ПО4ЕМУ НЕ ХОТИТЕ ВСТРЕ4АТСЯ?))) ЗА4ЕМ ЭТО СООБЩЕСТВО? БЕЛАЯ ВОЛ4ИЦА ВООБЩЕ ЗАБЛОКИРОВОЛА СВОЙ МИР))) Я В ПЕ4АЛИ!!!!!!!!!

привет мои любимые братья и сестрам предлагаю вам всем в стретиться в воскресенья буду о4ень рад вас видеть,объсудем 4то нибудь ,погаворим о 4ем нибудь.  

Как - бы не было сегодня,
Знаю будет толк,
Ты прости меня шальную,
Одинокий волк.

Не ищу покоя в жизни,
Это не по мне,
Ветер рвет упрямо тучи,
Струны рвет во мне.

Я глаза, чуть - чуть прищурю
Улыбнусь заре
Береги, меня, родной мой
В нашем январе.

Пусть глаза мои не плачут,
Пусть не дрогнет жизнь,
Пусть в душе утихнут грозы,
Пусть наступит штиль.

Я твоя, мой милый, Правда,
Верность я твоя,
Лебединой песней вспыхнет,
Наша алая заря.

автор Екатерина Комарова
Кемерово 1897г

как делишки? жалоб нет не у кого? я вас люблю наша стая вы самые сильные и смелые))))

как дела ребята))) 4то нового?))) как поживаете?

Мы вольные звери,
Мы стая волков.
Мы в бога не верим,
Но верим в Богов.
Они – наши Предки,
Их Солнечный Свет
Теперь уже редко
Нам дарит рассвет.
Мы белыми были,
Как девственный снег,
Глаза голубые,
Изящный разбег,
Не думая долго,
По зову Богов
Мы брали за холку
Заклятых врагов.
В порыве едином
Под клич боевой
Врезались мы клином
Во вражеский строй.
Бок к боку сражались,
Теряя друзей,
Всегда добивались
Мы цели своей.

Они прекрасней всех на свете,
Они быстрее всех собак.
Помчатся сквозь густые степи,
И свергнут всех в своих краях.

Все люди называют их волками,
Но все не знают как они живут.
Они не убивают без причины,
И защищают только тех кто слаб.

Не знают в жизни поражений,
Но знают боль и пустоту.
Поэтому когда им одиноко,
Они взвывают на луну.

УВАЖАЕМАЯ СТАЯ!!!!!!!!!!ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС  С НОВЫМ 2012 ГОДОМ!!!!!!!!!!!ЖЕЛАЮ ВАМ ВСЕМ КРЕПКОГО ЗДОРОВЬЯ,ЯРКИХ ЖИЗНИНЫХ ОЩУЩЕНИЙ,ВЕРНЫХ И ДОБРЫХ ДРУЗЕЙ,КРЕПКОЙ ПРИКРЕПКОЙ ЛЮБВИ И ВСЕГО САМОГО
 
 
 
 
 

Волки! Приветствую всю стаю достойнейших и благородных волков. В этом уходящем году  мы стали стаей и это не просто событие - мы приобщились к миру лесных троп , охоты , азарта  и конечно же поиска самих себя  в новых творческих начинаниях -А , на что мы способны!!? И проводим уходящий  год , не забывая , что в 2011 году мы объединились... И пусть в Новом наступающем году Наша стая пополняется новыми , красивыми , благородными , смелыми и умными волками достойных самой сути волка! Желаю вам всем , братья и сёстры  Здоровья , успехов во всех как начинаниях , так и результатов . Всем огромной любви на личных лесных просторах  и главное пусть наступающий новый год для вас будет похож на увлекательнейшую охоту . Приключений вам - истинные романтики! С наступающим 2012 годом , братья и сёстры!!!

ВОЛКИ НАШЕЙ СТАИ! ДРУЗЬЯ! ПОЗДРАВЛЯЮ ВСЕХ С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ! УСПЕХОВ, УДАЧИ ВАМ НА ТРУДНЫХ ВОЛЧЬИХ ТРОПАХ! У КОГО ЕСТЬ КАКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЮ СТАИ - ПИШИТЕ! РАССМОТРИМ УЖЕ В НОВОМ 2012 ГОДУ. С НАСТУПАЮЩИМ ПРАЗДНИКОМ ВАС!

Волк
— хищный зверь, периодически становившийся очень опасным в Центральной
Европе вплоть до нового времени; неудивительно, что в сказках он играет
роль опасного для человека зверя и постоянно выступает как враг в образе
животного. Появляются превращенные в волков, жаждущие крови люди
(вервольф — человек-волк). В древненордической мифологии закованный
гигантский волк Фенрир в последней битве (конец света) разрывает свои оковы, проглатывает солнце и погибает в битве с отцом всего сущего Одином, в которой тот тоже находит свою смерть.

В античности волк считался «животным-призраком», один вид
которого лишал речи. Геродот и Плиний сообщали, что члены скифского
племени нойроев один раз в году превращались в волков, после этого снова
принимали человеческий облик. За этим может скрываться воспоминание о тотеме волка племени; Чингисхан тоже прославился тем, что происходил от серо-голубого, порожденного высоким небом (Тенгри) «избранного волка».

У римлян появление волка перед битвой могло считаться символом будущей победы, так как он относился к богу войны Марсу.
Напротив, спартанцы перед битвой под Лектрой (371 г. до н.э.) боялись
поражения, когда в их полчища ворвались волки. Хотя волк может
восприниматься как символ утреннего солнца, так как «видит ночью»
(Аполлон Ликиос), все же перевешивает его негативное значение как
воплощение диких и сатанинских сил. В Древнем Китае он тоже олицетворял
жадность и жестокость; «волчий взгляд» означает недоверие и боязнь перед
появляющимся в толпе хищным зверем. Только у народов туркестанских
степей волк, как упоминалось, воспринимается как тотем рода; они носят
знамена и штандарты с волчьей головой.

Противоположностью являются легенды, в которых волчицы
вскармливают и выращивают детей (так, например, рассказывается в мифе в
районе Ордоса в Северном Китае). Вызывающий страх хищный зверь при
определенных обстоятельствах может также стать могучим защитником
беспомощного создания, хотя в двойственном восприятии его образа чаще
всего перевешивает страх перед «злым волком». В христианстве волк
выступает прежде всего как символ дьявольского врага, угрожающего стаду
верующих. Только святым дана власть своей любящей силой убеждения
превратить дикость рвущегося зверя в «благочестие» — например, св.
Франциску Ассизскому, Вильгельму из Верчелли (который оседлал волка),
св. Эрве и Филберту Юмьежскому. Св. Зимперт Аугсбургский спас ребенка из
пасти волка и вынудил зверя вернуть его матери.

Сама «пасть ада» изображается частично как пасть дракона,
частично как пасть огромного волка. В позднеантичном и
раннехристианском «Физиологе» («Phisiologis») волк является «хитрым и
злобным зверем», который при встрече с человеком притворяется хромым,
чтобы затем напасть на него. «Святой Василий сказал: таковы хитрые и
коварные люди. Когда они встречают добрых людей, то притворяются, что
безвинны и не имеют злых намерений, но их сердце
полно ожесточенности и хитрости». «Волк в овечьей шкуре» — символ
соблазняющего лживого пророка, цель которого — испортить простодушных.
Известные символические выражения звучат, например, так: «поставить
волка стеречь овец»; «с водлами жить — по-волчьи выть» (приспосабливаться); «местность, где волки желают себе «доброй ночи»
(Шпессарт, под Гриммельсхаузеном), наконец, «видеть волка» или «быть
увиденным волком» — определение «безымянного парализующего страха».

То, что такие святые, как св. Вольфганг и св. Люпус, изображались вместе с волками, является только намеком на их имена.

В образном мире алхимии идет речь о «Lupus metallorum» («Волке металлов»), проглатывающем льва (золото),
чтобы его «освободить». Здесь говорится о процессе очищения
загрязненного золота с помощью антимона; антимон — «серый волк»
алхимической лаборатории.

То, что веддьмы часто изображались скачущими верхом на волках или даже превращенными в волков, связано с соединением идеи волка и дьявола.

Волк как символ хитрости и коварства встречается в сказках, где проповедует овцам, или в «Волке и журавле», где журавль вынимает у волка из глотки застрявшую кость,
но его награда лишь в том, что у него не была откушена голова: «Таковы
неблагодарные богачи, живущие за счет труда бедных». В психологической
символике господствует мнение о том, что опасные стайные звери, словно
«степные волки», могут ворваться в культурную страну души, и человек,
который видит их во сне, призывается стать проводником больших чужих
энергий, что не может происходить без высвобождения сильного напряжения.
В то время как психоанализ Фрейда в течение длительного времени не смог
полностью освободить «человека-волка», школа К. Г. Юнга рассматривала
видения волков в целом как угрозу со стороны необузданных сил, которые
бывают как «разумными», так и бескомпромиссными. Одновременно она
указывала на то, что в сказках этот «инстинкт рвать на куски» может
обвести вокруг пальца проницательный ребенок или козленок и уж наверняка
одолеть взрослый охотник.

Кроме
того, современное исследование поведения волка давно показало, что он
не до конца заслужил свою испорченную репутацию и при целенаправленном
изучении характера его реакций может быть побужден к «сосуществованию» с
человеком, который действует как вожак стаи.

Позитивные черты волка упоминал еще Беклер (1688): «Волк
олицетворяет собой настороженность и осторожность, из-за которых
название и образ этого животного берутся в гербы; волк умеет с таким
умом находить добычу, что только охотник может захватить его врасплох».

Но в средневековых бестиариях он только дьявольский зверь; глаза
волчицы сверкают в ночи, как фонари, которые лишают человека ума. Дьявол
тоже лишает человека сил кричать (молиться), и его глаза ярко сияют,
«так как некоторые дела дьявола ослепляют и кажутся простодушным людям
красивыми и полезными» (Унтеркирхер).

Кажущиеся мифическими сообщения о «волчьих детях», т. е. о
воспитанных волками найденышах, известны не только в Индии (ср. «Книга
джунглей» Киплинга), но и в фольклоре Европы, возможно, инспирированные
римской легендой о Капитолийской волчице, вскормившей своим молоком Ромула и Рема.

Человек проснулся ночью от хриплого рычания зверя. Рядом с кроватью
стоял Волк. Его фосфорные глаза едва рассеивали полумрак комнаты,
светились зловеще, как призрачные блуждающие огни на ночном болоте.
Человек закричал, и Волк растворился в пустоте.
Хищник приходил
теперь часто. Останавливался у самого изголовья, клал косматые лапы на
подушку, тихо рычал, обжигая своим дыханием лицо Человеку, а иногда,
подняв голову, выл. Он словно хотел что-то сказать, но Человек боялся и
не понимал.
Так прошло два года, и однажды Волк пришел совсем седой.
Он больше не рычал, лишь смотрел в глаза Человеку, печально и
удивительно осмысленно. И Человеку захотелось прикоснуться к хрупкой
шерсти старого Волка.
Когда несмелые пальцы дотронулись до зверя,
Человек вдруг понял, что до сих пор у него была лишь половина души. И в
тот миг Человек и Зверь стали Одним... И Он познавал себя, бесконечно
удивляясь и радуясь. Он прикасался к вещам, и, как дивный цветок, внутри
вещи распускался Мир Сотворенный. Он пел песню бесконечности и Луна
говорила с Ним на мертвых языках. Он называл древних богов по имени, и
боги являлись к Нему. Он знал, как родилась Вселенная...
А утром Он
вновь стал двумя. Волк навсегда ушел в пустоту, весь белый, и старый, и
слабый; Человек же упал на кровать, сломленный неведомым его роду горем,
и молил богов о смерти, тех самых богов, что говорили с ним этой
ночью...
И больше не суждено было стать Одному. Человек слишком
поздно понял Зверя. Вторая половина души умерла вместе со старым Волком.
Осталась лишь горечь памяти, от которой нельзя отказаться. Человек
написал много книг, удивительных, красивых, светлых. Он написал сказку о
белом Волке и поэму Обретения – обретения себя через любовь ко всем
тварям земным, и возлюбил он все живое, как самого себя. Но до конца
жизни он молился Богу перед сном, чтобы вернулся к нему Волк, чтобы
вновь стал он цельным, завершенным, Одним. И когда в лунную ночь
Сотворенные Миры шептали ему свои волшебные истории, Человек плакал...

ПРИВЕТ БРАТЬЯ И СЕСТРЫ,,,,Я ПРЕДЛОГАЮ УСТРОИТЬ ВЕ4ИРИНКУ,,,НАДО СОБРАТСЯ !!!!! В МЕСТЕ ОБСУДИТЬ 4ТО НИБУДЬ

***
Одинокая птица над полем кружит,
Догоревшее солнце уходит с небес.
Если шкура сера и клыки что ножи,
Не чести меня волком, стремящимся в лес.
Лопоухий щенок любит вкус молока,
А не крови, бегущей из порванных жил.
Если вздыблена шерсть, если страшен оскал,
Расспроси-ка сначала меня, как я жил.
Я в кромешной ночи, как в трясине, тонул,
Забывая, каков над землей небосвод.
Там я собственной крови с избытком хлебнул
До чужой лишь потом докатился черед.
Я сидел на цепи и в капкан попадал,
Но к ярму привыкать не хотел и не мог.
И ошейника нет, чтобы я не сломал,
И цепи, чтобы мой задержала рывок.
Не бывает на свете тропы без конца
И следов, что навеки ушли в темноту.
И еще не бывает, чтоб я стервеца
Не настиг на тропе и не взял на лету.
Я бояться отвык голубого клинка
И стрелы с тетивы за четыре шага.
И боюсь одного - умереть до прыжка,
Не услышав, как лопнет хребет у врага.
Вот бы где-нибудь в доме светил огонек,
Вот бы кто-нибудь ждал меня там, вдалеке...
Я бы спрятал клыки и улегся у ног.
Я б тихонько притронулся к детской щеке.
Я бы верно служил, и хранил, и берег -
Просто так, за любовь - улыбнувшихся мне.....
Но не ждут, и по-прежнему путь одинок,
И охота завыть, вскинув морду к луне.

• Душа  волчицы  -  одинокий  путь..

Ушла  в  скитание-судьбу  свою  приняв..

и  только  ночь  заменит  радость  дня

волчице  снова  в  грусти  не  уснуть..


Душа  волчицы  -  одинокий  свет..

и  пусть  так  много  крутится  заразы

чтобы  обнять  волчицу..

только  сразу..

в  ответ  оскалится.....рыча  упорно  НЕТ..


Душа  волчицы  -  отдана  тебе..

но  так  случилось  -  вместе  быть  не 
можем

так  пусть  тогда  скитание  поможет

чтобы  принять  безвыходность  в  судьбе..


Душа  волчицы  волку  отдана..

И  если  ей  с  душой  своей  не  быть..

Не  думай,  что  легко  забыть 

Того-с  кем  была  целостность  одна

Шел дождь. Вечерело.
Вдоль проселочной дороги медленно брел волк. Мокрый тусклый мех то и дело
взлохмачивали порывы ветра. Нос привычно морщился от резких запахов, исходящих
от дороги, но волк уже привык…


 Вдруг
резкая боль в животе заставила его на миг остановиться. Голод… Вот уже долгое
время он живет впроголодь – с тех пор, как началось строительство новой дороги.
Когда-то это был сильный, красивый зверь, а теперь его тень, еле переставляя
лапы, бредет по краю дороги. В свое время этот пушистый хвост гордо развевался
на ветру, а теперь почти волочился по грязи. Живые, блестящие глаза цвета
янтаря потускнели и стали больше походить на стеклянные шарики. На некогда
лоснящихся боках показались ребра.


Волк повел ухом – приближалась машина.
Промчавшийся автомобиль обдал серого зверя брызгами и волной ненавистного
запаха. У волка не было сил даже отряхнуться. Он продолжил свой путь, лишь
слабо оскалив все еще белоснежные клыки.


Волк еще помнил те счастливые времена, когда в
родном лесу было полно дичи, свежий воздух, свежая вода… Волк поморщился от
нового приступа боли. Словно какой-то кинжал то и дело впивался в желудок. Все
из-за того зайца… На днях  серый хищник
нашел тушку русака и тут же проглотил, но через некоторое время желудок
извергнул съеденное – отраву. Голодный зверь не заметил запаха из-за одуряющего
аромата пищи. Но какое-то количество яда, наверное, все-таки осталось, и теперь
кроме голода волка еще мучило недомогание.


«О, люди! Что же вы делаете?» – хотелось взвыть
несчастному животному, но оно все так же, молча, продолжало свой путь. Куда?
Волк и сам не знал. Он шел, повинуясь инстинктам. Искал пищу, новый дом,
спасение… Нет сил… Волк остановился и тяжело опустился на кромку замасленной
травы у дороги. Дернул ухом – снова машина…


Глеб ехал домой, в город. Настроение было
превосходное – недавно он окончил институт и все в жизни прекрасно! Но нет: Глеб
снова и снова возвращался к одной мысли.


- Что же мне выбрать? – пробормотал он вслух. Глеб
выучился на юриста, но он не был уверен, что действительно хочет этим
заниматься. Ему хотелось чего-то более значительного, хотелось изменить мир к
лучшему… но как? В раздумье Глеб посмотрел на обочину дороги и, пораженный,
нажал на тормоза – в свете фар мелькнули два уголька. Глеб вышел из машины с
фонарем и направил его свет на темное желтоглазое пятно. В свете фонарика он
различил большие лапы, серую шерсть, лобастую голову…


- Волк! – выдохнул Глеб, чуть не выронив свой
фонарь. – Настоящий волк!


Он поспешно шагнул назад. Очутившись рядом с
машиной, Глеб осмелел и застыл, боясь вспугнуть зверя, чтобы посмотреть, что
тот будет делать…


Когда завизжали тормоза, волк поднял голову и
удивленно посмотрел на остановившуюся машину. Раньше они никогда не
останавливались. Затем из машины выбрался его злейший враг человек. Волк попытался
вскочить, но лапы подкосились, и серый зверь вновь упал в грязь. Принюхавшись,
волк тут же поморщился – он даже отсюда ощущал запах страха, волнами идущий от
человека. Сам волк почти не боялся. Он не боялся смерти, скорей желал ее. Но
природа оказалась сильней, и волк, сделав неимоверное усилие, поднялся и вновь
взглянул на своего врага…


Глеб невольно охнул, когда серый зверь поднялся
из грязи. «Кожа да кости!» - пробормотал он. В нем всколыхнулась жалость к
этому грозному хищнику, дошедшему до такого состояния. Глеб, словно
завороженный, смотрел в глаза дикого зверя. Вдруг его осенила мысль, и он стал
рыться в своей сумке…


Волк все так же стоял на дрожащих лапах, пытаясь
понять, что собирается делать человек. Вдруг тот осторожно шагнул вперед,
протягивая вперед руку. Волк глухо заворчал и попытался отойти. Внезапно порыв
ветра донес до него прекрасный, божественный аромат – запах пищи. Волчьи ноздри
затрепетали, пасть приоткрылась. Запах исходил от протянутой руки… Человек
осторожно кинул кусочек к ногам зверя. Мгновение волк смотрел на кусок мяса,
весь трепеща, а затем, взглянув прямо в глаза своему врагу, медленно двинулся в
сторону леса…


Глеб застыл, стоя рядом с автомобилем, и глядел
вслед волку. Он никогда не забудет этот взгляд. Волк, это бессловесное
животное, смотрел на него с такой тоской, болью и гордостью… Серый зверь
презирал человечество. Презирал за то, что оно делает… Глядя в лицо голодной
смерти, он не пожелал принять спасение из рук своего губителя. Он предпочел
смерть! А ведь он, Глеб, тоже терзает волка, природу! Терзает своим
равнодушием… Вдруг он решился: он посвятит свою жизнь борьбе за спасение
природы! Он не сможет больше затыкать уши, чтобы не слышать плача всего живого
на этой земле! Глеб не помнил, сколько он так простоял, размышляя. Он вздрогнул
– над лесом пронесся душераздирающий вой…


Недалеко от дороги, собрав все свои оставшиеся
силы, выл волк. Выл долго, тоскливо, заунывно. Выл, вкладывая все свои чувства
в эту незамысловатую ноту. Кому он посвящал эту последнюю песнь? Уж наверно не
людям… Быть может он жаловался затянутому тучами небу на свою судьбу? Но ему
ли, гордо отказавшемуся принять спасение из рук человека, ему ли стонать и
скулить? О, нет! То была прощальная песнь миру, жизни, свету и… страданьям. Шел
дождь, и каждая капля дождя словно лишала волка капли сил. И как только замер последний
отзвук этого зова в волчьей груди, он упал на лесную подстилку и больше не
двигался. Последний вздох отлетел к равнодушному небу… Тихо шелестели капли по
мху. Шел дождь.