Bohren & der Club of Gore Biography
Немецко-английское название группы Bohren und Der Club of Gore можно перевести как «Сверление и клуб фильмов ужаса». Впрочем, это хуже, чем ужасы, английское слово Gore подразумевает старые андеграундные кровожадные и кошмарные ленты. Участники группы являются большими знатоками и ценителями такого сорта фильмов и вообще искренними поклонниками металлорока, при этом в обычной жизни они ходят на вполне
…
Read all
Немецко-английское название группы Bohren und Der Club of Gore можно перевести как «Сверление и клуб фильмов ужаса». Впрочем, это хуже, чем ужасы, английское слово Gore подразумевает старые андеграундные кровожадные и кошмарные ленты. Участники группы являются большими знатоками и ценителями такого сорта фильмов и вообще искренними поклонниками металлорока, при этом в обычной жизни они ходят на вполне гуманную работу – двое работают медицинскими братьями, один сидит в каком-то бюро, принимает посетителей. Коллектив возник в конце 80-х в городе Мюльхайм-ан-дер-Рур, играла группа тогда гитарный хардкор, doom, тяжёлый метал. Шеф предприятия гитарист и клавишник Мортен Гасс шутил, что они были не в состоянии играть быстрее всех, поэтому решили рвануть в противоположную сторону – играть медленнее всех.
Дебютный альбом вышел в 1994, он назывался «Gore Motel», альбом был записан за день – у музыкантов не было средств оплачивать студию, опубликована грубая версия, фактически демо. Свой стиль они стали называть Horror Jazz, он якобы являлся гибридом медленного блюза Black Sabbath и стиля игры на гитаре разрывателя американских сердец Криса Айзека.
Через год – в 1995-ом – вышел второй альбом – двойной компакт-диск «Midnight Radio». Два диска по 70 минут каждый, треки без особых изменений тянутся по 12 минут. Предположительно, это вообще один из самых медленных альбомов, ритм – 30 ударов в минуту. Это шедевр, музыка редкой гипнотической силы, сделанная бескомпромиссными и последовательными людьми. Альбом был записан за два дня. В этой музыке очень мало чего происходит. Она фактически пуста, но настойчива и решительна, это буквально подвиг самоограничения и воздержания. Это ночная музыка. Группа четыре года не давала концертов, во второй половине 90-х казалось, что она вообще не существует.
В 1997-м к коллективу примкнул кёльнский саксофонист Кристоф Клёзер, а в 2000-м вышел новый альбом «Sunset Mission». Он был мелодичным, саксофонным, тягучим и совсем не устрашающим. Он напоминал саундтреки фильмов Дэвида Линча, сами музыканты утверждали, что это гибрид doom металла и саунда Шаде (Sade).
И вот в октябре 2002-го вышел альбом BOHREN & DER CLUB OF GORE «Black Earth»- «Чёрная земля». Совершенно чёрная обложка, в которой выдавлен череп, название альбома написано готическим шрифтом. Названия пьес: «Максимум чёрного», «Искусство делать гробы», «Мудрость могилы», «Непрекращающийся страх» и так далее в таком же духе. Саксофона стало значительно меньше, музыка мелодична и скупа, в некоторых пьесах применён меллотрон – он звучит как размазанный хор на заднем плане. По сравнению с первыми монотонными альбомами саунд нового стал куда разнообразнее, композиции состоят из ясно структурированных частей, впрочем, жёсткость и принципиальность подхода остались. В этой музыке по-прежнему очень мало звуков, и они по-прежнему крайне придирчиво отобраны и расставлены на свои места. И что немаловажно - это по-прежнему живая музыка.
Четыре немецких человека, составляющие группу Bohren und der Club of Gore, вот уже полтора десятка лет играют крайне угрюмый и донельзя тихоходный инструментальный рок, своего рода doom metal, погруженный в тяжелое летаргическое забытье. Законы их музыки суровы и неизменны; их просто описать, поскольку количество звуков в этих композициях (каждая из которых длится не менее 7 минут, а то и все 20) сведено к минимуму: вначале — сухая ритмическая отбивка, затем — тяжелая, дрожащая басовая нота, заторможенные клавишные аккорды, иногда скупые вкрапления саксофона, затем — долгая, неуютная пауза, в которой почти физически ощущается колоссальное напряжение, и все заново, без малейшего облегчения, без конца, без края. В пустынной музыке Bohren und der Club of Gore много чего намешано: мистический джаз, какие-то киношно-композиторские дела (если бы Дэвид Линч задумал снять ремейк «Таксиста», тяжеловесная смурь Bohren und der Club of Gore идеально подошла бы ему в качестве саундтрека; вообще, здесь всегда так или иначе есть мелодии, просто движутся они черепашьим шагом); важнее же всего — что немцы, на самом деле, крайне верно уловили исконный посыл экстремального металла (их музыка — это ведь тоже стремление к предельным величинам, только отрицательным). Они поняли, что настоящий ужас — не кровавая мясорубка, но вечная весна в одиночной камере, сон разума, который рождает чудовищ. Они и не скрывают своих корней: на обложках — черепа да кости, ряды депрессивных новостроек, погруженных во тьму; названия дисков — «Черная земля», «Кровавый мотель»; при этом никак не скажешь, что Bohren und der Club of Gore пугают, — но оторопь от них определенно берет и проходит не скоро. Мне кажется, что безмолвный гипнотический хоррор Bohren & der Club of Gore — это до крайности многозначительная музыка; я бы даже сказал, что она представляет собой одно сплошное многоточие. Фокус в том, что это тот редчайший случай, когда многоточие действительно имеет что-то в виду — и лучше даже не думать, что именно.
Андрей Горохов (Музпросвет)
Collapse