущение автоматически упраздняло совершенные грехи, а некоторые даже иногда утверждают, что отпущения выдавались также и вперед на будущие грехи. Такая практика была бы, конечно, искажением истинного православия. Но ничего подобного Католическая Церковь не одобряла; для того, чтобы отпущение было действительно, необходимо было, чтобы получающий его имел раскаяние и получил бы разрешение грехов от исповедавшего его священника в таинстве покаяния; само по себе отпущение вовсе не было прощением грехов; оно не представляло собой ничего иного, чем наша обычная эпитимья, или точнее документации ее исполнения. Правда, такая форма приводила нередко к недоразумениям и к превратным представлениям у простых людей, полагавших, что приобретение отпущения освобождает их от необходимости каяться в своих грехах и принимать намерение не грешить больше; но ведь и среди наших православных нередко существует мнение, что для оставления грехов достаточно разрешения священника, а раскаяние грешника это что-то не такое важное; кроме того, в результате имевших место недоразумений и злоупотреблений практика выдачи свидетельств об отпущении наказания за грехи была Католическою Церковью оставлена; попрекать же её прошедшим православные тоже не имеют основания, так как в былые времена и в Православной Церкви имело место многое такое, чего не должно было бы быть (17).
Также и здесь были случаи, совершенно напоминающие выдачу западных отпущений. Так например, Афанасий, бывший константинопольский патриарх, писал во время своего пребывания в Москве в челобитной царю Алексею Михайловичу: "... да вели, Государь, мне, богомольцу твоему, напечатать на своем дворе пятьсот разрешительных грамот. Как я, богомолец твой, поеду из Москвы назад, то запорожские казаки опять начнут у меня разрешительных грамот просить". (См. Митр. Макарий, История Русской Церкви, том 12-й, стр. 122 СПБ, 1883). Тут же автор добавляет в примечании, что подобные примеры бывали многократно, что приходившие с востока патриархи, а иногда и просто митрополиты, раздавали от себя разрешительные грамоты людям всех званий, и православные русские люди их очень охотно приобретали. Всё это происходило без возражений со стороны русской церковной власти, не находившей в этом, по-видимому, ничего неправославного.
Что же остается еще из возражений против православия русских восточного обряда папской юрисдикции?
"Они изменяют каноны с позволения папы; а верность святоотеческим канонам - это признак истинного православия", - раздается новый упрек.
Но пусть нам скажут, какие православные, какой юрисдикции, хранят все каноны древних соборов и святых отцов, относящиеся к церковной дисциплине со всею строгостью, во всей чистоте? Не хранят ли их и другие юрисдикции лишь по мере возможности и по мере усердия, закрывая глаза на нарушения трудных для исполнения канонов и предписаний? И на каких святоотеческих канонах была основана должность оберпрокурора святейшего Синода, управлявшего фактически всею русскою Церковью и перемещавшего по своему усмотрению епископов? Какие каноны предусматривают такие полномочия в церкви для чиновника - мирянина? Если судить так строго, то надо признать весь синодальный период русской Церкви неправославным.
А многие ли православные соблюдают, например, древние установления на счет постов? Не честнее ли получить от легальной церковной инстанции освобождение от соблюдения тех или иных старинных предписаний, - конечно, всё это относится только к области дисциплинарной, т. к. постановления догматического порядка являются нерушимыми - чем самовольно нарушать их, не желая признать полномочий этой церковной власти? И опять таки, став и на эту точку зрения, надо признать старообрядцев имеющими больше прав называть себя православными, чем представителей различных православных юрисдикции.
"Православие действует всегда открыто; русские же католики действуют нечестно, маскируя свое католичество восточным обрядом; поэтому их нельзя признать православными", - заявляют опять их противники.
Такие заявления делают обычно люди, не знавшие достаточно близко православных римской юрисдикции. Познакомясь с ними поближе, вряд ли смогут потом повторить такое обвинение, порожденное или незнанием русского католичества, или слепым предубеждением против него. То, что никакой "уловки" восточный обряд собою не представляет, видно из того, что даже те католические священники восточного обряда, которые перешли в него из латинского обряда, обычно всею душою преданы ему и любят его не мень е, чем остальные православные .
Но кроме того, сама история Русской Православной Церкви доказывает, что подобный метод применялся и в Русской Православной Церкви. Желая воссоединить с собою отделившихся от нее старообрядцев, она создала так называемое единоверие, разрешив старообрядцам, готовым ей подчиниться, совершать свои богослужения по старым книгам и обрядам; это единоверие гораздо более было похоже на какую-то "уловку" для привлечения старобрядцев на свою сторону. В пользу этого утверждения говорят следующие соображения: 1) единоверцам очень долгое время не давали собственных епископов; архиерейские же службы совершались для них православными епископами, хотя они обычно служили по новопечатным книгам и по новым обрядам; 2) единоверцам разрешалось переходить в обычные православные приходы безо всяких затруднений, тогда как наоборот., переходы из обычных православных приходов и единоверческие запрещались; даже причащаться у единоверческих священников разрешалось православым мирянам не единоверцам лишь в особых случаях; 3) единоверчество открыто рассматривалось Синодом, как путь старообрядцев к "полному" православию, т. е. как подготовка к принятию ими никоновских обрядов; на употребление старопечатных книг и старых обрядов Большой Московский Собор 1667 года наложил анафему; в течение долгого времени (в том числе даже еще во времена

Папа Григорий I
Письмо к императору Маврикию


Известно всем, знакомым с евангельским учением, что, по слову Господню, святому Петру, главе всех апостолов (omnium apostolorum principi), вручено управление всею Церковью, ибо ему было сказано: "Петр, любишь ли ты меня? Паси овец моих". Ему же было говорено: "Петр, вот сатана выпросил просеять вас, как пшеницу; а я молился за тебя, чтобы не оскудела вера твоя. А ты, обращенный прежде, укрепляй веру братьев своих". Ему же сказано: "Ты камень, и на этом камне созижду церковь мою, и врата адовы не одолеют ее. Я тебе дам ключи Царства Небесного: что ты свяжешь на земле, будет связано и на небе, и что разрешишь на земле, разрешено будет и на небе". Таким образом. Петр получает ключи Царства Небесного, ему дается власть вязать и решать на земле, ему доверяется забота о Церкви и верховная власть в ней (cura totius ecclesiae et principatus), и несмотря на все то он не называется вселенским апостолом (universalis apostolus); а святейший муж, сотоварищ мой по священству, Иоанн1 (consacerdos meus), желает называться вселенским епископом. Я должен при этом воскликнуть и произнести: о, времена, о, нравы! (о, tempora, о, mores!). В такое время, когда все подпало под власть варваров, когда города разрушены, крепости срыты, провинции опустошены; когда поля остаются без рук, идолопочитатели свирепствуют и господствуют на погибель верующим: и в такое-то время священнослужители домогаются тщеславных титулов и гордятся тем, что носят новые, языческие наименования, вместо того, чтобы повергаться во прах, обливаясь слезами. Разве я защищаю, благочестивейший государь (piissime domine), свое собственное дело? Неужели я хочу, говоря так, отомстить личную свою обиду? Нет, я говорю в защиту Божиего дела и дела Вселенской Церкви. Кто же это осмеливается присвоить себе новое название, вопреки постановлениям евангельским (statuta evangelica) и каноническим определениям (canonum decreta)? Впрочем, разве у вас нашелся только один, кто решился называть себя вселенским? На самом деле и Константинопольской Церкви, я знаю, было много таких пастырей, которые пали в бездну ереси и сделались не только еретиками, но даже ересиархами. Таков был ваш Несторий, который допускал два лица в Иисусе Христе, посреднике между Богом и людьми. Он унизился до еврейского неверия, не признавая того, чтобы Бог мог сделаться человеком. Из вашей же среды вышел и Македоний, который отрицал божественность Святого Духа, единосущную Отцу и Сыну. Если кто-либо в такой церкви присвоит себе имя вселенского, то добрые люди подумают; следовательно и Вселенская Церковь, чего Боже избави, совратилась с своего пути, когда пал тот, кто назывался вселенским. Но да будет далеко от сердца христиан это богохульное имя (nomen blasphemiae), которое оскорбительно для чести всех пастырей, когда оно безрассудно присваивается одним лицом. Этот титул был предложен высокопочтенным Халкедонским собором Римскому Первосвященнику, в честь блаженного Петра, князя апостолов. Однако ни один из Римских Первосвященников не называл себя этим отличительным именем, и даже не согласился принять его, а именно потому, чтобы присвоением себе особенного титула не лишить должной чести прочих священнослужителей. Итак, что же может значить то, что мы, хотя нам был предложен этот титул, однако мы не пользуемся, между тем как другой, кому никто не предлагал, дерзает присваивать его себе? Кто решается пренебрегать каноническими постановлениями, того надобно привести к повиновению властью благочестивейших монахов. Кто оскорбляет святую Вселенскую Церковь, в чьем сердце бушует гордость, кто хочет пользоваться особенными титулами и наконец хочет этим титулом поставить себя выше прерогативы вашей власти - того нужно наказать. Таким образом, мы все страдаем от этого скандала (scandalum palimur). Пусть же обратится на путь истины виновник самого скандала, и тогда исчезнут несогласия между пастырями Церкви. Я считаю себя настолько слугою всех пастырей, насколько они ведут себя, как то прилично пастырям. Тот же, кто, по тщеславной гордости, в противность воле всемогущего Бога и постановлениям отцов, поднимает свою выю, тот не склонит моей, ни даже мечом, потому что я уповаю на всемогущего Господа.

1 Иоанн IV Постник, патриарх Константинопольский (582-595).

Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!, Это - как драгоценный елей на голове, стекающий на бороду, бороду Ааронову, стекающий на края одежды его, как роса Ермонская, сходящая на горы Сионские, ибо там заповедал Господь благословение и жизнь на веки.

АННА СИДЯКИНА

ОТЦЫ ЦЕРКВИ О ПАПСКОМ ПРИМАТЕ

Вопрос о примате Римского епископа вот уже тысячу лет препятствует активному диалогу между Восточной и Западной Церквами. По учению Католической Церкви "Римский Первосвященник, как преемник Петра, которому Христос вверил пасти овец и агнцев своих, обладает по божественному установлению, верховной, полной, непосредственной и универсальной властью для попечения о душах. Поэтому, Он, посланный как пастырь всех верующих, обладает над всеми Церквами первенством канонической власти" (II Ват. Собор, Декрет о пастырской должности епископов в Церкви, 2) Православные богословы, в основном, признают за Римом первенство чести, отрицая все прочие преимущества. В этой статье мы не будем касаться богословских обоснований Католической позиции или аргументов противников примата. Перед нами стоит задача рассмотреть отношение к главенству Римского епископа христиан I — IV вв. и выяснить, признавался ли примат первыми христианами изначально, или же он явился плодом католического богословия позднейших времен.

Первые века истории Церкви отличает возникновение большого количества ересей, то и дело овладевавших разными христианскими общинами. Этому способствовали как эсхатологические настроения среди большинства верующих, усилившиеся с падением Иерусалима (135 г.) и Рима (410 г.), так и отсутствие четкого систематического изложения вероучения. Стремление к более совершенному толкованию учения Христа вызывало к жизни многочисленные апокрифы. Однако, несмотря на отсутствие единого Символа Веры, сколько-нибудь сильное искажение вероучения не могло и в I — II веках пройти незамеченным, т.к. большинство христиан еще помнило проповеди живых апостолов, в частности, Иоанна Богослова, умершего в глубокой старости.

Если бы стремление Римской Церкви к утверждению канонической власти над всеми другими христианскими общинами противоречило Апостольскому учению, оно безусловно вызвало бы всеобщее осуждение. Однако в действительности этого не происходит. Например, Римский епископ Климент в послании увещевая раскольников в Коринфе повиноваться епископу (около 96 г.) пишет: "Если бы кто не послушал сказанного через нас Христом ... тот подвергся бы большой опасности". Итак, Христос говорит через Римскую Церковь! Более того, Климент предлагает свое решение в не качестве братского совета, но как приказ обязательный для исполнения. Еще один момент: Коринф расположен ближе не к Риму, а к Эфесу, где действует апостол Иоанн. Однако именно Римский епископ считает своим долгом увещевать другую общину. И как же реагируют на это коринфяне? Упрекают Климента за властолюбие? Напротив: принимают послание с благодарностью и чтят его наравне с Писанием. Полвека спустя эта община так же встретит послание Папы Сотера: увещевания Римского епископа воспринимаются как апостольское учение! В конце II века мы видим еще более яркий пример: Папа Виктор стремится утвердить во всей (!) Церкви единую дату Пасхи, угрожая отлучением несогласным. Мог ли Папа считать отлучение действенным средством, не имея на это права? По крайней мере, в то время никто этого права не оспаривал. Власть Римского епископа проявлялась не только в учительстве, богатейшая римская община щедро помогала беднякам из других Церквей, освобождала из рабства и плена узников-христиан. "Издревле ведется у вас обычай оказывать всем братьям различные благодеяния и посылать вспомоществования многим Церквам", — пишет римлянам Дионисий Коринфский. Св. Игнатий Богоносец поручает заботам Римской Церкви свою общину: "Один Иисус Христос будет епископствовать в ней и любовь ваша" (К Римлянам, IX). "Чистой и первенствующей в любви" называет Игнатий Римскую Церковь, " ее учение свободно от всякого чуждого цвета". Можно считать это лишь данью уважения, но как тогда понимать слова св. Иринея Лионского: "Святая Римская Церковь, мать и владычица всех Церквей, должна быть спрошена во всем, касающемся веры" (Против ересей, III). Более того: "По необходимости с этой Церковью, по ее преимущественной важности, согласуется всякая Церковь, ... так как в ней апостольское предание всегда сохранялось верующими повсюду".

Постоянно тревожимая еретическими течениями Церковь нуждалось в некоем мериле православия, которым позже станет Символ Веры. А пока, чтобы определить истинность веры того или иного епископа, таким критерием была избрана (или считалась изначально?) Римская Церковь! Епископы, пребывавшие в общении с Папой, считались православными, все прочие — нет. Не хуже католиков это понимали и еретики: Рим был наводнен ими. Добиться признания от Папы было их главной целью, отлучение же, разрыв общения, был равносилен смерти. Необходимо подчеркнуть, что ни одна ересь за всю историю Церкви не получила признание Рима. Но тогда, во II веке, вера Римской Церкви еще не была испытана временем, неужели она a priori считалась истинной? Была ли для этого причина? Ответ мы находим в III веке. Читаем у Тертуллиана: "Как счастлива Церковь (Римская), на которую апостолы вместе со своей кровью излили все свое учение". Развитие идеи апостольской преемственности дано в трактате "О единстве Церкви" св. Киприана Карфагенского. "Престол Петра", как он постоянно называет Римскую Церковь, есть не только "краеугольный камень единения священства, но и порождающая земля и корень Церкви". Св. Киприан также говорит, что "вне Римской Церкви нет христианства", несмотря на то, что сам он имел конфликт с Папой Стефаном I (254 — 257), приведший к временному разрыву отношений между Карфагенской общиной и Римом. Значимость власти Римского епископа признавалась даже язычниками. Аммиан Марцеллин напишет в своей "Книге деяний": "Епископы вечного города пользуются наивысшей властью" (XV, 7, 10). Вспомним также известную фразу императора Деция о том, что он охотнее потерпел бы в Риме претендента на императорский престол чем одного епископа. А почему? Потому, что Рим — это "главная Церковь от которой происходит сообщество епископов" (Киприан).

В III в., в эпоху гонений и арианской ереси Рим все чаще выступает как источник единства кафолических христиан. В творениях Отцов всячески разрабатываются темы призвания Петра и связанного с этим примата Римского епископа. Значимость Петра подчеркивают в своих проповедях каппадокийцы: "Из Христовых учеников, которые все были высоки и достойны избрания, один именуется камнем и ему поверяются основания Церкви" (Григорий Богослов, Слово XXXII). Итак, камень, о котором говорит Христос, есть Петр, и его связь с Римской Церковью несомненна для христиан IV в.: "Ты не можешь отрицать, что первое епископское место в Риме было доверено Петру, — пишет Оптат Милевский, — Этот самый Престол является основанием единства всех". Как о "предстоятеле всей Вселенной", говорит о Петре светоч Восточной Церкви Иоанн Златоуст: "Петра Христос поставил учителем не для этого (Иерусалима) престола, но для вселенной... Теперь ему вверено попечение даже о братии (т.е. об Апостолах)" (Беседа на Евангелие от Иоанна). Рим для христиан IV века является синонимом правоверия: Амвросий Медиоланский говорит об этом в речи: "На смерть Сатира". Ни один православный епископ, отделившийся от Рима, не может считаться православным, несмотря на всю чистоту своей веры. Ибо допущение раскола в Церкви значит грешить против Христа, так как Церковь есть Тело Христово: "Вселенная народов с уверенностью судит, что не благ отделяющийся от согласия народов" (Против послания Пармениана III, 3, 24). Принадлежностью же к Церкви определяется общением с папой, ибо "Петр есть основание Церкви", "начало веры кафолической, центр притяжения других Церквей" (Толкование на Евангелие от Луки IV, 70). Амвросий пишет: "Я во всем желаю следовать Римской Церкви" (О таинствах III, 1, 5), что дает епископу-еретику Палладию повод назвать его "рабом епископа Римского". Под это определение чудеснейшим образом подпадает и блаженный Иероним за такие, например, строки, адресованные папе Дамасу: "Я считаю, что следует советоваться со Столицей Петровой и ее верой, подтвержденной апостольскими устами... Я за Христом на первом месте за Твоим Святейшеством, или остаюсь в общении с кафедрою Петра. Ибо знаю, что на ее основании построена Церковь. Каждый, едящий Агнца вне этого храма, есть чужой... Кто с тобой не собирает — тот расточает". Младший современник Иеронима Августин в 416 г. напишет папе Иннокентию: "Мы хотели... узнать суждение ваше: исходит ли пламя в наших светильниках от того же источника, от которого вам подается в таком изобилии. Все чего мы желаем — ваше одобрение и утешительный для нас ответ: что нас объединяет приобщение к одной и той же Благодати". Вот поистине письмо равного к равному! Впрочем, в своем отношении к Святому Престолу Августин во всем следует Амвросию. Очевидно речь идет не только о первенстве чести или даже веры, — тому же Августину принадлежит афоризм: "Roma locuta — causa finita est" ("Рим высказался — дело закончено"): "В связи с этим делом (пеллагианство) были направлены Святому Престолу решения двух Соборов. Теперь оттуда прибыли окончательные суждения. Дело закончено!" (Проповедь CXXXI, 6). Как видим, Африка при Августине признавала право Рима вмешиваться в дела других Церквей. Не одна Африка. Василий Великий сам (!) обращается за помощью к папе: "Почти весь Восток, о досточтимый отец, сотрясает великая буря. Прежде мы всегда бывали утешены от чудотворной благости вашей... Должно восстановить содружество Церквей Божиих". Правда, папа Дамас глубоко его обидел — не ответил на письмо. Однако факт остается фактом — Римскому епископу принадлежал решающий голос во всех делах, происходящих в Церкви. Удачно, на наш взгляд, сформировал это папа Сириций (384 — 399) в своем первом Послании к Гимерию Таррагонскому: "Мы, на которых лежит большая, чем на всех, забота о христианской религии, ... несем тяготы всех обремененных; собственно, их несет в нас блаженный апостол Петр, который нас во всем... оберегает и покровительствует нам, как наследникам своей власти".

Соборы IV в. в целом выражают мнения Отцов Церкви; только на II Вселенском соборе намечается некоторая тенденция к возвышению Константинополя, но пока лишь по отношению к Александрии и Антиохии. Сардинский Собор (343 — 344) разрешает лицам, недовольным решением их дела на поместных Соборах, апеллировать к Римскому епископу (правила 3 — 5 и 9а). Действительно, мы видим, что Папа и созванный им поместный Римский Собор могли призывать на суд и судить христиан, принадлежащих к другой Церкви. Так, Римский Собор 313 г. под председательством папы Мильциада разбирал дело Доната и Цецилиана Карфагенского. Когда изгнанный из Александрии Афанасий Великий обратился к суду папы Юлия I, тот послал на Восток сердитое письмо: "Почему о деле Александрийской Церкви ничего не написали нам? Разве вы не знаете, что по обычаю надо написать нам для того, чтобы было вынесено верное решение?" Ответ напрашивается сам собой: Юлий ссылается на православную традицию, а не в обычае еретиков было придерживаться христианских обычаев. Папы IV века — века повального арианства — действительно проявили себя защитниками православия. Так, когда ариане царили на Востоке, а западное духовенство отступило перед ними на Соборе в Римини (362 г.), папа Либерий, хотя и вынужденный подписать компромиссную формулу, практически в одиночку восстановил Никейскую веру.

Мы видели, что примат Папы никогда в первых веках не обострялся столичным положением Рима, но только установлениями Христа и обычаем, восходящим к первым десятилетиям Церкви. Этот обычай утверждал истинность веры Римского епископа и признавал за Святым Престолом главенство в Церкви. Что можно посоветовать противникам примата, так это почаще обращаться к истокам Церкви, например, к таким словам Златоуста: "Мы все братья, и один у нас Наставник, но и между братьями надобно, чтобы один давал приказания, а остальные слушались" (Беседа на Деяния Апостолов, III). Что же еще добавить?

(C сайта militiadei.nm.ru)




К НАЧАЛУ

Εἰς μίαν, Ἁγίαν, καθολικὴν καὶ ἀποστολικὴν Ἐκκλησίαν + Et unam sanctam,
catholicam et apostolicam Ecclesiam + Верую в единую, святую,
католическую и апостольскую Церковь

Схизма возможна только между православными Церквями, между православными и еретиками схизма невозможна, ибо это уже не схизма, не раскол. Отсюда следует простое доказательство православности Западной Церкви. Западное православие осталось в католическом (вселенском) состоянии, восточное же православие приняло схизматическое (раскольническое) состояние.
Следовательно, догматические споры это только прикрытие горделивого раскола. Догматические споры умесны с еретиками, но не между православными.

Смертью смерть попрал. Смерть побеждена, радуйтесь, люди! Мы не умрем - будем жить!

Противники католичества утверждают что Церковь построена не на Петре, а на вере Петра.
Если следовать их мнению, то получается что Церковь и вовсе не построена на Апостолах, а только на вере Апостолов.
Значит никаких двенадцати оснований Церкви нет, ибо вера Апостолов одна.
До чего тогда можно дойти?
 Да здесь православием и не пахнет, это протестантизм.

Матф.16,18 и Я говорю тебе: ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; 
19 и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах

Прошу вас, комментируйте на странице ролика!!!Перейти

Стоя перед Лурдским гротом, слыша за спиною шум текущей Гавы и глядя, задирая голову, на мощную базилику, что вознеслась над скалами, поросшими кустарником, невольно думаешь: вот, сто пятьдесят лет назад здесь были только эти скалы, кустарник и шум потока. Сегодня здесь – одно из самых чтимых, величественных и посещаемых святилищ на земле. Откуда что взялось? – «Из ничего и будет ничего!»: с таким очевидным принципом не поспоришь. То, что с такой наглядной очевидностью возникло на этом месте: величественные базилики, от трех до четырех миллионов паломников ежегодно, многотысячные ежедневные процессии, – непреложно свидетельствует: было, что-то было, что вызвало все это к жизни!.

…А была сначала только маленького роста болезненная девочка-подросток из нищей семьи, по имени Бернадетта Субиру. Сюда, на берег Гавы, она пришла с сестренкой и кузиной за хворостом. Девочки собирали не только хворост: река нередко выносила на берег кости погибших животных, и они тоже шли в дело – их жгли на сажу для изготовления краски. Грошовый, но приработок! (К слову сказать, семейство Субиру так обнищало, что жили они в помещении бывшей муниципальной тюрьмы – «бывшей» потому, что условия там были признаны непригодными для содержания заключенных).


Тот день, 11 февраля 1858 года, оказался для добытчиц неудачным, ничего особого найти не удалось, и девочки уже собрались уходить. Между гротом и Гавой в те времена имелась неглубокая протока, и спутницы Бернадетты смело зашлепали по ней вброд, однако Бернадетта замешкалась – боялась промочить чулки и простудиться. Она приотстала, нагнулась, чтобы снять чулки, и тогда, оглянувшись, увидела… Нет, Бернадетта не знала, что именно или Кого она увидела. Поняла только, что видит нечто необычное: Даму необычайной красоты.


Дама стояла на возвышеньи в гроте, как на постаменте: сегодня на этом месте установлена статуя Пресвятой Богородицы Лурдской. В подножии статуи выведены слова, которые когда-то услыхала Бернадетта: «Que soy era Immaculada Counceptiou». На местном диалекте это значит: «Я – Непорочное Зачатие». Но прозвучали эти слова не в первый день явлений, не 11 февраля, а позже. Поэтому Бернадетта говорила о Ней «Дама». Девочка не сразу признала в Даме Пресвятую Богородицу.


В первый момент она даже испугалась, и потому, когда неде-лю спустя все-таки пришла сюда снова, то принесла с собою пузырек святой воды; но когда подняла руку с этим пузырьком, чтобы окропить видение, Дама улыбнулась, Сама подняла в ответ руку, в которой держала четки Розария, и осенила себя крестным знамением.


В следующий раз, 24 февраля, Дама велела Бернадетте «пить и омываться из источника», и указала на совершенно сухое место на полу грота.


Девочка стала на колени, принялась разгребать ногтями сухую твердую почву, и вот ямка заполнилась мутной водой, и Бернадетта принялась черпать и пить ее горстями. Приток воды усилился, скоро потянулась струйка, затем она выросла в ручеек, потом в ручей. Этот ручей течет там до сих пор, и тысячи людей со всего света – до 60 тысяч больных в год – находят в его воде помощь и укрепление. Духовная помощь здесь подается каждому, телесное здоровье обретает, нет, не каждый, но исцеления насчитываются тысячами. Придирчивая медицинская комиссия, рассмотрев их по специальной строгой процедуре, признала чудесными около шестидесяти исцелений. На деле их гораздо больше, просто далеко не всякий больной спешит зарегистрироваться согласно строгой процедуре. (Я помню по фотографиям, что в гроте висели десятки костылей, оставленных там исцеленными. Когда я сам попал впервые в Лурд, костылей оставалось только три-четыре, а сейчас ни одного больше не висит. Какая-то странная «политкорректная» робость…).


Слухи об удивительных явлениях и об источнике разнеслись по городку сразу. Уже 4 марта у грота собралось восемь тысяч человек. «Даму» видела только Бернадетта, но остальные видели Бернадетту, и этого было достаточно. Бернадетта менялась, преображалась. Они ведь знали эту девочку – убогую, неграмотную, – она и по-французски-то не говорила, вот почему «Дама» назвалась на местном диалекте! А назвалась Она в ответ на просьбу Бернадетты, а попросила Бернадетта Ее назваться по настоянию лурдского кюре, аббата Пейрамаля, который поначалу относился ко всему весьма скептически. И вот, услышав, как назвала Себя Дама, Бернадетта помчалась в город, вверх по крутой тропинке, сообщить ответ господину кюре, а чтобы не забыть непонятные слова, непрестанно повторяла на бегу: «Que soy era Immaculada Counceptiou!.. Que soy era Immaculada Counceptiou!..» – «Я – Непорочное Зачатие».


Но что же значат эти непонятные, непредставимые в устах неграмотной пастушки слова: «Я – Непорочное Зачатие»?


Это понятие зародилось давно, за пятьсот лет до Бернадетты, в XIII веке. Уже тогда выдающийся францисканский богослов той эпохи, Дунс Скотт, высказал свое убеждение в том, что Пречистая Дева Мария, Матерь нашего Спасителя Иисуса Христа, никак не могла быть ни одного мгновения причастна порче и пороку, которые с Адама и Евы тяготеют над каждым человеком, их потомком, в результате первородного греха. Сын Божий, Иисус Христос, зачатый от Духа Святого, никак не мог бы воплотиться в существе, хоть на мгновение подверженном греху и скверне. А это значит, что ради Своего предназначения быть Матерью Спасителя, Пречистая Дева Мария была, специальным действием Божьей благодати, предохранена от скверны первородного греха и всех иных грехов с самого Своего зачатия. Слова «Непорочное Зачатие» означают именно это. (Не надо думать, что непорочность зачатия предполагает какое-то нарушение природной, физиологической стороны дела. В отличие от бессеменного зачатия Господа нашего Иисуса Христа, Пресвятая Дева Мария была зачата Своими родителями обычным, естественным образом. Исключительной была только духовная сторона этого события: его непорочность).


Рассуждение Дунса Скотта выглядело безупречным; но Церковь не спешит предлагать даже самые безупречные рассуждения своих богословов в качестве догмата, что значит, истины веры, обязательной для каждого христианина, без основательного, тщательного исследования. В данном случае исследования и обсуждения епископов и богословов длились добрых пятьсот лет. Папа Климент XI (годы понтификата 1700-1721) установил на день 8 декабря обязательный праздник Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии, что означало фактическое признание Церковью данного положения. Но окончательное, каноническое признание состоялось 8 декабря 1854 года, когда Папа Пий IX в булле Ineffabilis («Непорочное») провозгласил Непорочное Зачатие Пресвятой Девы Марии догматом католической веры. И вот, четыре года спустя, этот догмат получил такое неожиданное и весомое подтверждение.


Бернадетта не читала богословских книг; на тот момент она вообще не умела читать. Но католические догматы и богословские дискуссии лежали далеко за пределами внимания отнюдь не только неграмотной пастушки. Сколько людей и тогда, и в наши дни, и самых образованных, и даже верующих, считали и считают богословие излишним умствованием, а богословов чуть ли не бездельниками? – В редком разговоре о схоластах не обойдется без иронического упоминания много-умных дискуссий о том, сколько ангелов может разместиться на кончике иглы… Между тем, даже этот абстрактнейший вопрос был вовсе не так бесполезен, как думают насмешники: ведь как раз из обсуждения подобных вопросов развилась формальная логика, основа основ любой науки.
Догмат о Непорочном Зачатии не исключение: многим кажется, что для спасения совсем не обязательно входить в такие тонкости. Ну, что ж, пусть они спросят об этом у тех, кто оставил в Лурде свои костыли. Или тех, кто там оставил свои грехи: таких гораздо больше.


А что же Бернадетта? – С обычной человеческой точки зрения, девочку можно только пожалеть. Удостоившись с 11 февраля по 6 июля 1858 года шестнадцати явлений, оказавшись в центре восторженного внимания, она в дальнейшем не испытывала больше никаких особых милостей, напротив. Лучше всего свою судьбу описала она сама: «Я как веник после уборки. Когда им подметут, его ставят в угол и больше о нем не вспоминают». «В угол» Бернадетту поставили на весь остаток ее жизни, впрочем, недолгой: в тридцать пять лет, 16 апреля 1879 года, она умерла от туберкулеза. Туберкулез тогда не лечили, перед смертью она страшно мучилась, но еще больше, может быть, мучилась она в те годы до смерти, когда сестры монастыря Сен-Жильдар в Невере, куда она поступила в 1866 году, обращались с нею исключительно сурово, видимо, из профилактических соображений, чтобы эта маленькая визио-нерка не слишком о себе воображала.
Нет, она ничего о себе не воображала. Она себя считала скромным веником в углу.
Но, оказалось, там, где знают людям истинную цену, о ней рассудили иначе.


Тело Бернадетты погребли в дубовом оцинкованном гробу 19 апреля 1879 года. 22 сентября 1909 года, согласно процедуре начатого процесса беатификации, состоялось каноническое обследование тела. Гроб извлекли, раскрыли, и оказалось, что «тело Бернадетты, вопреки всем законам природы, ни в малейшей мере не подверглось процессам разложения и полностью сохранило удивительную свежесть и красоту» (см. предыдущую статью).


Подробный официальный отчет об эксгумации находится в архиве монастыря Сен-Жильдар. Там же, в монастыре, в стеклянном саркофаге, покоится и тело св. Бернадетты, до сего дня сохранившееся полностью нетленным. Нетленные мощи святых имелись и почитались в Церкви издавна. Но маленькая Бернадетта выглядит исключительно даже на этом великом фонe.

Святая Бернадетта, в убожестве хранившая надежду, в славе – смирение, и в испытаниях – покорность! Ныне, в Небесной Славе, испроси для нас благодать непорочности и нетления у прекрасной Дамы, Которая сказала о Себе: «Я – Непорочное Зачатие»! 

12 декабря в Мексике отмечают главный местный религиозный праздник - День Пресвятой Девы Марии Гваделупской.
Нерукотворный образ Девы Марии Гваделупской, вот уже пятое столетие хранящийся в специально построенной для него базилике, – величайшая святыня Мексики. Популярность ее распространяется далеко за пределы страны. Гваделупскую Деву называют «Покровительницей обеих Америк». А научные исследования образа, результаты которых опубликованы в последние годы, просто ошеломляют...

«ВСЕ, КТО ПОПРОСИТ МОЕЙ ПОМОЩИ, ПОЛУЧАТ ЕЕ...»
История образа связана с явлением Девы Марии 17-летнему крестьянину-индейцу Хуану Диего 9 декабря 1531 г. близ Мехико, на холме Тепейяк. Богоматерь обратилась к юноше с пожеланием, чтобы «вы построили церковь на этом месте, где ты и твои братья смогут почувствовать мое сострадание к вам. Все те, кто искренне попросит моей помощи, получат ее здесь, на этом месте».

Хуан Диего явился к епископу Хуану де Сумарраге и передал ему эти слова. Выслушав индейца, епископ попросил, чтобы Дева Мария каким-либо знамением подтвердила сказанное. Хуан вернулся к холму Тепейяк и снова увидел Деву. «Я дам такое знамение, – сказала она. – Жду тебя на этом месте завтра». Когда юноша снова пришел, то увидел расцветший на бесплодной скале пышный куст роз. Рядом с ним стояла Пресвятая Дева. «Вот мое знамение, – сказала она. – Возьми эти розы, заверни в свой плащ и отнеси епископу. На этот раз он поверит тебе».

Когда Хуан Диего предстал перед епископом и его советниками и развернул плащ, все упали на колени: на плаще чудесным образом оказался запечатленным лик Пресвятой Девы...

Многие антропологи находят в культе Пресвятой Девы Марии Гвадалупской следы древних индейских традиций, уходящих корнями в глубину веков, сообщает Труд со ссылкой на ИТАР–ТАСС. По легенде, до прихода в эти земли европейцев на горе Тепейяк располагалось святилище ацтекской богини Тонацин. Как пишут испанские хронисты, в возведенном католическом храме индейцы некоторое время продолжали молиться этому божеству. О древних обычаях напоминает и ритуал, неизменно сопровождающий эти торжества. В канун праздника по всей стране разносится огонь, зажженный от свечей в базилике. Во времена ацтеков, в свою очередь, существовал ритуал 'нового огня', когда по завершению календарного цикла из столицы Теночтитлана (современный Мехико) по всей империи гонцы разносили факелы с 'новорожденным пламенем'. Источник: Turist.ru

В РЕСТАВРАЦИИ НЕ НУЖДАЕТСЯ!Научный интерес к нерукотворному образу возник еще в ХVIII в. Систематические его исследования начались в 1948 г. За это время образ неоднократно подвергался тщательным анализам. Как и в случае с Туринской плащаницей, всякий раз использовались самые современные технические средства.

В 1976 г. мексиканские ученые Эрнесто Пальярес и Роберто Паласиос заключили: полотно, на котором запечатлен образ, соткано из волокон кактуса айяте. Этот материал очень недолговечен. Максимальный срок его существования – 2–3 десятилетия. Тот факт, что полотно сохраняется на протяжении уже 470 лет и никаких признаков гниения или распада на нем нет, с научной точки зрения необъясним.

Первые 200 лет образ хранился без каких-либо защитных покрытий, в копоти сотен свеч, в дыму кадил, на него воздействовали естественные атмосферные процессы. Любая икона, созданная человеческими руками, давно пришла бы в ветхость. Но на образе Гваделупской Девы все это не оставило ни малейших следов! Более того, результаты исследований показали, что материал, на котором запечатлен образ Девы Марии, по необъяснимым причинам не покрывается пылью, не подвержен влиянию влаги и гнилостных бактерий, воздействию насекомых и грибков.

КРАСОЧНОЕ ПОЛОТНО, СОЗДАННОЕ БЕЗ... КРАСОКВ 1977 г. образ исследовали американские и немецкие ученые, в числе которых был нобелевский лауреат, профессор химии Рихард Кун. Результаты этих исследований показали, что образ не мог быть создан человеческой рукой, так как на полотне отсутствуют следы грунтовки, разметки, предварительных набросков, следов кисти живописца. Метод создания образа современной науке неизвестен.

Ученых поразило и отсутствие пигментов естественного происхождения – минерального, животного или растительного. Синтетических пигментов тоже нет, но их в XVI веке и не знали! Каждый оттенок изображения представляет собой химическое соединение, молекулы которого непосредственно связаны с тканью. Там, где их нет, нет и цвета, а значит, и изображения.

Профессор Филип Каллахэн из университета штата Флорида (США) и его коллега Джоди Б.Смит в 1979 г. изучали образ в инфракрасных лучах. Они обнаружили, что при изменении угла наблюдения цвета образа меняются. Это явление известно как иридесценция, и оно не может быть воспроизведено искусственным путем – то есть образ Девы Марии не может быть рукотворным.

ЖИВЫЕ ГЛАЗА ИКОНЫ

Глаза Девы Гваделупской выглядят, как глаза живого человека. В них ученым удалось обнаружить и явление рефлексии, которое можно наблюдать лишь у живых людей и которое нельзя создать с помощью даже самых изощренных методов живописи.

А в 1929 г. фотограф Альфонсо Марке различил в правом глазу Девы лик бородатого мужчины. Спустя 20 лет исследователь Хосе Карлос Салинас Чавес подтвердил этот факт. Он выявил ясное изображение бородатого мужчины в правом глазу и несколько более худшее – в левом.

Открытием заинтересовались офтальмологи и физики. Результаты их исследований были обнародованы 27 марта 1956 г. Ученым удалось выявить в глазах образа Девы Марии эффект тройного отражения (явление Пуркинье-Сансона), характерный для глаз живого человека. Эти отражения находятся там, где им и положено быть согласно с упомянутым явлением, а деформация этих образов соответствует преломлению роговицы.

ОТКРЫТИЯ ДОКТОРА ТОНСМАННА
На протяжении последних 20 лет исследованием образа занимается перуанский ученый Хосе Асте Тонсманн. Он впервые использовал метод цифровой обработки изображений, применявшийся до этого лишь в космических исследованиях. В начале 2001 г. Тонсманн опубликовал результаты своих работ.

Увеличив размер зрачков образа в 2500 раз, ученый обнаружил нечто поразительное: в правом зрачке он различил изображение сидящего индейца.

Вторым образом, который распознал исследователь, было изображение индейца Хуана Диего. Потом он обнаружил лик пожилого мужчины. «Сначала я не мог понять, чье это изображение, – рассказывает Тонсманн. – Однако вскоре мне попалась на глаза картина художника Мигеля Кабреры, где я увидел похожее лицо. Это был портрет епископа Сумарраги».

Следующее открытие повергло ученого в ошеломление: это была фигура женщины явно негритянского облика. Негритянка в Мексике в 1531 г.? Этого не могло быть. Но тут на помощь пришли историки. Оказалось, что в завещании епископа Сумарраги есть упоминание о принадлежавшей ему семье негров-рабов.

Всего в правом зрачке глаза Девы удалось распознать 12 фигур. Все они разного размера, так как запечатлены в перспективе так, как если бы изображение было фотографией того, что видела Дева Мария. Сцена соответствует тому моменту, когда Хуан Диего разворачивал свой плащ перед епископом Сумаррагой.

Когда Тонсманн увеличил изображение левого глаза Богоматери, то оказалось, что в его зрачке имеются такие же фигуры, однако находящиеся под другим углом и с иными пропорциями, что объясняется оптическим эффектом при отражении противостоящего объекта. Но на этом открытия Тонсманна не закончились.

ПОСЛАНИЕ ЛЮДЯМ ХХI ВЕКА?
В центре зрачков ученый выявил группу еще более мелких фигур, не связанную с первой. Это была индейская семья – муж, жена и дети. Самого маленького ребенка женщина несет на плечах. Доктор Тонсманн видит в этом открытии своеобразный знак, данный Пресвятой Девой, адресованный нам, людям нынешней эпохи.

«Нельзя не удивляться тому, что эти микроскопические изображения оставались в неизвестности почти 500 лет, прежде чем современная техника позволила их распознать, – говорит Тонсманн. – Это свидетельствует только о том, что послание Девы Марии ждало своего часа. Образ семейства служит для нас напоминанием о том, какое огромное, непреходящее значение имеет семья. Это особенно актуально в наше время, когда этот важнейший общественный институт пытаются задвинуть на задний план». Исследователь полагает, что образ семьи в зрачках Девы Гваделупской духовно связан с нашим антигуманным временем, которое серьезно угрожает нравственному облику человечества, и в первую очередь – семейным устоям.