Глава 31 Талантливая
  -- Какова роль оборотней во всем этом? -- спросила Таня, уставившись на Джейкоба. 
  Джейкоб ответил прежде, чем Эдвард смог что-либо сказать. 
  -- Если Волтури не остановятся, чтобы выслушать правду о Несси, я имею в виду Ренесми, -- он поправился, вспомнив, что Таня не знает этого глупого прозвища, -- мы остановим их. 
  -- Ты очень храбр, парень, но это невозможно сделать даже более опытным, чем вы, бойцам. 
  -- Вы не знаете, на что мы способны. 
  Таня пожала плечами: 
  -- Конечно, это ваша собственная жизнь, распоряжайтесь ею как хотите. 
  Глаза Джейкоба обратились к Ренесми, -- все еще находящуюся на руках у Кармен вместе с Кейт, кружащей рядом с ними, -- и в его глазах нетрудно было увидеть тоску. 
  -- Она уникальная, единственная, -- размышляла Таня. -- Трудно сопротивляться. 
  -- Очень талантливое семейство, -- бормотал Элеазар, вышагивая. Его темп увеличивался, каждую секунду он успевал переместиться от двери до Кармен и обратно. -- Отец, читающий мысли, мать -- с непроницаемым разумом, и затем самое волшебное -- это экстраординарный ребенок, околдовавший нас. Интересно, есть ли название для того, что она делает, или это норма для гибрида вампира. Как будто такую вещь можно было бы когда-либо назвать нормальной! Гибрид вампира, поразительно! 
  -- Извини меня, - сказал Эдвард ошеломленным голосом. 
  Он протянул руку и поймал плечо Элеазара, поскольку тот собирался снова поворачивать к двери. 
  -- Что ты только что сказал про мою жену? 
  Элеазар с любопытством посмотрел на Эдварда, его безумная ходьба была моментально забыта: 
  -- Как я думаю - это щит. Она блокирует меня сейчас, так что я не могу сказать точно. 
  Я уставилась на Элеазара, сдвинув брови в замешательстве. Непроницаемый разум? Что он имел в виду, говоря о том, что я его блокирую? Я стояла прямо рядом с ним, совсем не обороняясь. 
  -- Щит? -- изумленно повторил Эдвард. 
  -- Ну да, Эдвард! Если я не могу видеть ее, то я сомневаюсь, что ты это можешь. Ты можешь слышать ее мысли прямо сейчас? -- спросил Элеазар. 
  -- Нет, -- пробормотал Эдвард. -- Но я никогда не мог это сделать. Даже когда она была человеком. 
  -- Никогда? -- моргнул Элеазар. -- Интересно. Это указывает на довольно мощный скрытый талант, если это проявилось так ясно еще перед обращением. Я не могу обойти ее щит, чтобы сказать точно. Но она должна быть не зрелой, ведь ей всего несколько месяцев. -- Он послал Эдварду сердитый взгляд. -- И очевидно она полностью не осознает, что делает. Полное незнание. Это даже забавно. Аро посылал меня искать такие аномалии во всем мире, а ты просто случайно наткнулся на это и даже не понимаешь, что ты имеешь. -- Элеазар недоверчиво замотал головой. 
  Я нахмурилась: 
  -- О чем ты говоришь? Как я могу быть щитом? Что это означает? -- Все, что я смогла представить, так это смешные средневековые доспехи. 
  Элеазар наклонил голову на одну сторону, исследуя меня. 
  -- Я предполагаю, что мы были чрезмерно формальны в отношении охраны. По правде говоря, классификация талантов очень субъективна; каждый талант уникален, ни один никогда не повторяется с той же точностью. Но тебя, Белла, довольно легко классифицировать. Таланты, которые являются просто защитными, которые защищают некоторую часть своего обладателя, всегда называют щитами. Ты когда-нибудь проверяла свои способности? Блокировала кого-либо, кроме меня и своего мужа? 
  Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сформулировать свой ответ, несмотря на то, что мой новый мозг работал быстро. 
  -- Это работает только с некоторыми вещами, -- сказала я ему. -- Моя голова выбирает... частично. Но это не останавливает Джаспера управлять моими эмоциями или Элис видеть мое будущее. 
  -- Просто умственная защита. -- Элеазар кивнул сам себе. -- Ограниченная, но сильная. 
  -- Аро не смог услышать ее, -- Эдвард вставил замечание. -- Хотя она была человеком, когда они встретились. 
  Глаза Элеазара расширились. 
  -- Джейн пробовала причинить мне боль, но не смогла, -- сказала я. -- Эдвард думает, что Деметри не сможет найти меня, и что Алек не сможет меня побеспокоить. Это хорошо? 
  -- Весьма, -- кивнул все еще потрясенный Элеазар. 
  -- Щит! -- сказал Эдвард. В его тоне чувствовалось глубокое удовлетворение. -- Я никогда не думал о том, что такое может произойти. Единственным, кого я встречал прежде, была Рената. То, что она делала, просто потрясало. 
  Элеазар немного пришел в себя. 
  -- Да, ни один талант не проявляется точно так же, потому что никто никогда не думает одинаково. 
  -- Кто такая Рената? Что она делает? -- спросила я. Рэнесми тоже заинтересовалась. Она отклонилась от Кармен так, чтобы видеть то, что происходит за Кейт. 
  -- Рената -- личный телохранитель Аро, -- сказал мне Элеазар. -- Очень практичный вид щита и очень сильный. 
  Я смутно помнила маленькую толпу вампиров, парящих вокруг Аро, в его жуткой башне: некоторые из них были мужчинами, некоторые -- женщинами. Я не могла вспомнить женские лица в неудобной "старой" памяти. Одной из них и была Рената. 
  -- Интересно... -- размышлял Элеазар. -- Видите ли, Рената -- мощный щит против физического нападения. Если кто-нибудь приближается к ней или Аро, ведь она всегда около него при ситуации опасности -- он оказывается... отраженным. Вокруг нее есть сила, которая отражает, хотя это почти незаметно. Ты просто идешь в другом направлении, чем планировал, со спутанной памятью относительно того, почему ты хотел сначала идти другим путем. Она может проецировать свой щит на несколько метров от себя. Она также защищает Кайуса и Маркуса, когда это требуется, но Аро -- ее приоритет. 
  -- Хотя то, что она делает, фактически не является физическим. Так же как огромное большинство наших даров он мысленный. Если бы она пробовала повернуть тебя обратно, интересно, кто бы победил? -- Он покачал головой. -- Я никогда не слышал о том, что бы дары Аро или Джейн не действовали. 
  -- Мама, ты уникальна, -- сказала мне Рэнесми без всякого удивления, как будто она комментировала цвет моей одежды. 
  Я чувствовала себя дезориентированной. Знаю ли я свой дар? Я уже и так имела свой суперсамоконтроль, который позволил мне пропустить первый ужасный год жизни новорожденного. Вампиры имели максимально только одну дополнительную способность, ведь так? 
  Или Эдвард был прав в начале? Прежде, чем Карлайл предложил, что мое самообладание могло быть чем-то неестественным, Эдвард думал, что моя сдержанность была только результатом хорошей подготовки - концентрация и отношение, так он говорил. 
  Кто был прав? Способна ли я на большее? Есть ли название или категория для того, кем была я? 
  -- Ты можешь проецировать? -- заинтересованно спросила Кейт. 
  -- Проецировать? -- спросила я. 
  -- Выставь это вокруг себя, -- объяснила Кейт. -- Огради кого-нибудь еще помимо себя. 
  -- Я не знаю. Я никогда не пробовала. Я не знаю, что должна делать. 
  -- О, ты можешь быть неспособна к этому, -- быстро сказала Кейт. -- Небеса знают, как я в течение многих столетий училась управлять электрическим током на своей коже. 
  Я ошарашенная уставилась на нее. 
  -- Кейт получила неприятный навык, -- сказал Эдвард. -- Подобный навыку Джейн. 
  Я вздрогнула и автоматически отпрянула от Кейт, она засмеялась. 
  -- Я не садистка, -- уверила она меня. -- Это только кое-что, что очень удобно во время боя. 
  Слова Кейт впитывались, начиная обретать смысл в моей голове. Огради кого-нибудь еще помимо себя, сказала она. Как будто был какой-то способ, чтобы впустить какого-либо другого человека в мою странную, изворотливую молчаливую голову. 
  Я вспомнила Эдварда, съежившегося на древних камнях в башне замка Волтури. Хотя это было человеческой памятью, это было более остро, более болезненно, чем большинство других воспоминаний, это было запечатлено в моем мозгу. 
  Что если я могла бы остановить это, если все повториться вновь? Что, если я могла бы защитить его? Защитить Рэнесми? Что если есть хоть маленький шанс, что я могу оградить их? 
  -- Ты должна научить меня как это делать! -- Настаивала я, легкомысленно хватая руку Кейт. -- Ты должна показать мне как! 
  Кейт вздрогнула от моего прикосновения: 
  -- Возможно. Если ты прекратишь пробовать сокрушить мою защиту. 
  -- Упс! Извини! 
  -- Ты хорошо защищаешься, -- сказала Кейт. -- Это движение должно было заставить тебя отдернуть руку прочь. Ты ничего не почувствовала сейчас? 
  -- Это не было необходимо, Кейт. Она не хотела причинить никакого вреда. -- Пробормотал Эдвард на одном дыхании. Ни один из нас не обратил на него внимания. 
  -- Нет, я не почувствовала ничего. Ты сейчас использовала свой электрический ток? 
  -- Да. Хм. Я никогда не встречала никого, кто не почувствовал бы этого, будь то бессмертный или нет. 
  -- Ты сказала, что проецируешь это? На свою кожу? 
  Кейт кивнула: 
- Обычно это находилось только в моих ладонях. Подобно дару Аро. 
  -- Или Рэнесми, -- вставил замечание Эдвард. 
  -- Но после большой практики я смогла излучать электрический ток по всему телу. Это хорошая защита. Любому, кто попробует дотронуться до меня будет больно в течение секунды, но и этого будет достаточно. 
  Я слушала Кейт вполуха, мои мысли витали вокруг идеи о том, что я смогла бы защищать свою небольшую семью, если бы научилась этому достаточно быстро. Мне было ужасно жаль, что я не способна к проецированию так же, как я была хороша в других аспектах жизни вампира. Моя человеческая жизнь не подготовила меня к вещам, которые были естественны, и я не могла заставить себя поверить в эту способность. 
  Я чувствовала себя так, как будто я никогда ничего не хотела до этого так ужасно: быть способной защитить тех, кого я люблю. 
  Поскольку я была столь озабоченна, я не замечала тихий обмен мыслями, продолжающийся между Эдвардом и Элеазаром, пока он не перелился в разговор. 
  -- Ты можешь думать хотя бы об одном исключении? -- спросил Эдвард. 
  Я повернулась, чтобы понять смысл его комментариев и поняла, что все уже уставился на этих двух. Они склонились друг, к другу пристально наблюдая, выражение Эдварда -- напряженное и подозрительное, Элеазара -- несчастное и неохотное. 
  -- Я не хочу так думать о них, -- процедил Элеазар. 
  Я была удивлена внезапной сменой атмосферы. 
  -- Если ты прав... -- снова начал Элеазар. 
  Эдвард оборвал его: 
  -- Мысль была твоя, не моя. 
  -- Если я прав..., я не могу даже понять, что это означало бы. Это изменило бы все в мире, который мы создали. Это изменило бы значение моей жизни. Частью чего я был? 
  -- Твои намерения всегда были наилучшими, Элеазар. 
  -- Это имеет значение? Что я сделал? Как много жизней... 
  Таня положила свою руку на плечо Элеазара в успокаивающем жесте: 
  -- Что мы пропустили, мой друг? Я хочу знать, чтобы я могла спорить с этими мыслями. Ты никогда не делал ничего, что бы стоило наказания. 
  -- О, не так ли? -- пробормотал Элеазар. 
  Он пожал плечами, освобождаясь от ее руки, и продолжил свою ходьбу вновь, еще быстрее, чем прежде. 
  Таня наблюдала за ним полсекунды и затем сосредоточилась на Эдварде: 
  -- Объясни. 
  Эдвард кивнул, его напряженные глаза следили за Элеазаром, пока он говорил. 
  -- Он пытался понять, почему так много Волтури собрались приехать, чтобы наказать нас. Это не их обычный способ решения проблем. Конечно, мы -- самая большая зрелая семья, с которой они имели дело, но в прошлом другие кланы объединялись, чтобы защитить себя, и они никогда не представляли большой опасности, несмотря на их количество. Мы более близко связаны, причина, но не основная. 
  -- Он вспомнил другие времена, когда семьи наказывали, убивая одного или всех, и вспомнил один случай того времени. Это был случай, который остальная часть охраны никогда не будет замечать, с тех пор как Элеазар стал тем, кто передавал подходящие сведения конфиденциально Аро. Случай, который повторялся каждое следующее столетие или около того. 
  -- Что это был за случай? -- спросила Кармен, наблюдая за Элеазаром, также как и Эдвард. 
  -- Аро не часто посещает церемонию наказания лично, -- сказал Эдвард. -- Но в прошлом, когда он хотел что-либо - это не публично оглашалось - он просто говорил, что клан совершил непростительное преступление. Древние решили бы продвинуться, чтобы понаблюдать, как охрана вершит правосудие. И затем, как только клан был почти разрушен, Аро давал прощение одному, в чьих мыслях было больше раскаянья. Всегда оказывалось, что этот вампир имел дар, которым Аро восхитился. Всегда этому вампиру давали место в охране. Одаренный вампир быстро соглашался, всегда испытывая огромную благодарность за такую честь. Не было никаких исключений. 
  -- Это должен быть опрометчивый выбор, -- предложила Кейт. 
  -- Ха! -- прорычал Элеазар, все еще шагая. 
  -- Есть одна среди охраны, -- сказал Эдвард, объясняя сердитую реакцию Элеазара. -- Ее имя - Челси. Она может влиять на эмоциональные связи между людьми. Она может, как ослабить, так и создать эти связи. Она может заставить кого-то чувствовать себя частью Волтури, хотеть принадлежать им, хотеть служить им... 
  Элеазар резко остановился: 
  -- Все мы поняли, почему Челси была важна. В борьбе, если бы мы могли сломать преданность между союзническими кланами, мы бы с легкостью могли нанести им поражение. Если бы мы могли эмоционально дистанцировать невинных членов клана от виновного, правосудие могло быть совершено без ненужной жестокости -- виновный, мог быть наказан без сопротивления, а невинные могли быть спасены. Иначе, было бы невозможно запретить всему, клану броситься в схватку. Челси ломала бы связи, которые держали их вместе. Мне это казалось большим благом, свидетельствовавшей о милосердии Аро. Я действительно подозревал, что Челси держала нашу, собственную семью, в более сильной связи, и был положительный момент. Это сделало нас более эффективными. Это облегчило наше совместное существование. 
  Это прояснило мои старые воспоминания. Раньше я не видела смысла в том, как охрана повиновалась своим повелителям с таким удовольствием, с почти возлюбленной преданностью. 
  -- Насколько силен ее дар? -- спросила Таня осипшим голосом. 
  Ее пристальный взгляд быстро коснулся каждого члена ее семейства. 
  Элеазар пожал плечами: 
  -- Я был способен уехать с Кармен, -- он покачал головой. -- Но что-нибудь более слабое, чем обязательства между партнерами в опасности. В нормальном, семье, по крайней мере. Более слабые обязательства, чем те, что есть в нашей семье, сломаются. Воздержание от человеческой крови делает нас более цивилизованными, это позволяет нам проявлять истинную любовь друг к другу. Таня, я сомневаюсь, что она смогла бы разрушить нашу преданность. 
  Таня кивнула, сделав вид, что её убедили, в то время как Элеазар продолжал размышлять. 
  -- Я думал, почему Аро решил отправиться сюда большой группой, и понял что его цель не наказание, а приобретение, -- сказал Элеазар. -- Он должен управлять ситуацией. Но он нуждается в полной охране для защиты от такого большого одаренного клана. С другой стороны, это оставляет других древних незащищенными в Вольтере. Слишком опасно -- кто-нибудь мог бы попробовать воспользоваться преимуществом. Так что все они прибудут. Как еще он может убедиться, что дары, которые он хочет, будут сохранены? У него, должно быть, острая необходимость в них, -- размышлял Элеазар. 
  Эдвард говорил шепотом, почти не отделимым от его дыхания: 
  -- Из того, что я видел прошлой весной в его мыслях, я понял, что Аро никогда ничего не хотел так же сильно, как Элис. 
  Я почувствовала, как у меня отвисла челюсть, вспоминая кошмарные картины, которые я недавно представляла: Эдвард и Элис в черных плащах с кроваво-красными глазами, их лица холодны и отстранены, поскольку они стоят как тени, рядом с Аро... Элис видела это раньше? Она видела, что Челси пробовала сломать ее любовь к нам, связать ее с Аро, Кайусом и Маркусом? 
  -- Поэтому Элис нас оставила? -- спросила я, вздрогнув от звука её имени. 
  Эдвард нежно коснулся рукой моей щеки: 
  -- Я думаю, что это должно было произойти. Чтобы препятствовать, Аро получить вещь, которую он хочет больше всего. Сохранить ее мощь подальше от его рук. 
  Я услышала Таню и Кейт, что-то тревожно бормочущих, и вспомнила, что они не знали об Элис. 
  -- Тебя он тоже хочет, -- прошептала я. 
  Эдвард пожал плечами, его лицо внезапно стало слишком сосредоточенным: 
  -- Не так сильно. Я не могу в действительности дать ему что-то большее, чем он уже имеет. И, конечно, это зависит от его способа вынудить меня сделать это. Он знает меня, и он знает, что это вряд ли случиться. -- Он саркастически поднял одну бровь. 
  Элеазар, нахмурившись, глядел на беспечность Эдварда: 
  -- Он также знает твои слабости, -- Элеазар резко остановился и посмотрел на меня. 
  -- Это не то, что мы должны сейчас обсуждать, -- сказал Эдвард быстро. 
  Элеазар проигнорировал намек и продолжил: 
  -- Вполне вероятно. Что ему будет нужна и твоя жена. Он должен быть заинтригован талантом, который смог бросить ему вызов еще в человеческом воплощении. 
  Эдварду была неприятна эта тема. Мне тоже не понравилось. Если бы Аро хотел, чтобы я сделала что-нибудь, ему лишь стоило поставить жизнь Эдварда под угрозу, и я подчинилась бы. И наоборот. 
  Действительно ли смерть была наилучшим из зол? Действительно ли мы должны опасаться смертельной опасности того, кого любим? 
  Эдвард сменил тему: 
  -- Я думаю, что для Волтури нужен был какой-то предлог. Они не могли знать, в какую форму выльется их оправдание, но план был готов еще до того, как все произошло. Именно поэтому Элис увидела их решение прежде, чем Ирина вызвала его. Решение было уже сделано, только ждало повода. 
  -- Если бы Волтури злоупотребляли доверием, все бессмертные свергли бы их... -- бормотала Кармен. 
  -- Это имеет значение? -- спросил Элеазар. -- Кто поверил бы в это? И даже если другие были бы убеждены, что Волтури чрезмерно используют свое влияние, что бы это изменило? Никто не может противостоять им. 
  -- Хотя некоторые из нас очевидно достаточно безумны, чтобы попробовать, -- пробормотала Кейт. 
  Эдвард покачал головой: 
  -- Вы должны быть свидетелями, Кейт. Независимо от цели Аро я не думаю, что для этого он готов бросить тень на репутацию Волтури. Если мы сможем полностью себя оправдать, он будет вынужден оставить нас в покое. 
  -- Конечно, -- пробормотала Таня. 
  Судя по лицам никто, не поверил в это. В течение нескольких долгих минут никто не сказал ни слова. 
  Тогда я услышала звук шин, съезжающих с шоссе на подъездную дорожку к дому Калленов. 
  -- О, черт, Чарли, -- пробормотала я. -- Возможно Денали лучше подняться наверх... 
  -- Нет, -- сказал Эдвард отстраненным голосом. Его взгляд был направлен куда-то вдаль, безучастно уставившись на дверь. -- Это не твой отец. -- Его пристальный взгляд сосредоточился на мне. -- Элис послала Питера и Шарлоту. Время, чтобы подготовиться к следующему раунду. 

Глава 32
Компания 
   
  Необъятный дом Калленов был переполнен гостями настолько, что никто уже не мог чувствовать себя комфортно. Немного упрощало дело то, что никто не спал. Хотя обеденное время было пугающим. 
  Наши гости старались, как могли, они избегали Форкса и Ла Пуш и охотились только за пределами штата; Эдвард был очень добр и одалживал гостям машины, не моргнув и глазом. Этот компромисс мне очень не нравился, хоть я и пыталась убедить себя, что, не смотря ни на что, они все равно будут всегда охотиться где-то по миру. 
  Джейкоб был расстроен еще больше. Ведь призвание оборотней - защищать человеческую жизнь, а тут, едва выйдя за пределы границ стаи, свободно разгуливают беспощадные убийцы. 
  Но в данных обстоятельствах, когда Ренесми угрожала такая опасность, он держал язык за зубами и предпочитал смотреть в пол, чтобы не видеть вампиров. 
  Удивительно насколько легко воспринимали Джейкоба прибывающие вампиры, никаких проблем, которых опасался Эдвард, не возникло. Джейкоб был для них, по сути, невидим, они не воспринимали его как личность, но и не считали едой. Они относились к нему так, как люди, не очень любящие домашних животных, относятся к питомцам своих друзей. 
  Леи, Сету, Квилу и Эмбри было велено находиться с Сэмом, и Джейк бы с радостью пополнил их ряды, если бы его не останавливала разлука с Ренесми, а она в свою очередь была занята очаровыванием удивительных друзей Карлайла. 
  Мы проходили сцену представления Ренесми семье Денали шесть раз. 
  Первыми после Денали были Питер и Шарлотта, Элис и Джаспер направили их к нам без единого объяснения; и как все, кто знал Элис, они последовали ее инструкциям, несмотря на отсутствие информации. Элис не сказала ни слова о том, куда они с Джаспером направились. Она не давала обещаний свидеться в будущем. 
  Ни Питер, ни Шарлота никогда раньше не видели бессмертного ребенка. И хотя правило им было известно, они отреагировали не так бурно, как вампиры Денали. Любопытство заставило их выслушать "объяснения" Ренесми. И этого было достаточно. Теперь и они были готовы свидетельствовать так же, как и семья Тани. 
  Карлайл прислал друзей из Ирландии и Египта. 
  Клан из Ирландии прибыл первым, и убедить их удалось на удивление легко. 
  Сиобан - необъятных размеров женщина, чье огромное тело было завораживающе прекрасно в своих плавных движениях - была лидером; но она и ее суровый приятель Лиам, давно привыкли доверять суждениям своей новой спутницы. Маленькая Мэгги с ее озорными рыжими кудряшками была не настолько импозантна как ее соратники, зато у нее был необычный дар: она безошибочно определяла, когда ей врут, и ее вердикты никогда не оспаривались. Она подтвердила, что Эдвард говорит правду насчет Ренесми, и Сиобан с Лиамом тут же поверили в нашу историю, даже еще не успев прикоснуться к Ренесми. 
  Амун и другие вампиры из Египта были совсем другой историей. Даже после того, как два самых юных члена этого клана, Бенжамин и Тиа, были убеждены объяснением Ренесми, Амун, отказался дотрагиваться до нее, и приказал своей группе уйти. Бенжамин,- необыкновенно жизнерадостный для вампира, выглядевший чуть повзрослевшим мальчишкой, и казавшийся таким самонадеянным и беззаботным одновременно - убедил Амуна остаться, несколько раз пригрозив покинуть их группу. Амун остался, но прикасаться к Ренесми отказывался и также запретил это своей спутнице Кеби. 
  Их сообщество казалось маловероятным, хотя египтяне и выглядели одинаково, с их черными волосами и бледной оливковой кожей, они запросто могли бы сойти за биологических родственников. Амун был старшим и неоспоримым лидером. Кеби никогда не отходила от него дальше расстояния его тени, и я никогда не слышала ни единого слова от нее. Тиа, подруга Бенжамина, тоже была не очень разговорчива, но при разговоре она была очень проницательна и серьезна. И, конечно, был Бенжамин, вокруг которого они все кружили, словно около него было какое-то невидимое магнитное поле. Я видела, как Элеазар смотрел на него широко раскрытыми глазами, и пришла к выводу, что у парня действительно талант притягивать к себе других. 
  - Это не то, - сказал мне Эдвард, когда ночью мы остались одни, - Его дар настолько исключителен, что Амун панически боится его потерять. Насколько мы хотим оградить Ренесми от знания Аро, - вздохнул он, - настолько и Амун держит Бенжамина подальше от его внимания. Амун создал Бенжамина, зная, что тот будет особенным. 
  - Что он может? 
  - Что-то чего Элеазар никогда не видел. Что-то о чем я никогда не слышал. То, против чего даже твой щит бессилен, - он улыбнулся мне своей кривоватой улыбкой, - он может повелевать всеми четырьмя элементами - водой, землей, воздухом и огнем. Реальная физическая манипуляция, никаких иллюзий. Бенжамин до сих пор экспериментирует с этим, а Амун пытается превратить его в оружие. Но ты видишь, как своеобразен и независим Бенжамин. Он не хочет, чтобы им помыкали. 
  - А он тебе нравится, - определила я по его голосу. 
  - У него очень четкое понимание разницы между плохим и хорошим. Мне нравится его позиция. 
  А у Амуна на уме было что-то совсем другое, они с Кеби держались в стороне ото всех, в то время как Бенжамин и Тиа быстро подружились с семьей Денали и ирландским кланом. Мы надеялись, что возвращение Карлайла рассеет напряжение между нами и Амуном. 
  Розали и Эмметт присылали по одному - всех кочующих друзей Карлайла, которых им только удавалось найти. 
  Гаррет прибыл первым - высокий, статный вампир с рубиновыми глазами и длинными песочными волосами, которые он завязывал кожаной резинкой - по нему сразу было видно, что он любитель приключений. Я думала, что предложи мы ему состязание, он бы тут же принял в нем участие, просто чтобы проверить себя. Он быстро подружился с сестрами Денали, бесконечно расспрашивая про их образ жизни. Я гадала, не станет ли для него "вегетарианство" очередным состязанием, в котором он будет проверять свои силы. 
  Также прибыли Мэри и Рэндалл - они уже были друзьями, хотя и не путешествовали вместе. Выслушав историю Ренесми, они остались в качестве свидетелей вместе с другими. Как и Денали, они начали обсуждать план их действий, в том случае, если Волтури не станут слушать объяснений и аргументов. Все трое кочевников расценивали сложившуюся ситуацию, как способ развеяться от скуки. 
  Конечно, Джейкоб становился все угрюмее с каждым новым прибывшим гостем. Он старался держаться в стороне, а когда это было невозможно, ворчливо жаловался Ренесми, что для запоминания всех этих вампирских имен кому-то придется снабдить его соответствующим каталогом. 
  Карлайл и Эсме вернулись через неделю, Эмметт и Розали на несколько дней позже, все мы были рады, что опять собрались все вместе дома. Карлайл привез с собой еще одного друга, хотя слово "друг" тут вряд ли уместно. Алистар - вампир из Англии, был отшельником, он считал Карлайла близким знакомым, но с трудом выдерживал его визиты чаще одного раза за сто лет. Алистар предпочитал скитаться в одиночестве, и Карлайлу стоило огромных усилий привезти его сюда. Он избегал встреч с нашей компанией, и было очевидно, что никто из других кланов не испытывает к нему симпатии. 
  Задумчивый темноволосый вампир поверил Карлайлу на слово относительно природы Ренесми, но, так же как и Амун, отказался к ней прикасаться. Эдвард объяснил Карлайлу, Эсме и мне, что Алистар боялся находиться здесь, но еще больше его пугало незнание исхода событий. Он с большим подозрением относился к любой власти, а также всегда не доверял Волтури. То, что происходило сейчас, объединило все его страхи. 
  - Конечно же, теперь они будут знать, что я был здесь, - ворчал он себе под нос, стоя на веранде, любимом его месте для этого занятия, - Нет никакой возможности утаить это от Аро. Века в бегах - вот что это будет означать. Все с кем разговаривал Карлайл за последние 10 лет будут в их списке. Поверить не могу, что позволил втянуть себя в это болото. Как можно так поступать с друзьями. 
  Даже если он был прав, рассуждая о необходимости в будущем бегства от Волтури, он, по крайней мере, имел гораздо большие шансы, чем все мы. Алистар был ищейкой, хотя и не такой нацеленной и эффективной, как Деметрий. Алистар просто чувствовал неодолимую тягу к тому, что он искал. И этой тяги было достаточно, чтобы сказать ему в каком направлении бежать - в противоположное направление от Деметрия. 
  А потом прибыла еще одна пара нежданных друзей Карлайла, "нежданных", потому что ни Карлайл, ни Розали так и не смогли выйти на контакт с Амазонками. 
  - Карлайл, - поприветствовала его женщина, она была выше своей подруги, но они обе были очень высокими, и в них было что-то кошачье. 
  Они выглядели какими-то вытянутыми - длинные ноги и руки, длинные пальцы, длинные черные косы и длинные лица с длинными носами. Они носили одежду из шкур животных - жилеты и узкие брюки, зашнурованные сбоку кожаными шнурками. 
  Не только их эксцентричная одежда говорила об их диком образе жизни, об этом говорило все в них от горящих ярко-красных глаз до внезапных резких движений. Я никогда не встречала менее цивилизованных вампиров. 
  Но Элис послала их к нам, и это, мягко говоря, было интересной новостью. Почему Элис оказалась в Южной Америке? Только ли потому, что она видела, что никто из нас не сможет связаться с Амазонками? 
  - Зафрина, Сена! А где же Качири? - спросил Карлайл, - Я никогда не видел, чтобы вы трое расставались. 
  - Элис сказала, что нам нужно разделиться, - ответила Зафрина низким голосом, соответствующим ее дикому внешнему виду, - Это очень сложно, быть вдали друг от друга, но Элис уверила нас, что мы нужны вам здесь, пока Качири очень нужна ей где-то в другом месте. Это все, что она нам сказала, кроме того, что мы должны поторопиться...? - утверждение Зафрины перешло в вопрос, и, с нервной дрожью, никогда не проходившей независимо от того, сколько раз мне приходилось это делать, я вынесла к ним Ренесми. 
  Несмотря на суровый внешний вид, они спокойно выслушали всю историю, и позволили Ренесми представить доказательства. Ренесми покорила их так же, как и всех остальных вампиров до этого, но я не могла не беспокоиться, когда видела как они молниеносно и внезапно двигаются так близко к ней. Сенна всегда была рядом с Зафриной, она никогда не говорила, но это не было так же, как у Амуна и Кеби. Поведение Кеби было скорее покорностью, а Сенна и Зафрина больше походили на две половинки одного целого, и Зафрина была половинкой, обладающей речью. Новости об Элис немного успокоили. Очевидно, что она выполняет какую-то свою неясную задачу, избегая всего, чтобы не планировал Аро относительно нее. 
  Эдвард был рад прибытию Амазонок, потому что Зафрина обладала невероятным даром, ее дар мог быть очень опасным атакующим оружием. Не то, чтобы Эдвард просил Зафрину сражаться с нами, но если Волтури не послушают наших свидетелей, возможно, они остановятся из-за иного зрелища. 
  - Это очень четкая, целенаправленная иллюзия, - объяснил Эдвард, когда выяснилось, что я опять, как обычно, ничего не чувствую. 
  Зафрина была заинтригована и удивлена моим иммунитетом к чужим способностям - они никогда раньше не сталкивалась с подобным - она неустанно металась из стороны в сторону, пока Эдвард описывал, что я пропустила. Взгляд Эдварда стал рассредоточенным, пока он рассказывал - Она может заставить любого человека видеть то, что она хочет, и ни что другое. Например, сейчас я нахожусь в тропическом лесу. Это так реально, что я мог бы поверить этому, если бы не чувствовал, что обнимаю тебя. 
  Губы Зафрины изобразили ее жуткий вариант улыбки. Секундой позже глаза Эдварда снова сфокусировались, и он ухмыльнулся ей в ответ. 
  - Впечатляюще. 
  Ренесми была зачарована нашим разговором, и она бесстрашно потянулась к Зафрине. 
  - Можно мне посмотреть? - спросила она. 
  - Что бы ты хотела увидеть? - спросила Зафрина. 
  - То же самое, что ты показала папе. 
  Зафрина кивнула, а я тревожно наблюдала, как Ренесми невидяще уставилась в пространство. Секундой позже, обворожительная улыбка озарила ее лицо. 
  - Еще, - скомандовала она. 
  После этого было трудно оторвать ее от Зафрины и ее красивых картинок. Я волновалась, потому что я была абсолютно уверена, что Зафрина может показать ей картинки, которые будут совсем не такими красивыми. Но через мысли Ренесми я могла сама видеть иллюзии Зафрины - они были такими же четкими, как и собственные воспоминания Ренесми, как будто были настоящими - и таким образом определять для себя были они допустимыми или нет. 
  Хотя я и не могла так легко уступить ей, я признавала, что-то, что Зафрина развлекает Ренесми очень даже не плохо. Мне нужны были мои руки. Нужно было еще так многому научиться и физически и ментально, а времени было в обрез. 
  Моя первая попытка научиться драться прошла не удачно. 
  Эдвард повалил меня в 2 секунды. Но вместо того, чтобы дать мне возможность побороться с ним - насколько я вообще могла это сделать - он вскочил и отошел от меня. Я тут же поняла, что что-то не так; он замер, как изваяние, уставившись на поляну, где мы практиковались. 
  - Прости меня, Белла, - сказал он. 
  - Да, я в порядке, - ответила я, - Давай еще раз. 
  - Я не могу. 
  - Что значит, не можешь? Мы только что начали. 
  Он не ответил. 
  - Послушай, я знаю, что пока не очень хороша в этом деле, но я не смогу научиться чему-то, если ты мне не поможешь. 
  Он промолчал. Я шутливо прыгнула на него, но он совершенно не защищался, и мы оба упали на землю. Он был неподвижен, когда я прильнула губами к его яремной впадине. 
  - Я выиграла, - объявила я. 
  Его глаза сузились, но он ничего не сказал. 
  - Эдвард? Что случилось? Почему ты не хочешь меня учить? 
  Пришлось ждать целую минуту, прежде чем он снова заговорил. 
  - Я просто не могу…вынести это. Эмметт и Розали знают столько же, сколько и я. Таня и Элеазар возможно знают даже больше. Попроси кого-нибудь другого. 
  - Так нечестно! Ты хорош в этом деле. Ты помогал Джасперу прежде, ты дрался с ним и со всеми остальными тоже. Так почему же ты не хочешь учить меня? Что я сделала не так? 
  Он сердито вздохнул, его глаза были темны, даже золото в них не могло осветить темноту. 
  - Смотреть на тебя как на мишень. Видеть все способы, которыми я могу убить тебя... - он вздрогнул, - Это делает твою смерть слишком реальной для меня. У нас не так много времени, так что не имеет значения, кто будет твоим учителем. Основам тебя может научить кто угодно. 
  Я нахмурилась. 
  Он коснулся моей надутой нижней губы и улыбнулся, - Кроме того, в этом нет необходимости. Волтури остановятся. Их заставят понять. 
  - А если нет?! Я должна научиться, Эдвард. 
  - Найди себе другого учителя. 
  Это не был наш единственный разговор на эту тему, но мне так и не удалось хоть на миллиметр сдвинуть его с принятого решения. 
  Эмметт просто жаждал мне помочь, хотя его преподавание скорее напоминало мне месть за все проигранные им туры армрестлинга. Если бы на мне еще могли появляться синяки, то я была бы фиолетовой с головы до пяток. Роуз, Таня и Элеазар проявляли терпение и поддерживали меня. Их уроки напомнили мне инструкции Джаспера в прошлом июне, хотя теперь эти воспоминания были очень расплывчатыми и мутными. Некоторые из наших гостей сочли мое обучение развлечением, а другие даже предлагали свою помощь. Кочевник Гарретт преподал мне несколько уроков, он оказался на удивление хорошим учителем; он так легко общался со всеми, что мне было очень интересно, почему он до сих пор не смог найти себе семью. Я даже один раз сражалась с Зафриной, в то время как Ренесми наблюдала за нами на руках Джейка. Я научилась нескольким хитрым трюкам, но никогда больше я не просила ее о помощи. По правде говоря, Зафрина мне очень нравилась, и я знала, что она на самом деле она не причинит мне вреда, но дикарка пугала меня до смерти. 
  Я научилась многому у моих учителей, но у меня было чувство, что все эти знания очень поверхностны. Я не имела никакого представления о том, сколько точно секунд я смогу продержаться против Алека и Джейн. Я могла только надеяться, что этого времени окажется достаточно, чтобы помочь. 
  Каждую минуту дня, что я не была рядом с Ренесми или на тренировках, я проводила время на заднем дворе и работала с Кейт, пытаясь вытолкнуть мой внутренний щит наружу за пределы моего собственного разума, чтобы защитить кого-нибудь еще. Эдвард поддерживал меня в этом начинании. Я знаю, что он рассчитывал, что я, таким образом, найду способ, помочь, который удовлетворит меня, но так же и удержит подальше от линии огня. 
  Это было очень трудно. Зацепиться было совершенно не за что, никакой осязаемой вещи, с которой можно было бы работать. Все, что у меня было, это растущее желание быть полезной и обладать возможностью защитить Эдварда, Ренесми и как можно большее количество членов моей семьи. Раз за разом я прикладывала усилия, чтобы вытолкнуть этот непонятный щит из себя, но все время с переменным успехом. У меня было ощущение, что я пытаюсь растянуть невидимый резиновый обруч, обод, который в любой момент может из реально осязаемого превратиться в облако дыма. Только Эдвард согласился быть нашей подопытной свинкой, получая удары тока от Кейт каждый раз, когда я неумело сражалась с содержимым собственной головы. 
  Мы работали по несколько часов, и я чувствовала себя так, будто должна уже быть покрытой потом от усталости, но мое тело в этом смысле меня не подводило, вся моя усталость была только умственной. 
  Меня убивало, что Эдварду приходилось страдать из-за меня, мои руки беспомощно обнимали его, в то время как он снова и снова вздрагивал от слабых ударов Кейт. Я старалась изо всех сил, чтобы вытолкнуть этот щит и заслонить нас обоих, но каждый раз, когда мне удавалось ухватить его, он тут же сжимался обратно. 
  Я ненавидела эти испытания и очень хотела, чтобы мне помогала Зафрина вместо Кейт. Тогда все, что вынужден был бы делать Эдвард, это смотреть на иллюзии Зафрины, пока я бы не смогла закрыть его от них. Но Кейт настаивала, что мне нужна более сильная мотивация, под которой она подразумевала мою озлобленную реакцию на боль, причиняемую Эдварду. С первого дня нашей встречи с Кейт я начала сомневаться в ее утверждении, что она не получает определенного садистского удовольствия от использования своего дара. Казалось, что ей нравится испытывать меня. 
  - Эй, - с энтузиазмом сказал Эдвард, усиленно стараясь скрыть боль в голосе. Он был готов на все, что угодно только бы удержать меня от обучения драться, - В этот раз только немного жжет. Отличная работа, Белла. 
  Я глубоко вздохнула, пытаясь проследить последовательность своих действий, понять, что именно я сделала правильно, я растягивала свой щит, борясь с ним, чтобы он застыл и остался в растянутом состоянии, когда я выталкиваю его из себя. 
  - Еще раз, Кейт, - проворчала я сквозь зубы. 
  Кейт прикоснулась рукой к плечу Эдварда. 
  Он вздохнул с облегчением, - Ничего в этот раз. 
  Она подняла бровь, - Но это был неслабый удар. 
  - Отлично, - фыркнула я. 
  - Приготовься, - сказала она мне и снова прикоснулась к Эдварду. 
  В этот раз он вздрогнул, и низкое шипение вырвалось сквозь его зубы. 
  - Прости! Прости! Прости! - заметалась я, кусая губы. Ну, почему я не могу сделать это правильно? 
  - У тебя отлично все получается, Белла, - сказал Эдвард, прижимая меня к себе, - Ты начала работать над этим всего несколько дней назад и ты явно быстро прогрессируешь. Кейт, скажи ей, что она хорошо справляется. 
  Кейт сжала губы, - Не думаю. Очевидно, что у нее есть невероятная способность, но мы только-только подобрались к ней. Я уверена, что она может лучше. Ей не достает стимула. 
  Я неверяще уставилась на нее, мои губы автоматически вздернулись, обнажая зубы. Да как она могла подумать, что мне не достает стимула, когда она на моих глазах бьет Эдварда током? 
  Я услышала ропот от многочисленной зрительской аудитории, которая росла с каждым днем моих занятий - сначала только Элеазар, Кармен и Таня, потом проявил любопытство Гарретт, за ним Бенжамин и Тиа, Сиобан и Мэгги, а потом даже Алистар начал поглядывать на меня из окна третьего этажа. Зрители соглашались с Эдвардом, все они считали, что у меня уже неплохо получается. 
  - Кейт..., - предупреждающе обратился к ней Эдвард, уловив в ее голове какую-то идею, но она уже начала двигаться. Она направилась к берегу реки, где неторопливо гуляли Зафрина, Сенна и Ренесми. Ренесми и Зафрина держались за руки, перекидывая друг другу мысленные картинки. Джейкоб следовал за ними в нескольких шагах. 
  - Несси, - позвала Кейт - все прибывшие очень быстро подхватили раздражающее прозвище,- Ты бы не хотела помочь своей маме? 
  - Нет, - почти, что зарычала я. 
  Эдвард предостерегающе обнял меня. Я стряхнула его руки с себя, как только Ренесми пересекла поле, направившись ко мне, с Кейт, Зафриной и Сенной следом. 
  - Ни за что, Кейт, - прошипела я. 
  Ренесми потянулась ко мне, и я тут же раскрыла ей объятья. Она обняла меня, прижавшись головой к моему плечу. 
  - Но, мама, я хочу помочь, - сказала она решительным голосом. Ее рука легла на мою шею, подтверждая ее желание изображением нас двоих вместе как команды. 
  - Нет, - ответила я, быстро отступая назад. Кейт сделала неторопливый шаг в нашу сторону, вытянув вперед руку. 
  - Держись от нас подальше, Кейт, - предупредила я ее. 
  - Нет, - она подошла еще ближе, улыбаясь, как охотник, загоняющий добычу. 
  Я пересадила Ренесми себе на спину, все еще отступая от Кейт. Теперь мои руки были абсолютно свободны, и если Кейт хочет, чтобы ее кисти рук соединялись с ее запястьями, то ей лучше держать дистанцию. 
  Кейт возможно не понимала меня, она никогда не испытывала того, что испытывает мать, и на что она готова защищая своего ребенка. 
  Она еще не осознала, как далеко она уже перешла грань возможного. Я была настолько взбешена, что на мои глаза будто опустилась красная пелена, а на языке ощущался вкус раскаленного метала. Сила, которую я привыкла сдерживать, свободно растекалась по моим мышцам, и я знала, что просто впечатаю Кейт в каменный валун, если она меня вынудит. 
  Из-за своей ярости я остро чувствовала каждую клетку своего существа. Теперь эластичность моего щита была для меня более ощутима, теперь он не казался мне тугим обручем, а был не более чем тонким слоем, пленкой, покрывающей меня с головы до ног. Благодаря своей ярости я теперь чувствовала его гораздо лучше, я его контролировала. Я растянула его вокруг себя, потом вытолкнула наружу, охватывая им Ренесми, на случай если Кейт все-таки прокрадется мимо меня. 
  Кейт сделала еще один крошечный шажок в мою сторону, и угрожающий гортанный рык вырвался сквозь мои сжатые зубы. 
  - Будь осторожна, Кейт, - предостерег Эдвард. 
  Кейт сделала еще один шаг и совершила ошибку, которую заметила даже такая неопытная как я. На расстоянии одного короткого прыжка от меня, она обернулась, отвлекаясь от меня на Эдварда. 
  Ренесми была в полной безопасности у меня за спиной, и я приготовилась прыгать. 
  - Ты можешь услышать что-нибудь от Несси? - спросила его Кейт, ее голос был совершенно спокоен. 
  Эдвард скользнул в пространство между нами, преграждая мне дорогу к Кейт. 
  - Нет, вообще ничего, - ответил он, - А теперь дай Белле успокоиться, Кейт. Не стоит больше раздражать ее таким образом. Я знаю, что она не ведет себя на свой возраст, но все-таки ей всего лишь несколько месяцев от роду. 
  - У нас нет времени на нежности, Эдвард. Мы должны подтолкнуть ее. У нас всего лишь несколько недель, а у нее такой потенциал, чтобы... 
  - Отстань от нее на минуту, Кейт. 
  Она нахмурилась, но восприняла слова Эдварда более серьезно, чем мои угрозы. 
  Рука Ренесми все еще была на моей шее, она вспоминала атаку Кейт, показывая мне, что это не принесло бы никакого вреда, что папа не позволил бы... 
  Это все равно не успокоило меня. Кровавая пелена все еще была перед глазами. Но сейчас я уже могла себя контролировать, и я услышала разумные доводы в словах Кейт - злость помогала мне. Я училась быстрее, если на меня давили. 
  Но это не значило, что мне это нравится. 
  - Кейт, - прорычала я, положив руку на поясницу Эдварда. Я все еще могла чувствовать мой щит - прочный занавес вокруг меня и Ренесми. Я толкнула его дальше, чтобы в поле его влияния попал Эдвард. Никакой трещины не возникло на его поверхности, никаких следов того, что он может лопнуть. Я прилагала все усилия, и мои слова прозвучали скорее придушенно, чем разъяренно. 
  - Снова, - сказала я Кейт, - Только Эдвард. 
  Она закатила глаза, но быстро переместилась к Эдварду и положила ладонь ему на плечо. 
  - Ничего, - сказал Эдвард. Я услышала улыбку в его голосе. 
  - А сейчас? - спросила Кейт. 
  - Ничего. 
  - И даже сейчас? - прошипела она сквозь зубы. 
  - Вообще ничего. 
  Кейт проворчала что-то и отошла в сторону. 
  - Видишь ты это? - спросила Зафрина своим низким диким голосом, внимательно разглядывая дерево за нами. У ее произношения был странный акцент, она расставляла слова в непредсказуемом порядке. 
  - Не вижу ничего, что не должен бы, - ответил Эдвард. 
  - А ты, Ренесми? 
  Ренесми улыбнулась ей и помотала головой. 
  Ярость почти отступила, и я сцепила зубы, начиная дышать чаще, пытаясь вытолкнуть этот щит, казалось, что чем дольше я держу его, тем тяжелее он становится. Он упорно сжимался назад. 
  - Без паники, - предупредила Зафрина маленькую группу, наблюдающую за мной, - Я хочу посмотреть, как далеко она сможет растянуть щит. 
  Тут же шокированные вздохи донеслись ото всех - Элеазара, Кармен, Тани, Гарретта, Бенджамина, Тии, Сиобан, Мэгги, - всех, кроме Сенны, которая, видимо, была готова ко всему, чтобы не выкинула Зафрина. Все остальные были ослеплены, выражения их лиц были тревожны. 
  - Поднимите руку, когда к вам вернется зрение, - инструктировала Зафрина, - Итак, Белла. Давай посмотрим, скольких ты можешь закрыть. 
  Я тяжело вздохнула. 
  Кейт стояла ко мне ближе всех, не считая Эдварда и Ренесми, но даже она была где-то в десяти футах от меня. Я сжала челюсти и толкнула, пытаясь накатом растянуть свою упирающуюся, упругую защиту подальше от себя. Дюйм за дюймом я продвигала щит все ближе и ближе к Кейт, всеми силами борясь с его ответной реакцией сжаться, как только я преодолевала очередное расстояние. 
  Пока я старалась, я смотрела только на тревожное выражение лица Кейт, я тихонько застонала от облегчения, когда она моргнула, и ее глаза сфокусировались. Она подняла руку. 
  - Превосходно! - вполголоса пробормотал Эдвард, - Это как одностороннее зеркало. Я слышу все, что они думают, но они на меня воздействовать не могут, пока я закрыт. И сейчас я могу слышать Ренесми, хотя не мог, когда был снаружи. Я уверен, что сейчас Кейт сможет ударить меня током, потому что она тоже под защитой. Но я все еще не могу услышать тебя…Хмм... Как это работает? Мне интересно, а что если... 
  Он продолжил бормотать что-то себе под нос, но я уже не могла его слушать, сцепив зубы, я сражалась со своим щитом, передвигая его в сторону Гарретта, который был ближе всего к Кейт. Его рука взлетела вверх. 
  - Очень хорошо, - похвалила меня Зафрина, - А теперь... 
  Но она поторопилась; с одним коротким вздохом я почувствовала, что мой щит, словно слишком быстро растянутый резиновый обруч, моментально вернулся в свою первоначальную форму. Ренесми, впервые испытавшая слепоту, которую Зафрина навела на всех остальных, вздрогнула у меня на спине. Обеспокоено, я тут же у усилием вытолкнула свой щит, чтобы снова закрыть ее. 
  - Можно мне минутку? - с трудом выдохнула я. С тех пор, как я стала вампиром, я не чувствовала потребности в отдыхе до этого момента. Было очень необычно чувствовать себя такой разбитой и в то же время такой сильной. 
  - Конечно, - ответила Зафрина, и зрители расслабились, когда она сняла иллюзию. 
  - Кейт, - позвал ее Гарретт; пока остальные, переговариваясь, расходились в разные стороны, растревоженные временной слепотой. Вампиры не привыкли чувствовать себя уязвимыми. 
  Высокий, светловолосый Гарретт был единственным не имеющим дара бессмертным, кого привлекали мои тренировки. Мне было интересно, что могло привлекать этого путешественника? 
  - Я бы не стал, Гарретт, - предупредил Эдвард. 
  Несмотря на предупреждения, Гарретт подошел к Кейт, он был полон подозрения, - Говорят, что ты сможешь любого вампира уложить на лопатки. 
  - Да, - согласилась она и с коварной улыбкой игриво протянула к нему пальцы, - Любопытно? 
  Гарретт пожал плечами, - Такого я еще не видел. Мне кажется, что они малость преувеличивают... 
  - Возможно..., - сказала Кейт, внезапно став серьезной, - Может быть, это работает только на молодых или слабых. Я не уверена. Ты выглядишь сильным. Возможно, ты сможешь устоять перед моим даром. 
  Она протянула к нему руку ладонью вверх, приглашая. Уголки ее губ ползли вверх, и я была абсолютно уверена, что ее угрожающее выражение лица было лишь попыткой поддразнить его. 
  Гарретт усмехнулся ее вызову. Очень осторожно он дотронулся до ее ладони одним пальцем. 
  Его колени тут же подогнулись, и с тяжелым вздохом он упал на спину. Его голова с громким треском расколола кусок гранитного камня. Мои инстинкты взбунтовались от созерцания бессмертного, поверженного таким образом; это было совершенно не правильно. 
  - А я предупреждал, - пробормотал Эдвард. 
  Веки Гарретта дрожали еще несколько секунд, а потом он открыл глаза. Он посмотрел вверх на самодовольно ухмыляющуюся Кейт с удивленной улыбкой. 
  - Ух-ты, - только и сказал он. 
  - Понравилось? - скептически спросила она. 
  - Я не сумасшедший, но это было что-то! - засмеялся он, встряхивая головой, пока медленно вставал на колени. 
  - Надо же, что я слышу. 
  Эдвард закатил глаза. 
  Послышался какой-то тихий шум со стороны центрального входа. Я услышала голос Карлайла сквозь гомон удивленных голосов. 
  - Вас послала Элис? - спрашивал он кого-то, его голос звучал неуверенно, немного расстроено. 
  Еще один неожиданный гость? 
  Эдвард понесся к дому, и большинство последовало его примеру. Я шла более медленно, Ренесми все еще была у меня за спиной. Нужно было дать Карлайлу время, чтобы он успокоил нового гостя, подготовил его или ее к тому, что им предстоит увидеть. 
  Я взяла Ренесми на руки, и, осторожно обойдя дом, вошла в дверь кухни, прислушиваясь к тому, что не могла видеть. 
  - Никто нас не посылал, - ответил Карлайлу низкий сиплый голос. 
  В памяти моментально всплыли такие же древние голоса Аро и Кайуса, и я замерла посреди кухни. 
  Я знала, что холл битком набит народом - почти все вышли, чтобы увидеть новых посетителей - но не было ни единого звука. Тихое дыхание и только. 
  - Тогда что привело вас сюда сейчас? - голос Карлайла был обеспокоенным. 
  - Слухами земля полнится, - ответил другой голос, но такой же хриплый, как и первый, - Мы слышали, что Волтури собрались напасть на вас. И также ходили слухи, что вы не будете сражаться одни. Что ж слухи оказались правдивыми. Это впечатляющая компания. 
  - Мы не будем бороться с Волтури, - напряженно ответил Карлайл, - Имело место недоразумение, очень серьезное недоразумение, но мы надеемся его разрешить. Все, кого вы видите - это свидетели. Мы просто хотим, чтобы Волтури нас выслушали. Мы не... 
  - Нам все равно, в чем они вас обвиняют, - прервал его первый голос, - И нам все равно, нарушали вы закон или нет. 
  - И не имеет значения, насколько серьезно, - дополнил второй голос. 
  - Мы ждали полторы тысячи лет, когда этой итальянской кучке отбросов бросят вызов, - продолжал первый голос, - и если есть вероятность того, что они будут побеждены, мы будем здесь, чтобы это увидеть. 
  - И даже можем помочь одолеть их, - добавил второй голос. Они разговаривали по очереди и имели очень похожие голоса, поэтому с менее восприимчивыми ушами можно было бы посчитать, что говорит только один, - Если сочтем, что у вас есть шанс победить их. 
  - Белла? - позвал меня Эдвард жестким голосом, - Принеси Ренесми, пожалуйста. Наверно, нам стоит проверить заявления наших гостей из Румынии. 
  Меня успокаивало, что около половины вампиров в той комнате готовы встать на защиту Ренесми, если эти румыны вдруг отреагируют на нее не правильно. Мне не нравились их голоса и звучащая в них угроза. Как только я вошла в комнату, я увидела, что не единственная, кто так думает. Большая часть неподвижных вампиров враждебно смотрели на новоприбывших, а некоторые - Кармен, Таня, Зафрина и Сенна - осторожно заняли обороняющие позы между визитерами и Ренесми. 
  Оба вампира в дверях были худыми и низкорослыми, один темноволосый, другой обладал такими пепельными волосами, что они просто казались бледно-серыми. У них была такая же тонкая пергаментная кожа, как и у Волтури, хотя не мне об этом судить. Я не могла быть уверена в этом, потому что я видела Волтури только своим человеческим зрением, и не могла сейчас сравнить, как следует. Их пронзительные узкие глаза были чистого темно-красного цвета, никакой молочной пелены на них. Одеты они были в простые черные костюмы, которые легко могли бы сойти за современные, но с оттенком ретро. 
  Один из них оскалился, когда я вошла, - Так-так, Карлайл. Ты был очень непослушным, верно? 
  - Она не то, что ты думаешь, Стефан 
  - В любом случае нам все равно, - ответил блондин, - как мы уже и сказали. 
  - Тогда вы можете остаться в роли наблюдателей, Владимир, но в наши планы определенно не входит битва с Волтури, как мы уже сказали. 
  - Что ж тогда мы скрестим пальцы на удачу, - начал Стефан 
  - И будем надеяться, что нам повезет, - закончил Владимир. 
  В общем, мы собрали 17 свидетелей - ирландцев: Сиобан, Лиама и Мэгги; египтян: Амуна, Кеби, Бенджамина и Тию; Амазонок: Зафрину и Сенну; румынов: Владимира и Стефана; и кочевников: Шарлоту и Питера, Гарретта, Алистара, Мэри и Рэнделла - присоединившихся к нам. Нас было одиннадцать. Таня, Кейт, Элеазар и Кармен настаивали на том, чтобы мы считали их частью семьи. 
  Не считая Волтури, это была, возможно, самая большая компания взрослых вампиров в бессмертной истории. 
  И все мы начинали понемногу надеяться. Даже я. Ренесми сделала так много за такой короткий период времени. Волтури должны будут остановиться всего лишь на пару крошечных секунд... 
  Последние выжившие румыны - сосредоточенные только на своей злейшей обиде на тех, кто уничтожил их империю полторы тысячи лет назад, - наблюдали за всем со стороны. Они не прикасались к Ренесми, но и не показывали к ней отвращения. По непонятной причине они были рады нашему альянсу с оборотнями. Они наблюдали за моими тренировками с Зафриной и Кейт, наблюдали, как Эдвард отвечал на немые вопросы, наблюдали, как Бенжамин создавал гейзеры на реке или поднимал порыв ветра из спокойного воздуха только силой мысли, и их глаза сверкали в надежде, что Волтури наконец-то встретят достойных противников. 
  Мы надеялись не на это, но надеялись абсолютно все. 
   
Глава 33 
Подделка 
   
  - Чарли, нам все еще необходимо строго следить за ситуацией. Я знаю, что уже прошло больше недели, с тех пор как ты видел Ренэсми, но визит не самая лучшая идея на данный момент. Как насчет того, чтобы я сама привела Ренэсми к тебе? 
  Чарли молчал так долго, что я не удивилась бы, если он услышал, как я напряглась. 
  Но затем он пробормотал: 
  - Знать не больше, чем нужно, уф, - и я поняла, что из-за осторожности по отношению ко всему сверхъестественному он медлил с ответом. 
  - Хорошо, детка, - сказал Чарли. - Ты не могла бы привести ее сегодня утром? Сью приносит мне обед. Она просто ужаснулась от моей готовки, как ты в первый раз, когда увидела ее. 
  Чарли рассмеялся, а затем вздохнул по былым временам. 
  - Это утро будет идеальным. 
  Чем раньше, тем лучше. Я и без того откладывала это так долго. 
  - Джейк придет с вами? 
  Хотя Чарли и не знал ничего о запечатлении оборотня, невозможно было не обратить внимания на привязанность между Джейкобом и Ренэсми. 
  - Наверняка. 
  Джейкоб ни за что бы не потерял утро с Ренэсми без компании кровососов добровольно. 
  - Может мне следует пригласить и Билли? - задумался Чарли. – Но…хмм. Лучше как-нибудь в другой раз. 
  Я слушала Чарли лишь вполуха, но и этого было достаточно, чтобы заметить странную неприязнь в его голосе, когда он говорил о Билли, но не на столько, чтобы волноваться об этом. Чарли и Билли были взрослыми людьми; если между ними что-то и произошло, они могли это выяснить и сами. У меня и без того было очень много проблем, о которых надо было позаботиться. 
  - Увидимся, - сказала я ему и повесила трубку. 
  Эта поездка была предпринята не просто для того, чтобы защитить моего отца от двадцати семи странных вампиров, которые все присягнули не убивать никого в радиусе триста миль, но все равно, людям лучше держаться от них подальше. Это было моим оправданием перед Эдвардом - я поехала вместе с Ренэсми к Чарли, чтобы он не решил приехать сюда. Неплохая причина, чтобы покинуть дом, но она была лишь предлогом. 
  - Почему мы не можем поехать на твоем Феррари? - проворчал Джейкоб, когда встретил меня в гараже. 
  Я и Ренесми уже были в "вольво" Эдварда. 
  Эдвард уже показал мне мою машину "после". Как он и подозревал, я не проявила соответствующего энтузиазма. Машина была красивая и быстрая, но мне предпочтительней пробежаться. 
  - Слишком бросается в глаза, - ответила я. - Мы можем пойти пешком, но это снесет башню Чарли. 
  Джейкоб поворчал, но сел на переднее сиденье. Ренэсми перелезла с моих колен на его. 
  - Как ты? - я спросила его, в то время как выезжала из гаража. 
  - А ты как думаешь? - резко спросил Джейкоб. - Меня тошнит от запаха этих кровопийц. - Он увидел выражение моего лица и сказал до того, как я успела на это ответить. - Да, я знаю, я знаю. Они хорошие, они здесь для того, чтобы помочь, они собираются нас всех спасти... и так далее, и тому подобное. Говори, что хочешь, я все еще считаю, что Дракула Первый и Дракула Второй - одинаково жуткие. 
  Я улыбнулась. Румыны не были и моими любимыми гостями. 
  - Не могу с тобой не согласиться. 
  Ренэсми потрясла головой, но ничего не сказала; в отличие от нас, ей румыны казались необычно интересными. Она сделала усилие, чтобы поговорить с ними вслух, потому что они не давали ей прикоснуться к себе. Ее вопрос был об их необычной коже, и хотя я боялась, что они могут быть им оскорблены, я была довольна тем, что она спросила. Мне тоже было интересно. 
  Они не выглядели разочарованными из-за ее вопроса. Скорее печальными. 
  - Мы были неподвижны долгое время, дитя, - ответил Владимир со Стефаном, кивающим в ответ, но, как часто он делал, не продолжая рассказ Владимира. - Размышляли над собственной божественностью. Символом нашего могущества было то, что все шло к нам. Добыча, дипломаты, все, кому была нужна наша благосклонность. Мы восседали на наших тронах и считали себя богами. Мы долгое время не замечали, что изменяемся - мы почти окаменели. Я предполагаю, что Волтури сделали нам одну услугу, когда они сожгли наши замки. Стефан и я, по крайней мере, перестали каменеть. Сейчас глаза Волтури покрылись пыльной пеленой, но наши остались ясными. Я полагаю, что это будет преимуществом, когда мы будем вырывать их из их глазниц. 
  После этого я пыталась держать Ренэсми подальше от них. 
  - Как долго мы будем околачиваться у Чарли? - спросил Джейкоб, прерывая мои мысли. Он выглядел расслабленным, когда мы отъехали от дома со всеми его новыми обитателями. Я была счастлива, что он не относится ко мне как к вампиру. Я все еще была просто Беллой. 
  - Вообще-то, достаточно долго. 
  Тон моего голоса привлек его внимание. 
  - Что-то намечается кроме встречи с твоим отцом? 
  - Джейк, у тебя же неплохо, получается, контролировать свои мысли при Эдварде? 
  Он поднял одну густую черную бровь. 
  - Ну? 
  Я просто кивнула, покосившись на Ренэсми. Она смотрела в окно, и я не могу сказать точно, насколько она была заинтересована в нашем разговоре, но я решила, что лучше не рисковать. 
  Джейкоб ждал от меня продолжения, а затем его нижняя губа выпятилась вперед, пока он думал о чем-то. О том, что я сказала.  
  Так как мы ехали в тишине, я прищурила глаза, раздраженные из-за контактных линз, и смотрела сквозь холодный дождь; было недостаточно холодно для того, чтобы пошел снег. Мои глаза уже не были такими дьявольски отвратительными, какими они были раньше. Теперь они были выцветшего оранжево-красного цвета, а не ярко - алого цвета, как раньше. Вскоре они станут на столько желтыми, что я смогу перестать носить линзы. Надеюсь, что эти изменения не сильно расстроит Чарли.  
  Джейкоб все еще размышлял над нашим незаконченным разговором, когда мы доехали до Чарли. Мы не говорили, в то время как мы шли быстрым человеческим шагом под дождем. Мой отец ждал нас; он открыл дверь до того, как я постучалась.  
  - Привет, ребята! Такое чувство, будто прошли годы! Посмотри на себя, Несси! Иди к дедушке! Могу поклясться, что ты выросла на полфута. И выглядишь тощей, Нес, - он сверкнул в меня взглядом. - Они тебя там, что не кормят?  
  - Это из-за резкого роста, - пробормотала я. - Привет, Сью, - окликнула её я через плечо Чарли. Запах курицы, помидоров, чеснока и сыра исходил из кухни; скорее всего остальным этот запах нравился. Я же почувствовала еще запах свежей сосны и упаковочной пыли.  
  У Ренэсми вспыхнули ямочки. Она никогда не говорила перед Чарли.  
  - Ну, хорошо, детки, заходите внутрь, там холодно. Где мой зять?  
  - Развлекает друзей, - сказал Джейкоб, а затем фыркнул, - Тебе так повезло, что ты не в курсе событий Чарли. Это все, что я могу сказать.  
  Я легонько ударила Джейкоба кулаком по почкам, в то время как Чарли съежился от страха.  
  - Ой, - пожаловался Джейкоб со вздохом. 
  Ну, хорошо, мне казалось, что я ударила легонько.  
  - Вообще-то, Чарли, мне нужно съездить по делам.  
  Джейкоб мельком на меня посмотрел, но ничего не сказал.  
  - Ты еще не сделала рождественские покупки, Беллс? Ты знаешь, что у тебя осталось несколько дней.  
  - Да, рождественский поход за покупками", - неубедительно подтвердила я. 
  Это объясняло упаковочную пыль. Чарли, должно быть, вывешивает старые украшения. 
  - Не волнуйся, Нэсси, - прошептал он ей на ухо. - Я прикрою тебя, если твоя мама не справится.  
  Я закатила глаза, но, по правде говоря, я вообще не думала о праздниках.  
  - Обед на столе, - позвала Сью из кухни. - Налетайте.  
  - Увидимся позже, пап, - сказала я, и мы с Джейкобом переглянулись. 
  Даже если он не сможет помочь, но подумает о том, что рядом Эдвард, что, в конечном счете, не является для него большой проблемой. Он не имел представления о том, что я собираюсь сделать. 
  Конечно, я думала про себя, в то время как садилась в машину, но я тоже не имела ни малейшего понятия.  
  Дороги были скользкими и темными, но вождение не пугало меня больше. Мои рефлексы были обострены, и я едва следила за дорогой. Единственной проблемой было сохранение скорости на нужном уровне, когда я была на дороге не одна, чтобы не привлекать внимания. Я хотела покончить с сегодняшней миссией, разобраться с тайной, чтобы я смогла вернуться к своему жизненно важному заданию в обучении. Обучении защищать кого-то, обучении убивать других.  
  Со щитом у меня шли дела все лучше и лучше. Кейт больше не нуждалась в том, чтобы мотивировать меня - было нетрудно найти причины, чтобы разозлиться, теперь я уже знала, что это и есть решение задачи - и я по большей части работала с Зафриной. Она была довольна моей протяженностью; я могла покрыть расстояние длиной почти в десять футов чуть больше, чем на минуту, несмотря на то, что это меня очень изматывало. Этим утром она пыталась выяснить, смогу ли я отбросить щит от своего разума целиком. Я не видела в этом никакого смысла, но Зафрина подумала, что это поможет мне стать сильнее, все равно, что накачивание мышц живота и спины предпочтительнее, чем рук. Как бы там ни было, вы можете поднять вес куда больший, когда все мышцы сильны.  
  У меня это плохо получалось. Лишь один раз я увидела смутные очертания реки в джунглях, которую она пыталась мне показать. 
  Но были и другие пути, чтобы подготовиться, к тому, что надвигалось, и только спустя две недели я забеспокоилась, что должно быть пренебрегла самым важным. Сегодня я это исправлю.  
  Я запомнила карты, и у меня не возникло проблем с поиском дороги, ведущей к адресу, который в реальности не существовал, единственной, что вела к Джей Дженксу. Следующим моим шагом будет Джейсон Дженкс по другому адресу, который мне дала Элис.  
  Сказать, что это не было милым районом, все равно, что ничего не сказать. Самая невзрачная из всех калленовских машин, тем не менее, выделялась на этой улице. Мой старенький пикап здорово бы здесь смотрелся. Во время моих человеческих лет я бы, скорее всего, заперла бы двери и умчалась прочь так быстро, как смогла бы. Как бы там ни было, я была очарована. Я пыталась представить Элис в этом месте по какой-либо причине, но мне не удавалось.  
  Здания, все трехэтажные, узкие, покосившиеся, словно согнулись под тяжестью дождя, были старыми домами, разделенными на множество комнат. Трудно сказать, какого цвета они были. Все выцвело до оттенков серого. В нескольких строениях на первом этаже расположились частные заведения - грязный бар с окнами, выкрашенными в черный цвет, магазинчик магических принадлежностей, с неоновыми руками и картами таро пульсирующими светом на двери, тату салон и детский садик, разбитое окно которого было склеено клейкой лентой. Ни в одной из помещений не горел свет, хотя снаружи было достаточно темно, хотя людям уже нужно было освещение. Вдалеке я услышала тихое ропот голосов, похожий на звуки телевизора.  
  На улице было очень мало людей, двое шаркали в противоположном направлении, один сидел на маленьком крыльце заколоченной досками адвокатской конторы, выставленной на продажу по сниженной цене, читая мокрую газету и посвистывая. Звук был чересчур бодрым для такого места.  
  Я была так озадаченна из-за беззаботного свистуна, что даже сначала не заметила, что это заброшенное здание находилось именно по тому адресу, который я искала. В этом обветшалом месте не было номеров, но тату салон позади, был следующим по счету.  
  Я подъехала к тротуару и на секунду замешкалась. Я зай

  Глава 21   Первая охота
 
-Через окно? - Спросила я, поглядывая на землю двумя этажами ниже. 
На самом деле я никогда не боялась высоты, но способность видеть все детали с такой ясностью, делала подобную перспективу малопривлекательной - камни внизу казались острее, чем я предполагала. 
  Эдвард улыбнулся. 
  - Это самый удобный выход. Если боишься, могу понести тебя. 
  - В нашем распоряжении целая вечность, а ты волнуешься о времени, которое потеряешь, если выйдешь через черный ход? 
  Он немного нахмурился. 
  -Ренесми и Джейкоб сейчас внизу. 
  -Ох. 
  Да, теперь я была монстром, мне приходилось держаться подальше от запахов, которые могли бы разбудить во мне мою дикую сущность, особенно от людей, которых я люблю и даже от тех, кого я не знаю. 
  - Думаешь, с Ренесми будет все в порядке, пока она вместе с Джейкобом? - прошептала я. Я догадалась, что тихий стук, который я слышала ранее, был сердцебиением Джейкоба. Я напрягла слух, но смогла услышать только одно устойчивое биение сердца, - Мне кажется, он ее недолюбливает... 
  Эдвард поджал губы. 
  - Поверь мне, она в полной безопасности. Я ведь знаю, о чем думает Джейкоб. 
  -Конечно,- буркнула я и снова взглянула вниз на землю. 
  -Боишься?- допытывался он. 
  -Немного. Я не знаю, как... 
  Я чувствовала позади себя свою семью, они спокойно наблюдали. Ну, почти. Эмметт уже не мог сдерживать хихиканье. Одна моя ошибка, и он начнет кататься по полу от смеха. И тогда начнутся шутки о самом неуклюжем вампире на свете. 
  Проблема была еще и в платье, которое должно быть Элис надела на меня, когда происходило мое перевоплощение. Я этого даже не заметила. Однако это платье совершенно не подходило для охоты или прыжков. Облегающее, шелковое, холодного синего цвета. Интересно, она и впрямь считает, что оно мне понадобится? Может вечером планируется коктейльная вечеринка? 
  - Смотри на меня, - сказал Эдвард. Затем, совершенно небрежно сделал шаг от высокого открытого окна и прыгнул вниз. 
  Я внимательно следила, пытаясь запомнить даже то, под каким углом он согнул колени, чтобы смягчить падение. Звук его приземления был очень мягким и приглушенным, таким, какой обычно издает осторожно прикрытая дверь или аккуратно положенная на стол книга. 
  Это выглядело довольно просто. 
  Стиснув зубы и сконцентрировавшись, я попыталась повторить его "шаг в пустоту". 
  Ха! Казалось, что земля приближается ко мне настолько медленно, что мне ничего не стоило спокойно на нее ступить. Интересно, во что обула меня Элис? Шпильки?! О чем она только думала?! Но, как ни странно, даже в них приземление оказалось легким, словно обычный шаг на ровной поверхности. Я постаралось приземлиться на носочки, чтобы не отбить пятки. 
  Мое приземление было таким же тихим, как у Эдварда. Я усмехнулась. 
  - Действительно, легко. 
  Он улыбнулся мне. 
  -Белла? 
  -Да? 
  -Это было очень грациозно. Даже для вампира. 
  Какое-то мгновение я обдумывала его слова, а потом просияла. Если бы он сказал это с сарказмом, Эмметт бы уже смеялся. Но его слова никому забавными не показались, значит, он действительно сказал правду. Первый раз в жизни кто-то назвал меня грациозной, ну или впервые с тех пор, как я существую. 
  -Спасибо,- поблагодарила я. 
  Потом, сбросив свои серебристые туфли, я забросила их обратно в открытое окно. Возможно с небольшим трудом, но я услышала, как кто-то поймал их до того, как они повредили деревянную обшивку. 
  Элис проворчала: 
  - Похоже, чувство стиля у нее не намного улучшилось, в отличие от чувства равновесия. 
  Эдвард взял мою руку (я не переставала поражаться тому, насколько гладкой и необычайно привычной температуры была его кожа) и помчался через задний двор к берегу реки. Я тотчас последовала за ним. 
  Любое движение давалось с чрезвычайной легкостью. 
  -Нам придется плыть? - спросила я, когда мы остановились у воды. 
  -И испортить твое прелестное платье? Ну, уж нет. Мы перепрыгнем. 
  Я прикусила губу, сосредотачиваясь. Река тут была пятнадцать ярдов в ширину. 
  -Ты первый,- предложила я. 
  Он коснулся моей щеки, затем отошел на два шага назад, и, разогнавшись, оттолкнулся от плоского камня, плотно врытого в берег реки. 
  Я наблюдала за его стремительными движениями, от начала прыжка через воду, до того момента, пока он не исчез за толстыми деревьями с другой стороны реки. 
  -Ты где?- пробормотала я и услышала его смех. 
  Я на всякий случай отошла назад на пять шагов, и глубоко вздохнула. 
  Неожиданно во мне вновь проснулось беспокойство, но не о том, что упаду или разобьюсь, меня больше волновала сохранность леса. 
  Я медленно шла вперед, и ощущала как грубая, колоссальная сила скапливается в каждой клеточке тела. Неожиданно я почувствовала уверенность в том, что если бы мне захотелось сделать туннель под рекой, пробив его прямо в скале, чтобы переправиться на тот берег, это не заняло бы много времени. Все вокруг меня вдруг стало казаться такими хрупкими: деревья, кусты, дом… 
  Понадеявшись на то, что Эсме не особо нравятся деревья вдоль реки, я приготовилась к прыжку, но тут же затормозила, когда туго натянутый атлас платья разошелся на бедре. Элис! 
  Ну, оставалось лишь надеяться, что ее не очень расстроит порванная шмотка, особенно если учесть, что Элис все равно выбрасывала недорогую одежду, пусть и всего лишь раз ношеную. 
  Одним небольшим усилием я разорвала платье по шву до самого бедра. То же самое проделала с другой стороны, для симметричности. 
  Ну вот, так то лучше. 
  Из дома до меня донесся смех. Не только со второго этажа, но и с первого - я сразу отличила этот грубоватый, хриплый смешок от всех остальных, по тому, как скрипнули стиснутые зубы. 
  Джейкоб тоже наблюдал? Я не представляла себе, о чем он сейчас думает или чем занимается. Могла лишь вообразить нашу встречу, если конечно он простит меня, тогда я уже буду гораздо спокойней и уверенней в себе, а время успеет залечить сердечные раны, которые я же ему и нанесла. 
  Я не обернулась, чтобы взглянуть на него, боялась потерять настрой. Нельзя позволить чувствам настолько овладеть мной, чтобы потерять над собой контроль. Страхи Джаспера перекинулись и на меня. Чтобы спокойно находиться с кем-то рядом, мне требовалось хорошо поохотиться. Я попыталась выкинуть из головы лишние мысли, и сосредоточиться. 
  -Белла?- из леса раздался голос Эдварда, он возвращался,- Если хочешь, покажу еще раз? 
  Нет уж, я прекрасно все запомнила, и, разумеется, мне бы не хотелось давать Эмметту лишний повод для шуток. У меня должно все получиться просто подсознательно. Я глубоко вздохнула и побежала к реке. 
  Юбка мне больше не мешала, так что я оказалась у воды в одно мгновение. Всего лишь миг, показавшийся вечностью, мои глаза и ум двигались так быстро, что одного шага оказалось достаточно. Все оказалось очень просто - сначала поставить правую ногу на камень и, оттолкнувшись, направить тело прямо в воздух. Направление я выбрала точное, а вот силу не рассчитала. Расстояние в пятнадцать ярдов оказалось плевым делом. (15 ярдов = 13,7 метров прим. ред.) 
  Это было странное, головокружительное, незабываемое, но очень короткое мгновение. Не прошло и пары секунд, как я уже была на другой стороне. 
  Я ожидала, что у меня возникнут проблемы с деревьями на том берегу, но они, к моему удивлению, оказались весьма кстати. Это оказалось просто - приближаясь к земле, уверенно протянуть руку и схватиться за удобно расположенную ветку. Я легко качнулась на суку и опустилась на другую ветвь ели, в пятнадцати футах от земли. (15 футов = 4,5 метров прим. ред.) 
  Это было невероятно. 
  Сквозь восторженный смех, я услышала, как Эдвард ищет меня. Мой прыжок был вдвое дальше его. Он добрался до моего дерева, глядя широко распахнутыми от удивления глазами. Я перемахнула на ветку поближе, бесшумно приземлившись. 
  -Я справилась?- В моем голосе слышалось радостное возбуждение. 
  -Справилась, и просто превосходно!- Он одобрительно улыбнулся, стараясь скрыть удивление за будничным тоном. 
  -Может, попробуем еще раз? 
  -Белла, сосредоточься, мы же на охоте. 
  -Ох, верно,- пробормотала я, - на охоте. 
  -Следуй за мной... - усмехнулся он, на лице играла усмешка, - ...Если сможешь - и в то же мгновение сорвался с места. 
  Он был быстрее меня. Я не могла представить, как ему удается передвигаться с такой невероятной скоростью. Но я была сильнее, и каждый мой шаг был длиннее одного его в три раза. Мы летели сквозь зеленую паутину леса. Во время бега, я не могла сдерживать тихий восторженный смех. Но он мне совершенно не мешал. 
  Теперь я понимала, почему Эдвард никогда не врезается в деревья. Это был один из самый потрясающих моментов, баланс между скоростью и ясностью завораживал подобно невероятному чуду. Я думала, что во время стремительного бега весь окружающий мир размоется, превращаясь в одно нечеткое пятно, но, оказалось, что я прекрасно могла видеть каждый крохотный листик на любом кусте, который миновала. 
  Ветер развевал мои волосы и платье. И даже понимая, что такого не может быть, я чувствовала, как по моей коже разливается тепло. Так же, как грубая лесная почва не должна была походить на бархат, когда я касалась ее своими босыми ступнями, так же как хлеставшие меня ветки не должны были быть похожи на ласковые перышки. 
  Лес был живой, я даже не подозревала о существовании всех тех маленьких букашек, которые сидели на листьях, все они замолкали, когда мы проносились мимо них, замирая от страха. Животные более трезво относились к нашему запаху, чем люди. Конечно, все это производило на меня впечатление. 
  Я ждала, когда начнется отдышка, но мне дышалось легко. Я ждала боли в мускулах, но моя сила, казалось, только возрастала. Я увеличила скорость, и теперь Эдварду приходилось поспевать за мной. Из груди вырвался ликующий смех. Эдвард отставал. Мои ноги так редко касались земли, что это больше походило на полет, чем на бег.  
  -Белла,- позвал он меня небрежно, даже с ленцой. Я больше ничего не слышала, значит, он остановился. 
  Было жаль останавливаться, но, вздохнув, я развернулась, и легко подбежала, к нему выжидательно глядя в его глаза. Эдвард улыбался, приподняв одну бровь. Он был так прекрасен, что мне оставалось только смотреть на него, не в силах отвести взгляд. 
  -Ты остаешься в стране? - спросил он,- или планировала побывать сегодня в Канаде? 
  -Было бы неплохо, - согласилась я, уделяя больше внимания не тому, что он говорил, а тому, как двигались его губы, вовремя разговора. Было трудно отвести взгляд, настолько все теперь выглядело иначе, - На кого мы будем охотиться? 
  -На лосей, для начала надо выбрать что-нибудь полегче. - Ему понравилось, как я сузила глаза на слове "полегче". 
  Но я не собиралась спорить. Жажда была очень сильной. Стоило мне обратить внимание на сухое жжение в горле, как оно стало единственным, о чем я могла думать. Определенно становилось хуже. По силе жажды можно было подумать, что я нахожусь в июньский полдень где-нибудь посреди пустыни. 
  -Ну и где они?- спросила я, нетерпеливо осматривая деревья. Теперь, когда я вспомнила о своих потребностях, казалось, что они заменили все остальные мысли в моей голове, вытесняя более приятные, например, о беге, губах Эдварда, и поцелуях, и ... это невыносимо. Я не могла избавиться от этого навязчивого ощущения. 
  -Подожди минутку,- сказал он, положив руки мне на плечи. От его прикосновения настойчивая жажда сразу же отступила. 
  -Теперь, закрой глаза,- прошептал он. Подчинившись, я почувствовала, как он сжал мое лицо в ладонях, поглаживая пальцами скулы. Я ощутила, как участилось дыхание, и ждала проявления румянца, которого, разумеется, не было. 
  -Слушай, - учил меня Эдвард,- Что ты слышишь? 
  Я могла ответить только то, что слышу его великолепный голос, его дыхание, движение его губ, когда он говорил, щебетание птиц, сидящих на вершинах деревьев, биение их сердец, шелест листьев, тихое копошение муравьев, следующих друг за другом по длинному стволу ближайшего дерева. Но я понимала, что он подразумевает нечто определенное, и позволила своим ощущениям освободиться, ища звуки, отличающиеся от этого тихого гама, окружавшего меня. Рядом с нами было открытое пространство и звуки, доносившиеся оттуда, немного отличались. Там, возле шума воды и лакающих языков, слышались сердцебиение и ток крови, бегущей по венам. 
  Спазм сдавил мое горло. 
  -Недалеко от устья реки, на северо-запад?- спросила я, стоя с закрытыми глазами. 
  -Да,- ободряюще согласился он,- Теперь, дождись ветра, что ты чуешь? 
  В основном его - этот странный медово-лавандово-солнечный парфюм, еще насыщенный, земляной запах гнили, моха, смолы, вечнозеленых растений, теплый, но очень резкий аромат мелких грызунов, копошащихся внизу, у корней. А потом я почувствовала запах воды, которая была крайне непривлекательна, несмотря на испытываемую мной жажду. Я сфокусировалась на запахах у воды и нашла тот, который сопровождал биение сердца и ток крови. И еще один запах, сильный и терпкий, более мощный, чем остальное и настолько же непривлекательный, как запах ручья. Я сморщила нос. 
  Эдвард засмеялся,- Знаю, это не так то просто. 
  -Три? - предположила я. 
  -Пять, еще двое в лесу, позади остальных. 
  -Что мне надо делать? 
  -А что бы ты сделала? - в его голосе слышалась улыбка. 
  Я задумалась, мои глаза все еще были закрыты. Я вслушивалась, потягивая носом воздух. Меня снова опалила жажда, вторгающаяся в мое сознание - неожиданно теплый, острый аромат уже не казался таким отталкивающим. Рот наполнился слюной, я распахнула глаза. 
  -Не думай об этом,- посоветовал он, как только убрал руки от моего лица и сделал шаг назад,- Просто следуй инстинктам. 
  Я позволила себе идти за запахом к месту, откуда он исходил. Тело машинально подалось вперед. Притаившись в кустах папоротника, растущего между деревьев, я увидела крупного самца с огромными ветвистыми рогами. Возглавляя четырех других, он медленно вел их на восток через лес. 
  Я сосредоточилась на запахе особи мужского пола, на его шее, где пульсация ощущалась наиболее сильно. Всего тридцать ярдов разделяли нас. Два или три прыжка. Я приготовилась к атаке, мои мускулы напряглись. 
  Ветер переменился и усилился, дуя с юга. Мчась за деревьями, я не прервалась для раздумий, стараясь не отвлекаться от намеченного - загнать лося вглубь леса. Приближаясь, я, вдруг, уловила новый аромат, такой привлекательный и не оставляющий выбора, действующий на меня как принуждение. 
  Запах полностью захватил меня. У меня была четкая цель, я выслеживала ее в надежде на утоление жажды. Голод усиливался, но сейчас он был настолько болезненным, что заглушал все мои мысли, напоминая о яде в моих венах. 
  Была только одна вещь, способная завладеть моим вниманием. Инстинкт более сильный, чем жажда - инстинкт защищаться от опасности. Самосохранение. 
  Неожиданно я заметила, что меня преследуют. Притяжение запаха воевало с импульсом повернуться и не дать противнику напасть на мою жертву. Непонятный звук вырвался из моей груди, рот приоткрылся в оскале, предупреждающе обнажая клыки. Я помедлила, необходимость защищать тыл боролась с желанием утолить жажду. 
  А затем я услышала, как мой преследователь ускорил движение, и желание защитить себя победило. 
  Дикое рычанье, вырвавшееся из моего собственного горла, было таким неожиданным, что я резко остановилась. Это вывело меня из равновесия, и я секунду приходила в себя, пытаясь взять жажду под контроль, несмотря на то, что она все нарастала. 
  Ветер применился и сейчас обдувал мое лицо ароматом сырой земли и приближающегося дождя, освобождая от влияния запаха, который был настолько великолепным, что не оставлял никаких сомнений в том, что он принадлежит человеку. 
  Эдвард оказался в паре футов от меня, его руки поднялись и обхватили меня, стараясь задержать. Он настороженно смотрел, как я замираю от страха. 
  Осознав, что чуть не атаковала его, я рывком выпрямилась из своей оборонительной позиции. Я задержала дыхание, опасаясь, что аромат вернется с юга. 
  Эдвард увидел, как способность рассуждать возвращается ко мне, и отступил, опуская руки. 
  -Мне надо убраться отсюда,- прошипела я, используя воздух, оставшийся в легких. 
  На его лице отразился шок: 
  - Ты можешь уйти? 
  У меня не было времени спрашивать, что он хотел этим сказать. Я знала, что возможность мыслить здраво будет длиться ровно столько, сколько я смогу не думать о... 
  Я сорвалась с места и побежала на север, сосредоточившись исключительно на чувстве ощутимого лишения, которое, казалось, было единственной реакцией моего тела на отсутствие воздуха. Моей единственной задачей было убежать достаточно далеко, чтобы потерять этот запах, чтобы его было невозможно найти, даже если очень захочу. 
  Я снова поняла, что меня преследуют, но на этот раз я держала себя в руках. Я пыталась побороть свой инстинкт дышать воздухом, используя запахи, витающие в воздухе, для того, чтобы убедиться в том, что это был Эдвард. Мне не пришлось долго с собой бороться, я бежала так быстро, как никогда прежде, словно комета по самой прямой траектории, которую могла разглядеть среди деревьев. Эдвард догнал меня через минуту. Внезапно ко мне пришла мысль. Я остановилась. Я была уверена, что там, где я стояла, было уже безопасно, но на всякий случай я снова задержала дыхание. 
  Эдвард промелькнул мимо, удивленный моей внезапной остановкой. Развернулся и в ту же секунду уже был рядом со мной. Он положил руки мне на плечи, пристально глядя в глаза. Выражение его лица по-прежнему было удивленным, даже шокированным. 
  -Как ты это сделала?- требовательно спросил он. 
  - Но ты бы все равно вовремя меня остановил, разве не так? - потребовала я в ответ, игнорируя вопрос. - Я думала, что поступаю правильно! 
  Когда я открыла рот и сделала первый вдох, я поняла, что в нем больше не витало того запаха, разжигающего мою жажду. Я глубоко вздохнула. 
  Он пожал плечами и встряхнул головой, не желая сдаваться. 
  -Белла, как ты сделала это? 
  -Убежала? 
  -Да, как ты прекратила охоту? 
  -Когда ты подошел сзади…прости меня. 
  -Почему ты извиняешься? Это я был неосторожен. Я не думал, что кто-то отойдет так далеко от тропы! Мне надо было сначала проверить. Какая глупая ошибка! Тебе незачем извиняться. 
  - Но я рычала на тебя,- я все еще была напугана тем, что физически была способна на такое. 
  -Конечно, ты зарычала, но сделала это неосознанно, и я не понимаю, как ты смогла убежать. 
  -А что еще мне оставалось делать?- удивленно спросила я. Его позиция шокировала меня, он что, хотел, чтобы я напала?- Это ведь мог быть тот, кого я знаю! 
  Эдвард смотрел на меня и, внезапно запрокинув голову, разразился громким смехом. 
  -Что смешного? 
  Он осекся и снова насторожился. 
  Держи себя под контролем, сказала я сама себе. Мне приходилось контролировать свою вспыльчивость, как будто я была молодым оборотнем, а не вампиром. 
  -Я не над тобой смеюсь, Белла, все дело в шоке. И я в шоке, потому что ... просто поражен. 
  -Почему? 
  -Ты не должна была делать ничего подобного, и не могла быть такой... рациональной. Ты не должна стоять сейчас со мной и спокойно, без всяких эмоций разговаривать. И еще ты не должна была прерывать охоту, почуяв в воздухе запах человеческой крови. Даже зрелым вампирам удается это с трудом, мы всегда очень осторожны с выбором места охоты, и стараемся не подвергать себя искушению. Белла, ты ведешь себя так, будто тебе уже несколько десятилетий, а не один день. 
  - Ох, - но я понимала, что будет трудно, поэтому и была осторожна, я знала, что начнутся сложности. 
  Он обхватил ладонями мое лицо, сияя от восторга. 
  - Я бы многое отдал, чтобы хоть ненадолго заглянуть в твои мысли. 
  Так много эмоций. Я была подготовлена к невыносимой жажде, но не к этому. Я была уверена, что после превращения его прикосновения покажутся мне другими, но я они казались мне такими же, как и прежде. 
  Даже лучше. 
  Я начала водить пальцами по его лицу, чертя какие-то линии, замедлив движения у губ. 
  -Я думала, что теперь мои чувства притупятся? - Моя интонация сделала предложение вопросом,- Но все еще хочу тебя. 
  Он был поражен. 
  - Как ты можешь думать об этом? Тебя ведь должна мучить невыносимая жажда. 
  Конечно, она мучила меня, особенно когда он напомнил о ней. 
  Я попыталась сглотнуть и закрыла глаза, это помогало сконцентрироваться. Я дала волю чувствам, пытаясь найти какой-нибудь другой ароматный запах. 
  Эдвард убрал руки с моих плеч, стараясь не дышать, пока я прислушивалась к лесу, в поисках запахов и звуков, необходимых мне. В воздухе был намек на какой-то непонятный запах, слабо тянущийся к востоку. 
  Я быстро распахнула глаза, по-прежнему сосредоточившись на своих чувствах, стрелой устремилась на восток. 
  Земля мелькала под ногами, я бежала в охотничьей манере, близко к земле, взбираясь на деревья, когда это было несложно. Я чувствовала сильнее, чем Эдвард, который тихо бежал за мной, позволяя лидировать. 
  Чем выше мы взбирались, тем меньше растительности было вокруг. Запах смолы усиливался, как и аромат жертвы, которую я преследовала. Он был теплый, более резкий, чем у лося, но и более приятный. Спустя несколько секунд, я уже слышала, как тихо передвигаются чьи-то большие лапы, звук был мягче, чем звук копыт. Среди деревьев он был слышнее, чем на земле. Жертва была уже совсем близко. Машинально я вспрыгнула на верхнюю ветку пихты, чтобы приобрести более выгодную позицию. 
  Прямо под собой я слышала мягкую поступь,…краем глаза я заметила, а затем увидела ниже чуть левее меня коричнево-рыжую большую кошку, двигающуюся вдоль толстой ветки ели. Кот был большой, в четыре раза тяжелее меня. Его глаза были устремлены на землю, горный лев тоже охотился. Я уловила запах чего-то маленького, с очень нежным, по сравнению с моей жертвой, запахом. Хвост горного льва метался, в то время как он готовился к прыжку. 
  Легким прыжком я опустилась на спину льва. Почувствовав дрожь дерева, он начал вертеться, пронзительно заревев от неожиданности и терзая пространство между нами, его глаза горели яростью. Наполовину обезумевшая от жажды, игнорируя выставленные клыки и крючковатые когти, я бросила нас обоих на землю. 
  Это был неравный бой. 
  Его грозные лапы казались лишь ласковыми прикосновениями пальцев, зубы так и не сомкнулись на моем плече и горле. Я почти не чувствовала его веса. Мои зубы безошибочно отыскали горло, и его инстинктивное сопротивление не шло ни в какое сравнение с моей силой. Я вонзила зубы в горло, где поток крови был самым сильным - это было так легко, словно нож сквозь масло. Как стальные лезвия, они прорезали мех, жир и сухожилия, будто их там и не было. 
  Аромат чуть изменился, но кровь была горячей и влажной, она успокаивала неровную, зудящую жажду, пока я жадно пила. Горный лев боролся все слабее и его рев стал походить на бульканье. Тепло крови согревало все мое тело, до кончиков пальцев рук и ног. 
  Я закончила со львом раньше, чем успела насытиться. Жажда по-прежнему не покидала меня, даже когда я высосала из зверя все до последней капли. Я с отвращением отпихнула его безжизненную тушу. Как я могу чувствовать жажду после всего этого? 
  Я выпрямилась одним резким движением. Поднявшись, я осознала, что надо привести себя в порядок. Я вытерла лицо тыльной стороной ладони и постаралась поправить платье. Когти, которые не смогли причинить вред моей коже, изрядно потрепали ткань. 
  -Хм... - донесся голос Эдварда. Я посмотрела в его сторону. Он стоял у ствола дерева, изучая меня с задумчивым видом. 
  -Думаю, что смогла бы сделать это лучше, - я была вся покрыта грязью, со спутанными волосами, кровавыми пятнами на платье, порванным в лохмотья. Эдвард никогда не возвращался с охоты в таком виде. 
  - Ты все сделала очень хорошо,- уверил он меня, - Просто…за этим было гораздо труднее наблюдать, чем я предполагал. 
  Я смущенно приподняла одну бровь. 
  -Это противоестественно, - объяснял он, - позволить тебе бороться с пумой. У меня все время было страстное желание вмешаться и атаковать. 
  -Глупо. 
  -Я знаю. Взрослых особей нелегко убивать. Но, тем не менее, мне нравится твое платье. 
  Если бы я умела краснеть, я непременно бы это сделала. 
  -Почему я до сих пор голодна? 
  -Потому что ты молода. 
  Я вздохнула, - Не думаю, что поблизости есть еще парочка горных львов. 
  -Но есть стадо оленей. 
  Я состроила гримасу, - Они не так хорошо пахнут. 
  - Травоядные. Хищники пахнут почти так же, как и люди,- объяснил Эдвард.- Мы можем вернуться,- сказал он торжественно. В его глазах горел дразнящий огонек. 
  - Кто бы там ни был в тот раз, ему уже нечего волноваться за свою жизнь. Но даже если бы ты им и повстречалась, ничего страшного в этом нет. - Его глаза снова пробежались по моему разорванному платью, - На самом деле они подумают, что уже умерли и попали на небеса, только увидев тебя. 
  Я закатила глаза. 
  - Пойдем, поохотимся на вонючих травоядных. 
  На пути к дому мы обнаружили большое стадо оленей. На этот раз Эдвард охотился вместе со мной, поскольку суть охоты мне уже была ясна. Я повалила одного большого самца, правда, наделав при этом столько же шуму, как и со львом. Он уже заканчивал с двумя, пока я возилась с одним, при этом его волосы не были растрепаны, а на рубашке не видно ни пятнышка. Мы преследовали перепуганное стадо, но вместо того, чтобы утолять жажду, я наблюдала за Эдвардом, рассчитывая понять, как он делает все настолько аккуратно. 
  Каждый раз, когда я хотела, чтобы Эдвард не уходил от меня на охоту, мне было легче от уверенности, что видеть этот мир - страшно, ужасающе. Наблюдая за его охотой, я поняла, что он окончательно стал для меня вампиром. 
  Конечно, это была не лучшая перспектива для меня. Но я сомневалась, что даже мои человеческие глаза упустили бы всю красоту момента. 
  Это был потрясающе чувственный опыт наблюдать за тем, как охотиться Эдвард. Его прыжок был как гибкий удар змеи, руки излучали уверенность и силу - из них невозможность было вырваться. Его полные губы были идеальны, когда обнажали мерцающие зубы. Он был великолепен. Неожиданно я почувствовала прилив гордости и желания - он был моим, и ничто не могло нас разлучить. Мне потребовалось приложить усилия, чтобы его догнать. Он был очень стремителен. 
  Эдвард обернулся и встретился с моим, пожирающим его, взглядом. 
  -Больше не чувствуешь жажды?- спросил он. 
  Я пожала плечами, 
  - Ты отвлек меня. У тебя намного лучше получается охотиться. 
  -Века практики,- улыбнулся он. Сейчас его глаза излучали золотистое сияние. 
  -Всего один век,- поправила я его. 
  Он рассмеялся. 
  - Ты закончила на сегодня или хотела бы продолжить? 
  -Думаю, что это все,- в теле ощущалась определенная сытость, хотя я не знала, сколько еще смогу выпить крови, тем не менее, жажда, обжигающая мое горло, стала почти не уловимой. Однако я знала, теперь она будет неотъемлемой частью этой жизни и тем самым ухудшать ее. 
  Я поняла, что могу себя контролировать. Возможно, ощущение безопасности было ложным, но я чувствовала себя великолепно и не собиралась сегодня больше никого убивать. 
  Если бы мне не были подвластны все мои человеческие качества, могла бы я любить моего ребенка-полувампира и продолжать дружбу с оборотнем? 
  - Я хочу увидеть Ренесми, - Теперь, когда жажда была усмирена, мои прежние опасения вернулись. Я хотела сравнить незнакомку, которая была моей дочерью, с существом, которое я полюбила три дня назад. Было так странно, не ощущать ее внутри себя, это вызывало чувство опустошенности, мне было непросто. 
  Эдвард протянул мне руку. Я взяла ее, и его кожа показалась мне теплее, чем когда-либо, на его щеках разлился румянец, тени под глазами исчезли. Я не могла побороть желание прикасаться к его лицу - снова и снова. 
  Я забыла обо всем на свете, пока все мое внимание было обращено на его золотые глаза. 
  Хотя это было почти так же сложно, как и устоять от запаха человеческой крови, но я как-то сохранила необходимость быть осторожной и настойчивой, когда поднялась на носочки и обвила его шею своими руками. Мягко. 
  В его движениях не было колебаний. Его руки обвили мою талию и притянули к себе, губы мягко впились в мои. Я ответила на поцелуй.  
  Как и раньше я почувствовала, будто растворяюсь в нем, от прикосновений его кожи, его губ, его рук. Каждой частичкой моего тела. Я не могла представить, как можно любить сильнее. 
  Раньше мое сознание просто не могло вместить в себя такое количество любви. Мое старое сердце не было достаточно сильным, чтобы это выдержать.  
  Возможно, все это пришло ко мне в новой жизни. Как сострадание Карлайла и преданность Эсме. Я наверняка не смогу делать ничего выдающегося, как Эдвард, Элис или Джаспер. Может, я просто буду любить Эдварда больше, чем кто-либо любил за всю историю.  
  Я смогу жить с этим. 
  В моей голове пронеслись обрывки воспоминаний о наших ласках - мои пальцы в его волосах, черчение линий на его щеках - но все остальное было новым для меня. Он был новым. Это был совершенно иной опыт. Эдвард целовал меня без всяких опасений, так сильно. Я ответила так же страстно, и внезапно мы упали. 
  -Упс,- сказала я, а он рассмеялся,- Не думала, что получится так мощно. Все в порядке? 
  Он обескуражено посмотрел на меня. 
  - Даже лучше, чем в порядке. 
  - Ренесми?- спросил он неуверенно, пытаясь, удостоверится, что это то, чего в настоящий момент я хочу больше всего. Довольно сложный вопрос, учитывая то, что мне хотелось очень много вещей одновременно. 
  Я догадывалась, что Эдвард не хотел возвращаться, было сложно думать о чем-то еще, кроме нас двоих. Я чувствовала его кожей почти повсюду, ведь от платья действительно осталось очень мало. Но я думала о Ренесми, о том, какая она была до рождения, а какая сейчас. И мысли о ней стали похожи на сон. Все мои воспоминания о ней были человеческими. То, что я не видела моими нынешними глазами, казалось выдумкой. 
  Каждое мгновение воспоминания об этом маленьком человечке улетучивались. 
  -Ренесми, - согласилась я печально, и встала на ноги, потянув его за собой. 
   
  Глава 22. ОБЕЩАННОЕ 
   
  Разговоры о Ренесми перенесли её на центральное место в моем странном, новом, просторном, но возбужденном сознании. Так много вопросов. 
  - Расскажи мне о ней, - попросила я, как только он взял мою руку. То, что теперь мы шли вместе, почти не никак не отразилось на нашей скорости. 
  - Она единственная в своем роде, - сказал он мне, и отголоски почти религиозного трепета снова слышались в его голосе. 
  Я почувствовала острый укол ревности из-за этой незнакомки. Он знал ее, а я нет. Это было несправедливо. 
  - Насколько она похожа на тебя? Насколько на меня? Или хотя бы на такую, какой я была раньше. 
  - Она прекрасна в своей двойственности. 
  - Да, она же теплокровна, - вспомнила я. 
  - Да. У нее есть сердцебиение, хотя оно немного чаще человеческого. И ее температура немного выше обычно. А еще она спит. 
  - Правда? 
  - Весьма хорошо для новорожденной. Единственные родители в мире, которым не нужен сон, и наш ребенок, который спит всю ночь, - усмехнулся он. 
  Мне нравилось, как он произносит "наш ребенок". Слова делали ее более реальной. 
  - У нее точно твой цвет глаз - так что он не пропал, в конце концов, - он улыбнулся, - Они так красивы. 
  - А что в ней от вампира? - спросила я. 
  - Ее кожа, похоже, будет столь же непроницаемой как наша. Никому не хочется проверить это предположение. 
  Я моргнула, потрясенная его словами. 
  - Конечно, никто не будет проверять, - уверил он меня снова, - Ее питание... ну, она предпочитает пить кровь. Карлайл все еще пытается убедить ее выпить немного детской смеси, но она не проявляет к ней никакого интереса. Не могу сказать, что виню ее за это - смесь ужасно дурно пахнет, даже для человеческой пищи. 
  На этот раз, я уже в открытую уставилась на него - звучало, как будто они могли вести с ней разговор. 
  - Убедить ее? 
  - Она невероятно, даже шокирующе, умна и развивается поразительно быстро. Не смотря на то, что она еще не говорит - у нее есть очень эффективный способ общения. 
  - Не говорит. Пока еще. 
  Он пошел медленнее, давая мне возможность все это осмыслить. 
  - Что ты имеешь в виду говоря, о ее эффективном общении? - потребовала я ответа. 
  - Я думаю, что тебе будет проще понять... если ты все увидишь своими глазами. Это достаточно трудно описать. 
  Я ненадолго задумалась. Я знала, что очень многое мне надо увидеть лично, и только тогда это станет для меня реальностью. Я не была уверена, на сколько еще меня хватит, и сменила тему разговора. 
  - Почему Джейкоб все еще здесь? - спросила я, - Как он выдерживает все это? Почему? - мой звонкий голос слегка дрожал, - Почему он должен страдать еще больше? 
  - Джейкоб не страдает, - сказал он странным тоном. 
  - Хотя возможно, я был бы не против изменить его состояние, - добавил Эдвард сквозь зубы. 
  - Эдвард! - прошипела я, дергая его, чтобы он остановился (и, чувствуя удовлетворение оттого, что была в состоянии сделать это). 
  - Как ты можешь говорить такое? Джейкоб отдал всё, чтобы защитить нас! Через что ему пришлось пройти из-за меня! - Меня передернуло от мутных воспоминаний стыда и вины. Теперь это казалось странным, что тогда я так сильно нуждалась в нем. 
  То чувство опустошенности, когда его не было рядом со мной, теперь исчезло, видимо, это была просто человеческая слабость. 
  - Ты увидишь именно то, о чем я говорю, - пробормотал Эдвард, - я обещал, что я позволю ему самому все объяснить, но сомневаюсь, что ты сможешь отнестись к этому иначе, чем я. Хотя, конечно, я часто ошибался относительно твоих мыслей, не так ли? - он посмотрел на меня, поджав губы. 
  - Объяснить что? 
  Эдвард покачал головой, - Я обещал. Хотя не знаю, должен ли теперь ему действительно что-нибудь, вообще хоть что-нибудь... - он стиснул зубы. 
  - Эдвард, я не понимаю, - расстройство и негодование брали надо мной верх. 
  Он погладил мою щеку и затем мягко улыбнулся, когда мое лицо просияло в ответ, желание на мгновение взяло верх над раздражением. 
  - Я знаю, что тебе намного тяжелее, чем ты хочешь это показать. Я помню. 
  - Мне не нравится чувствовать себя растерянной. 
  - Я знаю. И поэтому давай-ка доставим тебя до дома, чтобы ты смогла все увидеть сама, - его глаза пробежались по остаткам моего платья, пока он говорил о возвращении домой, и он нахмурился. - Хмм. 
  Немного подумав, он расстегнул свою белую рубашку и, протянув её мне, помог просунуть руки в рукава. 
  - Настолько все плохо? 
  Он усмехнулся. 
  Я просунула руки в рукава и затем быстро застегнула рубашку над рваным лифом платья. Конечно, он остался без рубашки, и было невозможно не заметить этого обстоятельства. 
  - Наперегонки? - предложила я, и затем предостерегла, - не смей поддаваться на этот раз! 
  Он выпустил мою руку и усмехнулся, - По твоей команде... 
  Найти путь к моему новому дому было проще, чем спуститься вниз по улице Чарли к моему старому. Наш аромат оставил четкий след, по которому можно было бежать даже с такой скоростью. 
  Эдвард обгонял меня, пока мы не пересекли реку. Я рискнула и раньше него сделала прыжок, пытаясь использовать мою сверх силу, в расчете победить. 
  - Ха! - ликовала я, когда услышала, что мои ноги первыми коснулись травы. 
  Прислушиваясь к его приземлению, я вдруг уловила звуки, которые не ожидала здесь услышать. Что-то громкое и слишком близкое - бьющееся сердце. 
  Эдвард оказался около меня в ту же секунду, его ладони сильно сжали мои предплечья. 
  - Не дыши, - быстро предостерег он меня. 
  Я попыталась не паниковать, замерев на середине дыхания. Единственное чему я позволила двигаться, были мои глаза, я инстинктивно осматривалась, пытаясь найти источник звука. 
  Джейкоб стоял у кромки леса, где он переходил в лужайку у дома Калленов, его руки были скрещены на груди, зубы напряженно стиснуты. В лесу позади него, я услышала еще два больших бьющихся сердца, и слабый хруст папоротника, ломающегося под огромными лапами. 
  - Осторожнее, Джейкоб, - предупредил Эдвард. Рычание, доносившееся из леса, подтвердило беспокойство в его голосе, - Возможно, это не лучший способ. 
  - Думаешь, что было бы лучше пустить ее сначала к ребенку? - прервал его Джейкоб, - безопаснее сначала увидеть, как Белла отреагирует на меня. Я исцеляюсь быстро. 
  Это было испытание? Чтобы увидеть, смогу ли я не убить Джейкоба прежде, чем попытаюсь сделать это с Ренесми? Я чувствовала странную дурноту, не имеющую никакого отношения к моему желудку, только к моему сознанию. Было ли это идеей Эдварда? 
  Я бросила на него встревоженный взгляд. Эдвард, казалось, задумался на мгновение, но затем выражение его лица поменялось с обеспокоенности на что-то другое. Он пожал плечами, и в его голосе чувствовалась скрытая враждебность, - Ну, это твоя шея. 
  На этот раз рычание из леса было разъяренным; без сомнений это была Леа. 
  Что было с Эдвардом? После всего через что нам пришлось пройти, не должен ли он смягчиться по отношению к моему лучшему другу? Я надеялась, возможно, это было глупо, что теперь Эдвард тоже был в некотором роде другом Джейкоба. Должно быть, я неправильно поняла их. 
  Но что вытворял Джейкоб? Почему он предложил себя как испытание, чтобы защитить Ренесми? 
  Для меня это не имело никакого смысла. Даже если наша дружба выжила... 
  И как только мои глаза встретились с глазами Джейкоба, я поняла, что возможно это так. Он все еще выглядел как мой лучший друг. Но изменился не он. Кто я теперь для него? 
  Затем он улыбнулся своей знакомой улыбкой, такой родной, и она вселила в меня уверенность, что наша дружба не пострадала. Это было точно так же, как прежде, когда мы болтались в его самодельном гараже, двое друзей, проводящих свободное время. 
  Просто и безобидно. 
  И снова я заметила, что та странная потребность в нем, которую я ощущала до того как изменилась - совершенно исчезла. Он был просто моим другом, как и должно, было бы быть. 
Хотя то, что он делал сейчас, все еще не имело никакого смысла. 
  Был ли он действительно настолько самоотверженным, чтобы попытаться защитить меня - даже ценой собственной жизни - от совершения чего-то в неконтролируемые доли секунды, о чем бы я потом вечно сожалела в муках? Это должно было быть не просто принятием того, кем я сейчас стала, а фантастическим желанием остаться моим другом. Джейкоб был одним из лучших людей, которых я знала, но казалось что это слишком много, чтобы принять нечто подобное от кого бы то ни было. 
  Он ухмыльнулся еще шире и затрясся от смеха, - Прости, Беллс, но я должен это сказать. Ты просто натуральный чудик. 
  Я улыбнулась в ответ, легко вернувшись в наш обычный стиль общения. Эта была та сторона его характера, которую я хорошо знала. 
  Эдвард зарычал - Следи за собой, дворняжка. 
  Ветер подул из-за моей спины, и я быстро вдохнула, заполняя легкие безопасным воздухом, чтобы обрести возможность говорить, - Нет, он прав. Глаза - действительно нечто, не так ли? 
  - Супержуткие. Но все не так кошмарно, как я предполагал. 
  - Ну и дела - спасибо за удивительный комплимент! 
  Он закатил глаза, - Ты знаешь, что я имею в виду. Конечно, сейчас уже нельзя сказать, что ты та самая Белла, но в то же время выглядишь так, будто не менялась, - Он снова улыбался мне, и на его лице не было и следа от огорчения или негодования. Потом он хохотнул, - Так или иначе, я думаю, что я достаточно скоро привыкну к глазам. 
  - Привыкнешь? - спросила я растерянно. Замечательно, что мы все еще оставались друзьями, но не похоже было, что мы продолжим проводить вместе много времени. 
  Что-то странное отразилось в его глазах, стирая улыбку. Он выглядел… виноватым? Затем его взгляд переместился на Эдварда. 
  - Спасибо, - сказал он. - Я не был уверен, сможешь ли ты скрывать это от неё, несмотря на обещание. Обычно, ты просто даешь ей все, что она хочет. 
  - Может, я надеюсь, что она сорвется и, наконец, оторвет тебе голову, - предложил Эдвард. 
  Джейкоб фыркнул. 
  - Что происходит? У вас обоих есть секреты от меня? - скептически спросила я. 
  - Я объясню позже, - смущенно пообещал Джейкоб; выглядело так, будто он не собирался этого в действительности делать, и сразу сменил тему разговора - Ну, что ж давайте устроим это показательное выступление на дороге, - Его усмешка стала вызовом, и он медленно начинал приближаться ко мне. 
  Позади него раздалось протестующее ворчание, и затем серое тело Леи выскользнуло из-за деревьев. 
  Более высокий, песочного цвета Сэт расположился сразу за ней. 
  - Остыньте, ребята, - сказал Джейкоб, - Не вмешивайтесь. 
  Я была рада, что они не послушали его, и лишь последовали за ним немного помедленнее. 
  Ветер уже утих, и не мог унести от меня его запах. 
  Он был достаточно близко, чтобы я могла чувствовать жар его тела, вибрирующий в воздухе между нами и заставляющий мое горло гореть. 
  - Давай, Беллз. Сделай самое плохое, на что ты способна. 
  Леа зашипела. 
  Я не хотела дышать. Это было неправильно иметь такое опасное преимущество над Джейкобом, несмотря на то, что он сам предложил себя на роль жертвы. Но я не могла убежать от логики. Как еще я могла убедиться, что не причиню вреда Ренесми? 
  - Я тут состарюсь, Белла, - подразнил Джейкоб, - ладно, пусть не на самом деле, но ты поняла, о чем я. Давай уже, сделай вдох. 
  - Держи меня, - сказала я Эдварду, вжимаясь ему в грудь. 
  Его руки напряглись на моих плечах. 
  Я замерла, надеясь, что смогу контролировать свое тело. Я решила, что пройду испытание не хуже, чем на охоте. В крайнем случае, я перестану дышать и сбегу. Готовая ко всему, я нервно сделал крошечный вдох. 
  Было немного больно, но мое горло всё равно уже горело тупой болью. Джейкоб пах человеком не более чем горный лев. Его звериная сущность ясно отражалась в его крови. И не смотря на то, что громкий звук его сердца привлекал меня, аромат, исходивший от него, заставил меня поморщиться. Как ни странно было проще умерить мою реакцию на запах, чем на звук и тепло его пульсирующей крови. 
  Я вздохнула еще раз и расслабилась, - Ух, теперь я поняла, что все имели в виду. Ты воняешь, Джейкоб. 
  Эдвард захохотал, его руки соскользнули с моих плеч, чтобы обвиться вокруг талии. Сэт залаял низким сдавленным смехом одновременно с Эдвардом; он подобрался немного ближе, в то время как Леа отступила назад. И тогда я узнала о других присутствующих, когда услышала низкий, характерный хохот Эмметта, немного приглушенный стеклянной стеной между нами. 
  - Смотрите, кто заговорил, - сказал Джейкоб, театрально закрывая свой нос. Он был абсолютно, невозмутим, пока Эдвард обнимал меня, и, даже когда Эдвард невозмутимо прошептал мне на ухо "я люблю тебя". 
  Джейкоб только продолжал усмехаться. Это дало мне надежду, что наши отношения все же наладятся, и станут таким же, каким не было уже давно. 
  Возможно, теперь я могла действительно быть его другом, с тех пор как мой запах стал для него отвратителен, он не будет любить меня так же как прежде. Возможно, это было именно то, что требовалось 
  - Хорошо, итак я справилась, верно? - сказала я, - теперь-то вы расскажете мне, что это за большая тайна? 
  Джейкоб занервничал, - Тебе не о чем волноваться в данный момент... 
  Я услышала, как Эмметт громко ухмыльнулся в предвкушении. 
  Возможно, я и настояла бы на своем вопросе, но, услышав смех Эмметта, до меня донеслись и другие звуки - дыхание семи человек. Легкие одного из них дышали учащеннее остальных. Только одно сердце, трепетало как крылья птицы, легко и быстро. 
  Я была полностью удовлетворена. Моя дочь была всего лишь по другую сторону тонкой стеклянной стены. Я не могла видеть ее - свет отражался от зеркальных окон. Я могла видеть только себя - непривычно бледную и неподвижную по сравнению с Джейкобом. Однако если сравнивать с Эдвардом, я выглядела вполне нормально. 
  - Ренесми, - прошептала я. Напряжение снова сковало меня, превратив в статую. Ренесми не пахла как животное. Не подвергну ли я ее опасности? 
  - Пойдем, и ты сама все увидишь, - предложил Эдвард, - я знаю, что ты сможешь контролировать себя. 
  - Ты поможешь мне? - прошептала я, губы едва двигались. 
  - Конечно, помогу. 
  - А также Эмметт, и Джаспер, на всякий случай? 
  - Мы позаботимся о тебе, Белла. Не волнуйся, мы будем готовы. Ни один из нас не стал бы рисковать Ренесми. Я думаю, ты будешь удивлена, насколько крепко она держит всех нас в своих маленьких пальчиках. Она будет в полной безопасности, ни смотря, ни на что. 
  Мое желание увидеть ее, желание понять то обожание в его голосе, заставило меня сдвинуться с места. Я сделала шаг вперед. 
  И тут же Джейкоб появился у меня на пути, его лицо выражало беспокойство. 
  - Ты уверен, кровосос? - настойчиво спросил он Эдварда, но его голос почти умолял. Я никогда не слышала, чтобы он так говорил с Эдвардом, - Мне это не нравится это. Думаю, будет лучше, если она подождет. 
  - Ты ее испытал, Джейкоб. 
  Так это было проверкой Джейкоба? 
  - Но..., - начал Джейкоб. 
  - Никаких "но", - оборвал Эдвард, с внезапным раздражением в голосе, - Белла хочет увидеть нашу дочь. Уйди с дороги. 
  Джейкоб метнул на меня странный, безумный взгляд и, развернувшись, почти бегом бросился в дом. 
  Эдвард зарычал. 
  Я не могла уловить смысл в их разногласии, но в то же время у меня не получалось сконцентрироваться на этом. Я могла только думать о расплывчатом лице ребенка, всплывающем в моей памяти и бороться с туманом в голове, пытаясь вспомнить это лицо поточнее. 
  - Идем? - спросил Эдвард, его голос был снова нежен. Я нервно кивнула.  
  Он крепко сжал мою ладонь и повёл меня по дороге в дом. 
  Они ждали меня, вытянувшись в линию, которая была и приветствием и защитой. На их лицах были улыбки, но глаза выражали настороженность. Розали расположилась на несколько шагов позади остальных, около парадной двери. Она стояла там одна, пока Джейкоб не присоединился к ней и встал впереди нее - ближе, чем обычно. Чувствовалось, что им неприятно стоять рядом, они оба будто съеживались от этой необходимости. Кто-то очень маленький тянулся вперед из рук Розали, выглядывая из-за Джейкоба. Моментально она полностью захватила моё внимание, каждую мою мысль, как ничто иное еще не затрагивало меня, с тех пор как я открыла глаза. 
  - Меня не было только два дня? - я задыхалась, не в силах поверить. 
  Незнакомому ребенку в руках Розали должно было быть несколько недель, если не месяцев. Она была, возможно, в два раза больше размером, чем ребенок в моей мутной памяти, и она, похоже, уже хорошо умела держаться, поскольку тянулась ко мне самостоятельно. Ее блестящие волосы цвета бронзы локонами падали на плечи. Шоколадно-карие глаза рассматривали меня с недетским интересом, как-то по взрослому, осознанно и понимающе. Она подняла одну руку, на мгновение, протянув ее ко мне, но затем, изменила направление и коснулась шеи Розали. 
  Если бы ее лицо не было удивительно в своей красоте и совершенстве, я бы не поверила, что это был тот же самый ребенок. Мой ребенок. 
  Но Эдвард был там - в чертах ее лица, и я была там, в цвете ее глаз и щек. Даже Чарли имел место в ее густых локонах, хотя их цвет был таким же, как у Эдварда. Она действительно наша, невероятно, но это правда. 
  То, что я видела этого невероятного маленького человечка, по-прежнему не делало ее реальнее, наоборот, это только сделало ее более фантастической. 
Розали ласково погладила ее по ручке, и пробормотала, - Да, это она. 
  Глаза Ренесми неподвижно смотрели на меня. Затем также как в первые секунды после своего насильственного рождения, она улыбнулась мне - блестящая вспышка крошечных, прекрасных белых зубок. С внутренним трепетом, я сделала неуверенный шаг к ней. 
  Все двигались очень быстро. 
  Эмметт и Джаспер оказались прямо передо мной, плечом к плечу, готовые в любую секунду остановить меня. Эдвард схватил меня сзади, напряженные пальцы, снова сжались на моих плечах. Даже Карлайл и Эсме переместились, встав по бокам от Эмметта и Джаспера, в то время как Розали отступала к двери, прижимая к себе Ренесми, Джейкоб тоже подвинулся, приняв оборонную стойку прямо перед ними. 
  Только Элис оставалась на месте. 
  - О, ну, доверьтесь ей немного, - упрекнула она их, - она не собиралась сделать ничего эдакого. Приглядитесь же вы, в конце концов. 
  Элис была права. Я контролировала себя. Я была готова ко всему, даже к такому же невыносимо притягательному запаху людей, которых почувствовала в лесу. Искушение здесь было действительно не сопоставимо. Аромат Ренесми совершенным образом балансировал между ароматом самых красивых духов и ароматом самой восхитительной пищи. В нем было достаточно от сладкого запаха вампира, чтобы человеческая часть запаха не была столь подавляющей. 
  Я могла справиться с этим. Я была уверена. 
  - Я в порядке, - заверила я, погладив руку Эдварда на моем плече. Потом я заколебалась и добавила, - держись поближе, так, на всякий случай. 
  Глаза Джаспера были напряжены, сосредоточены. Я знала, что он был в курсе моего эмоционального состояния, и старалась привести его в устойчивое спокойствие. Я почувствовала, как Эдвард освободил мои руки, поскольку он прочитал мысли Джаспера. И хотя Джаспер чувствовал мое спокойствие как никто другой, он по-прежнему не казался убежденным. 
  Услышав мой голос, слишком смышленый ребенок заерзал в руках Розали и потянулся ко мне. Каким-то образом выражение лица малышки стало нетерпеливым. 
  - Джаз, Эм, пропустите нас. Белла контролирует себя. 
  - Эдвард, это риск..., - предостерег Джаспер. 
  - Минимальный. Послушай, Джаспер, на охоте она уловила запах каких-то туристов, которые оказались не в том месте и не в то время... 
  Я услышала, что Карлайл резко вздохнул. На лице Эсме внезапно отразилось беспокойство, смешанное со страданием. Глаза Джаспера расширились, но он лишь слегка кивнул, как будто слова Эдварда ответили на какие-то одному ему понятные вопросы. Рот Джейкоба, скривился в гримасе отвращения. Эмметт пожал плечами. Розали казалась еще менее обеспокоенной, чем Эмметт, поскольку она пыталась удержать ворочающегося ребенка в своих руках. 
  Выражение лица Элис ясно дало мне понять, что ее не так легко обмануть. Ее суженные глаза, с пристальным интересом сосредоточились на моей заимствованной рубашке, казалось, что её больше волновало, что я сделала со своим платьем, чем что-либо еще. 
  - Эдвард! - сказал Карлайл с упрёком, - Как ты мог быть настолько безответственным?! 
  - Я знаю, Карлайл, знаю. Я был просто глупцом. Мне нужно было не торопиться, чтобы удостовериться, что мы были в безопасной зоне прежде, чем отпустить ее. 
  - Эдвард... - я бормотала, смущенная тем, как они уставились на меня. Казалось, они пытались разглядеть насыщенный ярко-красный оттенок в моих глазах. 
  - Он абсолютно прав, что упрекает меня, Белла, - сказал Эдвард с усмешкой, - я сделал огромную ошибку. Тот факт, что ты сильнее, чем любой, кого я когда-либо знал, не изменяет этого. 
  Элис закатила глаза, - Отличная шутка, Эдвард. 
  - Я не шутил, я объяснял Джасперу, почему я знаю, что Белла может справиться. Это не моя вина, что все пришли к неверным выводам. 
  - Подожди, - Джаспер задыхался, - Так она не охотилась на людей? 
  - Она начала, - сказал Эдвард, явно наслаждаясь. Мои зубы сжались. 
  - Она была полностью сосредоточена на охоте... 
  - Что же случилось? - прервал его Карлайл. Его глаза неожиданно вспыхнули, удивленная улыбка, начала появляться на его лице. Это напомнило мне о том, что было прежде, когда он хотел узнать детали относительно моего опыта превращения. Острая жажда новой информации. 
  Эдвард оживился и склонился к нему. 
  - Она услышала меня позади себя и начала защищаться. Но как только мое преследование вмешалось в ее концентрацию, она мгновенно прервала охоту. Я никогда не видел ничего подобного. Она сразу поняла, что случилось, и затем... задержала свое дыхание и покинула опасное место. 
  - Ничего себе, - пробормотал Эмметт, - Серьезно? 
  - Он кое-что недоговаривает, - пробормотала я, еще более смущенная. - Эдвард упустил ту часть, где я рычала на него. 
  - Неужели ты врезала ему пару раз? - Эмметт спросил нетерпеливо. 
  - Нет! Конечно, нет. 
  - Нет, неужели? Ты действительно не напала на него? 
  - Эмметт! - возмутилась я. 
  - Ай, какое упущение, - простонал Эмметт, - Ведь ты вероятно единственная из тех, кто мог бы достать его, он же не слышит твоих мыслей, чтобы мошенничать, и к тому же у тебя было бы великолепное оправдание, - он вздохнул, - Я бы отдал правую руку, лишь бы увидеть, как он будет выкручиваться без этого преимущества. 
Я впилась в него холодным взглядом, - Я никогда бы этого не сделала. 
  Хмурый взгляд Джаспера привлек мое внимание; он казался даже более тревожным, чем прежде. 
 Эдвард толкнул Джаспера в плечо, - Понимаешь теперь, о чем я? 
  - Это не нормально, - пробормотал Джаспер. 
  - Она, могла напасть на тебя - ей всего несколько часов отроду! - Эсме ругала себя, положив руку на сердце, - о, мы должны были пойти с вами. 
  Когда Эдвард закончил свой рассказ, я уже перестала обращать на них внимание, разглядывая великолепного ребенка, который так же продолжал смотреть на меня. Ее маленькие ручки с ямочками потянулись ко мне, как будто она точно знала, кто я такая. Машинально, моя рука поднялась, копируя ее жест. 
  - Эдвард, - попросила я, отстраняясь в сторону от Джаспера, чтобы лучше ее видеть, - пожалуйста? 
  Зубы Джаспера были сжаты; он не двигался. 
  - Джас, она совсем не то, с чем ты сталкивался прежде, - сказала Элис спокойно, - поверь мне. 
  Их глаза, на секунду встретились, после чего Джаспер кивнул. Он отошел в сторону, но положил одну руку мне на плечо, двигаясь вместе со мной, пока я медленно шла вперед. 
  Я думала о каждом шаге прежде, чем сделать его, анализируя мое настроение, пожар в моем горле, расположение остальных вокруг меня. Взвешивая свое состояние, я старалась предугадать насколько быстро они смогут остановить меня. Это была медленная процессия. 
  Все это время ребенок в руках Розали ерзал и вырывался, выражение его лица становилось всё более и более раздраженным, пока, наконец, он не издал высокий, звенящий вопль. Все отреагировали так, будто подобно мне, никогда раньше не слышали ее голос. 
  Они в одно мгновение сбежались к ней, оставив меня стоять в одиночестве, застыв на месте. Звук плача Ренесми, прошел прямо сквозь меня, пригвоздив меня к полу. Мои глаза, покалывало странным образом, как будто я собиралась заплакать. 
  Казалось, что все прикасались к ней, гладя и успокаивая. Все, кроме меня. 
  - В чем дело? Ей больно? Что случилось? 
  Это был голос Джейкоба, перекрывший все остальные голоса. Я в шоке наблюдала, как он добрался до Ренесми, и затем в чрезвычайном ужасе, как Розали отдала её ему без борьбы. 
  - Нет, с ней все в порядке, - заверила его Розали. 
  Розали утешала Джейкоба? 
  Ренесми весьма охотно пошла на руки к Джейкобу, вытягивая свою крошечную ручку к его щеке, но затем стала крутиться, чтобы снова протянуться ко мне. 
  - Видишь? - сказала ему Розали, - Она просто хочет к Белле. 
  - Она хочет ко мне? - прошептала я. 
  Глаза Ренесми - мои глаза - нетерпеливо уставились на меня. 
  Эдвард метнулся назад ко мне. Он положил легонько свои руки мне на плечи и слегка подтолкнул вперед. 
  - Она ждала тебя почти три дня, - сказал он мне. 
  Теперь мы были на расстоянии всего нескольких футов от нее. Порывы жара, казалось, дрожали, выходя из нее, чтобы коснуться меня. 
  Или возможно это была дрожь Джейкоба. Я видела, что его руки подрагивали, когда я подошла ближе. И все же, несмотря на его очевидное беспокойство, его лицо было более безмятежным, чем в последнее время. 
  - Джейк, я в порядке, - напомнила я ему. Меня охватила паника стоило увидеть Ренесми в его дрожащих руках, но я старалась контролировать себя. 
  Нахмурившись, он глядел на меня напряженным взглядом, мысль о Ренесми в моих руках явно пугала его. 
  Ренесми нетерпеливо хныкала и протягивала свои маленькие ручки, сжимая их в кулачки снова и снова. 
  И в этот момент внутри меня все встало на свои места. Звук ее плача, ее родные глаза, то, что она ожидала наше воссоединение не меньше, чем я - все это стало абсолютно нормальным, пока она ручками хваталась за воздух между нами. Внезапно, она стала абсолютно реальна, и, конечно, я знала ее. Это было совершенно естественным, что я должна сделать тот последний легкий шаг и потянуться к ней, взять на руки.  
  Джейкоб вытянул свои руки так, чтобы я могла качать Ренесми, но так и не отпустил её. Он вздрогнул, когда наши руки соприкоснулись. Его кожа, прежде всегда такая теплая для меня, сейчас казалась подобно обжигающему пламени. У него была почти та же самая температура, что и у Ренесми, может быть с разницей в Один-два градуса. 
  Ренесми казалось, не обращала внимания на прохладу моей кожи, или, по крайней мере, уже успела привыкнуть к ней. 
  Она посмотрела вверх и снова мне улыбнулась, показывая свои ровные небольшие зубки и две ямочки на щеках. И тут она очень осознанно прикоснулась к моему лицу. 
  В ту секунду, когда она сделала это, ко мне протянулись сразу все руки, опасаясь моей реакции. Но я едва заметила это. 
  Я задыхалась, ошеломленная и напуганная странным, тревожным изображением, которое заполнило мой разум. Это походило на очень яркое воспоминание - я могла все еще видеть глазами, в то же время, как я видела это в своей голове - но это было ни на что не похоже. Я смотрела сквозь это на выжидающее выражение на лице Ренесми, пытаясь понять, что произошло, и отчаянно борясь, чтобы держаться спокойно. 
  Помимо того, что изображение было отвратительным и незнакомым, оно было также каким-то неправильным - я почти узнала в нем моё прежнее лицо, но это было исключено, это было в прошлом. Я задыхалась, оттого, что увидела свое лицо таким, каким его видели другие, скорее искаженным в отражении. 
  Мое лицо в этом воспоминании было искривлено, измучено, покрыто потом и кровью. Несмотря на это, его выражение в видение озарилось обожающей улыбкой; мои карие глаза пылали над глубокими кругами под ними. Мое лицо все приближалось к точке, где-то за гранью виденья, и потом резко исчезло. 
  Ренесми убрала свою руку с моей щеки. Она улыбнулась шире, и на ее щеках снова появились ямочки. 
  В комнате царила полнейшая тишина, были слышны лишь удары сердец. Никто, кроме Джейкоба и Ренесми, не дышал. Тишина затянулась, казалось, что они ждали, пока я скажу, хоть слово. 
  - Что... это... было? - задыхалась я. 
  - Что ты видела? - спросила Розали с любопытством, наклоняясь сбоку от Джейкоба, который, казалось, находился сейчас где-то не здесь, - Что она показывала тебе? 
  - Она показала мне это? - прошептала я. 
  - Я же говорил тебе, что это трудно объяснить, - прошептал Эдвард мне на ухо, - но очень эффективно как средство общения. 
  - Что это было? - спросил Джейкоб. 
  Я несколько раз быстро моргнула, - Хм-м-м. Думаю, это была я. Но я выглядела ужасно. 
  - Это было единственное воспоминание у неё о тебе, - объяснил Эдвард. Очевидно, что он видел то, что она показывала мне, поскольку она думала об этом. Его голос был нечетким, грубым на фоне ослабевающего воспоминания. 
- Она дает тебе знать, что она установила связь, что она знает кто ты. 
  - Но как она это сделала? 
  Ренесми, похоже, не волновали мои испуганные глаза. Она улыбалась и тянула локон моих волос. 
  - Как я слышу мысли? Как Элис видит будущее? - спросил Эдвард риторически, и затем пожал плечами, - у неё дар. 
  - Это - интересный поворот, - сказал Карлайл Эдварду, - как будто она делает то, что полностью противоположно твоим умениям. 
  - Интересно, - согласился Эдвард, - я удивлен... 
  Я знала, что они обсуждают, но мне уже было все равно. Я уставилась на самое красивое лицо в мире. Она была такая горячая в моих руках, напоминая мне о моменте, когда чернота почти победила, когда не было ничего в мире, способного меня удержать. Ничего достаточно сильного, чтобы протянуть меня через сокрушающую темноту. Мгновение, когда я думала о Ренесми и нашла кое-что, что я никогда не отпущу. 
  - Я тоже помню тебя, - сказала я ей тихо. 
  Это казалось таким естественным наклониться и поцеловать ее в лоб. Она пахла замечательно. Аромат ее кожи заставил мое горло гореть, но на это было легко не обращать внимания. Это не отнимало радости у этого мгновения. 
  Ренесми была реальна, и я знала ее. Она была той самой, за которую я боролась с самого начала. Мой маленький "футболист", та, которая тоже любила тогда меня изнутри. Половина Эдварда, прекрасная и милая. И половина меня, удивительно, но сделавшая ее лучше вместо того, чтобы испортить. 
  Я была права все время - она стоила борьбы. 
  - Она в порядке, - пробормотала Элис, вероятно Джасперу. Я чувствовала, что они колебались, не доверяя мне. 
- Разве экспериментов для одного дня не достаточно? - спросил Джейкоб, от напряжения его голос был немного выше обычного. - Хорошо, Белла ты отлично справляешься, но давайте не будем испытывать судьбу. 
  Я впилась в него взглядом с неподдельным раздражением. Джаспер напрягся рядом со мной. Мы стояли так близко друг от друга, что каждое крошечное движение казалось очень ощутимым. 
  - В чем дело, Джейкоб? - потребовала я ответа. Я слегка потянула Ренесми из его хватки, но он только шагнул еще ближе ко мне. Он прижался прямо ко мне и Ренесми, касаясь нас обоих. 
  Эдвард зашипел на него, - Только, потому, что я понимаю, это не означает, что я не вышвырну тебя вон, Джейкоб. Белла удивительно хорошо справляется. Не порть момент. 
  - Я помогу ему выкинуть тебя, пес, - пообещала Розали, она заводилась, это чувствовалось в её голосе, - я задолжала тебе хороший пинок под дых. 
  Очевидно, не было никаких изменений в этих отношениях, не считая того, что они стали еще хуже. 
  Я уставилась на взволнованное полусердитое выражение лица Джейкоба. Его глаза остановились на лице Ренесми. Все прижимались друг к другу, он должен был касаться, по крайней мере, шести различных вампиров одновременно, но это будто и не волновало его. 
  Он действительно прошел бы все это только, чтобы защитить меня от меня самой? Что, могло, случиться во время моего превращения - моего изменения в то, что он ненавидел - что это настолько потеряло для него значение? 
  Я ломала голову над этим, наблюдая за ним, уставившимся на мою дочь. Он смотрел на нее так, как... как будто он был слепым человеком, видящим солнце впервые в жизни. 
  - Нет! - задохнулась я. 
  Джаспер сжал зубы и руки Эдварда, обхватили меня вокруг груди как кольца удава. В ту же самую секунду Джейкоб выхватил Ренесми из моих рук, но я не попыталась удержать ее. Я почувствовала, что это начинается - то, чего все с опасением ждали, то, что заставило меня потерять контроль. 
  - Роуз, - сказала я сквозь зубы, очень медленно и строго, - забери Ренесми. 
  Розали протянула руки, и Джейкоб тут же вручил ей мою дочь. Они оба двинулись в обратном от меня направлении. 
  - Эдвард, я не хочу причинить тебе боль, так что, пожалуйста, отпусти меня. 
  Он колебался. 
  - Пойди и встань перед Ренесми, - предложила я. 
  Он подумал и затем отпустил меня. 
  Я приняла охотничью стойку и сделала два медленных шага вперед к Джейкобу. 
  - Ты не сделаешь этого, - рыкнула я. 
  Он отступил назад, выставив ладони вперед, и попытался успокоить меня. - Ты же знаешь, что я могу это контролировать. 
  - Ты глупая образина! Как ты мог? Мой ребенок! 
  Отступив к входной двери, поскольку теперь я преследовала его, он побежал вниз по ступенькам, 
  - Это была не моя идея, Белла! 
  - Я держала ее всего один раз, и ты уже думаешь, что у тебя есть к ней какое-то идиотские волчьи права на нее? Она моя! 
  - Я могу поделиться, - сказал он умоляюще, бегом пересекая лужайку. 
  - Платить тебе, - услышала я голос Эмметта позади меня. Маленькая часть моего мозга задалась вопросом, кто держал пари против того, что это произойдет. Я не могла задумываться об этом. Я была слишком разъярена. 
  - Как посмел ты запечатлеться с моим ребенком? Ты сошел с ума? 
  - Это вышло не специально! - настаивал он, отступая в деревья. 
  Там он уже не был одинок. Два огромных волка вновь появились, окружая его с обеих сторон. Леа огрызнулась на меня. 
  Внушающий страх рык вырвался из моего горла ей в ответ. Звук встревожил меня, но недостаточно, чтобы остановить моё продвижение вперед. 
  - Белла, постарайся послушать всего лишь секунду? Пожалуйста? - просил Джейкоб, - Леа, остынь, - добавил он. 
  Леа оскалилась, глядя на меня, и не пошевелилась. 
  - Почему я должна слушать? - прошипела я. Ярость затуманивала рассудок, затмевая все остальное. 
 

  Глава 11   В моем списке есть две основные вещи, которые я никогда не буду делать.  
  Сэм начал построение стаи, пока я еще лежал на земле. Эмбри и Квил были по обе стороны от меня, ожидая, когда я приду в себя и займу свое место. 
  Я чувствовал настойчивую необходимость подняться на ноги встать в их главе, она росла, и было бесполезно подавлять ее. Я съежился. 
  Эмбри тихо заскулил рядом со мной. Он не хотел выражать свои мысли словами, боясь, что это снова привлечет ко мне внимание Сэма. В его бессловесной просьбе он настаивал на том, чтобы я встал и заканчивал с этим. 
  Стая чувствовала страх. Не так уж много для одного из нас, но достаточно много для всех. Мы не могли даже представить, что случиться этой ночью. Кого из братьев мы потеряем? 
  Чьи мысли покинут нас навсегда? Чьи скорбящие семьи придется утешать утром? 
  Мое сознание начало работать вместе со стаей, наши мысли слились воедино. Так мы делились своими страхами. Я поднялся с земли и встряхнулся. Эмбри и Квил облегченно вздохнули. Квил коснулся своим носом моего бока. Их сознанья были заполнены только предстоящим делом и нашим вызовом. 
  Мы вспоминали ночи, когда смотрели, как Каллены готовятся к битве с новообращенными. Эммет Каллен был сильнейшим из них, но Джаспер будет самой большой проблемой. Он двигался как вспышка молнии: сила, скорость и смерть, совмещенные в одно целое. Какой вековой опыт у него за плечами? Достаточный, для того, чтобы другие Каллены выбрали его как руководителя. 
  - Я займу эту позицию, если ты собираешься зайти с фланга, - предложил Квил. Он был более возбужден, чем другие. Когда Квил следил за инструкциями Джаспера в те ночи, ему до смерти хотелось применить все эти методы против вампиров. Он считал это обычным соревнованием. Даже зная, что на кону его жизнь, он не мог воспринимать это иначе. Пол тоже чувствовал нечто подобное, как и дети, которые никогда не были в битве - Колин и Бреди. Сет определенно чувствовал бы себя так же, если бы противники не были его друзьями. 
  - Джейк? - Квил подтолкнул меня - так в какой позиции ты хочешь быть? Я только встряхнул головой. Я не мог сосредоточиться - принуждение следовать приказам заставляло чувствовать себя марионеткой, словно к каждому моему мускулу были привязаны веревки. Один шаг вперед, теперь другой. Сет шел в хвосте за Колином и Бреди. Леа двигалась рядом с ними. 
  Она игнорировала Сета, планируя что-то с другими. Я видел, что она бы предпочла, что бы он не участвовал в битве. В ее чувствах к брату проявился материнский инстинкт. Леа хотела, чтобы Сэм отослал его домой, но Сет не разделял ее опасений. Он просто выполнял приказ. 
  - Может, ты перестанешь сопротивляться... - прошептал Эмбри. - Сосредоточься лишь на нашей задаче, на нашей главной задаче. Мы сможем победить их. Мы их сделаем.- Квил подбадривал себя так, как обычно это делают болельщики перед большой игрой. 
  Я понимал, что будет не сложно думать только о том, что я должен был сделать. Нетрудно представить Джаспера или Эммета в атаке. Мы уже видели это раньше. 
  Я уже когда-то думал о них, как о врагах, довольно-таки долго. Что ж, я смогу вспомнить об этом снова. Но мне придется забыть, что они защищают то, что я и сам защитил бы любой ценой, я должен забыть причину, по которой я хотел, чтобы победили они. 
  - Джейк,- предостерег Эмбри, - не думай о постороннем.- Я вяло переставлял лапы, сопротивляясь веревкам, вынуждающих их двигаться. 
- Нет смысла пытаться бороться с этим - прошептал Эмбри снова. 
  Я бы сделал то, что хочет Сэм. Если бы он не приказывал это сделать против моей воли. А он приказывает. И это очевидно. 
  Есть весомая причина для власти Альфа. Стая, даже такая сильная как наша, была бы ничем без лидера. Нам приходилось думать вместе, двигаться вместе, чтобы представлять собой что-то значительное. У нас должен быть вожак. 
  Но что, если Сэм сейчас не прав? Никто ничего не мог сделать, никто не мог оспорить его решение... 
  Кроме... 
  Вот она... мысль, которую я никогда не захотел бы озвучить. 
  Но сейчас, без возможности сделать что-либо помимо воли Сэма, я осознал это исключение с облегчением, даже больше чем с облегчением, с жестокой радостью. Никто не мог оспорить решение Альфа... Никто, кроме меня. 
  Я ничего не заслуживал, но было кое-что, что родилось вместе со мной, то, что я так и оставил нетронутым. 
  Я никогда не хотел возглавить стаю. Я не хотел этого и сейчас. Мне не хотелось, чтобы ответственность за наши судьбы легла на мои плечи. Сэм справлялся с этим лучше, чем когда-либо это смог я. 
  Но этой ночью он был неправ. 
  Я был рожден не для того, чтобы преклоняться перед ним. Оковы упали с меня в ту же секунду, как я осознал права, данные мне с рождения. 
  Я чувствовал как свобода, и странная пустая сила наполняют меня. Пустая - потому что сила вожака идет от его стаи, а у меня, ее не было. На секунду одиночество овладело мной. 
  У меня больше нет стаи. 
  Но я был силен и статен, когда направлялся к тому месту, где стоял Сэм, обсуждая что-то с Полом и Джаредом. Он повернулся на звук моего приближения и его черные глаза сузились. 
  - Нет,- повторил я. 
  Он услышал мой ответ и выбор, который я сделал - это прозвучало в моих мыслях с интонацией Альфа. 
  - Джейкоб? Что ты делаешь? 
- Я не буду следовать за тобой, Сэм. Не сейчас, когда ты не прав. 
  Он ошеломленно уставился на меня. 
  - Ты выбираешь ... Ты предпочтешь врагов своей семье? 
  - Они не, - я встряхнул головой, проясняя ее, - они не наши враги. И никогда ими не были, до того момента, пока я не подумал об их уничтожении. Но тогда я этого не понимал. 
  - Дело не в них,- прорычал Сэм, - дело в Белле. Она никогда не была предназначена для тебя, она никогда не выбирала тебя, но ты продолжаешь ломать свою жизнь из-за нее! 
  Это были жестокие слова, но они были правдивы. Я глубоко вздохнул. 
  - Может ты и прав. Но ты собираешься уничтожить стаю из-за нее, Сэм! Не имеет значения, сколько из них выживет сегодня ночью, но каждый из них будет иметь у себя за плечами убийство. 
  - Нам необходимо защитить свои семьи! 
  - Я знаю, что ты уже решил, Сэм, но ты не можешь решать и за меня, больше не можешь. 
  - Джейкоб, ты не можешь отвернуться от всех! 
  Я услышал двойное эхо приказа Альфа, но сейчас это не имело для меня значения, и поэтому не произвело никакого эффекта. Он лязгнул зубами, пытаясь силой заставить меня отвечать на его слова. 
  Я пристально смотрел в его взбешенные глаза. 
  - Сын Эфраима Блэка был рожден не для того, чтобы подчиняться сыну Леви Улея. 
  - Это все, Джейкоб Блэк?- Его шерсть встала дыбом, он оскалил зубы. Пол и Джаред повторили его действия и встали по бокам рядом с ним. 
  - Даже если ты сможешь победить меня, стая никогда не последует за тобой! 
Я отступил назад, неожиданное завывание вырвалось из моей груди. 
  - Победить тебя? Я не собираюсь драться с тобой, Сэм. 
  - Тогда, каков твой план? Я не отступлю в сторону, позволив тебе защищать вампирское отродье ценой клана. 
  - Я не говорю о том, что ты должен отступать в сторону. 
  - Если ты прикажешь им следовать за тобой... 
  - Я никогда не отниму у них возможность выбирать. 
  Сэм отшатнулся от обвинения, прозвучащего в моем голосе, его хвост заметался из стороны в сторону. Потом он сделал шаг вперед, мы почти касались друг друга. До этого момента я даже не замечал, что стал выше него. 
  - В стае не может быть больше, одного Альфа. Стая выбрала меня. Ты разделишь нас? Ты повернешься спиной к своим братьям? Или ты прекратишь это безумие и снова присоединишься к нам? 
  Каждое произнесенное им слово звучало как команда, но его приказы больше не действовали на меня. Кровь предводителя бежала по моим венам. 
  Я понимал, почему в стае мог быть только один Альфа. 
  Мое тело реагировало на вызов. Во мне рос инстинкт защищать свои права. Примитивная суть моего волчьего "я" напряглась, готовая к бою за свое главенство. 
  Мне понадобились все силы, чтобы держать под контролем эту реакцию. Я не начну бессмысленную и разрушительную схватку с Сэмом. Он все еще был моим братом, даже, несмотря на то, что я отвергал его. 
  - В этой стае только один предводитель, не отрицаю. Только я выбираю идти своим путем. 
  - Ты все еще в стае, Джейкоб? 
  Я отступил. 
  - Я не знаю, Сэм... Но я принял решение,- Он отстранился, почувствовав в моем голосе тон вожака. Это произвело на него куда более сильный эффект, чем когда-либо его голос производил на меня. Я был рожден, для того, чтобы возглавить его, - Я всегда буду между вами и Калленами. Я не собираюсь просто смотреть, как стая убивает невинных,- было нелегко применить это слово к вампирам, но я считал, что это правильно,- людей. Стая должна быть выше этого. Управляй ими в правильно, Сэм. - Я повернулся к нему спиной, и целый хор завываний наполнил лес. 
  Впиваясь когтями в землю, я бежал от шума, который поднял. Времени было мало. По крайней мере, Леа была единственной, кто имел шанс догнать меня. 
  Вой утихал постепенно и я начал успокаиваться, звук продолжал затихать в тишине ночи. Они пока не преследуют меня. 
  Необходимо было предупредить Калленов, до того как стая соберется вместе и попробует остановить меня. Если стая будет подготовлена, это даст Сэму повод передумать, пока не стало слишком поздно. 
  Я побежал по направлению к белому дому, который по прежнему ненавидел, оставляя собственный дом позади. Он больше не принадлежал мне. Я отвернулся от него. 
  Сегодняшний день должен был начаться, как и любой другой. С дождливым рассветом, завтраком с Билли и Рейчел, дрянным телевизором, потасовкой с Полом. Как вышло, что все так серьезно переменилось? Каким образом все успело настолько перепутаться и испортиться, что я оказался совсем один, непреклонный Альфа, отрезанный от своих братьев, променявший их на вампиров? 
  Звук, который я боялся услышать, прервал мои сбивчивые мысли - мягкое касание земли большими лапами, преследующих меня. Я кинулся вперед, мчась сквозь черный лес. 
  Мне нужно только достаточно близко подобраться к дому, чтобы Эдвард смог услышать предупреждение, которое звучало в моей голове. Леа не станет пытаться остановить меня самостоятельно. Вскоре я услышал мысли своего преследователя. В них не было злости, только энтузиазм. Не преследование... попытка догнать. Я сбился с ритма, и мне пришлось ненадолго сбавить скорость. 
  - Погоди! Мои лапы не такие длинные, как твои! 
  - Сет! Что ты делаешь? Иди домой! 
  Он не ответил, но я почувствовал его возбуждение. Поскольку он бежал недалеко от меня, я мог видеть его глазами так же, как и он моими. Для меня эта ночь была холодной, полной отчаянья. Для него же она была полна надежды. 
  Не осознавая, я сбавлял темп бега, когда неожиданно он оказался сбоку от меня. 
  - Я не шучу, Сет! Здесь тебе не место, убирайся! 
  Неуклюжий коричневый волк фыркнул. 
  - Я принимаю твою сторону, и думаю, что ты прав. Я не собираюсь стоять рядом с Сэмом, когда... 
  - О, да! Ты, черт тебя подери только, что собирался поддержать его! Возвращай свой пушистый зад в Ла Пуш и делай то, что говорит Сэм! 
  - Нет. 
  - Иди, Сет! 
  - Это приказ, Джейкоб? 
  Его вопрос заставил меня остановиться. Я шел спиной вперед к своей цели по грязи, мои когти оставляли глубокие борозды. 
  - Я не собираюсь никому приказывать что-либо делать. Я лишь говорю тебе то, о чем ты и так знаешь. 
  Он сел рядом со мной. 
  - Я скажу тебе, что знаю. Я скажу, что здесь невыносимо тихо, ты не заметил? 
  Я моргнул. Мой хвост заметался из стороны в сторону, поскольку я понял, что он хотел сказать. Завывания продолжались далеко на западе, по-прежнему заполняя воздух. 
  - Они не отступили,- сказал Сет. 
  Я знал это. Стая сейчас будет в полной готовности. Они будут использовать мысленную связь, чтобы хорошенько осмотреться. Однако я не слышал их мысли. В моей голове звучал только голос Сета и никого больше. 
  Кажется, те, кто отделился от стаи, не связаны с ней мысленно. 
  - Ха, у наших отцов не было повода узнать об этом раньше, из-за отсутствия причин разделять стаю. Никогда не было достаточного количества волков, чтобы поделить одну стаю на две. Вау! Действительно тихо... Жутковато. Но в то же время довольно приятно, не находишь? Я думаю, что Эфраиму, Квилу и Леви было так же легко, как нам сейчас. Не какой-то гвалт голосов одновременно звучащих у тебя в голове, а всего три голоса, или как сейчас два. 
  - Замолчи, Сет! 
  - Есть, Сэр! 
  - Прекрати! Нет никаких двух стай, есть только одна стая, и есть еще я. И все. Так что можешь идти домой. 
  - Если нет двух стай, то, как ты объяснишь то, что мы слышим только мысли друг друга, но не слышим остальных? Думаю, что когда ты отвернулся от Сэма, это было довольно существенным поступком. Изменение. И когда я последовал за тобой, это так же повлекло изменения. 
  - У тебя пунктик на эту тему?- предположил я,- но то, что можно изменить, можно вернуть и назад. 
  Он поднялся и устремился на восток,- Сейчас не время спорить. Мы должны быть как можно дальше, пока Сэм... 
  В этом он был прав. Не было времени для спора. Я снова перешел на бег, но на этот раз не такой стремительный. Сет не отставал, держась на своем традиционном месте, справа от меня. 
  - Я могу бежать где-нибудь еще,- предложил он, немного опустив нос,- прости, что не последовал за тобой сразу... 
  - Мне все равно, где ты будешь бежать. Для меня это не имеет значения. 
  Звуки преследования были не слышны. Мы бежали синхронно, но во мне начло подниматься беспокойство. Невозможность читать мысли стаи, значительно усложняло мне задачу. Возможностей предугадать атаку стаи сейчас у нас было не больше чем у Каленов. 
  - Мы можем патрулировать,- предложил Сет. 
  - А что ты предлагаешь делать, если стая бросит нам вызов?- сузил я глаза,- Атаковать наших братьев, твою сестру? 
  - Нет, мы заранее услышим их и уйдем от нападения. 
  - Хороший ответ. Но что потом? Я не думаю... 
  - Я знаю, - согласился он, уже менее уверенно,- я тоже не думаю, что смогу драться с ними. Но и они не будут не в восторге оттого, что им придется нас атаковать. Этого должно хватить, чтобы остановить их. Плюс их сейчас всего лишь восемь. 
  - Прекрати быть таким...- мне потребовалась минута, чтобы подобрать нужное слово,- оптимистистом! Это меня раздражает. 
  - Нет проблем! Ты хочешь, чтобы я был мрачным и угрюмым? Или чтоб я просто заткнулся? 
  - Просто заткнись. 
  - Это я могу. 
  - Правда? Что-то не похоже! 
  В конце концов, он замолчал. Чуть позже мы уже бежали вдоль дороги и продвигались сквозь лес, окружавший дом Калленов. Сможет Эдвард нас услышать? 
  - Может нам стоит выразить мысленно, что-то вроде "мы пришли с миром"? 
  - Ну, давай. 
  - Эдвард?- он назвал имя неуверенно,- Эдвард, ты там? Ну вот, теперь я чувствую себя глупо. 
  - Звучишь ты тоже глупо. 
  - Думаешь, он слышит нас? 
  Теперь мы были где-то в миле от дома. 
  - Я думаю, что слышит. Эй, Эдвард, если ты меня слышишь, выйди на встречу, кровосос. У тебя проблемы. 
  - У нас проблемы,- поправил Сет. 
  Мы вышли из-за деревьев на большую поляну. В доме было темно, но он не был пуст. Эдвард стоял на крыльце между Эмметтом и Джаспером. Они выглядели такими белыми, словно снег в бледном свете. 
  - Джейкоб, Сет? Что случилось? 
  Я затормозил, а потом отступил на пару шагов. Запах был таким резким для моего волчьего носа, что казалось, будто он сжигает меня. 
  Сет тихо заскулил, поколебался, а потом расположился за моей спиной. Чтобы ответить Эдварду я начал прокручивать в своем сознании последние события, дополняя общую картину мыслями Сета. Сет делал тоже самое, давая возможность увидеть все с другого ракурса. Когда мы дошли до части отвращения, пришлось остановиться, потому что Эдвард взбешенно прошипел, соскочив с крыльца. 
  - Они хотят убить Беллу? - прорычал он. 
  Эммет и Джаспер, не слышавшие начала разговора, восприняли вопрос Эдварда как утверждение. В одно мгновение они оказались рядом с ним и начали надвигаться на нас. 
  - Эй, вы!- Сет, попятился назад. 
  - Эм, Джаз, не они. Другие, остальная стая собирается напасть на нас. 
  Эммет и Джаспер вернулись обратно на свои места. Эмметт повернулся к Эдварду, а Джаспер не сводил с нас глаз. 
  - А какие у них проблемы?- потребовал ответа Эмметт. 
  - Такие же, как и у меня,- прошептал Эдвард,- Но у них свои планы на счет того, как их разрешить. Позови остальных. Позвони Карлайлу. Они с Эсме должны сейчас же быть здесь. 
  Я тревожно заскулил - они были не вместе. 
  - Они не далеко,- сказал Эдвард тем же безжизненным голосом, как и прежде. 
  - Я собираюсь пробежаться и осмотреться,- сказал Сет,- обойти западный периметр. 
  - Это опасно, Сет?- спросил Эдвард. 
  Сет и я обменялись взглядами. 
  - Не думаю,- ответили мы вместе, и затем я добавил: - Но, наверное, я тоже должен пойти, на всякий случай. 
  - Они не станут нападать на меня одно, слишком легкая добыча. Я всего лишь ребенок для них. 
  - Для меня ты тоже только ребенок. 
  - Но тебе необходимо скоординировать действия с Калленами. 
  Он повернулся и исчез в темноте. Я не собирался приказывать Сету вернуться, поэтому позволил ему уйти. Мы с Эдвардом стояли в темноте, глядя друг другу в глаза. Я слышал, как Эммет что-то тихо говорит в трубку. Джаспер смотрел туда, где только что скрылся за деревьями Сет. Элис появилась на крыльце и с беспокойством посмотрела на меня, затем быстро подошла к Джасперу. Я предположил, что Розали осталась в доме с Беллой, охраняя ее от непредвиденных опасностей. 
  - Это уже не первый раз, когда я благодарю тебя, Джейкоб,- сказал Эдвард,- Я никогда не стал бы просить тебя об этом. 
  Я вспомнил вопрос, который он задавал мне сегодня. Когда речь заходит о Белле, нет таких барьеров, которые он не смог бы преодолеть. 
  - Нет, ты стал бы. 
  Он подумал и ответил. 
  - Да, полагаю, ты прав. 
  - Ну, это не первый раз, когда я делаю это не ради тебя. 
  - Правда,- тихо ответил он. 
  - Прости, я не сделал сегодня ничего полезного. Говорил же, что она не станет меня слушать. 
  - Знаю, на самом деле я не очень верил в то, что она послушается. Но попробовать стоило. 
  - Ей лучше? 
  Его голос и взгляд стали пустыми... 
  - Хуже. 
  Он вздохнул, я не хотел вдумываться в это слово. Я был благодарен Элис, когда она заговорила. 
  - Джейкоб, не мог бы ты сменить образ? Я хочу знать, что происходит. - Мне пришлось затрясти головой, и Эдвард сразу ответил: 
  - Ему необходимо держать связь с Сетом. 
  - Ну, тогда ты, будь добр, расскажи мне, что происходит. 
  Он коротко, лишенным всяких эмоций голосом, объяснил ей ситуацию 
  - Стая думает, что Белла становиться проблемой. Они видят потенциальную опасность в том... в том, кого она вынашивает. Они чувствуют, что обязаны убрать эту проблему. Джейкоб и Сет сбежали предупредить нас, остальные планируют атаковать сегодня. 
  Элис зашипела, отстраняясь от меня. Эммет и Джаспер обменялись взглядами и начали осматривать деревья. 
  - Тут никого нет,- доложил Сет, - На западной стороне все тихо. 
  - Они могут обойти. 
  - Я проверю. 
  - Карлайл и Эсме уже едут, - сказал Эммет,- будут через двадцать минут, не больше. 
  - Мы должны подготовиться к обороне, - сказал Джаспер. 
  Эдвард кивнул. 
  - Пойдемте в дом. 
  - Я буду патрулировать периметр с Сетом. Если убегу далеко, и ты не сможешь читать мои мысли, слушай лай. 
  - Хорошо. 
  Они направились в дом, по пути осматриваясь. Еще до того, как они зашли внутрь, я развернулся и устремился на запад. 
  - Я до сих пор ничего не обнаружил,- доложил Сет. 
  - Я возьму на себя полукруг. Двигайся быстро - мы не можем дать им возможность проскользнуть мимо нас. 
  Сет ринулся вперед с небывалой скоростью. 
  Мы бежали в тишине, шли минуты, я прислушивался ко всем звукам вокруг Сэта, проверяя его бдительность 
  - Эй, кто-то приближается. И быстро,- сказал он через пятнадцать минут молчания. 
  - Прямо к нам! 
  - Оставайся на месте, я не думаю, что это стая. Звуки другие. 
  - Сет... 
  Но он поймал запах, принесенный ветром. Я услышал это в его мыслях. 
  - Вампир. Это Карлайл. 
  - Сет, вернись назад! Это может быть кто-то другой. 
  - Нет, это он, я узнаю его запах. Погоди, я собираюсь перехватить его и все объяснить. 
  - Сэт, я думаю... 
  Но он уже ушел. С тревогой я бежал на запад, к границе. Разве это не замечательно? Я не смог позаботиться о Сэте в течение одной ночи. Что, если с ним что-нибудь случиться, пока он под моим присмотром? Леа порвет меня на кусочки. По крайней мере, паренек справился быстро. Не прошло и двух минут, как я снова ощутил его присутствие в своем сознании. 
  - Точно, Карлайл и Эсме. Они были очень удивлены, увидев меня. Я уверен, они уже в доме. Карлайл сказал спасибо. 
  - Он хороший парень. 
  - Да, и это одна из причин, почему мы поступаем правильно. 
  - Надеюсь. 
  - Почему ты такой грустный, Джейк? Бьюсь об заклад, что Сэм не поведет стаю сегодня. Он ведь не самоубийца. 
  Я вздохнул. Сэм волновал меня сейчас меньше всего. 
  - Ох, ты ведь не о Сэме сейчас думаешь, не так ли? 
  Я развернулся, когда патрулируемая мной территория закончилась. Я почувствовал запах Сета там, где он повернул в последний раз. Мы не оставляли пробелов. 
  - Ты точно уверен, что Белла умрет?- прошептал Сет. 
  - Да, умрет. 
  - Бедный Эдвард! Он, должно быть, сходит с ума. 
  - В буквальном смысле. 
  Имя Эдварда заставило другие воспоминания всплыть на поверхность и закипеть. Сет начал выть. 
  - О, Боже! Ты не мог! Джейкоб, ты тоже это знаешь! Я не могу поверить в то, что ты пообещал убить его! Что же это такое! Ты должен был сказать ему, нет! 
  - Замолчи, замолчи, ты идиот! Они могут подумать, что стая на подходе! 
  - Ой... - Он прекратил завывания. Я описал круг и стал неуклюже двигаться в сторону дома. 
  - Просто держись подальше от всего этого! И займись патрулированием всего круга. 
  Сет вскипел, но я проигнорировал его. 
  - Ложная тревога, ложная тревога,- предупреждал я мысленно, подбегая ближе к дому,- извини, Сет молод, он многое забывает, все в порядке, никто не атакует. 
  Выбежав на поляну, я тут же увидел Эдварда, пристально смотрящего из темного окна. Я ждал подтверждения, что он получил мое сообщение. 
  - Ничего не случилось, ты слышал меня? 
  Он кивнул. Было бы проще работать вместе, умей я тоже читать его мысли, но в то же время я был рад, что не могу копаться в его голове. Обернувшись, он посмотрел в глубину дома, и я увидел, как дрожь прошла по его телу. Он сделал жест рукой, давая понять, чтобы я возвращался к патрулированию, и даже не обернувшись, ушел из поля моего зрения. 
  - Что происходит? 
  Вообще-то я хотел получить ответ на свой вопрос. Я сидел все там же, на поляне, и слушал. Своими ушами я мог слышать мягкие шаги Сета по земле в паре миль отсюда. Было очень легко услышать каждый шорох в темном доме. 
  - Была ложная тревога,- Эдвард объяснял тем же безжизненным голосом, просто повторяя то, что я ему только что сказал, - Сет был расстроен чем-то другим и забыл, что мы ждем сигнала. Он еще очень молод. 
  - Как мило иметь рядом такого малыша, который тебя охраняет,- прозвучал еще более низкий голос. 
  Эммет, подумал я. 
  - Они оказали нам сегодня просто колоссальную услугу, Эммет,- напомнил Карлайл,- для этого им пришлось принести большую жертву. 
  - Да, я знаю. Это просто зависть, я бы предпочел тоже оказаться снаружи. 
  - Сет думает, что Сэм не пойдет сейчас в атаку,- сказал Эдвард,- не тогда, когда мы предупреждены. И не против двух членов своей стаи. 
  - А что Джейкоб думает по этому поводу?- спросил Карлайл. 
  - Ну, он не настолько оптимистичен. 
  Никто не разговаривал. Был только слабый звук падающих капель, но я не мог определить, что его издает. Я слышал их тихое дыхание и мог отделить дыхание Беллы от остальных. Оно было более резким и тяжелым, неровным, с постоянно меняющимся ритмом. Я слышал, как бьется ее сердце... Оно билось слишком быстро. Я сравнил его с собственным сердцебиением, но подумал, что в этом нет смысла. Её сердцебиение было не таким, как у обычного человека. 
  - Не трогай ее! Иначе разбудишь,- послышался голос Розали. 
  Кто-то вздохнул 
  - Розали... - прошептал Карлайл. 
  - Не начинай, Карлайл! Мы не должны будить ее! 
  Казалось, что Розали и Белла были единым целым. Как будто они тоже были своего рода стаей. 
  Я тихо ходил перед домом, приближаясь к нему все ближе с каждым шагом. Темные окна были как включенные телевизоры в скучных, угрюмых комнатах. На них невозможно было не смотреть. Через несколько минут я уже был возле крыльца. Через окна можно было увидеть верхнюю часть стены, потолок и висящую в середине люстру. Я был достаточно высок, так что все, что мне требовалось - это вытянуть шею, и, может быть, положить одну лапу на перила крыльца. 
  Я украдкой бросил взгляд в большую переднюю комнату, не ожидая увидеть там ничего необычного. Однако помещение изменилось настолько, что я сначала поразился. Долю секунды я думал, что ошибся комнатой. 
  Стеклянная стена пропала, теперь она бала металлической, мебель была сдвинута в сторону. Белла лежала на кровати, стоявшей посередине освободившегося пространства. Это была одна из тех кроватей, которые обычно стоят в госпиталях, с перегородками по обе стороны. Так же как в госпитале, вокруг были мониторы, подключенные к ней, и трубки, идущие от тела Беллы. 
  Лампочки на мониторах мигали, но были бесшумны. Капающие звуки шли от капельницы, которой была проколота рука Беллы. 
  Она задыхалась в беспокойном сне. Эдвард и Розали постоянно находились около нее. Ее тело вздрагивало, и она тихо плакала. Розали гладила ее лоб рукой. Эдвард стоял неподвижно. Я видел его спину, но выражение его лица не возможно было разглядеть, так как Эммет метался между ними так часто, что я едва успевал моргать. Он положил руки на плечи Эдварда. 
  - Не этой ночью, Эдвард. У нас есть другие дела, о которых стоит позаботиться. - Эдвард отвернулся. Он снова был непроницаем. На секунду наши глаза встретились, и я поднялся на лапы. 
  Я бежал в темный лес, чтобы присоединиться к Сету, уносясь оттого, что осталось позади. 
  Хуже... Ей стало хуже...  
  Глава 12 
  Кое-кто не схватывает суть понятия "нежеланный" 
  Я был где-то на грани между сном и реальностью. 
  Солнце за облаками встало еще час назад, и сейчас лес был уже не черный, а серый. 
  Даже после того как мы пробегали всю ночь, мне с трудом удавалось заглушать свои мысли, чтобы уснуть, и равномерный бег Сета мне очень помог. Раз, два, три, четыре, раз, два, три, четыре - бах-бах-бах - огромные лапищи шлепали по сырой земле, снова и снова, пока не сделали довольно обширный круг вокруг дома Калленов. Мысли Сэта были совершенно пусты, лишь какое-то пятно древесного серо-зеленого цвета проносилось у него в голове. 
  Я был спокоен. Это помогало мне видеть то, что видел он, и это было предпочтительнее, чем концентрироваться на своих мыслях. Вдруг пронзительный вой Сета взорвал утреннюю тишину. Земля ушла из-под ног, и я рванул вперед. Я бежал к тому месту, где Сэт застыл в ожидании, до нас донесся приближающийся тяжелый топот. 
  - Доброе утро, мальчики! 
  Сквозь зубы Сэта вырвался возглас потрясения. Проникая все глубже в новые мысли, мы зарычали. 
  - О Боже! Леа, уходи! - простонал Сэт. 
  Подойдя к Сэту, я замер, его голова была запрокинута назад в готовности завыть - на этот раз, чтобы выразить недовольство. 
  - Заглохни, Сэт. 
  Сэт застонал и опустился на передние лапы, впиваясь когтями в сырую землю и оставляя в ней глубокие следы. Леа появилась внезапно, ее маленькое серое тело показалось из подлеска. 
  - Хватит выть, Сэт. Какой же ты все еще ребенок. 
  Прижав уши к голове, я рявкнул на нее. Она невольно отпрыгнула на шаг назад. 
  - Что ты делаешь, Леа? 
  Она раздраженно фыркнула. - Это же очевидно! Я присоединяюсь к твоей паршивой стае предателей. К служебным собакам вампиров. Она громко и саркастично рассмеялась. 
  - Нет, ты не с нами. Поворачивай назад, пока я не надрал тебе задницу. 
  - Как будто ты меня поймаешь!! - Ухмыльнулась она, оскалив зубы, и приготовилась к атаке. - Хочешь посоревноваться, о, бесстрашный вожак? 
  Я глубоко вздохнул. Затем, убедившись, что я не собираюсь кричать, порывисто выдохнул. 
  - Сэт, иди, передай Калленам, что это всего лишь твоя глупая сестра.- Я произнес эти слова так жестоко, как только мог.- Я разберусь. Сэт скрылся в доме. 
  Леа взвыла, ее шерсть поднялась дыбом, и она бросилась за ним. - И ты позволишь ему бежать к вампирам одному? 
  - Я уверен, будет лучше, если он попадется им, чем проведет еще минуту с тобой. 
  - Заткнись, Джейкоб. 
  - Что ты, черт возьми, тут делаешь? 
  - А ты думаешь, что я буду сидеть дома, пока мой маленький братец добровольно работает жвачкой для вампиров? 
  - Сэту не нужна твоя защита. Вообще- то ты здесь никому не нужна. 
  - Ой- ой, нашел, чем обидеть! Скажи, кому я здесь нужна, и я мигом исчезну. 
  - Дело ведь не в Сэте, не так ли? 
  - Конечно в нем. Я лишь подчеркнула, что быть ненужной мне не впервой. Это, конечно, не мотивирующий фактор, ну, ты понимаешь, что я имею ввиду. 
  Я стиснул зубы, стараясь держать голову прямо. - Это Сэм послал тебя? 
  - Если бы я была здесь по поручению Сэма, то ты бы меня даже не услышал. Моя преданность больше не принадлежит ему. 
  Я осторожно вслушивался в мысли, которые смешивались со словами. Если бы это был ложный маневр или уловка, я должен был почувствовать сигнал тревоги. Но я ничего не чувствовал. Ее заявление было правдиво. Неохотная, почти отчаянная, правда. 
  - И ты решила сейчас проявить преданность по отношению ко мне? - спросил я с глубоким сарказмом. 
  - Мой выбор ограничен. Я имею дело с тем, что у меня есть. Поверь, мне это нравится не больше, чем тебе. 
  Это была ложь. Какое-то острое волнение было в ее сознании. Она была несчастна от этого, но подавляла свое странное состояние. Я копался в ее сознании, пытаясь понять. 
  Она ощетинилась, возмущаясь такому вторжению. Я обычно пытался отключиться от ее мыслей, но никогда не пытался понять ее. Нас прервал Сэт, обдумывающий объяснения для Эдварда. Леа взволнованно завыла. Эдвард, показался в том же окне, что и вчера, его лицо не выражало никакой реакции на новость, оно было такое же бледное и безжизненное. 
  - Ого, он выглядит паршиво - пробормотал про себя Сэт. Вампир не выказал никакой реакции и на эти мысли, лишь скрылся в доме. Сэт повернулся и направился к нам. Леа немного расслабилась. 
  - Что происходит? - Спросила Леа. 
  - Какая разница? Ты все равно не останешься. 
  -Вообще- то, мистер Альфа, остаюсь. Я должна принадлежать чьей-либо стае, и я выбрала твою. Я хотела быть сама по себе, но, ты же сам знаешь, что это невозможно. 
  - Леа, ты не выносишь меня, я не выношу тебя. 
  - Спасибо, мистер очевидность, но для меня это не имеет значения. Я остаюсь с Сэтом. 
  - Ты не любишь вампиров. Ты не думаешь, что в данном случае это противоречит интересам? 
  - Ты тоже не любишь вампиров. 
  - Но я предан этому альянсу, а ты нет. 
  - Я буду держать дистанцию. Я могу стоять на страже, как и Сэт. 
  - И я должен тебе это доверить? 
  Поднявшись на цыпочки, она вытянула свою шею, пытаясь сровняться со мной, и пристально посмотрела мне в глаза.- Я не придам свою стаю. 
  Я хотел откинуть голову и завыть, как это сделал недавно Сэт. 
  - Это не твоя стая! Это даже не стая. Это просто моя попытка самостоятельно уйти, одному! Да что тебе от меня надо? Почему вы все не можете отстать от меня? 
  Сэт идет. Завыл. Я его обидел. Просто прекрасно. 
  -Я ведь был полезен, Джейк, не так ли? 
  - Ты не доставил много неприятностей, парень, но если ты и Леа в одной упряжке, и если это единственный способ избавиться от нее, то лучше тебе вернуться домой. 
  - Леа, ты все портишь! 
  - Да, я знаю,- ответила она, и эта мысль была полна отчаяния. 
  Я почувствовал боль в этих трех коротких словах, но в них было что-то большее. Я не хотел чувствовать это. Я не хотел чувствовать ее боль. Конечно, стая поступила с ней жестоко, но она принесла это все с собой, эту горечь, которая пропитала все ее мысли и сделала мое пребывание в них сплошным кошмаром. Сэт тоже чувствовал вину. 
  - Джейк, ты же не отошлешь меня обратно, да? Леа не так уж и плоха. Правда. Я имею ввиду, что с ней мы могли бы расширить периметр. И это уменьшает количество стаи Сэма до семи. Он никак не сможет напасть. Это очень хорошо... 
  - Сэт, ты знаешь, что я не хочу возглавлять стаю. 
  - Так не возглавляй - предложила Леа. 
  Я фыркнул. - Звучит заманчиво. Беги домой сейчас же. 
  -Джейк,- подумал Сэт,- Я с вами, я люблю вампиров. Во всяком случае, Калленов. Для меня они люди, и я собираюсь защищать их, потому что это наш долг. 
  - Может ты и с нами, но твоя сестра нет. А она собирается идти туда же куда и ты. 
  Я прервался на полуслове, потому что заметил кое-что, когда произносил эти слова. Что-то, о чем Леа пыталась не думать. Леа никуда не собиралась. Полагаю, это из-за Сэта,- подумал я с горечью. 
  -Конечно, я здесь из-за Сэта, - уклончиво ответила она, - И что бы не быть с Сэмом. Она сжала зубы. - Я не собираюсь перед тобой объясняться. Я просто должна делать то, что мне приказали. Я в вашей стае, Джейкоб. И все тут. 
  Я отошел от нее, зарычав. Черт! Я никогда не избавлюсь от нее. Она меня не выносила так же, как и Каленов. Да она была бы просто счастлива, поубивать всех вампиров прямо сейчас и до чертиков бесилась оттого, что вместо этого должна их защищать. Но, ни что из этого не могло сравниться с тем, что она чувствовала, освободившись от Сэма. Леа не любила меня, и мое желание отделаться от нее было понятно. Она все еще любила Сэма. Желание Сэта избавиться от нее доставляло ей большую боль, чем тот факт, что ей пришлось выбирать. Она бы сделала другой выбор. Даже если это значило быть с Калленами в качестве их комнатной собачки. 
  - Не знаю, зашла бы я так далеко или нет,- подумала она. Леа пыталась придать словам жесткость, агрессивность, но в ее демонстративности были трещины. 
  - Леа, послушай..... 
  - Нет, это ты послушай, Джейкоб. Хватит спорить со мной, потому что ни к чему хорошему это не приведет. Я не буду стоять у тебя на пути, и сделаю все, что ты захочешь. За исключением одного - я не вернусь в стаю к Сэму и не буду жалкой экс-подружкой, от которой он не может избавиться. Если ты хочешь, что бы я ушла, - она села и пристально посмотрела мне в глаза,- то тебе придется заставить меня сделать это. 
  Мой злобный рык звучал целую минуту. Я начинал сочувствовать Сэму, несмотря на то, как он поступил со мной и Сэтом. 
  - Сэт, ты очень сильно расстроишься, если я прибью твою сестру? 
  Сет притворился, что задумался на минуту. 
  - Нуу…да, наверное. 
  Я вздохнул. 
  - Ну ладно, мисс "делаю все что захочу", почему бы тебе не быть полезной и не рассказать нам, что ты знаешь? Что случилось после нашего ухода прошлой ночью? 
  - Вы, наверное, слышали несмолкаемый вой. Он был настолько громкий, что нам потребовалось много времени, что бы убедиться, что мы не слышим больше вас. Сэм был... 
  Слова застряли у нее в горле, но мы могли прочитать ее мысли. Мы оба съежились. 
  - После этого мы быстро поняли, что надо все переосмыслить. Первым делом, Сэм планировал этим утром поговорить с другими старейшинами. Мы должны были встретиться и рассчитать план игры. Он не собирался проводить атаку сразу. Я не знаю, что они будут делать, но если бы я была кровопийцей, то не стала бы бродить по лесу в одиночестве. Сейчас открыт сезон охоты на вампиров. 
  - Ты решила избежать встречи этим утром?- спросил я. 
  - Черт! Ты сказала маме?- воскликнул Сэт с досадой. 
  - Сэт, отстань от сестры на секунду. Продолжай, Леа. 
  - Я решила поразмыслить над этим пару минут, в итоге думала всю ночь. Держу пари, все считали, что я сплю. В конце концов, я взвесила безопасность Сэта и, э…другие преимущества против идеи превратиться в предателя и нюхать вампирские зловонья не известно сколько времени. И знаешь, что я решила... Я оставила записку маме. Думаю, мы услышим, когда Сэм выяснит..... 
  Леа навострила свои уши на запад. 
  - Мда, думаю, мы услышим, - согласился я. 
  -Это все. И что мы теперь будем делать? - спросила она. 
  Она и Сэт посмотрели на меня в ожидании. Это было как раз то, чего мне совсем не хотелось. 
  - Думаю, что нам следует быть настороже. Это все, что мы пока можем сделать. Тебе нужно отдохнуть, Леа, ты мало спала. - И все же ты собиралась сделать то, что тебе приказали? 
  - Да. Это уже не актуально,- проворчала она, и, зевнув, добавила,- мне все равно. 
  -Я побегу к границе, Джейк, я вообще не устал, - Сет был очень рад, что его не отправили домой. 
  -Конечно, конечно. А я пойду, проведаю Каленов. 
  Сет побежал по новой тропе, протоптанной в сырой земле. 
  -Эй, Сет, давай проверим, сколько раз я смогу обогнать тебя, а? 
  -НЕТ! 
  Издав низкий кашляющий смешок, Леа рванула за ним. 
  Я зло прорычал, но было уже поздно. 
  Леа старалась для себя же самой. Она свела свое упрямство к минимуму, но я-то знал о переменчивости ее настроения. Не хочу жаловаться, ведь прибавление на одного - это уже много. Но если бы нас могло быть трое, то трудно представить кого-то вместо нее. 
  -Пол?- предложила она. 
  -Хм, возможно. 
Она засмеялась тихо и жизнерадостно, чтобы не раздражать меня. 
  -Я постараюсь быть не такой надоедливой, как Пол. 
  -Да уж, постарайся. 
  Я превратился в нескольких ярдах от дома, но не планировал ходить в человеческом виде долгое время, не хотел терпеть занудство Леи. Я надел свои рваные шорты и пошел по лужайке. 
  Дверь мне открыл Карлайл прежде, чем я подошел к лестнице. Он выглядел очень уставшим и измотанным, насколько это возможно. На миг мое сердце замерло. Я стоял как вкопанный, не в состоянии выговорить ни слова. 
  - Ты в порядке, Джейкоб? - спросил Карлайл. 
  - А Белла...? - промямлил я. 
  - Она.…Так же, как и вчера…Я напугал тебя? Прости. Эдвард сказал мне, что ты придешь в человеческой форме, и я вышел встретить тебя, поскольку сам он не хотел отходить от нее. Белла очнулась. 
Конечно, Эдвард не хотел терять ни минуты, проведенной вместе с ней. 
Прошло немало времени с тех пор, как я спал в последний раз, и теперь это отчетливо ощущалось. Я сделал шаг вперед и сонно опустился на ступеньку. 
Двигаясь настолько бесшумно, как только могут вампиры, Карлайл присел рядом со мной. 
  - У меня не было шанса вчера поблагодарить тебя за все, Джейкоб. Ты не представляешь, как я признателен за твое участие. Я знаю, твоя цель - защитить Беллу, но я благодарю тебя за сохранение покоя всей моей семьи. Эдвард рассказал мне, что тебе пришлось сделать... 
  - Не стоит об этом вспоминать, - пробормотал я. 
  - Конечно... 
  Теперь мы сидели в тишине, и я мог слышать другие голоса в доме. Эммет, Элис и Джаспер говорили наверху вполголоса, Эсми мелодично напевала что-то в другой комнате. Розали и Эдвард стояли рядом с Беллой, её дыхание было измененным до невозможности. Я слышал, как бьется ее сердце. И оно было…невероятно слабым. 
  Сложившаяся ситуация вынуждала делать меня все, что было в моих силах. Я был почти уверен - что-то произошло в течение этих двадцати четырех часов. Но теперь я здесь, мечусь из угла в угол в ожидании ее смерти. 
Я больше не намерен никого слушать, мне необходимо с ней поговорить. 
-Ты принял ее в свою семью? - удивленно спросил я Карлайла. Потому что он сказал, что я защищал покой его семьи. 
  - Она почти моя дочь. Любимая дочь. 
  - Но ты позволяешь ей умирать. 
  Он молчал довольно долго, и я решил взглянуть на него. Он выглядел очень измотанным. Как же я его понимаю... 
  - Я могу представить, что ты обо мне думаешь, - наконец сказал он. - Но я не могу игнорировать ее желания. Было бы неправильно сделать с ней это, принуждать ее. 
  Я просто не мог злиться на него. Он бросил мои же слова мне в лицо, переиначив их. 
  Раньше они звучали благоразумно, но не сейчас. Не сейчас, когда Белла умирает. 
  И все же… 
Я вспомнил, каково мне было лежать под тяжестью тела Сэма, не имея выбора, быть вовлеченным в убийство того, кого ты любишь. Да, это было не то же самое. Но Сэм ошибался. А Белла любила вещи, которые не следовало любить. 
  - Ты думаешь, у нее есть шанс...? Стать вампиром и все такое. Она рассказала мне про…Эсме. 
  - Я думаю, шанс есть, - сказал он тихо. - Я видел, какие чудеса творит яд вампира, но сейчас даже он бессилен. Сейчас ее сердце едва бьется. И если оно остановится... я уже ничем не смогу помочь. 
  Ее сердце тревожно билось, сбиваясь с ритма, предавая отчаянность его словам. 
  Похоже, планета начала вращаться в обратном направлении. 
  Как я мог надеяться именно на то, что когда-то казалось мне хуже всего на свете?.. 
  - Что эта штука с ней вытворяет? - шептал я. - Ей стало намного хуже. Я видел…Капельницы и все такое. Через окно. 
  - Плод не совместим с ее телом. Слишком силен для нее, но она еще сможет терпеть какое-то время. Самая большая проблема в том, что плод не позволяет ей питаться так, как нужно. Ее тело отвергает еду. Я пытался кормить ее внутривенно, но она просто не вынесет этого. Ее тяжелое состояние прогрессирует очень быстро. Я наблюдаю за ней, и, не столько за ней, сколько за плодом, они оба могут умереть от голода в течение нескольких часов. Я не могу это остановить или, хотя бы, притормозить. Я не могу понять, что ему нужно. - Его голос дрогнул на последнем слове. 
  Я почувствовал то же, что и вчера, когда увидел черное пятно на ее животе,- ярость и безысходность. Руки сжались в кулаки от потрясения. 
  Я ненавидел это существо в ее животе, оно причиняет ей огромную боль. Для этого монстра было недостаточно просто убивать ее изнутри. 
  Возможно, эта тварь искала, куда бы вонзить свои зубы,- в шею, из которой можно выпить кровь. Пока еще оно не достаточно большое, чтобы убить кого-то еще, но достаточно сильное, чтобы высасывать жизнь Беллы. 
Я точно мог сказать, чего оно хочет: крови и смерти, смерти и крови. 
  Я дышал медленно, стараясь успокоиться, вся кожа горела. 
  - Я бы хотел знать поточнее, с чем мы имеем дело,- бормотал Карлайл. - Плод хорошо защищен. У меня даже нет возможности сделать ультразвук. Я сомневаюсь, что есть вероятность ввести иглу в амниотическую оболочку, да и Розалии не позволит мне этого сделать. 
  - Иглу? - промямлил я. - И чем это поможет? 
  - Чем больше я узнаю про плод, тем лучше смогу оценить его способности. Чего бы только я не отдал, чтобы изучить хоть часть околоплодных вод. Если бы мне было известен хотя бы набор хромосом... 
  - Можете меня не просвещать, док. Давайте опустим подробности? 
  Он впервые усмехнулся, но даже его смех звучал сухо и измученно. 
  - Если тебе угодно... Вы уже начали проходить по биологии хромосомные пары? 
  - Вроде да. У нас их двадцать три. 
  - Да, у людей. 
  - А сколько тогда их у тебя? 
  - Двадцать пять. 
  Я нахмурился и на секунду взглянул на свои кулаки. 
  - И что это значит? 
  - Это значит, что наши виды совершенно разные. Как, например, лев и домашняя кошка. Но эта новая жизнь.…Оказывается, что мы генетически более совместимы, чем я думал. - Он грустно вздохнул: - Я не знал, что их надо было предупредить. 
  Я справедливо недолюбливал Эдварда, в общем, как и он меня. Но мне не за что было призирать Карлайла; может, потому что я не завидовал ему так, как Эдварду. 
  - Знание о количестве хромосом могло бы помочь узнать, к какому виду принадлежит плод. У меня были бы хоть какие-то предположения. - Он пожал плечами. - Нужно сделать хоть что-то, нельзя сидеть на месте. 
  - Интересно, а, сколько пар хромосом у меня? - невзначай спросил я, неожиданно вспомнив те Олимпийские тесты на стероиды. Любопытно, что с ними было бы при виде моего ДНК? 
  Карлайл смущенно кашлянул. 
  - А у тебя их двадцать четыре пары, Джейкоб. 
  Я медленно повернулся и в изумлении уставился на него. 
  Он выглядел смущенным. 
  - Мне было…любопытно. Я позволил себе это, когда лечил тебя в прошлом июне. 
  Я думал об этом не больше секунды. 
  - Наверное, это должно было здорово меня разозлить. Но сейчас мне все равно. 
  - Прости. Мне нужно было спросить тебя. 
  - Все нормально, док. Ты не сделал ничего плохого. 
  - Я обещал, что не причиню тебе вреда. Просто... Ваш вид меня удивляет. Элементы природы вампиров стали казаться мне банальностью, ведь столько времени прошло. Расхождение твоей породы с человеческой я нахожу более интересным. Почти что магия. 
  - Абракадабра, - буркнул я. Сейчас он был точь-в-точь как Белла со всей этой волшебной фигней. 
  Карлайл выдавил из себя еще один изможденный смешок. 
  В доме послышался голос Эдварда, и мы перестали говорить, прислушиваясь. 
  - Я сейчас вернусь, Белла. Мне нужно минутку поговорить с Карлайлом. Розали, может, ты пойдешь со мной? - Голос Эдварда зазвучал по-другому. Добавилась частичка жизни, искорка чего-то. Возможно, не надежда, но хотя бы желание надеяться. 
  - В чем дело, Эдвард?- хрипло спросила Белла. 
  - Ничего такого, о чем тебе стоит волноваться, дорогая. Я всего лишь на минуту. Идем, Розали? 
  - Эсме? - крикнула Розали. - Присмотришь за Беллой? 
  Подобно ветру, Эсме бесшумно впорхнула в комнату. 
  - Конечно, - сказала она. 
  Карлайл повернулся к двери, и в ту же секунду из дома вышел Эдвард с Розали. Его лицо, как и голос, больше не были холодными и безжизненными. Он казался сосредоточенным. Розалии оглядела меня недоверчиво и подозрительно. 
  Эдвард закрыл дверь за её спиной. 
  - Карлайл...- тихо начал он. 
  - Что случилось? 
  - Мы поступаем неверно. Я слышал твой разговор с Джейкобом, и когда ты заговорил про…плод... У Джейка появились неплохие соображения на этот счет. 
  У Меня??? Что он опять выудил из моих мыслей? Ну, кроме очевидной ненависти и призрения к этому существу, хотя, я не единственный, кто так думал. Наверняка Эдварду нелегко давать этому существу столь мягкое определение- плод. 
  - Мы не думали об этой идее, - Эдвард вышел. - Попробуем дать ей то, что ей нужно. И ее тело возьмет столько, сколько сможет. Возможно, мы должны обратить внимание, прежде всего на... плод. Если мы сможем удовлетворить его потребности, для Беллы это будет намного эффективнее. 
  - Я так не думаю, Эдвард, - мягко возразил Карлайл. 
  - Подумай об этом, Карлайл. Если в этом существе больше от вампира, чем от человека, не трудно догадаться, чего оно жаждет. Это очевидно! Спроси у Джейка! 
  А Я тут причем? Я прогонял в памяти наш разговор, пытаясь вспомнить свои мысли. 
  - О..., - выдал он удивленно. - Ты думаешь это…жажда...? 
  Розали тихо зашипела. Она больше не выказывала недоверчивости. Ее возмущенное красивое лицо все святилось, глаза расширились от возбуждения. 
  - Конечно...! - невнятно сказала она. - Карлайл, это хорошая идея, - добавила она, по-прежнему не стараясь не глядеть на меня. 
  - Хмм… - Карлайл задумчиво потер подбородок. - Даже если так... Как лучше всего это организовать... 
  Розали покачала головой: - У нас нет времени думать об этом. Сделаем все традиционно. 
  - Постойте-ка..., - прошептал я. – Притормозите…вы что, собираетесь напоить ее кровью? 
  - Между прочим, это была твоя идея, пес, - нахмурившись, сказала Розалии, едва окинув меня взглядом. 
  Проигнорировав ее выпад, я ждал реакцию Карлайла. Та же искра маленькой надежды, которую я прежде увидел на лице Эдварда, промелькнула на его лице. Он задумчиво поджал губы.- Это просто..., - я не мог найти подходящего слова, просто не мог. 
  - Чудовищно? Омерзительно? - Эдвард как нельзя точно отразил мои мысли. 
  - Да, именно так. 
  - А если ей это поможет? - прошептал он. 
  Я зло покачал головой. 
  - И что же ты собираешься делать? Запихнуть ей трубку в шею? 
  - Я спрошу, что она думает по этому поводу. Мне просто хотелось сперва переговорит с Карлайлом. 
  Розали добавила: 
  - Если ты скажешь ей, что это поможет ребенку, она будет согласна на что угодно. Даже на питание через трубку. 
  Теперь, когда я услышал, как выразительно она сказала слово ребенок, я понял - блондиночка предпримет любые действия, лишь бы помочь выжить этому мелкому кровопийце. Похоже, Розали была не так уж и против этого ребенка. 
  Краем глаза я увидел, как Эдвард рассеяно кивнул, стараясь не смотреть на меня. Он ответил на мой невысказанный вопрос. 
  Ха. Я и не думал, что у этой хладнокровной куклы может быть материнский инстинкт. Все только, чтобы защитить Беллу,- она даже готова собственноручно втиснуть трубку в ее шею. 
  Губы Эдварда сжались, превратившись в тонкую полоску, и я снова оказался прав. 
  - Так, у нас нет времени сидеть здесь и обсуждать это, - нетерпеливо сказала Розали, она не могла ждать. - Так что думаешь, Карлайл. Мы можем попробовать? 
  Карлайл глубоко вздохнул и встал на ноги. 
  - Мы спросим Беллу. 
  Блондиночка самодовольно усмехнулась,- что касается Беллы, то она бы с удовольствием избавилась от нее. 
  Я устало волочился по лестнице, следуя за ними. Не знаю, почему. Какая-то нездоровая любознательность. Все было, как в ужастике - везде монстры и кровь. 
  Белла лежала на больничной кровати, ее живот обтягивало покрывало. Она выглядела словно восковая фигура - бледная и как будто прозрачная. Глядя на нее можно было решить, что она мертва, если не замечать неглубокое дыхание. Она устало и подозрительно наблюдала за нами. Быстро метнувшись размытым пятном к кровати, все уже были около нее. Это было жуткое зрелище. Так что я предпочел ходить нормально. 
  - Что происходит? - требовательно прошептала Белла. Ее бледная рука легла на круглый живот, защищая его. 
  - У Джейкоба появилась идея,…и мы думаем, это может помочь тебе - ответил Карлайл. Я очень надеялся, что он не припишет мне это, ведь я ничего не предлагал. Эта идейка принадлежит ее муженьку-кровососу. - Это неприятно, но... 
  - Это поможет ребенку, - оборвала Розали. - Мы думаем, его нужно покормить. Это может быть выходом. 
  Веки Беллы задрожали. Она выдавила из себя слабенький смешок. 
  - Неприятно? - прошептала она. - Боже, всё это очень сильно изменит ситуацию. - Она посмотрела на трубку в своей руке и снова усмехнулась. 
  Блондиночка засмеялась вместе с ней. 
  Она выглядела так, будто ей оставалось жить всего несколько часов, ей было очень больно, но она еще и шутить умудрялась. Да, это наша Белла... Пытается хоть немного разрядить обстановку, сделать лучше для всех. 
  Эдвард обошел Розали, его лицо было по-прежнему сосредоточенно и серьезно. Ему было гораздо хуже, чем мне. Он взял ее руку, но не ту, которой она все еще защищала свой живот. 
  - Белла, любимая, мы собираемся попросить тебя сделать кое-что омерзительное, - сказал он, употребляя те же самые определения, что и при мне. - Чудовищное. 
  По крайней мере, он сказал правду. 
  - На сколько омерзительное? - ее голос дрожал. 
  - Нам кажется, что плод предпочитает не человеческую еду. Его мучает жажда, - взял на себя смелость ответить Карлайл. 
  Ее глаза сверкнули. 
  - О, Боже... 
  - Твое состояние очень быстро ухудшается. У нас нет времени ждать или искать идею получше. Самый быстрый способ проверить нашу теорию... 
  - Я должна это выпить..., - прошептала она, еле-еле кивнув, - Я смогу сделать это. Заодно попрактикуюсь на будущее, - ее бледные губы слегка скривились в улыбке, как только она посмотрела на Эдварда. Его суровое выражение лица вернуло ее к реальности, и она уже не улыбалась. 
  Розали стала нетерпеливо постукивать пальцами, этот звук ужасно меня раздражал. Интересно, чтобы она сделала, если б я ее швырнул об стенку? 
  - И где же мой разъяренный гризли? - опять прошептала Белла. 
  Эдвард и Карлайл переглянулись. Розали перестала быть источником отвратительного звука. 
  - Что? - удивленно спросила Белла. 
  - Белла, будет лучше, если... Мы поступим немного по-другому..., - объяснил Карлайл. 
  - Если плод жаждет крови, - стал переводить Эдвард, - это не обязательно должна быть кровь животного. 
  - Не думай об этом, Белла. Никакой разницы не будет, - поддержала Розали. 
  Ее глаза расширились: 
  - Кто? - спросила Белла на выдохе и устремила пристальный взгляд на меня. 
  - Не смотри на меня так, я неподходящий донор, - проворчал я. 
  - У нас все есть, - перебила меня Розали, полностью игнорируя мое присутствие. - Не волнуйся ни о чем. Все будет хорошо, я уверена, Белла. И тебе и ребенку будет намного лучше. 
  Белла погладила свой живот. 
  - Что ж…, - она чуть скрипнула зубами. - Я согласна, думаю, и он тоже, - это еще одна попытка пошутить, - Ну что, приступим? Это будет моя первая жертва. 
   
   
  Глава 13. 
  Хорошо, что у меня крепкий желудок. 
   
  Карлайл и Розали молниеносно бросились наверх. Я слышал, как они спорят, нужно ли для нее это подогревать. Тьфу. Готов был поспорить, они держат где-то здесь весь арсенал дома ужасов. Как уже выяснилось, холодильник, полный крови здесь оказался... Что еще? Камера пыток? Склеп?  
  Эдвард остался, держа руку Беллы. Его лицо снова осунулось. Казалось, у него не осталось энергии поддерживать даже ту кроху надежды, что еще слабо теплилась. Они смотрели друг другу в глаза, но отнюдь не бездумно. Скорее это больше походило на разговор. Отчасти они напомнили мне Сэма и Эмили. Нет, совсем не бездумные взгляды, но от этого не становилось легче.  
Я знал, что испытывала Леа, вынужденная видеть это все время. Слышать это в голове Сэма. Разумеется, все мы паршиво себя чувствовали из-за нее, но так или иначе это не превращало нас в монстров. Думаю, мы осуждали ее скорее за то, как она с этим обращалась. Набрасывалась на каждого, пытаясь сделать нас всех столь же несчастными.  
Я никогда бы не обвинил ее снова. Любой на ее месте не выдержал бы страданий. Любой бы начал искать спасения в том, чтобы поделиться болью с окружающими, тем самым, пытаясь, избавится от бремени. 
И если это означало, что у меня должна быть стая, как я мог обвинить ее в том, что она отняла мою полную свободу? Я бы сделал то же самое. Если бы был способ избежать этой боли, я бы поступил так же.  
Розали кинулась вниз, подобно стремительному бризу, пронеслась через комнату, оставляя за собой запах гари. Она остановилась на кухне, и я услышал, как скрипнула дверца буфета.  
-Отлично, Розали, - пробормотал Эдвард, закатив глаза.  
Белла с любопытством взглянула на него, но тот лишь покачал головой в ответ. 
  Розали пронеслась обратно и вновь исчезла. 
  -Это была твоя идея? - прошептала Белла, стараясь говорить громче, чтобы я мог услышать. Напрасно, я и так все замечательно слышал. Отчасти мне это даже понравилось, прошло столько времени, а она, казалось, забыла, что я уже был не полностью человеком. Я придвинулся ближе, что бы она не напрягала голос. 
  -Не вини меня. Это твой вампир подло накопал в моей голове каких-то мыслишек. 
  Она слегка улыбнулась. 
  -Я не ожидала снова тебя увидеть. 
  -Да уж, я тоже, - буркнул я. 
  Было бы просто сказочно повалиться куда-нибудь, но вампиры убрали всю мебель для того, чтобы разместить медицинскую аппаратуру. Разумеется, какая им разница, сидеть или стоять? Абсолютно никакой, когда ты камень. И мне тем более плевать, если бы я еще не был настолько измотан.  
-Эдвард рассказал, на что ты вынужден был пойти. Мне так жаль.  
-Да все нормально. Скорее всего, это был лишь вопрос времени. До тех пор, пока меня бы окончательно не достало слушать указы Сэма, - соврал я.  
  -И Сет, - прошептала она.  
  -Он то просто счастлив помочь.  
  -Я не хочу усложнять тебе жизнь.  
  Я хохотнул - скорее прокаркал.  
  Она тихонько вздохнула. 
  -Думаю, в этом нет ничего нового, правда?  
  -Нет, абсолютнейшая неправда.  
  -Ты не должен оставаться и наблюдать... за этим, - сказала она, подыскивая нужные слова.  
  Я мог уйти. Может быть, это была хорошая идея. Но только не по той причине, которую она только что назвала, я не мог позволить себе пропустить еще целых пятнадцать минут ее жизни. 
  -Я пока никуда не тороплюсь, - ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и ровно - Обличие волка стало куда менее привлекательным с тех пор, как к нам присоединилась Леа.  
  -Леа? - задохнулась она.  
  -Вы ей не сказали? - спросил я Эдварда.  
Он только пожал плечами, не отрывая взгляд от ее лица. Судя по всему, он не посчитал эту новость слишком значимой, чтобы включить в число куда более важных.  
Белла не отнеслась к этому так легкомысленно. Похоже, ей это не понравилось. 
  -Почему? - вырвалось у нее.  
  Я не хотел разворачивать тут всю ленту событий. 
  -Что бы присматривать за Сетом.  
  -Но Леа нас ненавидит, - прошептала она.  
  Нас. Отлично. И все же я видел, что она боится.  
  -Леа не собирается шпионить за каждым, - кроме меня - Она в моей стае, - я поморщился, произнося эти слова - и подчиняется моим приказам. - Тьфу ты.  
  Кажется, Беллу я не убедил.  
  -Ты боишься Леи, а сама братаешься с блондинкой-психопаткой. 
  Со второго этажа донеслось низкое шипение. Чудесно, она меня услышала.  
  Белла, нахмурившись, смотрела на меня. 
  -Перестань. Роуз... понимает.  
  -Да уж, - проворчал я - Она понимает, что ты собираешься умирать, но ее это не слишком заботит, поскольку ей достанется мутантский выродок, хорошенькая сделка.  
  - Прекращай трепаться, Джейкоб, - прошептала Белла.  
  Она выглядела слишком слабой, что бы выходить из себя. Вместо этого я попытался улыбнуться.  
  -Ты так говоришь, как будто это вообще возможно.  
  На секунду Белла пробовала улыбаться мне в ответ, но уголки ее губ, будто бы сами собой тянулись вниз.  
  И вот уже Карлайл с упомянутой выше психопаткой были тут как тут. Карлайл держал в руке пластмассовый стаканчик с крышечкой и согнутой соломинкой. О, теперь все предельно ясно. Эдвард не хотел, чтобы Белла даже думала о том, что делает что-то из ряда вон выходящее. Поэтому все было устроено так, чтобы она не видела содержимого стакана.  
  Но я чувствовал этот запах.  
  Карлайл колебался, рука со стаканчиком замерла на полпути. Белла следила за ним испуганными глазами. 
  -Мы можем поискать иной выход, - спокойно предложил Карлайл.  
  -Нет, - прошептала Белла - Нет, мы перепробовали все. У нас больше нет времени...  
  Поначалу я подумал, было, что она, наконец, очнулась и начала волноваться о себе, но в этот момент она слабо потянулась к животу. 
  Белла взяла стаканчик. Ее рука слегка дрожала, и я слышал, как жидкость внутри плещется и хлюпает. Она попыталась привстать на локоть, но смогла лишь приподнять голову. Тревожный жар пробежал по моей спине, когда я увидел насколько, она ослабла всего лишь за день.  
  Розали протянула руку, приобняв Беллу за плечи, придерживая ей голову словно новорожденному младенцу.  
  У блондинки в голове были только дети.  
  -Спасибо, - прошептала Белла. Ее глаза лихорадочно блестели, глядя на нас. Она знала достаточно, что бы застесняться. Если бы она не была настолько истощена, то, держу пари, еще бы и покраснела.  
  -Не обращай на них внимания, - проворковала Розали.  
  Это заставило меня почувствовать себя не в своей тарелке. Я должен был уйти, когда Белла давала мне шанс. Я не был частью их круга, даже присутствуя здесь. Я подумал, что может быть стоило потихоньку выскользнуть из дома, но понял, что только наврежу тем самым Белле. Добью окончательно. Ведь она бы решила, что я ухожу из-за того, что мне противно. И это было почти так.  
  До сих пор. Я не желал брать на себя ответственность за эту идею, и в то же время не хотел причинять ей лишней боли.  
  Белла поднесла стакан ко рту, когда ее губы сомкнулись на соломинке, по телу пробежала дрожь, на лице застыла мука.  
  -Белла, любимая, мы найдем другой выход, - сказал Эдвард, протягивая руку за стаканом.  
  -Включи свое обоняние, - предложила Розали. Она впивалась взглядом в руку Эдварда, словно желая сомкнуть на ней клыки. Я бы даже поддержал ее в этом начинании. Но готов был спорить, что Эдвард бы такого наглежа не потерпел, а я бы тогда с удовольствием посмотрел, как от Розали разлетались ошметки.  
  -Нет, дело не в этом... Но что в стакане? - Белла сделала глубокий вдох - Неплохо пахнет, - добавила она тоненьким от испуга голосом.  
  Я с трудом сглотнул, изо всех сил стараясь не показать своего отвращения. 
  -Это то, что нужно, - нетерпеливо ответила Розали Белле - И если все получится, то мы на верном пути. Попробуй.  
  Учитывая новое выражение лица блондинки, я очень удивился, что она тут же не пустилась в пляс.  
  Белла прихватила соломку губами, зажмурилась и сморщила нос. Я слышал, как кровь булькает и плещется внутри стакана. Белла потягивала ее в течение секунды, затем тихонько застонала, не размеживая веки.  
  Эдвард и я одновременно шагнули к ней. Он коснулся ее лица. Я сжал руки за спиной. 
  -Белла, любимая...  
  -Я в порядке, - шепнула она.  
  Она распахнула глаза и посмотрела на нас. В ее взгляде было... смирение. 
  Испуг. Жалостливость. 
  -И на вкус, кажется, тоже неплохо.  
  Мой желудок грозил вот-вот расстаться со своим скудным содержимым. Я стиснул зубы.  
  -Вот и чудно, - воодушевленно повторила блондинка - Хороший знак. 
  Эдвард только приложил ладонь к ее лицу, обводя контуры хрупких черт. 
  Белла вздохнула и снова обхватила губами соломинку. На этот раз с большей уверенностью. Казалось, что его инстинкты берут верх над ее слабостью.  
  -Как твой живот? Не чувствуешь отторжения? - спросил Карлайл. 
  Белла покачала головой.  
 -Нет, я чувствую себя лучше, - прошептала она - Это главное, да? 
  Розали просияла. 
  -Превосходно.  
  -Думаю, еще рано говорить об этом, Роуз, - пробормотал Карлайл.  
  Белла сделала еще один глоток крови. И встретилась взглядом с Эдвардом. 
  -Откроем счет? - шепнула она - Или начнем считать после того, как я стану вампиром?  
  -Здесь никто не ведет счета, Белла. В любом случае, пока никто не умер, что бы его открыть. - Он слабо улыбнулся - Так что пока по нулям.  
  Ну конечно.  
-Объясню позже, - сказал Эдвард, его голос был не громче дыхания.  
  -Что? - переспросила Белла.  
  -Говорю сам с собой, - очень правдоподобно соврал.  
  Если бы чувства Беллы были настолько же обострены, он бы точно заработал неприятностей. Губы Эдварда дернулись, поборов улыбку.  
  Белла выпила залпом остатки, глядя мимо нас, в окно. Вероятно, старалась не замечать нашего присутствия. Или может быть, только моего присутствия. Ведь больше никто в этой компании не чувствовал отвращение к тому, что она делает. Только разве что желание отнять несчастный стаканчик прямо из ее рук.  
  Эдвард закатил глаза.  
  Господи, как они только с ним живут? Какая жалость, что он не может слышать мысли Беллы. Может тогда бы она, от него устала.  
  Эдвард усмехнулся. Белла покосилась на него, неуверенно улыбнувшись. 
  -Что смешного? - спросила она. 
   
  -Джейкоб, - ответил он.  
  Она посмотрела на меня с утомленной улыбкой на лице. 
  -Джейк в ауте, - согласилась Белла.  
  Великолепно, теперь я был местным шутом.  
  -Яба-даба-ду... - пробормотал я в ответ, не слишком впечатлившись искрометными подначками.  
  Она снова улыбнулась и сделала еще один большой глоток. Меня передернуло, когда соломинка издала скрежещущий звук, потянув пустоту.  
  -Я сделала это, - довольно сообщила она. 
  Ее голос стал чище и сильнее, совсем не тот, что был больше похож на шепот.  
  -Если у меня получится это переварить, вы вытащите из меня иглы, Карлайл?  
  -И как можно скорее, - пообещал он - По правде говоря, они не приносят большой пользы.  
  Розали погладила лоб Беллы, и они обменялись обнадеживающими взглядами. 
  И любой мог подтвердить - выпитая кровь способствовала сближению, тем не менее, возымев благоприятный эффект. Румянец постепенно возвращался к ее бледным щекам. Теперь она не так уж и нуждалась в помощи Розали. Дыхание нормализовалось, и готов был поклясться, сердце забилось сильно и ровно.  
  В мгновение ока все изменилось.  
  Призрак надежды в глазах Эдварда обрел твердый остов.  
  -Хочешь еще? - предложила Розали.  
  Белла пожала плечами.  
Эдвард сверкнул глазами в сторону Розали, прежде чем заговорить с Беллой. 
  -Ты не должна сейчас много пить.  
  -Да, я знаю. Но... Мне хочется, - хмуро добавила она.  
  Розали пропустила тонкие пряди волос Беллы через пальцы. 
  -Не смущайся этого, Белла. У твоего тела есть потребности. Мы все это понимаем - начала она успокаивающим тоном, а затем резко добавила - А кто не понимает, может катиться. 
  Очевидно, реплика предназначалась мне, но я не собирался позволить ей до меня докопаться. Я был рад, что Белла чувствовала себя лучше. Единственное, что мне не нравилось, так это используемые средства, которые якобы придумал я. Не смотря на то, что я вообще то молчал. 
  Карлайл взял стакан из рук Беллы. 
  -Я сейчас вернусь. 
  Когда он скрылся, Белла, взглянула на меня. 
  -Фигово выглядишь, Джейк, - просипела она.  
  -Смотрите, кто заговорил.  
  -Серьезно - когда ты в

ЛОМАЯ РАССВЕТ    
  Просто однажды, 
  Ребенок вырастает, и забывает детские забавы. 
  Детство - это королевство, где никто не умирает. 
  Эдна Сент-Винсент Миллей 
   
   
  Пролог. 
Быть при смерти - для меня не в новинку, и все равно это не те впечатления, к которым можно когда-нибудь привыкнуть. 
Казалось странной неизбежностью, что мне снова грозит смерть. 
Словно несчастья отметили меня, я убегаю от них, а они догоняют и снова возвращаются ко мне. 
Все же, в этот раз все иначе. 
Можешь бежать от того, чего ты боишься, можешь сражаться с тем, кого ненавидишь. Все мои действия были направлены против убийц, против враждебных чудовищ. 
  Если ты любишь своего убийцу - выбора нет. 
  Нельзя бежать, нельзя сражаться. 
   
   

Глава 1 

ОБРУЧЕННЫЕ 
 "Никто не пялится на тебя" - уговаривала я себя. - "Никто не пялится. Никто не пялится. Никто не пялится". 
  Но я не умею врать, тем более самой себе. Лишний раз убедилась. 
  Пока я ждала, когда загорится зеленый свет, меня, угораздило, посмотреть на право. В своей машине, миссис Вебер, всем телом развернулась в мою сторону. Я встретилась с ней взглядом и поспешно отвернулась. Почему она не отвела глаза и нисколько не смутилась? Так открыто, пялить глаза на всех и каждого - это ведь грубость или я ошибаюсь? Меня можно, вот так, без всякого смущения, рассматривать? 
  Только потом вспомнила, что стекла в моей машине тонированные, и миссис Вебер даже не знает, что внутри нахожусь я, и что я заметила ее взгляд. Я попыталась успокоиться, ведь она на самом деле смотрела не на меня, а на машину. 
  Мою машину. Вздох. 
  Я посмотрела налево и застонала. Два пешехода замерли на тротуаре, так засмотрелись, что забыли перейти дорогу. Позади них, за стеклянной витриной своей маленькой сувенирной лавки, разинув рот, стоял мистер Маршалл. Хорошо хоть носом не прижался к стеклу. Пока что. 
  Зажегся зеленый сигнал светофора, и, желая поскорее сбежать, я нажала на газ. В моем старом "шевроле" пришлось бы долго мучить педаль, чтобы заставить машину двигаться. 
  Двигатель зарычал, словно пантера на охоте, машина рванула вперед с такой скоростью, что меня вжало в черную кожаную обивку водительского сидения, а желудок распластался где-то у позвоночника. 
  Я недовольно выдохнула после торможения. Сохраняя спокойствие, я легко надавила педаль тормоза. Но все равно, вместо того чтобы лишь сбавить скорость, машина, покачнувшись, остановилась на полном ходу. 
  Посмотреть, как среагировали окружающие - у меня не было сил. Теперь, если у кого-то раньше и были сомнения по поводу личности водителя, все стало яснее ясного. Я едва-едва, кончиком туфли, тронула газ, и машина снова рванула вперед. 
  Мне удалось достичь своей цели - бензоколонки. Если бы мне не нужно было заправить машину, я бы вообще в город не вылезла. В последнее время мне приходится обходиться без много чего, к примеру, я обхожусь без "Поп-тартс" и шнурков, лишь бы только не появляться в общественных местах. 
  Я торопливо, словно на гонках, открыла заслонку, свинтила крышку, расплатилась кредиткой, и вот уже стою и наполняю бензобак. Понятно дело, с цифрами на экране я ничего поделать не могла, ускорить их - не в моих силах. А они, будто специально, мне на зло, двигались очень медленно. 
  День был пасмурный - обычная дождливая морось в городке Форкс, штат Вашингтон - но мне казалось, что свет сконцентрировался на моем обручальном кольце. Сейчас, когда я чувствую спиной взгляды, кольцо на левой руке, словно мерцающий неоновый указатель вещало: "Смотри на меня, смотри на меня". 
  Я знаю, глупо заниматься самобичеванием по этому поводу. Разве важно, что думают и говорят про мою помолвку другие? Важно только то, что думают моим мама и папа. Разве важны сплетни про мою новую машину? Про мое загадочное поступление в колледж "Лиги плюща"? Про блестящую черную кредитку, в данный момент мне казалось, что она жжет задний карман? 
  - Ага, наплевать, что они думают, - пробормотала я себе под нос. 
  - Хм, мисс? - произнес мужской голос. 
  Я обернулась. Лучше бы я этого не делала. 
  Двое мужчин стояли рядом с дорогим "универсалом", на крыше которого были привязаны байдарки. Они не смотрели на меня. Они, затаив дыхание, глядели на мою машину. 
  Мне было все равно, что за машина у меня. Им было не наплевать. Я гордилась тем, что вообще различала "тойоту" от "форда" и "шевроле". Моя машина - черная и блестящая, с округлыми линиями, была просто прекрасна, но для меня являлась лишь средством передвижения. 
  - Простите за беспокойство, но не могли бы вы назвать модель вашей машины? - спросил высокий. 
  - Э-э, вроде как, "мерседес"? 
  - Это понятно, - вежливо ответил он, пока его друг закатил глаза, услышав мой ответ. 
  - Я знаю. Просто интересно, неужели это... вы водите "мерседес - гардиан"? - мужчина произнес название с уважением. Наверно они нашли бы общий язык с Эдвардом, с моим... моим женихом (как ни прячься, но свадьба буквально через несколько дней). - Их даже в Европе пока не продают, - продолжал мой собеседник. - И вот тут в американском захолустье, мы встречаем именно такой. 
  Он оглядел мою машину - по мне, так совершенно обыкновенный "мерседес" типа седан, но я ведь ничего не понимаю в машинах. Я занялась обдумыванием причин своих проблемы с употреблением слов типа - жених, свадьба, муж и т.д. 
  Все вместе они просто не укладывалось в моей голове. 
  Ведь, меня вырастили в страхе перед пышными белыми платьями и свадебными букетами. Но на самом деле, я просто не могла примириться с этим степенным, почтенным, унылым словом - муж, для Эдварда. Все равно, что архангела усадить за бухгалтерский стол, я не могла представить Эдварда в столь банальной для него роли. 
  Как обычно, стоило мне подумать об Эдварде, и меня тут же уносило вихрем фантазий куда-то далеко. 
  Незнакомец откашлялся, пытаясь привлечь мое внимание, он все еще надеялся, что я назову модель машины. 
  - Не знаю, - честно призналась я. 
  - Не возражаете, если я сфотографируюсь рядом с машиной? 
  Секунду до меня доходил смысл его вопроса. 
  - Серьезно? Вы хотите сфотографироваться с моей машиной? 
  - Конечно - никто мне не поверит, если у меня не будет доказательств. 
  - М-м. Хорошо. Фотографируйтесь. 
  Я быстро отложила шланг и заползла на водительское сидение, а энтузиаст в это время достал из рюкзака профессиональную, как мне показалось, фотокамеру. Он со своим товарищем принялись позировать спереди и сзади моей машины. 
  - Хочу свой грузовик назад, - прохныкала я. 
  Кого-то очень, очень устроило - слишком подозрительно устроило - что мой грузовик тяжело исторг последний вздох, как раз через несколько недель, после того как Эдвард и я заключили наш не взаимовыгодный компромисс. Одним из пунктов договора было то, что я не буду против, если Эдвард заменит мою старую машину, когда та совсем умрет. Эдвард клялся, что все произошло, так как и ожидалось и вовсе не по его вине, грузовик пожил свое (долгую и интересную жизнь) и помер естественной смертью. Это слова Эдварда. Я, конечно же, не собиралась проверять его рассказ или пытаться воскресить грузовик своими силами. Мой любимый механик - я резко и холодно оборвала эту мысль, не позволяя ей превратиться в законченное утверждение. Вместо этого, я прислушалась к приглушенным стенами голосам снаружи. 
  - ... в онлайн видео ее из огнемета, так даже краска не облупилась. 
  - Еще бы! Эту малышку хоть танком дави. Такие машины для местных не производят. Она больше подходит для ближневосточных дипломатов, оружейных баронов и нарко-королей. 
  - Думаешь, она из таких? - тихо переспросил коротышка. Я пригнулась. 
  - Ха, - ответил тот, что повыше. - Все возможно. Представить не могу, зачем кому-то понадобилось стекла защищающие от прямого попадания ракеты и почти 2 тонны брони на машине. Наверное, направляется куда-то в опасные места. 
  Броня. Две тонны брони. И защита от прямого ракетного попадания? Прелестно. Куда пропали обычные - пуленепробиваемые стекла? 
  Ну, хоть немного смысла во всем этом было - если у вас странное чувство юмора. 
  Не то чтобы я не предвидела, что Эдвард выжмет по максимуму из нашей с ним сделки, я прекрасно понимала, он даст мне гораздо больше, чем я могу отдать взамен. Я согласилась, что он заменит мой грузовик, когда тот совсем умрет, даже не ожидая, что этот момент наступит так скоро. Когда мне пришлось признать, что мой грузовик превратился в неподвижный памятник классическому "шевроле" рядом с домом, я знала, что его идея заменить - нужна была чтобы смутить меня. Мне пришлось пережить постоянные взгляды и пересуды. По поводу этого всего я оказалась права. Но даже в самых страшных кошмарах, я не предвидела, что он подарит мне две машины. 
  Машин "до". Он сказал, что взял ее в кредит и что вернет ее после свадьбы. Что за ерунда? 
  До сегодняшнего дня я не понимала, в чем тут был смысл. 
  Ха-ха. Потому что я хрупкий человечек и склонна ко всяким аварийным случайностям, понятное дело, мне нужна была противотанковая машина. Весело. Уверена, он, и его братцы еще долго ржали за моей спиной. 
  "Или может, всего лишь намек на "может", - нашептывал мне тихий внутренний голос, - "это не шутка, глупенькая. Может он на самом деле просто переживает". 
  Эдвард не в первый раз слишком буквально относился к моей защите. 
  Я вздохнула. 
  Машину "после", я еще не видела. Она была спрятана под покрывалом в самом дальнем углу гаража Калленов. Знаю, что многие уже подглядели бы, но я не хотела знать. 
  На той машине, наверное, не будет брони, после медового месяца она мне уже не будет нужна. Я очень ждала, когда стану практически неуязвима. Стать членом семьи Калленов это не только дорогие машины и кредитные карты, но еще нечто гораздо лучше. 
  - Эй, - прокричал высокий, мне в стекло. - Мы закончили. Большое спасибо! 
  - Не за что, - ответила я, и сосредоточенно завела машину и нажала педаль - нежно-нежно - вниз... 
  Не важно, сколько раз я проезжала по знакомой дороге, все никак не могу перестать замечать смытые дождем объявления. Каждое, приклеенная к столбу или дорожному знаку, была снова пощечина. Заслуженная пощечина. 
  Я снова погрузилась в думы, от которых меня так резко прервали раньше. На этой дороге невозможно было от них удержаться. Только не там, где картинка с моим любимым механиком появлялась с регулярными интервалами. 
  Мой лучший друг. Мой Джейкоб. 
  "ВЫ ВИДЕЛИ ЭТОГО МАЛЬЧИКА?" - эти объявления вовсе не отец Джейкоба придумал. Это мой папа, Чарли, напечатал их и расклеил по всему городу. И не только в Форкс, но и в Порт Анжелес, и в Секьюим и Хокьюим, и в Абердине и в каждом городе Олимпийского полуострова... 
  В каждом полицейском участке весело это объявление, папа позаботился. В его участке была целая доска для сведений о Джейкобе. К папиному разочарованию и расстройству, доска была почти пуста. 
  Больше всего мой отец расстраивался не из-за отсутствия информации о Джейкобе. Его расстраивал его лучший друг и отец Джейкоба Билли. 
  Билли не пытался искать своего шестнадцатилетнего "беглеца". Билли отказывался лепить объявления в Ла Пуш, в резервации на берегу, в доме Джейкоба. Когда сбежал Джейкоб, он словно расписался в собственном бессилии, будто ничего не мог поделать. По его словам: 
  - Джейкоб уже взрослый. Он вернется, если захочет. 
  И папа злился на меня, что я приняла сторону Билли. 
  Я тоже не стала клеить объявления. Потому что и я и Билли примерно знали, где находится сейчас Джейкоб, и знали, что никто не видел этого "мальчика". 
  Объявления, снова вызвали большой ком в горле, привычные слезы в глазах, и я была рада, что Эдвард в эту субботу охотился. Если он увидел бы мою реакцию, он почувствовал бы себя ужасно. 
  Конечно, в субботе были недостатки. Я медленно повернула на нашу улицу, и увидела, что папина машину уже на месте. Сегодня он снова пропустил рыбалку. 
  Значит, позвонить из дома я не смогу. Но позвонить было просто необходимо... 
  Я припарковала машину около "скульптуры" своему "шевроле" и достала из бардачка мобильный телефон, который на всякий случай дал мне Эдвард. Я набрала номер, на всякий случай, держа палец на кнопке "отбой". Просто так, на всякий случай. 
  - Алло? - ответил Сэт Клирвотер, и я вздохнула с облегчением. Я слишком трусила, чтобы разговаривать с его старшей сестрой Леа. В ее устах фраза "откушу тебе голову", не была художественным приукрашиванием. 
  - Привет, Сэт. Это Белла. 
  - О, здорова, Белла! Ты как? 
  "Ужасно. Жду, что ты меня успокоишь" - пронеслось в моей голове. 
  - Отлично. 
  - Хочешь узнать новости? 
  - Ты ясновидящий. 
  - Ерунда. Я не Элис - ты предсказуема, - пошутил он. Среди Квильютской стаи, в Ла Пуш, только Сэт мог так спокойно упоминать имя кого-то из Калленов, никто из вервольфов не мог шутить про мою всевидящую золовку. 
  - Я знаю, - минута молчания. - Как он? 
  Сэт вздохнул. 
  - Как обычно. Не разговаривает, хотя мы знаем, что он нас слышит. Знаешь, он старается не думать как человек. Следует инстинктам. 
  - Ты знаешь, где он сейчас? 
  - Где-то в северной части Канады. Конкретнее сказать не могу. Он не обращает внимание на государственные границы. 
  - Ни намека на него... 
  - Нет, он не вернется, Белла. Прости. 
  Я сглотнула. 
  - Окей, Сэт. Понятно. Я очень хочу, чтобы он вернулся. 
  - Ага. Все мы тут хотим. 
  - Спасибо, что рассказываешь, Сэт. Знаю, что остальные не очень довольны этим. 
  - Ну, скажем, они не самые большие твои поклонники, - весело согласился он. - Фигня это, как я думаю. Джейкоб сделал свой выбор, а ты сделала свой. Джейк не в восторге от их настроений. Правда, он не слишком рад и тому, что ты интересуешься им. 
  Я задержала дыхание. 
  - Я думала, он с тобой не разговаривает? 
  - Он не может скрыть свои чувства от нас. Хотя и старается. 
  Значит, Джейкоб знает, что я переживаю. Не уверена в своих чувствах по этому поводу. Ну что ж, пусть он хоть знает, что я не забыла его окончательно. Наверное, он думал, что я способна на такое - с глаз долой из сердца вон. 
  - Надеюсь, я увижу тебя на ... свадьбе, - сказала я, чуть скрипнув зубами на последнем слове. 
  - Ага, я и мама придем. Классно что ты нас пригласила. 
  Я улыбнулась его энтузиазму. Хотя, идея пригласить Клирвотеров принадлежала Эдварду, я была рада, что он придумал это. Если придет Сэт - будет хорошо - связь, хоть и тонкая, с моим шафером. 
  - Без тебя, будет совсем не то. 
  - Передавай Эдварду привет. 
  - Конечно. 
  Я тряхнула головой. Дружба между Эдвардом и Сэтом все еще пугала меня. Хотя это было доказательством того, что это реально. Что вервольфы и вампиры могут прекрасно общаться друг с другом, если захотят. 
  Не все радовались такой возможности. 
  - Эх, - сказал Сэт, понизив голос. - Леа приперлась. 
  - Понятно. Пока! 
  Сэт положил трубку. Я оставила мобильный на сидении. Теперь нужно было морально подготовиться к встрече с ожидающим меня дома Чарли. 
  Мой бедный папа, у него сейчас столько забот. 
  "Сбежавший" Джейкоб был соломинкой, в грузе всех папиных проблем. Он сильно переживал за меня, свою едва достигшую совершеннолетия дочь. Которая совсем скоро станет замужней дамой. Всего через несколько дней. 
  Я медленно шла под не очень сильным дождем, вспоминая тот вечер, когда мы с Эдвардом рассказали ему... 
  Как только послышался звук подъезжающей машины Чарли, кольцо внезапно потяжелело, будто стало весить сто килограмм. Мне хотелось спрятать руку, сунуть ее в карман, или сесть на нее, но Эдвард крепко держал ее, выставив вперед, в своей прохладной крепкой хватке. 
  - Белла, перестань волноваться. Пожалуйста, изволь вспомнить, ты не в убийстве будешь признаваться. 
  - Легко тебе говорить. 
  Я прислушивалась к зловещему звуку отцовских ботинок топающих по тротуару. Ключ повернулся в уже открытой двери. Звук напомнил мне тот момент в кино, когда жертва соображает, что забыла закрыть дверь на замок... 
  - Белла, успокойся, - прошептал Эдвард, прислушиваясь к моему учащенному сердцебиению. Дверь распахнулась и ударилась о стену, я вздрогнула. 
  - Привет, Чарли, - совершенно спокойно произнес Эдвард. 
  - Нет! - прошипела я сквозь зубы. 
  - Что? - прошептал Эдвард в ответ. 
  - Подождем, пока он снимет оружие! 
  Эдвард усмехнулся и свободной рукой провел по своим взлохмаченным бронзовым волосам. 
  Чарли появился из-за угла, все еще в униформе, все еще с пистолетом, он попытался не кривиться, заметив нас вдвоем на кресле. В последнее время, он старательно пытается относиться к Эдварду получше. Похоже, сегодняшнее признание, убьет эти попытки на корню. 
  - Привет, ребята. Как делишки? 
  - Мы хотели поговорить с тобой, - сказал Эдвард. - У нас - хорошие новости. 
  Выражение лица Чарли моментально переменилось из натянутого дружелюбия в черное подозрение. 
  - Хорошие новости? - рыкнул Чарли, глядя прямо на меня. 
  - Папа, присядь. 
  Он приподнял бровь, секунд пять глядел на меня, протопал к креслу, и, держа спину, прямо присел на самый край. 
  - Папа, не принимай так близко к сердцу, - произнесла я, после затянувшегося молчания. - Все в порядке. 
  Эдвард скорчил гримасу, и я поняла - это его реакция на слово "в порядке". Он употребил бы нечто типа "прекрасно", "отлично" или "замечательно". 
  - Конечно, Белла, именно так. Если все так классно, почему ты потеешь? 
  - Я не потею, - соврала я и отвернулась от его хмурого лица. Обернувшись к Эдварду, я провела правой рукой по лбу, убирая доказательства. 
  - Ты беременна! - взорвался Чарли. - Ты беременна, да? 
  Хоть сам вопрос и предназначался мне, теперь Чарли свирепо мерил Эдварда взглядом, и могу поклясться, я видела, как его рука дернулась к пистолету. 
  - Нет! Конечно, я не беременна! - мне хотелось ткнуть Эдварда локтем под ребро, но я знала, что толку от этого не будет никакого, только синяк себе заработаю. Я ведь предупреждала Эдварда, что люди сразу же решат именно так! Какая еще может быть причина, чтобы выходить замуж в восемнадцать лет? (Его ответ заставил меня выпучить глаза от удивления, он ответил: "Любовь". Ага, конечно.) Чарли перестал свирепо сверкать глазами. Обычно по моему лицу было очень просто понять, когда я говорю правду, и он поверил мне. 
  - О. Прости. 
  - Извинения приняты. 
  Долгая пауза. Через некоторое время, я догадалась, что они ждут от меня речи. В полном ужасе, я посмотрела на Эдварда. Слов у меня не получалось, я просто не могла ничего сказать. Он улыбнулся мне, расправил плечи и повернулся к моему отцу. 
  - Чарли, я все перепутал. По традиции, первым мне следовало спросить тебя. Так получилось, и я вовсе не хотел демонстрировать тебе свое неуважение, но так как Белла уже сказала мне "да" и я не хочу лишать ее выбора в этом вопросе. Так что, вместо ее руки я прошу твое благословение. Чарли, мы собираемся пожениться. Я люблю ее больше всего на свете, больше жизни, и по чудесному совпадению, она разделяет мои чувства. Ты благословишь нас? 
  Он говорил так уверенно, так спокойно. Всего на долю секунды, прислушиваясь к абсолютной уверенности в его голосе, я испытала редкий момент понимания. Я моментально увидела, как окружающие воспринимают его. За один удар сердца, эта новость обрела смысл. 
  И тут я обратила внимание на Чарли, он смотрел на мое кольцо. 
  Я перестала дышать, пока его лицо меняло цвет - бледность сменилась краснотой, краснота фиолетовым оттенком, фиолетовый сменился, синим, я уже поднялась к нему - не знаю, что именно я собиралась делать, может прием Хеймлиха применить, вдруг папа подавился чем-то, но Эдвард сжал мне руку и тихо так, что только я его слышала, прошептал: 
  - Дай ему время. 
  В этот раз тишина продолжалась дольше. И вот, постепенно, к Чарли вернулся его обычный цвет лица. Он поджал губы и нахмурился, это означало - "глубокая задумчивость". Он долго смотрел на нас, и я почувствовала, как рядом расслабился Эдвард. 
  - Вообще-то я не очень и удивлен, - пробурчал Чарли. - Я знал, что скоро придется с чем-то подобным разбираться. 
  Я облегченно выдохнула. 
  - Ты уверена? - спросил Чарли, буравя меня взглядом. 
  - Насчет Эдварда, на все сто процентов, - ответила я уверенно. 
  - Замуж? Что за спешка? - он снова с подозрением прищурился. 
  Спешка из-за того, что я с каждым ужасным днем приближалась к своим девятнадцати годам, а Эдвард замер в своих прекрасных семнадцати. В принципе, не то чтобы этот факт в моей записной книжке означал свадьбу, но брак был необходим из-за некоторых деликатных и запутанных договоров между мной и Эдвардом, чтобы добраться до основной моей цели. Последняя ступень перед бессмертием. 
  Кое-что я не могла прямо рассказать Чарли. 
  - Чарли, мы вместе едем в Дартмут осенью, - напомнил Эдвард. - Я просто хочу сделать все правильно. Так меня воспитали, - пожал он плечами. 
  Он вовсе не преувеличил, во время Первой Мировой Войны мораль была другой. 
  Чарли скривил рот. Искал к чему бы прицепиться и возразить. Но что он мог сказать? "Поживите сначала в грехе?" Он был отцом и у него были связаны руки. 
  - Я так и знал, - пробурчал он хмуро себе под нос. Потом, внезапно его лицо лишилось всяких эмоций. 
  - Папа? - спросила я взволнованно. Я глянула на Эдварда, но не смогла прочесть его реакцию, его лицо, как и лицо Чарли ничего не выражало. 
  - Ха! - взорвался Чарли. Я подскочила на месте. - Ха, ха, ха! 
  Я недоверчиво смотрела на Чарли, он зашелся от смеха, весь трясся от хохота. 
  Я ждала, что Эдвард мне переведет, но его губы были крепко сжаты, словно и он сам пытался сдержать смех. 
  - Окей, отлично, - смог проговорить Чарли. - Женитесь. - И снова зашелся в приступе смеха. 
  - Но... 
  - Но, что? - спросила я. 
  - Но ты сама расскажешь все маме! Я ни слова не скажу Рене! Оставляю это право за тобой! - загоготал он. 
  Улыбаясь, я помедлила, перед тем как позвонить в дверь. Конечно, тогда меня ужасно испугали его слова. Ужасный ультиматум - рассказать Рене. Ранние браки в ее черном списке стоят выше, чем даже сварить щенков живьем. 
  Кто мог предвидеть ее ответ? Только не я. И не Чарли. Может быть Элис, но тогда я не догадалась спросить у нее. 
  - Ну, Белла, - сказала Рене, после того как я, заикаясь, выдавила невозможные слова: "Мам, я вхожу замуж за Эдварда". - Я немного оскорблена, что ты так долго тянула с этим признанием. Билеты на самолет дорожают каждую неделю. Ох... - взволнованно закончила она. - Как думаешь, Филу к тому времени снимут гипс? Он испортит фото, если не будет одет в смокинг... 
  - Погоди. Мама, - удивленно заметила я. - Что ты имеешь в виду, ждала так долго? Я только что об-об... - я не смогла выдавить слово "обручилась", - все устроила, буквально сегодня. 
  - Сегодня? Правда? Удивительно. Я предполагала... 
  - Что ты предполагала? Когда ты предположила? 
  - Тогда, когда ты навещала меня в апреле, все, кажется уже было решено, если ты понимаешь, о чем я. Ты не умеешь ничего скрывать, милая. Но тогда я ничего тебе не сказала, потому что ничего хорошего из этих разговоров не вышло бы. Ты так похожа на Чарли, - вздохнула она обреченно. - Когда ты что-то решишь, спорить с тобой бесполезно. Конечно, точно как Чарли, ты всегда выполняешь свои обещания. 
  - Ты не повторяешь мои ошибки. Белла. Ты испугана, глупышка, и, кажется, ты боишься меня, - Рене засмеялась. - Боишься, что я подумаю. И я знаю, что наговорила много всего о замужестве и глупости - и я вовсе не беру свои слова обратно - но ты должна понимать, что все, что я говорила, больше всего подходит мне. Ты совершенно другой человек. Ответственность для тебя не проблема. Ты справишься с этой работой лучше многих сорокалетних моих знакомых. - Рене снова рассмеялась. - Моя маленькая взрослая девочка. К счастью, кажется, ты нашла вторую взрослую душу... 
  - Ты не ... злишься? Ты не думаешь, что я совершаю огромную ошибку? 
  - Ну, конечно, я хотела бы, чтобы вы подождали еще пару лет. То есть, неужели я уже так стара, что похожа на тещу? Не отвечай. Сейчас разговор не обо мне, а о тебе. Ты счастлива? 
  - Я не знаю. Сейчас я словно парю отдельно от своего тела. 
  Рене хихикнула. 
  - Ты с ним счастлива, Белла? 
  - Да, но... 
  - Ты захочешь еще кого-то когда-нибудь? 
  - Нет, но... 
  - Тогда, что? 
  - Но, разве ты не собираешься сказать, что я говорю как любой другой увлеченный подросток? 
  - Милая, ты никогда не была подростком. Ты сама знаешь, что лучше для тебя. 
  Последние несколько недель Рене с головой окунулась в свадебные приготовления. Она часами разговаривала с матерью Эдварда Эсме по телефону. Проблем в общении между новыми родственниками не было. Рене обожала Эсме, но потом, я подумала, а кто сможет устоять перед моей очаровательной почти свекровью. 
  Мне стало полегче. Семья Эдварда и моя семья вместе занялись приготовлением церемонии, мне не пришлось ни делать, ни знать, ни напрягаться, ни думать слишком много о будущей свадьбе. 
  Чарли рвал и метал, конечно, но что самое прелестное, он был зол вовсе не на меня. Предательницей оказалась Рене. Он рассчитывал на ее поддержку, как на тяжелую артиллерию. Что он мог сделать сейчас, когда его последняя угроза - рассказать маме - лопнула? Ему нечем было крыть, и он это знал. Так что, он шатался по дому, и что-то бурчал о том, что в этом мире больше нельзя никому доверять... 
  - Пап? - позвала я, когда открыла дверь. - Я пришла. 
  - Погоди, Беллс, стой на месте. 
  -Чего? - спросила я, и машинально подчинилась. 
  - Дай секундочку. Больно. Элис, ты меня уколола. 
  Элис!? 
  - Прости. Чарли, - ответил испуганный голосок Элис. - Как он? 
  - Я его закапаю кровью. 
  - Ты в порядке. Даже не поцарапался - поверь мне. 
  -Что происходит? - спросила я, так и замерев на пороге. 
  - Тридцать секунд, Белла. Пожалуйста, - сказала Элис. - Твое терпение будет вознаграждено. 
  - Угу, - добавил Чарли. 
  Я, нервно стуча каблуками, сосчитала каждый удар, прежде чем вошла в гостиную. 
  - Ух, ты - поразилась я. - Хм, папа, не слишком ли ты ... 
  - Глупо выглядишь? - перебил меня Чарли. 
  - Я думала скорее "благопристойно". 
  Чарли покраснел. Элис взяла его под локоть и медленно заставила его пройтись кругом, демонстрируя светло серый смокинг. 
  - Элис, хватит. Я выгляжу идиотом. 
  - Человек, одетый под моим чутким руководством никогда не будет выглядеть идиотом. 
  - Папа, она права. Ты выглядишь потрясающе! Что за повод? 
  Элис закатила глаза. 
  - Это последняя примерка. Для вас обоих. 
  Я отвела взгляд от непривычно элегантного Чарли и заметила белый пакет, аккуратно разложенный на софе. 
  - А-А-А. 
  - Иди-ка в свое счастливое местечко, Белла. Все пройдет быстренько. 
  Я втянула воздуха побольше и закрыла глаза. Так с закрытыми глазами я поднялась к себе. Разделась до нижнего белья и вытянула руки. 
  - Будто я стану забивать тебе бамбуковые щепки под ногти, - бормотала Элис, следуя за мной. 
Я не обращала на нее внимания. Я была в своем счастливом месте. 
  В моем счастливом месте, вся свадебная суета уже позади и успешно забыта. 
  Мы были одни, я и Эдвард. Место было неопределенным и постоянно менялось - это был то туманный лес, то закрытый облаками город, а то арктическая ночь - потому что Эдвард держал в секрете, где будет проходить наш медовый месяц, хотел сделать мне сюрприз. Но я не очень то волновалась по поводу того, где именно, будет, проходит наш медовый месяц. 
  Эдвард и я были вместе, я полностью исполнила свою часть обещания. Я вышла за него замуж. Это самое важное. Но еще я приняла все его возмутительные подарки и записалась, правда все равно бесполезно, посещать Дартмудский колледж осенью. Теперь была его очередь. 
  Прежде чем он обратит меня в вампира - его большое обещание - он должен кое-что исполнить. 
  Эдвард так переживает обо всем человеческом, что я потеряю, у него мания на этот счет, он не хочет, чтобы я что-то упустила из человеческих ощущений. Но я настаивала только на одном человеческом ощущении. Конечно же, это было то самое, о чем, по его мнению, мне лучше было забыть. 
  Вот в чем дело, я знаю, какой именно я стану, когда все закончится. Я видела новорожденных вампиров своими собственными глазами, и я слышала рассказы своих будущих родственников об их диких юных деньках. Несколько лет, большая часть моего сознания будет постоянно испытывать "жажду". Пройдет некоторое время, прежде чем я снова стану собой. И даже тогда, когда я научусь контролировать себя, никогда уже не смогу чувствовать так, как чувствую и ощущаю сейчас - страстно влюбленной человеческой девушкой. 
  Я хотела испытать все ощущения. Прежде чем обменяю свое теплое, хрупкое, управляемое гормонами тело на что-то красивое, сильное... и неизвестное. Я хотела настоящий медовый месяц с Эдвардом. И, несмотря на опасность, которой он так боялся меня подвергнуть, он согласился попробовать. 
  Я только неясно опасалась Элис, скольжения и прикосновения сатина к коже. Мне было все равно, пусть весь город обсуждает меня. Я не думала о спектакле, в котором мне совсем скоро придется сыграть. Я не волновалась, что наступлю на шлейф или засмеюсь в неподходящий момент. Не переживала, что я слишком молода или что вдруг засмущаюсь зрителей, и даже не боялась пустого места, на котором должен был сидеть мой лучший друг. 
  В своем счастливом месте я была наедине с Эдвардом. 
 

Глава 2 

Длинная ночь  
  - Я уже скучаю по тебе. 
  - Мне не обязательно уходить. Я могу остаться... 
  - М-м-м. 
  Какое-то время тишину нарушали лишь стук моего сердца, сбивчивый ритм неровного дыхания и шепот наших синхронно двигающихся губ. Иногда так легко забыть, что я целуюсь с вампиром. Не потому, что он казался обыкновенным человеком - ни на секунду я не забывала, что обнимала ангела, а не мужчину - но он так по-особенному целовал мои губы, лицо и горло, это были непередаваемые ощущения. Он утверждал, что уже давно переборол искушение, которое вызвала у него моя кровь. Одна только мысль, что он может потерять меня, вылечила его от этой жажды. Но я знаю, запах моей крови все равно до сих пор причинял ему боль - все еще обжигает ему горло изнутри, словно он вдыхает языки пламени. 
  Я открыла глаза, и оказалось, что он тоже смотрит на меня. Не понимаю его, когда он так смотрит на меня. Можно подумать, что я ценный приз, и победитель он, а не я. 
  Наши взгляды встретились; его золотые глаза были так глубоки, что мне показалось - я могу разглядеть в них его душу. Глупо, но этот факт - существование его души - всегда подвергался сомнению. Несмотря на то, что он вампир, у него была самая прекрасная душа, еще прекраснее, чем выдающийся ум, несравненное лицо или великолепное тело. 
  Он смотрел на меня так же, словно видел мою душу, и кажется, остался доволен зрелищем. 
  Он мог читать мои мысли у кого угодно, но не у меня. Кто его знает почему, но какой-то странный дефект в моем мозгу, подарил мне иммунитет ко всем сверхъестественным и страшным вещам, которые способны творить некоторые бессмертные. (Лишь мой разум был неподвластен им, но некоторые вампиры, не разделявшие взглядов Эдварда, вполне могли причинить вред моему телу). Но я была очень обязана этому дефекту, благодаря которому мои мысли оставались в секрете. Даже подумать стыдно о возможной альтернативе. 
  Я снова притянула его лицо к себе. 
  - Однозначно, я остаюсь, - секунду спустя пробормотал он. 
  - Нет, нет. Это твой мальчишник. Ты должен пойти. - Я произносила эти слова, а сама запустила правую руку в его бронзовые волосы, и крепче прижала другую к его пояснице. Он нежно провел по моему лицу прохладными пальцами. 
  - Мальчишники устраивают для тех, кому горько видеть, как проходят последние холостяцкие дни. Я же с нетерпением жду, когда закончатся дни моего одиночества. Так что, нет смысла. 
  - Действительно, - выдохнула я на его по-зимнему холодную кожу на шее. 
  Это было почти как в моем счастливом месте. Чарли в своей комнате спал беспробудным сном, значит, мы были практически одни. Мы лежали, обнявшись на моей маленькой кровати, тесно прижавшись, насколько это позволял толстый плед, в который я была укутана словно в кокон. Ненавижу одеяло, но романтический момент может быть испорчен, если у меня застучат зубы. Если я включу обогреватель в августе месяце, Чарли это наверняка заметит... 
  По крайней мере, раз уж мне пришлось укутаться, то рубашка Эдварда лежала на полу. Я так никогда и не перестану восторгаться его прекрасным телом - белое, прохладное, словно отполированное мраморное изваяние. Я восхищенно провела рукой по его каменной груди и плоскому животу. По его телу пробежала легкая дрожь, и его рот снова нашел мои губы. 
  Я осторожно кончиком языка прикоснулась к его губам, гладким словно стекло, и он вздохнул. Его сладкое дыхание - холодное и приятное - окутало мое лицо. 
  Он начал отстранятся - это непроизвольная реакция возникает всякий раз, когда он думает что заходит слишком далеко, это рефлекс, срабатывающий всякий раз, когда он больше всего на свете хотел бы не останавливаться. Эдвард большую часть своей жизни провел, отказывая себе в любых физических удовольствиях. Я знала, ему страшно изменить эти привычки. 
  - Погоди, - произнесла я, обняла его за плечи и прижалась ближе. Высвободила ногу и обвила его за талию. - Повторенье - мать ученья. 
  Он усмехнулся. 
  - Ну, тогда мы уже должны быть профессионалами в этом деле, не так ли? Тебе за последний месяц удалось хоть раз выспаться? 
  - Но это генеральная репетиция, - напомнила я ему, - и к тому же, мы репетировали только кое-какие сцены. Тут нельзя оплошать. 
  Я подумала, что он рассмеется, но он не ответил, а его тело замерло в каком-то внезапном напряжении. Расплавленное золото в его глазах, кажется, затвердело. 
  Я вспоминала свои слова и пыталась понять, что он мог в них услышать. 
  - Белла..., - прошептал он. 
  - Не начинай все сначала, - сказал я. - Сделка есть сделка. 
  - Я не знаю, мне сложно сосредоточиться, когда ты вот так рядом. Я ... я не могу мыслить здраво. Я не смогу контролировать себя. Ты можешь пострадать. 
  - Со мной все будет хорошо. 
  - Белла... 
  - Ш-ш! - я прижалась губами к его губам, чтобы остановить этот приступ паники. Я уже слышала такое раньше. Ему не отменить наш договор. Только не после того, как сначала настоял на свадьбе. 
  Какое-то время он целовал меня в ответ, но могу сказать, что прежнего рвения в нем уже не чувствовалось. Волнуется, всегда переживает. Что будет, когда ему больше не придется переживать за меня? Что он станет делать с этим свободным временем? Ему придется придумать себе новое хобби. 
  - Как твои ноги? - спросил он. 
  Зная, что он говорит это не буквально, я ответила: 
  - Теплые, аж подрумянились, (*здесь идет речь о поговорке, у невесты от страха ноги замерзают). 
  - Правда? И никаких сомнений? Еще не поздно передумать? 
  - Ты собираешься меня бросить? 
  Он тихо рассмеялся. 
  - Просто хочу убедиться. Не хочу, чтобы ты что-то делала, не будучи в этом уверена. 
  - Я уверена в тебе. Все остальное я смогу пережить. 
  Он снова задумался, а я решила, что лучше бы мне заткнуть себе пяткой рот. 
  - Сможешь? - тихо переспросил он. - Я не про свадьбу - я уверен, ее ты переживешь, несмотря на все твои сомнения - я про то, что произойдет после... как же Рене, и Чарли? 
  Я вздохнула. 
  - Мне будет их не хватать. - Я буду тосковать по ним даже сильнее, чем они по мне, но я не хотела подливать масла в огонь. 
  - Анжела и Бен, и Джессика, и Майк. 
  - Мне будет не хватать моих друзей, - улыбнулась я в темноте. - Особенно Майка. О, Майк! Что же мне без тебя делать? 
  Эдвард зарычал. 
  Я засмеялась, но быстро посерьезнела. 
  - Эдвард, мы переливаем из пустого в порожнее, снова и снова. Я знаю, что будет тяжело, но это именно то, чего я хочу. Я хочу тебя, и хочу тебя навсегда. Одной жизни, мне будет просто слишком мало. 
  - Навечно остаться восемнадцатилетней, - прошептал он. 
  - Воплощение мечты каждой женщины, - подразнила я. 
  - Навсегда без изменений... без движения вперед. 
  - Что это значит? 
  Он медленно ответил: 
  - Помнишь, как мы рассказали Чарли, что собираемся пожениться? И он решил, что ты…беременна? 
  - Он хотел тебя застрелить, - со смехом угадала я. - Признайся, какую-то секунду, он на самом деле об этом подумал. 
  Эдвард не ответил. 
  - Что такое, Эдвард? 
  - Я хотел бы... в общем, я хотел бы, чтобы он оказался прав. 
  - Уф, - выдохнула я. 
  - Больше всего я хочу, чтобы был какой-то способ, и Чарли оказался прав. Чтобы у нас была такая возможность. Мне ненавистна мысль, что я лишаю тебя этого. 
  Мне понадобилась минута и я ответила: 
  - Я знаю, что делаю. 
  - Белла, откуда ты можешь это знать? Посмотри на мою мать и сестру. Не так-то просто пожертвовать этим, как тебе кажется. 
  - Эсме и Розали прекрасно справляются. Если такая проблема возникнет, потом, мы можем поступить как Эсме, мы усыновим... 
  Он вздохнул и тут его голос стал жестоким: 
  - Это не правильно. Я не хочу, чтобы ты жертвовала ради меня. Я хочу отдавать, а не отбирать. Я не хочу красть твое будущее. Будь я человеком... 
  Я закрыла ему рот своей рукой. 
  - Ты мое будущее. А теперь остановись. Перестань хандрить или я позвоню твоим братьям, чтоб они забрали тебя. Похоже, что мальчишник тебе просто необходим. 
  - Прости меня. Я хандрю, да? Наверное, это нервы. 
  - А твои ноги не замерзли? 
  - Не в этом смысле. Я целый век ждал, чтобы женится на вас, мисс Свон. Я с нетерпением жду свадебной церемонии... - он замолк на полуслове. - О, ради всего святого! 
  - Что случилось? 
  Он сжал зубы. 
  - Братьям звонить не придется. Очевидно, Эммет и Джаспер не позволят мне сегодня увильнуть. 
  Я прижалась к нему на одну секунду, а потом отпустила. У меня не было никакого желания играть с Эмметом в перетягивание каната. 
  - Повеселись. 
  От окна раздался противный звук - кто-то специально царапал по стеклу стальными ногтями, рождая ужасно неприятный, зубодробильный скрежет. Меня передернуло. 
  - Если ты не отдашь нам Эдварда, - угрожающе прошипел невидимый в ночи Эммет. - То мы придем за ним сами! 
  - Иди, - засмеялась я. - Пока они не разрушали дом. 
  Эдвард закатил глаза, но встал на ноги одним плавным движением, и вторым движением его рубашка уже была на нем. Он склонился ко мне и поцеловал в лоб. 
  - Ложись спать. Завтра у тебя важный день. 
  - Спасибо, что напомнил! Теперь я окончательно упокоилась. 
  - Встретимся у алтаря. 
  - Я буду в белом. 
  Я улыбнулась тому, как буднично я это произнесла. 
  Он сказал, с легким смешком: 
  - Очень убедительно. 
  Тут он резко пригнулся, мышцы напряглись, готовясь к прыжку, и он исчез. Выскочил в окно, слишком быстро, чтобы мои глаза смогли заметить. 
  Снаружи раздался приглушенный удар и проклятья Эммета. 
  - Смотрите мне, чтобы никаких опозданий, - тихо проговорила я, зная, что они услышат. 
  Тут в моем окне возник Джаспер, его медовые волосы серебрились в слабом свете затянутой облаками луны. 
  - Не волнуйся, Белла. Мы доставим его домой во время. 
  Я внезапно почувствовала спокойствие, и все мои приступы растерянности потеряли смысл и важность. Как и Элис с ее необъяснимыми точными предсказаниями, Джаспер, по-своему, тоже был одарен талантом. Стихия Джаспера - настроения, а не будущее, и невозможно было сопротивляться чувствам, которые он мог вам внушить. 
  Все еще закутанная в одеяло, я неловко села. 
  - Джаспер? А как вампиры проводят мальчишники? Вы ведь не поведете его в стриптиз клуб? 
  - Ничего ей не рассказывай! - прорычал Эммет снизу. Раздался еще один удар, и Эдвард тихо рассмеялся. 
  - Успокойся, - ответил мне Джаспер - и я его послушалась. - У нас Калленов, будет своя версия. Просто несколько кугуаров, да парочка гризли. Обыкновенная ночная вылазка. 
  Я подумала, смогу ли когда-нибудь так же непринужденно говорить о "вегетарианской" вампирской диете. 
  - Спасибо, Джаспер. 
  Он подмигнул мне и пропал из виду. 
  Снаружи царила тишина. Через стену доносились приглушенный храп Чарли. 
  Я улеглась на подушку, и мне захотелось спать. Из-под отяжелевших век, я смотрела на стены моей маленькой комнатки, выцветшей в лунном свете. 
  Последняя ночь в моей комнате. Последняя ночь Изабеллы Свон. Завтра вечером я стану Беллой Каллен. Хотя все свадебное испытание, казалось мне большой занозой, должна признаться, что мне нравилось, как звучит мое будущее имя. 
  Ожидая прихода сна, я позволила себе немного помечтать. Но, через несколько минут, я почувствовала возросшее беспокойство, тревога скрутилась где-то в животе и неудобно улеглась там. Без Эдварда кровать казалось слишком мягкой и слишком теплой. Джаспер был уже далеко, и все спокойные, расслабляющие ощущения пропали вместе с ним. 
  Завтра будет очень длинный день. 
  Я подозревала, что большинство моих страхов - глупости, и я просто должна была перебороть их. Внимание - это неизбежная часть жизни. Я не смогу вечно сливаться с окружающим пейзажем. Однако у меня была парочка особенных переживаний, и они были самой настоящей проблемой. 
  Во-первых, это шлейф моего платья. Элис позволила своему художественному вкусу одержать победу над практичностью, и теперь я не могла вообразить, как я смогу пройти по лестнице в доме Калленов на каблуках и со шлейфом. Нужно было тренироваться. 
  Второе - это список гостей. 
  Семья Тани, клан Денали, прибудут перед церемонией. 
  Было бы оскорблением приглашать семью Тани в одну комнату с нашими гостями из Квильютской резервации, отцом Джейкоба и всеми Клируотерами. Среди Денали не было поклонников оборотней. А Ирина, сестра Тани, вообще не придет на свадьбу. Она все еще была преисполнена местью к оборотням за то, что они убили ее друга Лорана (в тот самый момент, когда он собирался убить меня). Благодаря этой затаенной обиде, Денали не стали помогать семье Эдварда в тяжелый момент. Когда на нас напала орда новообращенных вампиров, нам помогли волки. Неожиданный альянс с Квильетскими волками спас всем нам жизни. 
  Эдвард заверил меня, что Денали вблизи Квильютов это не опасно. Таня и вся ее семья - кроме Ирины - чувствовали себя ужасно виноватыми за отступничество. Договор с оборотнями малая цена за ошибку, и эту цену они согласны были заплатить. 
  Это все важные проблемы. Была еще одна маленькая проблемка: моя неуверенность в себе. 
  Я никогда раньше не видела Таню, но была уверена, что встреча с ней не будет праздником для моего эго. Давным-давно, неверное еще до моего рождения, она заигрывала с Эдвардом - нет, я вовсе не обвиняю ее или кого-то еще в желании обладать им. И все равно, она будет прекрасна от и до. Хотя Эдвард однозначно - или по непонятной причине - предпочитал меня, я все равно не удержусь от сравнений. 
  Я чуть-чуть поворчала, пока Эдвард, который знал эту мою слабость, не урезонил меня и не заставил почувствовать себя виноватой: 
  - Мы это самое близкое, что у них есть из семьи, Белла, - напомнил он мне. - Они до сих пор ощущают себя сиротами, понимаешь? Даже спустя столько времени. 
  Я представила это и перестала хмуриться. 
  Теперь у Тани была большая семья, почти такая же большая как семья Калленов. Их было пятеро: Таня, Кейт и Ирина, к ним, почти так же как когда-то к Калленам присоединились Элис и Джаспер, присоединились Кармен и Елизар, всех их связывало желание жить более мирно, чем другие вампиры. 
  Несмотря на такую компанию, Таня и ее сестры были все еще одиноки. До сих пор в трауре. Потому что, очень много лет назад у них тоже была мать. 
  Могу представить, какую рану оставила эта утрата, даже спустя тысячи лет. Я попыталась представить семью Калленов без их создателя, их центра, и их предводителя - их отца, Карлайла. И я не смогла даже представить. 
  В один из вечеров, когда я допоздна засиделась у Калленов дома, Карлайл рассказал мне историю Тани. Я старалась научиться как можно большему, подготовиться как можно лучше к избранному мной будущему. История матери Тани была одна из многих, причинно-следственная связь, иллюстрирующая одно из правил которое мне нужно будет знать, когда я присоединюсь к бессмертному Миру. Только лишь одно правило, вернее - один закон, имеющий под собой тысячу пунктов - Хранить тайну. 
  Хранить тайну это значит много - жить не вызывая подозрений как Каллены, переезжать с места на место прежде чем люди заметят что они не стареют. Или же вообще не попадаться людям на глаза - разве что приходить поесть - так жили кочевники типа Джеймса и Виктории, и живут до сих пор друзья Джаспера Питер и Шарлота. Это означает контроль над любым созданным вампиром, как случилось с Джаспером, когда он жил с Марией. И как не получилось у Виктории, с ее новообращенными. 
  И это означает запрет на создание кое-каких существ, потому что некоторые создания невозможно контролировать. 
  - Я не знаю, как звали мать Тани, - признался мне Карлайл, его золотые глаза, почти такого же оттенка, как и светлые волосы, наполнились грустью, вспоминая боль Тани. 
  - Они никогда не говорят о ней, если можно этого избежать, никогда не вспоминают ее. 
  Женщина, которая создала Таню, Кейт и Ирину - которая любила их, как я считаю - жила много лет до моего рождения, во время чумы в нашем мире, чумы бессмертных детей. 
  - О чем они думали, эти древние, я даже близко не могу понять. Они создавали вампиров из людей, которые были всего лишь детьми. 
  Мне пришлось сглотнуть желчь, которая накопилась в горле, когда я представила то, о чем он рассказывал. 
  - Они были так прекрасны, - быстро добавил Карлайл, заметив мою реакцию. - Такие милые, такие очаровательные, даже представить сложно. Их не возможно было не любить, это происходило неосознанно. 
  - Правда, их нельзя было ничему научить. Они замерли на том уровне развития, которого достигли, когда их укусили. Очаровательные двухгодовалые лопочущие детки с ямочками на щеках, способные в гневе уничтожить пол деревни. Если они испытывали голод, они кормились, и ни одно слово предостережения не могло их сдержать. Люди увидели их, пошли разговоры, страх вспыхнул как огонь в сухих щепках... 
  - Мать Тани создала такого ребенка. Так же как я не понимаю других древних, так я не понимаю и ее причины. - Он глубоко вздохнул, успокаиваясь. - Конечно же, вмешались Волтури. 
  Я вздрогнула, как вздрагивала всегда от звука этого имени, но, конечно же, легион итальянских вампиров - самопровозглашенная королевская знать - была центром этой истории. Нет закона, если нет наказания, нет наказания, пока нет палача. Древние Аро, Кай и Маркус правили всеми Волтури. Я лишь однажды встретилась с ними. И в это краткое знакомство, мне показалось, что Аро, с его могущественным даром читать мысли - одно единственное прикосновение, и он знал все мысли когда-либо побывавшие в голове - был их настоящим лидером. 
  - Волтури изучали бессмертных детей, дома в Волтерре и по всему свету. Кай решил, что юные создания были неспособны хранить наш секрет. И значит, их нужно было уничтожить. 
  - Я уже сказал тебе, насколько они были прекрасны. В итоге, отчаянно сражавшиеся за них кланы были практически полностью истреблены. Резня не имела размаха южных войн на континенте, но по-своему была еще более разрушительна. Старинные семьи, древние традиции, друзья... Много было утрачено. В итоге, эта практика была пресечена. 
  Бессмертные дети стали неназываемыми, табу. 
  - Когда я жил с Волтури, я встречал двух бессмертных детей, так что, я лично знаю, как они выглядели. Аро уже после катастрофы виновниками, которой они стали, долгие годы изучал их. Ты знаешь его пытливый ум, он надеялся, что их можно приручить. Но, в конце концов, решение было единодушным: бессмертным детям нельзя позволить существовать. 
  Я уже забыла о матери сестер из Денали, когда история вновь вернулась к ней. 
  - Не известно, что именно произошло с матерью Тани, - сказал Карлайл. - Таня, Кейт и Ирина ничего не знали до того самого дня, когда за ними пришли Волтури. Их мать и ее незаконное создание уже были их пленниками. 
  Жизнь Тане и ее сестрам спасло неведение. Аро прикоснулся к ним и увидел их полную невиновность, так они избежали наказания вместе с матерью. 
  - Никто из них никогда раньше не видел этого мальчика, даже не подозревали о его существовании. До того самого дня, когда увидели его на костре на руках их матери. Я могу только предполагать, что их мать держала все в секрете, чтобы защитить их. Но зачем она вообще создала его? Кто он такой, и что значил для нее, почему ради него она решилась нарушить самый суровый закон? Таня и остальные так никогда и не узнали ответы на свои вопросы. Но они не сомневались в виновности своей матери. И я не думаю, что они смогли ее простить. 
  - Хотя Аро и заверил в непричастности Тани, Кейт и Ирины, Кай хотел сжечь и их. Виновны как соучастники. Им повезло, что в тот день Аро был милосерден. Таня и ее сестры были прощены, но на их сердцах остались незаживающие раны и очень большое почтение к закону... 
  Не знаю, когда именно мои воспоминания превратились в сон. Вот я будто бы снова слушаю Карлайла, смотрю ему в лицо, и вот момент спустя уже смотрю на серое, бесплодное поле и чувствую густой запах горящего фимиама. Здесь я была не одна. 
  Группа фигур в центре поля, все закутанные в пепельные плащи, должны были напугать меня - ведь это могли быть только Волтури, и я была, несмотря на их приказ в нашу последнюю встречу, все еще человеком. Но я знала, как иногда случалось со мной во сне, что они меня не видят. 
  Всюду вокруг меня находились пепелища. Я узнала сладость в воздухе и не слишком внимательно изучала холмики. У меня не было желания видеть лица уничтоженных по их приказу вампиров. Я боялась, что узнаю кого-нибудь в этих тлевших погребальных кострах. 
  Солдаты Волтури окружили нечто, и я слышала, как в их тихих голосах росло возбуждение. Я приблизилась к ним ближе, неодолимая сила сна тянула меня посмотреть, что или кого они так внимательно рассматривали. Осторожно пробираясь между двумя шипящими вампирами, я наконец-то увидела объект их спора, он стоял на небольшом холмике перед ними. 
  Он был прекрасен, очарователен, именно таким как описал его Карлайл. Мальчик был совсем еще крошкой, не больше двух лет. Светло-каштановые локоны обрамляли его ангельское личико, круглые щечки и пухлые губки. 
  Меня охватило сильное желание спасти милого, испуганного ребенка. Волтури и их угрожающий вид больше не волновала меня. Я рванулась к ним и плевать, если они заметят меня. Я побежала, минуя их, прямо к мальчику. 
  Я остановилась, пошатываясь, только когда смогла полностью осмотреть пригорок, на котором он сидел. Это были вовсе не земля или камень, это была куча человеческих тел, обескровленных и безжизненных. Слишком поздно было не смотреть на лица. Я знала их всех - Анжела, Бен, Джессика, Майк... 
  И прямо под очаровательным мальчиком лежали тела моих папы и мамы. 
  Ребенок открыл яркие, кроваво-красные глаза. 
   

Глава 3
Большой день 
Мои глаза резко распахнулись. 
Меня сотрясала мелкая дрожь, и я с трудом глотала воздух. Некоторое время я лежала в своей теплой постели, пытаясь сбросить с себя оковы моего сновидения. Небо за окном успело стать серым, а затем бледно-розовым, пока ритм моего сердца не стал более менее нормальным. 
Когда я полностью пришла в себя и вернулась в реальность, я ощутила, что страшно на себя злюсь. Что это за сны такие, в ночь накануне моей свадьбы!? Видимо, это результат того, что по ночам я забиваю себе голову страшными и беспокойными раздумьями. 
Страстно желая избавиться от ночного кошмара, я оделась и спустилась на кухню намного раньше, чем обычно. Для начала я прибралась в уже убранных комнатах, и затем, когда Чарли встал, я испекла ему блины. Я слишком нервничала, чтобы найти хотя бы какой-то интерес в процессе поедании завтрака, так что я просто села напротив Чарли. 
- Тебе нужно заехать за мистером Вебером в три, - напомнила я ему. 
-У меня нет никаких планов на сегодня, кроме как забрать священника, Беллс. Так что почти невозможно забыть о своем единственном деле. 
  Чарли взял полный выходной день из-за свадьбы, и ему явно было нечем заняться. И в его глазах всякий раз вспыхивала искра, когда взгляд его падал на чулан, где он хранил свои рыболовные снасти. 
  - Это не единственное твое дело на сегодня. Тебе ещё предстоит одеться и выглядеть благопристойно. 
  Нахмурив брови, он уставился в миску со своими хлопьями и шепотом пробормотал: "Клоунский костюм". 
  Во входную дверь кто-то тихо, но оживленно постучал. 
  - Ты никак не можешь смириться с этим,- сказала я, скорчив гримасу. - На до мной Элис будет работать целый день. 
  Чарли сочувственно кивнул, согласившись с тем, что ему предстоит менее суровое испытание, нежели мне. Поднимаясь со стула, я наклонилась, чтобы чмокнуть его в макушку, Чарли покраснел от смущения и фыркнул - а затем я пошла, открывать дверь моей любимой подруге и будущей сестре. 
  Короткие черные волосы Элис сегодня не были уложены как обычно - колючим лохматым ежиком. Они были уложены в гладкие мелкие кудри, обрамляющие ее, будто бы эльфа, лицо, на котором застыло серьезное и деловитое выражение, весьма контрастирующее с ее образом. Едва успев сказать: "Привет, Чарли", она выволокла меня из дома. 
  Элис оценивающе осмотрела меня, пока я садилась в её порше. 
  - Черт возьми, посмотри на свои глаза! - воскликнула она с упреком. - Что ты делала? Не спала всю ночь? 
  - Почти. 
  Она сердито посмотрела на меня. 
  - Я потратила столько времени, чтобы сделать тебя ошеломляющей, Белла, ты должна больше заботиться о себе! 
  - Никто и не надеется, что я буду ошеломляющей. Я думаю, что наибольшая проблема состоит в том, что я могу уснуть во время церемонии и не сказать "Я согласна" в нужный момент. И тогда Эдвард сбежит. 
Она рассмеялась. 
- Я кину в тебя своим букетом, как только ты посмеешь закрыть глаза. 
- Договорились. 
  - В конце концов, у тебя завтра, в самолете, будет масса времени, чтобы выспаться. 
  Я подняла одну бровь. Завтра... Я задумалась. Если мы уедем, после вечеринки, то завтра мы уже будем на борту самолета... хм, мы же не едем в Бойсе, Айдахо. Эдвард не сделал мне ни единого намека на то, где будет проходить наш медовый месяц. Я не была слишком озабочена этим вопросом, но это было странно, не знать, где я буду спать следующей ночью. Или, надеюсь, не спать. 
  Элис поняла, что сболтнула лишнее и нахмурилась. 
  - Все твои вещи уже собраны и готовы, - сказала она, чтобы отвлечь меня. 
  И ей удалось. 
  - Элис, было бы лучше, если б ты позволяла мне самой паковать мои вещи! 
  - Тогда бы это растянулось надолго. 
  - И тогда бы ты не имела возможности делать для меня новые покупки. 
  - Ты официально станешь моей сестрой в ближайшие десять часов... Этого времени достаточно, чтобы смириться со своим безразличием к новой одежде. 
  Я не отрывала сердитого взгляда от лобового стекла вплоть до того момента, как мы почти подъехали к дому. 
  - Он уже вернулся?- спросила я. 
  - Не волнуйся, он вернется прежде, чем зазвучит марш. Но тебе не позволено видеть его в независимости от того, когда он вернется. Мы будем придерживаться традиции. 
  - Традиции,- фыркнула я. 
  - Вот именно - жених и невеста отдельно. 
  - Знаешь, он наверняка все равно уже подглядел. (* Говорится о примете, согласно которой, жениху нельзя видеть невесту в свадебном платье до начала церемонии) 
  - Ну, нет! Я единственная, кто видел тебя в платье! Я вела себя очень осторожно, и не думала об этом, когда он был поблизости. 
  - О, - сказала я, когда мы подъехали к дорожке, - Я вижу, ты снова использовала свои гирлянды с выпускного. 
  Три мили дороги, ведущей к дому, были снова окутаны сотнями тысяч сверкающих фонариков. Но на этот раз, ко всему прочему, она добавила белые атласные ленты. 
  - Ни много, ни мало. Наслаждайся этим, потому что ты не увидишь то, как украшен дом, пока не придет время. 
  Она заехала в гараж, который находился в северном крыле здания. Джипа Эммета не было на месте. 
  - С каких это пор невесте не разрешено видеть, как украшен дом? - запротестовала я. 
  - С тех пор, как она доверила это дело мне. Я хочу, чтобы ты почувствовала потрясение, спускаясь вниз по лестнице. 
  Она прикрыла мне глаза своими ладонями, едва мы вошли в кухню. Я тут же ощутила густой аромат. 
  - Что это? - удивилась я. 
  - Неужели слишком?- ее голос стал неожиданно расстроенным. - Ты первый человек здесь, я надеюсь, что сделала все верно. 
  - Пахнет потрясающе!- заверила ее я - почти опьяненная. Гармония различных ароматов была нежна и безупречна. - Цветы апельсинового дерева... Сирень... И что-то еще - я права? 
  - Очень хорошо, Белла. Ты пропустила лишь фрейзии и розы. 
  Она не открыла моих глаз до тех пор, пока мы не оказались в ее огромной ванной комнате. 
  Я уставилась на длинную стойку, заваленную всеми атрибутами настоящего салона красоты, начав ощущать последствия моей бессонной ночи. Глаза закрывались сами по себе. 
  - Это действительно необходимо? Я все равно буду выглядеть обыкновенной рядом с ним, и неважно как я в действительности буду выглядеть. 
  Она заставила меня сесть в низкое розовое кресло. 
  - Никто не посмеет назвать тебя обыкновенной, когда я завершу. 
  - Но, только потому, что они бояться того, что ты высосешь их кровь, - пробормотала я. 
  Я прислонилась к спинке кресла и закрыла глаза, надеясь на то, что смогу немного вздремнуть. Я то дремала, то просыпалась, пока она делала мне маски, полировала, и наводила лоск на каждую клеточку моего тела. 
  Уже прошло время обеда, когда Розали незаметно проскользнула в ванную, одетая в сияющее серебристое платье, а ее золотистые волосы были словно мягкая корона на макушке головы. Она была так красива, что я была готова разреветься. Какой смысл наряжаться, когда рядом с тобой такая, как Розали?! 
  - Они вернулись - сказала Роуз. 
  Тот час же, мой ребяческий приступ отчаяния исчез. Эдвард был здесь. 
  - Не пускайте его сюда! 
  - Он не станет раздражать тебя сегодня, - заверила она Элис. - Ему пока еще дорога жизнь. Эсме поручила им закончить кое-какие дела. Тебе нужна помощь? Я могу помочь с прической. 
  Мой рот раскрылся от удивления. Я потрясла головой, пытаясь вспомнить, как закрыть его. 
  Я никогда не была любимицей Розали. Затем произошли вещи, которые сделали отношения между нами еще более натянутыми, она была абсолютно оскорблена тем выбором, который я сделала. 
  Да, она была невероятно красива, семья любила её, в Эммете она нашла родную душу, но она бы променяла все это на одну единственную вещь - быть человеком. И вот она я, готовая бесчувственно бросить все, что она больше всего желает в этой жизни, будто самый обычный мусор. И это, естественно не располагало к теплым отношениям между нами. 
  - Конечно! - сказала Элис без капли сомнения, - Ты можешь начать плести. Это будет замысловато. Фата будет проходить здесь, чуть ниже. 
  Ее рука начала расчесывать мои волосы, приподнимать их и по-разному поворачивать. Элис пыталась детально показать то, что она хотела бы увидеть в конечном результате. Когда она закончила, руки Розали подменили ее руки, колдуя над моими волосами своими легкими прикосновениями. Элис же вернулась к работе над моим лицом. 
  Последовав рекомендациям Элис, и закончив с моей прической, Розали ушла за моим платьем, а затем - предупредить Джаспера, который должен был забрать мою маму и ее мужа, Фила из отеля. Я же могла лишь слышать, как входные двери открывались и закрывались снова и снова. Голоса начали доноситься и до нас. 
  Элис поставила меня так, чтобы она могла одеть меня, не задев прическу и макияж. Мои колени так сильно дрожали, что как только она застегнула длинную цепочку из перламутровых пуговиц на моей спине, атлас задрожал, и покрылся мелкой рябью. 
  - Дыши глубже, Белла, - сказала Элис,- и постарайся заставить сердце биться ровней. 
  Я сделала самое саркастическое выражение лица, на какое была способна. 
  - Я уже почти в порядке. 
  - Мне нужно одеться. Надеюсь, ты сможешь держать себя руках хотя бы минуты две? 
  - Эмм... Может быть... 
  Она закатила глаза и кинулась за дверь. 
  Я сконцентрировалась на своем дыхании, пытаясь сосчитать каждое движение своих легких, и рассматривала узор, которой оставлял свет, на блестящей ткани подола. Я боялась взглянуть на себя в зеркало, боялась, что мое собственное отражение в свадебном платье вызовет очередной приступ паники. 
  Элис вернулась до того, как я сосчитала двести вздохов и выдохов, в платье, которое струилось вдоль ее стройного тела, как водопад из чистейшего серебра. 
  - Ух, ты, Элис! 
  - Ничего особенного. Никто не будет смотреть на меня сегодня. Но пока ты будешь находиться в комнате. 
  - Очень смешно. 
  - Ну, как, ты уже достаточно контролируешь себя, или мне придется звать сюда Джаспера? 
  - Они уже приехали? Моя мама здесь? 
  - Она только что вошла в дом и направляется сюда. 
  Рене прилетела два дня назад, и, если бы я могла, я бы провела с ней каждую минуту своего времени - другими словами, все те минуты, во время которых я бы смогла оторвать ее от Эсме и украшения дома. Насколько я могу судить - ей это доставляло гораздо большее удовольствие, чем торчать в четырех стенах со мной. В некотором отношении, я чувствовала себя едва ли не такой же обманщицей, как и Чарли. Все, это было для того, чтобы избежать ужаса ее реакции... 
  - О, Белла - с чувством воскликнула она, как только вошла в дверной проем. - О, милая, ты так красива! О, мне кажется, я сейчас заплачу! Элис, ты изумительна! Тебе и Эсме следует открыть своих бизнес по организации свадеб. Где вы нашли такое платье!? Оно превосходно! Такое изящное, такое элегантное! Белла, ты выглядишь так, словно сошла со страниц романов Джейн Остин, - голос моей матери звучал несколько отдаленно, и все помещение было, словно слегка в тумане. - Какая оригинальная идея, организовать все в стиле ее кольца! Так романтично! Можно подумать, что оно хранилось в семье Эдварда с восемнадцатого века! 
  Мы с Элис многозначительно переглянулись. Моя мама все еще лепетала что-то по поводу стиля того столетия. На самом деле, мое кольцо не было причиной этого переполоха, все это было ради Эдварда. 
  Со стороны двери послышался грубый гортанный голос. 
  - Рене, Эсме сказала, что пришло время рассаживаться в зале, - сказал Чарли. 
  - О, Чарли, ты выглядишь, хм, экстравагантно! - сказала она голосом, в котором чувствовалось потрясение. Это объясняло раздраженный тон Чарли: 
  - Руки Элис добрались и до меня. 
  - Уже, правда, пришло время?- Рене спрашивала сама себя, чуть более взволнованным тоном, чем обычно. - Все произошло так быстро. Я потрясена. 
  Это относилась к нам обеим. 
  - Дай же мне обнять тебя, пока я ещё не ушла, - настойчиво проговорила она - Осторожно, не испорть что-нибудь. Мама нежно обняла меня вокруг талии, а затем повернула меня кругом. 
  - О, Боже! Я чуть было не забыла! Чарли, где шкатулка? 
  Чарли тщательно перепроверил все свои карманы, а затем вытащил маленькую белую шкатулку, которую передал Рене. Рене приподняла крышку шкатулки и протянула ее мне. 
  - Кое-что голубое,- сказала она. 
  - И кое-что старинное. Это принадлежало бабушке Свон, - добавил Чарли. - Мы кое-что изменили, а точнее заменили камни на сапфиры. 
  Внутри шкатулки лежало два серебряных гребня для волос. Темно-голубые сапфиры складывались в замысловатые цветочные узоры. К горлу подошел комок. 
  - Мам, Пап... не надо было... 
  - Элис не позволяла нам сделать что-нибудь большее,- сказала Рене. - Как только мы предпринимали попытку, она была готова разодрать нам глотки. 
  Истеричный смешок сорвался с моих губ. 
  Элис подошла, и быстрым плавным движением закрепила гребни на моих волосах. 
  - Что-то старинное, и что-то голубое, - задумчиво произнесла Элис, отходя на пару шагов в сторону. - А твое платье новое... Так что, держи! 
  Она что-то подбросила мне, и я успела поймать. В моих руках была тонкая белая подвязка. 
  - Это мое, так что потом вернешь. 
  Я покраснела. 
  - Вот,- удовлетворенно сказала Элис.- Немного цвета - все, что тебе нужно. Ты официально прекрасна! 
  С победной улыбкой на лице, она повернулась к моим родителям. 
  - Рене, ты должна спуститься вниз. 
  - Да, мам! 
  Рене поцеловала меня, и поторопилась скрыться за дверью. 
  - Чарли, не мог бы ты захватить цветы? 
  Когда Чарли вышел из комнаты, Элис выдернула подвязку из моих рук и нырнула под мою юбку. Я с трудом могла дышать, и задрожала, когда ее холодные руки уцепились в мою лодыжку. Она привязала подвязку. 
  Она уже вернулась в исходное положение, когда вернулся Чарли, держа в руках два белых букета. Приятный аромат роз, цветов апельсинового дерева и фрейзий погрузил меня в легкую дымку. 
  Розали - лучший музыкант в семье после Эдварда - уже начала играть на рояле. Канон Пахельбеля. Мое дыхание непозволительно участилось. 
  - Спокойно, Беллс, - сказал Чарли. 
  Он обеспокоено посмотрел на Элис. 
  - Она выглядит немного болезненно. Ты думаешь, она сможет это сделать? 
  Голос Чарли звучал как в тумане. Ноги стали ватными. 
  - У нее все получится. 
  Она встала на цыпочки прямо напротив меня, чтобы взглянуть мне в глаза, и взяла меня за запястье своей сильной рукой. 
  - Возьми себя в руки, Белла. Эдвард уже ждет теб

Салют

Тут и будет проходить торжество)))

Свадебный кортеж))

Тут и будет проходить регистрация)))